История России. XIX век. Для старшеклассников и абитуриентов

Из России ежегодно вывозили: в 1801–1805 гг. — 19,9 млн. пудов хлеба; в 1836–1845 гг. — 27–29 млн.; в 1856–1860 гг. — свыше 69 млн. пудов.

Главными торговыми партнерами России являлись: Англия (к середине XIX века на ее долю падало 34 % русского экспорта и импорта), Германия (11 %), Франция (10 %), Китай (7 %), Голландия (6 %), Дания (6 %), Турция (5 %), США (3 %).

Импорт (ввоз товаров) в Россию с запада, в основном, состоял из машин и инструментов, предметов роскоши. С востока Россия импортировала шелк, хлопок, пряности, сахар, фрукты.

Внешняя торговля связывала Россию с мировым рынком. Экономика России втягивалась в орбиту капиталистических отношений. Активная внешняя торговля способствовала подрыву феодальнокрепостнических хозяйственных основ страны.

Документы и материалы по социально-экономическому развитию России в первой половине XIX века

1. Профессор К. И. Арсеньев о населении России и крепостном праве.

… Все жители России могут быть разделены на два главных класса — класс производящий и класс непроизводящий. К первому относятся те, кои способствуют посредственно или непосредственно умножению народного богатства, каковы: земледельцы, мануфактуристы или ремесленники и купцы. Ко второму классу принадлежат все граждане, живущие за счет первого класса, каковы: духовенство, дворянство, чины гражданские и военные, войско сухопутное и морское, служители и прочие…

Непроизводящий класс относится к производящему как 1:9, или что 9 производителей содержат 1 потребителя…

Крепостность земледельцев есть также великая преграда для улучшения состояния земледелия. Человек, не уверенный в полном возмездии за труд свой, в половине не производит того, что в состоянии сделать человек, свободный от вечных уз принуждения. Доказано, что земля, возделанная вольными крестьянами, дает обильнейшие плоды, нежели земля одинакового качества, обработанная крепостными. Истина непреложная, утвержденная опытами многих веков протекших, что свобода промышленника и промыслов есть самое верное ручательство в приумножении богатства частного и общественного, и что для поощрения к большей деятельности и к большему произведению нет лучшего, надежнейшего средства, как совершенная, не ограниченная ничем, гражданская личная свобода, единый источник величия и совершенства всех родов промышленности.

(Извлечения публикуются по книге: Арсеньев К. И. Начертание статистики Российского государства. СПб., 1818.).

2. Наставление управляющему помещичьим имением.

Крестьяне на господскую работу должны являться летом с восходом и уходить домой с захождением солнца; зимою же до рассвета обмолачивать хлеб.

Чаще осматривать и проверять, все ли тягловые крестьяне на господской работе. Малосильные старики, выписанные из тягла, и мальчики, еще не вписанные в тягло, ни под каким предлогом в полевых работах вместо тягловых быть не должны. Во время полевых работ не должно занимать никакими другими, но все до одного тягла должны быть в полевых работах налицо. В летнее время после половины дня на отдых полагается два, а в зимнее — полтора часа.

В работах разного рода, а тем более полевых, назначать уроки умеренные… от чего исправные скорее отделаются, а ленивые и в свои дни должны будут работать на господских полях…

… Кто привык управлять крестьянами из комнаты и смотреть за работами из окошек, а сам не хочет за всем наблюдать, там о доходах нечего и спрашивать, ибо в нынешнее время от работников без строгого присмотра ничего не может быть хорошего. Если кто желает получать значительные доходы, тот должен, не полагаясь на других, быть всегда трудолюбивым, деятельным, везде быть и все видеть. Тогда доходы будут увеличиваться ежедневно.

Карнович Н. С. Хозяйственные опыты тридцатилетней практики, или наставления для управления имениями. СПб., 1837

3. Число текстильных предприятий в Московской губернии.

(Сведения о числе фабрик в Московской губернии в 1805–1814 гг. извлечены из кн.: Покровский В.И. Сборник сведений по истории и статистике внешней торговли России. СПб., 1902).

4. Записка Н. П. Румянцева «О разуме тарифа». 1801 г.

