Стройотряд уходит в небо

— А горячей водки здесь нет нигде поооблизости? — жуя слова спросила Ольга. Не совсем поняв смысл сказанного, Коля с печальным видом, высморкался в сторону, снял из кармана брюк носовой платок, приложил его к ноздре и продолжил настаивать на кафе с мороженом. Тогда она не выдержала, тремя объёмными словами послала его проветриться куда подальше, гневно топнув подмороженной ножкой по льду, повернулась и ежеминутно поскальзываясь на коротких каблучках ушла, под изумлённый взгляд Николая, который ничего не понял.

Африканская легенда рассказывает нам, что когда то давно, бушменские дети закинули на небо одного очень старого человека у которого из подмышек исходило солнечное сияние. Они сказали старику, теперь ты должен превратиться в солнце, стать жарким и красным, чтобы мы могли сушить просо и личинок термитов. Впредь ты будешь передвигаться только по небу, жить наверху, чтобы на земле стало светло. С тех самых пор, тысяч лет он проделывает один и тот же путь по небосводу и под конец дня страшно изматываться, а так как ничего человеческое ему не чуждо, поэтому лишний раз окунуться в солёное море ему всегда доставляет огромное удовольствие.

Княгиня ничего не слышала об этой африканской легенде и поэтому с сожалением смотрела на закат, понимая, что прошёл ещё один день её жизни. От всех этих мыслей и воспоминаний, под конец дня у Княгини начиналась головная боль. Тогда она томно вздыхала и шла в опочивальню, где её ждал очередной любовник с превосходной микстурой от головной боли.

По следам котёнка Рыжика

Погода на улице холодная и противная. От колючего ветра, сырости и вечернего мороза — холодно, а противно, от одиночества, которое ждало Жору на втором этаже в двадцать пятой квартире.

Люди женятся, разводятся, иногда снова сходятся. У Георгия или как его звали близкие друзья Жора, была другая причина одиночества. Его супруга, год назад, утром вышла из дома на работу и больше не вернулась. Её насмерть сбила машина.

У дверей подъезда, прижавшись к стене стоял рыжий котёнок, дрожа всем телом. Жора посмотрел на него и у него сжалось сердце от жалости.

— Какая сволочь тебя сюда подкинула? — спросил он словно кто-то стоял рядом. Рыжий котёнок жалостливо смотрел на него. — Смотри, а рыжий какой, на Катьку похож — вспомнил он свою жену, тяжело вздохнув. — Ну, иди сюда — протягивая руку в его направлении. Котёнок привстал, подошёл к Жоре, потёрся худым боком о его штанину, и пропищал словно птенец.

— Ну иди сюда, иди — зовя его на руки.

Дома, пока он наливал молоко в блюдце, котёнок куда то сбежал. Жора искал его по всей квартире, повсюду, но тот словно сквозь паркет провалился. Уставший, после работы и бесплодных поисков, он зашёл в спальню, чтобы прилечь, как заметил котёнка, который свернувшись калачиком, лежал на подушке жены. На минуту он остолбенел от контраста, рыжего на белом, ему показалось, что это спит Катя, разбросав свои огненные волосы по подушке. Он подошёл, погладил котёнка по шёлковой шёрстке на спинке, тот так крепко спал, что не шелохнулся. Потом он заёрзал, сладко зевнул. В прихожей звонил телефон. На другом конце провода, оказался Виталик друг Георгия.

— Как дела Жора?

— Спасибо, что позвонил

— Чем занимаешься?

— Да вот котёнка приютил, рыжий такой, на Катю похож

— Выкинь его сейчас же — взволнованный голос в трубке с нотками истерики — Жора после смерти Катерины ты вообще голову потерял, у тебя явные признаки депрессии, ты к врачу обращался?

— С каких это пор, приютить животное расценивается как психическое расстройство?

