Красавец и уродина

– Инга Нелюбина могла бы стать хорошей свидетельницей. При условии, если бы удалось отыскать и вернуть ее душу. А вместе с ней и память.

– Не понимаю, как Инга может одновременно находиться дома и быть похищена Дикой охотой, – бормотнул Шварц.

– Ну, дома находится только ее телесная оболочка, – начал разъяснять Арлан. – Иногда случается, что тела возвращаются домой. Хотя чаще погибают через пару часов или даже минут после нападения. Вы поймите: ей ведь сейчас ничего не надо, ни еды, ни питья. Ей кажется, что у нее все отлично, на ней красивая одежда, и все вокруг тоже замечательно! Тела не чувствуют голода и через некоторое время все равно гибнут. Кстати, это она на вас напала.

– Инга?! – хором воскликнули ребята.

– Наверное, вы сказали что-то, что ей не понравилось. Вообще-то, у диких охотников нет свободной воли, их разум коллективный, ну, как у пчел. Но новички иногда своевольничают. С нее, в общем-то, спросу никакого. Но вот то, что охотники напали на дитя троллей – это невероятно!

– Почему?

– Людям на своих наплевать! – с ходу оседлал любимого конька Арлан. – Да они даже не понимают, что происходит. Думают, что человек сошел с ума или перебрал с наркотиками. Тролли – другое дело. Они будут до последнего бороться за своего. Если не смогут выручить, то хотя бы отомстят!

– Значит, душу Инги еще можно спасти? – оживилась Вета.

Арлан выразительно вздохнул.

– Откуда мне знать? Я никогда ни о чем подобном не слышал. Ну, чтобы так нагло нападали на троллей. Как бы это не привело к войне.

Последнюю фразу он сказал с таким скрытым торжеством в голосе, что Громова покосилась на него с подозрением:

– Что, как все парни, обожаешь войнушку?

– Нет, – очень серьезно ответил ей Арлан. – Просто, если начнется война, мы, воспитанники, сможем вернуться в тот мир. Конечно, кто захочет. Но уж я-то точно…

– Эй, а как же родители? – заволновался Борис.

– Старейшины что-нибудь придумают. Поколдуют со временем, подменышей вернут или еще что…

Вета лишь горестно повздыхала на ходу. Не слишком радостно думать, что мир, в котором ей еще только предстоит жить, может очень скоро погрязнуть в войне.

Глава 9. Похитители тел

За разговором они успели выйти из парка, но Вета и тут не забывала каждую секунду тревожно оглядываться и принюхиваться.

– Здесь не нападут, – сказал Арлан. – Охотники обычно подстерегают свои жертвы возле воды. Так что никогда не стоит лить слезы на берегу речки или озера.

А потом он повернулся к Боре и спросил:

– Ты ночь где собираешься проводить?

– За меня не волнуйся, – коротко ответил Борис. – Устроюсь где-нибудь, не впервой.

– Не дури! – Арлан вынул из кармана ключи и протянул Шварцу. – Наши родители уехали на пару дней на дачу. «Закрывать сезон», как они выразились. Ты выспись, переоденься, и вообще…

– А ты сам куда это собрался? – сощурился Борис.

– А я сначала провожу Вету до дома, свяжусь со старейшинами. Доложу, что да как… А потом придумаю, как похитить Ингу.

– Что? – споткнулась на ходу Громова. – Кого ты собираешься похищать?

Боря и вовсе превратился в сплошной знак вопроса.

– Вы что, не слушали, о чем я вам говорил? – ответно удивился воспитанник троллей. – Тело без души может погибнуть в любой момент. Порезаться – и не заметить, как вытечет вся кровь. Или загореться – и сгореть дотла вместе с домом, ничего не почувствовав. И еще надо следить, чтобы она пила и ела. Есть идеи, как это сделать?

– Ой, и правда, – вздохнула Вета. – Знаешь, я даже не подумала об этом. Ну, в том смысле, что вот Артур… его же хоронят завтра, а в другом мире он жив и здоров. Я думала, мы все немножко умерли, когда попали в мир троллей. И тела теперь не так уж важны.

– Артур – другое дело, – отрезал Арлан. – А вот Инге мы поможем, если только сохраним ее тело до тех пор, пока старейшины не решат, как вернуть ей душу. Все, расходимся по домам!

Борис не стал спорить: видно, ему ужасно хотелось побывать в своей квартире. Торопливо попрощался с Ветой, кивнул Арлану – и рысцой припустил прочь. А Вета с Арланом пошли по проспекту к ее дому. Тут уж девочка набралась мужества, и задала вопрос, который мучил ее больше всего на свете.

– Скажи мне, только правду, – попросила она. – Если нам не удастся доказать, что во всем виновата Дикая охота, то что тогда произойдет с Артуром?

Парень покосился на нее почему-то виновато, вздохнул.

– Да ничего хорошего, в общем. Его ждет вечная служба в Мертвом воинстве, – тут словно бы судорога пробежала по его телу от макушки до ступней. – Это удел всех самоубийц, если, конечно, у них нет каких-то особых заслуг. Никто не знает, кому служит это воинство, даже тролли. Иногда они выступают на стороне добра, иногда – зла. Существует версия, что они нужны для поддержания равновесия в мирах…

Он продолжал что-то рассказывать, но Вета старалась не слушать, и была очень рада, когда подошли к ее дому.

Дверь открыла мама. Она с десяток секунд смотрела на Арлана странным взглядом, как будто не узнавала. Вета уже собиралась представить товарища, вот только как его назвать? Но тут мать воскликнула:

– Боренька, да ты ли это? А я даже не сразу узнала. Знаешь, ты стал таким симпатичным!

Арлан пятнисто покраснел, а Вета сердито воскликнула:

– Мам, ну ты же видела Борьку три дня назад! Вряд ли он за это время так уж сильно изменился!

– А что? – возразила мать. – Иногда пара дней только и требуется, чтобы гадкий утенок превратился в лебедя. Ты, кстати, тоже сильно похорошела, дочь моя, вчера это даже отец подметил. Вот бы еще вылезла из своих вечных джинсов и надела что-нибудь приличное. Боря, ты повлияй на нее!

Вета за руку оттащила Арлана в свою комнату, перевела дух и досадливо проговорила:

– Не обращай внимания. Мама у меня чересчур откровенная. Ничего, скоро у нее будет такая красивая дочка, о какой она всегда мечтала.

И вдруг Арлан ужасно удивил ее, сказав:

– Вовсе нет. Я хорошо знаю воспитанницу, которая тебя заменит, мы друзья. Она, конечно, ничего себе… Но, на мой взгляд, ты гораздо красивее.

Вета замерла на месте, ноги сделались ватными, лицо, кажется, превратилось в половинку свеклы. Никто никогда не называл ее красивой. Невозможно было поверить, что Арлан говорит это серьезно.

– Смеешься? – свистящим полушепотом спросила она. – Да я просто уродина! Впрочем, как и все подмененные дети.

Теперь настала очередь Арлана смотреть на нее с изумлением.

– Ты вправду так думаешь? – спросил он растерянно. – А разве моя мама… то есть Саломея – она некрасивая?

Вета мысленно представила Саломею, вспомнила ее необыкновенное, словно излучающее свет лицо – и затрясла головой:

– Нет-нет, она ужасно красивая!

– Вот видишь, – подытожил парень. – Среди троллей считается, что человеческие дети могут быть очень симпатичными, но всегда выглядят… как бы сказать… простовато. Когда я увидел тебя, то сразу подумал, что ты самая красивая из девочек, которых я там встречал.

Вете хотелось провалиться сквозь паркет – и одновременно хотелось, чтобы этот миг длился вечно. Ох уж эта удивительная откровенность Арлана! Нет, нужно поскорее отвлечь внимание от своей персоны!

– Людей ты не очень жалуешь, – сказала она нарочито грубоватым тоном. – Значит, ты, наверное, был влюблен в какую-нибудь из тамошних девочек, да? И вам пришлось разлучиться?

– Не был я влюблен, – ровным голосом возразил Арлан. – Знаешь, мне в том мире хватало занятий и без этих глупостей. Одни выпускные испытания чего стоят! А потом, любовь в мире троллей – это очень серьезная штука.

– Здесь тоже!

