Младший сын князя. Том 9

— Этот мир погряз в алчности и безумии. Вы молча подчиняетесь аристократам, когда они забирают все ресурсы мира себе. Простолюдин уже не в силах самостоятельно взойти на вершину. Рано или поздно его подожмёт аристократия. Где та свобода, что царила раньше? Вы не понимаете… — дальше этот бред слушать не было смысла.

И так понятно, что они попали под влияние пропаганды. Учитывая, что большинство — иностранцы, жизнь у них могла быть не сахар. Главное, чтобы эти слова всерьёз не стали воспринимать мои однокурсники. Если они откажутся атаковать в нужный момент, всё пойдёт коту под хвост.

Пока их капитан говорил, я закончил приготовления. Практически у всех сильных магов теперь «пустая оболочка» вместо защиты.

— Реваз, пора, — сказал я, после чего стал наблюдать за слаженной работой наших людей.

Барьер отключился менее чем за секунду. Прежде, чем бойцы «Последнего дня» успели хоть что-то предпринять, по ним открыли огонь слуги Багратиона. Сразу же следом полилась магия со стороны учеников. Атаковала примерно две трети учеников. Остальные не решились дать отпор.

В считаные мгновения практически весь их отряд отправился кормить червей. В живых остались только два человека. Я нисколько не удивился, поняв, что это маги крови. Одного ранило в бок, другой выглядел абсолютно целым. Второй раз трюк с покровом, чувствую, не проканает.

— Реваз, — окликнул я своего боевого товарища.

— Знаю, — ответил он и первым выпрыгнул в окно, бросаясь в атаку.

Следом за ним побежал и я. Остальные остались на своих местах — против сильных магов крови, слабые будут лишь обузой. Тем более здесь и так пролилось много крови — главный инструмент для реализации их умений.

Надо поторопиться. Пока мы здесь воюем, на другой стороне сражаются Гиневард и Смирнова. В первую очередь я должен их спасти. А затем помочь Амелии. Может, мы и враги, но Львовы не должны бросать своих, особенно перед такой угрозой. Тем более там полно и других учеников.

Глава 31

Мы с Ревазом сближаемся с врагом. Оба мага уже создали в воздухе кровавую сферу — очень опасная штука для магов.

Её образовывают из крови убитых людей. Чем больше пролитой крови, тем больше можно использовать заклинаний. Причём если магов несколько, то и мощь плетений будет больше. Такое заклинание доступно далеко не каждому магу крови. Лишь тем, кто пролил много чужой крови.

Будь я обычным магом, то мне пришлось бы несладко. К их несчастью, они не знают, как ставить защиту на конструкт. Именно поэтому я разрушаю вражеское плетение до того, как они успевают хоть что-либо сделать. На их лицах читается недоумение от происходящего.

— Левый на мне, — говорю я Ревазу и двигаюсь к тому, что не ранен.

Противник, поняв, что я уже рядом, предпринимает последнюю попытку атаковать на расстоянии. Раз уж прямые атаки оказались бесполезны, он решает действовать иначе. Маг закрывает глаза и пытается вскипятить мою кровь. Видимо, рассчитывает одолеть меня голой силой за счёт разницы в магических кругах. Зря.

Его жалкую попытку воздействовать на меня я сразу пресекаю и вступаю в кулачный бой. Мой противник тоже без оружия, что играет мне на руку.

— Ну давай, здоровяк, покажи, на что способен без своей бесполезной магии, — специально я задеваю гордость врага. И это срабатывает.

Враг слепо бьёт кулаком вперёд. Он быстрее, но опыта совсем не хватает. Я, не сдвигаясь с места, подныриваю под руку врага, хватаю его за предплечье, делаю подсечку и роняю того вниз. И прежде, чем он успевает что-то предпринять, ударом ноги ломаю ему шею. Покров ему нисколько не помог.

Разобравшись с первым, я иду помогать Ревазу со вторым. Княжич справляется и без меня, не давая оппоненту использовать магию на полную. Двустихийный маг — это не шутки, а мощная боевая единица.

Я вижу, как противник Реваза выпускает в его сторону десятки кровавых стрел и шипов. Пользуясь моментом, я не просто разрушаю заклинание, а перенаправляю его во врага. От такой неожиданности он никак не успевает защититься от плетения. Покров спасает его от смертельного удара, но ненадолго.

Грузинский княжич пользуется заминкой и, сближаясь с врагом, вытаскивает скрытый кинжал и метает его точно в лоб врага. Этой атаки хватает для полной победы.

Сразу же за этим я слышу победоносное ура со стороны учеников. Во время боя я и забыл, что они за нами наблюдали. Рано радуются. Это только начало.

