Сказки со смыслом. Для тех, кто любит детство

– И я!

– И я!

И когда все дети единогласно подтвердили свое желание быть взрослым, они вдруг услышали над собой мягкий добрый голос:

– Что, неужели все хотят быть взрослыми?

Мальчики сначала примолкли от неожиданности. А потом, увидев, что над ними склонился какой – то доброго вида дядечка, от которого как будто даже пахло печеньем и молоком с конфетами, осмелели и наперебой затараторили:

– Да-да! Конечно! Взрослые – они вон какие!

– Очень-очень! – перебивал первого другой.

– Ой, как хочется! – кричал третий.

– А кто же не хочет быть взрослым?! – пищал четвертый.

Постояв немного в задумчивости, дядечка потер подбородок, печально улыбнулся и произнес:

– Очень жаль. Вы, конечно, можете в любой момент вашей жизни совершать выбор, но помните, что некоторые ваши решения обратно вернуть нельзя. Не получится перекрутить все назад. И придется жить так, как вы выбрали. Я думал, что детство – это весело, думал, что спать днем, гулять с родителями за ручку, кататься у папы на шее и ездить на каникулы к бабушке и дедушке – мечта любого ребенка. Неужели ошибался?!

Мальчики задумались.

– Ну, это все хорошо. Только взрослым быть лучше. Они вон сколько всего могут делать. А нам не разрешают. Говорят, что мы маленькие еще.

– А мы хотим быть большими!

– И я хочу быть большим! – пропищал самый младший.

– Ну что ж, – грустно сказал добрый дядечка, – наверно я вам могу немного помочь.

– Как? – Удивились все.

– Я просто уйду от вас и без детства вы станете сразу как взрослые… Все почему -то думают, что Детство – это этап до периода взрослости, а на самом деле Детство – это подарок. Он может быть в любом возрасте. Это не значит быть маленьким. Детство – это значит быть легким, доверять миру, быть добрым и открытым, это значит слышать, что ты хочешь и что ты чувствуешь. Детство – это такое состояние, когда ты живешь как будто в сказке. Но, раз вы не хотите так жить, а хотите быть взрослыми, я могу так сделать.

Мальчики молчали. Они уже не были так уверены в своем желании. Но им казалось, что этот дядя шутит и один из них ответил:

– Мы согласны.

– А как Вас зовут? – спросил самый маленький.

– Меня зовут Детство. – Грустно улыбнулся дядечка, а затем, немного помолчав добавил – Ну, тогда до свидания, дети.

Притихнув, мальчики тихо переглянулись и, глядя вслед неторопливо уходящему странному дядечке, уже не так уверенно, продолжили:

– Он пошутил.

– Ну конечно же пошутил… Разве детство такое?

В тот вечер игра уже больше не шла. Как-то все не клеилось. И башенки вроде бы лепились, и дорожки делались, но не было уже интересно в песочнице. Да и что ж тут делать? Разве взрослые в песке играют? Поэтому все разошлись по домам.

Дома Матвей (а он как раз был одним из тех мальчиков, кто играл в песочнице) оказался один. На стук в дверь квартиры никто не открыл, пришлось лезть в карман за ключом и открывать дверь самому. Он прошел, включил свет и позвал:

– Пааап? Маааам?

Ему никто не ответил. Было понятно, что дома никого нет. Матвей прошел по всем комнатам, зашел на кухню, проверил туалет и ванную комнату. Никого. А на улице уже темно. Матвею стало немного неуютно. Но тут же промелькнула мысль о том, что он же хотел стать взрослым и, ура, теперь вот он – сам с собой, самостоятельный. Никто не говорит, что нужно мыть руки или ложиться спать. Немного повеселев, Матвей все же помыл руки и сел на диван в зале. Хотелось кушать. Мама всегда звала его на кухню, чтобы покушать, как только он приходил с улицы. Теперь в полной тишине он вспоминал об этом с грустью. Но время шло, его никто не звал, а в животе уже начало урчать. Пришлось идти на кухню без маминого приглашения.

