Бани. Полная энциклопедия

Сократ (469–399 гг. до н. э.) как истинный атлет любил попотеть в бане. „Баня, — говорил он своим ученикам, — очищает не только тело, но и все мое существо“.

Платон (427–347 гг. до н. э.) всю свою жизнь был сторонником гигиенического режима. „Первое благо для человека, — говорил он, — здоровье, второе — красота. Самая целительная медицина — телесные упражнения. Купание и баня снимают не только усталость, но и болезнь“. Чтобы взбодрить себя, сбросить лишний вес, Платон посещал баню. Через столетия до нас дошли слова философа: „Сооружение бань — обязанность государства“. И действительно, в Греции наряду с частными стали строить общественные бани. Издавались законы, обязывающие граждан регулярно ходить в баню. Назначались „смотрители купаний“, которые следили за неуклонным соблюдением этих законов.

Древнегреческие историки утверждают, что первыми в Элладе соорудили бани спартанцы (лакедемоняне). Поэтому банные сооружения греки называли лаконикум. Это круглое помещение с каменным открытым очагом в центре. Такая конфигурация бани обеспечивала, по мнению греков, равномерное распространение тепла. При лаконикумах — бассейн с холодной водой, в который окунались после жаркой бани. Такая любопытная подробность. Эллины любили плескаться в ванне, особенно после горячего лаконикума. Но, как установили археологи, у них не было сливного отверстия в ванне. Воду просто вычерпывали…

Жители Древней Греции пользовались банями не только как гигиеническим, но и лечебным средством. Гиппократ, живший в V–IV вв. до нашей эры, назначал бани для лечения больных и считал их могучим терапевтическим средством. Он считал, что болезнь — это всегда затруднение в очищении тела. Излишние вещества должны быть извергнуты, после чего к человеку возвращается здоровье. „В воде исцеление, — провозглашал „отец медицины“. — Как суконщики чистят сукна, выбивая из них пыль, так свежий воздух, купанье, ванны, бани, массаж, упражнения очищают организм“.

„Кажется, нет болезни, при которой не была бы полезна баня“, — утверждает Авл Корнелий Цельс в своей книге „О медицине“. — Баня нужна здоровым для поддержания здоровья, а больным — для преодоления недуга». В своем труде Цельс в главе 3 первой книги «Замечания в связи с особенностями телосложения, возраста и времени года» при перегрузках или в случае непривычного утомления дает такой совет: «Если есть баня, то прежде всего надо посидеть в тепидарии (теплое отделение бань), потом, немного отдохнув, войти в калидарий (отделение, подогреваемое трубами в стенах и снизу) и сесть в ванну. Затем, обильно смазав тело маслом, неторопливо растереться им и вторично сесть в ванну, после чего прополоскать рот теплой, а затем холодной водой. Горячая баня для усталых непригодна. Следовательно, если чрезмерно утомленный человек близок к лихорадке, то для него достаточно сесть в теплом помещении до пояса в горячую ванну, прибавив к ней небольшое количество масла».

В античном мире бани были явлением повседневной жизни и о них писали не только врачи. Упоминание о банях или их описание мы находим у многих писателей, далеких от медицины. Лукиан в сочинении «Гиппий или бани» восхваляет создателя бань: «Гиппий, как настоящий мудрец, устроил так, что помещение с холодными водоемами выходит на север, хотя остается в то же время доступным и южному ветру, — а те части, для которых нужно много тепла, обратил на юг, на восток и на запад».

Особой любовью и популярностью пользовалась баня у древних римлян. Здесь буквально существовал культ бани. Римляне при встрече, вместо приветствия спрашивали: «Как потеешь?» «Баня любовь и радость — до старости мы вместе», — такая надпись сохранилась до наших дней на стене одной древней постройки.

