Помоги проекту - поделись книгой:
Скоком святочной старины!
Так, глядишь, и замёрзнут сирые,
Как в заволжских степях орда.
Ведь Россия теплом – не Сирия,
Да и Руза – не Иордан,
Чьи истоки – в библейской местности,
У подножья высоких гор...
У России – свои окрестности,
У России – свой разговор.
Хоть над Сирией – небо синее.
Над Россией – ещё синей.
«Иордани» в морозном инее.
Грай вороний, да скрип саней.
И под утро к крещенской проруби
В час урочный, в урочный срок
Снегири слетят, а не голуби,
Как Предтечи грядущих строк!
Сюжет декабря
Декабрьское солнышко волчье –
Вся жизнь прокатила под ним.
На самой закраине – молча,
Считаю остатние дни.
И веет шальная позёмка,
Твои, заметая следы.
И узится, узится кромка
Ещё не застывшей воды.
На пальцы, не сжатые в стуже,
В единый, как прежде кулак
Дышу,
И с сердцем не сладить никак.
Но всё же,
но всё же,
но всё же,
Былое нельзя обновить.
Сменить, как змеиную кожу.
Отринуть, как отчую выть.
В нём были шальные рассветы.
Черёмуха мая цвела.
И счастье касалось поэта
Размахом жар-птицы крыла.
Но птицы не стало…
Туманный
Пал вечер угрюмым сычом.
И только Андрей Первозванный
Тебе подставляет плечо.
А снеги ложатся всё толще
На волосы и на жнивьё…
Декабрьское солнышко волчье –
Любовь и отрадо моё!
Лето скатилось малиновой сливой
Лето скатилось малиновой сливой
Литература / Литература / Поэзия
Мухин Виталий
Теги: современная поэзия
* * *
Морозное утро румяно, как пряник,
на яблоне облачной красный букет,
и сыплется иней в лучистом тумане
на мой одиноко чернеющий след.
С дороги слетает седая ворона –
напрасно летит и скрывается зря.
Над круглым сугробом в янтарных хоромах
сквозит молодая лесная заря
далёко-далёко (скрип снега и кашель),
широко-широко (январская гладь).
И радостно думать, что солнце мне скажет,
когда ему за реку руку подать.
Вина
И в мёрзлом окопе – о ней.
В бреду, под наркозом – о ней.
Зачем же он снова о ней –
чтоб сердцу стало больней?
Но в том ли её вина,
что ходит с другим она?
Легла меж нами стена,
и эта стена – война.
Эй, друг! Я её вину
тебе под культи швырну.
Шумит под стопой Восток –
и ты не так одинок.
И в шуме не так слышна
какая-то там вина,
а если даже слышна –
то жизнь, друг, она – одна.
У всех и за всех одна,
но в том ли её вина?
Спешит за колонной грач,
а ты, брат, поплачь, поплачь…
Жребий
Мечут жребий – на деву иль отрока? –
в меч Перуна мечами звеня.
Не мрачнейте, стоящие около,
я-то знаю: зарежут меня.
Поделиться книгой: