1905 год. Репетиция катастрофы

Как сказано в приглашении организационного комитета начинающегося завтра съезда земских и муниципальных представителей, работа съезда начнется с рассмотрения разработанного комиссией Булыгина проекта системы народного представительства.

Будут названы двенадцать конкретных недостатков этого проекта, в том числе: неприемлемые классовые и имущественные ограничения; произвольное исключение из избирательного процесса отдельных общественных групп, в частности рабочих; отсутствие гарантий личных свобод, вследствие чего выборы будут проходить под контролем чиновников; отсутствие депутатской неприкосновенности; разделение думы на секции; порядок назначения председателя и закрытый       характер дебатов; подчинение собрания народных представителей Государственному совету, являющемуся чисто бюрократическим органом; запрет на законодательные инициативы; отсутствие контроля государственных расходов; недостаточное участие думы в решении внешнеполитических вопросов; неподотчетность министров народным представителям.

Вследствие этих недостатков на основе проекта Булыгина невозможно создать орган государственной власти, выражающий интересы народа. Проект не обеспечивает всеобщность избирательного права, он создает возможность для злоупотреблений в ходе выборов и не обеспечивает защиту народных представителей от произвола властей.

Июль 1905 г.

Встреча двух императоров

Завтра в десять часов царь отбывает в плавание на императорской яхте «Полярная звезда». Это неожиданное путешествие выглядит очень таинственно, и продлится оно четыре дня.

В качестве официальной причины называют посещение береговых сооружений. Но одновременно ходят слухи, что в шведских территориальных водах состоится встреча царя с германским императором Вильгельмом II

Вот такая получена информация. Надо сказать, что во всех посольствах к ней отнеслись с недоверием. В первую очередь, из-за того, что в настоящий момент такие действия не являются политически целесообразными. Официально это сообщение пока никто не опроверг, и, возможно, из-за этого дипломатический корпус буквально на глазах потерял способность рассуждать здраво. Правда, некоторые делают из этого собственные выводы. Утверждают, например, что такими действиями Россия пытается показать Японии, что в случае продолжения военных действий она вполне может рассчитывать на дружескую помощь своих соседей.

Однако, поскольку этот демарш совершенно не вписывается в контекст современной российской политики, суть которой заключается в склонении Японии к заключению мирного и союзнического договоров (по поводу чего Англия придерживается особого мнения), вышеупомянутым дипломатам никак не удается найти приемлемое объяснение происходящих событий. В качестве примера могу привести фразу, услышанную мной в одном из петербургских салонов: «Зачем пытаться что-то понять? Один император, которому до всего есть дело, всего лишь продемонстрировал дружеское расположение к другому императору, которому ни до чего дела нет, и который не склонен ничего обсуждать. Они вместе пообедают и больше ничего.»

Но зато, сколько в Европе прольется чернил, изготовленных по китайскому рецепту!

Итак, представление состоялось! Свершилось событие, которое наша газета «Матен» предсказала в своем пятничном номере!

Произошла встреча двух самодержцев. В возможность такой встречи не верил никто, даже господин Витте.

Их беседа была длительной и таинственной. Надо иметь богатое воображение, чтобы сегодня высказывать предположения по поводу того, о чем они говорили между собой. Однако в дипломатических кругах не сомневаются, что единственным предметом переговоров могли быть проблемы создания русско-японского альянса56.

Сомнений по этому поводу не может быть уже потому, что кайзер почти одновременно предпринял два демарша на западе и на востоке своей империи. Оба они нацелены на разрушение любой комбинации, имеющей целью политическую изоляцию Германии. Кайзер намерен любой ценой нейтрализовать угрозу образования недружественных ему союзов, подобных союзу России и Японии.

