Одержимый

— Я тебя разочарую во мне, были секреты и много. Вот ты знал, что я три года жил с японской гейшей? Навещал её почти каждый день.

— Нет, — растерянно ответил тот.

— Что она меня всему научила и много дала в японской культуре? Я полюбил японскую поэзию. Вон, храню два томика стихов, нашёл на трофеях, иногда читаю. Также освоил английский, учу французский. Да, ночью в темноте вижу, но это последствия ранения, так что тут гордиться нечем. Почему меня из университета попёрли, ты знаешь. Подстава от жандармов. Я довольно любвеобильный, был, есть и буду, на этом и сыграли, подвели свою девицу, неделю встречались, а та привела к друзьям на квартиру, где, как оказалось, был кружок революционеров. Арест всей группы и меня, я думаю всё специально было устроено. Надо сказать, решение отца отправить меня в армию, сильно ударило по моим планам, но там уже не вывернешься. А такие планы. Я мечтал о море, учился на моряка у капитана дальнего плаванья, освоил штурманское дело, копил деньги. Играл на курсе акций, за год заработал свои первые сто тысяч рублей. Меня вербовал жандарм, не скрою, подписал согласие на сотрудничество. Для меня это ничего не значит, плевать хотел. Думал ладно, отслужу два года, стану прапорщиком, с чистым личным делом, и уже осуществлю мечту. Как раз готовились на Дальний Восток отправить партию новобранцев, я доплатил писарю, сообщив, что знаю японский и меня отправили сюда. Правда, переводчиком так и не сделали, но после окончания службы хотел отправиться в Японию. Там дальше видно было бы. А тут такое. Война. Так скажи, ты меня хорошо знаешь?

— Похоже что нет.

— У каждого есть свои тайны за душой. Помни это, ну и ещё я самая мстительная тварь из существующих. Поверь, ту девицу и жандарма, их найдут, есть у меня нужные люди на прикорме в Москве. Сам руки не буду пачкать, но отомстить, отомщу. Дело принципа. Хотя… За последствия их действий мне их скорее благодарить нужно, но я уже решил, а решений своих не меняю. Жаль до отъезда не успел. Вот так братишка. Всё, юнга, свободны.

Волков слушал и мотал на ус, но промолчал, хотя и окинул меня заинтересованным взглядом, тот узнал обо мне много нового. Вот такой разговор случился. Тут меня отвлёк писк планшета в сумке. Я при себе носил, коптер в небе, под тучами висел, видел нас сверху хорошо. Открыв сумку, не доставая планшет, я включил экран и посмотрел, что там привлекло внимание компа коптера. Дело было важным. Резко развернувшись, вскинув бинокль к глазам, он на груди висел, я поднял бинокль, и заорал:

— Сигнальщик! Световым кодом на флагман. Передать: Ваш курс ведёт к опасности. Минное поле. Радисту повторить.

Сигнальщик стал прожектором подавать сигнал, ещё и флажки взлетели на мачте, радист заработал, но я видел, что предупреждение запаздывало, флагман наваливался на часть минного поля фарватера. Как я понял, так в памяти компа коптера границы минного поля отмечены пунктирной линией и если кто опасно сближался, не только мой миноносец, тот подавал сигнал, что только что и было. На флагмане наконец разобрали сообщение и тот резко лёг в поворот, но было поздно, у борта поднялся водяной фонтан. К счастью, один, броненосец уже уходил от минного поля, заметно кренясь. Все офицеры, тут и офицеры нашего дивизиона были, и из моей команды, напряжённо наблюдали за «Петропавловском», остальные отвернули и не подорвались. К флагману спешили на помочь, там было видно, что идёт борьба за живучесть. Ну и сигналы взлетали на сигнальных мачтах. Возвращаемся, выход был отменён.

— Прогулялись, — сказал командир дивизиона, и выругался, после чего отдал приказ на возвращение.

Пришлось подождать пока заведут флагман на рейд, там флотский буксир работал, помогая, на корабле видимо провели контрзатопление отсеков противоположного борта, выровняв крен, но броненосец заметно осел в воде. В общем, фигово вышел выход. Я же задумался. А не так ли погиб Макаров с больше частью команды? Может быть, не знаю. Хотя своё слово вставил:

— Не знаю кто там штурманом на флагмане, но гнать его поганой метлой надо на берег. И вообще не похоже это на случайность, как бы не спланированная диверсия.

Многие задумались, хотя некоторые и покосились на меня странно. Ведь я обвинял в предательстве часть, команды. А те явно за честь мундира стояли. Да хоть как стой, предательство оно и есть предательство, а покрывать их, это подло.

— Может просто сглупили, ошиблись? — попытался встать на защиту флагманских штурманов, мой командир дивизиона.

— Ну да, дураков у нас в России, слава богу, ещё лет на сто вперёд припасено.

Кто-то хмыкнул, но в основном промолчали, решили не продолжать эту тему. Вот так и вышел пыхом наш выход. Флагман срочно в ремонт, тот сам уполз к ремонтным мастерским. Причалы там могли его принять. Остальные вставали на своих старых местах стоянок. Я же вернулся к пирсам, и встал там, откуда недавно отошёл. Место «Оборо» занял другой миноносец нашего дивизиона, уже русской постройки. Так себе аппараты, надо сказать, я уже изучил. Там отбой, команда занимались по распорядку, а я, прихватив свой рапорт, направился искать Макарова. Пусть подпишет. Да по модернизации своего корабля. Мне эти скорострелки в пятьдесят семь миллиметров не нужны. Лучше снять и поставить на носу ещё одно орудие в семьдесят пять миллиметров. С двумя пушками одного калибра тот станет куда зубастее. Пулемёты оставлю, их два на борту. А так рапорт — это просто повод глянуть на флагман, узнать как он. Ругнувшись, я велел извозчику возвращаться обратно. Пролётку мне нашёл вахтенный матрос. А в планшете работал, прикрыв его стенками сумки, и кое-что нашёл, что мне не понравилось. К кому обращаться не знаю, справлюсь и своими силами. Командовании дивизиона продолжало размещаться на борту, но оно мне не нужно. Построив команду на пирсе, я осмотрел строй и показал на десяток матросов и двух унтеров, приказав им получить оружие в арсенале. Также вял одного из офицеров, мичмана Меньшова, и всех трёх юнг. Пропустить их через кровавую бойню, если до этого дойдёт, тоже стоило. Юнгам выдали морские тесаки, и револьверы, обращаться уже научили с винтовкой и револьвером, заряжать, чистить, но до практических стрельб ещё не дошло. Оставив Волкова за старшего, я повёл отряд за собой в китайские кварталы. Мичман выстроил матросов строем по одному, юнги замыкали, так и двинули. Шли те вразвалочку, ходить строем их никто не учил, не солдаты чай.

