Голос в твоей голове

— Да, пожалуй было бы неплохо это узнать. — говорил я, переведя взгляд с прибора на комнату где мы были. Это была лаборатория. Не с микроскопами и пробирками, тут был инструмент для создания металлических конструкций и паяния схем. Множество паяльников, гайковерты, станки для резки металла и множество расходных материалов. Свет был очень яркий, стены выбелены, чувствовалась сырость. Осмотрев себя с ног до головы, я был немало удивлен, на мне была форма военная с пагонами, я был капитаном и белый халат висел на стуле, стоявшем неподалеку от верстака.

— Это лаборатория засекреченного завода в Иркутской области. Это рядом с озером Байкал, вот только находится она под землей. В бункерах. Нас с тобой пустили сюда лишь потому, что думают, ты работник лаборатории и не будут беспокоить еще 10 минут. Нам хватит времени, что бы покинуть территорию.

— А жизнь приобретает краски. Скажи, а мы сюда попали так же как вернулись из горного ущелья?

— Да, пока ты приходил в себя, это заняло около часа, я решил, что нам с тобой не стоит терять мгновения. Так мы сюда и попали. Знаю, тебе было бы интересно сделать этот прибор самому, но тут долго оставаться не стоит.

— Почему именно этот завод?

— Он хоть и секретный, но сегодня новогодние праздники, так что особо быстро нас тут не вычислят. Потому у нас будет время ретироваться.

Я уложил прибор в рюкзак, который уже оказался без моих походных вещей и палатки. Упав на дно он лязгнул еще о, что то металлическое.

— Это сюрприз, увидишь снаружи. — сказал наставник с улыбкой в голосе

— Как скажешь, шеф. — ответил я затягивая рюкзак.

Мы подошли к двери провели пластиковой картой оказавшейся у меня в кармане. И пошли по длинному узкому коридору. Лампы горели через одну, был включен режим экономии. В конце ободранного коридора, где краска уже отслаивалась от стен, а линолеум был частично протерт, сверху его конечно пытались заклеить, но эта жалкая попытка выдавала, руку гения.

Справа от меня находилось стеклянное окно, за которым сидел солдат, с лычками сержанта, погруженный в творческие раздумья и мечты, проще говоря, спал. Еще немного времени, и он мог залить всю свою коморку слюнями обильно выделяющихся ему на руку, но мой спасительный стук в окно ознаменовал боевую тревогу.

Он резко встал, поприветствовал старшего по званию, зрачки его бегали в поисках объекта фиксации. Я решил не терять времени.

— Это что такое воин? Давно в нарядах не был? Фамилия! — голос мой был другим, нежели в лаборатории и все предыдущей моей жизни.

— Сержант Сорока! Здравия желаю товарищ капитан.- протараторил солдат

— Это залет. Наряд вне очереди. Ты у меня теперь на карандаше, Сорока! Открыть дверь! Не проснулся ещё? Еще наряд! — я таки упивался властью.

Дейв, не переигрывай. — потянул за вожжи наставник.

Замигала лампочка над проемом и дверь начала свое движение. Казалось, она открывалась целую вечность. Скрип разлетался эхом по всему коридору.

— Товарищ, Капитан! Я обязан провести досмотр! — сказал солдат, выходя из подсобки и встречая меня за открывающейся дверью

— Дейв, а я предупреждал! Как только откроется дверь дотронься бедняге до лба. — изнуренно огласил наставник.

Дверь отворилась.

— Сержант, кто так носит головной убор. Отставить, сейчас покажу!

Как только моя рука коснулась его лба, он словно остолбенел. Глаза только так же быстро пытались найти причину его остановившую. Я понял, что наставник проделал такой же трюк как то, что был в пещере, когда я туда вошел.

— У нас 5 минут. Вверх по лестнице, два поворота направо. И опять наверх.- скомандовал голос во мне.

