Еще до Пёрл-Харбора стало ясно, что воздушный путь до Каира это только начало. После возвращения из Москвы миссии Гарримана появились проекты создания нового воздушного пути через Иран в Россию, а с углублением тихоокеанского кризиса встала еще и необходимость воздушного сообщения с Индией и Рангуном. Работы по улучшению первого маршрута продолжались и в 1942 году, а с осени этого года управление трансафриканским воздушным путем перешло к армии.

За период с лета 1941-го, когда этот первый проект казался еще дерзновенной мечтой, тысячи самолетов были введены в действие благодаря африканскому маршруту. В их числе были истребители, летавшие с западного берега Африки, средние и тяжелые бомбардировщики прямо из Майами; даже столь любимые русскими легкие "Дуглас А-20" теперь благодаря дополнительным запасам горючего проделывают весь этот путь по воздуху. Транспортные самолеты за это время перевезли множество военных грузов.

Следует признать: если бы мы не помогли англичанам проложить этот путь и не получили поддержки бразильского правительства, то английская армия не смогла бы выиграть время, создать решающий перевес в воздухе и одержать эль-аламейнскую победу, ну а русские не получили бы от нас сотен самолетов. По этому маршруту мы перегоняли бомбардировщики для войск США на Ближнем Востоке, а после нашего вторжения в Африку и в этот регион, и на Сицилию, и в Италию.

Осенью 1941-го, когда налаживался трансафриканский маршрут, я уже выполнял обязанности начальника Управления по ленд-лизу и принял участие в планировании расширения деятельности Управления перевозок за пределами Западного полушария. Подобная служба нужна была нашей стране в Тихоокеанском регионе, так как японская угроза росла изо дня в день. 3 октября Рузвельт письменно уведомил военного министра о том, что разрешает Управлению перевозок "отправлять самолеты на любую территорию, находящуюся под юрисдикцией США, Голландской Ост-Индии или Австралии, для нужд любой страны, куда я разрешу доставлять военные грузы по Закону о ленд-лизе".

В этом регионе часть аэродромов, ангаров, ремонтных мастерских и других необходимых объектов уже была построена или строилась. Базы военно-морской авиации на островах Уэйк, Мидуэй и в некоторых других районах Океании мы начали строить в 1939 году и почти завершили в 1941-м, а в марте того же года Конгресс выделил средства на строительство базы на Гуаме. Кроме того, компания "Пан-Американ" построила гидроаэропорты на некоторых островах Океании, что позволило создать коммерческие маршруты на Филиппины и в Гонконг с 1935-го и на Новую Зеландию с 1940 года. Воздушный путь до Гонконга можно было использовать при необходимости для поставок в Китай, потому что Гонконг и Чунцин были связаны авиалинией, контролируемой Национальной авиакомпанией Китая, которая работала несмотря на военное присутствие японцев.

Вскоре после президентского распоряжения от 3 октября начались полеты бомбардировщиков, прозванных "летающими крепостями", которые направлялись в распоряжение наших войск на Филиппинах. Но, так как не было времени перестроить аэродром на Гуаме для принятия этих больших самолетов, они летали через Уэйк Ра-бол, Порт-Морсби и Порт-Дарвин (где австралийцы уже перестроили свои аэродромы), а оттуда - на север, на Филиппины. К началу ноября 1941 года 35 "летающих крепостей" совершили это путешествие. В оставшееся до Пёрл-Харбора время ряд бомбардировщиков другого типа, а также патрульных машин "пи-би-уай" были отправлены в распоряжение австралийцев, датчан, а также англичан в Сингапуре.

К середине ноября единственными регионами, где нельзя было появляться американским самолетам, оставались фронтовые районы России и Британские острова. Они стали открыты для наших самолетов с 17 октября, когда перестал действовать Закон о нейтралитете. Через неделю президент разрешил направлять американские самолеты в любую точку Земли, если это необходимо для оказания помощи по ленд-лизу, и финансировать все эти полеты и перевозки за счет средств ленд-лиза. Было уже поздно воспользоваться этими новыми возможностями до Пёрл-Харбора, но после нападения японцев Управление перевозок уже превратилось в слаженную рабочую организацию под командованием бригадного генерала Р. Олдса, готовую к немедленным действиям.

Глава 14. Пёрл-Харбор и Объединенные Нации

На рассвете 7 декабря 1941 года тяжелый авиационный транспорт отправился с острова Уэйк на Гуам, по пути из Манилы в Гонконг с большим количеством запасных частей на борту; этот груз был остро необходим генералу Ченолу и его "летающим тиграм", почти готовым к боевым действиям. Едва самолет успел подняться в воздух, как получил приказ вернуться.

Так началось нападение японцев на Соединенные Штаты, чего мы давно опасались. Японская авиация без предупреждения напала на Пёрл-Харбор, и следовало ожидать нападения на Мидуэй, Уэйк и Гуам американскую линию жизни, ведущую на Филиппины.

А на Уэйке, где приземлился филиппинский транспорт, 400 военных моряков уже готовились к героическому 16-дневному противостоянию японцам. Первая их атака началась прежде, чем филиппинский самолет успел улететь, но, несмотря на пулеметный огонь с японских военных самолетов, он серьезно не пострадал. Экипаж получил приказ до начала нового нападения японцев лететь в Гонолулу, забрав с собой как можно больше гражданского персонала, работавшего на Уэйкской базе. Пришлось оставить весь груз, включая и запасные части для "летающих тигров", чтобы освободить место для пассажиров.

Среди экстренных мер, которые необходимо было принять по защите Гавайских островов и мобилизации наших сил в Тихоокеанском регионе, не была забыта и добровольческая группа генерала Ченола. Моторы, запчасти и боеприпасы для Пи-40 быстро доставляли с заводов "Кэррис-Райт" и армейских складов на наше восточное побережье. Компания "Пан-Американ" перебросила 5 тихоокеанских транспортных самолетов на Атлантику, а вторая партия деталей для "летающих тигров" была отправлена вокруг света в противоположном направлении. Их перегнали в Бразилию, и нам пришлось налаживать с осени 1941-го новый маршрут через Южную Атлантику и Красное море, а оттуда через Аравийское море, Индию, Бенгальский залив в Рангун.

20 декабря "летающие тигры" вступили в бой. Когда японские бомбардировщики, базировавшиеся в Индокитае, атаковали Бирманскую дорогу, американская добровольческая группа, приняв боевое крещение, сбила четыре из них, а остальных врагов заставила ретироваться. Через три дня эскадрилья японских бомбардировщиков, нанесшая визит в Рангун, натолкнулась на неприятный сюрприз. Навстречу им поднялась дюжина новых истребителей с изображением тигровой акулы на носу. В тот день американские добровольцы сбили 12 японских самолетов. На Рождество японцы предприняли новую атаку. Американцы подбили 23 вражеских самолета, а остальные отогнали назад, через залив Мартабан. А общий англо-американский счет в войне против японцев за первые 3 недели после 7 декабря составил примерно 20 к 1 в нашу пользу.

