История России. XIX век. Для старшеклассников и абитуриентов

В начале XIX столетия Россия была уже неоднородна и в религиозном отношении.

Господствующей была православная вера, которой придерживалось большинство населения Российской империи (87 %). Но еще в XVII веке от официального православия отделилось старообрядчество, которое подвергалось преследованиям со стороны властей. Значительную группу народов составляли последователи ислама (народы Северного Кавказа, татары, башкиры). Кочевые племена калмыков (в низовьях Волги), и бурят (в Забайкалье) были последователями буддизма. В результате трех разделов Польши в конце XVIII века на территории Российской империи оказалось значительное еврейское население (на Украине и в Белоруссии), которое исповедовало иудаизм.

Значительная часть северных и сибирских народов, а также народов Поволжья сохраняла традиционные родоплеменные (языческие) верования.

2. Административное деление

В начале XIX в. европейская часть России была разделена на 47 губерний и 5 областей (Астраханская, Таврическая, Кавказская, земли Войска Донского и Войска Черноморского).

3. Сословное деление

Население России делилось на сословия[4]. Из них привилегированными были дворяне, духовенство, купечество.

Главенствующим сословием было дворянство. Дворяне имели право на владение родовым гербом, пользовались свободой от телесных наказаний (за исключением периода правления императора Павла I) и рекрутчины, монопольным (с 1746 г.) правом на владение населенными землями и крепостными крестьянами. Податная реформа 1722 г. освободила их от уплаты подушной подати.

Юридическое оформление дворянства как сословия окончательно было завершено губернской реформой 1775 г. и Жалованной грамотой дворянству 1785 г. Были подтверждены привилегии дворянства, установлено, что лишение жизни могло осуществляться только по суду, образованы дворянские общества и дворянские депутатские собрания, а также дворянская опека.

Для доказательства сословных прав в губерниях были заведены дворянские книги, в которые дворяне записывались по 6 разрядам в зависимости от способа получения дворянства, древности рода и наличия титула. Сведения о численности дворянства недостаточны. В 1782 г., по подсчетам М. В. Кабузана, основанным на материалах 4-й и 5-й ревизий, в России было свыше 108 тысяч дворян (0,79 % населения), в 1795 г. — свыше 362 тысяч (2,22 %).

Восьмая ревизия (1836 г.) показала, что в России насчитывалось 127,1 тыс. помещиков, которые со своими семьями составляли 1 % населения страны. 109,3 тыс. помещичьих семей владели крепостными крестьянами, причем большинство из них (70 %) были мелкопоместными, имевшими в своей собственности до 21 души крестьян мужского пола. Крупных помещиков насчитывалось около 3 %, однако они владели половиной всех крепостных крестьян (в среднем по 1350 крестьян на одного помещика). Среди этих богатых вельмож — Шереметьевы, Гагарины, Юсуповы, Воронцовы, Голицыны. Они владели десятками тысяч крепостных крестьян и сотнями тысяч десятин земли. Все они, как правило, занимали высшие посты в государстве.

К числу привилегированных сословий в Российской империи относилось и духовенство. Духовенство разделялось на черное и белое. Черное духовенство составляли монахи и монахини. Из числа монахов назначались высшие священнослужители — архиереи (епископы, архиепископы, митрополиты). Белое духовенство состояло из приходских священников и низшего клира (диаконов и псаломщиков).

Основным звеном местного церковного управления были епархии. В Энциклопедическом словаре Брокгауза и Ефрона читаем:

«Епархия — единица церковно-административного областного деления России, совпадающая ныне с губерниями и областями и подведомственная епархиальному архиерею. Епархиальный архиерей назначается Высочайшей властью по избранию Священного Синода».

Высшим органом церковного управления являлся Синод.

«Святейший правительствующий Синод, высшее церковное учреждение в России, возник при Петре Великом в 1721 г., заменивши собою власть патриарха. Синод, подобно Сенату, является установлением коллегиальным, ведающим церковным управлением в отношении законодательном, с совещательным голосом, административном и судебном. В состав Синода входят, под председательством Санкт-Петербургского митрополита, постоянные и временные члены духовного звания по назначению Государя. Обер-прокурор пользуется правом министра; он объявляет Синоду Высочайшие повеления и представляет Государю отчеты о состоянии церкви и деятельности Синода. Он же является представителем Синода в сношениях с другими государственными установлениями»

(Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона).

В 1803 г. на должность обер-прокурора Синода был назначен князь А. Н. Голицын, личный друг Александра I. Подыскивая по заданию императора хороших проповедников, Голицын обратил внимание на ученого монаха Филарета, профессора Петербургской духовной академии.

Филарет (в миру Василий Михайлович Дроздов, 1782–1867) был знаменитым церковным иерархом, ярким проповедником, поэтом. Надолго запомнилось его слово на смерть Кутузова, произнесенное в 1813 году. В 1817 г. — викарий СПб. епархии, 1820 г. — архиепископ Ярославский и член Св. Синода, 1821 г. — митрополит Московский. Филарет был автором многих сочинений духовного содержания, работал над переводом на русский язык книг Священного писания.

Среди русских монастырей выделялось несколько особо чтимых — Троице-Сергиева и Александро-Невская лавры, Оптина пустынь (в Калужской епархии) и другие. Большую известность в народе получил монах Саровской пустыни Серафим (1760–1830).

Часть белого духовенства получала государственное жалованье. Многие «питались от алтаря» (за счет платы за крещение, венчание и другие обряды). Сельское духовенство пользовалось церковными землями.

Современные исследователи отмечают, что в своем большинстве высшие священнослужители смыкались с верхами господствующих классов и были далеки от основной массы верующих.

Привилегированным сословием являлось и купечество. В Энциклопедическом словаре Брокгауза и Ефрона о купечестве сказано следующее:

«Начало организации в России торгово-промышленного класса, как привилегированного сословия, положено образованием гильдий. Гильдейское купечество образует в каждом городе особое купеческое общество, которое для заведования сословными делами избирает купеческих старост и их товарищей. В столицах и Одессе собрания уполномоченных от купеческого общества избирают купеческого старшину и членов купеческой управы. На купеческую управу, старшин и старост возложены раскладка казенных податей и сборов, общественных и городских повинностей и ведение других дел купеческого общества. Лица купеческого сословия были освобождены от телесных наказаний, им равно было предоставлено в установленных законом случаях право на отличия».

Купечество было освобождено от некоторых податей и от рекрутчины. Купечество было разделено на 3 гильдии. Купцы 1-ой гильдии имели преимущественное право вести внутреннюю и внешнюю торговлю. Купцы 2-ой гильдии обладали привилегиями только в крупной внутренней торговле, а 3-ей — в мелкой городской и уездной.

Мещане и цеховые ремесленники в городах, крестьяне в деревне являлись податными сословиями: они обязаны были платить подушную подать и нести рекрутскую повинность.

В мещанство входило непривилегированное податное население городов — ремесленники, мелкие торговцы, наемные работники.

Мещане были обложены высокой податью, должны были поставлять рекрутов в армию и не были освобождены от телесных наказаний.

Россия первой половины XIX века являлась аграрной страной, и самым многочисленным сословием было крестьянство. 90 % населения России составляли крестьяне (ок. 30 млн. человек).

Всех крестьян дореформенной России можно разделить на три неравные по своей численности группы: помещичьи, государственные и удельные. Первая категория была самой многочисленной.

Цифры

Помещичьих крестьян насчитывалось 23,1 млн. человек обоего пола (накануне отмены крепостного права), из них 1467 тысяч — дворовые и 543 тысячи — приписанные к частным фабрикам и заводам (данные И. А. Заичкина и И. Н. Почкаева). Наибольшая масса крепостных крестьян проживала в центральных губерниях. «Значительно меньше было крепостных в северных и южных степных губерниях — их удельный вес к остальному населению колебался от 2 до 12 %. В Сибири крепостных насчитывалось 4,3 тыс. человек обоего пола, в Архангельской губернии их не было совсем» (И. А. Заичкин, И. Н. Почкаев).

Земля в Российской империи являлась исключительной собственностью помещиков и государства. Крестьяне получали в пользование надел, за который были обязаны нести повинность своему помещику.

По форме феодальной эксплуатации помещичьи крестьяне делились на оброчных и барщинных. В нечерноземных и промышленных регионах наибольшее распространение получил оброк, выплачиваемый как натуральным продуктом, так и деньгами. В центральнопромышленных губерниях на оброке находилось до 67 %, а в губерниях с развитым промысловым отходом на оброк было переведено до 80–90 % крестьян. В черноземных, средне и нижневолжских губерниях оброчные крестьяне составляли от 23 до 27 %.