Из сочинений философа Луция Аннея Сенеки (ок. 4 до н. э. — 65 н. э.) узнаем много подробностей о римских банях. О том, например, что было время, когда строили только частные, домашние бани. Люди с достатком, как правило, сооружали баню непосредственно при доме. Что она собой представляла? Небольшая раздевальная вела в жарко натопленную комнату — тоже небольших размеров — где, собственно, и проходила банная процедура. Философ рассказывает о бане, принадлежавшей Сципиону Африканскому (185–129 гг. до н. э.) — крупнейшему полководцу, победителю Карфагена. Маленькие узкие оконца, как в крепости. Сделано так, ибо, как пишет Сенека, считали, что по-настоящему жарко бывает только… в темной бане.

Сам Сенека был большим любителем бани. Он говорил, что это самый лучший способ извлечь из организма испорченные соки. Философ не только охотно парился, но и каждый новый год открывал на одном из римских прудов сезон купания в ледяной воде.

Римляне переняли опыт греков. Однако первоначально римские бани не имели, как это было в Греции, помещений для физических упражнений; они стали популярны лишь с I в., и с этого времени палестра (гимнастическая школа) полагалась при каждой общественной бане. Для римлянина бани были такой же обязательной частью быта, как для грека — гимнасии. Пик популярности бань в Древнем Риме отмечается в I–III вв. К концу I в. до н. э. в Риме было 170 общественных бань (терм), а в IV в. их насчитывалось уже около 1000.

И скромные бани сельской местности, и роскошные столичные императорские термы устроены были одинаково. Бани отапливались подземной системой центрального отопления, только вместо воды по трубам циркулировал нагретый воздух. Обогревали не только пол бани, но и стены — там тоже проходили выложенные черепицей обогревательные трубы.

Секрет весьма продуманной подземной системы центрального отопления римских бань пока еще полностью не открыт. В общих чертах эта система выглядела так. Возле помещения бани в земле складывали круглую или четырехугольную печь со сводами. От печи в подвальное помещение бани шли подземные каналы. А отсюда — к полу. Вначале пол укладывали кирпичными плитами, затем заливали раствором песка с известью, усыпали мелким булыжником. Верх пола покрывали мраморными плитами. Благодаря такому многослойному устройству пол в бане прогревался, хотя и медленно, зато долго сохранял тепло (и не обжигал у любителей бани ноги, как это подчас бывает в наших парных).

Помещение бани представляло собой анфиладу комнат с различной степенью нагрева и влажности. Вы входите в раздевальню. Это аподитерий (от греческого «снимаю») — продолговатая комната со сводчатым потолком и лепными украшениями. На полу — цветная радуга мозаики. По стенам — полки для одежды. В нише окна внушительная маска Нептуна. Из аподитерия можно пройти в бассейны — фригидарий (с холодной водой) или в тепидарий (с теплой). Спускались в бассейн по ступенькам. Фригидарий находился под голубым куполом, на который падали солнечные лучи. Ощущение такое, будто находишься не под крышей, а под голубым небом, в цветущем саду, ибо стены бассейна выложены мозаикой с изображениями цветов и деревьев, между которыми порхают птицы.

Из аподитерия еще один ход — в горячее помещение, где любители бани начинали постепенно потеть. Помещение разогревалось почти так, как в небольших русских банях и финских саунах. В углу печь-жаровня. На бронзовой решетке — камни, внизу — раскаленные угли. Невольно думаешь: может быть, помпейские любители бани, как и мы, чтобы получить пар, плескали воду на раскаленные камни?

Разогревшись, переходили в наиболее горячую комнату — кальдарий. Это так называемая влажная баня. В кальдарий уже по-настоящему прошибал пот. Но все здесь было оборудовано с таким расчетом, чтобы избежать духоты. Четыре окна то и дело открывались настежь, освежая помещение. По сводчатому потолку кальдария шли поперечные желобки, которые, в свою очередь, переходили в более мелкие ответвления. Так образовавшаяся из горячего пара вода собиралась в одно место и уходила в канализацию. В конце кальдария, в нише возвышался, словно на троне, огромный металлический таз диаметром в 2,5 м. Над ним располагался голубой купол, символизирующий небо. На куполе рельефный орнамент — крылатые девы парят в высоте. В кальдарий душ-фонтан и много тазов различного размера. Кто желал, мог понежиться в огромной ванне из белого мрамора, длиной почти в 5 м. Кальдарий разогревался горячим воздухом, который шел по трубам, под полом и в стенах.

