Красавец и уродина

И взмахнул руками, как будто дирижировал невидимым оркестром. В следующий миг Вета услышала удивительную, волшебную музыку, по тональности похожую на вальс. Мелодия была прекрасна, и, кажется, лилась отовсюду. Толстый блюститель закона тут же выскочил из своей стеклянной будочки, порхнул к девочке и галантно пригласил ее на танец. Вета с удовольствием протянула ему руку, и через секунду они уже кружились в турах вальса по коридору. Еще через две секунды Арлан перехватил Вету на лету и со словами:

– Нашла время! – потащил ее за собой.

Они пробежали по длиннющему коридору, лавируя между танцующими парочками. Бомжи очень ловко вели женщин-посетительниц, разукрашенные девицы целомудренно кружились с оперативниками, уронившими на пол папки с делами. Две древние старушки танцевали друг с дружкой, и явно давали всем прочим фору легкостью и грациозностью движений. Вета даже залюбовалась на бывших институток, но Арлан упорно тащил ее за собой. Он распахивал двери всех кабинетов подряд и засовывал туда голову. Не обнаружив Ингу на первом этаже, ребята переместились вверх по лестнице.

Тут им повезло больше. В первом же кабинете они увидели Нелюбину, понуро сидящую на стуле. Вокруг нее кружился молоденький полицейский, выделывал балетные па и старательно зазывал на танец. Но, похоже, лишенное души тело не реагировало на дивную мелодию, и сотрудник полиции скоро упорхнул в глубь кабинета, нежно прижимая к груди протокол допроса. Дальше у окна несколько неуклюже кружились, обнимая друг дружку, худой длинный мужчина с испитым лицом, вероятно, отец Инги, и женщина в строгом костюме.

Вета и Арлан с двух сторон подхватили Ингу под руки и потащили к выходу. Когда снова миновали стеклянную будочку, Арлан на миг обернулся, скрестил руки – и музыка разом стихла.

– Быстрее! – скомандовал парень. – Через пару минут они очухаются.

– Ну ты даешь! – восхитилась Вета. – Тебе только диджеем работать!

Арлан мрачно усмехнулся и покрепче ухватил Ингу за руку. Она не сопротивлялась похищению, но шла медленно вялой походкой, и странная улыбка, так напугавшая днем Вету, не сходила с ее лица.

«Интересно, что нашел в ней Артур, – рассуждала сама с собой Громова, косясь на диковатое с длинным подбородком и слишком высоким лбом лицо без намека на хотя бы миловидность. – Но если он дружил с ней, пусть хоть и тайно, то почему так явно ненавидел меня? Непонятно все это».

За этими невеселыми мыслями она и не заметила, как вошли в парк, как приблизились к охотничьему домику.

Прежде Вета бывала здесь только на экскурсиях, с родителями и с классом. Домик был совсем небольшой, снаружи обит березовыми спилами, зато внутри скрывалось поистине царское убранство. Ведь прежде здесь останавливался и пировал царь со свитой, утомившись охотой в тогдашнем густом лесу, нынешнем заповеднике.

И, понятное дело, этот памятник царской эпохи надежно охранялся. Поэтому Вета глазам своим не поверила, когда дверь перед ними легко распахнулась, и при этом не раздался трезвон сигнализации на весь парк.

– Привидения умеют открывать замки и отключать сигнализацию? – спросила она. – Или все-таки стоит приготовиться к визиту полиции? Я не прочь потанцевать еще с кем-нибудь.

– Нет, не умеют, – усмехнулся Арлан. – Но зато очень хорошо умеют дурить людям головы. Тот, кто закрывал это домик сегодня вечером, абсолютно уверен, что сделал все, что прописано в инструкции.

Сначала в Березовом домике было слишком темно, чтобы разглядеть что-то или кого-то. Потом Арлан щелкнул выключателем, и Вета почти сразу разглядела господина Себастьяна. Старик с приветливой улыбкой парил под потолком и с любопытством разглядывал Ингу.

– Послушай, мне сейчас нужно уйти, – постучал по плечу девочки Арлан. – Ненадолго. Я только приведу сюда Бориса, и мы с ним будем по очереди дежурить всю ночь. Вернусь и провожу тебя до дому. Не побоишься остаться тут на полчаса?

Громова даже возмутилась от таких слов:

– Нет, конечно. Я не трусиха.

– Помни, что я тебе говорил о неперешедших, – шепнул ей на ухо Арлан. – Если они тебе задурят голову, то Инге уже точно ничто не поможет. Смотри, чтобы никто не начал порхать вокруг нее кругами, ясно? Лучше всего – держи Нелюбину за руку. Все время.

