Каменная бойня

И трое сыщиков вопросительно посмотрели на своего начальника Мешалкина.

— Ну, а что тут делать? — потер лоб Мешалкин. — Ясно, что… Доложу по нашим родимым инстанциям. Так, мол, и так, вот что мы наскребли. Думаю, этим делом заинтересуется ФСБ. Должна заинтересоваться, так как все эти банды и тоннели сквозь границы — ее поле непаханое. А мы будем усердствовать на месте. Район у нас большой, и всяких «Башен» и прочих гадюшников хватает. Будем проводить санитарную обработку. Выявлять, изобличать… Кто же еще, кроме нас?

Глава 12

— Ну вот, подбросили нам полицейские сыскари работы! — подполковник ФСБ Денис Мартьянов покрутил головой. — Будто бы без них нам забот не хватало!

— И правильно сделали, что подбросили! — не согласился с Мартьяновым другой подполковник ФСБ — Кирилл Кольцов. — Вообще ребята молодцы! Ухватить за хвост такую щуку! Теперь бы ее еще вытащить на берег! Так что не ругай парней.

— Вытащим! — уверенно произнес Мартьянов. — А парней я не ругаю. Наоборот, это я их так хвалю. Потому что и впрямь молодцы.

— Итак, что мы имеем на данный момент… — начал Кольцов.

Ему и Мартьянову была поручена важная работа — выявить и перекрыть канал, по которому наркотик под названием «тоннель» поступал в российские города. Это было первой частью задачи, а была еще и вторая часть. Второй частью была таинственная банда, которая, когда ей стало тесно в Кавказских горах, сумела перебраться в среднеазиатские горы и обосноваться там уже не как откровенные бандиты, а как бандиты-наркокурьеры. Так вот, Мартьянову и Кольцову предстояло напасть на след этой банды, обнаружить ее и ликвидировать.

— Итак, что у нас есть на данный момент, — повторил Кольцов. — А есть у нас вот что. Во-первых, сведения, полученные от полицейских. А во-вторых, пойманные ими же три молодца. Один из которых некто Дауд. Мыслится мне, что этот Дауд — один из тех самых бандитов. А иначе разве стали бы ему доверять наркокурьеры? Нет, они доверяют только своим… Проверенным, повязанным кровью и так далее. Логично?

— Логично, — согласился Кольцов. — Тем более что я раздобыл кое-какие сведения об этом Дауде. Похоже, что так оно и есть — он из кавказских бандитов.

— Ну да? — удивился Мартьянов. — И что же это за сведения?

— Это, так сказать, грех тщеславия и самолюбования, — туманно сказал Кольцов.

— А точнее?

— А точнее — видеосъемка почти двадцатигодичной давности. Вот как! И изображены на той картинке веселые бандиты на привале. Веселятся, едят шашлык, пляшут… Запись раздобыла военная разведка, а вот каким образом, я того не знаю. Да это и неважно. Важно другое. Конечно же, наши специалисты постарались выяснить личность каждого, что радуется жизни на том веселом привале. Что ж, выяснили. И одна из личностей — некто Дауд.

— То есть там Дауд, и в наших руках тоже Дауд, — задумчиво констатировал Мартьянов. — Конечно, это может быть и совпадением, но все же, все же… А что, того киношного Дауда и живого Дауда — сличали? Есть что-нибудь общее?

— Ну, с той поры прошло немало лет, так что сам понимаешь… — развел руками Кольцов.

— Эк, потянуло сегодня тебя на лирику и прочие отвлеченности! — возмутился Мартьянов. — Что у тебя за привычка — не отвечать сразу на вопрос и изъясняться иносказаниями? Без тебя хватает и иносказаний, и прочих загадок!

— С той поры прошло много времени, да и запись не совсем качественная, — преднамеренно не обращая внимания на возмущение товарища, продолжил Кольцов. — Но тем не менее… Представь себе, сличили. И оказалось, что, скорее всего, это одна и та же личность. Вот так. По этому поводу наши эксперты вынесли даже официальное заключение, которое, как ты понимаешь, имеет доказательную юридическую силу.

— Нормально! — усмехнулся Мартьянов. — Теперь-то, думаю, этот Дауд заговорит. А то полицейские говорили, что он не пожелал давать никаких показаний. Все больше грозился… А мне-то можно посмотреть эту веселую запись? Для того чтобы самому убедиться в том, что на ней Дауд.

— Отчего же нет? — пожал плечами Кольцов. — Вот она, обосновалась в нашем компьютере. Включай и смотри. Ну, и я вместе с тобой.

Запись и впрямь была не слишком качественной. Но основные детали и даже некоторые лица разглядеть можно было вполне отчетливо.

— Вот он, Дауд, — указал Кольцов. — Сидит на камне… А вот он же — то ли декламирует, то ли поет… Запись без звука. А сейчас начнется самое интересное. Вот его фото на данный момент. Снимали в следственном изоляторе. А вот его же фото легкомысленной, так сказать, юности, взятое с записи. Похоже, правда же?

— Похоже, — кивнул Мартьянов.

— А вот заключение экспертизы, — Кольцов полез в стол и вытащил оттуда лист бумаги с текстом. — Эксперты, как я уже сказал, также считают, что это один и тот же человек.

— Что и требовалось доказать, — задумчиво произнес Мартьянов. — Да, кстати. А что-нибудь о самой банде известно?

— Как же, — невесело усмехнулся Кольцов. — Известно, и немало. Это та самая банда, которой командовал не абы кто, а сам Кама! Во как! Так что всяких героических подвигов за этой милой компанией хватает. Ну, а коль за компанией, то и за самим Даудом. Как же без этого?

— Значит, Кама… — задумчиво произнес Мартьянов. У него была характерная особенность, вытекающая из его меланхолического характера, — периодически впадать в задумчивость. — Насколько я помню, самого Каму ликвидировал наш спецназ…

— Ну да, — подтвердил Кольцов. — Ликвидировали и Каму, и многих его боевиков. Да вот не всех… Остальные разбежались.

— И через столько лет возникли вновь — в другом, так сказать, качестве, — сказал Мартьянов. — Ну что ж, думаю, самая пора нам пообщаться с историческим персонажем по прозвищу Дауд? С предъявлением доказательств…

— Куда же деваться? — согласился Кольцов. — Пообщаемся…

* * *

Но и сотрудникам ФСБ, как и ранее полицейским-оперативникам, Дауд вначале не пожелал ничего говорить. Впрочем, Кольцов с Мартьяновым и не настаивали. Они молча включили принесенный с собой ноутбук и поставили его перед Даудом.

— Смотри, — сказал Кольцов. — И думай, если есть чем.

Когда пятиминутная запись закончилась, Кольцов спросил у Дауда:

— Ну, и что скажешь?

Дауд лишь молча пожал плечами.

— Вот как! — покачал головой Кольцов. — Что же, ты не узнал ни своих давних друзей, ни себя самого? Да неужто?

Но и на это Дауд ничего не ответил.

— Хорошо, — сказал Кольцов. — Значит, будем продолжать. Итак, серия вторая. На этот раз с моими комментариями. Вот веселый бандит крупным планом. Кстати, ты не помнишь, что ты там делал — пел или декламировал? Не помнишь… Что ж, это не так и важно. Важно другое. Вот твое фото, снятое буквально вчера. Здесь-то ты себя узнаешь? Вижу, узнаешь. А вот оба фото вместе, рядышком. Что, похожи? Ну, и что ты на это скажешь?

— Это не я, — сквозь зубы произнес Дауд. — Не знаю, кто это.

— Неужели? — спросил Кольцов. — Вот прямо-таки и не знаешь? Запамятовал? Отшибло, значит, у тебя память… Что ж, это бывает. А вот сейчас мы ее тебе освежим, память-то. На вот, прочитай! — и Кольцов протянул Дауду напечатанное на бумаге заключение экспертизы.