В рассуждении привоза:

1) Возбранить привоз всего соблазнительного, что противно господствующей вере, государственным правилам и благонравию.

2) Оберегать подданных от непристойных и гибельных издержек, в которые обыкновенно вовлекает вольность торговли и пример худой роскоши.

3) Давать небогатому классу народа удобность к продовольствию, в том понятии, когда он не имеет возможности умножать своих наслаждений, жестоко было бы надбавлять цену на то, что составляет его потребности.

4) Беречь свои мануфактуры, заведения, промыслы, все народные предприятия; и иначе всего уважать самыми средствами, ведущими нацию к обогащению, к здоровью и к усовершенствованию моральному, в чем замыкается благосостояние.

5) Благоприятствовать привозу товаров в первоначальном виде, соразмеряясь с их надобностию для нас.

Вопросы и задания для устного выполнения

1) Представители каких религий населяли Российскую империю в 1-ой половине XIX столетия?

2) Расскажите об административном и сословном делении России в начале XIX века.

3) Вспомните формы феодальной эксплуатации крестьян в России и назовите, где и какая форма преобладала?

4) Какие отрасли российской промышленности получили большее развитие и почему? Назовите крупнейшие русские ярмарки.

5) В чем причины отставания экономики России от экономики западноевропейских стран?

3. Внутренняя политика в эпоху царствования Александра I

«Александр, преемник императора Павла,

вступил на престол с более широкой

программой и осуществлял ее обдуманнее

и последовательнее предшественника».

В. О. Ключевский

«Дней александровых прекрасное начало»

Император Александр I вступил на престол 12 марта 1801 г. Его вступление на престол возбудило в русском, преимущественно дворянском, обществе самый шумный восторг. 24-летний самодержец был высок, красив, изящен, его супруга — очаровательна. В. О. Ключевский пишет, что предшествующее царствование Павла I было для русского общества «строгим великим постом». Н. М. Карамзин говорит, что «слух о воцарении нового императора был принят как весть искупления».

Продолжительное напряжение нервов от страха разрешалось обильными слезами умиления: люди на улицах и в домах плакали от радости; «при встрече знакомые и незнакомые поздравляли друг друга и обнимались, точно в день светлого воскресения» (В. О. Ключевский).

С первых же дней своего царствования Александр, несмотря на подавленное настроение, связанное с убийством отца, проявил большую энергию.

В самую ночь переворота он не забыл сделать распоряжение о возвращении казаков, отправленных завоевывать Индию.

В своем манифесте Александр I обещал управлять народом «по законам и по сердцу» Екатерины Великой и «шествовать по ее премудрым намерениям». Ссылка на Екатерину оказалась чрезвычайно удачной, так как знаменовала в глазах современников, прежде всего, обещания отменить все то, что было сделано Павлом.

В первые же дни молодой император отменил все стеснительные распоряжения императора Павла I, восстановил действие Жалованных грамот 1785 года. Последовал ряд указов: возвращены были на службу все исключенные без суда чиновники и офицеры, число которых колебалось от 12 до 15 тысяч; объявлена была амнистия всем беглецам (кроме убийц); было объявлено, что всякий преступник должен быть обвиняем, судим и наказываем «общею силою законов»; отменено было запрещение ввоза иностранных книг, повелено было распечатать частные типографии, снято было запрещение с ввоза товаров и был объявлен свободный пропуск русских подданных за границу. Солдаты были избавлены от ненавистных буклей, которые было приказано отрезать, — только косы, несколько укороченные, оставались еще до 1806 г. Академии наук, которая издавала ведомости и публичные объявления, было запрещено принимать объявления о продаже крестьян без земли.

Точка зрения

«Все эти меры не давали каких-нибудь новых учреждений, не являлись коренными преобразованиями существующего строя и потому не требовали никакой программы, никакой подготовительной разработки: это было простое и быстрое устранение всех нелепых тиранических распоряжений, которые сделаны были Павлом».

А. А. Корнилов

Тем не менее, по словам С. Ф. Платонова, «обаятельная личность молодого государя, его доброта и любезность, его изящная красота, его неутешная печаль по поводу необычной кончины отца, — все это так влекло к нему сердца, что он пользовался общим поклонением и получил название „ангела“, сохраненное им до самой его кончины в кругу его родных и придворных».