— Если выживем, род Багратионов будет тебе должен, — сказал Реваз, вытаскивая кинжал из тела врага.

— Забудь. Сейчас это неважно, — я пальцем ткнул в сторону красного барьера. — Мы должны объединиться с защитниками и помочь другим ученикам. Собери тех, кто готов сражаться. Я создам брешь в защите.

— Удачи, — коротко ответил Реваз, в то время как я попытался связаться с Геннадием Николаевичем.

Главное, чтобы они продержались… Нет, они должны продержаться. Я верю в них.

* * *

Вся эта операция изначально не понравилась Гиневарду. Он чувствовал, что это ловушка, и не ошибся. Все эти нападки химер были лишь для вида — настоящая угроза появилась сейчас, перед его глазами.

Их всего полсотни. Больше половины — даже не маги. Магов пятого круга ему бояться нет смысла — они слабаки, которые подняли свою силу только за счёт пилюль. Проблема в их лидере и его заместителе — они шестого и седьмого круга. И судя по всему, принадлежат «Кровавому культу».

Барьер долго не продержится. Ещё десяток другой заклинаний и он падёт. В запасе максимум пять минут. Большинство четверокурсников уже хочет сдаться. Они настолько подавлены, что даже не хотят дать отпор. Слишком большая разница в силе.

Подмоги ждать не стоит. Будь рядом наставник Вильям или кто-то ещё, он бы уже помог. Как ни посмотри, это конец. Сдаваться в плен этим ублюдкам нельзя. Непозволительно отдать им возможность стать сильнее. Лучше уж умереть.

Да, Рязанский смирился со своей смертью. Невозможно одолеть такого врага, не отдав ничего взамен. Раз так, то он пожертвует всем, чтобы спасти остальных. Чтобы спасти любовь своей жизни.

— Гин, даже не думай! — пыталась отговорить его Юлия. — Слишком опасно идти на них одному. Я помогу! Подкрепление тоже вот-вот прибудет!

— Не обманывай саму себя, — спокойным голосом сказал Гиневард, глядя на врага. — Я всё решил. Если умру, защити остальных. Ты ведь их последняя надежда. Не пускай других сражаться — для них это будет мгновенная смерть.

— Знаю… — вместо привычной улыбки на лице, Рязанский увидел на лице девушки слёзы. — Прости, что так вышло… Если бы я только была сильнее…

— Это не твоя вина, — сказал Гиневард и посмотрел на возлюбленную своими разноцветными глазами. Сразу после этого он большим пальцем вытер её слёзы и крепко прижал к себе. Даже несмотря на одетые доспехи, он чувствовал тепло её тела. — Я люблю тебя. Поэтому не вздумай умирать.

— Я тебя тоже, — ответила Юлия. В этот момент Гиневарду она казалась хрупче хрусталя. — Поэтому обязательно выживи.

На это Гиневард лишь улыбнулся. Он отпустил девушку, надел шлем и молча ушёл в сторону врага. Шансы на победу стремились к нулю. Поэтому можно было выкладываться на полную, не боясь навредить магическому развитию.

— Последний бой, он самый трудный, — вслух проговорил Гиневард, вынимая из ножен свои кинжалы.

Сразу же следом он приготовился использовать родовую технику. В лучшем случае он продержится десять секунд, но зато сравняется с их командиром. Нужно закончить бой за это время. В ином случае больше тут никому не выжить.

Защитный барьер не выдерживает и со звуком разбитого стекла трескается на множество маленьких частей. Сразу же за этим Гиневард применяет свою первую технику, чтобы отсечь всех слабаков.

Оба его кинжала наполняются стихией. Он делает рывок вперёд, напрочь игнорируя летящие в его сторону пули и заклинания. Взмах, и из клинков вырывается огненная и ледяная стена.

Заклинание охватывает практически всю область, вокруг которой столпились враги. Не останавливаясь на этом, Гиневард быстро меняет позицию, пока не рассеялась пыль. Уже через мгновение туда прилетают сразу несколько вражеских заклинаний.

Сразу после этого он вытягивает оба клинка вперёд так, чтобы между наконечниками оставалось небольшое расстояние. Создал через клинки магический конструкт, из него вылетает в сторону врага огненно-ледяной шар.

От взаимодействия двух противоположных стихий, раздаётся мощный взрыв. Энергетические каналы начинают гореть от нагрузки. Прошло три секунды. Осталось максимум семь.

Маги пятого круга превратились в прах. Значит, теперь нужно разобраться с заместителем, пока лидер не стал действовать.

В считаные мгновения Рязанский сокращает расстояние между ним и магом крови. С ухмылкой на лице он создаёт меч из пролитой на земле крови. До чего мерзкое заклинание…

Отбрасывая эти мысли, он сближается со своим противником. Приходится стискивать зубы, чтобы заглушить боль.

Противник делает быстрый выпад вперёд. Очевидная обманка. Только у него нет времени на то, чтобы думать о защите. Вместо парирования он уворачивается немного левее и позволяя клинку проткнуть своё плечо насквозь, взмахом двух кинжалов отрубает магу голову.

Меч снова превращается в обычную кровь. Гиневард отбрасывает тело поверженного врага и мчится прямо на лидера. Тело ноет от раны. Кажется, что энергетические каналы вот-вот разрушатся.

Расстояние между ним и лидером остаётся считаные несколько метров. Ему нужно лишь приблизиться и нанести один удар. Один удар и…

Парень внезапно осознаёт, что не может пошевелиться. Более того, он больше не в состоянии поддерживать родовую технику. По взгляду их лидера становится понятно — это его рук дело. Он всё это время мог запросто остановить парня, но не стал этого делать. Вместо этого ему хотелось поиграть. Больной ублюдок, как и все маги крови.

— Какая интересная у тебя кровь, наследник Рязанских, — ухмылялся мужчина, всем видом показывая, кто тут на самом деле контролирует ситуацию. — В таком раннем возрасте такая сила. Ты станешь отличным материалом для моих экспериментов. Как думаешь, мне стоит сделать из тебя химеру или пилюлю? Хотя нет, это слишком просто. Мы с тобой будем долго…

— Сдохни! — услышал он знакомый голос, и в тот самый миг в мага крови прилетело копьё.

Даже не глядя, он мог понять, кто это сделал. Единственное, что его мучило, это вопрос — зачем? Зачем она попыталась его спасти… У неё нет и шанса против этого «монстра».

— Смотри-ка, тебя пришли спасать, — ухмыльнулся маг и Гиневард почувствовал, как с него спали оковы.

Это был отличный шанс для атаки, но любая попытка задействовать родовую технику заканчивалась ничем. Он достиг своего предела. Парень с трудом стоял на ногах, и едва держал голову поднятой, чтобы увидеть свою возлюбленную. Враг сковал её своей магией.

— Эй, сопляк, смотри внимательно, — сказал маг крови и Гиневард увидел, как тот создаёт перед собой длинное кровавое копьё. Практически той же формы, что Юлия метнула в него. — Как это у вас говорят — око за око, зуб за зуб. Вижу же, что она тебе дорога. Не делай вид, что тебе плевать. Насладись зрелищем как следует, — с этими словами он метнул копьё вперёд, прямо в голову его возлюбленной.

Не было никого, кто бы мог остановить снаряд. Время словно бы замедлилось. Парня терзала физическая и душевная боль. Все старания оказались напрасны. Столько тренировок, столько пролитого пота, столько усилий, и всё зря.

Если бы только они не отправились сюда… Впрочем, какая теперь разница.

Копьё практически настигло девушку. Гиневард беспомощно наблюдал, как оно рассекает нежную кожу девушки, и как в одно мгновение заклинание превращается в лужу крови.

В лужу крови?

— Какого⁈ — вслух выругался маг, и это стало его последним произнесенным в жизни словом. Сразу же следом раздался выстрел, и в голове мага появилась лишняя дыра.

— Чуть не опоздали! — услышал он голос Евгения. А он что тут делает? — Гиневард, даже не вздумай здесь подыхать, иначе я твою душу с того света достану! Я своё слово нарушать не собираюсь.

Отчего-то Гиневарда рассмешила эта глупая шутка друга.

«Полагаюсь на тебя», — всплыло воспоминание в разуме Гиневарда. Это до чего княжич не хотел нарушить обещание, что сделал невозможное?

Теперь умирать точно нельзя. Хотя бы ради него и своей возлюбленной.

* * *

Я стал ненавидеть барьеры. Вот честно!

Мало того, что они частично блокировали связь, так стоило мне создать брешь в одном, как приходилось через сотню метров разрушать второй. Повезло наткнуться на людей Геннадия Кузнецова, сражавшихся с членами «Последнего дня», только из-за этого мы ещё дольше добирались до четверокурсников.

В итоге я еле успел обезвредить заклинание мага крови. Если бы из-за моей медлительности погибла возлюбленная Гиневарда, я бы себе это не простил.

Гиневарду стоило отдать должное — он практически в одиночку справился с врагом. Да, один из магов оказался сильнее, но тут даже мне было бы непросто с ним справиться. Повезло, что он отвлёкся, и я воспользовался шансом для мгновенного убийства.