Это наше достижение оставалось единственным в течение 3 черных недель, когда, по словам Рузвельта, новости были "только плохие". На другой день после Пёрл-Харбора английские линкор "Принц Уэльский" и крейсер "Отпор" были потоплены неподалеку от Сингапура, а японские войска высадились на Филиппинах и на Малайе, 23 декабря пал Уэйк, на Рождество капитулировал Гонконг, а на следующий день эвакуировалось население Манилы.

Мы, жители Америки, боялись, что последует новое нападение японцев на Гавайи, а также на Панамский канал и даже на наше Западное побережье. Поэтому сразу после Пёрл-Харбора военный и военно-морской министры издали приказы приостановить все поставки по ленд-лизу. Корабли стояли в портах для осмотра грузов; товарные поезда с грузами, предназначенными для поставок, были задержаны, а фабрикантам оружия было объявлено прекратить отправку оружия с заводов.

Утром 8 декабря мне позвонил по трансатлантическому телефону встревоженный Гарриман, ставший в то время нашим представителем по делам ленд-лиза в Лондоне. До него дошла весть о том, что на поставки по ленд-лизу наложено "полное эмбарго", и он спросил меня, что все это значит в действительности. Я ответил, что руководству нашей армии и флота нужно, как они сами говорят, сделать "быстрый досмотр" наших резервов, чтобы определить, что может срочно понадобиться нашим войскам на Западном побережье, на Гавайях и на Дальнем Востоке.

В результате этого замораживания поставок часть самолетов и других вооружений были направлены в нашу армию, с тем чтобы заменить их в дальнейшем продукцией, изготовленной позднее. В остальном же поставки по ленд-лизу продолжились, как только был закончен досмотр. В целом они задержались всего на несколько дней, и в декабре их объем возрос по сравнению с ноябрем и снова возрос в январе 1942 года.

Хотя в Берлине, Риме и Токио, похоже, не знали об этом замораживании, там сразу после Пёрл-Харбора стали предсказывать, что программа ленд-лиза будет полностью прекращена. По радио стран оси объявили, что "теперь, когда США подверглись нападению, они сосредоточат все силы на самообороне, так что английским, русским и китайским войскам придется обходиться без всякой американской помощи". Действительно, одной из причин нажима Германии на Японию, чтобы она начала большое наступление на Дальнем Востоке, было стремление изменить расстановку сил в Европе. Гитлер надеялся покончить с Россией и Англией, пока японцы сковывали наши силы, заставляя нас снабжать свои войска по длинным и опасным коммуникационным линиям. А закончив завоевывать Европу, Гитлер мог бы нанести нам удар с Атлантики, пока Япония теснила нас на Тихом океане.

Официальный ответ на все эти толки и слухи последовал 12 декабря. Выступая в Конгрессе с докладом о программе ленд-лиза, Рузвельт сказал: "На мировую стратегию держав оси должны ответить такой же всемирной стратегией те страны и народы, которые объединяются, чтобы противостоять агрессии. Поэтому оружие из арсенала демократии следует использовать там, где оно наиболее эффективно. А это значит, что мы должны дать возможность Великобритании, России, Китаю и другим странам, в том числе и в этом полушарии, пользоваться оружием из нашего арсенала с наибольшей пользой для общего дела. Слишком многое поставлено на карту в этой величайшей из войн, чтобы позволить себе пренебречь интересами народов, на которые напал или может напасть общий враг".

И снова мы обрекли на неудачу попытки стран оси уничтожить нас, посеяв среди нас раздор.

В первый день нового, 1942 года мы продемонстрировали странам оси новый знак нашего единства: Декларацию Объединенных Наций. Рузвельт, премьер-министр Черчилль, советский замнаркома иностранных дел Литвинов и министр иностранных дел Китая Сунь подписали в Вашингтоне Декларацию от имени своих правительств, а на другой день ее подписали представители еще 22 правительств, включая британские доминионы, Индию, правительства в изгнании и руководство тех американских республик, которые вступили в войну.

Объединенные Нации заявляли о признании принципов Атлантической хартии и обязались соединить свои ресурсы и поддерживать союз ради победы в войне, "будучи уверенными, что полная победа над врагами имеет решающее значение для защиты жизни, свободы, независимости, веротерпимости, прав человека, справедливости как в их собственных, так и в остальных странах и что отныне они вовлечены в общую борьбу против свирепых и жестоких сил, стремящихся к мировому господству". Это был новый шаг к принципам независимости и взаимопомощи, заложенным в самом Законе о ленд-лизе.

Конференции с участием президента и премьер-министра, прошедшие в декабре-январе, были нацелены на проведение в жизнь принципа единства действий. США не хотели целиком сосредоточиваться на Тихоокеанской кампании за счет прекращения действенной помощи Англии и России, чтобы тем самым дать Гитлеру желанное преимущество на Западе. Напротив, не пренебрегая Дальним Востоком, нам следовало продолжать оказывать давление на страны оси: во-первых, поставками по ленд-лизу России, Англии и всем союзникам, а во-вторых, с помощью наших вооруженных сил.

Конечно, подобную стратегию нельзя было бы вести эффективно, если бы Америка ко времени нападения на Пёрл-Харбор была так же не подготовлена, как это уже не раз бывало в начале войн с нашим участием. 7 декабря 1941 года нам еще многого не хватало из того, что нужно для победы, но впервые в нашей истории значительная часть наших военных сил была в боевой готовности в момент, когда началась война.

Поставки союзникам за наличные, всего на четыре с лишним миллиарда долларов, начавшиеся еще до ленд-лиза, в 1938 году, позволили нам наладить производство самолетов и пушек, когда американского производства вооружений и военных материалов, по сути, еще не существовало. За этим последовала наша собственная оборонная программа, принятая в мае 1940 года, а потом и программа ленд-лиза, давшая новый импульс американской военной промышленности перед Пёрл-Харбором; укрепляя же нашу обороноспособность, мы помогли выстоять нашим союзникам. Правда, к моменту начала японской агрессии оружия у нас еще было недостаточно для перехода к наступательным действиям. Оружие, экспортируемое нами после 11 марта 1941 года (во многом еще на основе наличного расчета), усилило способность наших союзников продолжать сопротивление. Но им требовалась от нас еще дополнительная помощь, прежде чем мы могли перейти к наступательным действиям. Речь шла не столько об увеличении количества вооружений на фронтах, сколько о том, чтобы мобилизовать оборонный потенциал страны. Уже были построены военные заводы, они начали производить оружие, заработали судоверфи, наша армия быстро росла. В декабре 1939 года мы еще вовсе не производили танков, а в декабре 1941-го произвели их свыше 900. В 1939 году у нас было 2100 военных самолетов, а в 1941-м 19 500. Численность нашей армии возросла со 174 000 человек на 1 июля 1939-го до 1,5 миллиона к 7 декабря 1941 года.