— Что это? — лениво поинтересовался Дауд, не делая ни малейшей попытки взять лист.

— А ты прочитай, прочитай! — настойчиво произнес Кольцов. — И тогда тебе многое станет понятным. Тогда, надеюсь, ты вспомнишь… Или, может, ты скажешь, что не умеешь читать по-русски?

Дауд глянул на Кольцова, затем перевел взгляд на Мартьянова и лишь после этого протянул руку к бумаге. Читал он долго, а когда прочитал, то ни один мускул не дрогнул на его лице.

— Дешевка, — процедил он сквозь зубы. — Подделка…

— Охо-хо! — вздохнул Кольцов. — Ну, тогда получай еще информацию к размышлению! Значит, так…

Вначале Кольцов сообщил, когда и где именно злодействовала банда Камы и какие именно злодейства она совершила. Назвал, конечно, не все, а лишь самые кровавые преступления. Затем в точности назвал имя Дауда, его возраст и место рождения.

— Вот так! — закончил свою речь Кольцов. — Что, припомнил эпизоды из своей жизни? Вспомнил, что ты делал на том привале — пел или читал стихи?

Теперь настала очередь говорить Мартьянова.

— Ношение огнестрельного оружия, похищение человека, торговля наркотиками, — сказал он. — Это, конечно, для тебя скверно, но это пока еще не смертельно. А вот участие в бандитском формировании — это уже по-настоящему серьезно. Это для тебя гибель! Пожизненное заключение, которое хуже всякой гибели. А главное, что нам и доказывать ничего не надо. Все доказано! Вот эта запись и это заключение экспертов и есть доказательства. Для любого суда! И это я не говорю еще о твоих преступлениях, которые ты совершил, когда был в банде Камы. Скажу честно — мы еще не поднимали это дело. Но поднимем, не сомневайся. И вот тогда…

— И вот тогда тебе крышка! — продолжил мысль Мартьянова Кольцов. — А пока у тебя есть возможность себя спасти. Нет, не от долгого срока, но от пожизненного заключения — очень может быть! Нужно лишь ответить на некоторые наши вопросы.

Дауд молчал. Молчание длилось долго.

— Да ведь все равно… — наконец, сказал он.

— Было бы все равно, мы бы сейчас перед тобой не распинались, — сказал Кольцов. — А так мы дарим тебе надежду.

— Все равно соврете, — мрачно произнес Дауд. — Все неверные лгут… Потому что они неверные.

— А ты, значит, правоверный! — хмыкнул Кольцов. — Хорош правоверный! Наркотики, убийства… Не надо, парень. Нас этим не проймешь. Да и ты в этой роли не смотришься. А потому подумай лучше о своей шкуре. Пока у тебя есть такая возможность…

И опять Дауд погрузился в молчание. Но и Кольцов, и Мартьянов чувствовали, что сейчас это совсем другое молчание. Это было молчание зверя, который понял, что из западни ему не выбраться, а значит, нужно приспосабливаться к новым условиям и обстоятельствам.

— Что вы хотите от меня узнать? — наконец, спросил он.

— Не так уж и много, — еще раз хмыкнул Кольцов. — Для начала — все о наркотике «тоннель». От кого ты его получаешь, какими путями и способами он попадает в Россию, кто в России его распространяет… Само собой, нам нужны имена распространителей. Отдельно расскажешь, каким образом наркотик переправляется через границу. Понятно, что у нас возникнут дополнительные вопросы. Так вот, очень бы хотелось, чтобы ты ответил и на них. Таковы наши условия.

— А что взамен? — спросил Дауд.

— А взамен мы обещаем закрыть глаза на кое-какие твои бывшие подвиги, — сказал Кольцов. — Ну, когда ты бандитствовал в чеченских горах… Конечно, если ты убивал, то за это ответишь, как полагается. Тут мы тебе не помощники. А вот на какие-то другие бандитские грехи мы, так уж и быть, закроем глаза и не станем их упоминать. За давностью времени… Словом, найдем законный способ.