— Жора ты идиот конченный

— Знаешь, что Витя, иди ты жопу, а я уж как то сам разберусь, что мне нужно и не нужно

— Ну смотри, я тебе только хорошего желаю. — гудки в трубке

В ту ночь они так и заснули, он и котёнок, на разных подушках, совсем рядом.

Утром заваривая кофе, Жора поёжился от холода идущего с открытой двери на балкон, но дверь не закрыл, надеясь, что котёнок сходит туда по нужде. Какого же было его удивление, когда он заметил его, сидящим на унитазе, около бочка свесив свой куцый хвост вниз.

Со своей будущей женой Катей он познакомился как ни странно в магазине. Она шла, с развевающимися рыжими волосами, по магазину после кассы, в обоих руках по сумке с продуктами. Он предложил ей свою помощь, окинув его удивлённым взглядом, согласилась

— Где у вас машина припаркована — чувствуя как две тонкие ручки, от сумки, врезались ему прямо в ладонь

— У меня нет машины, Вы бы могли помочь донести до остановки, она тут рядом метров сто от силы

— Сто метров! А давайте я Вас лучше подвезу на моей машине

— Отдайте сумку, я сама донесу — возмущённо

— Не отдам, я пошутил

После этого Жора долго ухаживал за рыжей Катей, дарил цветы, ходил на свидание, приглашал в театр и кино. Пока она окончательно не переехала жить к нему.

Через некоторое время когда кот начал лапой открывать дверь, заходить в комнаты в любой час ночи и дня, как у себя дома, Жора призадумался. Надежда, что когда нибудь появятся нечто похожее, на яйца под хвостом, к великому ужасу Жорки так и не появлялись. Неужели кошка с ужасом думал Жора, и сразу же представлял, как в один прекрасный день она забеременеет и окатится кучей рыжих бестий которые будут везде какать и писать по квартире, а в перерывах между лазанием по нему и царапаньем любимого дивана, будут пищать и орать от голода. Воспоминания о бывшей супруги были ещё очень живы у него в памяти, поэтому он решил назвать её Баськой. Ну не Катей же в конце то концов, как женщину думал он, Бася самый раз для кошки.

Её звали Лена и у неё были персидские глаза, вьющиеся волосы до плеч. Она пела колоратурное сопрано в местной опере. Жора месяц как ухаживал за ней прежде чем пригласить к себе домой. Бутылка шампанского, суши, виноград, яблоки на столе. Вечер обещал быть томным. В самый разгар пиршества, когда у Жоры не на шутку развязался язык, а остроты становились солоновато-неуклюжими с пропорционально уменьшающимся количеством шампанского в бутылке. Когда оставались считанные минуты, чтобы веселье переместилось в спальню, с предусмотрительно открытой настежь дверью. Лицо у Лены внезапно позеленело, с потухшим огоньком в глубине персидских глаза, она испустила крик напоминающий воинственный клич раненого вражеской стрелой в ягодицы вождя команчей, сгорающего от жажды мести и стыда одновременно. От детонации звука у нижней соседки сорвалась с гвоздя чугунная сковорода которая висела на стенке, прямо ей на большой палец, отчего та испустила крик не хуже чем гостящая сверху дива.

Вынув ногу из новых туфель, которые ей жали, не успев как следует насладиться покоем от жмущей обуви, она блаженно вытянула ногу в направлении Жоркиных брюк, и тут же почувствовала как её цапнула кошка, словно пантера в засаде ждавшая этого момента больше чем час. Как шальная, Лена выскочила из-за стола, подпрыгивая на одной ноге, в другую вцепившись зубами в большой палец висела Баська. Она умоляюще смотрела то на Жору то на кошку, глазами полными ужаса прося его, чтобы он оторвал от неё взбесившееся животное. Жора выплеснул остатки шампанского из бутылки прямо на Баську и стал тянуть её за хвост. Лена продолжала голосить, говорят в тот день она взяла 5 октаву плавно переходящую в ультразвук, от которого полопались стаканы в соседних квартирах, посыпались листья с платанов в соседнем дворе, прямо на голову подвыпившего дворника вышедшего подметать улицу после ссоры с женой и тёщей одновременно.