Причина моих таких действий, это просмотр записи, как был похищен русский морской офицер в звании лейтенанта, и куда его затащили. Буду выручать своего. Тот с «Паллады» насколько я опознал. Подставная наёмная пролётка была, и завезла в засаду, так и взяли.

— Команда, стой, — отдал я приказ, мичман повторил.

Подойдя к строю матросов и унтер-офицеров, я сообщил:

— В городе обстановка напряжённая, множество шпионов, не только японских, но и других государств. Я завёл себе агентурную сеть, из местных. Плачу небольшие деньги, но зато знаю что в городе происходит. Только что мой агент, сообщил мне, что был похищен русский офицер, лейтенант с «Паллады». Скорее всего японцы похитили. Это произошло четыре часа назад. Дом где его содержат рядом. Наша задача освободить своего боевого товарища, и уничтожить похитителей. Задачи пленить их не ставится. Стрелять во всё что не имеет русскую военно-морскую форму. Всё ясно?

— Так точно! — рявкнули матросы.

Один добавил от себя:

— Поможем.

И загнул серьёзный такой матерный загиб.

— Хорошо. Значит план такой. Мичман Меньшов с тремя матросами организует оцепление, чтобы никто не ушёл, остальные штурмуют. У меня три динамитный шашки. Ты, ты и ты, закинете их на крышу. Взрывная волна пойдёт вверх и немного вниз, оглушит тех, кто внутри здания, это нам поможет. Взрывы мы пережидаем, присев, закрыв головы. Как они прозвучат, вы двое с разгону, плечами выносите двери, здоровые, массы должно хватить. Как вынесете, сразу в сторону, даже если упадёте, откатитесь в сторону чтобы те, кто за вами бегут, не споткнулись о вас. Дальше осмотр помещений и уничтожение всех, кто не наш. Поэтому и вооружены все револьверами, сколько было в арсенале, с винтовками там не развернёшься. Задача ясна?

— Так точно.

Я заставил повторить задачи каждого, после этого мы двинули строем дальше. На ходу достав из сумки три шашки, фитили укорочены, по десять секунд, ящик динамита я нашёл в вещах британцев. Боевой группы первого резидента. Хоть какой-то заменитель гранат. Но на борту миноносцев, при их захвате, я не использовал шашки. Банально опасался. Вот так доведя строй, указал дом, выдал трём матросам шашки, они их держали пока я, прикрывая рукой, поджигал фитили спичкой, дальше броски, мы присели, причём из дома раздался приглушённый вопль тревоги, но тут в разнобой грохнули взрывы, и мы рванули к дверям главного входа. Меньшов с тремя матросами пока осуществлял оцепление, дом просматривался с трёх сторон, с четвертой у того дворик и соседние дома. Да шансы упустить есть, но коптер наверху бдит. Грохотали выстрелы, комнаты заполнили облака сгоревшего пороха, но шесть из семи японцев были ликвидированы, там и женщина была. Раненого лейтенанта, его пытали, иглами, нашли в полуподвале. Ну да, крики отсюда явно не услышат. Ещё один ушёл через задний дворик. Прихватив с собой двух матросов, я рванул следом, приказав остальным осмотреть здание ещё раз и вызвать Меньшова, пусть командует. А вот за шустрым японцем пришлось побегать, если бы не коптер, точно упустили. Так он гад ещё отстреливался. Хорошо стреляет плохо, пять выстрелов и все мимо цели, а мы вот подстрелили, и упавшего уже нашпиговали свинцом. Результаты, один травмированный матрос, ему катаной руку отрубили, я приказал в госпиталь срочно, наложив жгут. Больше раненых не было.

На шум спешили, и городовые, и жандармы, патрули как от комендатуры, так и от штаба флота. В общем, собралось изрядно народа, лейтенанта после пыток в госпиталь срочно, но там серьёзных травм не было, скорее моральные, а меня вскоре к Макарову дёрнули. За час до заката. Я успел пообщаться со многими офицерами, и полиции. От жандармов, из штаба флота, узнал, как мой раненый матрос, тот под комиссование. Жаль.

— Скажите, Ивановский, откуда вы узнали, что пропавший офицер с «Паллады» находится именно там.

— Я агентов завёл, ещё когда унтер-офицером был, вот и получаю информацию. Плачу за неё из личных средств. Если что важное, вроде этого похищения, солидная премия. Я её уже выплатил. Например, за информацию об атаке трофеев я выплатил премию в восемьсот рублей.

— Зачем вам агенты?

— Я в Москве играл на курсах акций, а кто владеет информацией, тот владеет всем. Привычка.

— Тут шпионов по десятку на каждом углу, не успевает эскадра подготовиться к выходу, как японцы уже со всем флотом снаружи ждут, а вы удерживаете информацию.

— Ваше превосходительство, вы сейчас мне напоминаете еврея. Русский нашёл место, стал строить дом, а как построил, пришёл еврей и сказал, а иди-ка ты милейший вон, я тут буду жить. Уверен вас жандармы попросили поговорить со мной, я-то их послал. Нужна им информация, сами агентурную сеть пусть развивают и получают то, что вам нужно. На моей шее в рай въехать не получиться. Сами, всё сами.

— А как же помочь своим? В таком деле не помочь это подло.

— Сейчас еврей русскому рассказывает, что у него жена, старая мама, шесть детишек, выталкивая из своего дома.

— Может тебя в отдел контрразведки перевести? — вслух, задумчиво сказал Макаров.

— А у нас такой есть разве? — удивился я.

— Два офицера служат, которые никому не нужны, в отделе откровенный бардак. Поставлю заместителем, будешь службу тянуть.

— Что-то не хочется.

— А прикажу?

— Я за карьеру не держусь, всё равно в отставку после войны.

— Да, слышал, ты об этом всем говорил…

Адмирал пожевал губами, и наш спокойный разговор изменился, тот показал, что эполеты носит не зря, так рявкнул, что я чуть не присел. Ноги ослабли. Макаров успел подумать и решить, он поставил меня главой контрразведки флота, званием вполне тяну, а на умения уже плевать. Главное информацией владею. В общем, разозлил я его торговлей. Да, именно некоторые уступки я и хотел вытребовать за тетрадку со всей информацией, что я собирал с момента, как прибыл в Артур, но не дошло, передавил похоже. А тот видя, что я в теме по всем иностранным разведкам в городе, взял и поставил меня на эту должность. Это между прочим очень серьёзная должность. Я прямо сказал — не хочу. Тот снова поставил меня на место, приказы, мол, нужно выполнять, но я ещё побарахтался, вытребовал себе право самому выбирать подчинённых, тех двух офицеров к чёрту, мне они тоже не нужны, плюс пару пролёток, паровой катер в штатное оснащение и взвод солдат. Желательно казаков, если нет, то группу подготовленных солдат. Для захвата шпионов нужны свои люди, чтобы не просить у кого. После долгой торговли, тот согласился с моими условиями. Макарову выдал тетрадку где только иностранные шпионы, включая японских, где, сколько. Плюс кто из наших на них работает. Адмирал пока читал постоянно менялся в лице, долго эти авгиевы конюшни чистить. Дальше передал «Ниджи» Волкову, тот сиял, долго ждал своего шанса, парней я забрал, со мной служить будут, так что юнг официально перевели в отдел контрразведки флота. Что ж, послужим.