Еще 24 апреля 1801 г. Александр завел разговор о необходимости коренного государственного преобразования с П. А. Строгановым — одним из личных своих друзей. В мае 1801 г. Строганов представил Александру записку, в которой предлагал ему учредить особый Негласный комитет для обсуждения плана преобразований. Александр одобрил эту мысль Строганова и назначил в состав комитета Строганова, Новосильцева, Чарторыйского и Кочубея. «То были люди, воспитанные в самых передовых идеях XVIII в. и хорошо знакомые с государственными порядками Запада; они принадлежали к поколению, непосредственно следовавшему за дельцами екатерининского времени. Во второй половине этого царствования они принадлежали к великосветской молодежи, которая вместе с манерами французских салонов усвоила незаметно и политические идеи французской литературы просвещения».

В. О. Ключевский

Эти люди (граф Кочубей, племянник екатерининского дипломата Безбородко, Новосильцев, граф Строганов, родственник Новосильцева, и поляк князь Адам Чарторыйский) составили интимный кружок, неофициальный комитет, который собирался после обеденного кофе в укромной комнате императора Александра I и вместе с ним вырабатывал план преобразований. Благодаря тому, что один из членов этой комиссии — граф П. А. Строганов вел для себя записи его негласных заседаний на французском языке (24 июня 1801 г. — 9 ноября 1803 г.), можно проследить за деятельностью этого комитета. Он затронул самые разнообразные государственные вопросы. Задачей этого комитета было помогать императору «в систематической работе над реформою бесформенного здания управления империей» — так выражена была эта задача в одной записи.

Под сильным влиянием Негласного комитета были проведены все мероприятия первых лет правления Александра I. Александр восстановил значение Сената как высшего административного и судебного места в империи. Далее, взамен устаревших коллегий, в 1802 г. были учреждены министерства, во главе которых были поставлены ответственные министры. На первых порах было образовано восемь министерств (военное, морское, иностранных дел, внутренних дел, юстиции, финансов, коммерции и народного просвещения).

В некоторых министерствах члены Негласного комитета заняли должности министров или товарищей министра (заместителей министра). Так, например, граф Кочубей стал министром внутренних дел, а граф Строганов — его товарищем. Для объединения деятельности министерств все министры должны были, собираясь в общие совещания, составлять «комитет министров», в котором присутствовал и сам император.

Негласный комитет (в исторической литературе встречается наименование «интимный комитет») был занят мыслью об улучшении быта крепостных людей. Молодой император, даровав высшим сословиям отнятые у них Павлом льготы и права, желал что-нибудь сделать для освобождения крестьян, для прекращения «рабства» в России. Еще во время коронации Александр 1 объявил о прекращении пожалования казенных крестьян в частные руки.

12. 12. 1801 г. был издан указ о праве покупки земли купцами, мещанами, государственными и удельными крестьянами. Всем лицам свободных состояний разрешалось покупать свободные земли и вести на них хозяйство с привлечением наемного труда.

Точка зрения

«Этот указ положил начало буржуазному землепользованию в России, а также разрушил вековую монополию дворянства, которое одно могло приобретать землю в личную собственность»

И. А. Заичкин, И. Н. Почкаев

Но трудности освобождения крепостных крестьян представлялись Александру I и его советникам столь же неодолимыми, как раньше представлялись они Екатерине II. Поэтому комитет ограничился лишь изданием закона о «свободных хлебопашцах» (1803). Этот закон давал право землевладельцам освобождать своих крепостных и обеспечивать их землею в собственность на определенных условиях: за выкуп. Условия, заключенные между помещиками и крестьянами, утверждались правительством, после чего крестьяне входили в сословие свободных хлебопашцев. Правительство надеялось, что таким путем постепенно может совершиться упразднение крепостного права. Но на самом деле лишь очень небольшое число помещиков обратилось к этому закону и отпустило на волю своих крестьян (по данным Энциклопедического словаря Брокгауза-Ефрона до 1825 года было освобождено 84 тыс. душ).