Очередная женщина которую Жора пригласил к себе, звали Вера. Она носила лодочки на низком каблуке, имела ноги которые росли от ушей и работала медсестрой в больнице. На этот раз Жора предусмотрительно попросил её одеть тапочки и не снимать их с ног, показывая за спиной кулак Баське. Всё прошло более, чем удачно. Жора с Верой оказались в постели ещё раньше, чем было запланировано. Сказывалось медицинское образование новой подруги, от которой просто несло феромонами. Утром, они не могли отлипнуть друг от друга, долго прощались, под ехидный взгляд Баськи сидящей на комоде. Начиная от кровати и до двери в подъезд, влюблённые шли держась за руки поминутно целуясь, казалось ещё не родилась та сила на земле, способная их разъединить. Наконец оторвавшись друг от друга, Вера с счастливой улыбкой, нырнула точёной ножкой в лодочку и сразу же брезгливо поморщилась. Она вынула ступню из новой обуви, от которой сильно пахло тухлятиной, напоминающие кошачьи фекалии.

— А знаешь, что — кидая вонючие лодочки в Жору — я сегодня пойду на работу босиком — по английски хлопнув дверью, перед изумлённым Жорой. Через минуту, дверь снова открылась и Вера бросила Жорику в лицо — Не звони мне больше никогда, слышишь, никогда!

— Ну, что мне с тобой делать, чудовище рыжее? — в сердцах воскликнул Жорж сверля глазами кошку

— Мяу — мурлыкнула она, зевая

— Ага мяу, ну да, конечно, умнее ничего ты не можешь сказать, овца тупая

— Мяууу! Шшшш! — зашипела гадюкой Баська, выгнув рыжую спинку дугой, бросая огненные взгляды на Жору

Через неделю Жора успокоился больше не кидал косые взгляды на Баську, тем более, что медсестра сама позвонила и предложила встретиться у неё. Тщательно вымыв загаженную обувь полив её изнутри духами, с букетом цветов и сладостями он направился к Вере мириться. Теперь Жора по три дня в недели — понедельник, среда и в пятницу, пропадал у медсестры не забыв перед уходом, под презрительным взглядом кошки, оставить ей вдоволь корма. Через пару дней жизнь вошла в своё обычное русло.

Жора как обычно сидел на диване после работы, смотрел по телевизору интересный футбольный матч, в ногах у него тёрлась рыжей спинкой о брюки Баська, поминутно злобно фыркая от запаха женских духов, при этом постоянно просясь на руки.

— Ну иди сюда, иди образина неблагодарная — позвал Жора Баську показывая себе на коленки. Через секунду кошка уже удобно сидела на ногах, била хвостом по дивану, пытаясь привлечь хозяйское внимание на себя, оторвав его от телевизора.

— Ишь ты как устроилась рыжая — поглаживая рукой по спинке — Эх была бы щас жива Катя, чаю бы мне принесла, с вареньем клубничным — горестно вздохнув — Кошка вскочила на задние лапы и поднесла свою морду к лицу Георгия мурлыкая — ты чего так встрепенулась — отодвигая усатую мордочку в сторону — Эх Катя, Катя — снова в сердцах вздохнул он. Кошка вскочила на четыре конечности и стала колотить подушками лап по ногам Георгия — да, что с тобой сегодня! Брысь отсюда — немного подумав — Почему ты так возбуждаешься от Катиного имени? Ну ка иди ко мне Басечка — пытаясь её взять под мышки — Не повезло тебе, не застала ты Катю, она бы тебя полюбила. Мяукнув кошка вырвалась из рук и стала странно ползать по паркету. Жора внимательно следил за ней. Каждый раз заканчивая свой пируэт по полу, она начинала по новой с того же самого места, где заканчивала. Когда Жора понял, что вытворяла кошка на паркете, его тело покрылось мурашками, у него отнялся язык, он не мог вымолвить ни слова. Я Катя — вывела кошка на полу своими движениями.

Жизнь у Георгия начиная с этого момента пошла вспять, начался обратный отчёт памяти. Его душили воспоминания о Кате, перед глазами промчались картины короткого счастья; они сидели молодые на лавочке за домом, целовались; он провожал её до дома, рассказывал о звёздах, планетах; потом невеста в белом платье с цветами в руках; брачная ночь. Ему на лицо легла чёрная тень; холод морга, опознание тела, как ему потом стало плохо в коридоре.

— Катя, это ты что ли? Баська посмотрела ему глаза и кивнула головой. — Так, что ж ты молчала?

— Мяуу. Ах да прости Дорогая, конечно, ты же не можешь говорить. Что ж теперь делать будем, а?

В соседнем доме, что в двух шагах рядом с Жорой, жил знакомый кришнаит Вася. Жора часто подшучивал над ним называя его чудаком и не от мира сего. Кришнаит в отличии от родины своей религии имел характер сдержанный, нордический и принимал Жорыны остроты с улыбкой. По утрам он мирно выгуливал свою собаку облачённый в дхоти с куртой, время от времени напевая себе под нос:

Харе Кришна Харе Кришна

Кришна Кришна Харе Харе

На следующее утро Жора его подловил во дворе рядом с детской песочницей, как раз в тот момент когда Вася собирал фекалии болонки в маленький целлофановый пакетик.

— Привет Василий, как дела? — поприветствовал кришнаита Жора

— Здравствуйте Георгий, да вот выгуливаю засранца — улыбаясь ответил убеждённый кришнаит

— А я к тебе по делу, мы могли бы спокойно переговорить где нибудь?

— Конечно, что-то случилось? — с удивлением — Давайте присядем на лавочку во дворе. Через пару минут они сидели рядом на скамейке под платаном без листьев и Жора рассказал ему всё, что с ним произошло в последнее время. Вася внимательно слушал не перебивал, только иногда его левая бровь дугообразно ползла вверх от удивления.

— Странный случай, обычно душа перемещается в животных, когда она грешна. Вам супруга случайно не изменяла с кем то?

— Никогда, мы любили друг друга

— Знаете, что мы можем сделать, я приду к Вам домой и буду читать молитвы, а Вы тем временем попробуете войти с ней в контакт и расспросите её хорошо обо всём.

На следующий день Василий облачённый в белые одежды с бусами в руках, как и договаривались пришёл в шесть вечера, после работы. Лицо его было серьёзным и сосредоточенным. Он попросил стакан воды, выпил, от чего его кадык заходил как челнок швейной машины. Увидев Баську, которая сразу ощетинилась при его виде, он кивнул головой и спросил:

— Она?

— Она, моё рыжее чудо — беря на руки царапающуюся кошку

— Ну, что приступим, Вы Жора сядьте с ней на диван, закройте глаза и повторяйте в уме, за мной слова которые я буду произносить. Не бойтесь, в какой то момент, вы заснёте, главное удержать кошку рядом. Когда вы войдёте в состояние транса, то сможете с ней разговаривать, старайтесь не кричать, не обижать и не ругаться с ней. Хорошо, договорились.

— Да, конечно — кивая головой в знак согласия

— Когда то в прошлом монахи молились днем и ночью, чтобы дойти до Господа. Не Господь отворачивается от людей, а мы от него, потому что не прославляли и не слушались советов. Расслабьтесь пожалуйста — приседая на корточки и скрещивая ноги под собой. Жора сидел на диване, на ногах лежала мурлыкая Баська и он изредка поглаживал её по спинке. Кришнаит Вася, тем временем, затянул молитву, которая скорее напоминала песню, чем обращение к Богу.

Сначала ноги налились свинцовым, по всему телу пошла тяжесть, страшно хотелось спать. Жора от страха попытался вскрикнуть, в горле пересохло, язык прилип к гортани.

По комнате ходила, как не в чём не бывало Катя, она только что закончила стирку и развешивала бельё на балконе.

