Черная книга Брюса

Алые крылья огня. Одна из потрясающих вещей Алексея Бессонова. Меня помню безмерно опечалило отсутствие хэппи-энда. И вот передо мной на экране обложка этой книги и возможность что то сделать…

Кай Харкаан, полковник пилот истребителя Дельта, Имперский аристократ, при выполнении задания сошелся с особисткой Валерией Мелби, а она войдя, в качестве его девушки в дружеский круг офицеров эскадры, состряпала донос о заговоре. Пошли аресты и полковник бежал на Землю ХХ века, где стал пилотом Люфтваффе, гонял на Мессершмите британцев и принципиально летал без парашюта. Но и на Земле все было не просто… тут тусовались диссиденты инопланетяне на желтой подводной лодке (я плакаль) плюс представители некоей враждебной цивилизации которые вообще хотели захватить Землю.

А тут, чтобы было еще веселей, на Землю прибыла генерал имперской безопасности леди Валерия Мелби и объявила всем прощение, за помощь в борьбе со злыднями.

Короче она опять всех обманула и предала, а после успешной операции попыталась арестовать Кая и его новую любимую девушку и в процессе этого Валерия застрелила Кая, а ее пристрелил его друг.

Короче такой конец этой чудесной книги мне не понравился и я решил переделать концовку.

Короче, когда леди Валерия произнесла роковые слова: «Я предлагаю вам, лорд Кай Харкаан, и вам леди Мария Роденхейм, сдаться на милость Его императорского величества и проследовать со мной в пределы метрополии. Нас уже ждут…» и потянулась за стволом, а Кай только начал открывать рот, дабы ее послать, в комнате материализовались мы с Мамой в униформе Имперской дворцовой полиции, с оружием на изготовку и я произнес усиленным резонатором голосом, что леди Валерия, за измену империи приговаривается к нейтрализации, а Мара выпустила в нее пол обоймы из Глока (ну не могу я стрелять в женщин, которые не целятся, в меня).

После чего я сказал Каю и его друзьям, что официально их в Империи все равно не реабилитировали и посему у них есть два пути… в Бразилию или на один из комфортных островов на далекой планете и вкратце обрисовал им Остров Заблудших негодяев и Остров Потерянных героев. Посовещавшись буквально минуту, друзья выбрали остров Заблудших негодяев, на чем мы и расстались с этой Землёй. Когда мы знакомили Кая и его спутников с Комендантом, мимо проехал красный Мерседес кабриолет 540к 1937 года, за рулем сидел помолодевший дон Румата с роскошными усами, а рядом с ним сидела… Миледи.

Земля опять полна интриги

Летит на мессере полковник

Пришельцы на подводной лодке

И есть любовный треугольник

Смешалось в кучу все

Война, и в спину тут удар не редок

Забот не мало у героя

Пришельцы, таинства разведок

Любовь коварство победила

А может быть наоборот

Тут два финала получилось

И выбирает пусть народ

Глава 9

Новые приключения Миссис Хадсон

На экране мелькнула интересная обложка… На фоне заснеженной Лондонской телефонной будки и Викторианского уличного фонаря, стоял элегантная леди, в британском клетчатом брючном сафари и кепи в тон. Книга называлась «Новые приключения Миссис Хадсон». Это был приквел к мюзиклу композитора Владимира Качесова, поставленном в чудесном Музыкальном театре Геннадия Чихачева. Миссис Хадсон играла блистательная Людмила Полянская.

Я смотрел этот спектакль и книга оказалась очень интересной, так что пролистав ее, мы с Марой решили посетить этот Мир.

Библиотекарь, сделал нам Викторианские аватары, но предупредил, что вмешивательсво в главные сюжетные линии заблокировано, а общаться мы можем только с персонажами четвертого плана, ибо в этой книжной реальности, уже много чего натворили фанаты Холмса и Профессора Мориарти.

Мы бродили по Викторианскому Лондону и наслаждались этой атмосферой. Первым делом побывав у дома 221 б по Бейкер стрит, увидели Холмса и Ватсон (при чем Ватсон был явно пьян). А потом, переходя из главы в главу наблюдали новые приключения Хадсон, Холмса, Ватсона и Лейстреда, вкупе с новыми героями. Надо сказать, что этот приквел, был динамичнее канонической Холмсианы. Но чувствовалось, что это несколько иной мир, особенно после того, как мы прочитали в местном Панче заметку «Бициклы Челси, против собаки Баскервилей».

Мы с Марой ржали так, что нам нас смотрели все посетители паба.

