Красавец и уродина

– Какое там! Они перепугались, стали названивать Арлану на мобильник, не дозвонились и запаниковали. Кажется, только наш пес Кобальт меня узнал. Да и тот смотрел удивленно, как будто хотел спросить, какого черта я тут делаю. Да я и сам уже понял, что нужно оттуда убираться и дорогу забыть. А ты как? Надеюсь, никаких глупостей пока не наделала?

– Вот еще! – надулась Громова. – Я в жизни своей глупостей не делала. Ну, не считая того дня, когда прогуляла школу и подобрала чужой пригласительный билет. А кстати, где в самом деле Арлан?

– Откуда мне знать? Наверное, тоже делает глупости. Может, пытается найти дорогу к своим… то есть, к моим родителям. Тьфу, запутался! Ладно, ты узнала чего-нибудь?

– Узнала, – вздохнула Вета.

Ох, как же ей не хотелось рассказывать Боре о том, что она выведала у женщины с коляской. Но пришлось. Борис, конечно, вытаращил на нее глаза и нервно захихикал:

– Ну и дела, – сказал он, наскоро маскируя хихиканье под приступ кашля. – Знал я, конечно, что с Гариным опасно связываться… Но что он, оказывается, иногда охотится на учеников нашей школы! Надо припомнить, не исчезал ли кто бесследно начиная с первого класса.

– Перестань! – заорала Вета. – Не надо так об Артуре!

– Почему не надо? – с невинным видом спросил Шварц. – И почему нужно считать его славным парнем – только потому, что у него симпатичная мордашка? Не будь ее, ты сама прекрасно бы поняла, что ничего хорошего в нем нет, одни дурацкие понты.

– Дело не в его внешности, – наступая на него, отрезала Вета. – А в том, что Артур попал в переделку. И только мы можем ему помочь.

– Даже если он монстр, который охотится на девчонок? Слышала же, что советник сказал?

– Артур не монстр! Советник Эвалонг сказал, что он не человек, но это же не значит… Мы ведь с тобой тоже не… В общем, если будешь продолжать в таком духе, то лучше нам действовать поодиночке.

– Все, молчу, – тут же заявил Борис, уже оттесненный на самый край пирса. Даже руки вскинул в знак того, что сдается. – Действовать будем сообща. Предлагаю сходить домой к Инге. Вдруг там что-нибудь узнаем?

– Принято, – кивнула девочка.

Глава 8. Очень странная Инга Нелюбина

По дороге к дому Инги Боря рассказал все, что знал о девочке из параллельного класса. История получилась нерадостная. Вета узнала, что Инга Нелюбина рано осталась без матери. После смерти жены отец сперва как мог присматривал за дочерью, но потом начал выпивать и приводить в дом «новых мам», как он их называл. Нелюбина никогда не была веселой или компанейской девчонкой, а в последние годы так и вовсе замкнулась в себе, друзей в классе у нее не было.

– Откуда ты все это знаешь? – к концу рассказа удивилась Вета.

– Ну, раньше нас обоих часто посылали на межшкольные олимпиады. По дороге много чего друг дружке расскажешь. А потом Нелюбина забросила учебу.

– Странно, разве тролли могут отдать своего ребенка в неблагополучную семью? – задумчиво произнесла Громова и поежилась.

– Ну, она ведь не с самого начала была неблагополучной. А расторгнуть договор крайне трудно, так мне вчера Саломея сказала. Кстати, – вдруг заволновался Борис, – я сейчас только вспомнил, что Инга с Артуром жили в одном подъезде.

– Они общались? – так и подпрыгнула Вета.

– Нет, разумеется. Сама знаешь, Гарин терпеть не может тех, кто не похож на картинку из глянцевого журнала.

Вета предпочла не заметить очередной выпад. К тому же, как ни грустно сознавать, но на этот раз Боря сказал правду.

А между тем за разговором они уже подошли к длинной пятиэтажке на окраине города. Громова вяло удивилась: раньше была уверена, что Гарин с семейством обитает как минимум в особняке с видом на парковую зону.

Лифта не было, и ребята начали пешком подниматься по лестнице. Вета шагала со ступеньки на ступеньку и думала о том, за какой из этих дверей жил Артур. Вдруг на третьем этаже она ощутила что-то: будто волна безысходного горя сочилась по площадке от одной из квартир. Девочка присмотрелась и заметила на коврике у двери несколько мелких искусственных цветков, выпавших, должно быть, из венка. Зажала себе ладонью рот, чтобы не вырвался стон, бросилась догонять друга.

