Дрейф-механик

— Я вызвал Яромила, он тоже должен присутствовать. Какое у вас о нём впечатление, если коротко и без лишнего политеса?

— Хороший парень, но слишком деликатный. С таким характером ему будет сложно в политике, как мне кажется.

— Увы, да. Он предпочёл бы книги и научные изыскания, а не государственные вопросы, но мы не можем себе позволить такую роскошь. Он мой единственный сын, и именно ему предстоит рано или поздно принять дела.

Яромил вошёл в кабинет, и отец сказал ему:

— Мы с господином Солодовым достигли договорённости. Он станет моим новым наследником-по-луне. Как ты на это смотришь?

— Положительно, отец! — Кажется, Яромил и вправду обрадовался. — Неждан, вы приняли правильное решение. Наш Дом — самый лучший, хоть и…

Он прервался на полуслове, его улыбка погасла. Отец кивнул:

— Сейчас мы поговорим об этом подробнее. Сразу после того, как Неждан получит знак принадлежности.

Кормильцев-старший шагнул к гравюре, висевшей на стене. Серебряная поверхность тускло блестела, на ней изображался кленовый лист с тонкими прожилками. Аристократ прикоснулся к ней, и лист приобрёл шафраново-жёлтый отблеск — сквозь него заструился свет, который испускала октябрьская луна.

— Жёлтый Клён — наш символ. Примите его, Неждан.

Я встал напротив гравюры. Лунный поток вымывал из неё мельчайшие блёстки, похожие на пыльцу. Они подплывали ко мне, мерцая, роились неторопливо — и их движение становилось всё более упорядоченным. Прямо передо мной они свились в полупрозрачную змейку и, крутанувшись, легли на кожу вокруг левого глаза.

Лунная пыль въедалась в моё лицо, проникала в поры. Казалось, кожу скребут наждачной бумагой. Это было болезненно, но продолжалось недолго, всего несколько секунд. Затем боль ушла, сменившись прохладной свежестью. Лунный луч угас.

Хозяин кабинета кивнул удовлетворённо и указал мне на зеркало у двери. Я посмотрел туда. Моё отражение не оставляло сомнений — привязка прошла удачно. Вокруг глаза мягко светился знак принадлежности — сложносочинённый узор из ломаных линий. В нём, если присмотреться, угадывались контуры пятипалых кленовых листьев. Цвет он имел шафрановый, с красным проблеском.

Я провёл ладонью перед своим лицом, будто стирая узор, и тот послушно поблёк, перестал быть видимым. Я не обязан был демонстрировать его постоянно. Знак проявлялся лишь в те моменты, когда носитель считал это необходимым.

— Поздравляю, Неждан. Теперь ты — один из нас.

Кормильцев-старший пожал мне руку. Его примеру последовал Яромил.

— Благодарю, — сказал я. — Постараюсь оправдать доверие. Рискну даже предположить, что сделать это придётся в самое ближайшее время. Вы ведь не случайно подчёркивали, что ситуация — экстремальная?

— Так и есть, — сказал глава Дома. — Теперь я всё могу сообщить тебе прямым текстом. В самое ближайшее время Яромил, вероятно, получит вызов на поединок. И его противник будет иметь практически стопроцентный шанс на победу.

— Но как это возможно? — не понял я. — Ваш сын будет драться на своей территории, это увеличит его силу в разы…

— Там нечего увеличивать, — сказал Яромил со вздохом. — В том-то и проблема, Неждан. Да, я имею дар как кровный наследник. Но этот дар — ничтожный. Я вижу линии тяги, чувствую их, но практически не могу ими оперировать. Любой дуэлянт размажет меня в момент.

Я не поверил своим ушам:

— Такое разве бывает? Я думал, родство по крови даёт силу априори…

— Случай с Яромилом — редчайшее исключение, — сказал старший. — Мы держим его в секрете, естественно. Даже мои наследники-по-луне ничего не знают. Яромил тренируется отдельно от них. Пока мой сын был ребёнком, опасность была сугубо теоретической — его не могли вызвать на дуэль. Но недавно ему исполнилось восемнадцать, он стал совершеннолетним. А до наших недругов, кажется, всё-таки дошли слухи о его… гм…

— О моей ущербности в плане применения дара, — подсказал Яромил угрюмо. — Не нужно эвфемизмов, отец.

— Как бы то ни было, — продолжил глава, — вызов вот-вот последует, я уверен. Ты знаешь правила — поединок идёт один на один, но каждого дуэлянта сопровождает помощник, делясь с ним силой. Ассистировать Яромилу может любой из моих наследников-по-луне. Но ни один из них не сумеет помочь всерьёз — кроме тебя, Неждан. Только ты в состоянии дать подпитку по всем шести лунным линиям.