– Даже не сравнить! Разве в этом мире влюбленным нужно проходить испытания за право быть вместе? А потом, зачем бы я стал морочить голову какой-нибудь девчонке из того мира, зная, что нам придется расстаться навечно? Слушай, а давай, наконец, займемся делом! – не выдержал и распсиховался Арлан. – Наши старейшины ведь до сих пор не знают, что случилось с Ингой.

– И когда ты собираешься им об этом сообщить?

– Да вот прямо сейчас и собираюсь. Надеюсь, твоя кошка дома? Или у вас собака?

– Наша Муська? – растерялась Вета. – Зачем она тебе?

– А ты не догадываешься, как старейшины и твои родители в том мире могли узнавать все про тебя? Когда у вас появилась кошка? – спросил Арлан.

– О-очень давно! Мама рассказывала, что, когда меня привезли из роддома, кошка просто прошмыгнула следом за родителями в нашу дверь. А они были так заняты со мной, что просто руки не доходили отыскать ее в квартире и выставить вон. А потом уж привыкли, полюбили и не стали выгонять.

– У всех подменышей в доме обязательно живет какое-нибудь живое существо, которое появилось там неожиданно. Ну, или во дворе, на худой случай… Это как видеофон, понимаешь? В общем, зови свою кошку и расскажи очень подробно обо всем, что вы с Борисом сегодня узнали, – приказал ей Арлан.

«Раскомандовался!» – подумала Громова, но спорить не стала. Вместо этого заглянула под свою кровать и сразу обнаружила там крепко спящую домашнюю питомицу. Вытащила, посадила себе на колени и зашептала в меховое ухо:

– Муся, ты только не волнуйся, в твои годы это вредно. Я тебе сейчас кое-что расскажу, а ты уж передай, кому нужно…

И тут Вета услышала сдавленное хихиканье. Сердито оглянулась: Арлан сложился пополам и надул щеки, едва сдерживая новый приступ смеха. Наконец-то он выглядел нормальным шестнадцатилетним подростком.

– Что я такого сделала? – спросила, невольно улыбаясь вслед за ним.

– Слушай, разве я сказал тебе, что кошка понимает человеческий язык? Это просто как наговорить на автоответчик, ясно? Ладно, лучше уж я сам!

Он подхватил Муську под пушистое брюшко, положил к себе на колени и начал четко и ясно излагать события прошедшего дня. Насчет того, что кошка ничего не понимала – тут Вета до конца ему не поверила. Вон как вздрогнула Муська, когда Арлан начал рассказывать про Дикую охоту! И даже мяукнула горестно, когда речь зашла об Ингиной кошке, безжалостно выброшенной из квартиры.

Закончив свой рассказ, Арлан повел себя в высшей степени странно. Он низко склонился над кошкой, почти коснулся щекой ее шкуры (тигрового окраса, как гордо утверждала мама), прислушался – и радостно-удивленная улыбка расплылась по его лицу.

– Надо же, мурлыкает! Я именно так себе это и представлял!

– Что, разве в том мире совсем нет кошек?! – изумилась Вета.

– Есть, конечно, полно. Только они там совсем другие. Сама увидишь. Давай теперь обсудим, что нам делать с Ингой.

Вета сделала вид, что задумалась. Иметь дело с Нелюбиной после того, как та чуть не прикончила их с Борькой, ей совершенно не хотелось.

– Слушай, а когда старейшины отправят за нами кого-нибудь? – спросила она. – Может, так скоро, что Инга и сама как-нибудь продержится?

– Думаешь, это так просто? – упавшим голосом спросил Арлан. – Переходы между мирами постоянно закрываются, а те, что остаются, становятся все более опасными. Сначала мы думали, что это происходит из-за людей. Ну, они ведь вырубают леса, срывают старинные курганы, и все такое. Но потом оказалось, то же самое творится и между другими мирами, где никто ничего подобного не делает.

– Ух ты! – поразилась Вета. – А что будет, если однажды все переходы закроются?

– Ничего хорошего, – пожал плечами Арлан. – Некоторые миры погибнут, другие уцелеют, но жизнь в них сильно изменится. Об этом, кстати, никто еще не знает, – с этими словами парень строго взглянул на Вету. – Я в курсе только потому, что мой отец… то есть Реррик, он занимается созданием особых переходов на самый экстренный случай. Чтобы, если закроются все остальные, успеть вывести по нему сразу всех подменышей и воспитанников.