Сенека писал в своих письмах: «Теперь дырой назовут баню, если она поставлена не так, чтобы солнце круглый день заливало ее через огромные окна, если в ней нельзя из ванны видеть поля и море…» И далее: «Теперь баню накаляют до температуры пожара… По-моему, нет никакой разницы между баней, нагретой и охваченной огнем». Как созвучны эти слова с эпиграммой неизвестного автора:

На слишком горячие бани. Бани такие не банями звать, а костром подобает, Тем, на котором Педид сына Менетия сжег[1]. Или Медеи венцом, что Эронией был изготовлен В спальне у Главки, увы, из-за тебя, Эсонид. О, пощади меня банщик, спаси ради Зевса! Могу я все описать — и людей, да и бессмертных дела. Если ж ты множество жизней спалить человеческих вздумал. Сделай костер дровяной, а не из камня, палач!

В небольших банях, чтобы получить сухой жар, топили древесным углем. Для создания более влажной атмосферы топили обыкновенными дровами. Древнеримские авторы упоминают о бездымных дровах для бани. Изготовляли такие дрова различными способами. Например, сушили их над большим огнем, но на некотором расстоянии от него, так, чтобы дрова не обугливались, или, сняв с дерева кору, замачивали его в воде, а затем высушивали. Третий — самый дорогой, но, как отмечают, наиболее верный способ изготовления бездымных дров: смачивание в отстое оливкового масла, а затем просушивание на солнце.

Ну а чем мылись древние римляне? Ведь, скажем, греки еще не знали, что такое мыло. Во всяком случае, из такого весьма достоверного бытописания жизни эллинов, как поэмы Гомера, мы узнаем, что для мытья тела пользовались… песком. Но это был особый, очень мелкий песок. Его специально доставляли в Элладу из Египта, с берегов Нила. А сами египтяне умывались пастой из пчелиного воска, которую они смешивали с водой.

Римляне усовершенствовали способы изготовления мыла, стремясь сделать его более доступным. В ход пошла древесная зола и сода. Как сообщает Плиний Старший, римляне переняли у финикийцев изготовление мыла из козьего сала и буковой золы.

Как ни тщились римские гигиенисты, им не удалось сделать мыло доступным. Прекрасно понимая, что чистота — залог здоровья, они тем не менее даже в мыслях не допускали, что мылом можно стирать белье. Это было непозволительной роскошью даже для весьма состоятельных людей. Мыло ценилось наравне с самыми дорогостоящими лекарствами и косметическими снадобьями. Далее перед бритьем лицо только обильно смачивали водой. А так как бритвы изготовлялись из железа и наточить их как следует не представлялось возможным, эта ежедневная процедура превращалась в экзекуцию. Поэт-сатирик (40 — 104) Марциал горько сетовал, что лицо у него всегда в шрамах — не от сражений, а от тупой бритвы и отсутствия мыла.

Некоторые историки утверждают, что впервые более или менее полноценное мыло, близкое по своему составу к такому, каким мы моемся сейчас, появилось у древних кельтов, которые жили на территории нынешней Франции. А промышленное производство мыла впервые было начато именно французами, в Марселе, в IX в. Но мыловарение в больших масштабах стало развиваться значительно позже, после разработки промышленного способа получения соды. Так, твердое мыло впервые стали производить в Италии в 1424 году.

Упоминания о банях в греческой и римской поэзии довольно многочисленны, но в зависимости от их достоинств или недостатков бани либо хвалят, либо хулят. Острие поэтической сатиры обращалось на бани неблагоустроенные, в которых предписывалось мыться только летом, ибо в остальное время года «в банях гуляет Борей» — северный ветер, превращающий бани в обиталище «Окочененья и Дрожи». Не по этой ли причине придворный врач византийских императоров Николай Каллики (XI–XII вв.) рекомендует:

Советую о банях позабыть: они Причина ревматизма и к тому ж еще В унынье приводящих головных болей.

