Черная книга Брюса

Ну а Комендант, Библиотекарь и призрак Дома Глостеров, были вельми довольны участием в данной мистификации и попросили нас если что привлекать их к данным веселым камуфлетам. Тем более, что нам сегодня мы были единственными Игроками на поле.

Глава 11

Красный скафандр

Маре по ходу очень понравилось наводить «литературную справедливость» и она вспомнила, что у Ильи Варшавского был чудесный рассказ «Красный скафандр», о том, как буржуазный фантаст, переделал сказку «Красная шапочка», в кровавый космический боевик, про девочку в красном скафандре, жестоких Лвоках и адюльтере на далекой планете Серванюс. Прекрасный язык, увлекательный сюжет и бездна юмора. Но там не было и тени хеппиэнда, хотя если вспомнить канонические европейские сказки в первоисточнике, то с хеппиэндами там была напряженка. Например в той же старой доброй Золушке, в одном из вариантов Вильгельма и Якоба Грим в финале мачеху и ее дочерей, забивают в бочку утыканную гвоздями, и сбрасывают с обрыва, а в раннем Пиноккио, Лису Алису и Кота Базилио зверски уродуют, отрубив хвосты и. т.д., но это уже совсем другая история. А сейчас мы должны были спасать мистера Харли, миссис Гартман, милашку Эн и самое главное бедняжку Барбару.

По сюжету, некий негодяй, совместно с любовницей, из алчных и преступных побуждений, убивают двух сотрудников научной планетарной станции, а заодно бабушку с внучкой, свалив все на местных инопланетных чудищ Лвоков.

Тут была одна затыка… в каталоге, этот рассказ значился, как детский, а в детские произведения у Игроков был только гостевой доступ, но я убедил Библиотекаря в том, что рассказ «Красный скафандр» это произведение для взрослых и к сказкам не имеет никакого значения. Библиотекарь задумался и согласился со мной, но с одним условием… действовать только в рамках Закона. То есть мы не могли пристрелить негодяев, а должны были их арестовать и доставить в «Черный кораль», тюрьму для неисправимых литературных негодяев, находящуюся в закрытом архипелаге в полярной области неизвестной планеты, но, если что, наши аватары имели право на самозащиту, для чего получили Маузеры, а в качестве униформы, красные скафандры с псевдо-символикой ГПУ. На научную станцию планеты Серванюс мы прибыли за час до посадки потенциального убийцы и первым делом замаскировали свой корабль и арестовали главную сообщницу убийцы Гревс, которая и была на самом деле инициатором преступления. Когда в помещение станции вошел будущий убийца, я звезданул его рукояткой Маузера в висок и мы, на прощание вколов мистеру Харли, Вечную сыворотку от пьянства, повезли преступников в «Черный кораль», а Барбару, по ее просьбе мы завезли на Остров Заблудших негодяев ибо она на отрез отказалась оставаться на этой планете и ей очень понравился рассказ Мары про остров. Комендант встретил девочку с распростертыми объятиями и сказал что она будет его воспитанницей и помощницей. А «Черный кораль» произвел на нас гнетущее впечатление… Черный снег, белые скалы и угрюмый комплекс строений из камня цвета запекшейся крови. Кто то из фантастов явно был психически напряжен, когда придумывал данный образ.

Глава 12

Королевство Кривых зеркал

Зайдя в любимое кафе Шоколадница утолить голод (в подвалах Брюса было комфортно, но вот только еды там не было и сколько бы мы там не находились, голода не чувствовали, но вот на поверхности…). Когда мара заказала себе лимонад, пирожные и мороженое, я вспомнил фильм «Королевство кривых зеркал» и сцену, где коварная Асырк закармливала Олю и Яло данными продуктами и у нас с Марой вспыхнул спор на тему, как дальше будет проистекать жизнь в этом сказочном королевстве после исхода оттуда двух прогрессоров с косичками. Мара считала что там наступит Компанелловский коммунизм, я же будучи более опытным в теме революций и гражданских войн, считал, что дружины аристократов и гвардия, быстро наведут средневековый монархический порядок. Когда мы вернулись в Рапирный зал, то первым делом нашли эту книгу, которая несколько отличалась от фильма. Там в финале Нушрок (который вдобавок говорил писклявым голосом) падает с Башни смерти, не выдержав взгляда пионерки и вида красного галстука, который в СССР был символом верности делу Великого Октября, нерушимого единства трёх поколений: коммунистов, комсомольцев и пионеров. Галстук пионера символизировал также частицу революционного Красного знамени. Вот где-то так.