***

Рядом в ночной темени встали два мощных разрывов, слега ослепив вспышками. Осадные мортиры японцев поработали, снаряды рванули на берегу, недалеко от выбросившейся на берег «Паллады». Та имела тяжёлые повреждения, и вот так чуть ещё не получила. Год прошёл, уже восьмое апреля тысяча девятьсот пятого года.

Что я скажу? Вроде и вмешивался немало в историю, а результат тот же. Эти разрывы последние, генерал Стессель, что принял командование после гибели командующего обороной Порт-Артура, генерал-лейтенанта Кондратьева, недолго терпел, и подписал капитуляцию. Точнее сейчас и подписывал. Хотя возможности обороны ещё не были исчерпаны. Знаете, я прижился на своём месте командиром отдела контрразведки флота, и накопил уникальный опыт работы в этом направлении. Мне нравилось, я уже давно не жалел, что покинул мостик миноносца. Пусть и сейчас в звании капитан второго ранга, да за год всего две награды дополнительно получил, но меня это не смущало. Главное город и крепость я очистил от шпионов всех мастей и крепко держал власть в городе, в телеграфе мой сотрудник просматривал все телеграммы, и имел список тех, кому запрещалось им пользоваться. В общем, секретности навёл во флоте изрядно. То, что несколько офицеров были арестованы, и двое, о боже, отправлены под трибунал, и на каторгу, мне не простили, зажимали чин, награды, но хоть на месте оставили, понимали, что я тут как раз нужен. А началось всё с гибели Макарова в конце августа прошлого года. Тот часто выводил эскадру, опустошил корейское побережье, расстреливая порты, где японцы выгружали военные грузы, пару раз даже давал бой линейным силам Микадо, потрепали друг друга тогда. Мы потеряли «Победу», затонул, японцы броненосец и бронепалубный крейсер, при своих вроде как остались, отремонтировались, новые учения, и снова бой. Вот в августе, снова сшибка, и разорвавшийся снаряд убил адмирала и ещё восемь офицеров. Это вызвало панику, все бросились в разные стороны, большая часть вернулась в Порт-Артур, там вице-адмирал Скрыдлов уже принял командование, снова наместник Алексеев появился, до начала блокады и осады, принял командование флотом, но его вскоре отозвали во Владивосток, отбыл на миноносце.

Тут эскадру блокировали, затопив брандеры в устье, ну и началась долгая осада. Помощь с Балтики ещё шла, адмирал Рожественский её вёл, но спешить уже не требовалось, сдали Артур и остатки эскадры на рейде. Все подходы были засыпаны японскими минами, не уйти, миноносцы сами если только тихо у берега, но дальше сторожевые корабли японцев. Место у меня тихое, работа кабинетная, нёс службу спокойно. Сам ведь хотел такую службу. С интересом за всем следил, но в тиши, не на передовой, так что я всем был доволен. Юнги за время боёв заматерели, опытными оперативниками стали. Неплохо всё шло. Командование обороной принял генерал Кондратьев, Стесселя сняли, тот много странных приказов отдавал, вот и сняли. Бои в окружении, при блокаде, дело серьёзно, но не без интересное. Я за всем наблюдал, вёл записи с коптера, было очень интересно. Кстати, многие вспоминали как я удачно действовал пока был командиром боевого корабля, два броненосных крейсера на счету. Вспоминали в основном молодые офицеры, но старшие, меня к должности капитана точно не пустят, иначе будут смотреться на моём фоне очень бледно. Опыт у них такой уже был. Это они понимали, и я тоже. Стеной встанут, но не пустят. Так что до капитуляции я и просидел в своём кабинете, работая. Бюрократии много, но и дело шло. К слову, немало арестованных, но и троих я ликвидировал ночами лично. Таких не арестуют, максимум домашний арест. Ещё составил список на ликвидацию, но исполню после войны, разыскав их. А они точно были за проигрыш в этой войне, всё для этого делали, главные саботажники. В принципе, что смог, я сделал, дальше уже спасение утопающих, дело самих утопающих.

Вокруг действительно тишина встала, японцы прекратили огонь, а я двигался в сторону внешней стороны мыса у Электрического утёса. Со мной под ручку шла Анна, рядом её служанка с вещами. Это не всё, была ещё одна девушка, Ольга Ивановна, тоже дворянка, красотка каких поискать, и также моя любовница. С ней две служанки с вещами. Завёл и вторую. Причём обе вдовы. Я тут не причём, меня отношения с ними устраивали, гибель их мужей случайность. У одной погиб с Макаровым на мостике, у второй попал под снаряд пока руководил ремонтом на одном из фортов. Они друг о друге давно знают, больше полугода, и даже стали подругами на этой теме. То, что у них один любовник. А я собирался покинуть капитулировавший город, на своей джонке. Причём не только своих девчат забирал, но и весь свой отдел, сорок девять человеку, куда входили сотрудники и солдаты взвода быстрого реагирования, причём у троих офицеров были семьи. Те раньше ушли к берегу. Там на двух шлюпках и переберёмся на борт джонки под покровом ночи и двинем прочь. Я выбрал Циндао, где стояли интернированные «Цесаревич», и «Ниджи». Да, мой миноносец. Это после гибели Макарова те туда пришли. Вот так и шли, темно, но я вёл уверенно, поглядывая по сторонам. А у меня были причины опасаться за свою жизнь. Тут можно сказать так, и оно будет полностью верным. Я слишком много знаю. Да, те кто был за то чтобы проиграть в этой войне, взяты мной на карандаш, и они об этом знали, и если я обнародую эту информацию, будет серьёзный скандал, может даже трибунал и каторга, но скорее всего откупятся или домашний арест. Обычное дело. Николая заставят принять такое решение. Поэтому как эти враги государства подписали капитуляцию, продавили его, первым делом им нужно зачистить свидетелей, так что дав дорогу японцам, те первым делом их на мои поиски направят. Уже направили, как показал коптер, вот я и делал ноги. А своих людей я бросить просто не мог. Ничего, тесно, но вывезем всех. Думаю, часть солдат в шлюпку, и на буксир её, так и уйдём. Пятьдесят на пятьдесят что японцы нас не заметят, тут может и коптер не помочь, я его гонял, больно уж там плотная цепь кораблей. Если заметят, примут за китайцев или корейцев. Если даже подойдут проверить, то там на удачу. Если в шлюпках, то шансов нет, мы тех кто в шлюпках расстреляем винтовочным огнём, дальше уже нас пушками. Если сами к борту пристанут, ответный абордаж, а потом драпать на трофее, но такое вряд ли произойдёт, японцы учёные. В общем, будем посмотреть, как говорится.