— Сорока, ты не держи зла, знай, что все капитаны так умеют. Странный сон тебе привиделся, ты во сне открыл закрытый объект и пытался туда войти, так что ли? — последнее вырвалось у меня с какой-то ноткой грусти.

Мне было как то обидно за этого солдата, ведь он тоже был механизмом, в государственной структуре, вот только по своей ли власти, да он срочник, вот только выбрал он этот путь не случайно.

Пробежав лестницу и два поворота, я поднимался, пролетая по две ступени руками вытягивая себя из глубин затерявшейся в тайге лаборатории. Словно я, очнувшись на самом дне озера, пытался из последних сил выбраться наружу, глотая жадно воздух после каждого шага, я понял что мой пульс бешено колотится, хотя разум был спокоен, будто я пью чашку чая сидя у камина в преклонном возрасте.

После каждого пролета были выходы на разные уровни лаборатории, и вот добежав до последней двери я с силой дернул дверь, она отворилась и перед моим носом мигали красные и зеленые индикаторы электрощитовой!

Провода огромной копной вывалились наружу, образуя некое подобие лиан, для меня это и был дремучий лес, потому, что не знал я куда бежать дальше.

— Я где то не там свернул? — быстро закричал я.

— Нет, ты просто не ту дверь потянул. — ответил спокойный смеющийся голос наставника.

Оглядевшись я увидел дверь которая была справа метрах в двух, над её коробкой горела бело-зеленая табличка: «Выход». Я медленно подошел и повернул ручку, не замечая серены, которая начала вопить, когда я попытался вскрыть дверь в электрощитовую. Мне казалось выйдя на улицу мы нарвемся на кучу направленных на дверь дул автоматов, вот только кроме склада лесозаготовок, окруженного колючей проволокой и пса, который и ухом не повел, когда я вылетел из бункера, никого не было.

— Куда теперь? — спросил я

— Тут недалеко, давай к озеру, через ворота. — ответил наставник

Снег хрустел под ногами. Даже с нелегким рюкзаком за плечами было очень легко, будто на беговой дорожке. Снег облепил сосны, свисая огромными белыми шапками с их крон. Огромный коридор из частокола стволов изгибался вместе с тропой, каждый поворот был как неизведанная галерея. Воздух был морозный и свежий. За одним из поворотом показалась белое поле.

Добежав до берега озера, передо мной открылся потрясающий вид. Заснеженные поля, раскинувшиеся до горизонта.

Прибор который я мастерил, был необходим для изменения информационных связей и полей воды, то есть он мог внутриинформативно изменить любой объект содержащий или впитывающий воду. Проще говоря, люди, выпившие или погрузившиеся в данную воду, начнут иначе воспринимать мир, иначе мыслить, все благодаря тому, что информация, имеющаяся в воде, не просто там находится, а благодаря заряженным частицам, словно магнит притягивает старую информацию и подменяет ее своей.

Вот так, собственно говоря, без крови вершится судьба целой планеты, руками ее альтер эго.

Новая жизнь

Генри вернулся из своей ссылки обновленным, все кто знал его раньше, удивились его бьющей через край энергии. Сам он никуда не выходил, но гостей принимал охотно. Он выкупил небольшой участок на окраине города где жил раньше, построил там мастерскую. Каждый его гость в конце встречи выходил обновленный, Генри умело направлял мысли собеседника в нужное русло. Метод Сократа оживал в устах нашего героя. Некоторое время спустя, мастерская стала прибежищем людей ищущих себя, ищущих ответы. Каждый мог придти и мастерить все, что желает из подручного материала.

Генри ненавязчиво, заводил разговор, как со старым другом, и через пару минут человек словно завороженный, уносился в потоке своих мыслей к своей цели, анализировал свои возможности.

Неделями он безвылазно пропадал за своим новым увлечением. Но для каждого посетителя он уделял промежду прочим, не отвлекаясь от дела, пару минут и этого хватало, что бы повлиять на умы людей.

Люди нашли в мастерской Генри, свою стартовую точку. Он не советовал, не внушал, просто задавал человеку пару простых вопросов или подмечал что то, и человек сам находил ответ.