На столе ничего не было. Матвей открыл холодильник, окинул взглядом полки. Вот йогурт в баночке. Матвей его обычно не ел. Почему -то считал, что он невкусный. Но теперь ничего под рукой не оказалось, и Матвей взял баночку, открыл. Клубничный. Что – ж, попробуем… Бррр – холодный. Надо что-то придумать. В хлебнице лежала половинка булки. Ее Матвей покрошил в йогурт, все перемешал и оставил нагреваться на столе. Но ждать, пока йогурт нагреется, было уже невмоготу. Чтобы облегчить ожидание, пришлось уйти с кухни и отвлечься.

Без всех квартира казалась какой-то пустой. Раньше, даже если мама или папа просто были в соседней комнате, ему уже было спокойно. Сейчас же какое-то неуютное беспокойство овладело им. Он попробовал поиграть в игрушки, но тут же оставил эту затею. Было не интересно, да и в животе урчало. Тогда он вернулся на кухню, взял баночку с йогуртом и сел кушать. «Странно, – думал он, – куда все делись». Когда баночка была уже пуста и весь йогурт со всеми кусочками булки были съедены, Матвей подумал, что надо бы позвонить маме и узнать, когда она придет. Но телефон оказался разряжен. И Матвей с сожалением подумал, что папа не поставил вовремя его заряжаться. Пришлось искать зарядку и делать это самому. «Почему я за взрослых все делаю? Это же папа должен делать!» – подумал было Матвей недовольно, но тут же в голове пронеслась картинка, как они с мальчиками сидят в песочнице, а странный дядечка уходит от них.

Матвей забеспокоился. Надо сходить к Владику. И проверить, как дела у него. Владик жил в этом же подъезде, несколькими этажами ниже. На стук открыл сам Владик. Вид у него был зареванный и под носом висели сопли.

– У тебя тоже никого? – догадался Матвей.

Владик кивнул. Матвей прошел за Владиком в квартиру. Было тихо и грустно. И тут до Матвея дошло, что и Сережка, и Мишка, и Санька сейчас тоже сидят одни, наверно.

– Пошли к нашим, – сказал Матвей вставая, – проверим, как они.

Влад шмыгнул носом, встал и, вытирая рукавами слезы, поплелся за Матвеем.

Сережка держался бодрее, потому что его родители часто работали до поздней ночи и оставаться одному было ему не в первой.

Мишка был растерян, но духом не пал.

Когда Сашка открыл дверь и увидел толпу своих друзей, он облегченно вздохнул.

– А у меня никого дома, проходите, – промямлил он.

– Мы знаем, – отозвался Матвей. – У нас тоже. У тебя есть что-то покушать?

Услышав о еде, Сережка, Влад и Миша встрепенулись и уставились на Сашку.

– Да, мама вчера торт купила и еще пельмени были в холодильнике.

– Пошли! – скомандовал Матвей, и толпа дружно переместилась на кухню.

Из холодильника было поставлено на стол все, что может быть съедено: сковородка с пельменями, торт, кетчуп, масло, сыр, горчица, молоко. Сашка достал почти целую буханку хлеба из хлебницы и тоже положил на стол.

Матвея папа как-то несколько раз учил, как нужно разогревать себе еду. Тогда было непонятно, зачем это нужно, раз папа или мама всегда рядом. А теперь он пытался вспомнить, куда нужно нажать на плите, чтобы включить нагрев. Плита в Сашкиной квартире была очень похожая. «Хорошо, что не газовая» – подумал Матвей. В итоге, пельмени был подогреты, Сыр и хлеб с максимальными предосторожностями нарезаны, тарелки расставлены.

– Мы что же, получается, теперь взрослые что ли стали? – Спросил Сашка после того, как Матвей поделился своими догадками.

– Вроде как.

– А где наши родители? – хлюпнул носом Владик.

– Пока непонятно.

– И что нам дальше делать? – Сережа тоже был в полном недоумении.

– Надо решить.

Было ясно, что ничего они о взрослой жизни не знают и что их представления о ней как о возможности покупать сладости и делать то, что хочешь, крайне скудны и представляют далеко не все, что знать необходимо. Например, встал вопрос о том, что они будут кушать с утра, где будут спать ночью – все вместе или каждый у себя, что будет, когда закончится еда в холодильнике? Постепенно, как из ниоткуда, в головах ребят появлялись эти вопросы, на которые они не могли ответить. Спать решили все вместе у Саши дома. А с утра, когда проснутся, доедят торт, а потом пойдут смотреть, у кого что еще дома осталось поесть. На том и порешили. Сытый ужин пельменями сделал свое дело, и утомленные мальчики заснули, как только легли на диваны.