— Катя это ты?

— Да — проходя мимо с полным тазом белья, не обращая на него внимания

— Ты мне ничего не хочешь сказать? Ты ничего не скрываешь от меня?

— Витя меня изнасиловал.

— Как это произошло?

— Ты был на работе он пришёл пьяный, — зазвучал глухой голос, как из преисподней — ввалился к нам в дом, долго сидел на кухне, курил. Я ему предложила чай, налила в стакан, а он, как только я вышла залез в холодильник нашёл там полбутылки водки, выпил её с горла. Когда я стала его ругать, он ударил меня по лицу, бросил на пол и изнасиловал. Помнишь когда у меня было разбитое лицо, я тебе соврала, что упала. Чтобы я молчала — Катя поставила таз с новой партией белья на пол и глядя в потолок продолжила — он дал мне денег.

— Как ты могла — хотел воскликнуть Жора, но вовремя вспомнив наставления кришнаита заткнулся.

— У нас были долги, не осуждай меня — словно читая его мысли, а что делать хоть польза какая-то. Потом с ним, что-то случилось, он сильно запил, стал агрессивным, постоянно кричал на меня, обзывал, требовал возвратить деньги назад, грозился убить меня, если я расскажу тебе обо всём. Я выкручивалась как могла. Теперь каждую ночь я снюсь ему рыжим котёнком, который жуёт ему уши. В то утро, когда я вышла на улицу, чтобы пойти на работу, он сбил меня своей машиной и умчался оставив меня умирать.

— Жора почувствовал как гулко бьётся его сердце в груди, обида и жажда мести сжигали его изнутри, отдаваясь звоном в висках.

В голове надрывно звенит будильник. Жора с трудом открывает глаза, рядом стоит Василий с будильником в руках.

— Проснись дружище — Жора смотрит, щурясь от света словно сутки провёл в погребе. В голове повторно проигрывается сказаное, каждое слова калёным железом всплывает в мозгу.

— Ну и как? — спрашивает кришнаит с прищуром — ты не поругался с ней? Рассказывай!

— Её убили — окончательно очнувшись- где Баська?

— Ты знаешь кто он, только хочу тебя предупредить о том, что самая лучшая месть — это забыть

— Никогда, слышишь никогда.

— У меня есть друг, майор полиции, давай я тебя с ним познакомлю. Может он тебе поможет.

— Ну, что здравствуй друг мой Витя — с отвращением сказал Жора держа в руках рыжую Баську. Между батарей пустых бутылок и стенкой с облезлой краской от сырости, сидел мужчина средних лет с голубыми мешками под глазами и завязанными ушами на манер Ван Гога. Витя промычал нечто непонятное и замахал руками на Жору.

Жоре сильно захотелось съездить ему по морде, он еле себя сдерживал, настолько мерзок ему был его бывший друг. Удерживало его от этого микрофон под рубашкой заклеенный скотчем и наставления майора полиции — спровоцировать, но избегать насилия любой ценой.

— Рассказывай как живёшь, что ешь, что пьёшь, неужели на стакан сел?

— Убери кошку, убери её я тебя умоляю — немного придя в себя — а тебе какое дело, как ты сюда вообще вошёл — вращая зрачками.

— Как, как, каком и вошёл — передразнивая — нашёл ключ от твоей квартиры в кармане халата у моей жены, пришёл к тебе, открыл дверь, вошёл, а тут ты сидишь. — под изумлённо приподнятые брови Виталика — А Катя где, наверное у тебя в спальне — отпуская Баську на пол, направляясь к открытой двери, где была неубранная постель — ты смотри её здесь нет, и в шкафу не найти, может ты её убил и прячешь. Признавайся.