Любопытные данные приводит в своем исследовании «Курс истории России XIX века» А. А. Корнилов:

«Всего в царствование Александра, на основании указа о „вольных хлебопашцах“, было заключено 160 сделок при общем числе освобожденных в 47153 души мужского пола; при этом в 17 случаях сделки были безвозмездными (всего безвозмездно было отпущено на волю 7415 душ, из которых 7 тыс. были освобождены, в виде исключения, без земли, по духовному завещанию одного помещика западного края). В остальных случаях воля крестьянами покупалась. В отдельных случаях правительство оказывало крестьянам пособие для выплаты выкупа».

(А. А. Корнилов).

В 1804 г. был проведен начальный этап аграрной реформы в Латвии и Эстонии (Лифляндии и Эстляндии). В соответствии с «Положениями», изданными для крестьян Лифляндской и Эстляндской губерний в 1804 и 1806 гг., запрещалась продажа крестьян без земли, крестьянам предоставлялись гражданские права, вводились крестьянское самоуправление и крестьянские суды; крестьяне становились наследственными владельцами своих участков, размеры их повинностей и платежей в пользу господ должны были определяться особыми комиссиями. Реформа была завершена в 1816–1819 гг.

Указом 10. 03. 1809 г. отменялось право помещиков ссылать крестьян в Сибирь (возобновлено в 1822 г.).

Больших успехов достигло в эти годы правительство на поприще просвещения. В 1803 г. было издано новое Положение об устройстве учебных заведений. Были открыты Дерптский (Юрьевский) университет (1802); в Вильне был учрежден университет с польским языком преподавания (1803); Казанский (1804) и Харьковский (1805) университеты. В 1804 г. был основан Петербургский педагогический институт (преобразован в 1819 г. в университет). В 1811 г. основан Царскосельский лицей. Университетский устав 1804 г. предоставил широкую самостоятельность советам профессоров.

Более двух лет (1801–1803) продолжалось существование Негласного комитета. «В течение этого времени государь, по-видимому, убедился в том, что его друзья, отличаясь благородством стремлений и чувств, мало подготовлены к практической государственной деятельности, не знают России и не в силах осуществить коренное преобразование государственного и общественного порядка». (С. Ф. Платонов).

Александр I понемногу охладел к комитету и стал реже собирать его у себя. А затем Негласный комитет и вовсе перестал существовать. Место комитета занял один человек, который стал единственным доверенным сотрудником императора. Этим человеком был Михаил Михайлович Сперанский.

Личность

Сперанский М. М. (1772–1839). Сын сельского священника села Черпутина Владимирской губернии. Первоначальное воспитание получил в Суздальской духовной семинарии и довершил свое образование в Петербургской главной семинарии, которая при Павле была преобразована в духовную академию. Отлично кончив курс, он остался преподавателем академии. Жажда знания заставила его перейти на гражданскую службу. Был секретарем князя Куракина, с 1797 г. в канцелярии генерал-прокурора. В 1801–1802 гг. статс-секретарь, перешел в министерство внутренних дел. Для Кочубея составлял план реформ судебных и правительственных мест, в котором давал «всем состояниям государства» широкое участие в законодательстве с 1806 г., когда первые сотрудники императора удалялись от него один за другим, Сперанский за болезнью Кочубея раз послан был с докладом к императору. Александр, уже знавший ловкого и расторопного статс-секретаря, был изумлен искусством, с каким был составлен и прочитан доклад. С тех пор они сблизились. Отправляясь на свидание с Наполеоном в Эрфурт (1808 г.), император взял с собой Сперанского для докладов по гражданским делам. В Эрфурте Сперанский, отлично владевший французским языком, сблизился с представителями французской администрации, присмотрелся к ним и многому от них научился. Рассказывают, что раз на балу Александр спросил Сперанского, как ему нравятся чужие края в сравнении с отечеством. «Мне кажется, — ответил Сперанский, — здесь установления, а у нас люди лучше». «Воротившись домой, — заметил император, — мы с тобой много об этом говорить будем». По возвращении в Россию Сперанский назначен был товарищем министра юстиции и вместе с Александром I начал работать над общим планом государственных реформ.

По словам самого Сперанского, «весь разум его плана состоял в том, чтобы посредством законов учредить власть правительства на началах постоянных и тем сообщить действию этой власти более достоинства и истинной силы». Сперанский заплатил в своем плане щедрую дань политическим идеям XVIII века о воле народа как истинном источнике власти.

План Сперанского излагал основания уравнения русских сословий перед законом и новое устройство управления: крестьяне получали свободу без земли, управление составлялось из тройного рода учреждений — законодательных, исполнительных и судебных.

Во главе государства должна была стоять «державная власть» монарха, окруженная «государственным советом». Под их общим руководством должны были действовать учреждения: законодательные, исполнительные и судебные.

Все учреждения сверху донизу, с сельской волости до вершины управления, имели земский выборный характер.

Верхи общества должны были избирать депутатов в местные Думы и центральную Государственную Думу: эти органы имели законодательные функции. Государственная Дума, по мысли Сперанского, должна была состоять из депутатов всех сословий. Дума должна была собираться ежегодно в сентябре для обсуждения законов.

В порядке исполнительной власти предполагалось, что государством будут управлять министерства и подчиненные им «губернские правительства» с губернаторами во главе. Предполагалось, что министерства должны являться ответственными перед Государственной Думой.

В порядке же судебном предполагалось, что Сенат будет «верховным судилищем» для всей империи, а под его руководством будут действовать суды волостные, окружные и губернские.

Деятельность этих трех высших учреждений (Гос. Думу, министерства и Сенат) должен был объединять Государственный Совет, состоящий из представителей аристократии.

Точка зрения

Известный русский историк В. О. Ключевский писал: «Ворвавшись со своими крепкими неизрасходованными мозговыми нервами в петербургское общество, уставшее от делового безделья, Сперанский взволновал и встревожил его, как струя свежего воздуха, пробравшаяся в закупоренную комнату хворого человека… Он (Сперанский — Л.П.) был способен к удивительно правильным политическим построениям, но ему туго давалось тогда понимание действительности, т. е. истории. Приступив к составлению общего плана государственных реформ, он взглянул на наше отечество, как на большую грифельную доску, на которой можно чертить какие угодно математически правильные государственные построения. Он и начертил такой план, отличающийся удивительной стройностью, последовательностью в проведении принятых начал. Но, когда пришлось осуществлять этот план, ни государь, ни министр никак не могли подогнать его к уровню действительных потребностей и наличных средств России».

В. О. Ключевский

План Сперанского был начат в конце 1808 г. и в начале октября 1809 г. уже лежал на столе императора Александра I вполне готовый.

Император сочувствовал общему направлению проекта Сперанского и предполагал начать его осуществление с 1810 г.

Проект учреждения Государственного совета до его публикации был показан некоторым влиятельным сановникам — Завадскому, Лопухину, Кочубею и другим, без посвящения их, однако, в тайну всего задуманного преобразования. Все эти сановники отнеслись к проекту вполне одобрительно, не имея понятия о том значении, какое должен был иметь Государственный совет по плану Сперанского. Между тем, несмотря на все старания Сперанского занять независимое положение вне всяких придворных группировок, против него образовалось уже тогда в чиновничьем, дворянском и придворном кругах чрезвычайно враждебное отношение. Оно особенно обострилось ввиду двух указов — 3 апреля и 6 августа 1809 г., которые приписывались прямому влиянию Сперанского. Указ 3 апреля 1809 г. предписывал, чтобы все лица, носившие придворные звания, избрали себе какую-либо службу. Нужно сказать, что раньше знатные люди занимали высшие придворные звания; они не несли никакой службы при дворе (этих людей сам Александр зачастую называл в шутку придворными полотерами), а между тем пользовались большими правами. Закон 1809 г. о придворных чинах гласил, что все вельможи должны нести действительную службу при дворе, а не числиться только на ней — или будут отставлены. Придворная знать встретила этот закон со страшным негодованием и озлобилась на Сперанского до бешенства.

В том же 1809 г. был издан другой закон, направленный в адрес самих чиновников; высшие чины 8 и 5 класса (5 класс — статский советник) по службе могли получать теперь только те люди, которые кончили университет или кто выдержит соответствующий экзамен. Этот закон произвел большой переполох среди малообразованных чиновников; многие почтенные старики, которые уже мечтали о чине статского советника, остались не у дел, ибо не имели университетского образования и не считали себя способными выдержать серьезный экзамен.

1 января 1810 г. был открыт преобразованный Государственный совет (вместо Непременного совета 1801–1810). Однако в манифесте царя об утверждении Государственного совета оказалась выхолощенной основная мысль, высказывавшаяся ранее и Александром, и Сперанским — о разделении законодательной, судебной и исполнительной властей, действия которых координировал бы Государственный совет. Теперь ему вменялись в обязанность лишь законосовещательные функции при императоре. Император, как и прежде, единолично решал многие важнейшие вопросы. Традиции самодержавия продолжали действовать, и Александр их поддерживал, проводил в жизнь. В чем же здесь дело?

Точка зрения

«… Снова сработала система, снова человек системы, несмотря на благие декларации и подталкивание своих сподвижников к реформам, в решающий момент сделал шаг назад. И не только потому, что сам он был не готов к реформам, но и потому, что к ним были не готовы Россия, российское общество, медленно и тягуче, в соответствии с общим течением жизни, втягивавшееся в новое общественное русло.

Вековая отсталость страны, тяжесть крепостных порядков, консервативность, чванство и тупость основной массы дворянства неудержимо тянули страну назад. Но мы … должны винить в этом не только время, но и самого Александра, постоянно колебавшегося, страшившегося возможного недовольства дворянства».

А. Н. Сахаров

Недовольство дворянства, уже при первых опытах Александра I и Сперанского по государственному переустройству России, грозно дало о себе знать. Бывший одним из рупоров реакционной части дворянства, попечитель Петербургского учебного округа Д. П. Рунич с возмущением писал о том, что «самодержавие царя сочеталось с мнением Государственного совета».

Государственный совет разделялся на четыре департамента: 1) законов, 2) военных дел, 3) дел гражданских и духовных и 4) государственной экономии. Общее собрание составлялось из членов всех департаментов и из министров. Председательствовал сам государь или особое лицо, им назначенное. Совет должен был рассматривать все законы, уставы и важные мероприятия, и его решения представлялись на утверждение государя; «высочайше утвержденное мнение Государственного совета» становилось законом.

В 1810–1811 гг. последовало преобразование министерств, учрежденных в 1802 г.; было учреждено новое министерство полиции, а министерство внутренних дел должно было иметь «попечение о распространении и поощрении земледелия и промышленности». Кроме министерств были учреждены «главные управления» — путей сообщения, ревизии государственных счетов (т. е. государственный контроль) и главное управление духовных дел иных (кроме православного) исповеданий. Министерство делилось на департаменты (с директором во главе), департаменты — на отделения. Из высших чиновников министерства составлялся совет министра, а из всех министров — комитет министров для обсуждения дел, касающихся различных министерств.

Министерская реформа 1810–1811 гг. поставила губернаторов в двойственное положение. С одной стороны, они назначались непосредственно царем, ежегодно представляли на «высочайшее имя» отчеты о состоянии дел в губернии, и таким образом, подчинялись непосредственно императору. С другой — являлись чиновниками министерства внутренних дел и тем самым полностью зависели от министра. Губернское же правление — исполнительный орган при губернаторе — осталось подчиненным Сенату. Смешение задач и функций, неясность, кто кому подчинен, вновь и вновь рождали путаницу и приводили к необычайным осложнениям.

В целом же проект Сперанского «Введение к уложению государственных законов» так и не был реализован, за исключением учреждения Государственного совета, который сохранился как высший совещательный орган Российской империи вплоть до 1917 года.

Схема

Система государственного управления Российской империи с первой половины XIX в.

Для поправления финансов Сперанский решил увеличить прямые налоги; подушная подать с крестьян и мещан была возвышена с рубля на два, подушная подать с мещан — до пяти рублей; в 1812 г. был введен налог на дворянские имения, не на крепостных крестьян, а на земли помещиков.

Из-за налогов почти все общество было недовольно Сперанским.

Одни завидовали личным успехам Сперанского, другие видели в Сперанском слепого поклонника французских идей и порядков и сторонника союза с императором Наполеоном. Находя влияние Франции разрушительным, а союз с Наполеоном постыдным, эти люди, из патриотического чувства, вооружались против направления Сперанского и считали нужным ему противодействовать.