Да, у меня есть и главная новость за прошедший год. После того как я стал начальником одного из молодых отделов штаба флота в Артуре, и за пару недель настроил свою работу, как-то сидел и пил вино в своём кабинете, медитировал так иногда, а хорошее вино я люблю, предпочитаю красные, то вдруг мне пришла интересная мысль, обжигающая. Такая что я чуть матом себя не покрыл почему об этом раньше не подумал? Да я про Лапина. У него очень маленький размера хранилища был, меньше четырёх тонн точно, но больше трёх. Оно у него полным было. А если он перекидал в этот мир много вещей? А взять-то с таким хранилищем всё не мог, то где остальное сохранено? Даже застонал от досады на себя. Полгода прошло, могли и найти, если что есть. Как искать понятно, с воздуха. Где примерно, тоже, тот схрон должен был оставить недалеко от места вселения, где-то рядом. Используя всю мощь своей службы, я поднял данные казачка, в тело которого Лапин попал, нашёл даже очевидцев, и отца паренька, опросил внимательно, нанёс места где тот ранен был и где стояла на постое эта полусотня. Отметил всё, дальше сообщил заместителю своему, да и Макарову, что должен проверить агентурные сведенья, отлучусь из города на неделю, был милостиво отпущен, моей работой удовлетворены были. Вот так первой же ночкой и полетел к месту схватки казаков с бандитами. Промашка вышла, пусто, две ночи зря потратил и пол бочки бензина. А вот когда, также действуя ночами, начал облетывать кругами степи у станции, там даже деревни не было, проходная, строения работников станции, и действительно нашёл. Правда, пришлось отлетать на семь километров, к небольшому озеру, аппарат-то на поплавках. Там сел, и на велосипеде доехал. Хорошо резина у велика дорожная, широкая, с мощным протектором, она здорово помогала.

Схрон на дне глубокого оврага был, в одиннадцати километрах от станции, если по прямой. Сверху накрыта маскировочной сетью, даже двумя, чтобы всё скрыть. Проверил всё, вспугнув дальневосточного кота. Тот там лёжку устроил. Животное из хищников, но пугливое, да и следов чужаков не нашёл. Похоже Лапин тут побывал, взял что ему нужно и отбыл, по пути ротмистра убил. Лапин явно собирался вскоре вернуться, многое на это указывало, ему лишь нужно проверить, убедиться, что я умер и всё, месть совершена можно вживаться в местную жизнь, а там вон как вышло. Немного удивила стопка чёрных кофров, куб внутри, вроде тех что у меня в большом хранилище с оборудованием певицы Натальи. Редкость, а тут их хватало. В общем, я тогда сутки там провёл, но всё принял, даже скатал и забрал маскировочные сети, хотя расцветка больше лесная, чем для степи. Итак, вот список добытого. Начну с техники. Для начала двухмоторный самолёт, я больше скажу, это небольшая летающая лодка. Кроме пилота места для пяти пассажиров и грузовой отсек на полтонны. Самолёт из будущего, оттуда же мотодельтаплан, на котором я сюда прилетел. И ещё, самолёт не на бензине летает. Да, вы поняли, тут электродвигатели. Мини-батареи стояли спарками, включены в общую сеть, батареи лёгкие, двадцать штук в отсеке под полом, заряда полного хватало на две с половиной тысячи километров полёта. Там садись, заряжаясь штатным бензо-генератором, если не сел в каком порту где есть станции зарядки, и лети дальше. Да у самолёта были генераторы, причём два. Большой, с помощью него быстро заряжаются батареи, полтора часа, и мини. Большой в грузовом отсеке находится, в заводской упаковке, а мини встроенный в оборудование самого самолёта и способен во время полёта подзаряжать батареи. Вполне штатная процедура. Не быстро, но продлевает дальность ещё на полторы тысячи километров, пока совсем стрелки индикаторов зарядки батарей не упадут. Плохо ли?

Самолёт и всё оборудование новенькое. Сам я пилот одномоторных самолётов, но думаю справлюсь. На гидро летать доводилось, пусть и поплавковых, а не лодкой, как тут. Конечно самолёты таких типов очень надёжны, уже отработанные технологии, служат десятилетиями, и бесшумные, моторы-то не гудят, но я бы, если выбирать, взял годов сороковых. Там отработали постройки таких машин, а отремонтировать можно легко, новую деталь по старой выточить. Тут же что сломалось, всё, хана, балласт. Впрочем, надёжность запредельные, может на эту жизнь мне этой машины хватит, и на следующую. Да, похоже оба хранилища сохранятся со всем имуществом при перерождении, когда я снова одержимым каким телом стану. А то что стану, это точно, хранилища и обеспечивают шансы на новую жизнь с старой памятью. Жаль, но у Лапина тоже такой случай. Может ещё пересечёмся где? Хотя вряд ли, миров много. Ладно, дальше по авиации. Это был точно такой же мотодельтаплан, что у меня уже был, на котором я сюда прилетел. Та же модель, единственно, отсутствие поплавков, он с шасси, наземная машинка. Две одинаковые машины, один как донор можно будет использовать в случае нужды. Порадовала такая находка. К ним больше сорока бочек с бензином. К генераторам в самолёте он тоже отлично подходил. В общем, три единицы что к авиации относятся, и я более чем рад такой добыче.

Теперь переходим к другой технике, наземной и водной. Да, последняя тоже была. Вообще размер портала не позволял крупные предметы между мирами перемещать, что Добрыня Никитич добывал, и нам передавал. Однако у Дмитрия был прорыв и размеры увеличились портала, тогда и техника пошла. Это случилось за месяц до Исхода, но техники набрать успели изрядно, я ходил на склады и смотрел, изучал. Мне интересно было. Многое из того что я вижу тут, там было. Жаль из космической ничего нет, на тот момент этого рывка в исследованиях не было. Мелочёвки набрали, но тут я подобного не нашёл. Начну с водных средств, их всего три единицы было, тоже из будущего, как и самолёт с мотодельтапланами. Техника в основном оттуда была, кроме двух единиц, но это раритеты и у них были хозяева. Лапин точно украл всё это. Так вот, для начала элетроакваскутер, сидячий. Он больше развлекаться, гонять по морям или рекам, но пригодиться, тем более проблем с зарядкой не будет, да и бесшумный он. Потом батискаф, глубина максимальная полтора километра, имеет управляемые манипуляторы. Он на четверых человек, но пилот, что управляет, один, оператор манипуляторов, второй. Можно с места на место перебираться. Тоже на электричестве всё. Помнится, читал ТТХ этого батискафа, дальность хода у него две тысячи двести километров, воздуха хватает на две недели при нужде. А третье водное средство, это катер на воздушной подушке. Вещь отличная. Тоже электро. Удивительно, что мотодельтапланы ДВС имеют, хотя в то время их уже запрещают, как губительные для экологии. Был ещё педальный двухместный катамаран, но я его не считаю. Это для отдыха.

Переходим к наземному транспорту. Тут линейка чуть больше. Аж пять единиц. Первой, начну с неё, это настоящая гусеничная бронемашина. Если проще, то российская «БМП-2», новенькая, в полном оснащении, и с боекомплектом. И я знаю кому она принадлежит, такая машина в бункере была одна, нашему главе охраны, полковнику в отставке. Тот на такой срочную во Вторую Чеченскую служил, много что испытал и пережил. Ностальгия. Вот и попросил себе её добыть. Тогда многим было разрешено что-то одно выбрать. Я, например, электрогитару с усилителем взял. Не важно. Машина есть, две тысячи седьмого года выпуска, без пробега, снарядов девять тысяч на ствол башенного орудия, разных типов, и двадцать шесть ящиков с патронами для «ПКТ». Плюс там гранатомёт ещё. Следующая машина, красный спортивный «Мустанг»-кабриолет тысяча девятьсот шестьдесят восьмого года выпуска. Фитиш Дмитрия, нашего главы. Потом новенький «Виллис», образца тысяча девятьсот сорок третьего года. Вот как раз он Лапина. У него дед таким владел, тот в детстве лазил по машине в сарае, уже не на ходу был, тоже ностальгия. Четвёртая единица. Это мощный квадроцикл. А вот пятая немного удивила, Лапин явно хватал всё что плохо лежало, но тоже признал немалую полезность. Мини-экскаватор. А что, пригодится, не надо самому копать. Вот чей он, не могу сказать, на складах его не припомню. Всё рабочее, ключи на месте, проверил, запустил, и прибрал.

По вооружению, мизер, видимо у Лапина не было возможности что тиснуть. По мимо того что ранее с него взял, «АПБ» и «ПКМ», обнаружил всего лишь связку с гранатомётами «Шмель», двенадцать штук. Патронов винтовочного калибра, и ровно десять ящиков с гранатами «Ф-1», за ними ещё два с противотанковыми, сразу не заметил. По оружию, всё. Хотя тут «БМП» и техника и оружие. Два в одном. Потом припасы. Ещё немного тушёнки, сухарей не было, советские сухпайки были образца семидесятых, свежие, прибрал также. Потом баулы с разной одеждой, в основном военная, камуфляжи, разгрузки, бронежилеты кевларовые, каски, налокотники и наколенники, ботинки разные, были и зимние экземпляры. Я осмотрел, всего три комплекта моего размера, отложил их сразу, но не унывал, поди знай в следующей жизни какое тело получу, может другие пригодятся? Примерно тридцать комплектов разной формы. Всё это я прибрал. Наконец и до чёрных больших кофров дошло, они последние. Вскрыв один и изучив содержимое, потом второй рядом, я долго хохотал, представляя себе лицо Лапина, когда он осознал, что случилось. Мне не нравился Лапин, но за что я его уважал, он скалолаз, любитель этого дела. Дважды Эверест брал. Сам я боюсь высоты, поэтому и учился летать, боролся со страхами. Но идти в скалолазы мне даже в голову не пришло. Лучше вертолёт найму и полюбуюсь с горы красотами сверху, если так захочется. В бункере было снаряжение скалолазное, палатки, генератор, пайки, и всё это в двух этих кофрах. А они все не маркированы, представляю его лицо, взял своё имущество, а когда настало время, вроде ночёвки в степи, достал, а там музыкальное оборудование. Представляю его злость. Он не вернулся, видимо далеко был, но и не выбросил. Тут молодец, жадный, или домовитый. Я бы тоже не выбросил, тут мы схожи.

Остальные кофры тоже осмотрел. В основном внутри ценное оборудование. Не гражданская электроника вроде планшетов или ноутов, всё что было Лапин сразу забрал, и оно мне досталось, но военная электроника всё же была. Ещё два военных разведывательных коптера, что я уже использую. Отлично, запас карман не тянет. Ещё в одном нашёл два разобранных ударных дрона, вроде небольших самолётов с метровым размахом крыльев, на подвеске по две пусковые для двух ракет. Ага, видел ящики со странными маркировками. Вот значит для кого вооружение? Учту. Надо спецификацию почитать. Но это позже. Дальше в двух кофрах пластиковая взрывчатка, были и детонаторы, три сотни, подрыв дистанционный. Я с такими в своё время работал, знаю как использовать. А вот в остальных кофрах дорогая косметика и духи. Товар ходовой, вроде подарков, почти на шесть тонн, кофры неподъёмные. Кто-то подготовил, а Лапин спёр. Вот и всё что было. Да. Немного, но я и этому рад. Подготовил мотодельтаплан, тот что на колёсах, осмотрел место дал взлёта и сделал это, взлетел, направившись к Артуру, но я вроде как по служебным делам отлучился, поэтому покружившись, нашёл ночную стоянку какой-то банды. Сел, доехал на велике, снял тихо пистолетом с глушителем двух часовых, перебил ножом остальных спавшими, три десятка было, собрал трофеи, а старшего, в грузовой отсек мотодельтаплана, усыпив снотворным, у меня было, и до Артура. Я потом долго осваивал добытое, приводил в порядок, к полной готовности к немедленному использованию, а самолёт так дважды использовал, один раз полётные испытания, довольно сложно в управлении, мне не привычно, но освоил. Второй раз к Чемульпо летал. Там дела были, это по службе. Макаров срочно разведданные запросил, это не моя тема, но тот меня лично попросил добыть, вот и слетал. Добыл. Не люблю за других работать. Ну и однажды ударный дрон использовал. Они оба собраны, снаряжены. В общем, управляя с батареи Электрического утёса, тут связь лучше, навёл на бронепалубный крейсер, одну из «собачек» адмирала Девы, и пустил ракеты. Хм, росчерк ракеты в ночном небе можно рассмотреть, как работают ускорители. Мне это не понравилось. Я с моряками общался, те на силуэтах разных кораблей противника показали где погреба. Ракету одну пустил, противотанковая, кумулятивная. Та сама навелась, а дрон возвращался. Вспышку взрыва рассмотрел с возвышенности, ярко полыхнуло на горизонте. Это крейсер «Цусима» был, коптер название показал и зафиксировал факт подрыва. Кстати, оформил всё, и в сводках я это указал как работу агентурной сети отдела в Японии, пронесли адскую машинку и вот сработала. Смертник работал.