О Генри стали писать в газетах, показывать в интернете и телевизоре, но он лишь отмалчивался. Не интервью, только обычная непримечательная беседа, и интерес к нему стал угасать, пока практически не сошел на нет.

Изобретение, которое было почти готово, занимало все время. Генри был одержим одной идеей, которую он почерпнул после того, как испил из чаши знаний. Изменить людей, их поведение, направить локомотив, мчащийся на всей скорости в пропасть, на другую колею, для этого стоит лишь переключить стрелку, и огромная махина продолжит свое неутомимое движение дальше. Прибор способный преобразовывать небольшое количество воды в грозовые облака. Он знал, что он завершающая ступень всего плана.

— Гениально! Как я раньше до этого не додумался. — Генри вне себя от счастья рванул к воротам мастерской, закрыл их плотно. Вбежал на второй этаж запер дверь устроился по удобнее в кресло. Закрыл глаза. И ели слышно прошептал- я часть одного целого, капля несущая в себе океан, крупица рождающая вселенную.

Тишина укутала всю комнату, порождая отголоски мыслей, словно брошенный о стену хрусталь, звеня, пролетали вниз в пустоту. Яркая вспышка. Это было первое погружение Генри, после случая в насосной.

— Мне нужна первая часть, я готов к началу действия, где мне искать тебя?

Все вокруг начало осыпаться, проваливаться, пролетая мимо Генри. И тут послышался сильный стук в дверь мастерской. Кто-то яростно пытался достучаться до хозяина.

Перебирая в голове мимолетные видения, Генри не уловил ничего. Ступая шаг за шагом, по сбитой, из неотесанного дерева лестницы, приближал себя к нетерпеливому посетителю. Роллета взмыла в гнездо. Яркий свет обдал ласковым теплом, ослепляя на пару мгновений, лицо гостя было не видно.

— Здравствуй, Генри. — радостным голосом сказал я.

— Здравствуй.

— В следующий раз, лучше позвони. А то эти перемещения меня доконают. Я Дейв, тот кого ты хотел найти.

— Как ты попал сюда? — Генри был обескуражен, тем как быстро ему удалось встретиться со своим напарником.

— Дело в том, что важные персоны передвигаются не своим ходом. У меня в рюкзаке первая часть. Ты создал вторую. Я зайду? — Решительным образом я вошел в мастерскую.- Ты довольно основательно здесь осел.

— Как ты узнал, что я здесь живу? — Генри опустил ролету, что бы разговору никто не мешал.

— Учился задавать вопросы, пока улаживал кое какие дела. — с легкой ироничной улыбкой ответил я. — А ты, я так понимаю, особо этим даром не пользовался. Черпал все из себя.

— Мне хватило одного раза, что бы понять всю обстановку дела, его важность и что я должен сделать. Схема прибора, принцип его действия, день и ночь крутились у меня в голове, словно навязчивая идея кричала, пока я не воплотил ее.

— Не очень приятное состояние. А хватило ли у тебя времени спросить себя, что будет если наш поступок будет роковым.- Я вопросительно посмотрел на Генри.

— Хочешь сказать, что мы можем погибнуть сами?

— Жизнь одного не так ценна, если на второй чаше весов два мира. А два мира так ли важны для вселенной? Может так и должно быть? Я не боюсь пойти на этот риск, только мне интересно, правильно ли мы поступаем.- Я был убедителен, как и Генри.

— Я думал об этом, и решил, что я пойду на этот шаг, с тобой или без тебя. Мне важно только закончить то, что начал.

— Генри, а что если ты станешь причиной необратимых последствий, которые уничтожат человечество. Я запускаю прибор по изменению структуры информационных связей воды и меняю определенный объем воды, ты вбираешь его своей машиной и создаёшь облачный фронт вокруг всей земли, а что если дождь не прекратится? Мы оживим библию? Потоп устроим? Я задавал эти вопросы голосу в своей голове, учителю, наставнику и он просто молчал. Зачем порождать сомнения или они со своим сверх интеллектом сомневаются в том, что это сработает. Ты знаешь, когда облака рассеются?

