Последний наследник Триады. Том IV

— Мы от третьих лиц услышали о ваших подвигах, — включился в разговор самый молодой член отряда, Виктор Моржов. — То, что вы уничтожили зону пропуска… это правда?

Я молча кивнул.

— Я же говорил, что это не могло произойти случайно, — усмехнулся Тимофей Мышев. — Поражает только, что в такое никто и поверить не может толком. Несмотря на то, что новость на весь мир прогремела, а, так называемое «самоуничтожение тумана» за границей по новостям обсуждают чаще, чем всех мировых звёзд вместе взятых, никому не удалось точно выяснить причину, по которой это случилось. Ещё и СМИ раздули всё настолько, что многим кажется, туман вот-вот самоуничтожится.

Да, я знал об этом. По миру гуляют ложные фантазии, и во многом виноваты как враждебность Романова ко всем и вся, так и всемирная паранойя. Император не станет выдавать правду с доказательствами своим будущим конкурентам, он знает, что такую «удачу» из рук выпускать нельзя. Да и счастье, как тут говорят, любит тишину. Больше скажу, даже профессиональная разведка от других Империй до сих пор не выявила, что именно я стал причиной всех этих «самоуничтожений».

Да, про меня Романов лично говорил на церемонии повышения в должности. Но это лишь мишура. Настоящих доказательств нет и не будет.

— Пусть так и остаётся, — покачал я головой. — Совет, держите языки за зубами всякий раз, когда видите, что информация может навредить кому-то близкому, а тем более если это Имперская тайна. Иначе Романову придётся закрыть вас. Далеко и надолго. И я вас не спасу.

— Не зря всё-таки нас папарацци штурмуют, — Леонид скривил губы. — Надоели.

— Нам за каждую встречу неплохо платят, — подняла бровь Трубецкая.

— Да, но я за деньги продавать своего командора не собираюсь.

— Ты просто не помнишь ничего, — хмыкнула Прасковья.

— Помолчи.

Я смотрел за их внутренними разговорами с интересом. Видел, как сократились их личные границы, ибо сидели они довольно близко друг к другу. Было заметно, что этих людей многое объединяет.

Когда я только-только собрал отряд, никто из них не знал друг друга толком. Шуток локальных, как и каких-либо других видов отношений не было. Я был единственным компонентом, что объединял отряд. Сейчас же всё будто изменилось. Взгляды, личная граница и эти… смешки.

Они стали друзьями?

Если так, то будут сложнее даваться потери. Не говорю, что это плохо, но и не могу сказать, что отряд «друзей» в критической ситуации сможет побороть себя и поставить мой авторитет выше каких-либо чувств. А давить на них аурой… на это будет уходить моя личная энергия.

Так было с Трубецкой, когда в процессе сражения с Сущностью я «исчез с радаров», а у отряда встал вопрос, бежать. либо же идти искать меня. Девушка совершила массу ошибок, когда посчитала своим долгом помочь мне без каких-либо рациональных причин. Просто потому, что я ей был симпатичен. В отряде возникли споры, которые замедлили их. По итогу случилось то, что случилось. Вольные настигли отряд раньше.

— Времени обсуждать новости нет, поэтому перейду к делу, — прервал я их перешёптывания с недовольством в голосе. — Завтра мы отправимся в туман, к границам Кривого озера. Проведём разведку и поможем Дозорным уничтожить сильных тварей, обитающих поблизости. Как закончим, вернёмся. Операция должна занять чуть меньше трёх дней.

Отряд выпучил глаза. Сделал это синхронно.

— Сколько-сколько? — удивилась Трубецкая. — Нам только на подготовку к полёту потребуется неделя. О каких трёх днях речь?

— Не задавай лишних вопросов, — поднялся я со стола, поправил галстук и принялся собирать учебники. — Завтра ранним утром встречаемся в моём номере. Вооружённые до зубов. Опоздаете — будете искать нового командира… в новом Контрольном Пункте. До встречи.

Прибыл домой поздней ночью. Окинув взглядом комнату, глянул на Романову. Девушка лежала на животе, руками обхватив подушку. На теле ни единого элемента одежды. Странная всё же особенность у неё. Всё не привыкну к тому, что при любых обстоятельствах она никогда не спит в других комнатах.

Слово дочери Императора держит, или же искренне не хочет подводить папаню?

Что ж… признать честно, всё не так плохо. Девушка довольно скромна и знает о личных границах, поэтому мне спать рядом не составляет труда.