У римлян любовь к бане стала всеобщей, как сказали бы мы, приобрела массовый характер, когда стали сооружать гигантские бани — термы. К крупному строительству римляне были подготовлены: еще в конце III в. до н. э. научились применять цемент, который, как отмечал Плиний Старший, сбивал камни в одну несокрушимую массу, становившуюся день ото дня крепче.

По свидетельству историков, термы по своим размерам иногда напоминали города. Они отличались исключительной роскошью. Стены в них расписывали знаменитые художники, полы покрывали мозаикой. Посреди залов били фонтаны. Мебель отделывали золотом, слоновой костью и серебром. Вход в бани украшали статуи, привезенные из Греции или созданные в Риме известными скульпторами. О роскоши римских терм ярко свидетельствует высказывание одного из императоров, который после посещения терм воскликнул: «Разве можно править среди такой роскоши!» В некоторые римские бани вода подавалась по серебряным трубам, а в женских термах скамьи иногда делались из серебра, ванны и тазы — из белого мрамора. В термах Диоклетиана одних мраморных кресел было две с половиной тысячи.

Леонтий Схоластик (V в.) так описывает великолепие царских терм:

Да, это царские термы; и дали им это названье те, Кто в былые года были в восторге от них. Ведь не обычным огнем здесь прозрачная греется влага. Право, сама по себе здесь горячеет вода. Да и холодная льется вода для тебя в изобилье,— Всякий, какой захотел, можешь облиться струей. Вот еще одно подтверждение красоты римских терм: Пурпурный камень один здесь блестит… Здесь входы прекрасны; Пестрым блистает стеклом помещения свод, освещая Множество разных фигур. Изумляется этим богатством. Все окружившее пламя и силу свою умеряет. Много света везде, где солнца лучи пронизали Крыши… Все необычно вокруг: здесь нигде не увидишь темесской Меди; счастливые здесь в серебро вливаются воды, Из серебра вытекая, стоят в водоемах блестящих, Роскошью поражены и дальше течь не желая. Здесь же, снаружи, бежит поток в берегах белоснежных, Весь голубой и прозрачный, и все до дна его видно.

Папиний Сталий (I в.)

Туристы, приезжающие в Рим, осмотрев Колизей, обычно направляются к находящимся неподалеку термам Каракаллы, названным по имени императора, правившего в 211–217 гг. BV в. они считались одной из интереснейших достопримечательностей Рима. Историки называли это гигантское сооружение восьмым чудом света. Термы занимали 12 гектаров и вмещали одновременно 2500 человек. Римские владыки, стремясь завоевать популярность, строили бани, без которых жители города не мыслили свою жизнь. Термы Каракаллы сохранились лучше других. Они состояли из вестибюля, большого зала — тепидария для потения, парилки сухого жара, гимнастического зала, библиотеки и буфета. К термам примыкали стадион и спортивный зал.

Римские бани и спорт были неразрывно связаны. Светоний (ок. 69—141 гг.) в своем «Жизнеописании двенадцати цезарей» рассказывает, что перед тем как войти в терму, занимались различными упражнениями. Император Август (63 г. до н. э. — 14 г. н. э.) любил потеть перед открытым огнем, потом окатывался холодной водой. По свидетельству Светония, Август сочинял веселые эпиграммы и зачастую делал это в бане, а перед баней по нескольку часов упражнялся с мячами — набивными и надувными. Кстати, Август непосредственно сам следил за строительством бань общего пользования, которых в его бытность построено было более ста семидесяти.

«Здоровьем он отличался прекрасным, хотя ничуть о том не заботился и только массировал сам себе в бане горло и все члены да один день в месяц ничего не ел», — рассказывал об императоре Веспасиане (9 — 79) тот же Светоний. Веспасиан вставал рано, прочитывал письма и доклады от всех чиновников. Из спальни шел в баню, а потом к столу: в это время, как говорят, был он всего добрее и мягче, и приближенные старались этим пользоваться, если имели какие-нибудь просьбы.