И это были еще только первые плоды нашей подготовки. В 1942 году объем нашего военного производства и численность наших вооруженных сил возросли многократно. Если бы нападение застало нас врасплох, без всего того, что было достигнуто благодаря поставкам за наличные, нашей программе вооружений и программе ленд-лиза, то нечего было бы и говорить о "программе победы", которую президент провозгласил в послании от 6 января 1942 года: 60 000 самолетов, 45 000 танков, 20 000 противовоздушных орудий, 800 000 тонн грузооборота торговых судов. В таком случае нам потребовался бы лишний год на то, чтобы остановить наступление врага и перейти в контрнаступление, а к тому времени такая задача могла уже стать невыполнимой.

В декабре 1941 года у нас была военная машина, необходимая для того, чтобы одержать победу в дальнейшем, но быстрое распространение боевых действий по всему огромному Тихоокеанскому региону создало для нас в тот период серьезные трудности, так как были нарушены коммуникации. Нам надо было как можно быстрее снабжать оружием и боеприпасами собственные войска, к тому же оружие срочно требовалось Голландской Ост-Индии, Австралии, Новой Зеландии, Индии, Бирме и Китаю. В то же время продолжалась война против Германии и Италии, и требовалось увеличить поставки оружия в Англию, на Ближний Восток и на русский фронт.

Помимо проблемы оружия существовала еще проблема поставок станков и оборудования для военного производства во всем мире. Военные программы США и Канады в огромных количествах потребляли станки, сталь, медь, алюминий, резину. Заводы Англии, России, Индии, Австралии все они были расположены ближе к линии фронта, чем наши, напряженно работали, чтобы произвести как можно больше самолетов, танков и пушек. Им тоже были нужны станки и металлы. А кроме того, была также и проблема продуктов, по-своему так же необходимых для нашей боеспособности и боеспособности союзников, как и пушки. Слишком многое тогда было необходимо.

Такого рода задачи можно было решить только на основе общей стратегии Объединенных Наций, иначе нас ждали путаница и конфликты, подрывающие шансы на победу, а вместо одной большой войны мы все были бы вовлечены в множество отдельных войн: на Тихом океане, в Китае, в России, в Западной Европе и на Ближнем Востоке.

15 декабря Рузвельт начал работу, которая через 5 недель обернулась созданием единой стратегии и советов по снабжению. Он попросил генерала Маршалла, адмирала Старка и Гарри Гопкинса составить Временный комитет для решения всех вопросов о необходимом количестве военных материалов для нашей армии и флота, а также для наших союзников, проконсультировавшись при этом с адмиралом Лэндом.

Был также создан Временный комитет по сырью под председательством У. Бэтта, а лорду Бивербруку 17 декабря была послана депеша с просьбой назначить в этот комитет британских представителей. Это была острая проблема: быстрое распространение японской агрессии уже отрезало от нас Филиппины и делало минимальной возможность спасти Малайи и даже Голландскую Ост-Индию. Мы уже почти полностью потеряли источники снабжения каучуком, 70% мирового олова, малайские нефтепромыслы и филиппинскую абаку, из которой производили манильский шпагат для нашего флота.

22 декабря 1941 года в Вашингтон прибыл премьер-министр Черчилль и привез с собой фельдмаршала сэра Дж. Дилла, маршала авиации сэра Ч. Портала, Первого лорда Адмиралтейства сэра Д. Паунда, лорда Бивербрука и других высших руководителей британских вооруженных сил и военной промышленности. Из их дискуссий с американскими коллегами родилось соглашение о создании механизма эффективной совместной стратегии.

Прежде всего президент и английский премьер назначили группу начальников совместных штабов, хотя официально об этом было объявлено только в феврале. С американской стороны это были генералы Маршалл и Арнольд, адмиралы Старк и Кинг (впоследствии Старк был заменен адмиралом Лихи, личным представителем Рузвельта). С английской стороны первоначально были назначены адмирал Литтл, генерал-лейтенант Уэмисс, маршал авиации Гаррис; фельдмаршал Джон Дилл представлял Черчилля. В задачи начальников совместных штабов входила выработка всех направлений англо-американской стратегии под общим руководством Рузвельта и Черчилля.

Начальникам штабов непосредственно подчинялся Совет распределения боеприпасов. 26 января 1941 года президент и премьер заявили, что англо-американские комиссии этого совета будут работать в Лондоне и Вашингтоне и решать вопросы распределения всех боеприпасов американского и английского производства, "направляемых в Англию, США или любым другим из Объединенных Наций, в соответствии со стратегическими нуждами". Комиссии должны были работать исходя из принципа, что "все английские и американские резервы боеприпасов должны рассматриваться как единое целое и относительно этих резервов должен осуществляться самый полный обмен информацией".

Комиссии совета были составлены из военных и морских офицеров, с гражданскими председателями в Вашингтоне и Лондоне. В Вашингтоне председателем комиссии был назначен Гарри Гопкинс, а в Лондоне лорд Бивер-брук, затем смененный О. Литтлтоном. Генерал-майор Берне из Управления по делам ленд-лиза стал заместителем председателя в Вашингтоне.

Запросы на военные материалы для английских войск направлялись первоначально в Лондонскую комиссию Совета распределения боеприпасов, а запросы для войск под американским или китайским командованием в Вашингтонскую комиссию. Если английские запросы нельзя было удовлетворить из собственных ресурсов, они направлялись в Вашингтон. Советские запросы направлялись в Лондон либо в Вашингтон, в зависимости от условий, сформулированных в Московском протоколе. В дальнейшем аналогичные комиссии (или комитеты) были созданы в Канаде, Австралии и Индии для нужд этих стран. Откуда бы ни поступали боеприпасы, вопрос о том, куда и кому их следует направить, всегда решался полностью на основе стратегической необходимости. Возможность покупки их за фунты или доллары не имела значения.

В одно время с этим Советом были созданы также Объединенный совет по сырью и Объединенный совет по корабельным поставкам. В июне 1942 года наш президент и английский премьер расширили эту систему, создав еще Объединенный совет производственных ресурсов и Объединенный продовольственный совет.

Система объединенных комитетов сыграла очень важную роль в подготовке совместного наступления 1943 года. Хотя членами советов и теперь являются только англичане и американцы, с добавлением в некоторых случаях канадцев, но эти советы всегда консультируются с представителями других Объединенных Наций по всем делам, касающимся их интересов. Хотя эти советы ограничены и относительно членства, и по своим полномочиям, они, однако, дали возможность полной координации усилий США и Англии, превосходящей все известное в этом роде на примерах прежних коалиционных войн.

Координация снабжения на уровне Объединенных Наций стала возможной благодаря созданию аналогичных органов управления на национальных уровнях. Важную роль в организации стратегического контроля распределения боеприпасов сыграла передача после Пёрл-Харбора Военному и Военно-морскому министерствам всей полноты ответственности не только за поставки боеприпасов по ленд-лизу, но и за специальные ассигнования. Выделение дополнительных средств Военному министерству 17 декабря 1941 года предполагало также возможность поставок из этих средств материалов на сумму до 2 миллиардов долларов. Это было первое решение о выделении соответствующих средств на нужды Военного и Военно-морского министерств, общая сумма которых теперь достигла примерно 36 миллиардов. Подобное выделение средств было санкционировано на нужды Морской комиссии. Таким образом, после Пёрл-Харбора организация поставок военных материалов как для нас самих, так и для союзников превратилась в единый процесс от выделения средств до доставки готовой продукции.