— Ага… — сказал я. — Теперь наконец понятно…

— Я просто не вижу другого выхода. Если Яромил проиграет дуэль на своей земле, то это станет для нас политической катастрофой. Мы не только упустим нынешний Дрейф, но и выставим себя слабаками на перспективу. Каждый раз, когда нам по жребию будет доставаться кураторство, нас будут вызывать на дуэль и вытирать об нас ноги…

Глава Дома нервно дёрнул щекой. Я невесело хмыкнул:

— Да уж, сложно у вас тут всё. А я-то хотел всего лишь продать вам новость про скорый Дрейф…

— Что ты, кстати, ещё услышал от Вещуна? Что-нибудь ценное для нашего Дома?

— Нет, ничего. Он успел только рассказать, что Дрейф начнётся досрочно, уже в ближайшие дни. Я подумал — вы захотите это использовать, чтобы перехватить кураторство. Ну, в смысле, попытаетесь повлиять на жребий, который бросают луны. Он ведь, насколько я понимаю, не такой уж случайный?

— Да, на жребий повлиять можно, если знать дату Дрейфа. Луны обычно выбирают тот Дом, где в данный момент активнее используют тягу. А у нас именно сейчас ведётся строительство, в дальнем конце владений… Впрочем, концентрация тяги — это, по слухам, не единственный критерий для лун. Есть и ещё какие-то факторы, не столь явные, но о них мы можем только гадать. В любом случае — выбор сделан, и у нас появились более насущные темы для обсуждения…

Он прошёлся по кабинету, сосредоточенно размышляя. После чего сказал:

— Хорошо, что дуэль должна быть после заката. У нас в запасе ещё несколько часов. Яромил, тебе следует потренироваться с Нежданом. Проверить, сможешь ли ты работать с ним в связке. Но увлекаться нельзя — Неждану надо восстановить силы перед дуэлью, от этого зависит её исход. Сейчас пообедаем на скорую руку и пойдём на площадку, я сам проконтролирую тренировку…

В дверь постучали — почтительно и негромко. Мажордом возник на пороге:

— Прошу прощения, луноликий. В большой гостиной ожидают представители Дома Зимнего Можжевельника. Среди них — старший наследник-по-крови. Они просят о срочной аудиенции.

Мы переглянулись. Отец Яромила буркнул:

— Явились… Можжевельник, значит? Я так и предполагал. Были у меня подозрения, что у них тут завёлся шпик. Жаль, выловить не успели…

— Мне идти с вами? — уточнил я на всякий случай. — Может, моё участие лучше не афишировать сразу? Вечером устроим сюрприз.

— Не получится, — ответил глава. — Если ты — непосредственный участник дуэли, то надо тебя представить. Пойдём.

Большая гостиная располагалась внизу, рядом с вестибюлем. Она был отделана янтарём, который хорошо соответствовал цветам Кленового Дома. Но эту деталь я отметил лишь краем глаза, сразу переключившись на двух гостей. Одного из них я узнал, и меня это не обрадовало.

Глава 7

Оба визитёра были в парадных мундирах — зеленовато-чёрная ткань, серебристые аксельбанты. А на коже вокруг левого глаза каждый из них имел серо-зелёный узор, вызывавший ассоциации с листьями можжевельника.

Вперёд выступил наследник-по-крови, худощавый и остролицый, с прямой осанкой. Его взгляд царапнул меня ледяной иглой. Второй посетитель при виде меня и вовсе напрягся, подобрался, как хищник перед прыжком — вчерашний знакомец Бурцев, к которому я не явился на разговор.

— Дом Клёна приветствует высоких гостей, — сказал отец Яромила. — Благодарю, что почтили нас посещением.

— Я в свою очередь благодарю за приём, — ответил кровный наследник из конкурирующего Дома. — Спешу поздравить вас с результатом жребия, который был оглашён сегодня. Он, несомненно, отражает заслуги Жёлтого Клёна и вашу верность традициям.

— Польщён высокой оценкой. Нечасто соправители из смежной династии изыскивают возможность, чтобы принести соответствующие поздравления лично. Это ценно вдвойне.

— Увы, мой визит продиктован не только этим. Дом Можжевельника тоже верен устоям, а потому хотел бы сослаться на своё право, проистекающее из Лунного Уложения. Я, Ратибор Зимцов, наследник-по-крови, вызываю на поединок Яромила Кормильцева, пребывающего в аналогичном статусе.

В помещении стало тихо. Хозяин и гость, которые только что обменивались любезностями, теперь молчали и мерялись свинцовыми взглядами. Наконец отец Яромила произнёс подчёркнуто вежливо:

— Неожиданный поворот. Насколько я помню хроники, подобные прецеденты крайне редки. Последний из них, если не ошибаюсь, имел место более полувека назад. И для инициатора закончился не слишком удачно. Не сочтите за оскорбление, наследник, но стоит ли повторять негативный опыт?

— Мы ценим вашу заботу, глава, — безмятежно сказал Зимцов, — но всё-таки готовы рискнуть. Если вы, конечно, намерены придерживаться закона.

— Разумеется, мы будем его придерживаться.

Глава Дома взглянул на сына, и тот, немного запнувшись, проговорил:

— Я принимаю вызов — Яромил Кормильцев, кровный наследник.

Зимцов ответил чётким кивком. Полуобернувшись, указал на своего спутника:

— Моим ассистентом станет Нерослав Бурцев, наследник-по-луне из нашего Дома.

— Мне будет ассистировать Неждан Солодов, — сказал Яромил. — Он в том же статусе, что и уважаемый Нерослав.

Зимцов чуть приподнял бровь. Это мимическое движение получилось у него мастерски — в нём чувствовался и вежливый скепсис, и намёк на сарказм. Я даже позавидовал. В моём арсенале таких изысков пока ещё не водилось.

— Я полагал, — произнёс Зимцов, — что знаю всех наследников-по-луне во владениях Клёна. На данный момент их четверо, если меня не подводит память. Вас не затруднит объяснить этот парадокс?

— Это не парадокс, — сказал отец Яромила, — а лишь досадный пробел в вашей осведомлённости. Вполне простительный, впрочем, и я охотно его восполню. Неждан официально вошёл в наш Дом и имеет знак принадлежности.

Я молча провёл рукой перед своим лицом, предъявив кленовый узор. Зимцов наблюдал, не выказывая эмоций:

— Спасибо за уточнение. Вопрос считаю исчерпанным.

— В таком случае ждём вас сегодня к закату солнца.

— Мы непременно будем, — сказал Зимцов. — О предстоящей дуэли я извещу также Дом Рябины и Дом Ольхи. Их представители выступят секундантами, как предписано правилами. Засим позвольте откланяться.

— Я провожу вас, — сказал глава Кленового Дома.

Они вдвоём вышли из гостиной. Бурцев двинулся следом. Поравнявшись со мной, он сказал вполголоса:

— Считаешь, что ухватил удачу за хвост, ловец? Не спеши. И заруби себе на носу — оскорблений я не прощаю. Сегодня мы окунём в дерьмо твоих покровителей, а чуть погодя займусь тобой лично. Откручу тебе башку — вдумчиво и неспешно.

— У тебя своеобразные склонности, не очень здоровые, — сказал я. — И с нервами тоже — так себе. Подлечись, а то испортится цвет лица. Девки любить не будут.

Бурцев оскалился, словно волк, и я всерьёз заподозрил, что сейчас он двинет мне в репу, сразу с четырёх лун. Но он сдержался и даже промолчал. Ещё несколько секунд постоял напротив меня, после чего шагнул за порог.

— Ты зря его провоцируешь, — сказал мне Яромил укоризненно. — Он ведь действительно не простит.

— Да и пёс с ним, мне терять нечего. А он пусть подёргается. Может, и на дуэли будет отвлекаться сильнее, любая мелочь нам кстати.

— Даже не знаю… Эта дуэль для нас — полнейшая авантюра. Ты, конечно, силён, Неждан, но что у нас там получится в связке… А если совсем уж начистоту, мне это размахивание дубинками отвратительно. Первобытная мерзость. Совершенно не понимаю, почему без неё нельзя обойтись, хоть и тренировался с детства…

— Деваться некуда. А по поводу нашей связки — пойдём сейчас и проверим, раз уж пообедать не дали.

Мы вновь отправились на площадку. Туда же через минуту подошёл глава Дома, сосредоточенно-хмурый. Он достал из ларя перчатки-концентраторы, сразу две. Вручил их мне, пояснив:

— Дуэлянты дерутся без специальных приспособлений, самым простым оружием. Булава со щитом или длинный посох. У ассистентов оружия вообще нет, только концентраторы, чтобы подавать дуэлянтам тягу.

Перчатки были богатые. Серебряное шитьё покрывало плотную ткань практически без просвета. Я натянул их, пошевелил пальцами — и лунные «жгуты» с готовностью прыгнули мне в ладони.

Кормильцев-старший достал два посоха. Это были, по сути, просто шесты без изгибов и утолщений — цельные, из металла, каждый длиной в сажень. Поднять их смог бы и человек без тяги, а вот размахивать с лёгкостью и выполнять финты — уже вряд ли.

— До сих пор, — сказал глава Дома, — сын тренировался со мной и с телохранителем. Один из нас выступал в качестве противника, другой обеспечивал Яромилу подпитку. Мы менялись ролями, но это не было полноценной имитацией драки. Телохранитель — всё-таки не наследник, хоть и опытный мастер. Он работает с двумя лунами, а этого слишком мало, сам понимаешь. Собственно, я надеялся, что проблему сына удастся скрыть и обойтись вообще без дуэлей. Но надежды не оправдались.

Яромил, взяв шест, сделал несколько пробных взмахов. Было заметно, что это ему даётся не без труда. Я встал за его спиной, шагах в десяти, и перенаправил к нему один из лунных «жгутов».

— Сложность для ассистента в том, — объяснял отец, — чтобы подать тягу на оружие, не нарушив рисунок схватки. Проще говоря — не мешать дерущемуся. Техническими приёмами Яромил владеет вполне, об этом мы позаботились. Поэтому, Неждан, направь тягу к месту хвата, прямо под ладонь Яромила. Пусть у него будет ощущение, что лунную линию контролирует только он.

Я постарался выполнить инструкцию в точности. Получилось не сразу. Я рефлекторно сам начинал ворочать шестом, и тот в результате дёргался не туда, сбивал Яромила с толку.

Лишь попытки с десятой, прислушиваясь к подсказкам, я немного приноровился. Задействовал вторую перчатку, подал ещё один «жгут», а следом за ним — два следующих. Яромил размахивал посохом, отец отбивал удары. Так продолжалось минут пятнадцать, затем Кормильцев-старший сказал:

— Закончили. Была бы возможность — отрабатывали бы до самого вечера, но сейчас важнее набраться сил. Особенно для тебя, Неждан. Работа с концентраторами — слишком энергозатратное дело.

Я снял перчатки и принялся растирать онемевшие кисти рук, тяжело дыша. Повезло ещё, что здесь инвентарь был дорогостоящий и более качественный, чем мой собственный концентратор, который я использовал утром у перекрёстка. Но всё равно тренировка вымотала изрядно.

Мы пошли на обед.

Стол был накрыт, как мне пояснили, в малой столовой. Вопреки своему названию, она по площади вдвое превосходила мою нынешнюю квартиру в доходном доме. А за столом собрались наследники и члены семьи.

У Кормильцева-старшего кроме сына было пять дочерей. Две из них вышли замуж и покинули родовые владенья. Одна, наоборот, ещё толком не подросла — её не позвали за взрослый стол. В итоге я увидел лишь двух сестёр из пяти — близняшек чуть старше Яромила. У них были ладные фигурки, золотистые волосы и васильково-синие любопытные взгляды.

Что касается наследников-по-луне, двое из них находились сейчас в отъезде по каким-то делам. С двумя другими я уже сталкивался пару часов назад, а теперь рассмотрел подробнее. Один чуть постарше, светловолосый и грузноватый, в пиджаке без галстука. Он носил короткую бороду — в подражание, видимо, главе Дома. У второго волосы были русые, а лицо — скуластое и худое. Он был гладко выбрит, аккуратно причёсан и одет в щегольской костюм, как на светском рауте.

И тот, и другой продолжали меня разглядывать без особого дружелюбия. Я их, впрочем, хорошо понимал. Ну да, явился какой-то хрен в саржевой рубахе и расселся тут, как хозяин…

— Прошу внимания.

Отец Яромила стоял во главе столе. Справа от него сидел сын, а слева — супруга, статная и дородная, лет сорока пяти. Она тоже изучала меня внимательно. Лишь теперь отвернулась, чтобы послушать мужа.

— Сегодня, — произнёс тот, — произошло несколько событий, от которых будет зависеть стабильность нашего Дома. Во-первых, как вы наверняка уже знаете, был объявлен досрочный Дрейф. Во-вторых, мой сын принял вызов на поединок. В-третьих, у нас появился новый наследник-по-луне — Неждан Солодов, прошу любить и жаловать.

Близняшки от любопытства чуть не подпрыгнули, франт нахмурился, бородач удивлённо отвесил челюсть. Я встал, поклонился и сел обратно.

— Эти три новости, — продолжал глава Дома, — связаны между собой напрямую. К ним же примыкает четвёртая. Именно Неждан на дуэли, которая состоится сегодня вечером, будет ассистировать Яромилу.

Выражение лица у бородача-наследника стало как у ребёнка, которому обещали конфету, а вместо этого подсунули пустой фантик:

— Но как же так, глава? Почему не мы? И я, и Всеслав — мы тренировались…

— Вы оба молодцы, Драголюб, — мягко перебил Кормильцев-старший. — Поверь, дело не в претензиях к вам и не в недостатке доверия. Но есть обстоятельства, которые меня вынуждают принять такое решение.

— При всём уважении, глава, — заговорил худой франт, — разумно ли доверять семейное дело человеку, по сути, с улицы? Мы ничего не знаем ни о его способностях, ни о том, насколько он к нам лоялен…

— Об этих вещах, Всеслав, позволь судить мне. Напомню — Кленовый Дом пока возглавляю я. Или на этот счёт тоже есть сомнения?

— Простите, глава.