Что будет с магическим развитием Гиневарда — я не знал. Целители сказали, что он выживет, но энергетические каналы в ужасном состоянии. Чудо, что он вообще не впал в кому. Скорее всего, ему придётся проходить реабилитацию, как Леониду. Хотя что-то мне подсказывает, что восстановится он гораздо быстрее.

Глава студсовета также хотела меня поблагодарить за спасение, да и другие ученики тоже, но пришлось их утихомирить. Мы по-прежнему находились на территории врага, и другие ученики были в опасности.

Я не стал терять времени и пробивался к пятикурсникам. Шанс, что они до сих пор живы, был мал. Оставалось надеяться на Амелию — возможно, она что-нибудь придумала, чтобы потянуть время. Либо же они сдались в плен и у нас был шанс спасти их до того, как их перенесут на базу «Последнего дня».

Однако стоило мне добраться туда, как вместо вражеского сопротивления я увидел странное зрелище. Огромный кратер, где по идее должны были находиться враги, и скорбящих в нём учеников.

Глава 32

Амелия кидала взгляд то на барьер, взявшийся словно из ниоткуда, то на собравшихся внизу противников. Не так она представляла свою кончину.

Всякие надежды на то, что хоть кого-то из них оставят в живых, она не питала. Красивые слова, не подкрепленные ничем, так и остаются лишь красивыми словами.

Ждать подкрепления явно не приходилось. Связи нет, барьер вот-вот пробьют. Выбора остаётся немного. Сдаваться в плен она не собиралась. Лучше умереть с достоинством, чем жить с позором в сердце.

— Уверен, что хочешь идти со мной? — спросила она Мстислава. — Это дорога в один конец.

— Я давно понял, что без вас мне жизнь не мила. Тем более, если пойдёте одна, враг что-то заподозрит, — спокойным голосом ответил Мстислав.

— Это твой выбор, — ответила она своему подопечному.

Ей хотелось жить. Хотелось исполнить свою мечту. Однако, увы, иногда всё проходит совсем не так, как хотелось бы. Она была готова к такому исходу, так что нет смысла отступать назад. Да и поздно уже о чём-то жалеть.

Она вместе со своим заместителем спустилась вниз, не рассказав никому, что собирается сделать. Ученики сверлили её презренными взглядами, но не пытались атаковать.

В одно мгновение разрушить репутацию, накапливаемую пять лет — до чего теперь это кажется забавным. Какой смысл беспокоиться о подобных мелочах, когда знаешь, что жить тебе осталось всего ничего.

С поднятыми руками она шла вперёд, показывая, что готова сдаться в плен. Барьер отключили и командир вражеского отряда смерил её довольным взглядом. Видимо, радовался, что всё обошлось без боя. Тем более, если сдался глава, то, скорее всего, сдадутся и его подчинённые.

— Значит, вы двое готовы отказаться от всего и присоединиться к нам? — спросил стоящий напротив неё мужчина. — Сразу скажу, никакие фокусы тут не сработают. Если попытаетесь убить нас, то сильно пожалеете.

Девушке было уже плевать на сказанное. Вместо этого она тихо произнесла:

— Увидимся в аду.

В этот самый момент Мстислав вскинул рукой и пронзил её сердце клинком, как того требовал план.

Тело начало холодеть. Глаза устало закрывались. На лице же застыла улыбка. Она не считала себя хорошим человеком. Возможно, сейчас она впервые поступила правильно.

Её сердце остановилось, и сразу же за этим сдетонировал артефакт, забирая с собой жизнь Мстислава и всех членов «Последнего дня».

* * *

— Значит, моя сестра подорвала себя, чтобы спасти вас? — неверяще переспросил я одного из учеников. Он сам подошёл ко мне, поскольку Амелия перед смертью попросила его о некой услуге.

— Да. Она поступила как герой. Если бы не она, мы бы тут не стояли, — отвечал парень. При этом я заметил, как он пытался не заплакать, пряча эмоции за маской. — Ещё она просила передать вам код от ячейки в банке Назаровых, если вы вдруг выживите. Вся информация вот тут, — с этими словами он передал мне маленькую флешку.

— Благодарю, — сказал я, забирая флешку у парня.

Вот уж не думал, что Амелия оставит мне прощальный подарок. Мне, её врагу. Вряд ли в ячейке заложена бомба. Да и не думаю, что это как-то связано с Дианой Львовной — моей старшей сестрой. Род Назаровых всё-таки её родственники. Когда всё закончится, нужно будет туда заглянуть.

Так или иначе, в этот момент я зауважал Амелию. Да, у нас с ней была вражда, да и как человек она мне не нравилась, но в критический момент она пожертвовала собой, чтобы спасти остальных. Тут нужно иметь стальную волю, чтобы так поступить.