Надо сказать, что тот пленный бандит, много что рассказал, по совокупности, мне за него и «Цусиму» и дали один из орденов. А пленного жандармы забрали, тот информацию выдавал по их ведомству. Вроде бы всё, дальше служба необременительная шла, посещал разные вечеринки, они не редкость были, жёны воюющих мужей занимали себя, музицировал, вторую вот любовницу завёл, но нет, есть ещё один момент, для меня важный. Помните те огурцы, что я купил на одной из станций? К концу подходили, да и рассол их я полюбил. Теперь не факт, что я вернусь по этой железной дороге, могу и воздухом. Не знаю, как карты в будущем лягут. Я вообще после войны разные страны планировал посещать, закупить готовые национальные блюда и держать в хранилище. При желании питаясь ими. Разнообразия хочу. Поэтому просто нанял купца из местных и отправил его на ту станцию. Он успел вернуться до начала осады, та в конце октября началась, забрал всё что осталось, одиннадцать столитровых бочек. Так что полнил запасы. Хранилище полное, я добрал рисом и свежей морской рыбой. Это те самые огурцы, я продегустировал. Да и тот пробовал, давал и знал, что брать. Хорошо заплатил за его работу. Вот в принципе и всё что со мной было за этот год. То, что схрон Лапина нашёл, до сих пор не нарадуюсь. Я ведь там после ещё летал, мало ли были другие схроны, не исключал, но пустышку вытянул, не нашёл, дальше служба тянулась до этого дня. А теперь пора валить отсюда.

Жаль пролётки нет, а всех коней ещё зимой забили на мясо, быстрее было бы, мы и так почти бежали, торопились, я-то видел куда иду, да зрение всё же модернизовал, не всегда прибор есть возможность достать и использовать, а те спотыкались. Так тропинка и вилась мимо батареи, к побережью, где мои люди собирались. В час ночи, добрались, дальше две шлюпки достал, подвёл к берегу, джонка уже покачивалась на волнах, и начали перевозку, еле вместились, но всё же смогли, и вот так сформировав команду, многие знали морскую науку, мы двинули прочь. Всё же шансы пройти были. А я ещё и отвлёк японцев, используя ударный дрон, запустив его с палубы, всё равно никто из-за затемнения не видит, пустил противотанковую ракету по другой «собачке». В этот раз «Сума» была. Не подвела ракета, росчерк в небе к крейсеру метнулся, и подрыв погребов осветил всё на километры вокруг. Миноносцы и другие крейсера рванули к месту подрыва, думали там кто из наших, а этот бронепалубный крейсер далеко был, в девяти морских милях, так что у берега прошли, и ушли мы. Ну и три дня добирались до Циндао. Я специально подгадал подойти к берегу ночью, чтобы после высадки убрать шлюпки и джонку, это вполне удалось. Хотя минус, и крупный, был. Засветился. Днём, на вторые сутки, меня подняли, а я дежурю на вахте по ночам, дымы на горизонте, и быстро приближались. Сам я спал на палубе, в двух одеялах, каюты заняты, в одной мои любовницы, в другой прислуга. Две оставшихся занимали семьи офицеров, матросы на палубе, и в трюме, ещё часть в шлюпке, что мы буксировали за собой. На палубе жаровня горела, котел булькал, в нём ароматная похлёбка. Готовкой занимались две женщины из служанок, и хорошо это делали. Матросы в шлюпке менялись, сытые в неё спускались, голодные к нам. В общем, уже отработали всё, привыкли за вторые стуки плаванья.

Коптер в небе, глянул, а это броненосный крейсер «Ниссин», второй итальянец, с ним два миноносца класса «истребитель», видно, что прочёсывают море. А не за мной ли послали? Просчитать, что не к базе англичан, они ближе, а к немцам пойду, вполне могли. Нас ещё ветер тормозил, не всегда попутный, но всё равно бы догнали. И чем больше смотрю, тем увереннее понимаю, ищут именно меня. А больше как-то не кого. Вот и пришлось всем отдавать приказы. Велел матросам отвернуться, офицерам тоже, проверил, выполнили, на корму никто не смотрел. Ну и запустил сильным броском в небо дрон, что жужжа улетал, я уже выгнал из каюты своих любовниц, официально хорошие знакомые, пусть проветрятся, и оттуда управлял дроном. Тот нёс четыре ракеты. Две противотанковые, две фугасные. Думаю, противотанковые задействовать по крейсеру, а фугасные по миноносцам. Причём, целью будут их торпедные аппараты. Надеюсь на детонацию. У ракет мощные боевые части, должно хватить для подрывов. Вот так подведя, совершил пуски, и развернул дрон обратно, чуть позже вышел на палубу, снова приказав всем отвернуться, а на шлюпке лечь лицом вниз, и поймал дрон, отнеся в каюту, там и прибрал в хранилище. Однако всё равно засветился, как я считал. А коптер показал результаты попаданий. Похоже пробить огненная струя до артиллерийских погребов не смогла, таких гигантов, броненосцы особенно, так легко не потопить, но крейсер ярко полыхал, там точно не до нас. А вот обоим миноносцам сильно не повезло, подрывы самоходных мин в аппаратах быстро отправил их на дно. Да, детонация произошла. Следующий раз снаряжу также фугасами, и буду целится в торпедные аппараты на крейсерах, а то и броненосцах, они у них были. Подрыв торпед не утопят такие большие корабли, но сильно изувечат. Это тоже надо учитывать. Так что дальнейшее плаванье прошло благополучно, дымы от пожара на горизонте привлекли внимание, подрывы «истребителей» тоже видели, но на вопросы я не отвечал, сообщал, что техника секретная.

Вот так и дошли до побережья, ночью высадились, я прибрал всё без свидетелей, и строем, помогая нести вещи гражданских из своих семей, направились к порту Циндао, где и были утром. Правда местные из гарнизона, со всей вежливостью попросили разоружить солдат, даже повозки выдали, туда и сложили оружие, но не забирали. Гражданских на пролётках отвезли в гостиницу, я уже оплатил номера. Что делать дальше я уже решил, в Циндао есть железная дорога, ввели в эксплуатацию в прошлом году, но с российскими дорогами соединения пока нет. Во Владивосток, с пересадками, не доберёшься. Я решил зафрахтовать германский пароход, частный фрахт, с доставкой нас во Владивосток, выход сегодня желательно, в обход Японии, севернее пройдём. Дал задание двум офицерам, они германский знали, уже начали поиски, в порту кроме наших интернированных боевых кораблей, потом навещу, было шесть гражданских пароходов, может за тройную цену кто и согласиться. А сам на телеграф. Тут связь открытая, вот составил телеграмму, довольно жёсткую, и от своего имени, с указанием должности, послал в Питер, в Военное Министерство, а точнее в Главный морской штаб. Подумав, копию и Николаю, пусть ознакомиться. Я не опасался злости власть имущих, сам прищучить их могу, да и бронежилет под одеждой постоянно ношу, хотя пока и не пригодился ни разу. Там кратко сообщил, что возможности обороны не были исчерпаны, можно было держатся ещё не менее пятидесяти дней, но генералы просто устали и решили сдать крепость, что и сделали. Это саботаж и предательство, добавив, что имею на руках доказательства.

После этого покинув телеграф, двинул к пирсам, нужно нанять лодку и посетить броненосец. Пообщаться, узнать свежие новости. Со мной среди личной охраны и брат Сашка был, заматерел, награду уже боевую имеет, Георгиевский крест. На наёмной лодке нас пятерых, меня и охрану, доставили на борт броненосца. К слову, его командир, капитан первого ранга Васильев, Михаил Петрович, старше меня по чину, так что я вроде как ему должен подчинится, но по должности уже я старше, так что по сути мы на равных. Когда я поднялся на палубу по трапу, и козырнул флагу, Васильев сам вышел встречать меня, сильно опираясь на трость. Во время боя в Жёлтом море, когда погиб Макаров, тот был ранен, без сознания, командование принял старший офицер, он и привёл броненосец в германский порт, для исправления повреждений, тут Васильев уже и очнулся. А «Ниджи» просто последовал за «Цесаревичем», и чуть позже по приказу из столицы также интернировался тут. За время стоянки все повреждения были убраны, частично помогли германцы местными ремонтные мощностями, за работу хорошо платилось, но от команды едва треть осталось, кто ранен или убит, но большинство, ещё до осады, отбыли в Артур, где и погибли, кто на кораблях, кто в окопах, а кто и в плен теперь попал после подлой сдачи обороны. Мы оба считались птенцами Макарова, его людьми, обнялись. Васильев продолжил службу, но после окончания войны, сдаст командование и в отставку. Нога сильно изуродована, нести службу он дальше уже не сможет, упросил вот пока оставить до окончания войны на своём посту, дальше уже можно и в отставку.

Меня провели в каюту-компанию, тут собрались все оставшиеся на борту офицеры, шестеро общим числом, также прибыли офицеры и с «Ниджи», ну а я и описал как велась оборона Артура и как её подло сдали. Описывал с подробностями, как было, особо ничего не утаивая. Слушали молча, играя скулами и скрепя зубами. Иногда прорывался солёный матерок, но на таких шипели чтобы не прерывать меня. Вот так и пообщались. Позже, когда те отругались, отматерились и пообщались, ответил на заданный вопрос. Почему? Вот что я сказал:

— Моё мнение таково, в России, у престола, есть третья сила, великие князья и аристократы, как я выяснил, и эта сила посчитала что Россия эту войну должна с треском проиграть, с позором, и всё на это поставила. Причина проста, борьба за власть, поставить на престол своего человека, но сначала дискредитация Николая как государя. У этих царедворцев есть свои люди, которых те проталкивали наверх, и они им благодарны, даже среди командиров кораблей, офицеры, те же генералы Стессель, Куропаткин или Фок, точно их люди, и они выполняли и выполняют приказы из столицы, от своих покровителей, проиграть войну. Была попытка ликвидации адмирала Макарова, один из штурманов специально проложил курс «Петропавловска» на минное поле фарватера. К счастью, тогда обошлось, всего один подрыв, вовремя отвернули. Или убийство генерала Кондратенко, тот усилил оборону, наладил взаимосвязь с наземными войсками и моряками, и было видно, что с ним оборона будет держаться долго. Всего одна записка японцам, когда и где тот будет, яростный обстрел, и генерал погиб со своей свитой. Принявший командование генерал Стессель, для вида подождал немного, всё развалил и сдал оборону. А вы удивляетесь почему в тылу беспорядки, не приходит что нужно, в другие места отправляется. Это и есть саботаж и предательство. Моя работа, помимо прочего, как раз выявлять их и пресекать.

— Но почему вы дали всему этому свершиться? — спросил один из лейтенантов броненосца.

— Есть офицеры в штабе флота старше меня чином, они вызывали, и образно говоря били по рукам, запрещая лезть в эти дела, приказывая прекратить следствие. Могу даже вас ещё больше огорчить. Вице-адмирал Рожественский также имеет высокого покровителя из родственников Государя, и также получил приказ. Сообщить какой?

— Не надо, — сказал сильно подавленный лейтенант, тот что ранее задавал вопрос.

— Всё же скажите, — решил хмурый Васильев, что сидел в кресле опираясь обеими руками о рукоятку трости, руки так и сжимались, как будто тот кого-то душил.

— Командующему приказали для виду пострелять, и сдать новейшие броненосцы неприятелю, подняв белые флаги, ввиду невозможности дальнейшего сопротивления. Рожественский даже обдумывал какую рану получить. В смысле, осколок чиркнет по голове, но пока обдумывал справа или слева это будет. Это причина почему он якобы потерял сознание, и в бою не участвовал, очнулся, когда бой подходил к концу. Это будет озвучено Николаю Александровичу, чтобы тот сильно на него не серчал за сдачу. Да и покровители прикроют, максимум что получат, домашний арест. Хм, знаете, как между с собой заговорщики его величают? Венценосный глупец.

В этот раз буря стояла в помещении куда дольше. Я же прогулялся к открытому иллюминатору, накурили, подышать свежим воздухом. На палубе мои подчинённые общались с нижними чинами, те всей информацией не владели, но то что сдали крепость нарочно, в курсе дел, тоже описывали что и как было. Я расслышал гул разговоров, мата, в общем, как бы команда броненосца не взбунтовалась. Васильев это похоже тоже понял, и вышел, успокоить нижние чины. А чуть позже был роскошный обед, время к двенадцати подошло. Уже когда мы закончили, пили вино, тут и мои офицеры находились, прибыли ранее, все были, участвовали, двое договорились о фрахте, о нём позже, Васильев всё же уточнил:

— Откуда такие сведенья?

Подумав, обтекаемо ответил:

— Я очень не люблю, когда меня вызывают, орут, брызжа слюной и топают ногами. Чуть позже, ночкой тёмной, этого штабиста выкрали, китайцы, что на меня работали, и допросили, я слушал ответы, да и сам вопросы задавал. После пыток, штабист охотно на всё отвечал, очень информированный оказался из заговорщиков, а связь через китайцев держали, их джонки туда-сюда часто ходили, японцы пропускали. Там прибыл офицер-связной от Рожественского, многое дал информации по идущей сюда эскадре. Жаль убыл на тот момент, я бы с ним поговорил. Тайно прибыл и тайно убыл. Впрочем, я тоже эту связь использовал, меня она устраивала.