Барщина (обработка помещичьей земли крестьянами) преобладала в областях с плодородной почвой (черноземные районы России, Украина), где ею, по данным исследователей, было охвачено 3/₄ крестьянских хозяйств.

В некоторых районах страны практиковалась так называемая месячина, которая являлась разновидностью барщины. Она отличалась от обычной барщины тем, что помещики выдавали плату натурой в виде месячного продовольственного пайка и одежды крепостным крестьянам, лишенным земельных наделов и обязанным все время работать на барских угодьях. Как разновидность форм феодальной эксплуатации месячина не получила заметного распространения.

Государственные крестьяне (по некоторым оценкам около 15 млн. человек) составляли большинство на севере России и в Сибири. Много их было в некоторых губерниях черноземной полосы (Воронежской, Курской, Тамбовской). Государственные крестьяне принадлежали казне и официально считались свободными сельскими обывателями, поэтому их положение по сравнению с помещичьими было лучше. Государственные крестьяне тоже находились в феодальной зависимости. Феодалом здесь выступало само государство: оно предоставляло в пользование крестьянам земельные наделы, за которые получало с них фиксированные законом повинности (оброк) и взимало общегосударственные и местные налоги. Подушная подать и оброк государственных крестьян за первую половину XIX века возросли в 3 раза.

Государственные крестьяне нередко переходили в помещичьи. Екатерининские и павловские фавориты получили в частное владение около 1,5 млн. государственных крестьян. Александр I прекратил пожалование своим приближенным казенных крестьян. Но государственных крестьян переводили на военные поселения и передавали в удельное ведомство.

Удельные крестьяне принадлежали императорской фамилии. Данная группа крестьян занимала как бы промежуточное положение между помещичьими и государственными. В 1797 г. был создан Департамент уделов для управления землями и крестьянами, находившимися в собственности царского двора. Бывшие дворцовые крестьяне стали после этого удельными. Их насчитывалось: в 1797 г. — 463 тысячи мужского пола; в 1858 г. — 838 тысяч (1,7 млн. душ обоего пола). Удельные крестьяне проживали в 27 губерниях России, но половина находилась в Поволжье.

Особой группой крестьянства было казачество. Оно составляло около 1,5 млн. человек. В XVIII в. царское правительство установило полный контроль над районами проживания казаков. В XIX веке царское правительство стало создавать новые казачьи войска для охраны границ. К середине XIX века в России уже существовало 9 казачьих войск: Амурское, Астраханское, Донское, Забайкальское, Оренбургское, Сибирское, Терское, Уральское, Черноморское (позднее Кубанское).

В число казаков зачислялись лица других сословий, прежде всего государственные крестьяне.

Казаки должны были являться на службу со своей строевой лошадью, обмундированием и оружием. Казачьи части хорошо проявили себя в годы Отечественной войны 1812 года, в Крымской войне, русско-турецкой войне 1877–1878 гг. Казаки отличались своеобразием быта, традицией, трудолюбием.

Малочисленные народы Севера и Сибири (ненцы, эвенки, якуты) составляли особую группу российского крестьянства. Они платили государству ясак (дань) в виде шкурок пушных зверей.

4. Сельское хозяйство

В первой половине XIX века явным стало разложение классического барщинного хозяйства. Развитие товарно-денежных отношений подрывало натуральный характер хозяйства. Стремление помещика к производству хлеба на продажу вызывало расширение барской запашки и сокращение крестьянских наделов. Происходил процесс открепления крестьян от своих наделов и привлечение их к более выгодным промысловым занятиям. Развитие обмена и торговых отношений разлагало крепостное право и расширяло возможности освобождения крестьян от внеэкономического принуждения. Распространился процесс «отходничества» крестьян на фабрики и заводы. Медленно, но неотвратимо наступали положительные сдвиги в технике сельскохозяйственного производства.

