Большая игра на Балтике 1500 – 1917 гг

По итогам Тридцатилетней войны Швеция получила Западную Померанию, острова Рюген и Узедом, епископства Бременское и Ферденское (Верденское), а также Висмар в Мекленбурге. Таким образом, цели, обозначенные еще Эриком XIV, к 1648 году были фактически выполнены — Швеция обосновалась в устьях почти всех крупных рек на Балтике (исключая, может быть, Вислу) и получила региональное могущество.

А что же с людскими резервами? Шведская Померания обладала на 1648 год населением примерно в 50 тысяч человек, Бремен и Верден — 100 тысяч человек. Теперь демографическая картина Шведской империи выглядела так: Швеция — 1,225 миллиона человек, Финляндия — 450 тысяч человек, Шведская Ливония — около 250 тысяч человек, Померания и Бремен с Верденом — 150 тысяч человек. Всего — 2,075 миллиона человек. Таким образом, положение если и улучшилось, то не сильно, по сравнению с соседями. А вот ресурсы империи возросли. Лифляндия дала Швеции хлеб, дерево, пеньку, лен; Померания и герцогства на Эльбе — возможность сбывать шведские товары в Германии и контролировать вывоз немецких товаров. Грубо говоря, Швеция во многом заняла положение Ганзы.

После Тридцатилетней войны у шведов осталась отлаженная военная машина, и в 1654 году избранный на престол Швеции Карл X Густав решил, используя ее, добить своих конкурентов на Балтике. В 1655-м он начал войну с Польшей, пользуясь тем, что там шло восстание Хмельницкого.

Кроме того, война выглядела выходом с точки зрения финансов, так как армии платить было нечем, Франция субсидии прекратила. Всего за месяц шведы захватили Великую Польшу и Познань, а 4 сентября Карл X вошел в Варшаву. 13 октября пал Краков. Казалось, Польша обречена, однако с молниеносной быстротой возник русско-польский союз, и в июле 1656 года русские сожгли Ниеншанц, осадили Дерпт и обложили Нотебург (Орешек). В августе русские начали осаду Риги.

Но проблема была все та же, что в Ливонскую войну при осаде Ревеля: не имея флота, русские не могли организовать и морскую блокаду, что позволяло шведам своевременно подкидывать в Ригу подкрепления, провиант и боеприпасы. По идее, блокировать шведский флот должна была Дания, с которой у Москвы был союз, однако на морском театре военных действий события развивались не менее драматично.

С началом войны шведский флот из 40 кораблей под командованием Врангеля блокировал Данциг и Пуцк. Вопреки ожиданиям шведов, Данциг не сдался, более того, его купцы выделили огромную сумму в пять миллионов злотых на оборону города. На следующий год в Балтику вошли голландцы (42 корабля под командованием Якоба ванн Опдама). Войны они Швеции не объявляли, но их торговля через Данциг терпела большие убытки. Шведам оставалось либо отойти к себе в порты, либо вступить в прямой бой с голландской эскадрой. Врангель выбрал первое. Датчане же, хотя и вели переговоры с Москвой, объявили войну Швеции только в 1657 году. Ситуация выглядела обнадеживающей, так как главные силы шведов под предводительством Карла Х завязли в действиях на территории Польши, а датский флот, имеющий в своем составе 47 кораблей, не уступал по силе шведскому.

Шведский флот весь XVII век был организован совершенно по иным принципам, нежели датский или английский. Дело в том, что деньги, выделяемые на флот, — величина конечная, и постоянно приходится решать, на что их тратить — на заработную плату команд, на снабжение экипажей, на строительство кораблей и т. д. Так вот, шведы решили максимальные усилия вложить в систему консервации и сохранения уже построенных кораблей. Именно поэтому в шведском флоте — без шуток! — есть суда, прослужившие по 50−60–70 лет. И это не дутые (как, к примеру, у англичан, у которых после тимберовки в оригинальном корабле оставались первозданными только столик и стул в каюте капитана), а реальные сроки.

Корабли, назначенные на консервацию, разоружались и разгружались, с них снимались мачты, рангоут и такелаж, далее их затаскивали с помощью систем подъема и блоков в крытые ангары (позже их сменили сухие крытые доки), где днища корабля очищали, а корпус красили специальным составом из свинцовой краски и белил, предохраняющим дерево. Чуть позже в крытых доках были созданы системы принудительной вентиляции и даже поддерживалась оптимальная температура.

Для сравнения: в английском флоте корабли разоружали, снимали стеньги (не мачты полностью!) и оставляли на консервацию в реках у верфей. В русском флоте корабли зимовали во льду. Шведская же стоянка законсервированных кораблей представляла своего рода аэродром или гаражный бокс с крытыми ангарами.

Минусом этой системы была долгая расконсервация кораблей в случае необходимости. Во-первых, требовался осмотр корпуса. Далее корпус надо было спустить в воду, оттранспортировать к верфи, где поставить мачты (снятые до основания), загрузить пушки и припасы. И только после этого корабль комплектовался командой.