Ирен Адлер была в бешенстве. Холмс раскрыл очередное преступление и весь Лондонский истеблишмент только о Холмсе и говорил, а об Ирен не слова. Последней каплей переполнивший чашу терпения самой элегантной преступницы Европы, стали надписи на Кэбах — «Я возил Шерлока Холмса». Ирен стала нанимать эти Кэбы и за гинею, заставляла кэбменов исправлять в надписях, Холмс на Адлер. А потом разъезжала на этих кэбах по Бейкер стрит.Проезжая мимо дома 221 б, Ирен увидела выходящего из дверей, джентльмена с лицом провинциального доктора (Ирен была хорошей физиогномистом, плюс в руках у мужчины был докторский саквояж, а из кармана торчал деревянный рожок стетоскопа). Это был никто иной, как сельский врач прихода Гримпен в графстве Девоншир, Джеймс Мортимер. Ирен поняла, что у Холмса наверняка новое дело и решила все выяснить через этого явно робкого незнакомца…

Когда рядом с Мортимером остановился кэб и оттуда слабый женский голос воспросил, а не знает ли джентльмен, где тут есть поблизости врач, а то мол миледи дурно. Джеймс моментально предложил свои услуги. Ирен попросила проводить ее домой, где и оказать медицинские услуги, на что доктор естественно согласился.

Усадив Мортимера за стол, и приказав служанке подать чай, Ирен незаметно поставила на буфет миниатюру, где она была изображена в костюме сестры милосердия, а за чаем рассказала, что ей надоел Высший свет и напыщенные светские болваны и она мечтает уехать в тихий маленький городок и устроится там сестрой милосердия к местному врачу.

Джеймс был, сражен, поражен и влюблен на повал, особенно после того, как в кэбе, щек Ирен «случайно» коснулась его щеки, это был самый бурный сексуальный контакт в жизни доктора. Так что Ирен выяснила все о деле Баскервиллей, узнала, когда туда собираются Холмс, Ватсон и сэр Генри, заодно вытянув из Мортимера примерное местоположение болотной собаки (доктор любил шляться по болотам и весьма неплохо там ориентировался), и приняла решение помешать расследованию.

Ирен решила мыслить логически…

Холмс, что бы раскрыть дело будет искать какую-то собаку;

Если не будет собаки, то дело он не раскроет;

Спасти собаку от Холмса, могут только защитники животных;

Самые неистовые защитники животных, пребывают в «Обществе защиты бедненьких собачек» — «Бициклы Челси»;

Если в Гримпенской трясине не будет собаки Баскервилей, Холмс опозорится;

Значит надо озадачить и замотивировать «Бициклы Челси» спасением бедненькой собачки;

Так она и поступила…

«Бициклы Челси», была весьма своеобразной организацией. Изначально, несколько Лондонских дам, увлеклись велосипедами, и организовали Кружок Бициклисток, но ревнители пуританской морали подали на них в суд и Кружок запретили, но дамы не успокоились и создали «Общество защиты бедненьких собачек», и получили в муниципалитете разрешение, на использование велосипедов при защите животных, ведь догнать бедненькую собачку, нуждающуюся в защите очень трудно, вот тут-то бициклы и помогут. И велосипедистки так увлеклись спасением животных, что сами бициклы, как бы отошли на второй план, хотя и применялись постоянно.

Когда Ирен рассказала историю про несчастную собачку из провинции, любящую бантики и пирожные, и за что злые хозяева заставляют ее жить на болоте и питаться лягушками, все общество рыдало, периодически испаряя слезы с ланит, багрянцем ненависти к извергам.

Получив от Ирен координаты узилища бедненькой собачки, Бициклистки, стали собираться в поход…

Это Гримпенское утро было хмурым, при чем во всех смыслах, и если к Девонширской непогоде все старожилы давно привыкли, то вот ночь выдалась тревожной. Нет, то что на болотах периодически воет какая-то собака, все уже привыкли, но сегодня ночью выло сразу две собаки и это не могло не настораживать, и мужчины до рассвета сжимали в руках старые мушкеты, помнящие еще времена Кромвеля (жители городка не знали, что второй вой издавал несчастный доктор Мортимер, который обуреваемый страстью к Ирен Адлер, накануне, нарвав на болоте букет из Сабельника, Дрепанокладуса и Скорпидиума, поехал в Лондон, дабы просить у Ирен, руки сердца и всего остального, но был спущен с лестницы ее дома, профессором Мориарти. Так что вернувшись в Гримпен, Мортимер вернувшись домой, выпил бутылку виски и всю ночь выл на болоте, в унисон с собакой Баскервиллей, причем напугал этим до икоты своего кокера Снуппи, сбежавшего от него в глубь болот).

