— Пошли.

Его штормило не на шутку. Ситуация становилась все более мерзкой. Мне захотелось поскорее сдернуть отсюда. Надо только придумать, каким образом.

Мы вышли с ним в зал, где резвились Елена с Александром Николаевичем.

Маленький с ходу попытался принять мяч, который подал его коллега, и благополучно приземлился. И остался неподвижен. Николаич кинулся на выручку Другу Я позвала подругу в туалет, который располагался рядышком с душевой, чтобы обсудить план исчезновения. Дверь-то закрыта на ключ.

— Таня, это надо сделать без шума и пыли. Ты-то уедешь, и все. А мне тут работать. Не дай бог, сторож узнает, что мы тут пьянствуем. Для физруков это мелочи жизни — все давно привыкли к их мирным попойкам. А вот у меня будут большие неприятности. Да и сплетничать начнут потом все кому не лень. Давай Подождем, пока они уснут. А потом стащим ключ.

Такая перспектива мне совсем не нравилась.

— А может, просто попробовать их уговорить?

— Не знаю. Только этот Николаевич прицепился как репей и говорит, что не зря же он на нас время тратил. Ему необходимо продолжение оргии. Не знаю, как выкручиваться. Мне тоже домой пора. А поднимать шум — потом позору не оберешься.

Хорошенькое дело. И про Дарью-то узнала всего ничего, и такой поворот событий. Совсем, надо сказать, неблагоприятный.

— Ладно, сориентируемся. Со мной не пропадешь.

— Это я уже заметила, — горько пошутила моя подруга.

Когда мы вышли из туалета, оказалось, что тут произошли некоторые перемены, а именно, Александр Николаевич, как цербер, охранял дверь черного хода, которая тоже имела врезной замок. В этой школе все замки были врезными, дабы нерадивые ученики не смогли пошутить. Это запросто: набиваешь в замок, будь он хоть повышенной секретности, бумагу, и тогда его хоть копейкой открывай, — это меня Ленка просветила.

Так вот, Николаевич исправно бдил, принимал, так сказать, меры, чтобы мы не смылись, а Леха отсутствовал.

— А где Алексей Иванович? — поинтересовались мы.

— В-водка кончилась. Пошел прикупить еще. Ик. Ленка схватилась за голову:

— Вы с ума, что ли, сошли?

— Откройте, пожалуйста, дверь, Александр Николаевич. Нам с Еленой Михайловной пора домой. Пожалуйста. — Я все еще пыталась сохранить спокойствие.

Тот пьяно рассмеялся:

— Нету. Тю-тю ключики. Ик. Леха унес. И мои, и свои, чтобы вы не смылись. А то кто с нами остаток вечера проведет? А? Ик. "

Я не знала, смеяться или разбушеваться. В такой глупой ситуации я еще ни разу не оказывалась. Суперсыщица, арестованная двумя пьяными мужиками. Сказать кому — не поверят. Ух, как мне захотелось въехать ему по уху. Жалко только Ленку подводить.

Пришлось смириться и усесться на низкую лавочку в ожидании Лехи. А время бежало. Мне позвонил Виктор Владимирович:

— Где же вы застряли, Танечка? Я за вами заехал, как договаривались, а вас нет дома. Нехорошо. Вы не передумали случайно?

— Нет, ни в коем случае. Просто непредвиденные обстоятельства. Придется немного задержаться. Скоро освобожусь. Выбирайте пока ресторан, заказывайте столик, а я подъеду попозже. Наберитесь терпения. И, пожалуйста, извините за опоздание. Как только освобожусь, я вам сразу перезвоню.

— Так где же ваш Леха? В Китай, что ли, за водкой отправился? — Ленку уже трясло от гнева.

— Ик. Вон, у Танюхи есть сотовый. У Лехи тоже трубка имеется. Пусть она его и спросит. Звони, Тань.

Где его нелегкая носит? Может, он уже забыл про нас и нашел себе новую компанию? Ик.

— Этого мне только не хватало для полного счастья. Какой номер у вашего друга?

— Алексей Иванович, мы все тут вас заждались.

Сгораем от нетерпения. Поторопитесь.

— Таня… Где я? Кажется, я потерялся… П-помоги-те, у-у, т-твою мать!

Ленка, сидевшая рядом со мной, все слышала и выхватила у меня телефон:

— Леша, ты где?

— Н-не з-знаю.

— Ну, ты хоть опиши, что рядом с тобой, здание какое или еще что.

— Н-не знаю. Только з-звезды. В-везде звезды. И снег, — он хихикнул, — как на Северном полюсе, А-а, вот еще машина, к-казтса. Во-от она, з-зар-раза. — Он шибанул по невидимой машине то ли ногой, то ли кулаком.

Я даже поморщилась, представив себе, что мою ласточку вот так беспардонно кто-нибудь может двинуть со всей дури.

А в это время на лавочке, прислонившись спиной к стене, мирно захрапел Александр Николаевич. Я расхохоталась. А у Ленки слезы закапали.

— Кошмар, — тихо прошептала она.

— Давай у него карманы проверим. Может, насчет ключей он наврал, — предложила я.

Но обыск пьяного Ленкиного коллеги ровным счетом ничего не дал.

Ключей у него действительно не было. Вот такое кино. Мы заперты в спортзале. Обладатель ключей потерялся, а дражайший Александр Николаевич мирно храпит.

Глава 6

— Что же теперь делать, Таня?

Я и сама не знала что. Одно я решила твердо — надо отсюда выбираться любой ценой. Если этого не избежать, то даже ценой репутации.