Вета кивнула и с опаской огляделась по сторонам. Конечно же, господин Себастьян был здесь не один. На царском диване сидела дама с высоченной прической, видимо, фрейлина, и, всем телом подавшись вперед, с очень подозрительным интересом рассматривала Нелюбину. У ее ног притулилась бедно одетая девочка лет десяти, с растрепанной косицей, она то и дело вытирала кулачком призрачные слезы. Присутствовал также молодой человек в камзоле, который вежливо раскланялся, едва Вета посмотрела в его сторону. Над всеми ними кружилась в воздухе еще одна дама, одетая по моде начала девятнадцатого века, с худым страдальческим лицом. Шлейф ее платья то и дело неощутимо скользил по лицу Веты. Девочка на всякий случай покрепче взяла Ингу за руку. Та вела себя на удивление тихо.

Потянулись минуты. Вета с интересом наблюдала за тем, что творилось вокруг нее. Заметно было, что призраки ведут между собой какую-то напряженную дискуссию, говорят, конечно, о ней и Инге. Но расслышать удавалось только шум и шорох, словно из радиоприемника, когда в нем сбилась настройка. Вот дама в кринолине за что-то наорала на девочку, и та забилась в неслышных рыданиях.

– Эй, крепостничество в России давно отменили! – возмутилась Вета и тут же устыдилась своей выходки. Не стоит озлоблять против себя призраков в такой щекотливой ситуации.

Мимо пролетел Себастьян, прошелестел что-то успокаивающее.

– …норовиста, – отчетливо услышала девочка последнее слово и испуганно вздрогнула: кажется, она начала по-настоящему слышать неперешедших.

– Спокойно, Веточка! – улыбнулся ей далекий предок. – Тебя тут никто не обидит. Уж я об этом позабочусь!

– Я боюсь не за себя, – пробормотала она. Теперь-то Громова почти отчетливо слышала то, о чем догадывалась и прежде: все разговоры обитателей охотничьего домика крутятся вокруг незанятого тела.

– С какой стати ее сюда привели, – нервно бормотала дама со шлейфом. – Подразнить нас хотят, что ли? Предлагаю напугать девчонку до обморока, выставить вон, а потом разыграть тело между нами.

– Матильда! – строго прикрикнул на нее Себастьян. – Этому не бывать!

– Нет, в самом деле, – вступила в разговор вторая дама. – Ей ведь уже ничем не поможешь. Мы можем поступить справедливо: придержать это тело до аукциона. Лично я на него даже не претендую – жить такой уродливой, фи!

И она нервно пнула ногой рыдающую девочку. Мужчина в камзоле, по счастью, не участвовал в беседе, как видно, не стремился заполучить женское тело.

И тут Вета заметила, что в домике появился еще один персонаж: в углу скромно притулилась очень славная девочка примерно ее возраста, закутанная в темно-зеленый плащ. Она со странным выражением на призрачном лице разглядывала Вету и Ингу. Как будто была с ними заочно знакома, и теперь сверяла свои впечатления. Что-то в облике этой девочки встревожило Вету, но тут прямо перед ее носом туманной завесой возникло лицо Матильды.

– Впрочем, есть лишь один способ помочь этой несчастной, – интимным полушепотом сообщила она. – Только пообещай: если ничего не выйдет, ты отдашь это тело мне. Я не так переборчива, как некоторые, – добавила она, надменно косясь на подругу, – и знаю массу ухищрений, которые любую женщину сделают красивой и желанной.

– Матильда! – взревел господин Себастьян, налетая на нее торпедой. – Отойди от девочки! Живо!

Глава 12. Дым над крышей

И тут дверь в домик распахнулась, вошли Арлан и Борис. Вета сразу приметила, что лица у обоих злые, мрачные, и догадалась: по пути мальчишки снова успели разругаться. Огорчилась, конечно, ну, когда же конец этим разборкам? Ей было досадно за бывшего одноклассника – ведь наверняка именно он первым начал новую ссору. Если бы Шварц остался в мире троллей и не вызвался сопровождать и защищать ее, честное слово, Вете было бы сейчас намного легче.

– Все в порядке? – коротко спросил Арлан и так и впился глазами в Ингу. Вета струхнула: а вдруг она просмотрела, и кто-то из присутствующих успел-таки пролезть в чужое тело. Огляделась по сторонам, судорожно пересчитывая призраков. Так, две дамы, молодой человек… Позвольте, а куда же подевалась девочка в плаще? Но, видно, все было нормально, потому что Арлан с казал:

– Ну, пойдем, Вет, провожу домой, а то твоя мама уже звонила мне на домашний. Волнуется. Тут Борис подежурит.

– Знаешь, – сказала девочка, едва они вышли из домика. – Ты проводи меня только до ворот парка. Дальше я и сама прекрасно доберусь.

– Почему? – удивился воспитанник и тревожно заглянул ей в лицо. – Я все по пути объяснил Борису, он справится.

– Но ведь он пока даже не видит призраков! Вдруг его кто-то обхитрит? Или запугает?

– Ну, будет достаточно, если он просто станет держать Ингу за руку. Рука – это печать, понимаешь? Такое тело закрыто для вторжения.

– Все равно, лучше возвращайся, – краснея, попросила Вета. – Понимаешь, в последнее время Боря ведет себя как-то странно. Он не был таким прежде… я очень боюсь, что он может что-то сделать по-своему, назло, понимаешь?

Говорить такое о приятеле было не слишком здорово, даже в жар бросило от стыда. Но Арлан отнесся к ее словам спокойно:

– Не бойся, – произнес мягко. – В серьезных вещах на Борьку вполне можно положиться. А то, что он злится и раздражается – это объяснимо. Пойми, он всегда был одиночкой, постоянно шел против течения. Он и тебя защищал, когда все остальные или травили, или поддерживали тех, кто травит, ведь так? А сейчас ему очень трудно почувствовать себя членом команды. Тем более, что я занял его место. А он еще не успел освоиться в том мире, не разобрался, где ЕГО место. Потому и злится.

Вета готова была сквозь землю провалиться от смущения. Но почему Арлан так хорошо понимает все эти серьезные взрослые вещи? А она, как обычно, оказалась дура дурой. Вот если бы можно было всегда иметь под рукой такого мудрого друга!

На миг девочка даже испугалась – уж не влюбилась ли она в Арлана? Прислушалась к себе: нет, все по-прежнему, все мысли только об Артуре. Видно, дело в том, что она очень хорошо понимает, за что можно полюбить Арлана. В нем столько достоинств! А на Артура ей было достаточно только взглянуть один-единственный раз – и никакие достоинства (или их отсутствие) уже не имели никакого значения. Наверное, в этом и заключается разница между настоящей любовью и простой симпатией.

– Ладно, – сказал воспитанник. – Наверное, мне и вправду стоит быть в домике, а тебе здесь совершенно ничего не грозит. Только иди прямо домой. Я через десять минут позвоню на городской телефон – проверю.

– Ты прямо как мой отец, – пробормотала Вета. – Можешь за меня совершенно не беспокоиться.

И в темпе зашагала к парковым воротам. Но стоило пройти с десяток шагов, как воздух перед ней словно сгустился на миг, потом снова и снова. Девочка притормозила, сообразив, что какая-то полупрозрачная тень шныряет перед ее носом, загораживая путь. Вета замерла на месте, надеясь на то, что это не новая встреча с призрачными охотниками. Тень перестала метаться, и девочка узнала томную Матильду.

– Послушай, – произнесла дама, тщательно изображая равнодушие. – Я знаю, детка, что ты не дашь мне никаких обещаний. Но все же я кое-что подскажу тебе. Единственный способ помочь несчастной – это найти того, кто пожирает годы и торгует мгновениями. Хотя и не думаю, что ты сможешь это сделать.

И призрачная фигура начала таять в воздухе.

– Подождите! – закричала Вета. – Как – найти?!

– Ищи дым над крышей, – донесся до нее голос, больше похожий на дуновение ветра.

С минуту девочка стояла на месте, превратившись в сплошной знак вопроса. Потом решительно тряхнула головой, отгоняя наваждение.

«Нет, ничего нельзя делать, не поговорив с Арланом! – сама на себя рявкнула она. – Иначе наломаю дров! При случае я спрошу его, кого имело в виду привидение, и все дела. Вот приду домой и звякну ему, или он мне».

И припустила бегом, поскольку поднялся сильный ветер, и небо сыпало противной водной пылью. И все-таки теперь Вета не могла удержаться, чтобы иногда не посматривать вверх, на крыши домов. Конечно, это было глупо. Какой дым в центре города, где все дома каменные и многоэтажные! Возможно – размышляла она на ходу – если отправиться на окраину города, за переезд, где сохранились маленькие домишки, в которых все еще печное отопление, – там этого дыма над крышами будет предостаточно. Но вот что это даст? Не заходить же в каждый такой дом и не спрашивать хозяев, кто здесь пожирает годы и торгует мгновениями? Нетрудно вообразить, что услышишь в ответ.

И вдруг она замерла на месте: над девятиэтажным домом в небо поднимался белесый столб дыма. Вета протерла очки, потом глаза, старательно поморгала. Но нет, дым на фоне темного неба стал заметен еще отчетливей.

В первый момент руки девочки так и потянулись к телефону – она собиралась звонить пожарным. Но быстро одумалась: этот дым совсем не походил на черный, клубящийся, какой она однажды видела еще маленькой в деревне, когда горел соседний дом. К тому же, столб дыма поднимался в небо вертикально, вопреки порывам ветра. А это лучше всего прочего говорило о его сверхъестественной природе. Возможно, если она вызовет пожарную бригаду, ее оштрафуют за ложный вызов, и все дела.

Девочка осторожно приблизилась к подъезду. Входных дверей оказалось целых две: одна вела напрямую к лифту, вторая – на лестницу. Вета знала, что в таких домах крайне опасно ходить в одиночку по лестницам, ведь там может расположиться кто угодно, а звать на помощь будет бесполезно. Но все-таки решила рискнуть. Открыла нужную дверь и начала осторожно подниматься по ступеням, прислушиваясь к каждому звуку.

Она уже достигла, отдуваясь, площадки перед последним этажом, когда услышала жуткое рычание, буквально пригвоздившее ее к полу. Огромная грязно-белая собака, размером с овцу, с горящими глазами и свисающей до пола клочковатой шерстью, двигалась на нее из полутьмы – лампочка именно на этом этаже была слишком тусклая. Девочка в ужасе пискнула, вжалась в стену и закрыла голову руками.

Вета, к несчастью, хорошо знала эту собаку: она часто бегала по их району, пугая всех своими размерами и жутким оскалом. Никто никогда не решался приблизиться к ней. Правда, и собака обычно никого не трогала. Но однажды Громова своими глазами видела, как псина прыгала на испуганную старушку, в другой раз она с лаем бросилась вдогонку за молодой, но очень худой и бледной женщиной. Догнала, сбила с ног, и, наверное, сожрала бы вместе с одеждой, если бы не вмешались прохожие…

Девочка затаилась, мысленно прощаясь с жизнью. И вдруг услышала дребезжащий старческий голос, подзывающий собаку. Та немедленно перестала рычать, замерла на месте, но взгляд ее пылающих глаз Вету отнюдь не успокоил. Она убежала бы прочь – если б могла хотя бы сдвинуться с места.

– Не бойся! – крикнул ей старик, он лежал в углу площадки на куче старых одеял и истлевших газет. – Что, неужто лифт сломался? Тогда нужно собирать манатки, все равно сейчас погонят, – уже себе под нос забормотал бомж и встал на четвереньки. До носа Веты донесся ужасный запах его лежбища.

– Нет, с лифтом все в порядке, – поспешила сказать девочка. – Я специально поднялась пешком. Я ищу… в общем, я видела странный дым над этим домом…

Вета смешалась и опустила голову, не зная, что еще сказать. Скорее всего, бомж никакого отношения к дыму не имеет, да и сам дым, возможно, ей всего лишь почудился.

– Ага, – с понимание отозвался старик. – Тогда ты пришла по адресу. Сядь, Боун, не рычи. Эта юная особа пожаловала к нам по делу.

Громова окончательно растерялась. Что говорить, как объяснить свое появление здесь? Старик поспешил ей на помощь, спросил ласковым голосом:

– Ты кого-то потеряла, красавица? Кто-то покинул этот мир, и ты не в силах с этим смириться? Мать, отец… любимый?

– Любимый, – прошептала Вета. – И… подруга.

– Когда же это случилось?

– Вчера.

– Ну, это поправимо, – произнес старик таким тоном, будто речь шла о сущем пустяке. – Могу помочь твоему горю. Конечно, это потребует определенной платы…

– Платы? – встрепенулась девочка. – Какой платы?

Бомж с улыбкой погрозил ей грязным пальцем:

– Об этом ты узнаешь, когда дело будет сделано. Только так, и не иначе.

– Но как же так? А если я не смогу вам заплатить? Речь ведь, наверное, не о деньгах, да?