Что касается поставок по ленд-лизу, вся система распределения американской продукции всех видов работает следующим образом. Правительство страны, подлежащей снабжению по ленд-лизу, обращается к нашему правительству. Речь может идти о танках, арматуре, медной проволоке, станках или сгущенном молоке. Прежде чем этот запрос удовлетворить, американское правительство должно удостовериться, что запрашиваемые материалы действительно нужны для военных нужд, что они имеются в достаточном количестве у нас в стране и что будет полезнее для общего дела: передать их запрашивающей стороне, или оставить для наших нужд, или отправить другому союзнику. В этом и состояла "проверка на соответствие ленд-лизу", которую должен был пройти каждый такой запрос. Если у запрашивающей страны было достаточно долларов, чтобы заплатить за наши материалы, то передача их осуществлялась по так называемому "ленд-лизу с возмещением наличными", а если страна не располагала необходимым долларовым запасом, то материалы передавались ей сразу, а возмещение откладывалось.

Запросы на разные типы военных материалов направляются по разным каналам. Большие военные заказы поступают прямо в Военное и Военно-морское министерства, которые планируют соответствующие производственные программы. Уже готовую продукцию распределяет Совет по боеприпасам. Запросами на товары, подлежащие морским перевозкам, занимается Управление военно-морских поставок. Запросы же на большинство остальных товаров направляются в отделы Управления по делам ленд-лиза и рассматриваются всеми заинтересованными ведомствами на предмет возможности и условий их удовлетворения.

Помимо совместных англо-американских ведомств после Пёрл-Харбора были созданы и другие в целях координации деятельности Объединенных Наций. На разных театрах военных действий на Дальнем Востоке были созданы унифицированные региональные командования, а в марте 1942 года был также организован Тихоокеанский военный совет с целью обеспечить единую политику тихоокеанских стран. Тогда же был создан и Межамериканский совет обороны. В дальнейшем региональная координация действий, как в военной, так и в экономической области, распространилась также на Средиземноморье, Ближний Восток и другие регионы, где шла война.

Развитие механизма сотрудничества Объединенных Наций позволило превратить программу ленд-лиза в "улицу с двусторонним движением". США смогли оценить значение взаимопомощи, связанной с ленд-лизом, уже вскоре после Пёрл-Харбора. В момент сокрушительного удара по Гавайям, у нас не хватало аэростатов заграждения для защиты Западного побережья, а также не было нужного количества зенитных средств для обороны береговых городов. За год до того англичане передали нам рабочие модели и спецификацию 40-миллиметровых зенитных орудий "Бофорс", которые наши военные признали лучшими, чем наши собственные; но эти орудия у нас еще практически не производились к моменту нападения на Пёрл-Харбор, и англичане передали нам зенитные пушки для защиты Панамского канала, а также для обороны нашей территории. Кроме того, они срочно отправили нам несколько тысяч аэростатов заграждения, в том числе и тех, которые до этого летали над британскими городами.

Чтобы помочь нам защитить Атлантическое побережье от немецких подлодок, британцы, хоть и сами находились в тяжелом положении, передали нам более 20 корветов и траулеров.

Мы окрестили эти первые акты взаимопомощи "взаимным ленд-лизом", причем количество помощи, получаемой нами от союзников, с тех пор значительно возросло. Но это не было единственным преимуществом, полученным США благодаря Закону о ленд-лизе. Такого рода вещи оговариваются в Договоре о ленд-лизе, подписанном нашей страной с каждым главным союзником, и первое из таких соглашений было подписано с Англией 23 февраля 1941 года. Правительство США в таких договорах заверяет в своей готовности выполнять поставки по ленд-лизу, в соответствии с указаниями президента, а союзные правительства обязуются "вносить свой вклад в оборону США".

Главным "вкладом в оборону США", сделанным Англией, Советским Союзом, Китаем и другими странами, явилась, конечно, их война со странами оси, и это самое главное, что наша страна получила в ответ на помощь по ленд-лизу. В докладе Конгрессу 25 января 1943 года я подчеркнул: "Эту помощь невозможно измерить в цифрах. Не существует стандартных оценок, с помощью которых, например, можно было бы сопоставить тысячу погибших русских солдат и тысячу истребителей. Все, кто погиб на полях сражений в Англии, Китае, России, в Африке и Азии, пали, защищая свою родину. Но эти народы воевали и воюют с нашим общим врагом. Их жертвы спасают жизни американцев. Пятилетняя борьба Китая с Японией, страшное бремя войны с нацистами, которое несет Красная Армия, оборона Англии и разрушение немецких промышленных центров английскими Королевскими ВВС, защита британским флотом жизненно важных морских коммуникаций все это вместе взятое спасает США от вторжения агрессора, помогает нам сберечь средства для победы и ускорить ее наступление".

Договоры о ленд-лизе предусматривали также возвращение после войны не разрушенной и не утраченной техники и оборудования, которые президент сочтет полезными для нашей страны, то есть после войны нам будут возвращены данные нами взаймы и в аренду танки, самолеты, корабли и другая техника, если их возвращение в наших интересах.

Однако окончательные условия расчетов по ленд-лизу, согласно договорам, должен был определить "ход событий", когда станет ясно, как лучше всего решать эти вопросы в наших интересах и в интересах наших союзников.

В договорах, однако, обозначено, что эти окончательные расчеты должны "иметь в виду экономические цели", предусмотренные Атлантической хартией.

Таковы были принципиальные положения договоров о взаимной помощи, составленных в идентичных выражениях и заключенных нами с Великобританией, Советским Союзом, Китаем и другими Объединенными Нациями. Особые соглашения были также заключены между нашей страной и подавляющим большинством стран Латинской Америки.

Эти договоры, как и все, что было сделано в соответствии с ними, составили сердцевину военного сотрудничества Объединенных Наций и вполне могли бы стать основой прочного мира.

Часть 4. Объединенные нации

Глава 15. Ленд-лиз на дорогах к Токио

Однажды в апреле 1942 года ко мне на работу пришло письмо со штампом: "Возвращено отправителю: почта временно не работает". Это письмо я отправил в феврале на Яву, в Батавию{6}, столицу Голландской Ост-Индии. Я хотел заверить вице-губернатора Ван Моока, что США прилагают все усилия, чтобы увеличить помощь Ост-Индии. Это нераспечатанное письмо было для меня болезненным напоминанием о том, что мы опоздали. Теперь оборонительные позиции могли быть укреплены только на юго-востоке, в Австралии и Новой Зеландии.