«Значит, этот мир погибнет», – догадалась Вета. Ей захотелось заплакать. Лишь великим усилием воли удалось прогнать назад уже выступившие на глазах горячие слезинки.

– Раньше было здорово, – с мечтательным выражением на лице сам едва не мурлыкал Арлан. – Прежде чем перебраться в мир людей, воспитанники отправлялись в путешествие. Всего за неделю успевали побывать во всех городах, где кому-то из них предстояло жить. Ну, как бы заранее гостили друг у друга, понимаешь? Посещали и другие миры, дружественные нам. А еще можно было навещать родных. Некоторые тролли ухитрялись заново познакомиться со своими приемными семьями.

У Веты от его рассказа аж дыхание перехватило. Ах, как бы было здорово не прощаться с родителями навсегда! Пусть даже они перестанут ее узнавать, она бы нашла способ понравиться им заново, стать, к примеру, другом семьи. Чтобы не раскиснуть окончательно, девочка решила срочно переходить к насущным вопросам.

– Слушай, ты сказал, что твоих родителей все выходные не будет дома, – торопливо заговорила Громова. – Может, стоит отвести Ингу к вам? Там вы с Борей сможете за ней присмотреть.

– Нет, – мигом отклонил предложение Арлан. – Мы не знаем наверняка, какая связь сохраняется между телом и похищенной душой. Вдруг другие охотники потом станут разыскивать ее? Поэтому лучше не впутывать в это никого из людей.

– Но ты и сам – человек, – напомнила Вета.

– Я защищен в тысячу раз лучше, чем любой из обычных людей! – немедленно парировал Арлан. – Слушай, а снять номер в гостинице мы можем?

– Вряд ли. Конечно, паспорта у нас есть, но кто сдаст номер подросткам без родителей? Поостерегутся, наверно.

– Черт, забыл, как вы поздно в этом мире взрослеете, – досадливо проговорил парень. – Ладно, давай предлагай, ты ведь лучше в здешних порядках разбираешься.

Глава 10. Домашний призрак

Вета изо всех сил напрягла мозговые извилины – даже в глазах потемнело. Но ничего путного придумать не удавалось. Она как раз развивала тему про какой-нибудь заброшенный домик в деревне, когда заметила, что Арлан ее не слушает, а неотрывно смотрит в угол комнаты, дальний от окна, за шкафом.

– Слушай, – занервничала девочка. – Если тебе неинтересно, или ты сам придумал что-нибудь получше, то скажи…

– Подожди, – оборвал ее парень. – Мы здесь не одни.

– Что-о?!

Вета едва сдержалась, чтобы не вскочить со стула и не броситься вон из комнаты, под защиту матери. Мало ей разве свихнувшейся Инги Нелюбиной? Вполне возможно, что Арлан тоже не перенес разлуку с миром, в котором вырос и к которому был так привязан.

– Кого ты там видишь? – спросила с опаской, вглядываясь в темноту за шкафом. Верхний свет не горел, комнату освещала лишь настольная лампа, за границами оранжевого круга царил полумрак. На миг ей показалась, что в том углу тьма и впрямь была особенной, более густой, а еще клубящейся, что ли…

– Там какой-то неперешедший, – шепотом ответил ей Арлан. – Ну, призрак, если по-вашему. Ты и сама можешь его увидеть. Попробуй сосредоточиться и удержать взглядом какую-нибудь деталь. И не моргай. А я пока с ним переговорю.

И храбро спросил у темноты:

– Кто вы такой?

Вете ничего не оставалось, как последовать совету друга. Напрягая до боли глаза и под очками придерживая веки пальцами, она вглядывалась в темный угол, пыталась поймать взглядом хоть что-то. Но ничего из этого не выходило. Арлан же продолжал, как ни в чем не бывало, вести разговор с невидимкой, и это сводило с ума.

Но вдруг что-то произошло. Тьма в одном месте словно прорвалась, и Вете удалось увидеть какой-то белесый предмет, похожий на ручку или карандаш.

«Палец!» – секундой позже догадалась она. И почти сразу разглядела размытый силуэт худого старика с седыми волосами до плеч и с густыми бакенбардами. Одет он был, кажется, во фрак, осанку имел вполне моложавую. Губы старика шевелились, но глаза были прикованы к девочке. На нее же был направлен его длинный палец.