Мы сели за пульт и поинтересовались у Библиотекаря, есть ли хоть какая-нибудь возможность участия в Детгизовских сюжетах, на что он, показав на значки ГПУ, (каждый раз появляющиеся на нашей одежде в Брюсовых чертогах, после путешествия на планету Серванюс), мы теперь, как волонтеры Игры, имеем право на часовую форсмажорную паузу после эпилога книги, в которую можем приглашать персонажей на Остров Заблудших негодяев или Остров Потерянных героев, но только по желанию оных персонажей и не больше того. Нам дали для финала путешествия аватары знатных вельмож и я вызвал на экран сказочное Королевство Кривых зеркал…

Мы побродили по разным главам, посетили погреба тетушки Аксал, полюбовались на гомерическую «математическую» сцену в королевском дворце, глянули на зловещую Башню смерти и перешли в конец эпилога книги. На экране замигала надпись «Финал» а потом вспыхнул титр «Сиквел-допуск», я поднес к экрану лацкан своей куртки со значком и экран мигнув открыл город, который сильно изменился с момента отбытия Оли домой. Вместо ликующих толп простолюдинов, по улицам и площадям курсировали патрули в черных латах украшенных изображением Змеиного глаза (личного герба Анидаг). То тут, то там, на обочинах валялись стражники в зеленых доспехах с шевронами в виде Жабьей головы (видимо это были остатки дружины Абажа). Мимо Башни смерти продефилировала кавалькада черных всадников во главе с Анидаг в золотой короне, а на балконе башни висела повешенная Асырк. Что интересно, жертв из горожан на улице не было видно. Видимо народное волеизлияние по поводу всевозможных свобод переместилось за закрытые ставни.

Я набрал в поисковике Яло и экран переместился на окраину города, где плачущая пионерка перевязывала руку зеркальщику Гурду. Мы с Марой материализовались перед ними в виде вельмож и обрисовали возможности по смене дислокации, предложив Остров Потерянных героев (на негодяев ребята не тянули). Доставив ребят на остров и сдав коменданту, мы отправились наверх, дабы уже было пора и подкрепиться. Деньги у нас были в достатке, ибо накануне я сдал одному коллекционеру томик Шекспира на японском, очень редкое издание XVIII века и мы направились в Арагви. Швейцар встретил нас по стойке смирно, ибо у меня был пропуск на красной шелестящей бумажке с профилем вождя Мирового пролетариата.

С разрешения Библиотекаря, мы могли брать на книжных стеллажах примыкающих к Рапирному залу любые книги ибо они тут моментально восстанавливались. Кстати с букинистом японистом, после продажи ему Шекспира я порвал, ибо он заказал мне «Мастер и Маргариту» на японском языке, а из этого заказа явно торчали микрофоны и наушники Конторы глубокого бурения. Я возмущенно сказал клиенту, что с такими вещами дел не имею и хлопнул дверью.

Ну а мы принялись чревоугодничать. Ведь местные деликатесы школы Великого поэта кавказской кухни Николая Кикнадзе, шашлыки, хинкали, сациви, хачапури, купаты и прочие кушанья, буквально таяли во рту. В Арагви я ходил не чаще одного раза в месяц, дабы не привлекать излишнего внимания к моей скромной персоне, тех кто ловит и тех, кого ловят.

Глава 13

Порт Артур

По ассоциации с японским Шекспиром, мне почему-то снова припомнилась Русско-японская война и я решил, хотя бы в виртуальном мире, спасти адмирала Макрова и Великую Русскую палитру Верещагина, да и к Стасселю с Фоком у меня были вопросы. Так что операция «Сорванная сакура» началась.

У нас с Марой были роскошные военно-морские мундиры и большущий черный линкор из какой-то фантастической надыбанной Библиотекарем, причем на линкоре были флаги империи Хань, линкор и назывался соответственно, «Черный дракон».

Итак, в ночь с 8 февраля на 9 февраля 1904 года — японская эскадра без предупреждения напала на российский Порт-Артур, но в этой книге наш «Китайский Варяг» (курсив мой) заранее курсируя в море, потопил сначала 10 японских миноносцев направлявшихся к Порт-Артуру, а потом и отряд из четырех крейсеров вице-адмирала Дэву Сигэто, далее под системой невидимости, перетопили самонаводящимися торпедами все японские эсминцы и миноносцы. Один из миноносцев отпустили перекинув на него письмо адмиралу Того, где было сказано, что «Общество Желтого Дракона приказывает ниппонским обезьянам убраться из Китайских Желтых морей, если они не хотят погибнуть (посылку письма организовал хохочущий комендант назвав это пропагандистской войной). Того пришел в бешенство и повел вперед свои броненосцы и в виду Порт-Артура их встретил 'Черный дракон». Ну а броненосцы эскадры адмирала Того мы естественно потопили и в этой реальности, заманив их колонной жирных трампов с палубами забитыми артиллерией, ползущих к рейду Порт- Артура и видимых в натуре только японцам (очередная пропагандистская шутка Библиотекаря). 'Черный дракон демонстративно вел огонь из своих многочисленных стволов, сметая надстройки и башни японских броненосцев, параллельно добавляя ракето-торпедами по винтовой группе и машинным отделениям.

Русские броненосцы, наконец выползшие на огонек из порта добили догорающих японцев и поймали конский топот таинственного китайского броненосца. А уцелевший здесь Верещагин, задумал картину «Чёрный броненосец».

Императрицы Цы Си объявила что секретные китайские броненосцы Чёрный дракон, стоят на страже империи и если Япония не извинится за все свои прошлые прегрешения, то китайцы могут вдарить и по Токио. Я же вспомнив, как в тридцатых годах, советские самолёты с китайскими экипажами рассекали над метрополией Ямато, решил освежить прецедент. И Черный Дракон появился ночью в Токийском порту и произведя несколько залпов по портовым сооружениям и императорскому дворцу, скрылся а темноте, причем во время бомбардировки из динамиков на жутких децибелах звучали песни, «Алеет рассвет» и «Наш любимый военный руководитель Ким».

А потом «Черный дракон» потопил пару десятков британских трапов везущих военные грузы для армии Микадо, а заодно и два британских крейсера прибывавших в аренду к японцам, а потом исчез. Короче нашалились там мы с досыта.

А Фока и Стасселя убили неизвестные из японских винтовок Арисака, винтовки нашли, а снайперов нет.

Глава 14

Трудно быть богом

У Мары появилась новая идея-фикс… спасти Киру из «Трудно быть богом» АБС. Мара сразу мне сказала после того визита к Антону, что персонаж Руматы ее не впечатляет и я ей признался, что меня тоже. А когда Мара сказала, что ей жалко Киру, я в свою очередь сказал, что мне жалко дону Окану, которую Румата практически убил. Мара конечно поехидничала, по поводу тяги мужчин к куртизанкам, но согласилась, что Веселую башню дона Окана не заслужила.

Румата честно говоря не проявил себя, как резидент. Проглядел заговор Ребы и Святого Ордена, не мог нормально воспользоваться агентурой в криминале, у повстанцев и в Министерстве охраны короны, да и харизмы у него не хватало… Вспомните только, как вольно с ним вели себя Уно и Будах, абсолютно не чувствую в нем нечто большее, чем знатный дворянин. В феодальном обществе, низшие слои очень четко чувствуют, если дворянин дает слабину.

Библиотекарь обрядил нас в аватары Инспектора Святого Ордена и аббатисы непонятного, но явно воинствующего сестринства Святой Бары Воительницы. И вот мы уже на улицах Арканара, и тут было конечно мрачновато. Грязь, кровь, боевики ордена, какая-то новая, но наглая стража с рожами серых штурмовики и явное ощущение беды. Нас сопровождал отряд мрачных всадников в черных сутанах, но вооруженных до зубов. Встречные монахи шарахались от нас и прижимались к стенам, слава у инспекции была мрачноватой. У дома Руматы мы спешились, и оставив свиту на улице вошли в неохотно открытую дверь. Румата спал и я приказал его немедленно разбудить. Мы представились ему офицерами Галлактической безопасности и сказали, что будущие действия Антона нарушают Мировой Континуум и посему, он, Кира и Уно, подлежат срочной эвакуации в нейтральный Мир и данный приказ обсуждению не подлежит. Дабы избежать случайностей, я усыпил всех обитателей дома Нейтрализатором (дивайсом, который входил в тех-оснастку волонтеров), потом вызвал охранников, которые перенесли три тела в карету и мы отбыли к месту эвакуации. Вход Игроков в Мир Арканара был только в одном месте, рядом с Пьяной берлогой, туда мы и вернулись. Эту троицу мы естественно отправили на Остров Потерянных героев. А потом вернулись за доной Оканой, но уже в другую главу (как волонтеры мы теперь имели право действовать в разных главах одной книги). С доной Оканой все было проще. Мы заявились прямо к ней домой и обрисовали ближайшую ситуацию в ее карьере. Дон Реба, судя по всему, приказал ей соблазнить дона Румату и выяснить все что можно выяснить от расслабленного в постели кавалера. Но мы объяснили, что у доны Оканы ничего не получится и Реба ей этого не простит и местная Миледи, бывшая отнюдь не дурой и подтвердившая о наличии такого задания, естественно согласилась передислоцироваться на Остров Заблудших негодяев, только если можно в сопровождении любимой служанки и конюха. Короче мы всех спасли и удалились в Рапирный зал с чувством выполненного долга.

Глава 15

Трое в одной лодке

Мы решили отдохнуть душой и посетить миры Джерома Клапки Джерома, а точнее великую книгу «Трое в лодке, не считая собаки». Мара хотела посмотреть секреты Хэмптон-Кортского лабиринта, а я же жаждал помочь троице друзей полакомиться ананасами, но перед этим улицезреть, как тонет улыбающаяся банка, которую они посыпают проклятиями.

Еще мне очень нравилась в той сцене фраза в начале: ' Мы все трое любим ананасы. Мы рассматривали рисунок на банке, мы думали о сладком соке, мы обменивались улыбками. А Гаррис даже вытащил ложку'.

Лабиринт оказался каким то не фактурным и даже сильно меньше, чем он представлялся по книге, вдобавок он был не из камня, а из каких-то, то ли кустов, то ли зарослей, Минотавру тут явно не где прятаться (шутка).

Я вспомнил почему-то, что психолог Эдмунд Сэнфорд черпал вдохновение в лабиринте Хэмптон-Корта в своей идее создать лабиринты для лабораторных крыс.

А после лабиринта мы перешли к операции Веселый ананас…

Мы с Марой для данного момента были парой молодых аристократов путешествующих по Темзе на элегантной яхте. Понаблюдав сцену казни несчастной ананасной банки, мы начали с Марой бурный спор на тему, «трое или четверо», чем привлекли внимание Джи и его друзей. А наша яхта в это время дрейфовала все ближе и ближе к ним. И когда мы уже совсем сблизились с ними, я представившись, как Джон Доу, эсквайр и извинившись за странный вопрос, поинтересовался у джентльменов, является ли этот милый пес членом команды, или же это случайный персонаж. На что все трое заявили что Монморанси, безусловно член команды, а Гаррис добавил, что он для них вообще как кузен.

Мара счастливо засмеялась и запрыгала по палубе, а я представив ее, как мисс Анабель (мне за это потом естественно обломилось) и выслушав встречные представления, пояснил ситуацию… Мы с мисс Анабель проиграли пари своим друзьям из Сити и теперь должны найти на Темзе лодку с экипажем из четырех участников и вручить им специальный приз. И раз этот милый фокстерьер является членом команды, то мы вручаем этот приз, данному экипажу. И я торжественно передал остолбеневшим Джи, Гаррису и Джорджу, коробку с ананасными консервами и ЧЕТЫРЕ консервных ножа. А когда мы уже отваливали, я крикнул, что бы джентльмены, были осторожны в ночи, ибо на Темзе появилась стая, агрессивных лебедей, и многозначительно посмотрел на Гарриса.

Ну и Эпиграмма из «Апокрифов книгочея».

Три друга, Темза, лодка, Монморенси,

Джи, Гаррис, Виски, лебеди в пруду

Суровый джентльмен, не любящий варенья,

Джорж с банджо, и Ирландское рагу.

Палатка, что поставить невозможно,

Туманный Лондон, собранный багаж,

Тут бездна юмора и смеха, безусловно,

И истинно британский антураж.

Глава 16

Мертвые души

Как-то у нас с Марой зашел разговор о «Мертвых душах», Гоголя, нашего, Николая Васильевича, а точнее о Чичикове. Персонаж этот естественно не такой уж простой. Подловатенький в измальстве, имеющий элементы жуликоватости и авантюризма, пассинариий кстати, но не белый и не черный, а скорее серый. Мара считала, что на фоне других героев этой, как говорил автор, поэмы, Чичиков почти положительный ибо он не был крепостником в реале, а только, так сказать на бумаге. Не то что я был очень смеей согласен, тем более Чичиков был коррумпированным таможенником, а оборотней госслужащих, я честно говоря недолюбливал. Но те же Ноздрев, Плюшкин Собакевич и Коробочка, не лучше, а то и хуже отставного таможника. Короче, мы решили посмотреть губернский бал со всеми персонажами, а потом предложить укравшему дочку губернатора императору Наполеона.Наполеону переселиться на Остров заблудших негодяев.

Бал производил ощущение старого советского костюмированного фильма, с привлечением костюмеров Малого театра. Все было ярко и натурально. Но вот сюжет несколько выпал из канонического. Еще до появления Ноздрева, лакей подал Чичикову записку, прочитав которую, он по английски покинул бал. Мы последовали за ним и настигли его в гостинице, где он оказался с институткой губернаторской дочкой, которая действительно в него влюбилась. И тут я понял, почему Библиотекарь нарядили наши аватары в странные мундиры, которые явились именно той самой ложкой к обеду. Мы представились фельдегерями особой службы, сказали, что Чичикова ищут враги и жандармы, но мы готовы его срочно увести на теплый остров, где живут интересные люди и всем там хорошо. Чичиков согласился подумав, а девица не раздумывая. Вот такой вот финал. Но было еще и продолжение… когда я позднее, поинтересовался у коменданта острова, как там новенькие, он сказал, что Чичиков стал президентом Клуба Почетных контрабандистов, а институтка его бросила и вышла замуж за пиратского капитана.

Глава 17

Двенадцать стульев

Ну а теперь пришло время пересечься с Остапом Ибрагимовичем Бендером. Мы с Марой рассуждали о его будущем и увы в воздухе витала тень судьбы брата одного из творцов этого шедевра, Михаила Кольцова, как известно попавшего под жернова репрессий. Остап Ибрагимович, даже будучи комендантом или даже дворником, вряд ли, по живости характера дожил бы даже до Финской войны. Уж больно он был похож на Уругвайского шпиона.

Мы решили не размениваться на Стулья, а перейти в Теленке сразу к финалу с бранзулетками на румынской границе. Ну не люблю я румын, которые ни хрена не римляне и даже не даки.

Итак в разгаре начала грабежа, когда один из румын жадно схватился за портсигар с посвящением: «Г-ну приставу Алексеевского участка от благодарных евреев купеческого звания», появились мы с Марой. Мы Были в планетарной полевой форме Звездной пехоты одной из реальностей Талара. В руках у нас были огневые комплексы включающие в себя бластер и гранатомет и свой бластер я, опробовал немедленно, разнеся голову румынскому офицеру. А Мара, вспомнив своего прадеда, воевавшего в Одесском десанте в сентябре 1941 года, том самом, который описывал Соболев в своем «Батальоне четверых», скомандовала: «Руманешти сдавайсь. Матрозен. Антонеску капут». И хотя, Антонеску в это время был не диктатором, а простым начальником кавалерийской школы, мамалыжники все просекли верно и послушно сделали хенде хох, вернули все награбленное и послушно легли мордами в грязь.

Мы пояснили обалдевшему Великому комбинатору его возможное будущее и пояснили, что для него сейчас реальны и Рио, с непонятным исходом и один из наших Островов, но Остап выбрал Рио и белые штаны. Мы не пожалели для Остапа Ибрагимовича одежды, документов и билетов на пароход Марсель — Рио-де-Жанейро. Ну и перемещения его в Марсель. Живи Остап.

Глава 18

Рыцарь ниоткуда

Как члены Международного Фанклуба Сан Саныча Бушкова «Сварог», мы не могли пойти мимо «Рыцаря ниоткуда». Мир этой книги был увы заблокирован даже для волонтёров и не только от внесения изменений в сюжет, но и просто от присутствия в ряде локаций. Мы хотели раскрыть загадку навьев исчезнувших из Ямурлака, но там все было заблокировано и Хелльстадт тоже был закрыт для, посещений, и казалось нам осталось только покататься по открытым локациям и просто проникнуться духом Миров Александра Бушкова.