* * *

Эдуард Подольский был в хорошем расположении духа. После выдачи руки дочери юному наследнику княжеского рода Юрию Громову дела пошли в гору. Странным образом Романовы и прочие высокопоставленные семьи обратили на графский род свои взоры. Банкам Подольских была оказана поддержка Империи, которую те не получали более десяти лет.

Более того, множество разных лицензий и Имперских заказов также повернулись лицом к бизнесу графа. Только за последнюю неделю Романов лично выдал Эдуарду сотню миллионов рублей на развитие филиалов. Притом процент кредита — конфетка! Единственная просьба Петра Романова — продолжать содействовать Громовым и продолжать финансировать некоторые нужды рода. В остальном же полная свобода действий. В общем, выигрывали все стороны, а Романов этому был рад.

Причины, по которым начались перемены, не волновали графа. Ясно, что замешаны политические игры, но зачем углубляться в то, что тебя не касается и не задевает? Пусть хоть детей в рабство продают, плевать. Деньги есть деньги. Они, чёрт возьми, не пахнут.

К тому же, Юрий Громов не оказался извергом. Вполне нормальный парнишка. Делает своё главное дело — любит свою жену. Хотя письма от рода Августиновых были самые неприятные. Как только Роберт не называл Юрия… И извращенцем, и ублюдком, работающих с Вольными и Центром. Благо, Подольский имеет безупречную интуицию и знает, что верить таким письмам нельзя. Да и злить Императора не хочется. Хорошо, что для него существует лишь язык денег.

Да-а-а… всё-таки в дочерях тоже есть какой-то прок.

Три стука в дверь раздались неожиданно — настолько, что разом одёрнули старика от приятных размышлений.

— Да-да, — подал он голос и подался вперёд, вернув спинку кресла в вертикальное положение. Быстро поправил воротник пиджака и спрятал дорогущие часы под рукав рубашки.

Дверь медленно отворилась, и в створке возник мужчина. Неприметный и, скорее всего, бедный.

— Добрый вечер, господин Подольский, — грубым голосом приветствовал незнакомец, закрывая за собой дверь. — Извините, что так поздно. Не отвлекаю?

Секретарша снова баклуши бьёт? Что за безответственная девчонка!

— Для начала представьтесь, — слегка напрягся Эдуард, в мыслях сокрушаясь над серкетаршей.

— Дмитрий, — отозвался тот. — Дмитрий Норкин.

Норкин? Бедная фамилия. Да и сам этот человек пахнет бедностью.

— Если можно, господин Норкин, я немного занят. Мой рабочий день окончен. Возвращаясь, оставьте запись у секретарши и приходите в назначенное время. Спасибо.

— Секретарша? — сально улыбнулся Дмитрий, показательно оглянувшись. — Вы про ту грудастую красавицу?

— Именно, — кивнул старик, чуть прочистив горло. — Спасибо за понимание.

— Нет-нет, я останусь, — мужчина схватился за стул и присел аккурат напротив Подольского. — Разговор довольно срочный и не требует отлагательств. А насчёт секретарши скажу вот что, порой лучше держать таких под столом рабочим, а не в роли личных сотрудниц.

Давит. Подольский чувствовал, как тот оказывает искусственное давление. Этот гость явно не так прост, каким кажется.

— Я разберусь сам, кого брать на работу. Если вы по вакансии, то…

— Ну нет же, — усмехнулся Дмитрий Норкин. — У меня разговор. Надолго я не задержусь. Будьте добры, расскажите, что именно связывает вас с Константином Шагайн-Громовым?

Сердце укатило в пятки. Подольский резко схватился за трубку мобильника, но не успел сделать вызов, как положил её обратно. Не по своей воле. Или… по своей? Что тут происходит вообще?

— Послушайте, господин Норкин, — сглотнул Подольский, ощущая капли пота, выступившие на лбу. — Меня ничего с ним не связывает. Если вы решили выбить из меня информацию, у вас не получится. Я ничего не знаю и знать не хочу. Меня в эти интриги не ввязывайте.

— Никто ничего выбивать не будет. Пока, — любезным, но крайне опасным тоном сообщил Норкин. — Господин Подольский, выслушайте моё предложение. Но для начала скажите, вам известно о таком человеке, как Мартин Франц?

— Известно, — играя желваками, отозвался граф.