Утро не принесло ничего нового. Хоть никто их не будил, почти все проснулись достаточно рано. В душе у всех была неясная тревога. А вдруг родители пришли, а детей дома не нашли? Решили проверить все квартиры. На проверку после завтрака пошли все вместе. Как и предполагал Матвей, нигде родителей не было. А инспекция холодильников показала, что обед их будет скудным, а ужин, возможно, не предвидится. На всякий случай, каждую квартиру обыскивали на предмет наличия записок от родителей. Но и их тоже не нашли. Обедать все пришли к Мише, у которого нашли кастрюлю с борщом. Но когда стали ее доставать, она зацепилась за краешек полки и полетела на пол, облив стоящего рядом Сережу и загромыхав по полу. Следующий час все дружно отмывали пол и Сережины вещи. Потом искали чистую одежду для него. Хорошо, что все ребята были примерно одного возраста и найти футболку и шорты не составило труда. Они были немного малы, но это было лучше, чем мокрая футболка, которая так и не отстиралась до конца.

Отобедали чаем с бутербродами с маслом и сыром. И после этого все вышли на улицу. По привычке прошли и сели в песочницу, ковыряя в растерянности песок и рассуждая о будущем.

– Я уже по маме соскучился, – хныкал Владик.

– Все соскучились, – угрюмо сказал Сережа, оправляя малоразмерную футболку. – Как мы теперь кушать будем?

– А давайте подойдем к кому-нибудь и скажем, что мы хотим кушать и попросим нас накормить?

– А если нас спросят, где наши родители? Расскажем, что от нас детство ушло и они пропали?

– Ну, скажем, что уехали на дачу срочно. Все вместе.

– Не поверят. Взрослые – они недоверчивые.

– Я не хочу быть взрослым, захныкал снова Владик.

– У меня в копилке есть деньги! – вспомнил Матвей. – Мы можем в магазин сходить и купить еду!

– И у меня немного есть! – добавил Миша. – Но совсем немного.

Все ребята тут же встали и пошли к Матвею и Мише. Все деньги они вывалили в пакетик и, радостные, пошли в магазин в надежде купить хоть что-то пожевать, потому что обед был явно недостаточным. Магазин находился в соседнем доме – это был огромный плюс. Не нужно было переходить дорогу. Взяв тележку, ребята пошли по магазину, складывая в нее пирожные, булку, сыр, кабачковую икру, печенье, газировку, бананы, колбасу, паштет и все, что попадалось под руку и выглядело более или менее аппетитно. На кассе, когда удивленный продавец пробил на кассе товар и объявил, сколько мальчикам нужно заплатить, Матвей гордо достал пакетик с деньгами и вручил продавцу. Тот озадаченно пересчитал все, потом посмотрел на мальчишек и сказал, что этих денег мало и предложил убрать лишний товар. В итоге, денег хватило только на банку кабачковой икры, хлеб и бананы. По дороге домой мальчики, чей аппетит в магазине разгорелся от созерцания всяких вкусностей, только и мечтали, как бы поскорее все это съесть. Решили идти к Матвею. Достали продукты, помыли бананы, банку с кабачковой икрой, порезали хлеб, достали ложки… И остановились. Банку открыть никак не получалось. Крышка консервы была так плотно закрыта, что слабые детские ручки никак не могли сдвинуть ее с места. Положение спас Саша. Он взял банку и стал стучаться в соседние двери. А когда одну из них открыл сосед, попросил его открыть банку.

Кушали молча. Всем было понятно, что больше денег у них нет и как дальше жить – непонятно. Просить еду у соседей никто пока не решался, опасаясь неудобных вопросов. От родителей пока никаких весточек не поступало. И даже бабушки и дедушки не приезжали.

– А я раньше не понимал, как это все сложно, – вздохнул Сережа.

– Хорошо было, когда просыпаешься, а мама уже всю еду приготовила, – Миша тоже печально вздохнул.

– Надо что-то придумать. А то мы так совсем с голоду пропадем.

– А давайте найдем этого дяденьку Детство?! – пискнул Влад.

Все переглянулись. Если бы это получилось, можно было б попросить его вернуть все на место! Но ведь он говорил, что порой ничего уже вернуть нельзя… А может еще можно? Ведь только вчера они его видели! И мальчики побежали всей гурьбой во двор. Они оббегали все закоулки, заглянули под все качели и проверили все скамейки. Дядечки нигде не было. Собрались все в песочнице. Всем было понятно, что если его нет во дворе, то искать за пределами двора смысла не было. Они не знали города, да и понятия не имели, где его можно искать.

– Что приуныли? – услышали они знакомый ласковый голос.

Все разом подняли головы.

– Вы меня искали, ребята? – спросил дядечка Детство.

– Да! Дааа! – Дядя Детство, верните все обратно!

– Пожалуйста, верните все!

– Мы больше не хотим быть взрослыми!

Мальчики затараторили, перебивая друг друга и протягивая руки к дядечке Детству. А он ласково смотрел на них и качал головой.

– Ну хорошо, хорошо. Не кричите. Я все поправлю. Надеюсь, вы много всего поняли за это время.

Мальчики опустили головы.

– Да, мы поняли.

– Взрослым быть трудно.

– Детьми быть легче.

– И мы по папам и мамам соскучились, – добавил Влад.

Дядечка Детство улыбнулся и выпрямился. Что-то в воздухе произошло. Как будто что-то лопнуло и раскатилось серебристым звоном по двору. И мальчики тут же услышали, как их зовут родители:

– Сережа! Где ты?

– Матвей! Матвееей!

– Владик, ну когда же ты домой придешь?

– Саша! Пора кушать!

– Миша! Пойдем, к нам бабушка приехала!

Дети завертели головами, а когда посмотрели на то место, где только что стоял добрый дядечка, то не увидели его. Его не было нигде, только по тропинке вдоль дома вприпрыжку скакал чем- то напоминающий его мальчик, одетый в такую же рубашку в цветочек и зеленые штанишки.

Дольше звать себя они не заставили и все разом рванули наперегонки к себе домой.

Сказка про коварного Пузочешека.

Правда ли то, вымысел ли, а было это все в далекой стране, за тридевять земель от нас. Хотя, если знать, как идти, то вовсе и недалеко будет. Жил в той стране в одном доме мальчик Митя. Жил он с большой семьей и хозяйство у них тоже большое было. И коровы, и курицы, и гуси, и кошки с собаками. Жили себе, не тужили. Все друг другу помогали. Просыпались рано, всех покормят, коров пасти выведут, сами позавтракают. Днем сено заготовят, починят, что сломалось, на огороде поработают, а там, глядишь, и вечер уже. Корову пора встречать, да доить. А вечером молочко теплое с пирожками. И спать.

Мерно текла жизнь до тех пор, пока по соседству не поселилась новая семья. Откуда они приехали, никто не знал. Заехали в дом, который пустовал, потому что хозяева уехали давно. Стали там жить. Чем они занимались, тоже никто не знал. Их и не видели особо-то. Так, иногда в магазине их увидят. И все. Некоторые соседи говорили, что видели их поздно вечером. Будто бы они всей семьей куда – то ходили.

Митя их тоже видел очень редко. Они обычно ни с кем не общались. Да и с ними не очень-то общаться хотелось. Вся семья у них была какая – то странная. Ходили все в грязном, обросшие, лохматые. Смотрели исподлобья, почти не здоровались. Так, иногда кивнут в ответ и отвернутся.

Но вот, как – то раз, когда Митя сидел у своих ворот и строгал себе стрелу для лука, из соседского дома показался мальчик – сосед. Посмотрел на него Митя, да снова за свое дело принялся. А мальчуган вышел, почесал спину, потянулся, огляделся вокруг. Заметил Митю, пошел к нему. Подошел, стал смотреть, чем же таким Митя занимается…

– Привет. – сонно сказал он.

– Привет – отозвался Митя.

– Что это ты делаешь?