Один из самых талантливых и известных литераторов и историков того времени Н. М. Карамзин составил для императора Александра I «Записку о древней и новой России». В ней писатель подверг резкой критике все мероприятия, проводимые правительством, считая их несвоевременными и противоречащими «духу народа» и исторической традиции. Н. М. Карамзин обрушивается на всю систему преобразований первого десятилетия царствования Александра I, не оставляя без внимания практически ни одну из сторон общественной жизни. Особенно он негодует по поводу нового статуса министерств, которые были поставлены в прямую зависимость от монарха, а фактически были бесконтрольны и насаждали произвол, взяточничество.

«Везде грабят, — писал Н. М. Карамзин, — и кто наказан? Ждут доносов, улики, посылают сенаторов для исследования, и ничего не выходит! Доносят плуты — честные терпят и молчат, ибо любят покой. Не так легко уличить искусного вора — судью, особенно с нашим законом, по коему взяткобратель и взяткодатель равно наказываются. Указывают пальцем на грабителей — и дают им чины, ленты в ожидании, чтобы кто на них подал просьбу. А сии недостойные чиновники в надежде на своих, подобных им, защитников в Петербурге беззаконствуют, смело презирая стыд и доброе имя, какого они условно лишились. В два или три года наживают по нескольку сот тысяч и, не имея прежде ничего, покупают деревни».

В «Записке» Н. М. Карамзин защищал самодержавие, доказывая, что Россия «основалась победами и единоначалием, гибла от разновластия, а спаслась мудрым самодержавием».

Историк-публицист доказывал, что дать крестьянам свободу означает навредить государству: «Мне кажется, что для твердости бытия государственного безопаснее поработить людей, нежели дать им не вовремя свободу».

Карамзин считал, что России нужны не реформы, а «патриархальная власть». Он призывал, вопреки Сперанскому, быть «осторожнее в новых государственных творениях, стараясь всего более утвердить существующие и думая более о людях, нежели о формах».

Нападки и многочисленные доносы на Сперанского, недовольство консервативной части дворянства (тесный кружок вокруг великой княгини Екатерины Павловны — родной сестры Александра I) возымели свое действие. В конечном счете Александр I не устоял перед натиском реакционного дворянства, требовавшего убрать «преступника, изменника и предателя» — М. М. Сперанского.

29 марта 1812 года Сперанский без суда был выслан в Нижний Новгород. В сентябре 1812 года, когда наполеоновская армия подошла к Москве, Сперанский был отправлен в Пермь под более строгий надзор. Указом Александра I от 30 августа 1816 г. Сперанский был «прощен» и назначен сначала пензенским губернатором, затем в 1819 году — генерал-губернатором Сибири, где он провел административную реформу.

В 1822 г. Сперанский вернулся в С.-Петербург и был принят Александром I. С 1826 г. он являлся главой 2-го отделения[7] и принял участие в работе над основными государственными законами России.

Свертывание реформ

По мнению ряда отечественных историков, уже с 1810 года Александр I под влиянием военного министра А. А. Аракчеева проводит в России политику деспотизма и военщины.

Личность

Аракчеев Алексей Андреевич (1768–1836), всесильный временщик при Александре I. Исполнительностью и строгой дисциплиной приобрел расположение Павла I. В 1799 г. генерал-лейтенант, инспектор всей артиллерии, граф. В 1808 г. военный министр, в 1810 г. председатель департамента военных дел Государственного совета. Во 2-ю половину царствования императора Александра I пользовался безграничною властью и влиянием на все государственные дела, действуя в духе крайней реакции. Оставил по себе самую печальную память, особенно своей беспощадной жестокостью при устройстве военных поселений и усмирении частых военных бунтов; время его властвования прозвано Аракчеевщиной.

Одним из наиболее уродливых проявлений аракчеевщины в России являлись военные поселения.

Первый опыт устройства военных поселений был осуществлен в 1810 г. — в Климовичском уезде Могилевской губернии был поселен запасной батальон Елецкого мушкетерского полка. Батальон поселения был составлен преимущественно из женатых людей нижнего чина; холостым было разрешено жениться на крестьянках казенных имений. Поселенцы получили от казны земледельческие орудия, рабочий скот и семена для первого посева.

Война 1812 года приостановила организацию военных поселений.

В 1816 г. Аракчеев продолжил выполнять царские поручения. В Высоцкую волость Новгородской губернии был поселен батальон гренадерского полка. Вся эта волость была изъята из гражданского подчинения, и для управления ею был командирован личный адъютант Аракчеева. Мужики волости были объявлены военными поселянами, их обрили, надели на них мундиры и заставили учиться строевой службе.

Военные поселения росли и развивались необычайно быстро, так что к 1825 г. корпус военных поселений состоял из 90 батальонов пехоты новгородских и 36 батальонов пехоты украинских поселений.

На военные поселения было потрачено много средств, чтобы устроить их быт прочно и планомерно. Жизнь поселенцев была скована мелочной мертвящей военной регламентацией: всякое хозяйство находилось под непрестанным надзором начальства; нерадивый хозяин мог быть лишен хозяйства и даже выслан из волости. За малейшие проступки виновные подвергались телесным наказаниям. Система военного строевого обучения основывалась на побоях. Порка провинившегося была обычным явлением — в военных поселениях использовались целые возы заблаговременно заготовленных розог.

Все земледельческие работы выполнялись по приказам и под надзором начальников. Начальники были малосведущи в сельскохозяйственном производстве и свое главное внимание обращали на военное обучение, очень часто эти работы начинались несвоевременно и не отличались хорошим качеством: хлеб осыпался на корню, сено гнило от дождей. К этому добавлялось всеобщее взяточничество начальствующих лиц, начиная с офицеров. При этом следует отметить, что «сам Аракчеев был человек материально честный, и те огромные суммы, которые проходили через его руки, к этим рукам не прилипали» (А. А. Корнилов). Но Аракчеев, требовавший от своих подчиненных только внешнего порядка, не мог искоренить всеобщего грабежа. Поэтому для устройства военных поселений государство вынуждено было прибегать к новым расходам. По данным исследователей, при Александре I на устройство поселений было выделено 26 млн. рублей.

Весьма уродливой была и личная жизнь военных поселенцев. От подъема до отбоя она протекала под бдительным оком специальных командиров. Никакой личной свободы, никаких занятий, не предусмотренных регламентом. Браки заключались тоже с разрешения начальства. Военной дисциплине были подчинены не только мужчины, но и женщины. Дети оставались у родителей до 7 лет. После этого они зачислялись в школу кантонистов, где воспитывались унтер-офицером и обучались грамоте, закону Божию, началам арифметики и ремеслам. С 12 до 18 лет они должны были принимать участие в хозяйственных работах. Затем из кантонистов старших возрастов формировались учебные эскадроны и батареи. Неудивительно, что военные поселенцы относились к системе с ненавистью, так как это была неволя — хуже крепостного права. Недовольство в военных поселениях с каждым годом нарастало. В 1817 г. произошли беспорядки в отдельных волостях Новгородской губернии, где крестьяне сопротивлялись нововведениям и отправили депутацию к императору. Особенно крупные выступления произошли в 1819 г. в Таганрогском и Чугуевском полках Слободско-Украинского поселения. Восстания были жестоко подавлены Аракчеевым.

Расчеты Александра I, что военные поселения обойдутся государству дешевле регулярных войск, оказались наивными. Хозяйства поселений, как правило, были убыточными.

И все же необходимость либеральных перемен в сфере социальноэкономических отношений и государственного строя становилась все более очевидной после окончания Отечественной войны 1812 г. Страна была разорена войной, потребовавшей непосильного напряжения всей экономики и принесшей огромные материальные и людские потери. Серьезный урон, нанесенный крепостному хозяйству усугубился почти полным расстройством финансов. Россия переживала тяжелый экономический кризис. Объективные потребности развития страны заявляли о себе все с большей и большей силой.

Сталкиваясь с неприязнью большей части дворянства, все сильнее запутываясь в противоречиях своей политики, Александр I, однако, не оставлял мысли о реформах.

О неотложности преобразований император Александр I заявил в 1815 году.

Идея представительного правления неоднократно высказывалась Александром уже в период выработки под руководством М. М. Сперанского государственных реформ.