Аромат счастья

К майке отлично подходили мои любимые шорты, так что, примерив всё это и повертевшись у зеркала, я осталась довольна.

С прической и макияжем возиться почти не пришлось: блеск на губы, немного туши и распущенные волосы, заколотые с двух сторон для удобства. А ещё — капелька любимого аромата на шею. Вот теперь образ завершен!

Никогда ещё я не готовилась к этому дню с такой тщательностью. Обычно мне хватало пары минут: чистая футболка, бриджи — что ещё нужно? Поэтому сегодня я немного опасалась, как бы произошедшие в моем образе перемены не привлекли лишнего внимания. Слухи мне ни к чему. А все ведь наверняка начнут сверлить меня и Рому взглядами.

А может, никто уже и не помнит той глупой истории?

Умышленно оставив дома мобильный телефон, чтобы не отвлекаться, я отправилась по давно известному направлению к дому своего друга. Ксюшка убежала пораньше — её подруги стали названивать ещё до обеда, зазывая явиться первыми и ждать остальных гостей у ворот с сюрпризом. Каким — догадаться не сложно: будут обливать всех подряд. Так что я сразу была начеку.

Уже издали до меня донеслись звуки музыки. Настроение праздника внутри просто зашкаливало. Спокойно (как ни странно) войдя на территорию дачи Вадима, я заметила несколько человек, собравшихся возле хозяина. Решила, что нужно поздороваться и присоединилась к ним.

— Привет, — улыбнулась я, ещё не успев поравняться с компанией.

— Приветик! — бодро отозвался хозяин, и тут же начал допрос, — Как настроение?

— Отличное, — энергично отрапортовала я и тут же взвизгнула от прикосновения к коже холодных брызг воды. — Вадик, прекрати! Ну хватит!

— Чего это «хватит»? День Воды же! — и он с удвоенной энергией принялся обливать меня из бутылки.

Ребята присоединились к атаке. Кто-то был на стороне Вадика, кто-то — на моей, а некоторые просто плескали водой во все стороны, получая от этого непередаваемое удовольствие.

Водное побоище продолжалось пару минут, пока не зазвучал всеми любимый хит лета, и интерес обливаться резко поугас: все стали подпевать и пританцовывать, выкрикивая:

— О-о-о, какая песня!

— Вадик, да ты в теме!

Вадим, в сопровождении нескольких ребят, взялся за приготовление шашлыка. Новые люди всё прибывали и прибывали, но мой взгляд упорно выискивал одного-единственного. И не находил.

Пока я искала его в толпе, чьи-то ладони сзади закрыли мои глаза.

— Ксюша! — выкрикнула я и повела плечами, надеясь высвободиться.

Никакой реакции. Значит, не она.

Я осторожно ощупала руки, но, так и не узнав хозяина, произнесла:

— Сдаюсь! Кто это?

Мои глаза тут же были освобождены. Я с любопытством оглянулась и не смогла не воскликнуть:

— Ромка!

— Привет, — улыбнулся он.

— Привет, — ответила я, не без улыбки вспоминая, как касалась его рук.

Ловко подхватив бутылку с отверстиями в крышке, я брызнула ему в лицо и тут же захохотала. От неожиданности парень зажмурился, а потом схватил меня, отнял бутылку, и вот уже я сама оказалась на месте жертвы.

— Нет! Нет! Хватит! Хватит, пожалуйста, Рома! — с криком о помощи я бросилась прочь, пока не наткнулась на Вадика и не спряталась за его спиной.

Тут уж началась настоящая мужская битва, а я смотрела со стороны и смеялась. До тех пор, пока оба парня не направили своё «оружие» против меня.

— Всё-всё-всё, хватит! — замахала руками я, пытаясь защитить одновременно все участки своего тела. — Это нечестно: два парня на беззащитную девушку!

— Это ты-то беззащитная? — воскликнул Ромка и снова окатил меня залпом воды.

— А-а-а! — закричала я, а потом, разлепив глаза, заметила свою подругу и сочла это отличным поводом ретироваться, — Ой, там Дашка пришла. Пойду поздороваюсь!

Оставив парней, я перешла в другую часть двора, туда, где находилась моя подруга. Мы перебросились парой слов, поискали глазами Свету — она обещала прийти, — но так и не нашли.

Я стояла с Дашей, так как в её компании чувствовала себя увереннее, а когда обернулась, столкнулась взглядом с Ромой. Он стоял неподалеку и смотрел прямо на меня.

Я поспешно отвернулась, чувствуя себя неловко. Вдруг он подумает, что я его контролирую? Этого ещё не хватало.

Через несколько минут Вадик торжественно позвал гостей пробовать шашлык. Никто не заставил звать себя дважды — все столпились вокруг самостоятельно организованного стола и с наслаждением дегустировали сочное мясо, запивая соком или минеральной водой — кому что по вкусу.

Я заметила, что Рома стоит по другую сторону стола, и время от времени бросает на меня задумчивые взгляды. Сама я старалась вести себя как можно непринужденнее, хотя и не была уверена, что отлично справляюсь с этой ролью.

После перекуса наша компания заметно поредела. Кто-то ушел домой, кто-то отправился танцевать.

Я поискала взглядом Ксюшу: она устроилась среди девчонок. Они что-то обсуждали и громко смеялись.

— Не хочешь сходить на пруд? — произнес вдруг голос прямо над моим ухом, и я едва заметно вздрогнула от неожиданности. Он мог принадлежать только одному человеку из всей компании — Роме.

Внутри пробежал холодок от ощущения его дыхания на коже, но я совладала с собой и ответила:

— Пойдем, — первой двинувшись вперед.

До пруда мы шли молча.

Достигнув берега, я присела на землю, а Рома остался стоять неподалеку.

— Жарко сегодня, — произнес он, обмахиваясь рукой.

Подумав ещё секунду, парень рывком снял с себя рубашку и прыгнул в воду прямо в шортах.

Я наблюдала, как он жмурится, отфыркивается от воды, и невольно засмеялась. Это выглядело забавно. Такой взрослый, и такой… ребенок. Совсем не скажешь сейчас, что этому парню уже шестнадцать.

— Холодная, — поежился он, подплывая к берегу, — Не хочешь поплавать?

Я помотала головой, отказываясь от такого предложения.

Рома подплыл ближе и брызнул в меня водой.

Я немедленно вскочила, ошарашенная этим поступком и отбегая подальше от края берега:

— Ну Рома!

— Ну Вика! — в той же манере передразнил меня он.

— Правда, хватит!

— Ладно. Садись, — мгновенно посерьезнев, произнес парень.

— Обещай, что не будешь брызгаться! — потребовала я.

— Обещаю: брызгаться не буду, — заверил он.

Я вернулась к своему прежнему месту, наблюдая, как Рома выбирается на берег.

— Дай руку, — попросил он.

И я, не предвидя подвоха, протянула ему свою ладонь.

В ту же секунду он потянул ладонь на себя, и мы оба тотчас оказались в воде, взметнув ввысь тысячу брызг.

— Дурак! — не смогла сдержаться я, вдыхая как можно больше воздуха и чувствуя, что вот-вот расплачусь.

Было холодно и очень обидно. И в чем теперь идти домой? В мокрой одежде? Да если меня увидят в таком виде — а меня конечно увидят! — вот стыд будет… Ну чем он вообще думал?

— И как мне теперь идти? — озвучила я свои мысли, гневно глядя на виновника этого происшествия.

Рома засмеялся, и я с досадой погналась за ним по воде, плеская водой ему в спину. Потом выбралась на сушу и по возможности выжала волосы и одежду прямо на себе, но всё равно было сыро и холодно.

— Дурак! — повторила я, зло сверкнув глазами в сторону вылезающего на берег парня.

И на этот раз мне было совсем не смешно.

— Ладно, готов искупить свою вину и подвезти до дома, идет? — он примиряюще протянул ладонь, но я отвернулась и сделала вид, что не заметила этого жеста.

— Поехали, — обиженно буркнула я, растирая руками озябшие плечи.

Рома молча подхватил свою рубашку и пошел следом.

— Давай побыстрее, — поторопила я, — Не хочу попадаться на глаза кому-нибудь из наших в таком виде.

Мы добрели до ворот окольными путями, минуя двор, где веселились все остальные, — в то место, где Рома оставил свой транспорт. Парень повесил рубашку на руль, и устроился на водительском месте. Я устроилась позади, обхватив руками его голый торс. Ощущения при этом были спорные: обида и нежность в одном флаконе. Было непривычно, слишком стеснительно, но вместе с тем — очень приятно.

Дорога до дома оказалась слишком короткой, и мне пришлось умерить свои чувства, загнать нахлынувшую нежность обратно в отдаленные участки мозга. Или сердца. Где она находилась всё это время?

— Увидимся завтра? — глядя мне прямо в глаза, произнес Ромка.

Я стояла напротив, глядя в его серо-зеленые глаза, совсем такие же как прежде, и старалась представить что-нибудь серьезное, что могло бы отвлечь меня от мыслей о нем. Например, тригонометрические функции…

— Не знаю. Зачем? — спокойно произнесла я.

Тригонометрические функции работают. Над запомнить и использовать этот прием и в будущем.

— Просто, — пожал он плечами.

Кажется, его не задела моя реакция.

«Просто», — и это вместо той тысячи фраз, которые мне хотелось услышать и сказать ему самой! Вместо тех вопросов, ответы на которые, вероятно, хотелось получить не только мне. Но рамки приличия, будь они неладны, не давали волю словам и чувствам.

— Я не знаю, — внезапно охрипшим голосом, наверно, от стоявшего в горле соленого кома, произнесла я.

Было понятно: если так будет продолжаться, я уже не смогу контролировать свои чувства. А ведь вчера я обещала себе ни за что не влюбляться в Ромку!

— Ладно, если надумаешь, ты знаешь, где меня найти.

С этими словами он перекинул ногу через сиденье, завел мотор и уехал. А я продолжала стоять на месте, словно окаменела.

Меня обуревали противоречивые чувства. И как вести себя дальше? Позволить себе быть рядом с ним слабой, самой собой, или продолжать притворяться безразличной? И не ошибаюсь ли я в его отношении ко мне? Вдруг это просто дружеский жест? Вдруг он надеется только на возобновление наших прогулок и ничего не значащих бесед, а я всё это время мечтала о большем?!

«Я подумаю об этом завтра», — подобно любимой героине Скарлетт О’Хара решила я, закрывая за собой калитку.

Глава 3

Я поймала себя на том, что мои мысли постоянно заняты Ромой. Куда бы я не пошла, что бы не делала — этот парень всюду находился со мной.

В своих мечтах я была такая смелая: девушка — знающая себе цену и умеющая крутить парнями и управлять собой, а на деле не знала, как вести себя с ним при встрече. Спросить у кого-то об этом я тоже не решалась. У Ксюшки? Та вообще считает, что Рома мне неинтересен. Я ведь сама ей это сказала, и идти на попятную не собираюсь. Подруги тоже не знают о моем увлечении, и потребности рассказывать об этом кому-то я не испытывала. Мне не хотелось ни с кем делить свою тайну.

Ближе к ночи, когда я уже собиралась спать, мысли, что весь день роились около, стали совсем уж навязчивыми.

Стойко выдержав целые сутки, на следующий день я всё-таки решилась пойти погулять. Пообещала себе не ходить в те места, где обычно бывает Рома, и, если уж получится встретиться с ним, то случайно.

Но вылазка оказалась безрезультатной: Рома мне не повстречался, и я была зла на весь мир, а срывалась, как обычно, на близких. Отказалась ужинать, поругалась с Ксюшкой из-за пустяка…

— Что, Ромочку своего не видела, да? Вот беда-а-а, — с издевкой произнесла сестра, когда я стояла у раковины и мыла посуду, и весь мой вид, вероятно, выражал вселенскую скорбь.

— Ксюш, заткнись, а?! — не выдержала я, хотя обещала себе не срываться на грубость.

Я и сама ощущала свою рассеянность и потерянность. Нужно было срочно что-то с этим делать. Потеря концентрации, резкие перепады настроения и зависимость от одного лишь конткретного человека пугали меня.

— Ну и заткнусь, — надулась Ксюша, — А я тебе хотела предложить сегодня прогуляться…

— Что, твои подружки тебя кинули? — съязвила я, убирая столовые приборы в шкаф и скрещивая руки на груди.

— Нет. Просто подумала, что иногда и о сестре вспоминать надо. Тем более, когда ей плохо.

— Мне не плохо! — выкрикнула я, и тут же пожалела об этом.

Вышло слишком громко. Сейчас опять придет бабушка и устроит разнос.

— Ну как хочешь. Я навязываться не буду.