Понятно, что это была очень затратная система хранения и комплектования, причем с течением времени она становилась все дороже (корабли становились сложнее и банально росли в размерах). Поскольку тратиться на флот еще больше не хотелось, решили экономить на… экипажах. В статье Ульрики Зюдерлинд «Skrovmaname = "note" kosthallning och matlagning i den svenska flottan fran 1500-tal till 1700-tal» («Прокол: снабжение и питание в шведском флоте, 1500–1700 гг.») четко отмечается, что если в XVI веке основой рациона шведского моряка были мясо и рыба, то в XVIII — уже хлеб и крупы.

Карл X совершил марш-бросок из Штеттина к Ютландии и осадил крепость Фредериксроде. Датчане, опасаясь десантов на острова, устроили блокаду побережья Шлезвига и шведского Гетеборга. В результате стычки у Фальстербо шведские корабли с десантом были отброшены назад и вернулись в свои порты. Оказалось, что шведский флот без помощи голландцев просто недееспособен против датчан. Однако Карл X не пал духом, он решил что «лучшая военно-морская стратегия — это полк своих солдат в порту противника», и зимой, когда очень сильные морозы сковали льдом узкие датские проливы, шведские войска перешли по льду Малый Бельт и быстро овладели почти всем Фюном.

Карл X Густав. Ледовый поход зимой 1658 г.

Йоганн Филипп Лемке. «Ледовый поход» Карла X. Масло, холст. Около 1700 г.

16 февраля шведы заняли острова Тосинге и Лангеланн, днем позже переправились через замерзший Большой Бельт на Лолланд, а 18 февраля захватили Фальстер, после чего их отделял от Зеландии только один шаг. Этот шаг был сделан 22 февраля, и через три дня шведские войска подошли к датской столице. Король Дании Фредерик III был вынужден капитулировать и подписал 28 февраля 1658 года в Роскилле (Roskild) тяжелые условия мирного договора, согласно которому Швеции отходил скандинавский берег Зунда вместе со Сканией и Борнхольмом.

Таким образом, Дания была выбита из войны, и русские, лишившись союзника на море, также вынуждены были заключить мир со Швецией. Главной причиной перемирия со Швецией была бессмысленность войны, которая велась не за балтийские порты, а за власть над Речью Посполитой. Как только угроза унии Швеции и Речи Посполитой проходила (сначала осенью 1656 года, окончательно осенью 1657 года), русские предлагали мирные переговоры.

Малая Северная война (1655–1660)

Уровни взаимоотношений европейских держав

Казалось, Швеция Карла X превратилась из регионального гегемона в европейского, и нет теперь силы, которая ее удержит. Однако условия Роскилльского мира затронули интересы Англии и Голландии. Ни одна из этих держав не собиралась соглашаться со сложившейся ситуацией, причем Голландия стояла на стороне Дании, а Англия поддерживала Швецию. Король Карл Густав, опасаясь вторжения голландского флота на Балтику, решил заблокировать для того вход в Зунд со стороны Каттегата, однако для исполнения задуманного он не имел необходимых сил на море. Ссылаясь на условия роскилльского трактата, он потребовал от Фредерика III передачи в свое распоряжение 20 боевых кораблей, а когда это требование не было исполнено, вновь начал войну, надеясь разбить Данию до прихода голландцев. 16 августа шведские войска овладели Кронборгом и осадили Копенгаген. В этой ситуации надежда у датчан была только на голландский флот. И вскоре в Зунд вошла эскадра ван Опдама (34 корабля, восемь транспортов). В последующем сражении голландцы разбили эскадру Врангеля (45 кораблей), которая укрылась в Ландскроне и была заблокирована там голландским флотом. Последствия этого были очень серьезными: пролив попал под контроль Дании и Голландии, и тем самым шведские войска в Зеландии оказались отрезанными от баз в Скандинавии и практически лишены возможности получать снабжение морским путем. Зато подкрепления получал обложенный со стороны суши Копенгаген. Это привело к провалу генерального штурма города шведами в феврале 1659 года. Этот провал показал Карлу X, что против него готовы объединиться почти все балтийские державы, причем поддержанные Голландией. Поэтому в 1660 году был подписан мир, согласно которому шведы удерживали Эзель и Сконе, но возвращали Дании остров Бронхольм.

Таким образом, Швеция в союзе с Голландией и Францией действительно смогла сесть в устьях основных балтийских рек и стала гегемоном на балтийском побережье. Однако к 1660-м такой рост шведского могущества оттолкнул от Стокгольма Голландию, и та стала всемерно поддерживать Данию. Как мы знаем, свято место пусто не бывает, и Амстердам в Швеции заменило представительство Лондона, который был злейшим врагом Голландии. Надо понимать, что и для Англии, и для Голландии балтийская торговля представляла особую ценность, оттуда они черпали строительный материал для кораблей, пеньку, лен, смолу, железо и т. д., то есть товары стратегического назначения. И главным они считали баланс сил на Балтике, то есть чтобы никто из стран этого региона не усилился настолько, чтобы бросить вызов морским державам.

Уже во время Первой англо-голландской войны датчане запретили англичанам входить в Балтику и вооружили почти весь свой флот: три линкора 1-го ранга, семь линкоров 3-го ранга, 10 фрегатов, три кэча. Однако предназначался мобилизованный флот в основном для внутренних плаваний. В июне 1653 года датчане даже хотели временно передать голландцам свои крупные корабли, но после поражения нидерландцев у Портленда и банки Габбард они от этого отказались.

И в 1675 году, когда между Англией и Францией с одной стороны и Голландией — с другой вовсю шла Деволюционная война, началось жестокое противостояние Дании и Швеции, которое вошло в историю под названием Сконские войны или войны за Сконе. Дело в том, что провинция Сконе прилегает к Зундам — проливам из Балтики в Северное море. В 1658 году, согласно Роскилльскому миру, Дания потеряла Сконе и теперь, поднакопив сил и с помощью Голландии, решилась вернуть эти земли обратно.

Кроме того, датчане всерьез опасались шведского вторжения в Шлезвиг и Гольштейн, поскольку шведская армия в Бремене и Померании росла как на дрожжах — с 22 000 солдат в 1672 году до 27 000 солдат в 1674-м. Копенгаген заключил союз с Бранденбургом и Голландией, причем последняя обязалась выделить субсидии для найма 12 000 солдат и 20 кораблей. Однако в 1672 году голландцам было не до этого — вторжение французов поставило их на грань выживания.

Война началась неожиданно — шведские войска вторглись в Бранденбург, однако в битве при Фербеллине были разбиты соединениями «великого курфюрста» Фридриха-Вильгельма. В Данию же всю зиму поступали порох, оружие и подкрепления из Голландии и Англии. Лондон также решил поддержать датчан, поскольку посчитал, что Швеция развязала войну в интересах Франции, главного соперника Англии.

Датские войска вторглись на территорию Швеции из Норвегии, однако 4000 солдат без тяжелой артиллерии смогли устроить только террор местному населению, когда же шведский король Карл XI перебросил в Бохуслен 10 000 солдат, датчане были вынуждены уйти в Норвегию.

Сражение в бухте Кьеге, 1677 г.

В континентальной же Европе в кампанию 1675 года Бранденбург и Дания добились значительных успехов — были захвачены Бремен и Ферден, к октябрю шведы фактически были выбиты из Померании. Стало понятно, что в 1676 году основные сражения переместятся на море. 25 мая 1676 года у Бронхольма датско-голландская эскадра Нильса Юэля и Филлипа ванн Альмонда (25 кораблей, 10 фрегатов) нанесла поражение шведской эскадре Лоренца Кройца (30 кораблей, 21 фрегат и вооруженный транспорт), что заставило шведов сдать остров Готланд. 1 июля 1676 года у Эланда датско-голландская эскадра Корнелиса Тромпа и Нильса Юэля (25 кораблей, 10 фрегатов, семь мелких судов) разгромила шведский флот Кройца в составе 30 кораблей, 21 фрегата и шести мелких судов, при этом флагман шведов «Kronan» из-за ошибок в навигации просто перевернулся и затонул вместе со всем экипажем. Всего шведы потеряли пять кораблей потопленными и шесть захваченными. В полной панике весь шведский флот отходил к шведским берегам, но и после боя потери множились. Так, у побережья Даларны затонул из-за навигационной ошибки 86-пушечный «Applet». Таким образом, уже в июне датчане безраздельно владели морем.

В июне же началось вторжение из Норвегии в Швецию, однако датчане уперлись в легендарную крепость Бохус. Осада началась 8 июня 1676 года и закончилась отступлением датчан 17 августа. Без осадной артиллерии ничего нельзя было сделать. Основные же датские силы 29 июня взяли Хельсинборг, 3 августа пала Ландскрона, 13 августа — Кристианстад. Собственно, к середине августа почти вся Сконе была под властью датчан. Однако Карл XI действовал решительно. У Хальмстада его армия в 6000 человек атаковала датчан и решительной штыковой атакой опрокинула центр, рассекая противника надвое. Датчане бежали, потери их оцениваются от 1000 до 2000 человек. Если шведский флот ничего не смог сделать с датским, то шведская армия показала, что является грозной силой. А 4 декабря 1676 года шведы смогли разгромить датские войска при Лунде, при том что были в меньшинстве (8000 шведов против 13 000 датчан). Благодаря слаженным действиям пехоты и артиллерии, шведы смогли отбить атаки датской кавалерии и врубились в пехоту. Далее последовала атака шведской кавалерии с фланга, и датчане были опрокинуты. Бой получился весьма тяжелым и напряженным, однако закончился в пользу шведов. Их потери составили 2500–3000 человек, тогда как датские — 7000–9500 человек.

