Последний наследник Триады. Том IV

— Лапшу на уши навешал, а Петька и повёлся.

— Успокойтесь, — поморщился я. — Я предложил вам метод борьбы с туманом, дальше думайте сами, обсуждайте между собой. Если встанете в позу и начнёте тратить силы на моё «свержение», что у ваших предков неплохо получалось, сами лишитесь своих статусов.

— Он ещё и угрозами бросается! Герасимов второй, вот и всё! Гнить будешь в земле, как и твой кумир!

Я не ответил на провокацию, лишь поднялся на ноги, пожелал всем удачи и мира, а затем вышел из кабинета.

* * *

Вернулся в крепость Контрольного Пункта глубокой ночью.

Сидя в своём номере, перед камином, и балансируя кинжалом, я всё ещё размышлял о том, как прошёл наш разговор. Конечно, вероятность того, что они меня послушают, невысокая. Об этом говорит мой опыт жизни на Триаде.

Там было много конфликтов, междоусобиц и борьбы за власть. Даже в те времена, когда Бездна начала уничтожать целые страны, люди не желали сплотиться. А когда осознали свою ошибку, было слишком поздно.

Но и думать за других я не мог. Буду распыляться — сам не замечу, как окажусь убитым. Я обязан заставить людей забыть о своих прежних обидах. Донести эту мысль до Романова и воплотить в жизнь.

— Ты уже вернулся, — сонно потирая глаза, пробормотала Диана. — Ну, как всё прошло?

— Не лучшим образом. Харитонов хорошо нагадил перед своим уходом, — отозвался я, всё ещё держа остриё кинжала на ногте указательного пальца. — Старосты настроены враждебно. Это если говорить мягко.

— Не расстраивайся. Они ведь не знают тебя. Я раньше тоже была настроена враждебно, но ничего, ужилась ведь.

— Как думаешь, твой отец будет рад услышать от меня предложение платить землями за солдат и боевую мощь других Империй?

Девушка хмыкнула.

— Он скорее эти Империи захватит, чем станет уступать кому-то.

— Хочешь сказать, такое исключено?

— Абсолютно.

В общем, ничего нового. Люди, они и на Земле люди. Да и, что уж там, не думал я об этом серьёзно. Предложить земли взамен на армию мне пришло в голову в последнюю очередь. Я бы и сам на их месте посчитал своё решение полной глупостью, если бы не Триада… пустая, уничтоженная.

Как бы еще их убедить, что туман важнее любых других проблем?

Для подобного шага должна быть веская причина. Очень веская. Как показывает практика, многие вопросы решаются довольно простыми способами, но тут я ничего такого не вижу. К сожалению. Разве что… предложить Романову провернуть аферу по выделению земли, растянув передачу на десятилетия, а после пойти в отказ. Неважно, какими их отношения будут позже. Угроза такой войны имеет сильно меньшие масштабы. К тому же, при таком раскладе и я останусь при своих. Но согласятся ли другие главы и сам Романов? Учитывая, что даже это не гарантирует успеха.

Думай, Даркар.

— Я хочу, чтобы ты стала членом Старостата Архангельска, Диана, — я поднял глаза на девушку.

Диана осеклась. Посмотрела на меня внимательно.

— Чего?

— Будешь моей правой рукой?

Сказать честно, это прозвучало внезапно даже для меня. Кто может влиять на Императора сильнее, чем родная дочь? Диана должна быть не просто рядом со мной, я хочу, чтобы девушка видела всё своими глазами. Трупы Дозорных, их кровь и пустые лица. Она обязана знать, какую цену платят люди, выполняя приказы Империи.

Насколько моё решение было обдуманным? Сказать сложно. Если попытка повлиять на Императора провалится, я не потеряю, ровным счётом, ничего. Рисков практически нет.

— Ну… — протянула она, присаживаясь рядом. — Я соглашусь только при одном условии.

— Говори..