Но тут мне вспомнился «старшинский зазор» доступный волонтерам после эпилога любой книги и мы воспользовались этим. Вытянув герцога Орка в безвременье, мы провели экспресс допрос, который увы мало чего дал. Орк заявил, что понятия не имеет о том где находятся пропавшие навьи и что Магистра он никогда не видел и общался с ним только через посредников, и Магистр, его самого оставил в дураках. А сам Орк белый и пушистый и единственно, чего он хотел, это захватить реальную власть в империи Четырёх миров. В, результате мы отправили Орка на Остров Негодяев, а сами стали прыгать по главам, куда есть допуск.

Мы заехали в таверну с ленивыми кошками и полюбовались на Странную компанию, проехались по Равене и Латеране, посмотрели на сцену угона аэроплана с ипподрома, но вот на балу у императрицы побывать не получилось, на Летающих островах стоял блок. Кстати когда мы невидимые сидели в харчевне, принцесса Делия косилась в нашу сторону что то чувствуя, а на окраине Латераны, над нами внезапно завис дракар Серебряной бригады.

Вволю понастольгировав и прокатившись с той Марой и Сварогом по Ителу на пароходе, мы закончили свое Таларское путешествие. Но кстати не последнее. Ибо моя Мара была недовольна тем, что наши шикарные аватарные дворянские костюмы так никто и не увидел ибо мы гостили на Таларе, исключительно под скрытом.

Глава 19

А зори здесь тихие

Сегодня утром Мара была задумчивой и молчаливой. И потом видимо решившись, предложила навестить локацию книги «А зори здесь тихие».

— «Я считаю, что это не правильно, то что эти девочки погибли, это не честно» — горячо говорила она — «я понимаю, что это важный мост, который они спасли, и что они героини и не могли поступить иначе, но как же их жалко. Давай их спасем хотя бы в нашем варианте»-

И я не смог ей отказать.

Мы выбрали для удара точку, где с немцами первый раз пересеклись старшина Васков и его зенитчицы.

Мы подловили немцев на привале. Наши с Марой нынешние аватары принадлежали каким то крутым наемником. У меня был ручной пулемет калибром десять миллиметров, а у Мары нечто вроде модифицированного Дезерт Игла, с увеличенной обоймой и самонаводящимися пулями.

Мара походя срезала часового, а я сходу открыл огонь на поражение. Надо отдать должное немецким диверсантам, подготовка у них была на уровне. Пока мы их убивали, они несколько раз выстрелили в ответ и пытались занять грамотную оборону, но не сложилось. Вооружены они кстати были неплохо, автоматическими карабинами FG-42 Krieghoff. Я не удержался и выпустил в воздух пару магазинов заодно показав ориентир зенитчицам и их командиру. Да, зачетный карамультук сделал Луис Штанге ( тот самый который сконструировал автомат Солотурн и пулемёт МГ-34).

Прикладистый и лёгкий девайс, да еще вдобавок под Маузеровский патрон 7,92.

Что интересно, у немцев была с собой и парочка Панцерфаустов, так что их задачей был видимо не только мост.

А тут и зенитчицы подошли. Старшина задумчиво походил между трупами немцев, приказал собрать оружие, лично снял солдатские жетоны и увёл свой отряд назад.

Мара была и грустной и довольной одновременно. А предлагать девчонкам эвакуацию на остров Героев мы не стали. Не те это люди, что бы эвакуироваться с войны.

Глава 20

Стальная чайка Рутианги

В попаданческой школьной фантастике зацепило взгляд знакомое слово Рутиангу и сразу вспомнил понравившуюся, некогда повесть Лукиных «Миссионеры», про то как группа ученых построила машину времени и решила остановить экспансию европейцев в Южную Америку. Тут именем чайки и реактивного штурмовика туземцев, назвали оттюнингованный истребитель И-15 бис, на котором два брата студента рассекали по локациям и уровням Мира игры Ил-2.

Ребята сбивали Штукас и Кондоры, помогали осажденномуСевастополю, жгли немецкие танки, штурмовали бронепоезда и приземляли Мессеры всех типов. Книга была заблокирована и посему мы просто наблюдали наслаждаясь зрелищем.

Мне очень понравилось, как ребята получая, от наркоминдела Молотова задание по спасению короля, Георга от германских смертников на Фау-1, еле сдерживали смех, вспоминая то, что дед рассказал им накануне, что прозвищем Молотова, было «Каменная задница».