Судя по тому, что происходит в Марокко57, демарши кайзера в который раз нацелены на подрыв позиций Англии. Все усилия германской политики сосредоточены на формировании тройного вектора сил, направленного на подрыв английского влияния. Делается это несмотря на сдержанную позицию Франции и вынужденное бездействие России, приоритетом для которой остается заключение договора о дружбе с Японией, без чего достижение мира станет невозможным.

Внутренне положение в России также превратилось в чрезвычайно острую проблему для кайзера. Резолюции последних земских съездов, революционное брожение на восточных границах его империи, а также то, в каких решительных выражениях высказался московский съезд, свидетельствуют о том, что самодержавие столкнулось с серьезными угрозами. Ему теперь необходимо срочно делать выбор: солидаризоваться с московским съездом или начать борьбу на уничтожение. От того, какие в ближайшее время будут приняты решения, без преувеличения зависит судьба династии. Успешное развитие революционного движения в России представляет огромную угрозу и для соседней империи. По этой причине все сходятся на том, что Вильгельм попытается склонить Николая к необходимости сопротивления. Но неспроста изначально никто не верил, что эта встреча состоится. В нынешней ситуации она способна привести лишь к плачевным результатам, которые неизбежно привнесут во внутреннюю и внешнюю политику России новые элементы, способные еще больше осложнить ситуацию и затруднить установление мира внутри страны и в Манчжурии.

Приведенный выше пассаж резюмирует меланхолические высказывания одного деятеля, присутствовавшего на борту «Полярной звезды». Я не стану называть имя этого господина, поскольку его существование не нуждается в доказательствах. Чтобы читатели не сомневались в правдивости моих слов, сошлюсь на него как на источник весьма приватной информации, которая поступила ко мне этим утром и состоит в следующем. Как вы уже знаете, на борту «Полярной звезды» помимо царя и его брата, великого князя Михаила, присутствовали также министр двора барон Фредерикс, морской министр адмирал Бирилев, губернатор Финляндии князь Оболенский, несколько бывших командиров кораблей, прибывших из Порт-Артура, и германский военный атташе.

После отплытия яхты в течение сорока восьми часов шел интенсивный обмен телеграммами, после чего «Полярная звезда» в воскресенье в восемь часов вечера бросила якорь в Бьёркё. Была достигнута предварительная договоренность, что в то же самое время в этом же месте бросит якорь яхта «Гогенцоллерн», и кайзер пожалует на ужин на борт «Полярной звезды».

К восьми часам все приготовления были закончены и ждали лишь появления именитого гостя. Но сигнальщики на царской яхте безрезультатно пытались обнаружить яхту кайзера. Горизонт был чист. Гостей царя начинал мучить голод. Целых два часа они нетерпеливо вышагивали по палубе в своих пышных мундирах. К счастью, на борту не было дам, не считая кастелянши, которая к тому времени уже давно поужинала. Не понимая причин такого невероятного опоздания, царь отдал долгожданный приказ приступить к ужину. Стол был накрыт в столовой. Уже пробило десять часов вечера. Первые перемены блюд прошли без каких-либо происшествий, но в тот момент, когда подавали блюда, полагающиеся между сырами и десертом, и царь уже выбрал персик «по-императорски», припущенный в красном вине, в столовой появился офицер, который сообщил его величеству, что яхта «Гогенцоллерн» только что бросила якорь в двадцати кабельтовых от «Полярной звезды».

В тот же момент раздались звуки русского гимна. Его исполнял оркестр на яхте кайзера. Царь поднялся. Персик, припущенный в красном вине, пришлось отставить и все вышли на палубу, чтобы приветствовать кайзера, который уже успел взойти на наружный трап. Официальные приветствия, крики «ура», взаимные представления и извинения Вильгельма II за опоздание.

Прерванный ужин продолжать не стали. Кайзер, который, как все отметили, находился в прекрасном настроении, завладел вниманием Николая II. Царь немедленно повел гостя осматривать «Полярную звезду», которую оба знали, как свои пять пальцев. В одиннадцать часов, после получасовой прогулки монархов кайзер повел царя и его брата Михаила в свой катер. Через мгновение все трое уже были на борту «Гогенцоллерна», где их ждал поздний ужин с пивом, и откуда царь со своим братом возвратились в два часа ночи.