Ну а ближе к полудню, через город проехала кавалькада дам на велосипедах, что местными консервативными пуританами, было воспринято, как конец Света. Джек Степлтон, бывший некогда директором школы и посему не имевший недостатка в садистских наклонностях, предложил сжечь развратниц на костре, но общественность это отклонила, так как шел дождь, а тратить на аутодафе свой керосин, никто из скуповатых Девонширцев не захотел.

Не подозревая о пронесшейся мимо них угрозе, «Бициклы Челси» отважно углублялись в болота. На велосипедах прыгать по кочкам было неудобно, нормально идти пешком мешали юбки, но любовь к животным оказалась сильнее. Вдруг, со стороны двух засохших деревьев, являвшихся для спасительниц животных ориентиром, (указанным Ирен Адлер, со слов Мортимера), раздались крики и выстрелы. Дамы решив, что там обижают бедненьких животных ринулись вперед и застали следующую картину…

Абсолютно пьяные Сэр Генри и доктор Ватсон, стреляли в человека в шубе и с бородой, сидевшего на покрытом пожухшей травой холмике и наворачивающего поридж из горшочка, это был каторжник Сэлден, он же «Ноттингхиллский убийца», шурин Берримора. При виде пориджа, сэра Генри замутило, и он с криком — «Убейте это животное», открыл огонь из своего Кольта, его поддержал огнем из своего армейского револьвера доктор Ватсон, причем оба бездарно мазали. Селдон нарочито стал громко чавкать, от чего Генри замутило еще больше, а доктор Ватсон, памятуя о Клятве Гиппократа, целился по касательной, от чего страдала только шуба.

Завидя появившихся дам, Селдон благочестиво рыгнул и удалился в заросли вереска, прихватив с собой котелок. А дамы, высказав двум мужланам все что о них думали (после чего пристыженные Генри и Ватсон удалились), продолжили поиски, которые увенчались успехом. Дамы дабы привлечь внимания бедненькой собачки несли в руках пирожные и пару колбас, и на этот аромат из-за большого камня, где он скрывался от воющего хозяина и непонятных чудаков с револьверами, выбежал бедняжка Снупи. Он бросился именно на запах еды, и походя сглотнув протянутое ему пирожное, вгрызся в кольцо Йоркширской колбасы. Накормив и насюсюкав песика, дамы поместили его в велосипедную корзинку, где песик и заснул, не выпуская из зубов колбасу. А вслед им из зарослей вереска угрюмо смотрела собака Баскервиллей. У нее была мысль позавтракать Снуппи и для прикола погонять дамочек по болоту, но запах пирожных ее отпугнул. «Ужас Гримпенских болот», уже давно научился отстегивать цепь и тайком от своего хозяина Степлтона, бегал подъедаться в соседние городки, в одном из которых он съел кондитера вместе с его тележкой, отчего заработал стойкую аллергию к сладостям, а от слов «безе с кремом», собаку Баскервиллей, аж передергивало. Так что «Бициклы Челси» второй раз за день избежали смертельной опасности, опять же об этом не ведая.

Ирен Адлер, одновременно обрадовалась и удивилась, получив от «Обществе защиты бедненьких собачек» — «Бициклы Челси» телеграмму о том, что отважные дамы спасли бедненькую собачку, заточенную в Гримпенских болотах, и она даже зауважала шебутных дамочек, ну как же, захомутать Собаку Баскервиллей, привезти ее в Лондон и при этом выжить, это заслуживает даже некоторого восхищения. На радостях Ирен даже распила с профессором Мориарти бутылочку Шерри.

А через неделю, Ирен Адлер билась в истерике над статьей в Таймс, где описывалась очередная победа Шерлока Холмса и доктора Ватсона над Злом. Но откуда взялась вторая Собака Баскервиллей? И тут взгляд Ирен зацепился за еще один новостной заголовок — «Странное происшествие в Челси», под которым была опубликована следующая информация:

«Как сообщает наш собственный корреспондент, констеблями была обнаружена на улице собака породы кокер спаниель, на ней было навязано несколько разноцветных бантиков, и она была густо измазана кондитерским кремом разных сортов. Собака достаточно благожелательно отнеслась к констеблю, но рычала на проходящих мимо женщин. Как выяснилось при расследовании, несчастное животное сбежала из пункта призрения так называемого общества защиты животных „Бициклы Челси“. Высокий Суд города Лондон, начал против них Дело, о жестоком обращении с животными».