– Сможешь, не волнуйся, – ответил старик. – Впрочем, если уже сейчас начинаешь торговаться, возможно, тебе не так уж дороги ушедшие, а? Тогда, конечно, не о чем и говорить… Ложись, Боун, девушка уже уходит…

Вета похолодела от его слов. Неужели он прав, и она не готова пожертвовать всем на свете, чтобы спасти Артура?

– Ты можешь подумать, – снова пришел ей на помощь старый бомж. – Я тебя не тороплю. Только помни: с каждым потерянным днем и даже часом плата будет возрастать.

– Да-да, – отступая, забормотала Вета. – Я, наверное, немного подумаю, простите.

И бросилась вниз по ступенькам. Последнее, что она слышала, это как старик окриком останавливает зашедшуюся хриплым лаем собаку со странной кличкой Боун.

На следующее утро Вета проснулась в самом ужасном настроении за всю ее жизнь. Сначала ей показалось, будто ночью приснился кошмар: она запросто общалась с призраками, потом торговалась со странным стариком, а чудовищная собака пожирала ее глазами и плотоядно облизывалась… И как будто сегодня должны хоронить Артура. Тут она поняла, что все так и обстоит, и захотела снова забыться сном.

Но вставать все-таки пришлось. Хотя в школу идти было не нужно: занятия отменили в связи с проведением городской олимпиады по математике. Вета в ней не участвовала – все-таки она была новенькая, и учителя справедливо решили, что с нее на новом месте и так достаточно испытаний.

За завтраком мать посматривала на Вету с очень странным выражением. Наверное, осуждала за то, что дочь отказалась пойти на похороны одноклассника. От этого взгляда девочке стало так паршиво, что она выскочила из дома, не допив свой чай.

Первым делом нужно было отыскать ребят и Ингу. Охотничий домик, конечно, уже открылся для посетителей, идти туда бесполезно. Значит, ребята перебрались куда-то, но вот куда? Вета попробовала позвонить Арлану на мобильный – он оказался отключен. На душе сразу сделалось как-то тревожно.

Громова стояла посреди улицы и задумчиво глядела в сторону дома, над которым вчера видела дым. Сегодня же ничего подобного не наблюдалось. Интересно, если она все-таки решится, то сумеет ли отыскать старика? Кажется, прежде она часто видела его в районе рынка с мешком за спиной и стопкой перевязанных картонок в руках. Да и собака вечно носится по окрестным дворам, если за ней проследить…

«Нет! – одернула себя девочка. – Нельзя ничего делать, не поговорив с Арланом! Он лучше разбирается во всяких чудесных вещах. Если такой способ помочь Артуру и Инге существует – он наверняка знает об этом».

– Вета! – окликнул ее знакомый голос. К ней как раз приближался Арлан. – Ты почему торчишь здесь с таким странным видом? – подозрительным тоном спросил парень, в темпе огляделся по сторонам.

– Так, ничего, – смутилась Громова. – Пытаюсь сообразить, где вас искать.

– А мы все в школе! – бодро отозвался воспитанник. – Там сегодня олимпиада, толпы народа, никто ни на кого не обращает внимания. Мы уже накормили Ингу в школьной столовой, и теперь Борис приглядывает за ней.

– Боря ведь должен был участвовать в олимпиаде от нашего класса, – зачем-то вспомнила Вета.

– А я уже поучаствовал, – развеселился Арлан. – Надеюсь, класс не опозорил.

– Откуда вы, воспитанники, так хорошо знаете земные науки? – догадалась спросить Вета. – Не думаю, что тролли изучают в школе всю эту физику с математикой.

– Нет, конечно, в том мире эти науки ни к чему, – подтвердил воспитанник. – Нас обучают всему вернувшиеся подменыши. Кроме того, существуют книги.

Вета была рада, что сегодня ее друг выглядит таким бодрым, даже веселым. Кажется, он понемногу начинал привыкать к жизни среди людей.

– Пойдем к тебе! – распорядился Арлан. – Повидаем господина Себастьяна – хочу поблагодарить его за любезность. Он нас здорово выручил! А потом нужно будет сменить Бориса.

– Скажи, – осторожно начала Вета по дороге к дому, – ты считаешь, Инге еще можно помочь? Ну, есть хоть какие-то доступные средства?

– В этом мире – нет, – моментально ответил парень. – Но, когда мы вернемся в наш мир… ну, то есть вы вернетесь в ваш мир, – поправился он, и радостное возбуждение стекло с его лица, словно маска соскользнула. – Так вот, там старейшины попытаются что-нибудь сделать. Но я не уверен, раньше ведь ничего подобного не происходило…