В восемь утра Вильгельм II уже находился на борту «Полярной звезды», где за большим столом на двадцать четыре персоны ему был подан кофе с молоком. Поскольку в этой столовой завтрак был накрыт только для Вильгельма II, Николая II и великого князя Михаила, всем прочим путешественникам пришлось завтракать на палубе. К счастью, погода стояла великолепная, и море было спокойным. Сотрапезники, сидя на палубе, могли сколько душе угодно разглядывать сквозь окна столовой обоих императоров и вероятного регента России.

На то, чтобы выпить кофе с молоком, потратили два часа, после чего августейшие особы быстро осмотрели крейсер «Берлин», сопровождавший яхту «Гогенцоллерн». В половине второго они возвратились на «Полярную звезду». В два часа подали обед. Он прошел весело и сопровождался изысканными винами. В течение всего этого времени императоры находились в прекрасном расположении духа.

Любопытное наблюдение: за столом говорили только по-французски. Оба императора произнесли короткие тосты за здоровье и процветание. Обед продолжался до пяти часов. Их величества приказали составить список присутствовавших на обеде персон, имея в виду вручить им впоследствии государственные награды.

Вильгельм II отбыл на «Гогенцоллерн», и в семнадцать часов три минуты «Полярная звезда» снялась с якоря и взяла курс на Петергоф, где царь в десять часов вечера сошел на берег.

По возвращении он выглядел очень счастливым. Особенно заметно это было по той причине, что все ожидали, что царь будет не в духе из-за того, что Вильгельм II своим опозданием неожиданно поставил его в неловкое положение.

20 июля 1905 г.

Победа Рультабия

Нам представляется, что будет очень кстати привести здесь отрывок из другого произведения Гастона Леру, в котором описывается, как никто не хотел верить добытой им информации. Отрывок взят из автобиографической повести «Счастливые моменты моей карьеры».

«Когда я работал репортером и сам находился в «шкуре» Рультабия, специальные корреспонденты, представлявшие газеты разных стран, буквально дрались между собой, вежливо, но ожесточенно, за доступ к источникам информации. Расскажу вам об одном таком случае, который я вспоминаю с особым удовольствием, поскольку в тот раз из схватки с коллегами я вышел победителем. Случай этот примечателен тем, что я, молодой репортер, проявил себя с очень необычной стороны и сумел продемонстрировать хитроумие и сообразительность, присущие известному герою моих романов.

Дело происходило в Петербурге на завершающем этапе русско-японской войны. В ту пору в определенных кругах проявляли беспокойство по поводу того, что намечалась переориентация политики России… Власть в стране в значительной степени была сосредоточена в руках господина Витте, и при этом Берлин стремился всячески обхаживать Санкт-Петербург. Однажды утром я разыскал нашего посла господина Бомбара и поделился с ним одной новостью, причем настолько невероятной, что он отказался в нее поверить. Должен сказать, что господин Бомбар, человек умный и открытый, совершенно не подвержен каким бы то ни было кастовым предрассудкам и не замечен в пренебрежительном отношении к журналистам. Как раз наоборот… Он пригласил меня позавтракать с ним и, выслушав мое сообщение, сказал: «То, что вы рассказываете, звучит невероятно… Мы бы знали об этом…»

А я всего-навсего сообщил ему о предстоящей встрече царя с Вильгельмом II.

– В конце концов, откуда вы получаете такие неправдоподобные сведения?

– Этого я не могу вам сказать, господин посол!.. Я поклялся сохранить это в тайне… Скажу лишь, что совершенно уверен в точности полученных мною сведений.

В тот же день я телеграфом отправил сообщение в мою газету «Матен».