Профессор Мориарти, обеспокоенный сменой злобных восклицаний, на гомерический смех, вошел в комнату и встревоженно-вопросительно посмотрел на Ирен…

«Представляете мой дорогой» — сказала она — «Эти идиотки из „Бициклов Челси“, вместо Собаки Баскервиллей, поймали на болоте кокера Снуппи, этого дурачка доктора Мортимера, которого вы спустили с лестницы» —.

«Я пошлю ему телеграмму. Пусть получит хоть немного позитива от этой жизни» — хмуро улыбнувшись сказал Мориарти и смущенно добавил — «Ирен, а вы не знаете случайно, почему у Ватсона, такое же странное имя, как и у бедняги Мортимера… Доктор?»-

Примчавшийся в Лондон Мортимер, заробел идти в полицию, и по старой памяти зашел к Шерлоку Холмсу. Холмс, прочитав телеграмму, с текстом «Ваш Снуппи находится в полицейском участке Челси. Профессор Мориарти», пришел в дикое возбуждение и заявил Мортимеру, что это ловушка, и немедленно начал принимать меры.

По его приказанию, подкрепленному парой серебряных крон, мальчишки из компании Тома, работающие на него, устроили драку прямо на ступенях полицейского участка, после чего их всех туда забрали, как и было задумано. Через два часа, Холмс лично явился в полицию и заплатил за них залог, после чего стал анализировать полученную от мальчишек информацию. Мальчишек по их просьбе, припахали за несколько пенсов убраться в участке, и они, облазав все и вся, нашли запертую комнату, куда их не пустили. И Холмс сразу понял, Мориарти прячется там!

Зайдя в знакомую опиумную курильню в Ист-Энде, Великий сыщик, притворился завсегдатаем (хотя бывал там не чаще раза в неделю), поменялся там одеждой со спящим в нирване трубочистом и отправился ловить профессора Мориарти.

Когда Холмс, нагло вошел в двери полицейского участка, один дежурный полисмен спросил другого, а кто мол этот тип? На что получил ответ, что это Холмс опять оделся трубочистам, наверное, в Ист-Энде был и такого его лучше не трогать.

А Холмс найдя заветную дверь, с помощью любимой связки отмычек, буквально в течении пяти минут вскрыл ее, причем все проходящие мимо констебли, добросовестно делали вид что ничего не замечают. И вот дверь распахнулась и оттуда сбив Великого сыщика с ног выскочил Снуппи, и шустро бросился к выходу. Он уже давно почуял, что на улице его ждет Хозяин. Счастливый Мортимер увез своего пса домой, а через пару часов, Инспектор Лестрейд, приказал транспортировать сладко спавшего сыщика на Бейкер стрит 221 б, но транспортировать нежно и со всем уважением. Инспектор был благодарен Холмсу за решение проблемы под именем Снуппи, так как этот пес жрал как два констебля, а фонды Скотланд Ярда не бесконечны.

А профессор Мориарти и Ирен Адлер, уехали в Гонконг, узнав про то, что там будет большой аукцион бриллиантов. Но это уже совсем другая история…

Вернувшись в Рапирный зал, мы не сговариваясь засели за эту книгу и прочитали ее полностью, нисколько об этом не пожалев (время в подвалах башни Брюса, шло раз в десять медленнее, чем на поверхности). Ну а потом вышли на поверхность с целью поесть, ибо очень уж много было в этой книге вкусных ссылок на кулинарию.

Эпиграмма

Гвардейцы, чай, театр, Лондон

Инспектор Лейстред не опасен

Есть мистер Холмс и верный доктор

Но всех заметней Миссис Хадсон

Она затмила всех героев

Ей равных нет в кулинарии

Расследует любое дело

Чуть что, в упор Маваши гири

Нет для нее нигде секретов

И взгляд ее пронзает стены

Она нужна во всех столицах

От Петербурга и до Вены

Глава 10

Записки о Шерлоке Холмсе

Погуляв по Лондону миссис Хадсон мы подумали… а почему бы нам не навестить сэра Конана Дойла, вернее, эту идею выдвинула Мара.