К апрелю темные волны японских завоеваний поглотили огромные территории. Они докатились до Уэйка и островов Гилберта (в трети пути до США). Были захвачены Новая Британия, Новая Гвинея, Соломоновы острова, Филиппины, Малайя, Сингапур и Голландская Ост-Индия{7}, и только остров Коррегидор продолжал оказывать героическое сопротивление. Теперь война против Японии оказалась расколотой на два театра военных действий: Тихоокеанский и Индокитайский. На западе этот страшный поток захлестнул Бирму, и дорога в Китай была блокирована. Противостояние продолжали только Китай, Австралия и Новая Зеландия.

И все это случилось за несколько ужасных месяцев. В Пёрл-Харборе было потоплено или повреждено 8 американских линкоров. Через три дня после этой катастрофы японцы крупными силами начали вторжение на Филиппины и на Малайские острова. Большая часть англоамериканских воздушных сил в этих регионах была разгромлена за несколько дней. После изоляции Филиппин Азиатская флотилия нашего Тихоокеанского флота, состоявшая из нескольких крейсеров, эсминцев и подводных лодок, вынуждена была отступить на яванскую базу, чтобы соединиться с небольшим флотом Голландской Ост-Индии.

Эти-то военно-морские силы, без единого линкора или авианосца, численно значительно уступавшие японскому флоту, попытались защитить подступы к Ост-Индии; к ним присоединились, после потери филиппинских аэродромов, и оставшиеся "летающие крепости", которые объединились с голландскими военно-воздушными силами региона. Между тем японские захватчики устремились к Сингапуру, военно-морской базе, которая теперь осталась без флота и стала уязвимой и с суши, и с моря.

С самого начала вышло так, что главные морские силы на Тихом океане американский и английский флоты оказались нейтрализованными, а сухопутных и воздушных сил, достаточных для противостояния японцам, не оказалось в Голландской Ост-Индии, как и у Австралии. В период от капитуляции Франции до нападения японцев на Пёрл-Харбор голландцы заказали в Америке вооружений на 200 миллионов долларов, но из-за необходимости срочного перевооружения американской армии и из-за войны в Европе против Гитлера лишь часть этих вооружений была отправлена в Ост-Индию. Ситуация сложилась такая, что в августе 1941 года, когда голландцам срочно потребовалось 25 миллионов патронов, мы смогли им послать только 7 миллионов, и то за счет резервов наших войск, отправлявшихся в Исландию.

Что до австралийской армии, то до Пёрл-Харбора она была вооружена почти полностью за счет Британского Содружества, а по ленд-лизу ей было поставлено только 50 бомбардировщиков "Локхид-Гудзон" без моторов, несколько легких танков и несколько сотен грузовиков. Лучшие австралийские дивизии были хорошо оснащены, но они, вместе с английскими частями, воевали за тысячи миль от своей страны, в Египте и Ливии, пытаясь остановить Роммеля.

Мощные удары японцев создали прямую угрозу не только для Ост-Индии, но и для Австралии и Новой Зеландии. Им срочно нужны были не только новые солдаты, но и военные материалы всех видов. Но, как писал Рузвельт Ван дер Бруку, председателю Голландской закупочной комиссии, "я знаю, что вы поймете: нам сейчас надо укреплять боевые силы [всех] стран, сражающихся против агрессоров держав оси, а нынешних запасов куда меньше, чем для этого требуется. Это сложная проблема".

Проблема была более чем "сложной". После Пёрл-Харбора нам самим прежде всего требовалось укрепить оборону на Аляске, на Западном побережье и в зоне Панамского канала, восстановить укрепления на Гавайях, починить военные корабли, а также снова наладить воздушное сообщение через Тихий океан, гораздо севернее прежнего воздушного пути. Особую роль для нас играла Австралия. Наладив коммуникации, мы получали возможность создать там опорные пункты, чтобы посылать оттуда подкрепления в Ост-Индию. Но пока мы имели возможность лишь использовать запасы, не задействованные в основных военных действиях, чтобы снабжать части, которые уже там находились.

Генерал Маршалл так сформулировал суть нашей тихоокеанской стратегии: "Ввиду быстрого продвижения противника в Тихоокеанском регионе и шаткости, невозможности удержать наши позиции на Филиппинах основные усилия США были направлены на быстрое сосредоточение оборонительных сил в районе нашего пути в Австралию и на создание на этом континенте эффективной ударной силы, а также на обеспечение материальной помощи нашим союзникам в Ост-Индии".

Это была попытка обогнать время, имея при этом недостаточные ресурсы. И все же немало кораблей отправилось в декабре-январе в Ост-Индию с орудиями, боеприпасами, легкими танками и самолетами на борту. Голландские корабли отплывали из наших западных портов без охраны, потому что организовать конвои тогда было невозможно. Были также приняты меры по оборудованию в Австралии опорной базы для обороны от японцев. 22 декабря в Брисбен (Австралия) пришли два транспорта, которые были в море во время нападения японцев на Пёрл-Харбор. Они привезли 4500 человек, которые были посланы в качестве подкрепления на Филиппины. В январе за ними последовали первые эскадрильи наших ВВС. В Австралии и Новой Зеландии мы сосредоточились на прямой военной помощи, а поставки этим странам по ленд-лизу первоначально были незначительными: они включали моторы, запасные части и боеприпасы к бомбардировщикам "Гудзон", отправленным еще до Пёрл-Харбора, а в январе в Австралию были отправлены еще 86 из числа заказанных по английским контрактам.

В конце января 1942 года в Вашингтон прибыл вице-губернатор генерал Ван Моок, обратившись в последний раз с просьбой об увеличении помощи Голландской Ост-Индии. Вслед за ним прибыл из Новой Зеландии и Уолтер Нэш, вскоре ставший ее министром иностранных дел. Так как мы пытались ускорить нашу программу, у меня было много переговоров с этими двумя лицами, а также с Ричардом Кейси, представлявшим Австралию, и Мак-Грегором, генеральным директором Австралийской службы снабжения в США. Приезд Ван Моока совпал с победой в Макасарском проливе соединенной голландско-американской флотилии из эсминцев, крейсеров, подводных лодок, при поддержке бомбардировщиков, над огромным японским конвоем. Конвой мы заставили повернуть назад, но за этой победой последовала высадка японцев на Целебесе и в Южном Борнео и уход англичан из Малайского региона на Сингапур последний опорный пункт обороны союзников в этой части Тихого океана. Тогда же японские войска нанесли удары по Новой Гвинее, Новой Британии, Соломоновым островам. Создалась серьезная угроза для Северной Австралии и для нашей новой "дороги жизни" через Тихий океан.

Но в начале февраля Веллингтона (Новая Зеландия) достигли американские военные корабли, которые сопровождали транспорты и грузовые суда с людьми и военными самолетами, оставляя их по пути следования на островах, чтобы защитить тихоокеанские коммуникации. Тогда же из США было доставлено большее количество военных самолетов для голландских и австралийских ВВС. Мы планировали перегнать часть бомбардировщиков в Австралию и на Яву через Южную Атлантику, Африку, Индию, Рангун и Сингапур, так как было мало времени для устройства аэродромов на островах Тихого океана, но этот путь теперь, после падения Сингапура 16 февраля, был отрезан. Чтобы все же вовремя прислать на Яву авиационное подкрепление, туда было послано старое вспомогательное судно "Лэнгли" с большим количеством истребителей. Когда "Лэнгли" был уже близок к цели, 27 февраля его настигли и потопили японские военные корабли и бомбардировщики.