— Да я её убил, — вскакивая из-за стола под грохот опрокинутых бутылок, потому что ненавижу тебя. Всю жизнь ты мне костью в горле! Самые красивые однокурсницы твои, работа и та у тебя лучше, здоровье, удача, даже жена тебе попалась красивее, чем моя лохудра, через год меня бросила. Вот объясни почему так, одним Господь всё даёт, а другим ничего. От его откровений у Жоры потемнело в глазах, брови нахмурились от боли, он почувствовал как запульсировало в висках и закрыл глаза. Если кто-то причинил тебе зло, не мсти. Сядь на берегу реки, и вскоре ты увидишь, как мимо тебя проплывает труп твоего врага. Вспомнил он старую притчу Лао-Цзы.

Когда он наконец открыл глаза, то увидел как мимо него уводят Витю в наручниках. Жора распахнул рубашку и стал с остервенением срывать с себя приклеенные скотчем микрофоны с прослушкой.

Рузанна во сне

У меня Ковид, подумал я прощупывая пульс, внимательно прислушиваясь к организму, сердце било ровно и часто, восемьдесят ударов в минуту. Казалось бы какая связь между гриппом и сердцем? Просто хотелось убедиться, что сердце не подкачает, в случае чего. Началась болезнь с головной боли. Потом потекло с носу, появился лёгкий кашель. Всё пройдёт, успокаивал я себя, это просто простуда, жутко не хотелось верить, что у меня Ковид. Когда на третий день у меня пропал вкус, я насторожился, на следующий день исчезло обоняние, я понял, что он у меня есть, убеждаясь в этом, по несколько раз в день нюхая баночку с перцем, которая лежала рядом с газовой плитой. Потом началась слабость, руку поднять неохота, следом страх за жизнь и здоровье окружающих. Может, я уже заразил кого то, жену, детей, соседку. Нежданно появился удушающий кашель, дышать тяжело, всё стало очень не просто. Я лежал на кровати не в состоянии пальцем пошевелить и от нечего делать, вспоминал всю мою жизнь, от рождения до сегодняшнего дня. Порой мне казалось, что я схожу с ума, настолько не хотелось умирать.

Не знаю, как я выжил, за счёт чего, какого резерва моего измотанного борьбой организма, который в нужный момент проснулся и сделал своё дело, добил ослабевшего вируса. После болезни, рассматривая себя в зеркале, или то что осталось от моего, когда то выпирающего животика с которым долгое время я не мог расправиться, я подумал: жизнь продолжается, но она теперь никогда не будет как прежде.

Я был молод, она сидела обнажённая перед мной и я очень хотел её, желание было взаимным, хотя бы, потому что она разрешила себя раздеть. Но только, дело не шло дальше этого, потому, что нельзя, она твёрдо говорила нет и это портило всё. Эта мизансцена, пережитая в молодости, неизвестно почему, после болезни, стала настойчиво появляться во сне. И так почти каждый день. Я, она, комната, кровать, серые занавески с пятном от вина внизу похожим на Африку, обшарпанные местами обои, письменный стол, выгоревший от солнца паркет, на стене часы с кукушкой показывают полтретьего. Кошмар переходящая в хроническое недосыпание. Я пытался не спать, изнуряя себя бессонницей, пью литрами кофе, но каждый раз засыпая снова вижу её. У меня в голове теперь хаос, я сам ничего не пойму. Мне, всегда казалось, что после шестидесяти лет, когда ты женат, добился чего то в жизни, когда у тебя начинаются проблемы с давлением и всё что было когда-то с тобой ушло в небытие навсегда, ничего теперь не возвратить.

Я молча иду по пустынной улице. Шальной осенний ветер крутит мусор на земле, бледные с коричневыми прожилками листья он кидает мне в лицо, воет и плачет в осиротивших кронах деревьев, которые ветками уходят в небо. Никто не хочет меня остановить, на пути к моему последнему безумию жизни, уже поздно, время начало свой отчёт.