Она очень близко приняла к сердцу рассказ «Этюд в багровых тонах», тот самый, где кэбмен Джефферсон Хоуп, мстит убийцам своей девушки Еноху Дребберу и Джозефу Стэнджерсону. Параллельно Мара терпеть не могла Ирен Адлер. Она считала ее шалавой, которая со своим сообщником рано или поздно будет шантажировать Вильгельма Готтсрейха Сигизмунда фон Ормштейна, великого князь Кассель-Фельштейнского и заодно наследственного короля Богемии. Судя, по всему, тут было что то личное, тем более, что к Уильяму Шерлоку Скотту Холмсу эсквайру, Мара явно питала определенный пиетет.

Так что сверхзадача у нас была следующей…

Спасти кэбмена убийцу мормонов и законопатить на зону Ирен Адлер или хотя бы, как минимум доставить ей неприятности (я убедил Мару обойтись неприятностями).

Мы провели рекогносцировку по местам операций и сделали вывод, что этот Холмсовский Лондон гораздо мрачнее, чем Лондон миссис Хадсон. Тут Венстминстер был серый, а не розовый. И погода была сильно хуже.

С мстителем Джефферсоном Хоупом, разобрались просто. В день когда его должен был разоблачить Холмс, кэб был остановлен патрулем Ланкастерского полка проводящего учения и мы с Марой представ в виде гвардейского полковника и изящной Викторианской леди, представились кэбмену-мстителю, как члены тайного общества «Борьбы со скверной», к которой мы естественно отнесли и мормонов, и обрисовав ситуацию, предложили Хоупу отправиться на Остров Потерянных героев, колонию общества на тёплых островах которые никому неизвестны, на что кэбмен согласился и был в усыпленном виде переправлен на Остров Потерянных героев (как ему пояснили, в сон его ввели, для сохранения тайны).

Комендантом острова был вальяжный грубоватый гном в вычурном мундире, он определил кэбмена в уютный домик с экономкой, а нам провел экскурсию по своим пенатам. Остров был усыпан усадебками и коттеджами, которые стояли отдельно или же объединялись в небольшие поселения. Была тут и столица под названием Гардарика, уютный городок с театрами, магазинами, кабачками и танцзалами, где имела место резиденция Коменданта в виде солидного Викторианского особняка. Комендант гордо сказал, что это точная копия дворца герцога Глостерского, где служит призраком его дальний родственник и куда сегодня кстати с визитом прибудет какой то сраный Богемский король, которому герцог собирался показать древний фамильный перстень их общего родственника. И тут мы с Марой переглянулись…

Наша идея вызвала восторг у коменданта, но он сказал, что на данную авантюру, нужна санкция Библиотекаря.

Выслушав нас библиотекарь снова начал ржать и сказав, что Богемская история это другая глава, а этюд и вовсе изначально считался отдельной повестью, то Библиотека дает добро нам пропагандистскую акцию.

Герцог Глостерский, вел своего гостя в «Коньячный салон» своего дворца, где в специальных витринах, за бронированными стеклами хранились драгоценные семейные реликвии. Когда двери кабинета уже показались в конце коридора из кабинета вышла парочка в которой король Богемии узнал Ирен Адлер и ее сообщника, адвоката Годфри Нортона, известного ему по фото предоставленному частным сыщиком. Увидев короля и герцога, парочка сардонически захохотала, подбежала к раскрытому окну и выпрыгнула в него. Когда герцог и король подбежали к окну, то увидели, как от забора отезжает черная карета запряженная четверней и уносится в сторону Челси. А в кабинете расстроенный герцог обнаружил разбитую витрину ячейки, где хранился перстень, естественно при наличии отсутствия оного.

Через день, на Манчестерском вокзале в купе миссис и мистера Нортона и миссис Нортон (в девичестве Адлер) вошла полиция и потребовала предъявить вещи к осмотру. Тщательный обыск ничего не дал и посему их препроводили в участок, где в течении трех часов ожидали прибытия женщины сотрудницы полиции, для обыска дамы.

Там же чете Нортон было предъявлено обвинение в незаконном проникновении в частное владение герцога Глостерского и похищении драгоценности на сумму шесть тысяч гиней. Но к концу дня проблема рассосалась сама собой. Во-первых пришла телеграмма о том, что перстень нашёлся (он закатился в угол кабинета), а во вторых проводник и кондуктор поезда клятвенно подтвердили, что в момент инцидента в Лондоне, данные пассажиры находились в купе поезда следовавшего по железнодорожному пути. И Ирен с мужем отпустили и даже извинились.

Ирен была уверена, что все это гадость построенная королем, а король пребывал в уверенности, что эта авантюристка опять вывернулась.