— Я никого не убивал! — почти выкрикнул Дауд. — Я отвечал за агитацию! Литература, листовки…

— Вот и хорошо! — примирительным, почти ласковым тоном произнес Кольцов. — Об этом и поговорим. Но потом. А сейчас будем говорить о «тоннеле». Значит, набирай в грудь воздуху и начинай…

* * *

После того как Кама был ликвидирован, а банда разгромлена российскими войсками, ее остатки попытались скрыться. Разбегались кто куда: кто-то надеялся укрыться в горах или глухих горных селениях, кто-то подался в города, надеясь, что там, среди множества людей, затеряться будет проще, но большинство предпочло укрыться за границей. На тот момент обстоятельства сложились так, что проще всего было перебраться в одну из среднеазиатских республик. Маршрут был прост, понятен и сравнительно короток: вначале тайными тропами бандиты добираются до побережья Каспийского моря, затем за деньги нанимают какое-нибудь судно, которое должно доставить их на другой берег Каспия, а там — и Азия. Там будет видно. Хотя изначально было ясно, что лучше всего — уйти от побережья подальше, куда-нибудь поближе к горам, а то и в сами горы. Кто там будет тебя искать? Там можно прятаться до конца жизни.

Таков был расчет, так и получилось. Всего через Каспийское море перебрались около сорока человек — точного числа Дауд не помнил. Но, оказавшись в горах, бандиты призадумались — а как им быть дальше? Что делать, какими способами добывать средства к безбедной жизни? Ничего другого, кроме как бандитствовать, никто из них не умел, да и не желал ничему другому учиться.

Командовал остатками банды некто по прозвищу Кара. В переводе на русский язык — Черный. Это была таинственная личность, никто доподлинно не знал, кто он такой и как оказался в банде. Одни утверждали, что он из Афганистана, другие — что из Пакистана, третьи — что из самой Америки. Сам он ничего о себе не говорил и близко ни с кем не общался, за исключением, разве что, Камы. А когда Каму убили, то Кара стал в банде главным.

Он-то, Кара, и предложил уцелевшим бандитам заняться новым видом преступного промысла — переправкой наркотиков через границу. Дело, сказал он, выгодное, а риск — небольшой. Возможно, изредка придется вступать в схватки с пограничниками или с той, или с этой стороны — ну, так это дело для бандитов привычное. А если действовать осторожно, то никаких схваток и перестрелок и вовсе не будет. Откуда возьмутся наркотики, того Кара не сказал. Обмолвился лишь, что это его дело, а дело бандитов — переправлять наркотики через границу и при этом не задавать лишних вопросов.

С таким предложением согласились все, так как нужно было выживать, а других способов выживания не виделось. Согласился в числе прочих и Дауд. Правда, Кара предложил ему особую роль: переправлять через границу наркотики он не будет, а будет их доставлять вглубь страны. И налаживать там сеть распространителей. Желательно, чтобы этой страной была Россия: там, по словам Кары, просто-таки неограниченные возможности в плане сбыта.

Помимо Дауда, такую же роль возложили еще на девятерых бандитов. Кто они такие? Дауд знает лишь их клички, а больше — ничего. По той простой причине, что в банде все друг друга знали по кличкам. Дауд должен был поставлять наркотики в Москву, другие поставщики — кто куда: кто в Санкт-Петербург, кто на Урал, кто в курортные города юга России. Все согласились — с Карой опасно было не соглашаться.

— И где сейчас этот Кара? — спросил Мартьянов. — Жив?

— Жив, — ответил Дауд.

— Когда ты его видел последний раз?

— Примерно две недели назад.