– Пришли, – сказал Борис, останавливаясь перед квартирой на четвертом. – Думаю, никого нет дома. Какой бы у Нелюбиной не был никудышный отец, а все равно наверняка сейчас носится по городу, старается отыскать дочку. Предлагаю начать с соседей…

Но Вета уже надавила на кнопку звонка. Он пугающе резко прозвучал за дверью, потом еще и еще раз. Но никто не спешил им открывать, только прибежала с верхнего этажа небольшая дымчато-серая киска, начала суетливо тереться о ноги ребят и жалобно мяукать.

– Смотри-ка, Ингина кошка, видел ее на фотках, – удивился Шварц. – Как-то она странно себя ведет!

Кошка в самом деле вела себя необычно, она как будто отталкивала ребят от квартиры, упиралась лапками в их колени, мяукала все громче и пронзительней.

– Я же говорил, что дома никого нет, – минуту спустя подвел итог Боря. – Так что, я звоню соседям?

– Подожди! – замахала на него руками Вета. Как раз в этот момент ей послышался какой-то шорох за дверью, и она принялась звонить с удвоенной энергией. Даже пару раз стукнула кулаком, потом развернулась, чтобы хорошенько поработать пятками…

Но тут дверь рывком распахнулась. На пороге стояла немного сутулая девушка с хмурым и неприветливым лицом. Темные кудрявые волосы ее сильно смахивали на мочало, широкие брови сердито хмурились, глаза сузились в щелки, и, казалось, она с трудом удерживала веки открытыми. Похоже, настойчивые звонки разбудили ее.

«Наверно, это сестра Инги, – подумала Вета. – Хотя нет, Борька вроде сказал, что она была единственным ребенком в семье…»

– Привет, Инга! – подал в этот момент голос Борис. – Ты, оказывается, дома? А тебя все обыскались!

Девушка посмотрела на него недоумевающим взглядом и попыталась захлопнуть дверь у ребят перед носом.

«Да ведь она Борьку теперь не узнает!» – сообразила Громова. И поспешила вмешаться:

– Мы вообще-то из школы, Инга. Я учусь в параллельном классе, но только с этого года, поэтому ты меня, наверное, еще не видела. А это – мой друг. Мы зашли узнать, как у тебя дела. Ты ведь сегодня не была на занятиях, да и вчера тоже…

А про себя Вета подумала:

«Что за ерунду я несу? Сейчас спросит, почему пришла я, а не кто-нибудь из ее одноклассников. Да еще какого-то подозрительного друга с собой привела…»

Но Инга молча посторонилась, разрешая им переступить порог. Любезнее выглядеть при этом она не стала.

Серая кошечка постаралась за компанию проникнуть в квартиру, но это ей не удалось. Едва она оказалась в коридоре, как Инга подсунула босую ступню под пушистый животик и с силой отшвырнула кису обратно на площадку. Та с жалобным воплем врезалась в дверь напротив. Вета вскрикнула, а Борис поморщился.

– Вообще-то мне некогда принимать гостей, – резким, неприятным голосом произнесла Инга. – У меня все хорошо, просто отлично, ясно вам? Можете рассказать об этом в школе, если кому интересно…

– Постой, но что с тобой случилось? – воскликнула Вета, испугавшись, что та вытолкает их следом за кошкой. – Где ты сегодня ночевала? Твой папа уже знает, что ты вернулась домой?

– У меня все хорошо, – как заведенная, твердила девушка. – Даже замечательно. Какое вам дело, где я была? Я вас знать не знаю.

Вета тем временем не отводила взгляда от Ингиной одежды. На той были грязные до невозможности джинсы и еще влажный свитер, который, кажется, так и сох на хозяйке. К рукаву прицепились съежившиеся на воздухе рыжие водоросли. В густых волосах Нелюбиной было полно ила и песка.

– Что ты на меня так смотришь, девочка? – спросила Инга. – Тебе нравится мое платье? – добавила с легкой ноткой кокетства в голосе. Растянула руками подол свитера и сделала неуклюжий пируэт.

«Да она с ума сошла!» – догадалась Вета и попятилась, заодно ухватив Борю за рукав куртки.

– Слушай, а ты собираешься на похороны Артура Гарина? – вдруг спросил Шварц. Он явно не заметил пассаж про платье.

– Какие такие похороны? – изумленно протянула Инга.

– Как это – какие? – еще больше удивился Борис. – Разве ты не в курсе? Вы ведь вроде соседи.

Инга вдруг расхохоталась – будто ворона закаркала.

– Да ладно вам меня разыгрывать! – сквозь смех проговорила она. – Артур умер? Придумайте что-нибудь посмешнее. Да я видела его только сегодня! Мы отлично поболтали.

– Пойдем отсюда! – Вета, уже не таясь, схватила друга за руку и потащила за собой. – Она не в себе, ты что, не видишь? – сказала уже на площадке, когда за их спинами с грохотом захлопнулась дверь.

– Наверное, надо что-то сделать? – спросил Борис, растерянно потер лоб. – Позвать кого-нибудь на помощь?

– Мы сейчас пойдем в школу и расскажем в учительской, что Инга Нелюбина вернулась домой. Может, ее отец тоже там. А насчет всего остального, то мы свое дело сделали. Помнишь, что сказал советник Эвалонг? Мы должны появиться рядом с Ингой, они увидят ее и организуют возвращение для всех нас. Так что теперь уже скоро.

Сказала – и сердце сжалось в комочек. А вдруг все произойдет быстрее, чем она успеет еще раз повидаться с родителями? Прежде чем соберет на память какие-нибудь фотографии, скажет папе и маме, что всегда очень любила их? Но как все-таки здорово, что дело сделано, Ингу они нашли!

Назад решили идти тоже через парк – так быстрее всего добираться до школы. Правда, уже темнело, в такое время родители строжайше запрещали Вете ходить в парк.

«Ничего! – храбро думала девочка. – Во-первых, я не одна. А во-вторых, сейчас не вечер, просто тучи набежали. И в конце-то концов, ну не может так много всего случиться лишь за пару дней».

Увы, очень скоро выяснилось, как сильно она заблуждалась на этот счет.

Ребята благополучно миновали самую темную и густо заросшую дубами и кленами часть парка, от нее вышли к озеру, на широкую аллею, освещаемую низкими фонарями. Фонари уже горели, хотя шел всего пятый час дня. Возможно, их просто забыли погасить с ночи, но это было очень кстати: черная туча залепила небо так плотно, что сделалось совсем темно. Накрапывал мелкий дождь, и народу в парке почти не осталось.

Вдруг Борис схватил ее за руку и воскликнул:

– Чувствуешь, какой ужасный запах?

Вета шмыгнула носом – она была немного простужена. И тоже ощутила жуткий, отравляющий все вокруг запах мертвечины. Казалось, он шел отовсюду. Не сговариваясь, ребята перешли на бег. Но отделаться от вони никак не удавалось.

А потом за спиной Вета услышала звяканье и топот, словно лошадиные копыта били подковами о камни. Оглянулась – никого. Теперь топот был как будто впереди. А может, они сами стучали обувью о гравий? Огромным усилием воли она заставила себя остановиться. Борис, которого она по-прежнему крепко держала за руку, протащил ее за собой несколько метров, потом замер на месте.

– Что?! – спросил он, задыхаясь.

– Убегать бессмысленно, – выдохнула девочка. – Нужно понять, что происходит, откуда опасность. Может, мы зря…

И в этот миг она снова услышала топот. Казалось, кто-то невидимый кружил вокруг них.

– Смотри! – не своим голосом заорал Шварц, показывая на тень, возникшую впереди них в свете фонаря. И Вета увидела огромную фигуру, вроде как всадник на коне. Фигура взмахнула плетью – раздался тонкий нестерпимый свист и отвратительный запах стал еще сильнее.

– Бежим! – заорала девочка и свернула на тропинку к озеру.

Но пробежать им удалось от силы несколько метров. Топот приблизился, снова раздался свист – и Вета почувствовала, что двигаться стало очень трудно, рука друга теперь тянула ее назад. Она обернулась – Борис стоял на коленях, почти уткнувшись лицом в дорожку. Он пытался встать на ноги, но всякий раз падал, словно лодыжки его были накрепко спутаны. Вета сделала еще один рывок, и сама ощутила, как что-то невидимое опоясало ее и дернуло в сторону. Ей стоило огромного труда не выпустить руку друга. Неведомая сила поволокла ее по траве прямиком к озеру.

– Боря! – завопила она, почти теряя сознания от боли и страха. – Помоги!

Шварц ухватился свободной рукой за осоку, но это лишь на миг замедлило движение. До озера оставалась от силы пара метров.

И вдруг что-то случилось. Движение прекратилось, стало легче дышать, и Вета блаженно перевела дух, как будто все уже закончилось. Подползла поближе к Борису и накрепко вцепилась в его куртку. И только потом огляделась по сторонам.

Метрах в пятидесяти от них был холм со срезанной верхушкой, один из трех парковых холмов, которые зимой превращались в горки, а весной на них разбивали клумбы и в хорошую погоду устраивали пикники. Вета никогда не задумывалась, откуда они взялись и зачем были нужны. Сейчас же она изумленно наблюдала, как холм с одной стороны вдруг раскрылся, словно разъехались в сторону невидимые кулисы. Оттуда полился розоватый мерцающий свет, в свете замелькали стремительные маленькие фигуры. Когда они немного приблизились, Вета поняла, что это собаки. Сотня черных поджарых псов неслась в их сторону, не издавая ни звука.

«Это конец! – подумала девочка. – От собак нам точно не отбиться».

Но псы бесшумно перескочили через нее и Бориса и бросились в темноту парка, туда, где еще звучал, удаляясь, призрачный топот и свист хлыста. Вета тяжело вздохнула – и потеряла сознание.