«Брошу я мяч, и с Марсова поля направлюсь я в баню», — писал Гораций (65 — 8 гг. до н. э.). На Марсовом поле возвышались термы Агриппы, они были сооружены в Риме самыми первыми. Здесь же, в излучине Тибра, среди пышных садов и огромных цветочных клумб — спортивные площадки. Играли в так называемый харпастум — прообраз нынешнего футбола. Кроме того, метали диск, фехтовали, мчались на колесницах. Когда состязания подходили к концу, все устремлялись в терму.

До нас дошло письмо Марциала (40—104) близкому другу: «Если бы мы могли с тобой располагать нашим досугом и жить настоящей жизнью, мы старались бы не знать чванливых аристократов и их родословных, гнусных тяжб, мрачного форума… Прогулки, беседы, чтение, Марсово поле, портики (музеи в саду, где выставлены картины знаменитых живописцев и библиотека, — А.Г.), вода, термы — вот чему бы отдались мы без сожаления».

Как парились римляне? Об этом по крупицам узнаем из произведений античных историков, поэтов, писателей.

Дробь барабана возвещала об открытии терм, куда римляне спешили как на праздник. По желанию заходили в помещение с сухим и влажным паром. Процедура продолжалась 5–8 мин. Затем переходили в зал, где обдавали себя теплой или холодной водой. Иные же сразу ныряли в бассейн с холодной водой. Потом довольно длительный уход за кожей. Ее очищали специальными деревянными скребками (у состоятельных людей они были из слоновой кости или зубов гиппопотама), затем растирались ароматными бальзамами и маслами.

При термах — множество служителей. Одни следили за печью, поддерживали в банных помещениях необходимую температуру. Другие натирали тела клиентов лебяжьим пухом. Третьи массировали. Среди служителей бань были даже вырыватели волос, причем проделывали это без боли. Особым искусством отличались мозолисты: римляне ходили в открытых сандалиях, и ноги их были безупречно ухожены.

В термах делали оригинальные приспособления. Например, ванны подвешивали на массивных цепях к потолку, и раскачивались в них, как на качелях. А Поппея Сабина, жена императора Нерона, купалась в… молоке породистых ослиц. Для этого служители термы держали 500 этих своенравных животных, доставляющих немало хлопот. Когда Поппея отправлялась в путешествие, вслед за ней перегоняли и стадо ослиц.

Баню в Риме посещали ежедневно. Исследовательница М.Г. Сергеенко пишет: «Ежедневное посещение бани предписывалось правилами гигиены, требовавшими соблюдения физической чистоты: в южном климате, под знойным солнцем, в тесноте, пыли и грязи городских улиц и квартир-конур, это требование без ежедневного мытья было бы неосуществимо. Затем баня, по воззрениям тогдашней медицины, принадлежала к числу действенных врачебных средств, и при лечении некоторых болезней без нее нельзя было обойтись. А кроме того, бани были местом встреч и сборищ, веселых игр и спортивных состязаний. Люди уходили с запасом новых сил, отдохнувшие и обновленные не только физически, но и нравственно».

Римские бани были прекрасным профилактическим средством, своеобразной гидротерапией поддержания жизненного тонуса и здоровья граждан. Заведовали термами знаменитые врачи, которые лечили больных, используя ванны, парильни, натирания мазями.

Выдающийся римский врач Асклепиад (128 — 56 гг. до н. э.), выходец из Греции (большинство врачей Древнего Рима были греками по национальности), открыл баню для лечения различных болезней. Асклепиада за его горячую приверженность к водолечению прозвали «купальщиком». В начале своей медицинской карьеры он считался учеником Гиппократа, но впоследствии стал опровергать некоторые его медицинские доктрины. Единственно, в чем Асклепиад безоговорочно соглашался с «отцом медицины» до конца жизни — это в приверженности к водолечению, различным банным процедурам.

Асклепиад был сторонником так называемого атомистического учения древнегреческого философа Демокрита (460–370 гг. до н. э.). Он считал, что человеческий организм состоит из атомов. Человек здоров, пока у него нормальное соотношение атомов и они беспрестанно движутся в порах тела. Стоит этим мельчайшим частичкам застояться, соотношение их нарушается, и болезнь берет верх. Вот и надо привести атомы человеческого организма в движение. Горячая баня способствует такой встряске. Превосходный психолог, Асклепиад говорил: «Самое главное — завладеть вниманием больного, „разрушить его хандру“, восстановить здоровые представления и оптимистическое отношение к жизни». Зарождение приятного настроения — самое первое в предупреждении болезней. А баня тут очень кстати.

Асклепиад отвергал какие-либо сложные и изнуряющие методы лечения. На века остался девиз врача: «Лечить быстро, правильно и приятно». Он говорил, что лучшие лекарства — чистая вода, солнце и свежий воздух. Больной обязан выздороветь, как отмечал Асклепиад, если его врачи — чистота, умеренная гимнастика, потение в бане, массаж, диета и прогулки на свежем воздухе. Не можешь ходить сам, пусть тебя ведут под руки, наконец, несут на носилках или катают на лодке. Главное — движение на вольном воздухе. И еще он придавал первостепенное значение здоровому сну. Он даже ввел в обиход сконструированные им висячие койки: они раскачивались, и больной засыпал как в колыбели. И особенно крепко после бани.

Более четырнадцати столетий в мире господствовали воззрения великого римского медика Галена (130–205). Лейб-медик императора Марка Аврелия и врач школы гладиаторов Гален написал более 500 медицинских трактатов. Он пытался найти способы продления человеческой жизни (сам медик достиг весьма преклонного возраста). Врач писал, что стареющий организм надо всячески согревать и увлажнять. Многое может дать баня. Гален даже основал лечебную баню, в которой лечил от различных болезней. Уже в те далекие годы врач понимал, что банная процедура улучшает кровообращение и тем самым повышает жизненный тонус.

В книге Галена «Сохранение здоровья» подробно описаны различные физические упражнения, в том числе гимнастика с гантелями. Гимнастику врач называл эликсиром, а мяч — счастливым спутником людей. Гален говорил, что он тысячу раз возвращал больным здоровье благодаря бане, массажу и физическим упражнениям. Но, ратуя за физические упражнения и баню, медик всегда напоминал о чувстве меры. Если у Гиппократа был девиз «Не повреди!», то у Галена— «Ничего лишнего!»

Когда к прославленному медику обращались с жалобами на здоровье изнеженные, ожиревшие патриции, он советовал им поехать в свои поместья и, отбросив спесь, принять непосредственное участие в сельских работах, а затем смыть пот в бане.

Римляне проводили в термах большую часть дня. Баня была клубом, библиотекой, стадионом для спортивных состязаний, местом отдыха, дружеских бесед и заключения сделок, здесь были залы для поэтов, философов, площадки для выступлений артистов, здесь устраивали пиршества.

Римские бани закрывались с наступлением темноты, но император Александр Север (222–235) отменил это правило, и новый порядок просуществовал вплоть до правления императора Тацита (275–276), вернувшего старый порядок закрывать бани с наступлением темноты.

Бани были доступны практически всему населению Рима независимо от знатности и занимаемого положения. Множество сюжетов в эпиграммах Марциала связано с термами Рима. Один из эпизодов «Сатирикона» Петроний также перенес в термы: здесь встречались представители различных слоев римского общества, и разбогатевший отпущенник, подобно Тримальхиону, мог демонстрировать там и свое богатство (Тримальхиона из терм несли на носилках четверо молодцов), и свои вкусы, и способности (он играл в мяч, пил вино, и его растирали три массажиста). Богатые римляне посещали термы два раза в день. Ежедневное посещение бани вошло в обычай ко времени Империи.