Точка зрения

«Процесс разложения крепостничества протекал противоречиво и неоднозначно в различных районах страны. Крестьяне в неземледельческих губерниях переводились с барщины на оброк, при этом их внеэкономическое принуждение в какой-то степени ослабевало. Зажиточные оброчники имели возможность выкупиться на волю. В земледельческих губерниях, наоборот, возрастала барщина и усиливалось внеэкономическое принуждение крестьян. В целом же по России с конца XVIII до середины XIX столетия удельный вес барщинных крестьян увеличился с 56 до 71 %. К моменту реформы 1861 г. барщинная форма крепостничества заметно преобладала над оброчной»

И. А. Заичкин, И. Н. Почкаев

В крепостной российской деревне всегда существовало имущественное неравенство, которое с развитием торговли при определенных экономических условиях приводило к социальному расслоению крестьянства. Имущественное расслоение крестьян выражалось в том, что одни богатели, а другие беднели. Появились так называемые «капиталистые» крестьяне, юридически оставшиеся крепостными, но фактически владевшие тысячами десятин земли и сотнями собственных крепостных. Известны фамилии Гореловых, Грачевых, Бутримовых — владельцев текстильных мануфактур в Иваново-Вознесенском районе. Когда богатые «капиталистые» крестьяне начинали эксплуатировать крестьян обедневших, имущественное расслоение переходило в социальное расслоение крестьянства.

С другой стороны, чтобы повысить доходность своих поместий, более богатые и инициативные помещики пытались использовать новые рациональные формы — выписывали новые сельскохозяйственные машины, новые сорта семян, удобрения, улучшенные породы скота. Но в условиях крепостной России эти немногочисленные новаторы, как правило, терпели неудачу и в конце концов разорялись. Показателем упадка помещичьих хозяйств служит рост их задолженности. Непроизводительная трата помещиками получаемых ссуд, злоупотребление ими щедрой финансовой помощью государства, осуществляемой, в первую очередь, за счет крестьянства, свидетельствовали о паразитизме дворянского сословия.

Развитие товарно-денежных отношений в сельском хозяйстве России шло медленно, экономика развивалась экстенсивным [5] путем. Переход к наемной форме труда для помещиков был невыгоден, так как лично зависимые крестьяне были дешевой и бесправной рабочей силой. Неудивительно, что производительность подневольного труда крестьян неизменно падала. Крестьянин не мог быть радивым тружеником на барских угодьях, он не столько работал, сколько тянул время. Урожайность была невысокой. Жестокая эксплуатация некоторыми помещиками крестьян вызывала у крепостных сопротивление, которое выражалось как в открытых выступлениях, так и в порче инструментов, низкой производительности труда.

Тем не менее большинство дореволюционных историков и часть современных исследователей считают, что крепостное хозяйство в первой половине XIX века не исчерпало полностью своих ресурсов.

5. Промышленность

Промышленное развитие России в 1-ой половине XIX века отличалось широким распространением мелкой, главным образом крестьянской промышленности. Крестьянская капиталистическая мануфактура с вольнонаемным трудом «по пашпортам и кормежным письмам» развивалась параллельно с предприятиями, использовавшими подневольный труд.

Крестьянская промышленность усиленно развивалась в центрально-промышленных губерниях России (см. на карту): в Московской, Владимирской, Костромской, Нижегородской, Тверской, Ярославской. Здесь сложились специализированные промысловые селения, такие как Богородское, Вичуга, Ворсма, Городец, Иваново, Кимры, Павлово, — они становились центрами текстильной, кожевенной, деревообрабатывающей и металлообрабатывающей промышленности.

Вольнонаемный труд применялся на мелких, но быстро развивавшихся предприятиях, которые открывали купцы, мещане и разбогатевшие крестьяне. К середине XIX века доля вольнонаемных рабочих в русской промышленности составляла около половины. Рынок рабочей силы для развивающейся промышленности складывался под воздействием промыслового отхода крестьян. По данным современных исследователей, в 1826 г. по стране уходивших на промыслы насчитывалось 756 тысяч, а в середине 50-х годов XIX века их число возросло до 1,3 млн. человек. Следует отметить, что, кроме формирования рынка рабочей силы, отходничество подрывало узы, прикреплявшие крестьянина к наделу и к помещику.

Мелкая промышленность являлась хорошей базой для зарождения и роста капиталистического производства — в ее орбите готовились квалифицированные кадры, накапливались капиталы, формировалась промышленная буржуазия. Династии известных русских фабрикантов Гучковых, Морозовых, Рябушинских вышли из крепостных крестьян-кустарей.