Вскоре со всех сторон на меня обрушились возмущенные вопли. Все коллеги и все телеграфные агентства спешили опровергнуть мое сообщение. Министр иностранных дел России господин Ламсдорф собрал в своем кабинете журналистов и дал им честное слово, что моя информация является ложной. Вечером того же дня в ресторане «Медведь» коллеги в порядке утешения поднесли мне шампанское.

Потом пришла телеграмма из моей газеты. Там интересовались, подтверждаю ли я свою информацию. Я ответил им: «Несмотря ни на что и вопреки всему и всем…»

Когда я вновь повстречал посла, он сказал:

– Вы должны понимать, что если бы намечалась встреча двух императоров, то министр иностранных дел был бы в курсе… Над вами кто-то посмеялся!

Тем не менее, мое спокойствие явно произвело на него большое впечатление.

Тем временем в Париж прибыл господин Витте, направлявшийся в Портсмут, где он собирался подписать мирный договор с Японией. По прибытии он сделал заявление для прессы, в котором сообщил, что он, премьер-министр, ни разу не слышал о том, что готовится подобная встреча!..

После этого из моей газеты вновь поступила телеграмма, и вновь я ответил: «В том, что касается будущей встречи императоров, ничего не изменилось. Встреча состоится!» И далее я сообщил дату и время встречи!..

И встреча действительно состоялась! Она проходила на Балтике, на борту царской яхты «Полярная звезда». При этом Вильгельм II прибыл на своей яхте. Их встреча имела очень серьезные последствия. В результате состоявшихся бесед Николай II на какое-то время полностью попал под влияние своего могущественного соседа. Проявленная им слабость в большой степени была обусловлена поражениями русской армии в маньчжурских степях. Все вопросы между двумя монархами были решены без привлечения политиков и дипломатов…

Спрашивается, как я смог узнать то, что не было известно премьер-министру, министру иностранных дел и послам? Да очень просто! Николай мог скрыть от своего министра, что готовится встреча с Вильгельмом, но он не мог не сообщить своему повару, что в такой-то день на борту его яхты будет дан официальный обед, и происходить он будет со всей торжественностью и с соблюдением требований этикета, как того требует присутствие коронованной особы!..

А я, как и положено Рультабию, настоящему профессионалу и гурману, был в очень хороших отношениях с обоими шеф-поварами императорской кухни. Это были истинные вельможи, командовавшие целой армией поварят. Мне часто приходилось обедать в их хоромах в Петергофе и Красном Селе. Так образовались мои источники информации. Именно там я получал самые недоступные сведения. И именно там мне шепнули под страшным секретом о намечавшейся встрече двух императоров.

Шеф-поварами были два выдающихся персонажа, Кюба и Понсе. Работали они посменно, по две недели каждый…

По завершении встречи император приказал министру двора провести расследование и установить, откуда пошла утечка информации.

Проверили всех дворцовых служащих и в результате установили, что секретные сведения я получил от поваров…

Устроили страшный разнос Кюба. Он весь дрожал, когда рассказывал мне о полученной взбучке. При этом он ничего не мог понять… Потому что сведения я получил от Понсе. Через неделю, когда все окончательно убедились в моей победе, пришла моя очередь ставить шампанское коллегам с берегов Темзы.

Николай II в форме адмирала германского ВМФ и кайзер Вильгельм II в форме адмирала российского ВМФ

Германия добилась своего

Последние надежды на заключение мира растаяли, как дым.

После встречи двух императоров должно пройти время, чтобы можно было с основанием строить догадки относительно ее возможных последствий.

В целом, подводя итоги встречи, можно смело утверждать: «Германия своего добилась».

Как я уже писал, практически все здесь уверены в том, что в отношении вопросов войны и мира вмешательство Вильгельма неизбежно будет иметь самые неблагоприятные последствия. Конкретные договоренности сторон держатся в строжайшем секрете. Что же касается самого духа этих договоренностей, то здесь никакого секрета нет.

В штабах и политических кругах, информированность которых не вызывает сомнений, слышится лишь одно: в сложившихся условиях самой большой ошибкой станет заключение мира.

Все говорят: «Никто не заставляет нас подписывать позорный мир». И такие речи слышны повсюду на просторах империи.

Кстати, сам царь в очередной раз высказался именно в таком духе. В своем ответе на послание священнослужителей Оренбургской губернии он написал: «Вы можете рассчитывать на меня, я никогда не подпишу этот позорный мир».

Что можно считать позорным для страны, которая в самых неблагоприятных условиях героически билась с врагом?.. Ведь честь страны не затронута, значит, и позора никакого нет. Возьмем, например, Порт-Артур, который был русским форпостом в полном смысле этого слова. Разве позорно, что он достался японцам? А между тем, окончательная передача Порт-Артура японцам стоит первым пунктом повестки дня переговоров о мире, и согласие России на такую передачу неизбежно. Это даже не обсуждается.

Правда заключается в том, что партия войны одержала победу по всей стране, и теперь повсеместно слышен только ее голос, и голос этот вопит: «Заключение мира прямо сейчас обернется позором, на каких бы условиях это ни происходило!» Кстати, сами японцы предвидели такое развитие событий и были уверены, что возобладают именно такие мнения и политические силы. Поэтому-то они и ответили президенту Рузвельту, что мечтают о мире и готовы заключить его в любой момент. Ведь за долгие годы они накопили изрядный опыт и понимают, что значит иметь дело с Россией. Они понимают, что Россия не готова прекратить войну и потому начали подготовку к следующему этапу противостояния, который должен последовать вслед за взятием Мукдена и разгромом эскадры Рожественского.

Тут самое время спросить: «Что за ослепление такое напало на русских? Почему они хотят продолжения войны? Ведь это невозможно не только из-за целой череды военных поражений, но и по причине трудностей внутреннего характера». Лично я считаю, что вопрос продолжения войны уже решен. Такое решение является составной частью большого плана, нацеленного на то, чтобы успокоить горячие головы и сгладить негативную реакцию на булыгинский проект конституции. Делаются полуофициальные заявления, что предусмотренная этим проектом избирательная система будет полностью переработана. Верхи полагают, что такое обещание послужит приманкой для революционеров, и пока держат эту приманку в резерве. Если продолжится война, тогда приманку извлекут на свет божий, да еще и скажут: «Разве не учит нас история России, что в некоторых обстоятельствах лучше забыть о свободах до лучших времен?»

Если мир все-таки будет заключен, тогда приманку придержат до этих самых «лучших времен», и у власти вновь возникнет искушение силой покончить с революцией.

Впрочем, скоро мы все узнаем. Остались считанные дни.

На совещании министров, которое проходило в Петергофе под председательством императора, как я и предсказывал, было принято решение полностью переработать проект конституции Булыгина. Решено заложить в проект такую модель избирательной системы, которая полностью отвечала бы требованиям земского съезда. И в этом тоже залог того, что война продолжится. Именно это я и предсказывал.

Объявлено, что завтра будут обнародованы императорский манифест и закон об органе народного представительства. Говорят, что указ обнародуют в десять часов утра и, поскольку завтра православный праздник, его будут зачитывать в церквях.

Скорее всего, за этим долгожданным событием последует отмена переговоров в Портсмуте. Если так и произойдет, тогда я еще больше укреплюсь во мнении, что в нынешней обстановке заключение мира здесь не считают возможным.

Такие уж тут порядки: одну руку протяни, а другой ударь. Если и были какие-то иллюзии в отношении разумности мер, на которые может решиться власть, то теперь остается лишь признать, что суть самого деспотичного в мире правительства не изменилась ни на грош. И произошло это в тот момент, когда после вчерашнего обнародования манифеста все политические партии, как казалось, поверили, что власть способна на проявление доброй воли.

То, что произошло, рушит все надежды и в очередной раз свидетельствует о том, что, хотя царь и пытается всех убедить, что он сторонник реформ, его вельможи, ответственные за проведение реформ, с традиционным цинизмом эти самые реформы и топят. А произошло вот что. Вчера в доме ученого историка Милюкова58 проходило собрание, в котором среди прочих принимали участие старый профессор Брандт, знаменитый профессор Гордеенко, директор крупнейшей энергетической компании Ульман, инженер Галеркин. Неожиданно явилась полиция и всех арестовала, включая и самого Милюкова. В настоящее время все они находятся в тюрьме. Через несколько дней их отпустят на свободу, но они предстанут перед судом, а это в соответствии со статьей 7 Положения о выборах лишит их возможности принять участие в январских выборах. Очевидно, что власти боятся этих людей и такими способами пытаются воспрепятствовать участию влиятельных деятелей в политической жизни страны.

Что же такое происходит с властью, если она уже на следующий день после знаменательного события, заставившего многих поверить правительству, внезапно прибегла к подобным полицейским мерам? И вот теперь все единодушно утверждают, что народ окончательно отвернулся от правящей верхушки, и вскоре начнется решительная борьба с самодержавием.

В настоящий момент по всей стране принимаются драконовские полицейские меры.

В целом люди доброй воли окончательно разуверились в этой власти из-за ее неслыханно бездарных действий. Уже никто не сомневается в том, что, согласившись на проведение выборов в собрание народных представителей, власть одновременно подавляет право на свободные выборы и собирается так действовать впредь.

Подобный действия наносят удар и по армии притом, что сейчас она нужна правительству как никогда. Между тем, дисциплина в армии ослабла. Имеются сведения о протестах в некоторых гвардейских полках. А сегодня в Царском Селе солдаты 1-го гусарского полка выгнали своих унтер-офицеров, заперлись в казармах и не впускают к себе командира полка. Насколько мне известно, требования солдат не носят политического характера. Они недовольны муштрой и воровством унтер-офицеров. Однако не следует забывать, что события на «Потемкине» начались с несъедобного супа. Если правительство не прозреет и не подтвердит взятые обязательства относительно реформ, то тогда можно быть уверенным, что впереди нас ожидает настоящая катастрофа.

Август 1905 г.

Что нас ждет после еврейских погромов

После возвращения господина Витте из Портсмута с Запада в Россию хлынул поток ложной информации о политических маневрах, целью которых является изменение картины мира. Если верить наиболее серьезным газетам, то создается впечатление, что Англия и Германия ввязались в отчаянную гонку, стремясь любой ценой добиться установления с Россией союзнических отношений или, по крайней мере, создания обязывающего дипломатического альянса, от которого в ближайшей перспективе будет зависеть расстановка сил в мире.

Здесь никого не удивляет та легкость, с которой блеф немецких газет завоевывает доверие во Франции. Стремление Германии установить более тесные отношения с Россией не вызывает никаких сомнений. Германия прилагает огромные усилия, чтобы добиться своих целей, и об этом, в частности, свидетельствуют слова кайзера, с которыми он обратился к господину Витте, находившемуся проездом в Германии. А тут еще сам господин Витте в интервью французскому журналисту недоброжелательно и неуклюже отозвался о Франции, и это вселило новые надежды в местных германофилов.

Однако ничего еще не решено. Конечно, для заигрывания с Германией невозможно найти более подходящую фигуру, чем господин Витте. Но было бы ошибочно полагать, что он способен столь сильно влиять на российскую внешнюю политику и полностью изменить ее ориентацию.