— Приблизительно через неделю. Если только не будет никаких осложнений.- Генри был в замешательстве. Молчание наполняло комнату.

Солнце уже скрылось за горизонт, и сумерки начинали укутывать все вокруг, мягкой поступью темнота наступала, отвоевывая каждый шаг, медленно и неотступно. Следы жаркого дня сменялись прохладой воздуха ночного, что готов вознаградить, каждого уставшего от жары. Сверчки будто огромный хор в этот напряженный момент начинали свой концерт.

Молчание длилось не больше минуты. Видя как растерян мой соратник, я мягко продолжил отстаивать свою версию происходящего.

— Знаешь, Генри, что самое интересное, я даже не сам смастерил свою часть прибора. Я знаю, как включить прибор, но что он изменит мне знать было не дано, пока я сам не нашел ответ. Думаю, они могли бы выбрать и ребенка для этой миссии, все как то гладко складывается.

Молчание вновь наполнило комнату. Напряжение, словно линии высоковольтных электропередач, глухим гулом раздавалось в головах двух мужчин. Генри поставил чайник, насыпал немного сахара, рука его немного тряслась, достал подсохший хлеб который лежал на этой полке уже шестой день, и повернувшись в пол оборота спросил.

— Дейв, откуда в тебе столько сомнений?

— Это не сомнения, а скорее резонный вопрос. Ты был так занят этой штукой, что забыл подумать о главном. — многозначительно вперившись в своего собрата — зачем это делать? Вот изменим мы людей, на внутриклеточном уровне. Тогда почему я не сам создавал свою часть прибора? Помню лишь, как я появился в лаборатории и прибор уже был фактически собран. Я своим ходом даже не добирался никуда. Генри я не хочу в тебе сомнения пробуждать, но давай проведем эксперимент. Дай руку. — я протянул руку сидя на стуле.

Генри на секунду замешкался. Я повторил и встал. Генри коснулся моей руки. Тьма вокруг заволокла пространство вокруг, тишина поглотила весь кричащий окружающий мир.

— Не отпускай руку, я покажу тебе, в чем сомневаюсь.

Дейв резким, но необычайно легким движение рванул вперед в безмолвную мглу, Генри словно пакет с вещами следовал неотступно за своим спутником. Пространство впереди разделилось белой каймой от рождающегося света.

— Откройся — крикнул я.

Тьма разъехалась вверх и вниз, свет теплыми потоками настиг нас и вновь мысли полились потоками. Мысли роились в их головах. Генри словно летел в потоке света, поглощая все что может уловить.

— Так уж необходимо наше вмешательство и что за приборы мы сконструировали и что будет если мы их запустим? — вопрос был словно поглощен пространством. — Ответ нужен нам обоим!

Шум нарастающего ветра настигал со всех сторон, резкий напор, словной волной обдало, и ответы стали оседать в голове после того, как поток прошел сквозь нас и направился дальше.

— Генри очнись! — где то отдаленно слышался мой голос.- Очнись друг мой!

Генри понял что летел сквозь потоки видений в свой мир. Открыв глаза, окинул меня быстрым взглядом и начал ходить по комнате из стороны в сторону.

— Ты прав, после того как мы запустим мою машину, её уже будет не остановить. Зачем разыгрывать такой спектакль? — Генри судорожно искал ответ у себя в голове.

— Все просто тут эффект скорости играл большую роль, мы должны были под присмотром окрыленные тем, что мы истинные гении и избранные для спасения человечества решить все ее проблемы. Да забыли закрыть дверь, откуда раздавали задания. Твой куратор по-видимому куда то пропал, ваша связь прервалась. Я от своего отстранился после того как он отмалчивался, он показал мне как мне восстанавливать связь. А я пошел дальше и заглянул куда не следовало. Мне стало интересно кто они. И я спросил, после такого потока, что мы с тобой ощутили, я больше не связывался с ними. А они без нашего согласия второй раз так внедриться не могут, это как прививка.