Одновременно с мелкой крестьянской росла и крупная промышленность. На старых уральских заводах, переживавших затяжной кризис, и на помещичьих мануфактурах применялся крепостной труд.

Рост крупной промышленности происходил за счет распространения капиталистической мануфактуры и последующего перерастания мануфактуры в фабрику.

Динамика становления крупной промышленности в России за период с 1799 по 1860 гг.

При сравнении видно, что число крупных предприятий с 1799 г. по 1860 г. выросло с 2094 до 15338, причем доля крепостных рабочих на них уменьшилась. Заметно быстрое увеличение применения вольнонаемного труда с 33,6 тыс. (в 1799 г.) до 462 тыс. (в 1860 г.).

По мнению ряда отечественных историков, промышленный переворот в России начался в 30–40 гг. XIX века, а завершился к 70–80 гг. XIX столетия. Техническая сторона переворота заключалась в переходе от ручного труда к технике, от мануфактуры к фабрике.

Машины все больше проникали в русскую промышленность.

Цифры

За 1831–1840 гг. было приобретено машин на сумму около 7 млн. рублей.

За 1841–1850 гг. было приобретено машин на сумму 16,6 млн. рублей.

За 1851–1860 гг. было приобретено машин на сумму 84,5 млн. рублей.

Новая машинная техника способствовала переходу от подневольного к наемному труду. Наемный рабочий более эффективно использовал в процессе производства новую технику. Применение машин и станков обеспечивало повышение производительности труда.

Социальной стороной промышленного переворота явилось формирование классов буржуазии и пролетариата[6].

В стране происходил процесс первоначального накопления капитала. С одной стороны, в руках буржуазии сосредоточивались капиталы, средства производства, с другой стороны, формировался слой населения, вынужденный продавать свою рабочую силу и в то же время свободный от феодального принуждения. Однако крепостной строй не позволял довести процесс первоначального накопления капитала до своего логического конца, так как основное население страны — крестьяне — были прикреплены к земле и лично несвободны, что не давало им возможности самостоятельно распоряжаться своим трудом. Крепостное право препятствовало и созданию кадрового пролетариата, так как рабочие на этих предприятиях и юридически, и по сути своей оставались крестьянами. Нередко они стремились, заработав на оброк, вернуться к своим привычным обязанностям, к земле. Развитие производства затруднялось и относительно узким рынком сбыта. Рынок сбыта был скован крепостной системой.

В целом отечественная промышленность, несмотря на природные богатства России, не удовлетворяла потребностей населения в промышленных товарах. Горнодобывающая и металлургическая промышленность размещалась в основном на Урале, Алтае и в Забайкалье (см. карту, атлас). Основными центрами металлообработки и текстильной промышленности были Петербург, Московская и Владимирская губернии, Тула. Более быстрыми темпами развивалась текстильная промышленность. К концу XIX века Россия почти перестала ввозить ситец из-за рубежа. Но с другими промышленными товарами дело обстояло гораздо хуже. В середине XIX века Россия ввозила химические продукты, льняные ткани, каменный уголь, сталь.

По мнению отечественных исследователей, к середине XIX века отставание России от Европы приняло весьма опасные размеры. Занимая в XVIII веке первое место по производству и вывозу чугуна, Россия к середине XIX века переместилась на восьмое место; по выплавке металла Россия уступала Англии в 12 раз.

Крепостной строй России сдерживал темпы технического и социального обновления промышленности.

6. Города, дороги, ярмарки

Развитие промышленности в России в первой половине XIX века сопровождалось ростом городов. Если в конце XVIII века в Российской империи проживало только 4 % горожан, то к началу 50-х гг. XIX века уже 16 %.

По подсчетам исследователей число городов за период 1811–1863 гг. выросло с 630 до 1032. Городское население европейской части России с 1811 по 1863 гг. увеличилось в 2,2 раза.

Крупнейшими городами Российской империи были С.-Петербург и Москва.

Рост населения в столицах России

Среди общей массы городов преобладали небольшие. Так, например, в 1811 г. из 630 городов 500 насчитывали менее 5 тысяч жителей каждый, 16 городов имели до 20 тысяч и только 19 — свыше 20 тысяч человек.

В 1-ой четверти XIX века третьим по величине русским городом была Тула (ок. 40 тысяч) — город рабочих и ремесленников. В Сибири наиболее крупным городом был Тобольск (17 тысяч).

В 1-ой половине XIX века резко увеличивалось число жителей Риги, Одессы, Самары, Ростова-на-Дону, Николаева. Рост городского населения происходил за счет притока крестьян, прибывавших в город на заработки. Так, в Москве (по оценочным данным) в 1852 г. среди ее 337 тыс. жителей крестьян было 195 тысяч (58 %), в С.-Петербурге в 1858 г. среди 494 тыс. жителей крестьян насчитывалось 260 тысяч (52 %).

Многие российские города имели аграрный (сельскохозяйственный характер). Жители небольших городов пахали землю, держали скот, занимались садоводством. Калуга, Путивль, Ржев и другие города утопали в садах. На сотни деревянных домов приходилось только по 2–3 каменных. Пожары являлись сущим бедствием для деревянных городов. Случалось, что целые города уничтожались огнем.

Точка зрения

«Деление населенных пунктов на города и села производилось официально по административному признаку и не могло обойтись без элементов формализма. Поэтому некоторые уездные и заштатные города по существу являлись большими селами, жители которых занимались преимущественно сельским хозяйством. В то же время целый ряд крупных торгово-промышленных центров, которые по характеру занятий населения и по своему внешнему виду были настоящими городами, формально оставались селами, среди них Иваново, Павлово, Городец, Кимры (см. карту, атлас — Л.П.). Мало того, некоторые из них принадлежали помещикам, права которых охранялись феодальным государством. Последнее обстоятельство являлось тормозом для процесса дальнейшего градообразования».

И. А. Заичкин, И. Н. Почкаев

Социально-экономические преобразования в дореформенной России требовали дальнейшего развития путей сообщения.

Н. В. Гоголь писал, что его удручают в России две вещи: дураки и дороги. Одним из самых слабых мест в экономике Российской империи было состояние путей сообщения. В первой половине XIX века транспорт страны оставался водным и гужевым. Наиболее важной транспортной артерией страны была Волга. По великой русской реке хлеб направлялся из приволжских и центрально-черноземных губерний в промышленные районы и в Петербург. Волга играла также большую роль в торговле России со Средней Азией и Ираном (Персией). Еще в XVIII веке была построена Вышневолоцкая система каналов, связавшая с Петербургом реки Волжского бассейна. В начале XIX века царское правительство вынуждено было принять меры по улучшению транспортной связи Верхней Волги с Петербургом. В 1810 г. был открыт новый водный путь — Мариинская система, включающая в себя Шексну, Белое озеро, реки Ковту и Вытегру и шлюзованные каналы. Вскоре начал действовать третий водный путь — Тихвинский. Правда, этот путь был мелководным — по нему проходили суда грузоподъемностью до 2 тысяч пудов. Использовались в качестве транспортных артерий и другие реки страны: Северная и Западная Двина, Неман, Днепр, Дон, Днестр. По ним в северные, западные и черноморские порты перевозились хлеб, лен, лес, железо, пенька, поташ и другие виды российской продукции, предназначенные на экспорт.

Феодальное государство не было способно решать крупные хозяйственные задачи, поэтому многие каналы и шлюзы оставались недостроенными. Гидротехнические сооружения в большинстве своем отличались примитивностью, а водный транспорт в целом не блистал совершенством.

По общему мнению исследователей, транспорт и система путей сообщения в России были слабо развиты и к тому же носили сезонный характер: летом преобладал водный путь, зимой — санный. Основной тягловой силой оставалась лошадь, поскольку паровые машины применялись крайне редко.

Так, например, первый пароход появился на Неве только в 1815 г. Пароход назывался «Елизавета», а построен был в Петербурге на машиностроительном заводе Берда. С 1817–1821 гг. пароходы стали ходить по Волге и Каме. До 1825 г. завод Берда выпустил 11 паровых машин для пароходов. В 1849 г. был основан известный Сормовский судостроительный завод.

В южных губерниях Российской империи, где не было такого густого переплетения рек и озер, как на Севере, грузы перевозились в обозах по грунтовым дорогам. «В степи кочующий обоз», который часто запрягался медлительными волами, мог совершать свой путь в течение долгих месяцев. Весной и осенью грунтовые дороги становились и вовсе непроходимыми.

Шоссейные дороги в России начали строить только в первой половине XIX века. К 1825 г. их протяженность составляла около 367 верст, а к 1860 г. — почти 8515 верст. Главными были шоссе, соединявшие Петербург с Варшавой, Москву — с Петербургом, Варшавой, Ярославлем и Нижним Новгородом.

Первая железная дорога, соединившая Петербург с Царским Селом, была проложена в 1837 году. Ее протяженность составляла 25 верст. Петербургско-Московская железная дорога строилась 8 лет — с 1843 по 1851 г. (Вспомните произведение Н. А. Некрасова «Железная дорога»). Эта дорога имела большое экономическое значение. К середине XIX века Россия имела 1,5 тыс. км железнодорожных путей. Но для огромных просторов страны протяженность шоссейных дорог и железнодорожных линий, построенных в дореформенной России, была ничтожно мала. Так, например, протяженность железнодорожных путей в Англии насчитывала 15 тыс. км.

Явно недостаточные темпы строительства транспортных средств служили тормозом для быстрого развития в стране промышленности и торговли.

И тем не менее первая половина XIX века характеризуется заметными положительными сдвигами в развитии внутреннего рынка страны. Этому способствовали рост городов, подъем промышленного производства и углубление процесса разделения труда. На внутреннем рынке главными товарами были хлеб, скот, изделия крестьянских промыслов и продукция обрабатывающей промышленности (особенно текстильной).

Торговля имела, в основном, сезонный характер. Главными торговыми центрами оставались ярмарки, количество которых в России доходило до 4 тысяч. Самой крупной была Нижегородская ярмарка (Макарьевская). Она начала функционировать еще при князе Василии Ивановиче в 1524 году. 15 февраля 1817 года ярмарка была перенесена в Нижний Новгород, на левый берег Оки, недалеко от ее впадения в Волгу, и получила название Нижегородской. В 1822 году на Нижегородской ярмарке была открыта торговля в 42 рядах. Гостиный двор состоял из 60 отдельных корпусов с 2530 лавками, по берегам обводного канала было выстроено еще более 40 каменных зданий для торговли и хранения товаров. Время торга на ярмарке было установлено с 15 июля по 15 августа. Торговый оборот всероссийской Нижегородской ярмарки рос из года в год. Так, если в 1829 г. на ней было продано товаров на 28,2 млн. рублей серебром, то в 1863 г. эта цифра достигла 125 млн. рублей.

Второе место после Нижегородской ярмарки занимала Ирбитская ярмарка. Она была центром торговых связей России с Сибирью и Средней Азией. За период с 1817 по 1850 г. оборот Ирбитской ярмарки возрос в 9 раз. Славилась кожами, пушниной, чаем.

Важными считались Ростовская ярмарка (в Ярославской губернии), ее влияние распространялось на непосредственных производителей региона; Нежинская ярмарка на Украине, где продавались товары Украины, Турции и Греции, и Коренная ярмарка под Курском — главный пункт обмена в русско-украинской торговле.

В первой половине XIX века была широко распространена торговля вразнос. Так называемые офени и коробейники покупали на ярмарках и базарах ткани и с этим товаром разъезжали по всей России, проникая и в сельскую глубинку и принося своей торговлей радость жителям отдаленных деревень.

Значительное развитие в России получила внешняя торговля. Баланс внешней торговли России имел активный характер, т. е. экспорт превышал импорт (за исключением 1807–1812 гг. — периода континентальной блокады, когда Россия потеряла своего основного торгового партнера — Англию). Это в значительной степени достигалось установлением высоких пошлин на ввозимые в страну товары. Российское правительство преследовало здесь две цели: во-первых, защищало русскую промышленность от конкуренции западноевропейских производителей и, во-вторых, получало дополнительные поступления в казну за счет таможенных пошлин.

В 1801–1810 гг. среднегодовой вывоз товаров из России определялся суммой в 59 млн. рублей. В 1856–1860 гг. он возрос в 4 раза и соответствовал 226 млн. рублей. При этом ввоз товаров в Россию за этот срок увеличился в 5 раз.

Россия вывозила хлеб, лен, лес, кожи, пеньку, щетину. Сырье и продовольственные товары составляли 80–90 % стоимости русского экспорта. Главным товаром, вывозимым Россией, был хлеб.

Цифры