Как сказал мне сегодня один влиятельный государственный деятель, фимиам, который воскурил Вильгельм II господину Витте, совершенно вскружил тому голову, но если при германском дворе Витте принимают как властелина России, то при российском дворе к нему относятся как к обычному подданному. Разумеется, сказал этот деятель, царь принял Витте, поздравил его и присвоил ему графский титул. Его даже первым среди всех политических деятелей отдадут Думе на растерзание. Но нет никаких сомнений в том, что любые внешнеполитические инициативы останутся в исключительной компетенции императора.

В связи с этим хочу напомнить вам об одном проекте, о котором я уже ранее сообщал: император принял решение учредить кабинет министров, который нес бы коллективную ответственность за действия правительства. Хотелось бы остановиться на этом вопросе более подробно.

Я уже сообщал читателям, что император принял решение реформировать кабинет министров, возложив на него коллективную ответственность за результаты работы. Прокомментировать это события я намерен, опираясь на сведения, полученные от того же источника, с которым я обсуждал нынешнюю внешнюю политику России. Всё, касающееся этого вопроса, окружено завесой абсолютной секретности, что только подтверждает достоверность добытых мною сведений.

Вскоре в стране появится совет министров, и его будет возглавлять специально назначенный председатель. У нас, во Франции, дело обстоит точно таким же образом, причем между кабинетом и советом министров нет никакой разницы. Все министры являются членами кабинета или совета министров. Однако три министра, а именно министры иностранных дел, военный и морской министры, не будут подчиняться председателю. Отчитываться они будут непосредственно перед императором, а в случае правительственного кризиса, при котором весь кабинет во главе с председателем уходит в отставку, эти три министра сохранят свои посты. Что касается остальных министров, в том числе министров внутренних дел, финансов, юстиции, путей сообщения и т.д., которые до настоящего времени напрямую общались с императором, то теперь их подчинят председателю совета министров, который будет принимать у них доклады, а затем относить эти доклады его величеству. Таким образом, статус министров понизится до уровня директоров ведомственных департаментов.

Вы сами понимаете, какая волна гнева поднялась в столице, когда стало известно об этом проекте. Нынешние министры, эти царьки в своих администрациях, даже слышать не хотят о том, что по приказу какого-то там Витте их будут контролировать, распекать и увольнять.

Только представьте себе: в этой стране министры никогда не собираются на совещания, никогда! Они встречаются только на похоронах убитого коллеги.

Каждый из них помаленьку тянет свои министерские обязанности, и его совершенно не беспокоит, чем занимаются в других министерствах.

Работать совместно они не привыкли. Каждый тянет в свою сторону, иногда наталкиваясь на коллегу или стараясь его отпихнуть.

Недавно один из них воскликнул в сердцах: «Зачем нам этот Витте, этот совет министров, эта дума? Нам некогда заниматься политикой!»

Страшные трагедии разыгрались в Киеве, Кишиневе и Одессе. Там прошли кровавые еврейские погромы. Некоторые газеты опасаются, что такие же кровавые события могут произойти и в столице империи. Во всяком случае, на стенах некоторых домов появились угрозы в адрес евреев и интеллигенции. Похоже, что события начнутся этой ночью.

Почти все евреи покинули Санкт-Петербург. Финляндский вокзал забит народом, поездов не хватает. Все отъезжающие вооружены. Невозможно купить револьвер, потому что опустошили все оружейные магазины.

Формируются команды студентов для отражения атак контрреволюционеров. Рабочие Санкт-Петербурга выступили с предупреждением. Они заявили, что в случае начала погромов они выйдут на улицы города и восстановят порядок. Ясно только, что их вмешательство не потребуется. Я специально провел сегодня опрос и убедился в том, что никаких столкновений не произойдет.

Здесь, в столице, антисемитские преступления, подобные тем, что имели место в провинции, абсолютно не возможны. Власти могли бы, как всегда, заявить, что они бессильны, но в данном случае здесь такое не пройдет. Если в столице допустят подобное безобразие, то в глазах всей Европы это будет равносильно признанию того, что власть окончательно дезорганизована. Поэтому я совершенно уверен, что опасаться нечего.