— Ладно, рассказывай дальше…

А дальше дела у Дауда пошли так, что лучше и не надо. За короткое время он наладил в Москве сеть распространителей. Была ли тому причиной предприимчивость Дауда или, может, сам «тоннель» пользовался повышенным спросом — того Дауд не знает, да это и неважно. Скоро у Дауда появились немалые деньги, и однажды он затеял с Карой разговор. Дауд захотел отделиться от Кары и прочих бандитов. Что значит отделиться? Выкупать у Кары наркотики за свои деньги, а дальше — распространять их на свой страх и риск. Конечно, здесь Дауд сильно рисковал, но вместе с тем так ему было спокойнее. Если он по какой-то причине не смог бы реализовать выкупленную партию, то в этом случае ожидать от Кары наказания не приходилось бы: сам выкупил, сам потерял, сам себе нанес убыток, сам себя и наказывай, как хочешь.

— А вот о наказаниях Кары — подробнее, — попросил Кольцов.

— Подробнее… — пожал плечами Дауд. — Одного такого же, как я, вычислила полиция. Кажется, это было где-то в курортных местах России… Самому ему удалось убежать, а вот товар достался полиции. Много товара, большие деньги… Ну, вернулся он и рассказал обо всем Каре. Прости, говорит, все отработаю! А Кара говорит: отработать — мало, надо еще, чтобы я в тебе был уверен. А я в тебе не уверен. А вдруг тебя полиция специально отпустила, чтобы ты доносил ментам на нас? Как ты докажешь, что это не так? А как тут можно доказать? Кара его и застрелил — прямо перед всеми другими. Сам я этого не видел, но мне рассказывали… Зачем мне погибать от руки Кары? Вот я ему и предложил — давай, говорю, я буду покупать у тебя наркотики за свои деньги!

…К удивлению Дауда, Кара согласился. Хотя чему тут было удивляться? Такой поворот дела для Кары — сплошная выгода. Доставил наркотик через тоннель, тут же его продал — и никакого риска. Вот так Дауд и отдалился от банды. Стал, так сказать, самостоятельной коммерческой фигурой. И везло ему вплоть до данного момента…

— Везение — штука капризная, — заметил Кольцов. — Вчера везло тебе, сегодня повезло нам. Наше везение намного правильнее, чем твое, потому что за нами правда. Ну да ладно, все это философия… А ты нам вот что скажи. Какими такими путями наркотик доставляется на эту сторону?

— Через тоннель, — ответил Дауд.

— Это мы знаем и без тебя, — сказал Кольцов. — А через какой тоннель? Где именно он находится? Кто о нем знает? Как к нему подобраться?

— Ничего не знаю, — ответил Дауд.

— Ой ли? — не поверил Кольцов.

— Я никогда не бывал в том тоннеле, — ответил Дауд. — У меня была другая задача. Откуда я могу знать?

— Ну, может, кто-то тебе рассказывал… — предположил Мартьянов. — Ты припомни.

— Никто мне не рассказывал! — Дауд энергично махнул рукой. — И я ни у кого не спрашивал. У нас за такие рассказы и расспросы можно получить пулю от Кары. Зачем, спросит, ты рассказываешь? Зачем спрашиваешь?

— А твои помощники знают? — спросил Мартьянов.

— И они не знают, — ответил Дауд. — Они ничего не знают. Они не наши. Я их нанял, когда поехал к этой женщине…

— Понятно, — сказал Кольцов. — Наемные убийцы…

— Э! — махнул рукой Дауд. — Я не собирался убивать эту женщину. Зачем мне ее убивать?

— Вот тут ты, голубь, врешь, — сказал Кольцов. — Мы точно знаем, что ты собирался ее убить. Вот так-то.

— Что, рассказали эти двое? — криво усмехнулся Дауд.

— А вот это не твое дело, — проговорил Кольцов. — Ты лучше припомни — может, ты нам не все рассказал? Может, что-то утаил?

Дауд на это ничего не ответил.

— Как Кара общается со своими людьми? — спросил Мартьянов. — У них есть специальное место? База или еще что-то…

— Да, есть, — неохотно ответил Дауд.

— Где же?

— На той стороне тоннеля.

— Пограничники с той стороны знают о базе?