К тому времени еще один огромный японский флот направился к Яве через Макасарский пролив. Американо-голландский флот, усиленный несколькими легкими английскими и австралийскими военными кораблями, сделал героическую попытку остановить захватчиков. Однако массированные налеты японцев на яванские базы в начале месяца ослабили и без того не очень сильную морскую оборону, а кроме того, при этом была уничтожена большая часть наших и голландских истребителей и бомбардировщиков. Вновь прибывших самолетов было явно недостаточно, чтобы возместить потери, а гибель "Лэнгли" сыграла роковую роль. На этот раз противнику удалось нанести нам тяжелое поражение. Только четыре эсминца уцелели и смогли вернуться в Австралию.

28 февраля японцы высадились на Яве, и героическое сопротивление голландцев, оставшихся без поддержки с моря и с воздуха, продолжалось всего несколько дней. Несколько "летающих крепостей" и голландских самолетов уцелели и достигли Австралии. За ними последовали несколько маленьких суденышек с группами голландских солдат, которым удалось спастись от японцев. Разгром был, по сути, полным.

В период от Пёрл-Харбора до дня захвата Явы в Голландскую Ост-Индию было отправлено военных материалов на 60 миллионов долларов, однако значительная часть всего этого к тому времени не дошла по назначению. Легкие танки, самолеты и другая техника (на сумму до 25 миллионов долларов) еще находилась на пути через Тихий океан, а другие военные материалы везли на кораблях вокруг Африки. Корабли, шедшие на восток, получили приказ следовать в индийские порты, а те, что находились в Тихом океане, теперь должны были направиться в Австралию, которую японцы рассматривали как следующую для себя цель.

2 марта 1942 года, вскоре после начала вторжения на Яву, четыре представителя администрации по делам ленд-лиза из Сан-Франциско должны были отправиться в Австралию и Новую Зеландию. Так как регулярный транспорт не был еще налажен, каждый из них выбирал свой путь. Уильям Вассерман отправился на военном транспортном самолете, Аллен Смит на неохраняемом голландском торговом судне, Чарльз Денби на бомбардировщике Б-26, а Джон О'Бойль вместе с первым большим контингентом американских войск, с конвоем, в состав которого входил английский пассажирский лайнер "Королева Елизавета", переданный нам по "взаимному ленд-лизу" и приспособленный для перевозки войск.

Вернувшись, Денби ярко обрисовал сложившееся положение, так что мне стало ясно, почему в этой ситуации невозможна перегонка военных самолетов через Тихий океан. Его бомбардировщик был одним из 56, участвовавших в первых после Пёрл-Харбора регулярных перелетах с Тихоокеанского побережья в Австралию. Некоторые из этих средних бомбардировщиков, первоначально предназначавшихся для Явы, управлялись гражданскими летчиками. В момент, когда Денби совершал свой полет, островные базы на перегоночном маршруте отнюдь не были еще полностью оборудованы. В ряде случаев не были достроены взлетно-посадочные полосы и вовсе не было радиопеленгаторов. Требовались опытные навигаторы, чтобы найти некоторые крошечные островки среди просторов Тихого океана. Из 56 бомбардировщиков 6 пропали по дороге, другие же задержались из-за аварий на недостроенных островных аэродромах.

Положение в Австралии и Новой Зеландии стало критическим. Порт-Морсби, последний оплот австралийцев на Новой Гвинее, и Порт-Дарвин в Северной Австралии подвергались массированным бомбежкам японской авиации. Австралийцы уже готовились к возможной сдаче Северной Австралии противнику. Их ВВС, усиленные американцами, вели оборонительные бои, но по численности авиации значительно уступали противнику. В разгар этого кризиса одно за другим произошли несколько событий, изменивших ситуацию.

16 марта прибыл первый крупный конвой с американскими войсками. 17 марта генерал Макартур со своим штабом появился в Австралии и принял командование всеми силами союзников в юго-западной части Тихоокеанского региона. 27 марта было получено сообщение о том, что большой контингент австралийских войск под началом генерала сэра Томаса Блэйми прибывает в Австралию с Ближнего Востока. Американские военно-морские подкрепления достигли Южной Атлантики и теперь могли вести операции с баз в Австралии, Новой Зеландии и соседних островов. Наконец, в апреле стали поступать в значительных количествах военные материалы по ленд-лизу. Теперь уже можно было отбить и атаки японцев на Австралию.

Необходимость сражаться на австралийской земле так и не возникла. Ситуация была переломлена после битвы в Коралловом море 4-8 мая, когда американский флот, при участии австралийских военных кораблей, разбил и обратил в бегство мощный японский конвой, явно направлявшийся в Новую Каледонию или в Австралию. Прямая опасность вторжения в Австралию на этот раз миновала. Через месяц наша победа при Мидуэе сделала безопасной гавайскую часть коммуникаций. После того как была отвращена угроза немедленного вторжения, американцы, австралийцы и новозеландцы смогли заняться превращением этих двух стран в опорные базы будущего контрнаступления под руководством генерала Макартура и адмирала Хэлси. В этой работе важную роль сыграла программа "взаимного ленд-лиза".

По прибытии в марте в Мельбурн американских интендантских офицеров и представителей миссии ленд-лиза был создан Союзный совет по снабжению под председательством Дж. Висли, австралийского министра снабжения и развития, в который вошли члены австралийского правительства, американского командования и руководства Управления по делам ленд-лиза. Австралийские порты были полны кораблей, первоначально направлявшихся на Филиппины, в Гонконг, Ост-Индию, Сингапур, Рангун, и многие из них еще не были разгружены. Нужно было сразу использовать все это, и "грузы-беженцы" были перераспределены по соглашению с заинтересованными правительствами между США и их союзниками, включая некоторые уцелевшие канадские части.

Целью Союзного совета по снабжению было установить единый план операций Объединенных Наций на юго-западе Тихоокеанского региона, увеличить местное производство, проводить единую военно-экономическую политику в этом регионе. Еще в январе один из австралийских представителей в Вашингтоне предложил план такого совета: он давал возможность координации действий, что тогда было очень важно.

Пути до Австралии и Новой Зеландии очень длинны, и средний корабль может совершить туда от нашего Западного побережья только четыре полных путешествия в год. Поэтому, чтобы подготовить контрудар по японцам и вернуть утраченные земли, нам следовало эффективно использовать местные ресурсы и рабочую силу Австралии и Новой Зеландии, планировать их и наше производство, связанное с нуждами Тихоокеанской кампании, чтобы максимально сберечь ресурсы для военных поставок. Австралия континент размером с США, но население ее меньше, чем в Нью-Йорке, а население Новой Зеландии менее 2 миллионов человек. Обе эти страны преимущественно сельскохозяйственные, но в Австралии несколько лет назад был достигнут значительный уровень черной металлургии, развиваются и некоторые другие отрасли промышленности. Начиная с 1939 года здесь активно работали над созданием своего производства военных материалов. Ко времени прибытия миссии ленд-лиза в Австралии уже были заложены основы военной промышленности, но многое еще предстояло сделать для ее ускоренного развития и наилучшего использования собственных ресурсов.