Через некоторое время она начала постепенно приходить в себя. Как во сне увидала, что вокруг нее суетится Арлан, смачивает в озере носовой платок, протирает ей лицо и руки. Борис сидел рядом на куче листьев и ощупывал свои лодыжки, из разрезанных осокой пальцев сочилась кровь.

– Что это было? – хриплым голосом спросила Громова. – Кто за нами гнался, откуда взялись собаки?

– Сейчас все расскажу, – услужливо заторопился Арлан. – Только сначала я хотел извиниться перед вами, ребята. Я вел себя, как последний идиот… и трус в придачу. Мне стыдно перед теми, кто меня воспитал! Из-за меня вы чуть не погибли!

– Знаешь, это я сегодня уже слышала! – отмахнулась от его покаянных слов Вета. – Ты лучше по делу давай.

– Ладно, по делу. Собак из холма выпустил я. Эти псы – древние защитники троллей в мире людей. Мы, воспитанники, тоже можем в экстренных случаях прибегать к их помощи. Псы прогнали того, кто напал на вас. К счастью, он был один, а то бы и собаки холмов могли не управиться. Вот только ума не приложу, почему на вас напали…

– Да кто это был?! – не вытерпел Борис, бросив изучать свою ногу.

– Дикая охота, – ответил Арлан. – Души самых страшных преступников, которых не пустили даже в ад, плюс те, кого им удалось похитить. Мертвое воинство носится на призрачных лошадях с волчьими головами и вспоротыми животами. Отсюда невыносимый смрад, который могут чувствовать даже люди. Обычно нападают на тех, кто находится в отчаянии. Не хочет жить, но и не решается уйти из жизни. Ребята, неужели вы так огорчились из-за моего дурацкого поведения?

– Нет, что ты! – поспешила сказать Вета. – Мы вовсе не были в отчаянии! Наоборот, все сложилось очень удачно, мы даже нашли Ингу. Она дома, в безопасности.

– Вы ее нашли? – удивился Арлан. – Расскажите-ка все по порядку. Только сначала поднимайтесь – и сматываемся отсюда.

Ребята повскакивали на ноги и начали рассказывать, перебивая, но и дополняя друг дружку. Вета старалась не упускать ни единой детали. Рассказала даже, как Нелюбина вышвырнула из квартиры кошку, как странно она выглядела и говорила. Хвасталась своим платьем, а сама в мокром свитере… Арлан внимательно слушал, все больше мрачнел, а когда рассказ был исчерпан, сказал:

– Теперь мне все ясно. Вчера, в парке, на Ингу напали Мертвые воины. Они похитили ее душу. Это неслыханно!

– Но почему тогда та женщина с коляской сказала, что это Артур напал на Ингу, что он преследовал ее и столкнул в озеро? – замирая от волнения, спросила Вета.

– Я ведь уже сказал: люди не видят диких охотников, хотя и чувствуют трупный запах их коней. А вот ваш Артур со страху вполне мог их разглядеть. Он пытался отбить Ингу, а со стороны выглядело, как будто он кидается на нее. Только, конечно, в одиночку Артур ничего не мог сделать. Охотники похитили душу Инги, а его просто столкнули в озеро.

Вета буквально задохнулась от нахлынувших эмоций, закричала:

– Но ведь это… это же полностью оправдывает Артура! Теперь я смогу ему помочь!

– Я бы на твоем месте не радовался раньше времени, – остудил ее ликование воспитанник. – Свидетелей ведь не было. Наверное, тролли смогут поверить вам на слово. Но те, которые придут за Артуром, возможно, даже слушать вас не станут, поступят с ним так, как сами решат.

Девочка настолько огорчилась и испугалась, что даже не стала спрашивать, кто, в конце концов, придет за Гариным. Просто глотала ртом воздух, чтобы не разрыдаться.

– Как же так? – едва сумела выговорить она. – Значит, если смерть человека выглядит похожей на самоубийство, ему уже невозможно оправдаться? И он попадает в ад или в это… гадское воинство? Но ведь это несправедливо! Мало ли какие бывают обстоятельства!

– Не волнуйся за людей, – успокоил ее Арлан, даже по плечу дружески потрепал. – У человека есть ангел-хранитель, а уж он всегда точно знает, по какой причине человек погиб. Но у троллей не бывает ангелов-хранителей, их защита – древняя магия. У таких, как Артур, их нет и подавно. Вот в чем загвоздка.

Вета тяжело перевела дух. Она решила, что лучше откусит себе язык, чем спросит, кто же такой Артур, если ему даже ангел-хранитель не положен. Это не имеет никакого значения. Она все равно станет бороться за него, чего бы ей это ни стоило.

– А кому поверят? – деловито спросил Боря.

Арлан пожал плечами: