— Тань, не исчезай. Я буду за тебя волноваться.

— Спасибо. Я за тебя тоже.

В ресторан «Белый медведь» я вошла только в одиннадцатом часу.

— Все столики заняты, госпожа. Извините, — обратился ко мне швейцар.

— Я думаю, что меня ждут.

— Ну, если так, тогда проходите.

Виктор Владимирович поднялся мне навстречу.

— Ну, наконец-то, Танечка, милая вы моя. Я уже просто заждался. Хорошо еще одноклассника тут встретил. Хоть с ним поболтал. А то бы не выдержал. Весь вечер человеку испортили, и никакого раскаяния на прекрасном лице.

Он был уже изрядно под хмельком. Обворожительно улыбался, принимая у меня из рук пальто.

Сдав пальто в гардероб, он взял меня под руку и повел к столику.

— Официант, сюда, пожалуйста. Все уберите и примите заказ. Это мы тут с Толиком немного выпили, — пояснил он мне.

Пока официант убирал остатки прежней роскоши, я изучила меню.

— Что будете пить, Танечка?

— Я не могу пить, — виновато улыбнулась я, — машину не успела поставить.

— Ну, уж нет. Говорите что хотите. Так дело не пойдет. Вы провинились? Провинились. А машина не проблема. Я вызову своего водителя, и он вас отвезет. На вашей же машине. Идет?

Что ж. Это снимает проблему. В таком случае можно и расслабиться немного. Я это сегодня уж точно заслужила. Да и кости советовали познать суть развлечений.

— Тогда шампанское. — Замечательно. А с меню ознакомились?

Я заказала салат из свежих овощей и телячьи зразы. Благодаря грибочкам и картошке в мундире, которыми нас потчевали гостеприимные физруки, я была не слишком-то голодна.

Мы поболтали с Виктором Владимировичем о всякой ерунде. Светский треп. И только. Кстати, перешли на «ты». А я мучительно обдумывала, как бы мне перевести разговор на нужные рельсы.

Тут закончился перерыв у музыкантов. Они вернулись к своим обязанностям, заиграла музычка, и Виктор пригласил меня танцевать.

Выпитое вино, приятный мужчина, музыка — все это делало свое дело. Мне было просто хорошо. Моя усталая душа отдыхала.

Виктор оказался очень приятным в общении мужчиной. От него пахло дорогой туалетной водой. Такой волнующий запах! Он украдкой поцеловал меня в шею около уха. Его горячее прерывистое дыханье прямо-таки обожгло, и по спине побежали мурашки. Мне стало очень любопытно, во что это выльется. Любознательная я женщина, грешна.

— Таня, я придумал для тебя наказание, — прошептал он.

— Какое? — так же шепотом спросила я.

— Ты посетишь мою холостяцкую обитель. Там мы попируем с тобой вдвоем. Не слишком суровое наказание?

Теперь я точно знала, во что все выльется. Еще я знала, что завтра он, возможно, и не вспомнит обо мне. Хоть я знаю себе цену, я так же знаю этот тип мужчин. Но сейчас мне было глубоко фиолетово, что там будет завтра. А сегодня, очень надеюсь, будет совсем неплохо. И я, рассмеявшись, сказала:

— Нет. Не слишком.

— Тогда срываемся?

Я пожала плечами. — Мне звонить водителю? Он тут рядом живет. Да и я тоже.

— Тогда не надо. Зачем человека ночью беспокоить? Оставлю машину тут, около ресторана. Включу сигнализацию. Думаю, с ней ничего не случится.

— Нет. Я сейчас заплачу ночному сторожу — он уже пришел, — и тот приглядит. На всякий случай. От греха подальше.

Квартира Виктора находилась на третьем этаже старого дома, еще сталинской постройки. Такие в нашем городе ценятся дорого, ввиду высоких потолков, огромной кухни и хорошей планировки.

— Неплохие у тебя хоромы.

— Да ерунда. Я вообще-то особняк за городом строю. Вот там будет где разгуляться.

— А трех комнат, конечно, мало? Для одного. Виктор пожал плечами:

— Тут шумно. А там тишина. Лес рядом. Приглашу тебя на новоселье.

Я улыбнулась. Не такая уж я наивная, чтобы поверить. Но вслух ничего не стала говорить по этому поводу. Зачем?

— Садись, — он указал на массивное кресло, — тебе здесь будет удобно. А я сейчас что-нибудь соображу.

— Ничего не надо. Только кофе.

— Ну, коне-ечно. Мы с тобой сегодня гуляем. Так что кофе будет попозже. А сейчас коньяк. И не отнекивайся.

Виктор, не дожидаясь ответа, включил легкую музыку и исчез на кухне.

Через пару минут на журнальном столике красовались бутылка отличного армянского коньяка, фрукты и шоколад.

— Вот так, Танюша.

Он плеснул коньяк в рюмки на самое донышко. Поднял свою и проговорил:

— За самую красивую женщину Тарасова. За тебя, Танечка.

Я не стала возражать. Хоть и говорят, что лесть гнусна, вредна… Но так приятно слышать теплые слова в свой адрес.

— Восхитительный коньяк.

— Ты тоже, Таня.

И он посмотрел на меня так, что у меня кровь забурлила.

Виктор отставил свою рюмку, поднялся с кресла, подошел ко мне и взял за руку.

О деле я заговорила уже потом, когда мы курили в постели.