— Мы спим в одной комнате и на одной кровати, — заявила она.

А теперь осёкся я.

— А?

— Бэ, это моё условие, — склонила она голову набок. — Мне холодно здесь.

Удар под дых, по другому не назвать.

— Я женат.

— А я имею право отказать, — подняла она бровь.

— Я мало сплю, — я постарался вернуть спокойствие на лице.

— А мне неважно, — вскочила она с кресла. — В общем, думай. Выполнишь условие, буду твоим верным вассалом. А на «нет» и суда нет.

— А это твоё условие, случаем, не личная просьба Императора? — спросил я осторожно.

На самом деле, у меня и раньше возникали такие мысли. Романов не так прост, как кажется. Он вполне мог дать Диане задание — приблизиться ко мне настолько, чтобы я оказался буквально под его рукой.

Контроль… как же я понимаю старика.

— Это моя личная инициатива, — вполне себе искренне озвучила она.

Я секунду помолчал. А вот теперь в этой затее появились риски.

— Это окончательное слово? — спросил я.

— Абсолютно.

Губы сжались. Не нравится мне, когда кто-то ставит условия. Но, чёрт возьми, Бездна достойна того, чтобы я склонял голову с целью объединиться для борьбы с её проклятыми сынами.

— Я согласен, — отмахнулся я.

Глава 3

После той «сделки» с дочерью Императора, Дианой Романовой, многое изменилось.

В мой круг Старост Контрольного Пункта Дозора вошёл новый член. Петровна Диана Романова — совершенно неопытная, молодая, глубоко уверенная в своей правоте девушка. Настолько уверенная, что любая попытка вразумить и дать ей понять, что мир не делится на белое и чёрное, становилась для неё поводом… возненавидеть меня сильнее.

Звучит странно, но я поясню. Моя попытка сделать Диану своим единомышленником с треском провалилась. И причин для этого была масса. Но главная из них — излишняя эмпатичность вкупе с играющими гормонами. Каждая новая потеря бойца, выполнявшего задание в зонах аномалий, давала ей повод критиковать мои решения.

Принцип снежного кома сделал свою работу. Уже через месяц совместной службы я открылся для неё с новой стороны. Отныне в глазах Романовой я циничный, расчётливый, с параноидальными наклонностями… Словом, моральный урод, который плевать хотел на своих подчинённых солдат, на их жён, голодающих детей и ждущих с Дозора матерей.

И всё бы ничего. Я ожидал подобного от эмоциональной девушки, которой нет места ни в Дозоре, ни — тем более — в Старостате. Напомню, она была рядом со мной только по одной причине — влиять на отца; дать понять, что здесь совсем иная жизнь, нежели в столице. И какие-то внутренние расприи, как и гордость, сыграют с Империей злую шутку. Однако, кто бы мог подумать, что вся эта ненависть выльется на мою голову?

Да, она была «душкой» по ночам. Когда ложилась со мной в одну кровать, менялась в лице кардинально. Зачастую просыпалась вместе со мной, готовила завтраки, помогала слугам с уборкой — нарочито демонстрировала свою хозяйственность и желание привлекать моё внимание с женской стороны. Но стоило нам оказаться в рабочем кабинете, как всё возвращалось на круги своя.

— Смертей не избежать, Диана, — в очередной раз доказывал я в ходе спора. — Я не волшебник, у меня нет пилюли бессмертия. Моя задача снизить статистику убитых в тумане, а остальное — воля случая и личный профессионализм каждого солдата.

— Они для тебя статистика? Ты ведь знаешь, что на твоих личных заданиях погибли десятки Дозорных, но продолжаешь посылать их строить эти грёбаные плацдармы, — с бессилием в голосе парировала она. — Оставь эту затею, либо сам туда иди. У солдат есть семьи.

Я протяжно выдохнул, слушая откровенное нытьё Дианы.

— Бесконечно обороняясь, мы теряем куда больше солдат. Твари банально берут количеством. Сколько можно говорить об этом? — с раздражением озвучил я. — Каждое новое укрепление даёт массу преимуществ. Отдаляет линию фронта от городов. К тому же, чем больше давления будет оказано с нашей стороны, тем меньше времени мы оставим туману для усиления.

— Ты единственный из всего совета Старост, кто выбрал атаку, невзирая на то, что структура «Дозора» создана для защиты границ Империи, — продолжала она настаивать. — Почему ты решил, что умнее других? С чего взял, что имеешь право менять структуру Дозора?

Да потому что знаю про туман куда больше остальных — молча покачал я головой. Оправдывать свои действия таким образом нет смысла. Уж лучше придумать что-нибудь более… прагматичное.

— В отличие от них, Диана, я лично участвую в сражениях, — произнёс я. — Знаю, что такое смерть товарищей и весь ужас, с которым сталкивается человек, оказавшийся в тумане. И только исходя из личного опыта создаю вектор, по которому движется Архангельский фланг под моим командованием.

— Напомнить, чем ты занимался перед поступлением в академию? — подняла она бровь. — Ты получил силу, но не осознаёшь всей ответственности. Отец доверяет тебе вслепую, он ждёт от тебя одного — работы под его командованием. Ты же, получив власть, начинаешь заново придумывать велосипед! Представь себя на месте Дозорного, который идёт на гибель, зная, что приказ отдал зазнавшийся…

— Я был на их месте, — сдерживая злость, перебил я. — В отличие от тебя, Диана.

Девушка застыла с приоткрытым ртом. Резко изменилась в лице.

— Хватит упрекать меня в том, что я не имела дел с туманом! — сжала она свои кулачки. — Меня это обижает!

— Это правда. И она объективна.

— Тогда покажи мне, Кость, — в который раз предложила она. — Покажи, что значит оказаться в тумане, кишащем монстрами. Дай понять, что там, и я докажу тебе, что есть возможность избежать смертей!

Это прозвучало уже в третий раз за последнюю неделю. И каждый раз эта фраза вводила в тупик. Признать честно, я долго ломал голову над её предложением. Но страх потерять настолько ценного человека связывал руки. Более того, узнай её отец о том, что я позволил ей оказаться в тумане, как наши отношения дадут трещину. Глубокую и едва ли имеющую возможность восстановиться.

— Я серьёзно, Кость, — добавила она, успокоившись. — Хочу с тобой. Не могу больше сидеть здесь и смотреть на то, как ты пополняешь отряды Дозорных новыми людьми. Даёшь им голубей, которые сменили с десяток хозяев. Смотришь в глаза каждого и подбадриваешь, а сам видишь в них статистику.

Я отвёл взгляд в сторону.

— Ты знаешь позицию своего отца.

— Параноик, вот ты кто! — вскочила она со стула и устремилась к выходу. Открыла дверь и добавила: — Ещё и трус!

Трус? Это что-то новенькое.

В общем и целом, нам было сложно. Однако, в свою защиту скажу, смертей стало меньше. Старики несли потери, несоизмеримые с теми, что есть под моим командованием. Но разве это может волновать Романову? Едва ли. Для девушки каждый солдат является «личностью», смерть которого оборачивается трагедией.

С момента, как Романова ушла, хлопнув дверью, прошло около часа, но я не мог перестать крутить в голове идею устроить ей экскурсию по туману. Нужно было обсудить, потому пригласил к себе Аристарха Оболенского.

Мужчина выглядел измотанным. Последние дни он принимал активное участие в строительстве укреплений у берега Кривого озера.

— Мне передали, ты поболтать хочешь, — присаживаясь за стул, протянул Оболенский. — Знаешь ведь, я человек занятой.

— Я прошу простить, но вы единственный, к кому я могу обращаться с деликатными вопросами, — вздохнул я. — Как обстоят дела на фронте?

— Справляемся, — отмахнулся он. — Дай месяц, и можешь готовиться к массированным ударам с нашего фланга по туманным ублюдкам.

— Это радует, — кивнул я благодарно. — Если чего-то не хватает, говорите, господин Оболенский. Я готов вложить свои личные средства, если это необходимо.

— Слава Богу, с материальной частью у нас проблем нет, — усмехнулся тот. — Дело в другом. Твари стали умнее. Нападают в неподходящие моменты. Убивают спящих, уставших и измотанных, а затем убегают. Им будто в мозги прошивку установили новую. «Наноси урон и не лезь на рожон».

Я задумчиво кивнул.

— Так и есть. Чем больше зон тумана уничтожим, тем сильнее и хитрее будут твари. Бездна действует рационально. Видя сопротивление, начинает его подавлять.

Знаю, о чём говорю. Могу много хвалить себя, говорить о сотнях убитых Сущностях, но по факту… Даркар был одним из очередных препятствий, устранённых Бездной. Даже сейчас, зная, что я выжил, Бездна не будет воспринимать меня всерьёз. Да и раньше не воспринимала. Если посмотреть с её стороны, я жил только потому, что умел убегать и скрываться. Выйди я против неё в открытую, был бы уничтожен в первом же сражении.

— Если по другому её не уничтожить, то пусть будет так, — пожал плечами столп. — Говори, что за срочность?

— Диана Романова просит показать ей туман, — лаконично озвучил я.

— О-о-о, — протянул Оболенский. — Вот это новость! Вся в отца!

— Я боюсь за неё, — пожал я плечами. — Девушка слишком важная фигура, чтобы так просто показывать ей туман. Никто не гарантирует ей безопасность там, даже я. Боюсь, это большая дилемма.

Столп задумался на секунду.

— Ты ведь можешь отправить её с помощью телепорта.

— И этот способ тоже ничего не гарантирует, — без раздумий отозвался я. — Послушайте, далеко не каждый опытный боец способен пережить межпространственное перемещение. А Диана… она даже не боец.

Оболенский грузно выдохнул, постукивая пальцами по столешнице. Он знал причину, по которой Диана оказалась в Старостате. Знал о том, на каких тонах прошёл мой разговор с советом Старост. Поэтому видел в моих действиях рациональность и искренне хотел помочь повлиять на Романову. Временами казалось, в Империи он один из немногих, кто мыслил как человек, на плечах которого лежит огромный груз ответственности за всю Империю, и не думал только о собственной шкуре.

— Давай так, Кость, — наконец подал он голос. — Ты начинай готовить Диану к тому, что она отправится в туман, а мы перед этим сделаем всё возможное, чтобы сделать её прогулку безопасной. Расчистим туман от тварей высших рангов и постараемся собрать там туманный мусор. Если ты не готов к такому, лучше разжаловать Романову сейчас и забыть о попытках усилить войска Империи с помощью соседних государств.

Я кивнул словам Оболенского. Пару секунд поразмышлял и сообщил:

— Мы начнём подготовку. Спасибо за содействие, господин Оболенский.

Что ж, пришлось дать добро. Другого выбора у меня не было. Пока Романова вешает всех собак на меня, конструктивного диалога не построить. Остаётся лишь принимать на себя риски и менять стратегию. В конце концов, если бы всё происходило так, как хочу я, Триада бы сейчас не утопала в крови и тумане.

Обсудив пару менее важных вопросов, мы попрощались. Оболенский покинул кабинет, я же направился в академию. Первым делом провёл все лекции, а после встретил в аудитории всех членов своего старого отряда. Ребят уведомил заранее, чтобы не опаздывали, ибо тратить время на ожидания было губительно для моего и без того плохого сна.

— Рад видеть вас в здравии, — с полуулыбкой на лице приветствовал я. — Как самочувствие?

— Ну-у, нормально, — замялась Прасковья. — А вы как поживаете, командир?

— Всё хорошо, — кивнул я.