Невский Дозор

– Секунду, – послышалось клацанье клавиш, затем непонятное бурчание Васнецова, – нет, Балабанов, в последний раз мы выдавали лицензию два месяца назад. Подробности нужны?

– Наверное, нет, – задумчиво протянул я, – хотя скопируй мне файл и пришли по электронной почте, вдруг пригодится.

– Не вопрос, отправляю! – бодро отозвался дежурный, а потом торопливо добавил: – Ой, Степан, тут письмо от шефа пришло, с просьбой передать тебе сообщение.

Я удивленно хмыкнул. Судя по всему, Драгомыслов уже в курсе, куда именно я направляюсь.

– Что там?

– Всего два слова: «Будь осторожен». – Голос Васнецова сразу стал серьезным. – Степан, все нормально? Может, дяде Саше позвонить, чтобы подстраховали тебя?

– Да все нормально, Жень, не парься. – Я постарался отвечать как можно более уверенно и спокойно. – Все под контролем. Спасибо.

– Ну ладно… – неуверенно раздалось в ответ. – Тогда отбой.

– Отбой.

Я постарался успокоить нервы. Ничего страшного не случилось. Если бы Геннадий Петрович всерьез опасался моей поездки в офис Дневного Дозора, он бы лично позвонил мне и запретил соваться в логово Темных. А так он просто рекомендовал быть осторожней, значит, в принципе Драгомыслов был не против моей идеи.

И все же к штабу Темных я приехал в легком смятении и, прежде чем выйти из машины, несколько минут просто сидел за рулем, глубоко вдыхая и выдыхая. Помогло.

Заперев замок и поставив автомобиль на сигнализацию, я быстрым шагом поднялся по лесенке в несколько ступенек и потянул на себя кованую решетку, за которой притаилась дверь в офис конкурирующей фирмы.

На площадке передо мной возникли две двери.

Одна, видимая обычным людям, вела в известнейший в городе эзотерический центр, в котором помимо называющих себя экстрасенсами людей работали несколько настоящих Темных ведьм. Подобное соседство было довольно сомнительным, на взгляд Светлых Иных, но чрезвычайно выгодным для Темных. Буквально каждый день к ним приходили люди, переполненные негативной энергией. От кого-то ушел любимый человек, кому-то хотелось приворожить предмет давней страсти, кто-то жаждал богатств или роста по карьерной лестнице. Следить за тем, чтобы настоящие ведьмы из числа Темных не воспользовались соблазном отчерпнуть от этих эмоций лишнего или, что еще хуже, оказать воздействие, было невероятно сложно. А то, что такие воздействия, хоть и самые незначительные, имели место быть, в нашем офисе даже не сомневались. У Драгомыслова буквально руки чесались разогнать этот ведьмовской коган. Но пока нам не удалось поймать Темных с поличным, они продолжали свою деятельность под видом эзотерического салона.

Вторую дверь можно было увидеть только сквозь Сумрак. Убедившись, что на меня никто не смотрит, я поднял свою тень…

Первое, на что сразу же обращаешь внимание в Сумраке, это стерильная чистота. Ни единого пятнышка мха, так как Темные не желали делиться даже малой крохой дармовой энергии с сумеречным паразитом. На том месте, где висела видимая лишь обычным людям самодельная табличка «Косая аллея», в стене появилась массивная железная дверь, украшенная коваными фигурками летучих мышей и пауков, с вывеской «Дневной Дозор Санкт-Петербурга. Часы приема – круглосуточно».

Я решил не отказывать себе в удовольствии немного пошутить и пасом левой руки направил небольшой поток силы в сторону кованых фигурок. В результате чего самый здоровый паук развернулся на сто восемьдесят градусов и вонзился железными жвалами в крыло ближайшей летучей мыши. Мышь захлопала крыльями, издав тем самым невероятный металлический грохот. Дверь тут же распахнулась, и на меня уставился взъерошенный ведьмак Руссов.

– Балабанов, ты что себе позволяешь! Зачем хулиганишь?

– Спокойней, Сергей, спокойней. Чего ты такой нервный? – довольно улыбнулся я.

– Да шмыгают тут всякие Светлые, – ответил ведьмак, – потом тапочки пропадают.

– Ты не путай, Сергей. Тырить тапки – это удел Темных, – парировал я. – Ну что, пустишь внутрь или так и будешь мариновать меня на пороге? Я не в гости пришел, а по делу вообще-то.

– Заходи, – буркнул Руссов в ответ, на чем наша словесная пикировка и закончилась.

Проходя через распахнутую дверь, я ощутил легкое сопротивление, а перед взглядом возникла и тут же пропала прозрачная стена с радужными разводами, больше всего напоминающая стенки мыльного пузыря. Все это было вполне ожидаемо. Входя на территорию Темных, я оказался под колпаком их защитных заклинаний. Так что в случае необходимости я не то что сбежать с помощью портала, хотя мне и так было пока не по силам их прокладывать, но даже сигнал о помощи моим коллегам передать не смогу. А о том, чтобы попытаться применить боевые заклятия, и думать не стоит, бесполезно.

Меня успокаивало лишь то, что шеф знал, куда я отправился. И что я являлся сотрудником Ночного Дозора. Но при этом прекрасно понимал, что это офис Темных, и тут можно ожидать любой гадости или провокации. Говорят, первый глава петербургского Дневного Дозора, Великий Темный маг Харальд, имел привычку пополнять свою коллекцию охотничьих трофеев не только черепами животных и людей, но даже и черепами Иных. И мне очень не хотелось стать очередным экспонатом данной коллекции, которая, все по тем же слухам, досталась в наследство нынешней руководительнице Темных[14].

– Ну, чего надо-то, Светлый?

Я хорошо знал Сергея Руссова. Высокий, плечистый парень с модной стрижкой, смазливый, как и многие Темные. Ведьмак четвертого уровня, в открытом бою мог запросто размазать меня по стенке. Приехал он, как и большинство сотрудников новых петербургских Дозоров, относительно недавно. Это мы со Светой были местными, родившимися в Ленинграде после исхода Иных в конце семидесятых годов. Все остальные в Ночном были приезжими, собранными со всей России. Аналогичная ситуация сложилась и у Темных. В свое время пресветлый Гесер проследил за тем, чтобы в состав обновленного Дневного Дозора не попал ни один из членов секты Черных. На это было много причин. И теперь за соблюдением Великого Договора со стороны Темных следили ведьмы, оборотни и ведьмаки, переведенные в северную столицу из областных офисов.

И хотя по уровню силы Руссов мог легко потягаться с дядей Сашей или даже с Драгомысловым, руководил питерским Дневным Дозором не он, а ведьма Наталья. Хоть ведьма и была пониже рангом, зато жизненного опыта у нее было больше, чем у всех ее подчиненных, вместе взятых. И властвовала Наталья железной рукой, чем вызывала уважение даже со стороны Светлых Иных.

Вот как раз с ней-то я больше всего и не хотел бы столкнуться сейчас в коридорах Дневного Дозора. Поэтому я выдал Руссову заранее заготовленный ответ:

– Как я уже говорил, я по делу.

– Насчет футбольного хулигана? – с ленцой в голосе отозвался Темный. – Мы же вам сказали, что ищем. Будут новости – сообщим по телефону.

– Нет, я по другому вопросу. Есть подозрение, что в городе кто-то промышляет охотой на детей. Хотелось бы кое-что уточнить по вашей базе данных.

– Балабанов, ты что, серьезно думаешь, что мы будем тебе помогать в этом деле? – нагло ухмыльнулся ведьмак и даже рассмеялся. – Доказательства есть? Претензии, официальные жалобы? Нет? Ну вот пока ничего этого нет, топай отсюда и рой землю носом самостоятельно. У нас своей работы хватает.

– Знаем мы, какая у вас работа, – ответил я сквозь зубы, чувствуя, как внутри меня медленно закипает злоба на этого холеного наглеца.

Но тут взгляд Руссова остекленел, и на несколько мгновений он замер на месте точно вкопанный.

– Хорошо, Наталья Владимировна, я понял. – После чего взгляд ведьмака вновь сделался осмысленным, а мне, в свою очередь, вновь сделалось не по себе. – Вниз по лестнице, в коридоре третья дверь направо. Там архив, спросишь, что тебе нужно, и вали отсюда. На все про все у тебя полчаса. Если не уложишься за отведенное время, проблемы твои. Понял, Светлый?

– Спасибо. – Я постарался, чтобы мой голос звучал как можно спокойней, и, протиснувшись мимо ведьмака, поспешил в указанном им направлении.

Изнутри офис Дневного Дозора больше всего походил на типичный современный офис. Ультрамодный дизайн светильников, абстрактные минималистские постеры на стенах и стерильная чистота. На всем протяжении пути до архива я испытывал на себе множество любопытных взглядов, хотя лестница и коридор оказались безлюдны. Это сотрудники Дневного Дозора прощупывали меня через Сумрак, но спасибо им за то, что делали они это аккуратно и ненастойчиво. Стоило кому-то из них надавить чуть сильнее или попытаться оказать на меня хоть малейшее воздействие, как висящие на мне служебные охранные амулеты устроили бы такое светопреставление, что мало бы никому не показалось. Конечно, основную ставку я делал на амулет с подвязанным на него заклятием «фриз», при активации которого вокруг меня возникнет сфера локальной заморозки времени и пространства. Достать меня в этой сфере будет невозможно, правда, и я не смогу в ней ничего сделать. Зато это даст мне пару часов на то, чтобы в дом на Очаковской улице прибыла кавалерия во главе с Драгомысловым и устроила Темным разнос.

Но все мои опасения оказались напрасными. По крайней мере до архива Дневного Дозора я добрался без происшествий. Из-за тонкой филенки я услышал звуки песни и прислушался.

Несколько вечностей с тобой.Мне хочется верить, что есть доброе утро.Там, где сиянием накроетТвой дикий север и твой вечный сумрак…

Аккуратно постучав в дверь, я дождался разрешения войти.

Из распахнутой двери на меня полилась музыка.

…И больше нет никаких дел,У меня больше нет никаких дел,У меня больше нет никаких дел,Я храню твою тень[15].

Музыка смолкла.

– Меня предупредили о вашем визите, Светлый. Садитесь. Хотите воды?

Конечно, в сам архив меня не пустили, оставив сидеть в небольшом закутке, где стоял стол с компьютером, пара стульев и кулер, от предложения воспользоваться которым я счел благоразумным отказаться.

Попить воды во время ожидания мне предложила красивая рыжеволосая ведьмочка, представившаяся Земфирой, с короткой стрижкой, облаченная на первый взгляд в простое, но явно дорогое дизайнерское платье.

– Что именно вас интересует, Светлый? – Поняв, что заигрывать со мной бесполезно, Земфира сразу же перешла на деловой тон.

– Я… – Я осекся, так как чуть было не произнес на автомате фразу «был бы вам признателен». Прав был Драгомыслов, расслабился я, полез в логово пауков. А стоит хоть на секунду потерять бдительность, ляпнуть что-нибудь не подумав – и окажешься в долгу у Темной. И я не испытывал иллюзий касательно ангельского личика сидящей напротив меня девушки. Она в первую очередь ведьма, Темная Иная. И не преминет воспользоваться моей оплошностью ради совершения какой-нибудь подлости в будущем. – Я хотел узнать, нет ли у вас информации вот по этой женщине.

Я протянул Земфире специально захваченные мною из фотостудии снимки бабушки с ребенком. Ведьма задумчиво посмотрела на снимок, потом бросила быстрый взгляд в мою сторону и вернула фотографии.

– А зачем она вам, Светлый? Ее в чем-то подозревают?

– Так вам известно, кто эта Иная?

И вновь остекленевший на мгновение взгляд собеседницы дал мне понять, что сейчас она получает указания от своей начальницы.

– Искать в архивах нет необходимости. Ее зовут Азалия Карипова. Копия ее личного дела уже направлена на адрес вашего офиса.

– Вот как? – От удивления я невольно хмыкнул. Быстро они сдали свою товарку. Но почему так легко, без обычных препон и возражений? Подозрительно это все, ох как подозрительно.

– А что вас удивляет, Светлый? – насмешливо ответила мне девушка. – Мы делаем с вами общее дело, следим за соблюдением Великого Договора. И если кто-то его нарушает, мы его наказываем. Порой жестоко наказываем. Если нарушителем является Светлый, например.

Земфира рассмеялась, а мне сразу же захотелось покинуть офис Дневного Дозора как можно скорее. И принять душ, чтобы смыть с себя всю налипшую за время моего непродолжительного здесь пребывания мерзкую ауру Темных.

Сухо поблагодарив ведьму за помощь, я пулей выскочил из архива и устремился вверх по лестнице. В спину меня толкал неприятный заливистый смех Земфиры, от чего голова у меня закружилась, а в ногах и руках я почувствовал слабость.

На середине лестницы я столкнулся со здоровенным бугаем, шагавшим мне навстречу с ведром воды и шваброй. Все видимые участки кожи на теле бугая украшала причудливая вязь татуировок.

– Аккуратнее, Светлый! – рявкнул татуированный, когда я чуть не снес его на узком лестничном проеме. Взглянув на него сквозь Сумрак, я с удивлением обнаружил, что надо мной возвышался оборотень шестого уровня.

– Простите, – промямлил я в ответ, протискиваясь мимо бугая. И уже на самом выходе я вновь встретил Руссова.

– Уже уходишь, Светлый? У тебя еще есть двадцать минут, – ехидно произнес ведьмак.

– Использую их в следующий раз, – отмахнулся я. И уже на выходе из офиса оглянулся и спросил: – А что это у вас за детина с ведром и шваброй по коридорам бродит? Вроде бы у вас в штате сотрудников оборотни раньше не числились?

– Татуированный? А, это Пашка, он у нас уборщиком подрабатывает. Полы моет, пыль протирает, мусор выносит. Ну и так, по мелочи еще помогает. А что?

– Уборщик? Ну-ну, – задумчиво ответил я и наконец-то покинул офис Темных. Следовало спешить на доклад к Драгомыслову и как следует все обсудить с более опытным начальником. Потому что у меня было стойкое ощущение, что меня только что подловили. Но где и на чем, вот этого я понять был пока не в силах.

И мне это очень не нравилось.

Глава 7

Сразу после возвращения из офиса Дневного Дозора меня, мои вещи и даже мой «Форд Фокус» подвергли тщательному осмотру на предмет обнаружения следов чужой магической силы. Меня даже во двор аптекарского дома не пустили! Дядя Саша и Кирилл Батурин тормознули мой автомобиль за две сотни метров от нашего штаба и в четыре руки принялись сканировать служебными амулетами меня и машину. Но, слава богу, ничего не обнаружили.

Затем у нас с шефом был продолжительный разговор, во время которого он детально изучил мои мыслеобразы о посещении офиса конкурентов и внимательно выслушал мои предположения о том, почему Темные так легко согласились нам помочь. Хотя, если говорить по правде, никаких особенных предположений у меня пока не было.

– А вот о том, что у них оборотень в офисе прописался, этого даже я не знал, – вздохнул Драгомыслов. После чего придвинул к себе поближе мои фотографии и открыл ноутбук. – Так, давай почитаем, чего они нам прислали. Азалия Рамазановна Карипова. Смотри-ка, возраст не указан, хм… – Сверив фотографии с данными, которые прислали из Дневного Дозора, Драгомыслов тяжело выдохнул и положил их на стол перед собой. – Фу-ух… А раньше как-то не наблюдалась. Видать, совсем осторожничала, а тут вон сила стала слабеть. Красота увядать. Есть захотелось. Вот бдительность и потеряла, стала в одном районе охотиться. Странно-странно. Они ведь недолго на холостом ходу могут, это как наркоманы. Ломка начинается. Так, читаем… Из Татарстана еще аж в тысяча восемьсот шут знает каком году переехала. Да и не проходила у нас раньше нигде.

– Она этих детей… – сглотнул я. – Совсем?

– По всей видимости, да. – Геннадий Петрович немного подумал. – Но мне кажется, это не совсем ведьма, Степа, а, возможно, ламия.

– А кто это? – Термин был мне не знаком.

– Полуведьма-полувампир. Кровососущая. Странно, что она у нас значится как ведьма, а не кровопийца.

Драгомыслов остановился и пожевал губами.

– Такая вот структура момента. Для простой ведьмы это вообще скорее исключение, чем правило, – они вполне могут тянуть Силу из людей и без кровопийства. А в нашем случае по-другому выходит. Сколько ж малышей выпила, что столько прожила. Ворожила их. Глаза матерям отводила. Ведь детская кровь особенная. Другая, – с усталым вздохом ответил начальник и потер нахмуренный лоб. – Ох, Балабанов. Ну и кашу же ты мне принес…

Потом странным взглядом посмотрел на меня и снял трубку телефона.

– Так, готовьте наряд. Я предупрежу Темных, хотя уверен, что они уже в курсе. На Кронверкский. Рамазанова. По серийному! Дети. Да! Подберите ребенка, мальчика, снабдите защитными заклятиями и оставьте на улице возле соборной мечети. – Окончив разговор, он снова посмотрел на меня и неожиданно заключил: – Тоже поедешь.

– Но зачем? – растерялся я.

– Раз дело твое, вот и доводи до конца. Боевое крещение у тебя будет, считай. Надоело, поди, в студии своей штаны протирать, – покачал головой Геннадий Петрович. – Да и с детьми между Дозорами всегда щекотливый вопрос. Неинициированные иные либо слишком юные. Кто первый успеет к себе забрать. Борьба. Короче, нам могут потребоваться снимки непосредственно с места, чтобы потом было что предъявить Темным. Кстати, может, это и есть твой шанс получить разрешение на вмешательство.

От неожиданности я сглотнул. Драгомыслов тем временем продолжал:

– Ты же любишь снимать, вот хобби и пригодилось. Только не дрейфь. Если увидишь там чего, все равно снимай.

– Хорошо, поеду. – Я с готовностью кивнул, внутренне ощутив, как во мне просыпается охотничий азарт, ведь я впервые поучаствую в настоящей охоте на ведьму! Да и упоминание о вмешательстве придало сил. Хотя напутствие начальника все равно вызвало мурашки. Кто знает, что ждет меня там? Какими возможностями обладает женщина, убившая стольких детей?

– А что я могу там такого увидеть, чтобы бояться какой-то старухи? – выходя из кабинета Драгомыслова, обернувшись и уже догадываясь об ответе, все-таки спросил я.

– Детские кости, Степа, – из царившего в помещении полумрака мрачно откликнулся тот. – Детские кости. Ведьмовская красота на них одних держится.

Я остался в офисе, от нетерпения не зная, чем себя занять до начала операции. Пробовал позвонить Свете, но она не брала трубку.

Когда приказ пришел сверху, наспех поднятая бригада из немногочисленных оперативников петербургского Ночного Дозора, на ходу натягивая кожанки, шумно побежала на цокольный этаж, где располагался гараж, разогревать штатный «уазик».

Вечером специально подобранного мальчика снабдили защитными заклятиями и оставили на улице возле мечети.

Сидя в машине с группой захвата, я не находил себе места от нетерпения. Мужики были хмурые. Илья незаметно клевал носом. Сказывалось нараставшее напряжение.

Устроившийся напротив меня друг Миша Гранкин, он же Бизон, сцепив пальцы, неприятно хрустел костяшками. Крепкий, с короткими волосами и не сходящей щетиной, маг-перевертыш четвертого уровня. Я первый раз шел с ним на дело и очень надеялся, что в непредвиденной ситуации друг прикроет мне спину.

Ожидание затягивалось.

– А если не придет? – нарушил молчание Илья.

– Ждем, – не поворачивая головы, буркнул Миша.

Но ведьма не появлялась, вместо этого мальчик сам неожиданно куда-то пошел.

– Что за… – удивился Илья.

– Зазывает, – ответил водитель, заводя мотор. – Перестраховывается.

Держась на расстоянии, чтобы не спугнуть, наш «уазик» отправился следом за ребенком.

Несколько раз я спрашивал себя, не ловушка ли это. Не грамотная ли западня, расставленная Темными. Слишком уж странно выглядела вся эта ситуация.

Мальчик, идущий в нескольких метрах впереди, уверенно двигался вперед.

Вскоре мы оказались на месте неподалеку от Кронверкского в тихом и уютном сквере. Но так казалось только на первый взгляд. Машина остановилась неподалеку, и мы выбрались наружу. Оперативники сразу рассредоточились кто куда.

Окружившие территорию Светлые были напряжены, в воздухе висела густая аура смерти и давно наложенного проклятия.