Американская промышленная программа была нацелена на производство самолетов, моторов, танков, зенитных орудий, снарядов, бомб, точных инструментов, стрелкового оружия, патронов и т. д. всего до 3000 разных наименований вооружений. Хотя австралийцы сами делали много станков и оборудования для военных заводов, у них появилось немало узких мест, особенно в производстве авиамоторов, пропеллеров, танков, зенитных орудий. В конце 1941 года Льюис Эссингтон, один из ведущих австралийских промышленников, а ныне генеральный директор по военным материалам, заказал по ленд-лизу несколько тысяч станков и инструментов, но ко времени прибытия нашей миссии они еще не были доставлены.

Союзный совет по снабжению проанализировал австралийскую производственную программу и дал свои рекомендации по тем видам станков и оборудования, которые позволят Австралии эффективно снабжать своей продукцией Объединенные Нации, уменьшив количество оборудования, которое придется завозить из США.

С тех пор австралийские заводы произвели множество военных материалов для союзников. С 7 декабря 1941 года объем военного производства в Австралии удвоился, и она стала шестым по значению арсеналом Объединенных Наций после США, Советского Союза, Великобритании, Канады и Индии. Кроме того, часть австралийских заводов была оснащена американским оборудованием, так что они могут выполнять работы по сборке, а также ремонту самолетов, танков, грузовиков и другой техники американского типа.

Еще одной австралийско-новозеландской программой для нужд союзников явилось строительство небольших судов для кампаний в районе Новой Зеландии и Соломоновых островов. Кроме того, американские военные и транспортные суда ремонтируются на верфях Австралии и Новой Зеландии, и для нужд американского флота задействованы здесь многие суда береговой службы и траулеры.

Использование австралийской и новозеландской продукции для нашего снабжения дало самые удивительные результаты в области сельхозпроизводства, что не раз подчеркивали нынешний глава миссии Управления по ленд-лизу в Австралии У. Робертсон, а также Ч. Ферпосон и Б. Смит, оба возглавлявшие нашу миссию в Новой Зеландии. В 1942 и 1943 году здесь было налажено снабжение продовольствием и оружием возрастающих контингентов американских войск.

Сейчас почти все продукты, необходимые для американских войск в Австралии и Новой Зеландии, поставляются этими странами в качестве "взаимного ленд-лиза". Мы за это ничего не платим. Десятки тысяч американских солдат получают говядину, баранину, свинину, молоко, масло, яйца, свежие овощи и фрукты с австралийских и новозеландских ферм. Кроме того, австралийские продукты обрабатывают и консервируют на австралийских фабриках для американской армии. Всего год назад Австралия и Новая Зеландия производили много мяса и зерна, но лишь небольшое количество свежих овощей, а их возможности по консервированию продуктов были очень ограниченными. Но по мере того, как по ленд-лизу туда поставляли сельскохозяйственные машины, оборудование для консервных заводов, оловянные листы, а также и благодаря интенсивным усилиям самих австралийцев и новозеландцев они достигли значительного увеличения производства как овощей, так и всех других видов продуктов для американских войск. Это позволило нам сберечь миллионы долларов и тысячи тонн поставок.

Кроме боеприпасов и продуктов австралийцы и новозеландцы производят форму для многих тысяч американских военных: сапоги, шинели, рубашки, брюки, носки, нижнее белье, тропические шлемы и многое другое. Все это также делается в рамках "взаимного ленд-лиза", без оплаты с американской стороны.

Большая часть из тех тысяч военных самолетов, которые теперь участвуют в наступательных операций на всем юге Тихоокеанского региона, произведена, конечно, в США, но задолго до того, как эти самолеты покинули нашу страну, австралийцы и новозеландцы начали выполнять большую программу по строительству аэродромов для американских ВВС.

Еще летом 1941-го австралийцы перестроили аэродромы в Порт-Морсби и Порт-Дарвина, чтобы они могли принимать наши летающие крепости", которые мы отправляли на Филиппины и до Пёрл-Харбора. Тридцать пять из них проделали этот путь через Австралию. Потом, весной 1942-го, австралийцы и новозеландцы взялись за строительство ста с лишним аэродромов и военных баз с аэродромами, ангарами, квартирами для персонала американских ВВС и т. д. Часть необходимого для этого оборудования поставляла наша страна, и наши военные инженеры принимали участие во многих работах, но правительства Австралии и Новой Зеландии заплатили за землю, за все гражданские работы и большую часть материалов. Австралийцы и новозеландцы строили также бараки, склады, госпитали, ремонтные мастерские и другие помещения.

Немногие из этих аэродромов и иных объектов пригодятся после войны, да и теперь значение части из них уменьшилось, так как фронт отодвинулся от Австралии на север, но все они так или иначе сыграли свою роль в нашей общей борьбе. Для австралийского правительства затраты на аэродромы и иные объекты для нужд США составили к концу первого полугодия свыше 60 миллионов долларов, а для новозеландского свыше 20 миллионов. Конечно, в этих странах было построено на свои средства множество аэродромов и для собственных войск. Все они, созданные для наших или для их нужд, служат одному общему делу: приближению победы над Японией.

Помимо сооружения новых зданий было приспособлено для нужд наших войск также немало старых, и это делалось австралийцами и новозеландцами также в рамках "возвратного ленд-лиза". Особо следует отметить десятиэтажный Мельбурнский госпиталь, в прошлом гражданское лечебное учреждение, лучшее в Австралии, стоившее 3 миллиона долларов, которое было переоборудовано для военных нужд. Сейчас оно обслуживает исключительно американских военных. А в целом программа помощи нам по "взаимному ленд-лизу" со стороны Австралии и Новой Зеландии, население которых вместе составляет лишь пятнадцатую часть населения нашей страны, обошлась им, по данным на конец июня 1943 года, почти в 250 миллионов долларов, тогда как наша помощь этим странам за тот же период обошлась нам примерно в 500 миллионов.

Наша помощь по ленд-лизу Австралии и Новой Зеландии сыграла огромную роль в войне в южной и юго-западной части Тихоокеанского региона. Большинство танков, самолетов, военных грузовиков для австралийских войск, голландских частей, а также для американской армии поступили туда из нашей страны. В 1942 году мы отправили туда по ленд-лизу 1300 танков и более 500 самолетов, не считая тех, что были предназначены для наших войск. В 1943-м количество поставок оружия по ленд-лизу существенно возросло, но точные цифры пока являются военной тайной.