Такое явление общественной жизни Рима, как паразитизм, заставляло некоторых посещать баню по нескольку раз в день в надежде, что кто-нибудь пригласит на обед. Об этом писал Марциал (эпиграммы, II, 14):

В Байах[2] подачка дает мне всего только сотню квадрантов[3], Так для чего ж голодать мне среди роскоши там? Лучше уж бани верни мне темные Луна Грилла: Что ж при обеде плохом мыться мне, Флакк, хорошо?

Современный городской житель вполне понял бы страдания погруженного в ученые занятия Сенеки, одно время жившего над баней и вынужденного слушать стоны силачей, удары массажиста по телу, выкрики болельщиков игры в мяч, перебранки, завывания голосов при выщипывании волос, выкрики пирожников, колбасников, торговцев сластями и прочие звуки, «от разнообразия которых можно возненавидеть собственные уши».

Куда бы ни приходили римские легионеры — в Галлию (нынешняя Франция), Британию, Германию, Малую Азию, Сирию, на берега Дуная и к африканским пескам, — везде они строили термы. Знаменитые водолечебные курорты Карловы Бары и Виши возникли на месте терм.

Бани Востока

Ничто в мире не исчезает бесследно. Открытия античных ученых о пользе водных процедур были подхвачены восточной медициной. Выдающиеся ученые-медики на основе трудов Гиппократа и Галена разрабатывали новые методы наблюдения и лечения больных, гигиенические и оздоровительные средства.

Десять лет назад весь мир отметил тысячелетие со дня рождения гениального ученого, врача, философа и поэта Ибн Сина, известного под латинизированным именем Авиценна (980 — 1037). Он считал себя продолжателем Аристотеля, Гиппократа и Галена. Авиценну преследовали мракобесы, требовавшие расправы над гением и упрямо твердившие: «Его рукой водит дьявол». Но ученый был еще и человеком большого мужества, который не боялся открывать людям истину. Авиценна доказал, что чума — не дьявольское наваждение, а инфекционная болезнь, против которой следует бороться строжайшими гигиеническими мерами.

Он пропагандировал здоровый образ жизни, лечение болезней природными факторами, физическими упражнениями. «Если заниматься физическими упражнениями и вести здоровый образ жизни, — писал ученый, — нет никакой нужды в употреблении лекарств». А вот такое высказывание Авиценны актуально и сегодня, когда нам стал угрожать дефицит движений, так называемая гиподинамия: «Бросивший заниматься физическими упражнениями зачастую чахнет, ибо сила его органов слабеет вследствие отказа от движений». И еще: «Если ты не бегаешь, пока здоров, придется побегать по врачам, когда заболеешь».

«Различные упражнения, водные процедуры, — писал Авиценна, — улучшают кровообращение, налаживают дыхание и обмен веществ, что весьма влияет на общее оздоровление». Авиценна был горячим сторонником бани, считая ее прекрасным гигиеническим и оздоровительным средством. Он рекомендовал баню при многих заболеваниях, например, при мигрени. Умеренное пользование баней, как считал Авиценна, помогает при нервных расстройствах, бессоннице. Он прописывал баню «при параличе, спазмах всего тела и даже после похмелья». Советовал пропотеть в бане для предупреждения катара верхних дыхательных путей, осиплости и глухоте голоса и «усталости гортани». Полезна баня, по мнению медика, больным плевритом и при заболеваниях желудка — несварении и слабости пищеварения, потере аппетита, поносе и икоте. Сухая баня приносит облегчение больным водянкой и тем, у кого «ломит» в суставах. Для заболевшего желтухой «частое купание в бане — основа всего лечения». Помогает баня при болях в мочевом пузыре, затруднении мочеиспускания, общем упадке сил.

Один из последователей Авиценны Исмаил Джурджани, развивая мысли учителя, стремился внедрять различные физические упражнения и лечебные бани. В своей книге «Сокровище хорезмского шаха» Джурджани писал: «Запомни! Главное сокровище жизни на земле не богатства, которые у тебя в сундуках, не женщины, которые у тебя в гареме, а здоровье, которое надо охранять и постоянно накапливать».