— Этот человек имеет большие связи в европейских кругах. И он готов за вашу информацию сделать ваш банк международным, — натянул улыбку мужчина, оголяя желтоватые зубы. — Мы наслышаны, что Романов пытается вас купить филиалами в разных губерниях, но поверьте, Англия, Франция… это совсем другое. С нами вы сможете распространить сеть своих банков в ряде других Империй. Только представьте масштаб сделки, господин Подольский. Международный банк под вашим именем.

Сладко стелит, сукин сын. Но хрен там плавал, ничего эти обещания не стоят! К тому же, все в Империи прекрасно знают, как Романов обходится с пытающимися усидеть на двух стульях. Бросает их в яму и закапывает… в лучшем случае мёртвым.

Соберись уже!

— Меня устраивает то, что я имею. Большего мне не нужно, — соврал Подольский с гордо поднятым подбородком.

— Вас никто не выдаст, поверьте, — всё сильнее давил мужчина. — От вас требуется лишь малый вклад в…

Подольский хлопнул по столу.

— Убирайся вон! — чуть ли не вскрикнул он. — Я тебе не шалава продажная, со стороны на сторону перескакивать! И Мартину Францу передай, чтобы ходил и оборачивался. Пусть свои угрозы в задницу себе сунет, жалкий англосакс!

Дмитрий снова натянул улыбку. Ублюдскую и крайне неприятную улыбку.

— Вы уверены, что не собираетесь решать вопрос мирно?

— Уверен! Чёрта с два я стану воротить дела за спиной своего Государя! Разговор окончен! Вон из моего кабинета!

Больше слов не прозвучало. Дмитрий кивнул, поднялся со стула и спокойно вышел из кабинета.

А затем в глазах старика потемнело. Сука!

Глава 4

Тянуть с отправкой в зоны аномалий не было необходимости. Уже на утро следующего дня я, оставив Диану Романову в постели, вышел в гостиную, где меня поклоном встретил слуга в белой рубахе.

— Господин Староста, — подал он голос. — К вам просится группа людей во главе с молодой девушкой по фамилии Трубецкая. Говорят, прибыли по вашему приглашению.

— Пусти их, — кивнул я. — И ещё, я бы позавтракал.

— Если хотите, мы можем быстро приготовить холодные закуски, — ответил он.

— Давай. И чаю на пять персон.

В номер прибыли мои бойцы. Как и просил — вооружённые до зубов. В осенней экипировке. Зима за прошлый месяц отступила окончательно, и взамен снежным покровам наступили сырость и вязкая почва.

В ходе завтрака обсуждали задание. Мои бойцы выглядели немного потерянными — всё гадали, что им уготовил их «командор». Разве что Трубецкая старалась держать себя в руках и не показывать, что на душе скребут кошки. М-да, они ведь и не знают о телепорте. С себя я ответственности за их жизни не снимаю, но ведь каждому было велено в полной степени овладеть моими линиями души. Вот и посмотрим, кто отнёсся к просьбе ответственно, а кто решил, что это пустяк.

— Благодарю, было вкусно, — улыбнулся я слуге, убирая чашку и поднимаясь со стула. Поглядел на ребят и жестом велел последовать за мной. — Надеюсь, вам понравится путешествие.

При упоминании «путешествия» сидящая неподалеку Прасковья дрогнула. Хотя именно в ней я был уверен больше всего. К моим «домашним заданиям» готовится она ответственно. Потому нет сомнений, что «доспехи души» девушка освоила не хуже, а может и вовсе лучше других.

Поднявшись по лестничной площадке, мы оказались на крыше. Там не было ни камер, ни наблюдающих постовых. Из этого места я не раз перемещался в разные точки с целью проверить, как идут дела в Дозоре и помочь, если нужно. Поэтому позаботился о том, чтобы вокруг не было ни единой души.

— Представляю вашему вниманию артефакт, аналогов которого в этом мире не существует. Этот кулон способен переносить объекты со скоростью, близкую скорости света, — я вынул из кармана кулон, а мои губы растянулись в улыбке. — Словом, до занятия нужной нам посадки уйдёт чуть больше минуты.

Отряд застыл в растерянности. Я понимал, что они готовили себя к чему-то подобному, но глаза их выражали искреннее удивление. Выходит, я переплюнул их ожидания.

— Ты украл казённые артефакты? — Трубецкая сощурилась. — Кость, за такое и казнить могут.

Я закатил глаза.

— Будете держать язык за зубами, проблемы обойдут стороной. К тому же, использование их для защиты границ Контрольных Пунктов и Империи вполне законно. Я ведь не на продажу их выставляю.