— Виктор, я хотела тебя спросить.

— Спрашивай, — он выпустил дым колечками.

— Ты ведь знал Дмитрия Петровича? Я имею в виду Захарова.

— Конечно, знал. Он был другом моего отца. Отец, правда, старше его. Но это не имеет значения. Потом с отцом случилось несчастье — инфаркт. Бизнес отнимает здоровье. Я унаследовал компанию.

Я про себя невольно усмехнулась. Меня тронула эта фраза о том, что бизнес отнимает здоровье. На мое бы место этих бизнесменов. Посмотрела бы я, что больше влияет на драгоценное здоровье: бизнес или такая собачья жизнь, как моя.

— А жену его молодую знаешь? — Дарью Михайловну, что ли? — в его голосе послышалась ирония.

— А почему так ядовито?

— Тань, ну их всех на фиг! Сегодня только ты и я. Остальные мне до лампочки. Ей-богу!

— Нет, ну а все-таки?

— Ты что, следователь?

— Я журналистка.

Потом подумала немного и решила расколоться. Чего ходить вокруг да около? Я уже была уверена, что конкурирующая фирма тут ни при чем. А если и при чем, то я это сразу определю по его поведению, ведь у меня потрясающая интуиция, которая на данном этапе упорно твердила «шерше ля фам», то бишь ищите женщину.

— Вообще-то я частный детектив. Меня наняла его первая жена. Ее подозревают в убийстве бывшего мужа.

Виктор даже поперхнулся дымом.

— Ну ты даешь! Так ты согласилась пойти ко мне только потому, что у тебя такой метод получения информации?

Я влепила ему звонкую пощечину и поднялась, намереваясь уйти.

В принципе, он, конечно, прав. Но нельзя же вот так в лоб, елки зеленые.

— Прости, Танюш. Я не хотел тебя обидеть. Ну, дурак я, не обижайся. Иди сюда.

Получение информации отложилось еще на некоторое время. Но это не было пустой тратой времени. Этот мартовский кот умел обходиться с женщинами.

Потом мы с ним долго болтали, и я не пожалела, что пришла сюда. Надо сказать, что он меня удивил.

— Знаешь, Таня, — заявил он, — эта Дарья просто искала лопуха. К сожалению, им оказался Дмитрий Петрович. Был бы жив отец, он бы сумел его отговорить от этого брака. Возможно.

— В каком смысле «искала лопуха»?

— Она меня тоже пыталась прибрать к рукам. Они пришли ко мне, предложили шоу. В рекламных целях. А потом банкет, и Дарья — само очарование. Стерва. Я клюнул, дурак. Спасибо, нашлись добрые люди, которые открыли мне глаза. Она в мужиках не нуждается. У нее есть подруга. Ее начальница. Вот дамочки и искали лоха с большими деньгами. Решившись на этот брак, он сам предопределил свою судьбу.

— Ты считаешь, что его убила Дарья?

— Я не следователь. Но мне так кажется. Зачем она вообще замуж выходила, если мужчины ее не интересуют?

— У нее алиби.

— Она лепила это алиби, а тем временем подруга замочила ее муженька. Правда, это мое личное мнение. Возможно, я ошибаюсь. Дай-то бог, чтобы ошибался.

Итак, мое мнение совпало с мнением Виктора. Я попросила:

— Расскажи мне о нем то, что знаешь.

— Он же не был моим другом. Я слышал как-то краем уха от отца, что у него где-то на стороне была женщина и, кажется, даже ребенок. О, вспомнил! У меня и фотография есть. Они там с отцом на рыбалке. И эта дама с ними.

У меня от волнения даже вспотели ладони. Такой удачи я и не ожидала.

— Найди. Я хочу посмотреть.

— Что, прямо сейчас, что ли? Среди ночи?

— Витенька, миленький, я тебя умоляю. Это мне сможет помочь. Я просто уверена.

Не зря же кости советовали мне постичь суть развлечений. Мои милые магические кубики никогда не лгут и не ошибаются.

— Тань, там такая фотография. Не стоит ее даже искать.

Но меня не переубедишь. Если я чего решила, выбью обязательно.

Виктор поднялся с постели и прямо в костюме Адама принялся рыться в шкафу. Он достал несколько альбомов и вернулся в кровать.

— Вот. В одном из этих. Сейчас поищем, если тебе так уж неймется.

Я засмеялась:

— Еще как неймется. Прямо все внутри горит. Часам этак к трем утра я почти все знала о моем новом любовнике и его родственниках. Виктор был человеком разговорчивым и доброжелательным, уважающим традиции семьи. Пока мы искали это самое любительское фото, он рассказывал.

Не могу, конечно, утверждать, что его поведение объяснялось тем, что он потерял от меня голову. Нет. Я не обольщаюсь. Просто добрая порция очень качественных алкогольных напитков, плюс приятно проведенное время — все это сыграло определенную роль.

— Вот она, Таня. Слава богу, нашлась. Я уж думал, что она куда-нибудь завалилась.

Он протянул мне маленький любительский черно-белый снимок. На фотографии были изображены трое: двое мужчин и женщина. Они стояли на берегу реки. Мужчина, который находился справа, обнимал смеющуюся белокурую женщину.

— Вот это мой папа.

Виктор указал на мужчину слева. Это, впрочем, я и сама поняла, хоть лица на фотографии такого качества рассмотреть весьма проблематично.