А тут опять сотовый затрещал. Виктор Владимирович, по его словам, уже волновался за меня, и ему не терпелось меня увидеть.

Я твердо пообещала ему быть минут через сорок.

— Все, Ленок, начинаем операцию «Освобождение».

— Есть идея?

— Есть. Давай попробуем выставить окно.

— Ты с ума сошла. Вдруг сторож услышит.

— А что ты предлагаешь, остаться ночевать вон на тех матах? И этого кренделя под бочок взять?

— Господи, зачем только тебе этот Алексей Иванович понадобился? Все было так здорово. А теперь сплошной кошмар. И я даже не знаю, закрыли ли дети мой класс.

— Я потом тебе расскажу, зачем я к нему в знакомые набилась, а сейчас лучше помоги найти что-нибудь подходящее, инструмент какой-нибудь. Выключим свет и потихоньку выставим окно.

Сказать оказалось легче, чем сделать. Поскольку на окнах была натянута сетка.

Я внимательно осмотрела все четыре окна. Одно мне понравилось больше других, на нем с одной стороны сетка свободно болталась. И оказалось возможным ее снять. Главное — вырваться из заточения. На остальное наплевать с Эйфелевой башни. Пусть исправляют сами виновники.

Мы выключили в спортзале свет, и я забралась на подоконник. Окно находилось в полутора метрах от пола. Трюк неслабый. Не будь я тренированной особой, мне бы это ни за что не удалось. Но дело мастера боится. Через пару минут я выставила одну фрамугу.

— Давай руку, — прошептала я Ленке.

Однако попытка затащить ее на подоконник мне не удалась.

— Мы сейчас всех на уши поставим. Еще и милицию вызовут. Нет уж, Тань. Ты лучше поищи Алексея. Может, он где-нибудь поблизости.

— Ладно. Попробую.

Я спрыгнула на землю и пошла изучать окрестности. Первое, что я сделала, это обошла вокруг школы. И не напрасно.

Около моей машины, которую я оставила в нескольких метрах от забора, что-то темнело. Я подошла и щелкнула зажигалкой.

Алексей Иванович мирно спал, раскинув руки. Выходит дело, что пинал он именно мою «девятку». Рядом с ним валялся сотовый телефон.

Это ж надо так напиться. Полностью нюх потерял. Звезды, видите ли, вокруг него. Просто сей гомо сапиенс даже не понял, что оказался в горизонтальном положении и окружающую обстановку, к тому же подкорректированную выпавшим снегом, видел в другом ракурсе.

Такого в моей практике еще не было. Называется, заблудился между двух сосен.

Я обшарила его карманы, нашла ключи и вызволила Ленку, открыв дверь черного хода. Какое счастье, что в спортзале этой школы она была.

— Господи, благодарю тебя. Неужели все уже позади? Не верится даже. Как хорошо!

Подруга с наслаждением вдыхала свежий воздух.

— Что будем делать с твоим коллегой? И с окном?

— Да пошли они к чертовой бабушке, алкаши несчастные.

Но все же бросить Леху на произвол судьбы ей было жалко.

Мы затащили его в спортзал, уложили на маты. Я приладила кое-как стекло, и мы покинули спортзал, закрыв друзей на ключ. У них имелся второй комплект. А значит, выберутся, когда проснутся.

— Слава богу А ключ я им завтра верну.

— Похоже, что суть развлечений я все-таки познала.

— Каких развлечений?

— Это мне мои кубики предсказали. Ленка расхохоталась;

— Да уж! Классно мы поразвлеклись. Я думала, со страху умру.

Мы сели с Ленкой в машину, и я набрала номер своего нового знакомого:

— Виктор Владимирович, вы еще не устали меня ждать? Я уже в пути.

— Таня, вы провинились, — голос его зазвучал немного кокетливо, — ведь так?

— Грешна. Простите, пожалуйста.

— Ага, значит, вину свою признаете?

— Признаю. Целиком и полностью, — я тоже с ним кокетничала.

— И согласны с тем, что достойны наказания? Я притворно шумно вздохнула.

— Молчание — знак согласия?

— Да.

— Вот и отлично. Жду вас в ресторане «Белый медведь». В банкетном зале. Наказания вам точно не избежать.

Я слегка прогрела движок, посвящая попутно Ленку в свои дела, и мы с ней помчались прочь из Трубного района.

— Что-то, Таня, я не слишком поняла, кто убил Дмитрия Петровича. Какого-то туману ты напустила. Столько действующих лиц, а прочной нити, за которую можно клубок размотать, по-моему, пока что нет.

— Вот это ты точно подметила. Мечусь, как крыса в капкане. И ни с места. Голова пухнет. Вообще-то я все-таки на Дарью грешу. Не зря ж она этот порнотеатр устроила. На сто процентов уверена, что кассету у меня конфисковали неспроста.

— А к этому зачем же тогда тащишься на ночь глядя?

— А это просто продолжение пробежки по версиям. Вдруг да что-нибудь нарисуется. Они все-таки одним и тем же бизнесом занимались. Часто бывает, что бизнесмены наслышаны друг о друге даже больше, чем их родные. Один шанс из тысячи, конечно.

— Ну и плюнь. Представляешь, как здорово завалиться сейчас в люлечку и выспаться на всю катушку.

— Представляю. Только у меня в бабушкиной квартире укрыта главная подозреваемая, которой я поверила на слово. И я должна либо доказать ее невиновность, либо совсем наоборот, чего мне, честно говоря, очень бы не хотелось. Не люблю ошибаться в людях. Вот такой расклад.

Я остановила машину у Ленкиного дома, и мы с ней распрощались.