Сконская война (Война за Сконе) (1675–1679)

Собственно датские гарнизоны остались только в крупных городах Сконе, и, чтобы изменить направление удара и спасти датские войска от уничтожения, из Норвегии вторглась в Швецию 17-тысячная армия Гульденлеве. Однако этому предшествовали новые поражения шведов на море. 1 июня 1677 года у Лоллана датский флот захватил шведский эскорт и конвой в составе трех кораблей, пяти транспортов и трех малых судов без потерь среди своих команд. Юэль начал обстрел с дальней дистанции, пользуясь тем, что у него было гораздо больше тяжелых дальнобойных орудий, чем у противника. А 1–2 июля состоялось генеральное сражение в бухте Кьеге. Под конец битвы Юэль имел 35 кораблей, два фрегата и семь брандеров, а шведский флот под командованием Хенрика Горна — 30 кораблей, шесть брандеров и 11 малых судов.

1 июля Юэль имел всего 17 кораблей против 29 шведских, тем не менее он перекрыл шведам вход в Зунды и атаковал противника. Шведы замешкались, опять началась неразбериха, шведский 70-пушечный «Draken» сел на мель и сдался. Датские корабли, пользуясь тем, что подошли резервы, стали врываться в разрывы между кораблями противника, и шведов постиг жесточайший разгром. Ко 2 июля счет потерянных шведских кораблей шел на десятки, восемь из них были захвачены, остальные разбились или были затоплены. Оставшись без защиты с моря, шведское побережье подверглось серии налетов датско-голландских эскадр и жутчайшему разорению, однако Карл XI, верный своей политике, считал, что его задача — сокрушить датские войска вторжения.

Возвращаясь немного назад, стоит заметить, что армия Гульденлеве вторглась в Бохуслен и осадила крепость Бохус. Осада началась 4 июня, и до 24 июля датчане обрушили на крепость из 26 орудий и 30 мортир 20 тысяч ядер, 2265 бомб, 384 разрывных заряда, 384 каменных ядра, 161 зажигательный заряд, потратили 79 мешков пороха и произвели 600 выстрелов из огромных 75- и 50-фунтовых мортир. В сущности, к середине июля Бохус был низведен до уровня руин, надежда была только на помощь со стороны армии Карла XI, хотя шведский гарнизон изъявлял готовность держаться и дальше. Крепость имела на вооружении 43 орудия и три мортиры.

24 июля к Бохусу подошли шведские войска под командованием Густава Отто Стенбока, что заставило Гульденлеве снять осаду. Из гарнизона крепости в 820 человек 300 были убиты, а 120 ранены. Надо сказать, что это была последняя, 14-я осада крепости за всю ее многовековую историю. И никогда крепость Бохус не была взята с бою.

Неудача под Бохусом привела датчан к мысли эвакуировать свои войска из Сконе. Еще 5 июля был оставлен Мальмё. 14 июля — Ландскрона. Датский гарнизон остался только в Кристианстаде, который был обложен шведскими войсками. Кампании 1678–1679 годов прошли в мелких стычках без особых событий. Ситуация была просто патовой. Датчане владели морем, но, не имея сравнимой со шведской армии, не могли наступать, шведы не имели нормального флота для вторжения в Данию и Норвегию.

В 1677 году начались переговоры в Нимвегене между Францией и Голландией. 11 августа 1678 года был заключен мир, согласно которому Голландия отказывалась от поддержки Дании в войне со Швецией. Дания осталась с поддержкой только Бранденбурга, однако после заключения мирного договора между Карлом XI и курфюрстом Фридрихом-Вильгельмом союзников совсем не стало, и было понятно, что Сконе возвратить не удастся. 23 августа 1679 года в Фонтенбло при посредничестве Людовика XIV, угрожавшего Дании вторжением, был заключен мир, подтвердивший основные условия Роскилльского договора. Этот договор был подтвержден в основных своих пунктах в Лундском мирном договоре от 26 сентября 1679 года. Сконе оставалась территорией Швеции, шведы возвращали все территории Дании, захваченные во время военных действий, и получали все свои оккупированные территории обратно. Это был типичный мир по принципу «статус-кво анте беллум» (мир, такой же как довоенный). Швеция освобождалась от зундских пошлин и могла свободно вывозить товары в Европу. Но это условие для Швеции значило мало — ее торговля была сосредоточена в английских и голландских руках, поэтому для датчан уступка была чисто символической.

Таким образом, несмотря на то, что Швеция проиграла все сражения на море, ей удалось отстоять свою региональную гегемонию на Балтике. Датчане были для шведов настоящей угрозой, однако оспорить преимущество Швеции без союзников не могли.

В 1675 и 1676 годах во Пскове были сосредоточены войска Новгородского разряда (10 тысяч человек), изначально для похода на Украину, но походы были отменены. Русская дипломатия использовала их наличие как средство давления на шведов. В связи с этим известна «русская тревога» в Финляндии, вызванная слухами о возможном русском вторжении.

3. Союзы и проблема финансирования армии

Сразу же после заключения мира шведы начали переговоры с Францией о противодействии Голландии, причем на первых порах было решено подключить к антиголландскому союзу и Данию. Однако Копенгаген, который во многом опирался на Амстердам в борьбе за Балтику, от таких предложений отказался. Таким образом, был заключен секретный шведско-французский альянс, направленный против Голландии.

Тем не менее началось осторожное сближение Дании и Швеции. В 1680 году Карл XI женился на Ульрике-Элеоноре Датской, а в 1690 году обе скандинавские страны заключили пакт о нейтралитете, который должен был препятствовать любым третьим странам вводить военные корабли и эскадры в Балтийское море. Иногда этот пакт называют «первым вооруженным нейтралитетом».

Несколько слов о шведской экономике данного периода. Уже в 1660 году шведы были вынуждены вдвое сократить свою армию, так как им банально не было чем платить солдатам. Война же 1675–1679 годов и вовсе основательно подорвала шведскую экономику, долг государства достиг 20 миллионов риксдалеров. Основная проблема была в следующем: в момент экспансии Густав-Адольф и Оксеншерна вовсю торговали государственными землями, чтобы пополнить опустевший бюджет, и к 1650-м они сильно уменьшились (с 67 % до 28 % всех земель), что уменьшило и налогооблагаемую базу, и количество свободных государственных крестьян, за счет которых комплектовалась шведская армия. В свою очередь, дворянские земли на 1660 год занимали 72 % всех земель Швеции, причем ⅘ из них были сосредоточены в руках десятка самых знатных семей.

Уже в 1655 году начинается обсуждение возможной редукции, то есть возвращения бывших государственных земель, находящихся в частной собственности, обратно короне. Однако реальные действия начал в этом направлении Карл XI в 1673 году. Прежде всего редукция начала проводиться в заморских владениях Швеции: Прибалтике, Померании, Бремене-Фердене. Там было отнесено казне почти 90 % всех земель, что дало шведскому бюджету ежегодную дополнительную сумму в 2,5 миллиона далеров (1,2 миллиона — германские владения, 600 тысяч — Прибалтика, 700 тысяч — Швеция и Финляндия).

Пер Хиллестрём. Основание Карлскруны

Кроме того, к проблеме финансирования армии было решено зайти и с другой стороны — снизив стоимость ее обслуживания. Но как? В 1680-е начала внедряться система индельты. Смысл ее был в следующем [8]: «Все обрабатываемые земли в Швеции и Финляндии были разделены на участки, названные индельтами. Группа крестьянских дворов, составлявшая индельту, обязывалась выставлять одного солдата. Индельта выделяла солдату участок земли („торп“), дом, обмундирование, а также дополнительные продукты питания. Вооружение и снаряжение солдату выдавалось государством. Группа крестьянских дворов, обязанная выставлять и содержать одного солдата, называлась „ротехолл“ (roteholl), a составлявшие ее крестьяне — землевладельцы — „ротехолларами“ (rotehollarna). Солдаты, содержавшиеся индельтами одного лена, сводились в полк, носивший его название (например Уппландский или Вестерботтенский пехотные полки — т. е. из лена Уппланд и Вестерботтен)». Солдаты один раз в год призывались на военные сборы, поддерживая тем самым свою боеготовность, а все остальное время (в мирные годы, естественно) работали на индельту. В случае войны индельта после ухода одного солдата выставляла второго, служившего для пополнения постоянного полка. По сути, это было поселенное войско.

Естественно, содержание такого войска обходилось дешевле, нежели наемного, и его можно было комплектовать числом побольше. Карл XI к 1697 году догнал численность своей армии до 65 тысяч человек.

Рисунок-реконструкция Якоба Хэгга. Шведский 100-пушечный корабль «Kronan». 1909 г.

Шведский флот являл собой яркий пример флота, главной задачей которого была забота о кораблях, и финансирование кораблей и условий их содержания (их строительство и хранение) шло за счет снабжения экипажей. Но, как показала практика, хорошие корабли при плохих командах обычно не спасают от проигрыша в войне на море. До XIX века и эры железного кораблестроения Швеции так и не удалось найти «золотое сечение» баланса трат на корабли и на людей, и это стало главной проблемой шведского парусного флота.

Редукция и индельта, так же как и меры протекционизма и меркантилизма (высокие заградительные пошлины на иностранные товары, 10-процентный налог с прибыли, 25-процентный налог на ростовщическую деятельность и ренту), помогли Карлу XI стабилизировать финансовую ситуацию в государстве, и в 1690 году Швеция впервые за многие годы получила профицитный бюджет. Но тут надо учитывать, что профицит этот получился вместе с французскими субсидиями (700 тысяч далеров ежегодно, выплачиваемых Людовиком XIV с 1686 по 1692 годы). В общей сложности доходы короля в этот период увеличились с 4,9 миллиона риксдалеров до 7,3 миллиона риксдалеров.

Казалось, положение Швеции на Балтике теперь незыблемо, однако в 1689 году на царство венчается правитель, который низринет шведское господство на Балтике и полностью перекроит карту балтийского региона, низведя Швецию до уровня второразрядной державы. Скажи кто-нибудь такое в 1689-м, думаю, многие покрутили бы пальцем у виска, однако русский царь Петр I уже начал свое движение к славе и бессмертию.

Часть 3

1700–1725. Северная война и становление России на Балтике

1. «В начале славных дел…»

Во время поездки Великого посольства Петр I договорился с курфюрстом саксонским и польским королем Августом Сильным, а также с датским правителем Фредериком IV о вступлении в войну со Швецией.

Первым боевые действия начал Август Сильный. Выступал он в этой войне как курфюрст Саксонии, так как сейм Польши не дал согласия на использование польских вооруженных сил в столкновении со Швецией. 12 февраля 1700 года саксонские войска (12 000 пехоты и 600 кавалерии — по шведским данным) из польской Курляндии неожиданно сделали марш к Риге и осадили город. Саксонцы не взяли с собой тяжелой артиллерии — лишь «личное оружие, лестницы и ручные гранаты», согласно отчету шведского капитана Дидерихсена. План был совершенно безумный: увидев, что большая армия осадила Ригу, город откроет ворота и сдастся. Конечно же, этого не произошло.

Для датского же короля шведско-голштинские действия по укреплению спорных территорий в 1699 году оказались решающим мотивом вступления в союз с Россией и Саксонией против Швеции. И 17 мая 1700 года датчане осадили голштинскую крепость Тенинген.

Датский флот начал подготовку к войне с февраля, и к 10 мая было вооружено и готово к выходу в море уже 20 линейных кораблей и 20 фрегатов, которые возглавил лейтенант-генерал Ульрик Гульденлеве. 24 мая, после проведенного военного совета, датчане решили подойти к Карлскроне, чтобы запереть там шведский флот и предотвратить возможную перевозку шведской армии в Померанию и Данию. В принципе, на этом можно было и закончить всю войну, поскольку шведский флот не рискнул выйти в море помериться силами с датчанами. I [о…

Дело оказалось в Шлезвиг-Гольштейне, который одновременно был связан вассальной присягой с Данией, но в то же самое время входил в Священную Римскую империю. Понятно, что такое двойственное подчинение позволяло Гольштейн-Готторпскому герцогу играть то на одной, то на другой стороне. Так, Кристиан-Альбрехт Голштинский в 1680-х годах решил создать у себя пояс крепостей, которые бы защищали его владения от вторжения Дании. Естественно, датчанам это не понравилось. В 1684 году датчане вторглись в герцогство, все крепости снесли, а Кристиана-Альбрехта из его владений изгнали. В 1689 году был созван консилиум в Альтоне, куда вошли представители Священной Римской империи, Саксонии, Бранденбурга, Голландии и Англии, которыми и был составлен Альтонский трактат. Согласно трактату, Кристиан-Альбрехт вернулся на престол герцогства и даже выбил себе право jus armorum, позволявшее ему содержать собственную армию и возводить крепостные сооружения против Дании. Гарантами соблюдения этого договора являлись Англия, Голландия, Бранденбург и Швеция [9].

Таким образом, Дания, начав боевые действия против Шлезвиг-Гольштейна, сама того не зная, раскрутила маховик тайной английской политики. И 28 мая король Дании Фредерик IV получил ноты от английского и голландского послов, в которых указывалось, что необходимо заключить мир с Голштинией и Швецией до 1 июня и что для обеспечения этого требования правительства данных стран высылают к Зундам 10 английских и 13 голландских кораблей.

5 июня англо-голландский флот под командованием вице-адмирала Джорджа Рука и лейтенант-адмирала Филиппа Альмонда появился у берегов Дании. А 8 июня их корабли кинули якорь в Гетеборге.

Девид Клекер Эренсталь. Король Швеции Карл XI. Масло, холст. 1676 г. Национальный музей Швеции.

27 июня Рук и Альмонд крейсировали у северной оконечности Зеландии, не давая Гульденлеве с 29 кораблями выйти из Хельсингера. 2 июля 1700 года шведы, пользуясь тем, что англичане и голландцы просто выключили из борьбы датский флот, вышли в море с 34 кораблями и 11 фрегатами (командующий — генерал-адмирал Ганс Вахмейстер) и двинулись к побережью Дании. Через пять дней шведы соединились со своими нежданными союзниками.

Между тем Гульденлеве, отрезанный от своих берегов англо-голландцами, искал возможности прорваться к Копенгагену, который без флота остался совсем беззащитен. Он попытался пройти пролив Эресунн у побережья Швеции, 11 июля бросил якорь у острова Вен, но к датской столице пройти так и не смог и был заблокирован Руком на мелях Миддельгрундена.

Тем не менее для шведов возникли непредвиденные трудности. Дело в том, что датский флот перекрыл самый глубоководный проход к Копенгагену, канал Дрогден же (между островами Амагер и Сальтхольм) был слишком мелководен для больших шведских кораблей, к тому же очень запутанный, со сложной навигацией и шведам неизвестный. Проходы же через канал Флинтеренден (между островами Сальтхольм и Мальмё) были еще мельче.

Вахмейстер в этой ситуации не придумал ничего лучше, как…. отправить часть своих кораблей домой. Четыре корабля ушли в Карлскрону, остальной же флот двинулся каналом Флинтеренден, который достаточно успешно форсировал, лишь четыре корабля из 29 вылетели на мель.

Вскоре англо-голландцы соединились со шведами и начали движение на Копенгаген, Гульденлеве же не оставалось ничего другого, как отойти на защиту столицы. 19 июля начался обстрел Копенгагена с моря, но вскоре он был признан неэффективным, и сообща решили, что лучшей стратегией будет высадка войск и атака датской столицы.

Из-за организационных неурядиц высадку смогли организовать только 4 августа, до этого произведя еще одну, не слишком удачную, бомбардировку Копенгагена. Высадка прикрывалась 10-линейными кораблями, которые отбили все попытки датчан помешать десанту.

Стоит также отметить, что попытки высадок шведов на островах Сковсховед и Амагер были отбиты с большим уроном для шведов.

Фредерик IV очень надеялся на своих союзников — Польшу и Россию, однако Август Сильный смог только к 8 августа мобилизовать в Саксонии всего 4000 солдат (остальные войска были задействованы в Ливонии). Царь Петр обещал 10 000 воинов, но когда — неизвестно. Между тем шведы смогли высадить всего 4000 человек, далее на море разыгралась непогода, и перевозка войск была приостановлена. Дания, имевшая сильный флот, но слабую армию, оказалась в патовом положении. Король понимал, что надежды на помощь России и Польши призрачны, поэтому 18 августа 1700 года в городке Травентхаль подписал со Швецией договор о мире. Согласно кондициям, Дания обязалась выплатить Швеции 260 тысяч риксдалеров и отказаться от территориальных претензий к Голштинии. 23 августа Рук сообщил королю Дании, что теперь он с чистой совестью снимает блокаду с Миддельгрундена и уходит домой.

Перед этим (морским державам было совершенно не нужно, чтобы Швеция завоевала Данию) союзники настояли на выводе шведских войск с датской территории под их контролем. Теперь уже Рук и Альмонд вошли в соглашение с королем Дании. Датский флот 29 августа вышел из гавани и выстроил линию между союзниками и Копенгагеном. Шведские войска грузились на свои корабли под прицелами орудий датского флота. 8 сентября шведский флот отплыл к югу, и союзники 10 сентября миновали Зунды и ушли к своим портам.

Но слухи о заключенном Травендальском мире до русских не дошли, и о выходе Дании из войны в Москве еще совершенно не знали. Заключив 8 августа 1700 года мир с Турцией, Петр I решил 30 августа объявить войну Швеции. Указ о начале войны был оглашен в Москве, но и только. Шведам уведомление решили не посылать — «в свое время сами узнают». В тот же день выступили в поход передовые отряды Головина и Вейде.

И тут 6 сентября Петр получил донесение от Августа, что скоро в Пернов (Пярну) ожидается прибытие Карла XII с примерно 18 000 штыков и что саксонцы дадут им бой. Однако 18-го, как мы помним, Август решил уйти от Риги подальше.

14 сентября передовой отряд русских войск подошел к Нарве и внезапно атаковал шведский дозор, захватив в плен рейтара и горожанина. Шведы о войне не знали (поскольку им войну русские еще не объявляли) и сильно удивились. На следующий день нарвский комендант Горн послал к русским парламентеров с жалобой и с требованием вернуть пленных. Ему ответили, что вообще-то Швеции объявлена война, так что пусть радуются, что не убили. Горн, получив это известие, спешно отправил гонцов в Ревель и Стокгольм и усилил оборону Нарвы.

21 сентября русской конницей был захвачен оставленный шведами Ям (Ямбург), а в Ревель подошло подкрепление из Финляндии, примерно 5–6 тысяч человек. 23-го началась атака Ивангорода, которая оказалась неудачной, а наши войска форсировали Нарову и начали устраивать военный лагерь.

В Стокгольме узнали о начале войны с Россией лишь 1 октября. Русский посол Хилков был вызван к канцлеру Оксеншерне, однако ситуация оказалась воистину глупой: русский посол ничего не знал о начале войны со Швецией. Карл же находился с королевским советом в Карлскроне. Когда ему сообщили об атаке русских, он не поверил и предположил, что это один из саксонских отрядов. Решение пришло на ум очень быстро. Он спешно собрал 6–7 тысяч штыков, бывших под рукой, посадил их на корабли (восемь линкоров, три фрегата), с которых сняли пушки и припасы, и отплыл из Карлскроны 11 октября 1700 года. Плавание, предполагавшее 2–3 дня, неожиданно затянулось: на траверзе Стокгольма корабли попали в шторм, в результате которого их раскидало по морю. Мелкие корабли вернулись обратно (а с ними и почти половина взятого с собой пороха) к Карлсхамну (недалеко от Карлскроны), часть кораблей получила повреждения, из-за этого в грузовых трюмах утонуло много лошадей, были подмочены и пришли в негодность припасы, несколько десятков солдат и драгун умерло.

Когда утром 16 октября Карл, пошатываясь от перенесенной морской болезни, вышел на пристань Пярну, его первыми словами были: «Больше никаких перевозок войск по морю!»

Вместо 6–7 тысяч солдат в Пярну попали только 4700, из них — 340 артиллеристов, измученных штормом и морской болезнью. Король оставил войска приходить в себя, а сам с небольшим отрядом отбыл в Ревель инспектировать крепость и разузнать обстановку. Дальнейшие события известны как «нарвская конфузия».

Высадка Карла XII на острове Зееландия

К утру 20 ноября (1 декабря) 1700 года русская армия как организованная сила перестала существовать. Из письма вицегофмаршала Карла Каспара Верде отцу: «Мы никогда не праздновали более великой победы, так как атаковали с 8000 человек 40 000 укрывшихся в укреплении. Говорили, что их было 80 000, но в действительности их в укреплении не могло быть более 40 000. Мы захватили около 130 хороших пушек, из которых 100 были отлиты из чугуна и били с невероятной силой, некоторые из них стояли против Ивангорода, 40 мортир, хороший запас пороха, бомб, гранат и ядер, их лагерь со всеми палатками и бесценной добычей в них, так что наши солдаты вывозили добычу на протяжении восьми дней, помимо всего, взято было более 200 штандартов и знамен».

Что касается Петра, он писал позже: «Сия шведская победа в то время зело была печално чювственная, и яко отчаянна всякия впредь надежды, и за великий гнев божий почитали <…> Ныне, когда о том подумать, воистину не гнев, но милость Божию исповедати долженствуем, ибо, ежели б нам тогда над шведами виктория досталась, будучи в таком неискусстве во всех делах, как воинских, так и политических, то в какую б беду после нас оное щастие вринуть могло. (А так) сие нещастие (или, лучше сказать, великое счастие) (способствовали тому, что) неволя леность отогнала и к трудолюбию и искусству день и ночь принудило».

В чем же причина «нарвской конфузии»? Главная ошибка Петра — организационная. У него на 1700 год было довольно много генералов, обладавших реальным боевым опытом, но все они были распределены по южным областям: братья Ригимоны — в Белгороде, Кольцов-Мосальский и Гулиц — в Севске, Менгден — в Киеве, Цей — в Смоленске, Полман — в Таганроге и т. д. Вместо опытных генералов при Нарве командные должности получили друзья юности Петра, соратники и собутыльники, не обладавшие необходимым боевым опытом — Головин, Репнин, Трубецкой, Бутурлин, Багратион-Имеретинский, Вейде и другие. Герцог де Круа, ранее отличившийся на датской и имперской службе, находился в России с дипломатической миссией как посланник Августа Сильного и сопротивлялся своему неожиданному назначению главнокомандующим при отъезде Петра из-под Нарвы. Как результат — неустойчивость в бою, полная неразбериха и поражение.

Художник Александр Евстафьевич Коцебу. Битва под Нарвой. Масло, холст. XIX век.

Из собрания Военно-исторического музея артиллерии, инженерии войск и войск связи, Санкт-Петербург

После конфузии под Нарвой в строй срочно вернули уже обстрелянных генералов, должности стали раздавать не за «поддержку линии партии», а по реальным заслугам либо приглашали из-за границы офицеров с боевым опытом. В зиму же 1701 года потери в младшем командном составе были оперативно восполнены за счет дополнительного массового назначения в солдатские полки младшими офицерами (поручиками и прапорщиками) московских чинов.

Разбив датчан и русских, Карл XII решил перенести свои действия в Польшу. Надо сказать, что формально Польша не принимала участия в войне. Август II Сильный начал ее как курфюрст Саксонский, тем не менее Карл решил заменить Августа на троне Речи Посполитой на более подходящего кандидата. Весной 1701 года он разбил саксонцев в битве на Двине и двинулся в глубь Польской Курляндии. Осажденный Августбург с сильным гарнизоном (1074 человека) остался глубоко в тылу, и Карл вошел в Польшу.

В 1704 году, нанеся польско-саксонской армии серию поражений и надавив на польский Сейм, Карл XII поставил над Польшей нового короля, Станислава Лещинского, а сам двинулся на юг, в Малую Польшу, чтобы разбить остатки войск Августа. В общем, шведский король просто увяз в Польше, чем воспользовался Петр, подобно Александру Борджиа обирая Прибалтику лепесток за лепестком, то есть занимая один город за другим. Сначала пали Нотебург и Ниеншанц, потом пришла очередь Дерпта и Нарвы. Русская армия постепенно модернизировалась, «тренируясь на кошках», а именно на малочисленных шведских гарнизонах, отрабатывала тактику, взаимодействие родов войск, осадные действия.