I. Знак Пожирателя

- Шибко умно ты сказываешь. Комнатку-то будешь снимать, али языком трепать пришла?

«Создатель, дай терпение и укрепи мою волю!»

- Я пришла узнать о нём, - ответила Лада, доставая и выкладывая на стол перед собой медальон с изображением пылающей ладони.

- Штой-то это за шелезяка такая? Мне такое не надь. Токмо монетки.

- Это, уважаемый, знак моего Ордена. Охотников.

Старик лишь пожал плечами.

- Охотить тут некого.

- Ошибаешься. Как я уже сказала, тут останавливался человек. Его имя – Мар. Ростом в три локтя и тринадцать пальцев. Крепкого сложения, с короткими тёмными волосами.

Когда Лада закончила, старик кивнул.

- Так, - не дождавшись ответа, сказала охотница. - Значит, он здесь остановился. Хорошо. Где его комната?

- Вверху по лестнице, первая дверь одёсную. Но три дня, как его не видать.

- Спасибо. Я хотела бы осмотреть его комнату.

Старик фыркнул.

- А я сызнова хотел бы баб сношать. Да хозяйство уж не то. Не судьба, видать, мечтаньям нашим сбыться.

Лада начинала терять терпение.

- Слушай, старик. Я пройду наверх. По делам Ордена. И ты не станешь мне мешать. Потому что иначе я могу отправить тебя в петлю за препятствие Церкви, а постоялый двор твой спалить.

- Да я-то своё ужо, считай, отжил. А двор мой один на весь город. Как скажешь, будет рад наш люд, что ты их постоя лишила? Или на вилы тебя подымут, буде ты хочь самой ахримандрой?

Лада задумалась о его словах, хоть и совершенно не поняла последнего. Она была вправе исполнить все свои угрозы, но и проблемы могли возникнуть нешуточные. Стоило ли дело того?

- Я вернусь с нужными бумагами, - сказала охотница, подобрала свой медальон и развернулась, не прощаясь.

Позади она услышала короткий неприятный смешок. Хозяин постоялого двора наверняка знал, как городской голова относится к приезжим церковникам. И понимал, что «нужные бумаги» достать будет не так-то просто.

Но Лада и не собиралась этого делать. Выйдя из дверей, она обошла дом, прикидывая, где находятся окна нужной комнаты. Огляделась. В середине дня на улицах оказалось совсем мало людей. В крайнем случае, охотница легко сможет всё объяснить. Конечно, проще было просто заплатить несколько монет за комнату, чтобы получить доступ на второй этаж. Лада упрямо сжала губы. Этот мерзкий старикашка не получит ни единой векши от неё.

Стена была старой, шершавой. Тот, кто заказывал постройку, не поскупился на хорошего зодчего – такую изящную рельефную кладку пришлось бы ещё поискать. Даже в столице. Лада ухватилась за ближайший уступ и подтянулась. Не будь она такой лёгкой, восхождение стоило бы больших трудов. Но охотница весила совсем немного, и притом дни свои проводила не только в келье. Изрядную часть свободного времени охотники тратили на тренировки навыков, полезных в их ремесле. А необходимость преодолевать такие вот препятствия возникала с неприятной регулярностью.

Вскоре Лада уже ввалилась в окно, выбив при этом ставень. Выглянув, она убедилась, что её быстрый подъём не вызвал ненужного интереса со стороны редких прохожих. Теперь можно было приступить к осмотру.

Судя по всему, Мар отличался аккуратностью. Лежанка застелена, оставленные вещи находились в порядке. И никаких следов борьбы или чего-то, указывающего на судьбу пропавшего.

Лада огляделась. Обыскивать было почти нечего – в комнате кроме спального места помещался лишь сундук с вещами, среди которых не нашлось ничего интересного. Встав на четвереньки, охотница принялась прощупывать доски пола. И точно – одна из них легко подалась. Внутри лежало потрепанное перо, чернильница и кожаный футляр с листами пергамента. Достав его, Лада опёрлась спиной о стену, и углубилась в чтение.

Спустя примерно четверть часа, охотница подняла голову, размяла шею, и перебрала в уме всё, что ей стало известно. Человек Ратибора явно искал следы культа и знамения, указывающие на происки ведьм. Первым было скисшее молоко на третий день его присутствия в городе. Это Мар принял за свидетельство ведьмовских козней. Он тщательно обыскал район, в котором это произошло, но ничего не нашёл. На следующий день в другом конце города из символов Единого и икон в домах нескольких граждан полилась кровь. И это было уже серьёзно. Но – вновь никаких следов культа. Спустя ещё два дня на поле налетела стая саранчи и пожрала под корень весь урожай ржи. Это и была последняя запись. Видимо, Мар отправился взглянуть, но назад так и не вернулся.

«Первое знамение», - подсчитывала в уме Лада, - «на следующий день – второе. Через два – третье. Через три – четвёртое? Или через четыре?».

Охотница скатала листы пергамента и убрала обратно в тубус. Больше делать в комнате было нечего. Поднявшись, она замерла на миг, подавив искушение спуститься вниз по лестнице и пройти мимо старого Хрыка. Быстро сотворив охраняющее знамение, Лада прошептала «избави нас от искушения, ибо плоть слаба», и вылезла в окно, с трудом установив ставень на место. Если кто-то и заинтересовался её действиями, то решил не подходить. То ли заметив характерную шляпу, то ли не желая связываться без нужды с хозяином постоялого двора.

Книжная лавка, к которой Ладу направил прохожий, не поражала воображение. Это был обычный городской дом, на первом этаже которого располагался небольшой торговый зал. На полке в глубине, обложкой вверх, лежали лишь пять томов. Остальное пространство занимали восковые таблички, приспособления для письма и банки с чернилами. И всё же лавка выглядела пустоватой.

За большим письменным столом у дальней стены сидел высокий худой человек. На вид ему было около двадцати лет. Нос его украшали две толстые линзы в простой деревянной оправе, из-за чего глаза казались непропорционально большими. Когда Лада вошла, он резко поднялся и снял очки. Затем, потеребив их тонкими длинными пальцами, надел обратно и шагнул навстречу охотнице.

- Приветствую. Моё имя – Альгон. Чем могу быть полезен?

Голос был неожиданно глубоким и приятным.

- Я ищу карту города. Есть здесь такая?

Хозяин лавки в задумчивости смешно наморщил нос, затем решил уточнить:

- Этого города?

Лада кивнула.

- Нет, карты этого города у меня нет. Да и кому бы она могла понадобиться? Его поперёк можно пройти за полчаса. Но если есть в том необходимость, я бы мог набросать её на листе. В общих чертах.

- Буду признательна.

Лада протянула серебряную куну, что было более чем щедрой наградой за труды книжника. Тот принял монету и с благодарностью кивнул.

- Итак, - начал он. - В центре города находится площадь с храмом. Неподалёку ратуша…

Через несколько минут карта была готова. Приметных строений оказалось меньше десятка. Лада сверилась с записями Мара, и принялась отмечать на пергаменте места, где происходили сверхъестественные проявления.

Кровоточащие статуи и прокисшее молоко оказались на противоположных концах города. Поле, где пронеслась саранча – сверху от них. Лада провела пальцем вниз, до точки, с которой все свидетельства ведьмовского присутствия образовали бы на карте равносторонний крест, и постучала ногтем по нарисованному квадрату.

- Напомни, что у нас тут?

- Городское кладбище.

- Разве рядом с ним не должна быть церковь?

Альгон покачал головой.

- Была раньше, да сгорела лет двадцать назад. Хотели восстановить, а потом добрые жители Жигани решили, что одного большого храма и так хватает.

- Но земля ведь должна быть освящена.

- Конечно! Мы же не язычники какие-нибудь. Отец Ульд каждый год проводит церемонию.

Лада задумалась. Совершать колдовские манифестации на освящённой земле было делом чрезвычайно трудным. Даже опытным колдунам, чьи души безвозвратно находились в демонической власти и были потеряны для света Создателя, понадобился бы осквернённый алтарь или другие точки для приложения нечестивой силы. Если проявление должно произойти в этот день, на кладбище наверняка должны были присутствовать хоть какие-то свидетельства.

Из раздумий Ладу вывел голос Альгона.

- Ты, госпожа, отмечаешь места, где всякие странности происходят? Я слышал, люди по городу говорят, что у нас якобы завелась ведьма. Ты ведь охотница, верно?

Лада кивнула, не видя смысла скрывать очевидное.

- Может, что-то добавить можешь? Не слышал о других подобных случаях?

Альгон с готовностью кивнул.

- Говорят, свечение видели какое-то. Возле руин старой башни. Вот здесь.

Он указал на небольшой неровный квадрат неподалёку от полей. Лада кивнула, принимая к сведению, и поблагодарила за помощь.

Покинув книжную лавку, она отправилась назад в кабак, искренне надеясь, что Дроган уже был в состоянии продолжать поиски. И избавился от общества надоедливого музыканта.

Глава 15

- Что он до сих пор здесь делает?

Музыкант стоял, смиренно опустив голову. Но в уголках его губ таилась улыбка, не ускользнувшая от острого взгляда охотницы.

- Да ладно тебе! Он хороший мужик! И потом, что ты хочешь, чтобы я сделал с ним? Он свободный человек. Не могу же я посадить его в клетку!

- Он препятствует официальному расследованию. Я могу приказать кинуть его в подземелье.

Эти слова явно обеспокоили музыканта. Мормагон украдкой кинул в сторону Лады настороженный взгляд, стараясь, чтобы та не заметила. Напрасно.

- Да ничему он не препятствует! - гремел между тем Дроган. Затем, понизив голос и глубоко вздохнув, воитель продолжил. - Так. Давай потише. Мормагон отвлёк меня один раз. Но я же взрослый мужчина. Нет здесь его вины. Я сам сел в кости играть. Ну, нужно мне временами как-то отводить душу, что ж теперь? Сколько дней мы уже в пути, нормальной корчмы не видывали?

- Я тебя понимаю. Но и о своём долге забывать непростительно.

- Создатель с тобой, женщина, прекрати уже мерить всех своей монашеской меркой! Не все вокруг такие святые, как тебе того бы хотелось!

- Монашеской? - подал голос Мормагон. - Ты не просто охотница, но ещё и монашка? Святые праведники, какая невосполнимая утрата для всей мужской братии!

Лада повернула голову и молча прожгла музыканта взглядом. На этот раз он даже не попытался отвести взгляд. Пройдоха, видать, уже понял, что ему не грозит суровая кара Ордена.

- Ладно, давай закончим эти пустые препирательства, - пробормотал Дроган, предпочтя пропустить замечание Мормагона мимо ушей. - Что ты предлагаешь сейчас делать?

Этот вопрос отвлёк Ладу от размышлений, не влепить ли музыканту в зубы. Она уже сжала руку в кулак, но лишь тяжело вздохнула, обратившись в образец терпимости и всепрощения.

- Я хочу исследовать руины башни. Что касается тебя, сходи на городское кладбище и внимательно осмотри его. Ищи какие-нибудь следы подготовки тёмного ритуала. Знаки, сосредоточия энергии. Не сочти за труд.

- А мне куда отправляться? - спросил Мормагон.

Парой слов Лада обрисовала направление, в котором может отбыть музыкант, развернулась, и покинула кабак.

«Прости, всеблагой Создатель. Дай мне терпения. Дай мне много терпения, ибо плоть, как ты знаешь, слаба», - бормотала она себе под нос, направляясь к руинам.

Лада решила оставить коня в стойле. Хотя старая башня и находилась за пределами города, дорога заняла всего ничего. Охотница лишь пять раз успела прочитать полную Литанию Смирения.

От сторожевой башни осталось не так уж много. Сразу было видно, что местные постарались растащить все кирпичи, которые только получилось выбить. Поэтому на холме, среди молодой травы, желтел лишь остов из двух неполных стен донжона.

Лада заглянула внутрь, но не нашла ничего интересного. Часто так и бывает, что таинственный лес, мрачные катакомбы или заброшенные руины оказываются пустыми и скучными местами.

И всё же краем сознания она ощущала какое-то присутствие. Нечто незримое находилось поблизости. Лада закрыла глаза. Прислушалась к шелесту травы на ветру. К шёпоту камней. Тихо произнесла слова, что гулко отдались в самой ткани мироздания.

Вот он. Там, у одной из стен! Едва заметный прозрачный силуэт.

- Именем Создателя нашего, проявись!

Призрак чуть помедлил, словно раздумывая. Затем его очертания стали проступать в воздухе. Как письмена, написанные молоком, проявляются под пламенем свечи. Это был молодой мужчина с короткой бородой, в простой деревенской одежде. Теперь Лада отчётливо видела его обычным зрением, хотя он и оставался полупрозрачным.

- Кто ты, неупокоенный дух?

«При жизни меня звали Неждан, а по прозвищу Кривоух. Я был разбойником. Вместе с подельниками мы занимали эту башню. Так я и остался тут лежать».

Слова призрака доносились будто из земли под его призрачными стопами. Должно быть, именно там находилось тело мертвеца.

- Как давно это было?

«Мёртвым сложно думать о времени. Но с тех пор последний из нас стал почти стариком. А эти стены растащил городской люд. Хотя и в мои времена тут уже была разруха».

- Из вашей банды выжил один человек? Как ты узнал об этом?

«Чувствую. Ведь это его топор оборвал мою жизнь. Хоть я привязан к своей могилке, но знаю, что душегуб ещё в городе».

Что ж, Ладе не было дела до давно минувших разборок среди местных разбойников. Её интересовало другое.

- В городе, а может, где-то в окрестностях, действует культ. Его члены поклоняются существу, известному как Пожиратель. Их символ – распахнутая клыкастая пасть. Знаешь что-нибудь об этом?

На миг призрак стал более прозрачным. Сложно было судить, но лицо его казалось задумчивым.

«Что ж. Раз ты знаешь. Мы и были теми, кого ты ищешь. Теперь уже ничего не изменить. Я был молод, и мало что знал о служении. Когда мне открылась истинная суть ложного божества, я раскаялся, и хотел уйти. За это и заплатил своей жизнью. А потом и остальные. Постепенно, один за другим. Как я и говорил, нынче лишь один остался».

- Ты можешь назвать мне его имя?

«Да. Звали его Дышня».

Солнце уже клонилось к закату, когда Лада встретилась с Дроганом. Мормагон всё ещё был с ним, и Ладе не сумела скрыть своего неудовольствия. Впрочем, не особенно и старалась.

- Ничего мы не нашли. Ни следа. Ни зацепочки. Кладбище – как кладбище. Огромное, конечно. Но мы всё облазили.