Однажды царь Соломон пригласил эфиопскую царицу Македу к себе на пиршество, где подавалась острая пища. После пиршества, когда Македа решила остаться переночевать в гостях, она попросила царя Соломона поклясться, что он не тронет её ночью. Царь Соломон уверил, что не заберёт ничего у неё, если она не возьмёт ничего у него. Ночью царице очень захотелось пить, она проснулась и потянулась за кувшином с водой, который стоял у изголовья её кровати. Царь Соломон любовавшийся из-за двери красотой спящей царицы, сразу же вошёл в опочивальню напомнив ей об её обещании. Ведь вода это самое драгоценное из всех земных благ. Тогда царица взяла кувшин и выпила из него воду, тем самым освобождая царя от его обещаний и в ту же ночь Соломон лишил её девственности.

Вы не поверите, но я нашёл её. На мою просьбу встретиться, она ледяным голосом дала своё согласие, чем несколько озадачила меня, словно ждала моего звонка. Честно говоря, для меня это была полная неожиданность, что Рузанна так быстро согласится.

Наша встреча должна произойти у неё на квартире, где мы с ней виделся последний раз, дверь будет открыта. Таковы были её условия, которые я конечно же сразу принял.

Поминутно закрывая распахивающее от ветра пальто, не соображая от волнения, что можно застегнуться на пуговицы. Я всё время думал, что ей сказать когда увижу, может купить цветов и сладостей, или бутылку коньяка, а вдруг она меня не так поймёт, а может она постарела и стала страшной, как я например, а может ещё страшнее чем я, да куда уж дальше. Если раньше своё вспухшее от водки лицо я видел в зеркале только с похмелья утром, то теперь всякий раз когда бреюсь, удивляюсь своей отёкшей роже в анфас. Каждый раз после бритья, с зеркала на меня смотрит испуганный человек с мелкими морщинами и мешками под глазами. Куда пропала уверенность в глазах. Ах какая же всё-таки мерзость, этот возраст, пока ты молодой никогда не думаешь о старости, и правильно делаешь, ведь в молодости каждая минута дорога, каждое мгновение надо испить до конца. С такими вот, не весёлыми мыслями, я шёл по городу где родился и вырос. Мои родители поменяли работу и переехали за тысячу километров южнее, оторвав меня от друзей и Рузанны. Вот двор, где я играл в футбол с друзьями, мечтал, забивать голы как бразилец Горринча; здесь я впервые подрался из-за девушки, их было трое я один, месяц потом хромал после этого; проходя мимо обшарпанной от времени хрущёвки — здесь мы прощались Рузанной когда я её провожал домой. Ну вот и знакомый до боли дом, сколько раз я бродил под его стенами, в надежде увидеть её милое лицо в окне. Лестница, со стёртым бетоном посередине, по которой ступала милая нога, всё та же обитая кожей дверь, под номером 25. Дверь и вправду незаперта. В передней никого, на кухне тоже, так и воры могут сюда свободно пробраться, сам весь на нервах, неизвестно откуда промелькнула не в тему мысль. Переминаясь с ноги на ногу, немного помявшись, я набрался смелости и всё таки толкнул дверь рукой, зашёл. Рузанна сидела на кровати обнажённая, точно так, как я её оставил в последний раз. Ведь целая вечность прошла. Тогда не попрощавшись, я раздражённый ушёл, по английски хлопнув дверью.

Полнейшая непредсказуемость для меня, настолько всё неожиданно, я почувствовал как у меня пошли мурашки по коже, и всё же я успел заметить, как странно остановилось время для нас, часы с кукушкой на стене показывали за полночь, где-то там в далёком прошлом, между, действительностью и сном. Неужели придётся всё заново пережить. Это что? Дар свыше или самое наипрекраснейшее, что может приключиться со мной сейчас.

— Ты меня часто видишь во сне, неправда, — спросила она, грустным голосом, не поднимая глаз, я тебе надоедаю? — Представь и ты мне снишься, ты даже не представляешь как часто.

— Я щас не хочу просыпаться, если это сон — пожирая её глазами

— Нет, это почти не сон, это то что с нами случилось когда-то, и что осталось неоконченным — поднимая глаза и протягивая белую руку с голубыми венами на тыльной стороне.