Хотя большинство наших поставок по ленд-лизу в Австралию и Новую Зеландию представляли собой военные материалы, но были и так называемые гражданские товары. Эти товары не били японцев, но и они были очень важны для успешной подготовки контрнаступлений Макартура и Хэлси. Это были станки для заводов, где ремонтировали наши военные самолеты; листы олова для консервных банок, предназначенных американской армии; семена и культиваторы, с помощью которых выращивались сельхозкультуры для питания наших солдат; грузовики для снабжения армии и еще сотни других вещей. Все они нужны были для военных целей, иначе не поставлялись бы по ленд-лизу. Иногда казалось, что некоторые из этих вещей вовсе не так нужны, как станки, семена или грузовики. Помню, однажды, в связи с вопросом о поставке табака "Блэк Твист", мне показалось, что одобрять ее не следует. Ну зачем нам посылать в Австралию это? Я, однако, навел справки и узнал, что табаком обыкновенно платят за услуги туземцам Новой Гвинеи и других тихоокеанских островов, когда они служат проводниками американских, австралийских или голландских летчиков, чьи самолеты были сбиты над джунглями, или носят носилки и помогают нашим войскам еще во многом другом. Деньги туземцам не нужны, а табак "Блэк Твист" их вполне устраивает.

Программа ленд-лиза нужна отнюдь не для того, чтобы сделать легкой гражданскую жизнь в странах-союзницах, но для поддержания той активности гражданского населения, которая необходима для снабжения фронта. Более того, совместная военная программа порождала значительную нагрузку на гражданскую жизнь этих двух британских доминионов. В Новой Зеландии после тяжелого землетрясения в Веллингтоне в августе 1942 года (там это летний месяц) не ремонтировали зданий и груды камня оставались на улицах много недель, так как правительство не могло выделить для этого рабочих, занятых на военном строительстве для нашей армии. Был период, когда весь цемент и большая часть леса там были зарезервированы для военного строительства, прежде всего для американских войск.

В Австралии лишь небольшое число автомобилей было оставлено для гражданских нужд, а грузовики, кроме военных, были снабжены угольными камерами сгорания для сбережения бензина. Вся 21 тысяча грузовиков, посланных в Австралию по ленд-лизу по требованию генерала Макартура, используется для важных военных перевозок. Гражданские же переезды и перевозки железнодорожные, автомобильные и водные производятся в порядке особой очередности. Система распределения ресурсов в южной части Тихоокеанского региона по "взаимному ленд-лизу" требует каких-либо жертв со стороны всех партнеров, и это как раз существенно важно для совместных боевых действий под командованием Макартура и Хэлси.

Австралийские и американские войска, сражаясь плечом к плечу в джунглях Новой Гвинеи, одерживали одну нелегкую победу за другой. Когда 22 июля 1942 года японские войска высадились на Новой Гвинее и устремились в Порт-Морсби, австралийцы и американцы были уже достаточно сильными, чтобы дать отпор. По мере прибытия новых подкреплений и вооружений они смогли после побед в районе Буна и Гона вытеснить противника из Восточной Новой Гвинеи. Австралийские танкисты на американских танках отбили много вражеских атак.

Кампания на Соломоновых островах велась в основном силами американской армии и флота, но и тут большое значение имела военная помощь австралийцев и новозеландцев и их военные поставки. Во время нашей первой высадки на острове Гвадалканал два австралийских крейсера помогали прикрывать огнем наши части, и один из них, "Канберра", погиб вместе с американскими "Винценс", "Квинси" и "Астория", В кампании на Соломоновых островах действовали и новозеландские летчики, а с недавних пор в нашем продвижении на север принимают участие и их наземные части.

В 1943 году мы одержали в Новой Гвинее и на Соломоновых островах новые совместные победы. Австралия и Новая Зеландия теперь превратились в мощные базы нашего будущего большого совместного контрнаступления.

Глава 16. Ленд-лиз-2 на дорогах к Токио

В декабре 1941 года лавина японской агрессии покатилась не только на восток и юг, но и на запад, к Бирме и Индии. Таиланд почти сразу предоставил врагу свою территорию, и, создав там плацдарм, японцы с Рождества начали воздушные налеты на Рангун. Хотя после этих рейдов "летающие тигры" и британские летчики в течение месяца не допускали японцев к городу, Рангун стал после бомбардировок уже не тот. Продолжительные ночные налеты так испугали бирманских портовых рабочих, что положиться на них было нельзя. Корабли день за днем стояли в портах неразгруженные, портовые работы были дезорганизованы, и положение это все ухудшалось.

Первые японские войска вошли в Бирму из Таиланда 15 января 1942 года. За две последующие недели они заняли позиции на берегах Мартабанского залива{8} и повернули на восток, к Рангуну. Эскадрильи английских летчиков и американские добровольцы вели неравные бои с превосходящими силами противника, но японцы, невзирая на потери, атаковали снова и снова. В начале февраля японцы сумели заминировать рангунский порт авиационными минами, и порт оказался совершенно отрезанным от внешнего мира. Затем в конце того же месяца они предприняли бросок на север и перекрыли северную железную дорогу, ведущую в город.

Английский гарнизон оказался в ловушке вместе со всеми грузами в порту и на складах, предназначенными для Бирмы и Китая. Английские летчики и американские добровольцы отступили на новые базы, дальше на север, и 7 марта 1941 года гарнизон покинул город, чтобы с боем пробиваться на север, к главным английским силам под командованием сэра Харольда Александера. Гарнизону удалось прорваться с помощью отвлекающего маневра китайских 5-й и 6-й армий, которые Чан Кайши направил в бой под командованием американского начальника штаба генерал-лейтенанта Дж. Стилуэлла.

До падения Рангуна 7 марта удалось разгрузить до 50 тысяч тонн грузов, доставленных туда по ленд-лизу. Значительную часть их составляли техника и сырье для китайских военных заводов, пушки, снаряды, значительное количество авиационного оборудования, а также лекарства и медицинские материалы. Но более всего было оборудования для самой Бирманской дороги и строительства новой железной дороги до Куньмина: грузовики, запасные части, бензин, асфальт, техника для строительства дорог и многое другое, необходимое для расширения дорог, предназначенных для осуществления поставок на фронты и военные заводы в Китае.

Несколько месяцев все эти материалы, за которые китайцы уплатили наличными, скапливались в Рангуне и в Лашо, откуда и начинается Бирманская дорога. Американские водители, грузчики и другие рабочие, присланные из США для реконструкции дороги, попали в Рангун всего за несколько недель до японцев. Вместе с китайцами и англичанами они предприняли отчаянные попытки спасти рангунские запасы, чтобы доставить их в Китай. Но после ухода англичан немалая часть этих запасов все же осталась в городе. Войска взяли с собой самое необходимое: остальное грузовики, артиллерию, боеприпасы, другие военные материалы что смогли, уничтожили. Во время отступления через Бирму на север не раз повторялось то же самое, в разных местах по пути следования англичане и китайцы забирали с собой все, что могло пригодиться из запасов, полученных по ленд-лизу или купленных китайцами ранее, а остальное старались уничтожить. В случае внезапного нападения врага эти товары попадали в его руки.