— Он Староста, Настасья. Не забывай, — шёпотом добавила Прасковья.

Остальные лишь фыркнули и покачали головами.

— Староста имеет право подстраивать законы под свои хотелки? — поднял бровь Тимофей. — Так можно и доиграться, командор. Сначала ввели авторитаризм в нашем Контрольном Пункте. Игнорируете других Старост с разных границ. Гнёте свою линию и прибрали к рукам Аристарха Оболенского, который как столп не обязан полностью подчиняться вам. Что дальше?

— Репрессии за неповиновение, это ж очевидно, — пожал плечами Виктор Моржов.

Я покачал головой. Да, эти ребята остры на язык. Говорят, что думают, и не боятся этих самых «репрессий». С другой же стороны, они правы, я преследую именно ту форму руководства, о которой говорят. Иначе придётся столкнуться с проблемами, о которых никто в этом мире ещё не слышал.

— Вы меня вообще слышите? — с раздражением возразил я. — Я говорю вам о кулоне, который способен телепортировать. Какая разница, кто владеет артефактами? Никто другой их настолько эффективно не использует ещё лет пятьдесят.

— Тоже казённый?

Я сделал вид, что не расслышал, дёрнул Моржова за руку, активировал кулон — и буквально вытолкнул парня в открывшийся портал. Оставшиеся в отряде «охнули», начали пятиться, но я лишь сократил дистанцию.

— Следующей будешь ты, — поглядел на Трубецкую.

— Кость, я…

Не успела та договорить, как второй портал втянул её в бесконечное «ничто».

— Прежде чем отправлю других, хочу предупредить, — добавил я в голос стали. — Я вам не приятель, не товарищ и не дружок, которого можно критиковать в лоб. Не советую делать выводы по якобы молодой внешности. Забудьте о том, кем вы являетесь здесь и сейчас. В тумане я ваш командир, а вы — подчинённые, которые должны быть готовы погибнуть, выполняя мои приказы. Звёздную болезнь вашу я вылечу быстро. Всем ясно?

В общем, они меня услышали. Я отправил в портал остальных, после чего и сам «нырнул» за ними. Когда оказался на берегу Кривого озера, тут же заозирался по сторонам в поисках соотрядников.

Судя по всему, линии души освоил каждый из них. Бойцы были невредимыми — с целыми руками и ногами. Но за такое я их нахваливать не стал, не заслужили. Лишь дал команду, чтобы тут же собрали по площади свой разлетевшийся арсенал.

— Это было… жутко, — сглотнула Трубецкая, натягивая на кисть перчатку. — Мозг всё ещё не может понять, что произошло.

— Пройдёт, — сухо подбодрил я, дожидаясь остальных. А когда вокруг меня собрались все, сообщил: — Голуби ваши прибудут нескоро, поэтому в случае вашей смерти будет трудно помочь. Старайтесь держаться близко друг к другу. Наша главная задача привлечь сильных тварей и по возможности уничтожить каждую.

— Будем сражаться здесь, в открытом поле? — поднял бровь Тимофей.

Я кивнул в сторону леса, где за густыми деревьями еле виднелась верхушка строящихся боевых сооружений. Именно в том месте был расположен тот самый плацдарм, о котором шло так много споров.

Конечно, никто из моего отряда плацдарма воочию не видел. Да, может, слышали, но не более. На деле укрепрайон содержал в себе несколько баз, по форме схожих с Контрольными Пунктам Дозора. С вертолётными площадками, артиллерийскими установками и передовой военной техникой внутри, буквально пронизанной кучей магических узоров и моих линий души.

— Пора забыть о временах, когда Дозорные сражались с монстрами высших рангов при помощи ловушек на деревьях, капканов и прочих устаревших средств, — обозначил я. — Так будет до тех пор, пока я занимаю пост Старосты, по крайней мере.

На самом деле, тактика по расчистке территории к приходу Дианы Романовой была куда сложнее и содержала в себе целый ряд этапов. Но пока говорить о них было слишком рано. Для начала не помешает пройти первый из них — разведка местности боем.

— Прикажете направиться к укреплениям, командор? — воодушевлённым голосом спросил Виктор.

— Для начала разведаем обстановку, — велел я.

Наша разведка, надо признать, была довольно поверхностной, но даже её хватило, чтобы узнать численность сил, которые собирается бросить против нас Бездна. И если смотреть на цифры, они впечатляли — около пятидесяти тысяч тварей скопилось в паре киллометрах от Кривого озера из-за резко исчезнувшего источника силы.