— Зачем им уничтожать этот мир? Еще и нашими руками!

— Остроумная ирония! Мы уничтожали планету несколько тысяч лет, а потом в мгновение ока уничтожили себя, разумная цена за то что мы натворили. Но мы должны все исправить, изменить наше отношение к планете и всему окружающему. Единственный выход из этой ситуации, как вижу его я, это немного переделать приборы. А дальше разберемся по факту. Генри, тебе нужно связаться с тем голосом который тебя вдохновил, и сказать, что мы готовы к действу. Поднимись на верх, а я закончу здесь. И ни слова обо мне, ты еще не нашел меня.

Медленно поднимаясь по ступеням своего жилища, Генри крутил в голове мысль о том, что они были в шаге от роковой ошибки и как легко я принимал решения в такой сложной ситуации. Закрыв за собой дверь, Генри устроился по удобней и уже через пару секунд взывал к своему наставнику. Голос отозвался мгновенно в голове:

— Генри надеюсь у тебя хорошие новости, всей видимости ты окончил свою часть. Что касается первой части, ты предпринял попытки найти своего собрата по миссии?

— Да, я вышел на его след. И мы договорились встретиться завтра вечером. Как нам привести в действие механизм, мы знаем. Но где лучше это осуществить и когда?

— Это правильный вопрос, ученик. Запомни одно делать это необходимо в полнолуние, свойства воды в этот момент усиливаются, и вы с легкостью все сделаете. Место не так важно. После того как все сделаете, вас ждет награда. На этом все. Как все сделаете, можете связаться с нами. Вы решите будущее вашей планеты и нашей планеты. Прощай.

Оставшись один, Генри не торопился вернуться. Он задал вопрос. Кто это такой, с кем я говорил. Через пару секунд резкий импульс пролетел сквозь Генри и он начал свое падение в осязаемые тверди своего мира. Открыв глаза, он пребывал в прострации. Только звук гайковерта доносился снизу, пару раз я выругался во весь голос, но работа не затихала.

Новый виток

Почти у самого берега я поскользнулся и грохнулся прямо как рыба об лёд. Головой стукнулся знатно. Немного отлежавшись и поняв, что все цело, начал подниматься, передо мной стал вопрос, как мы воспользуемся прибором.

— Нам не пробить такой толстый лед, по нему машины ездить могут, больше метра. — сказал я и ждал совета от наставника, но голоса не было. Ветер немного обдувал лицо, глаза приходилось щурить, бликовало все вокруг.

— Эй, давай же, ответь! — становилось не смешно — Скажи что-нибудь!

— Чего ты кричишь? — Из-за деревьев показался дед, он был в тулупе, валенка и шапке, покрывающей и голову, и шею. — Ты потерял кого то?

— Не оставляй, давай ответь! — я кричал что есть силы, в надежде, что голос вернется.

— Ты чего дурной что ли? — дед с подозрение посмотрел на меня.

— Я друга потерял, он видимо куда то ушел. — с нескрываемым разочарованием сказал я и тут увидел, что был в том же рваном тряпье, в котором попал в город из пещеры.

Старик был невысокого роста, но из-за большого количества одежды выглядел забавно. У него были раскосые глаза, отчего лицо его благодаря большому количеству морщин расплывалось в блаженной улыбке.

— Не боишься замерзнуть? Айда со мной сынок согреешься. — старик махнул рукой зовя за собой и я повиновался ибо больше никого из знакомых у меня в этих краях не было.

— Спасибо Вам. Я Дейв, турист. А Вас как зовут?

Смерив меня взглядом, старик протянул мне руку.

— Петр Ефимыч — рыбак я. — и он улыбнулся, зубов можно было по пальца пересчитать. — Имя у тебя интересное, Дейв. Придумал же кто то. Ты сильно голоден?