Вот такие дела, пообщались здорово, выговорился, а то тяжесть эта на душе лежала, немало конечно от себя добавил, домыслов, но всё хорошо в канву повествования ложилось. Правда, после моего рассказа стихийная пьянка начиналась, офицерам нужно это пережить. Ответа от Военного министра я не получил, хотя и запрашивал о своих дальнейших действиях, мы погрузились на борт германского парохода, грузовое, не пассажирское, тот с полной грузовой маркой должен был уйти в Африку, в одну из германских колоний, а мы перекупили фрахт, благо капитан и был владельцем, переплатили трижды, и вот как начало темнеть, двинули в сторону Владивостока. Кстати, перед выходом по Циндао слух разнёсся, мне от Васильева посыльный был, на английскую базу, она не так и далеко, отбуксировали японский броненосный крейсер, тот хорошо горел ранее, но главное машинное отделение выгорело, и он полностью потерял ход. Долгий ремонт ожидал. Англичане справятся, интернировать не будут. Война, двойные стандарты. Впрочем, перед уходом я отправил послание русскому консулу в Циндао, чтобы проследили, и японца через сутки или интернировали, или убрали с английской базы. А мы ушли.

Плаванье заняло почти восемь суток, на пару дней быстрее бы дошли, но капитану парохода приходилось вести странными маршрутами, однако я указал на это при фрахте, что сам буду прокладываться маршрут, поэтому прошли проливы у Японии ночью, а днём шарахались от всех дымов на горизонте. По сути так никого и не встретив и добрались до Владивостока, где нас встретил у входа в гавань сторожевой миноносец, и после проверки, высадил лоцмана на борт. Никто о нашем приходе заранее не знал, только командир «Цесаревича» в курсе был куда мы пошли, но он обещал сохранить эту тайну, да и так понятно куда, японцы нас может и ловили, но я два коптера гонял, те вокруг всё показывали, так что избежали встреч. А на проливах японские миноносцы дежурили, мы там незаметно у берега прошли. А на подходе крейсера Камимуры обошли, стерегли те уже наши крейсера. Потому на самом рассвете и вышли к фарватеру.

А там сразу к вице-адмиралу Скрыдлову, хотя его сняли с командующего за провальную работу и бегство из Артура с частью штаба, а нас бросили, тот меня терпеть не мог, но временно исполняющим он почему-то остался, тот выслушал доклад о побеге, о сдаче крепости, и отправил в столицу. Оказалось, уже несколько дней как пришла правительственная телеграмма, срочно отправить меня в Петербург. Скорее всего и в Циндао приходила, и думаю Васильев сообщил в ответ, что я убыл, и возможно куда. Поезд вечером, меня на него посадят, уже места заказаны. Раз срочно, то отбыть немедленно, с ближайшим поездом. Я смог добыть куда больше билетов, за оставшееся время сделал немало дел. Нужно закончить было. Первым делом вывел за штат своих трёх юнг, те уже не возражали — навоевались, отмечены солдатскими наградами. Я ещё характеристики в гимназию написал, чтобы приняли обратно доучиться. Дальше восстановил работу отдела, мой зам, лейтенант Никишин, принял временно командование, но скорее всего кого со стороны назначат на тёплое место, если меня снимут. Пока я ещё числюсь на этом месте. Брата посылал на телеграф, отбить сообщение Васильеву в Циндао, что добрались благополучно, обещал же. Также, пока штаб работал, зарегистрировал рапорты. По уничтожению «Цусимы» ещё в Артуре всё оформил, довольно известный случай, даже газеты писали, что это работа русской флотской контрразведки. Но также уже написал, пока сюда плыли, новые рапорты, на уничтожение крейсера «Сума» у Артура, двух «дестройеров» и сильного повреждения броненосного крейсера, с указанием, что это работа агентов на кораблях. Я списал на это кассу отдела, две трети, как оплату работы агентов. Остальное Никишин принял как положено. А что, потопил? Ну значит работа нашего отдела. Решил на общий счёт записать.

Ну а дальше отправил брата с остальными бывшими теперь юнгами, в Москву. Они там сойдут. Девушки мои, что Ольга, что Анна, остались тут. Ольга к слову не одна, у неё дочка на руках шести лет, с нами Артур покинула. Так вот, у Ольги любовь, променяла меня на Никишина, они ещё на джонке снюхались, я не возражал, та уже приелась. А тот с ребёнком брал. У Анны большая семья под Москвой, желала тут пожить в тиши, тем более богатая вдова теперь, я показал той где тайники мужа в доме, больше семидесяти тысяч рублей было. Решила именьице себе прикупить и дом, а то без кола и без двора. В общем будет ждать тут во Владивостоке, отказавшись в столицу перебираться, хотя то что у меня там дом, пусть и не оформленный пока как полагается, знала. Не гнать же силком, женщина свободная, пусть живёт как хочет. Сам я на поезд не сел, сказал доберусь другим способом. Да, ещё военные интенданты решили выкупить весь груз риса с парохода, война идёт, доставок в порт особо нет, и то что этот германец пришёл, даже порадовало. Правда не сразу в цене сошлись, долго торговались, но под вечер пароход встал к причалам под разгрузку, значит договорились.

Ну и как стемнело, с вод залива, тут тихо, особо свидетелей нет, да и двигатели не гудели, а чуть шелестели, почти бесшумно взлетал на летающей лодке, и направился в сторону столицы. Раз срочно вызывают, значит нужно быть. А то что отбываю, телеграмму уже отбил. Причём не всё так просто, я не могу вот так уехать, нужно оформить проездные, командировочные и остальное, но штабисты всё быстро сделали, так что по документам у меня порядок. Поднявшись на высоту трёх тысяч метров, так и летел, опустив спинку кресла и заложив руки за голову. А что, тут умная электроника, автопилот включён, маршрут проложен, и бортовой компьютер ведёт самолёт, я даже поспать смогу. А что, так и сделал, начав дремать, девять часов у меня есть, пока заряд не спустится вниз. Комп сигналом даст понять, что заряд батарей к концу подходит. Комп даже учитывает снос боковым ветром и поправляет курс. Удобно. Крейсерская скорость у этой летающей лодки двести пятьдесят километров в час, не самая скоростная, максимальная скорость — триста, а потолок семь тысяч метров. Вполне прилично. Я даже думаю подняться на шесть и лететь там днём. Кто в небо смотрит? Даже если увидят, ну птица летит, благо похожа внешне, не каждый и рассмотрит, так что я думаю и днём можно вполне летать на самолёте. Гул отсутствует, внимание им не привлеку. Да и столкновения не возможны, тут разве что аэростаты есть и воздушные шары.

Под эти мысли я и задремал. В кресле спать не совсем удобно, но вот так дремать, вполне. Проснувшись, через три часа, тело затекло, я плюнул и ушёл в салон, тут ровный пол между креслами, расстелил надувной матрас односпальный, разделся и вскоре уже спал. Будильник поставил, поднимет через пять часов. Вот так сразу и вырубило. В общем, самолёт я оценил на пять с плюсом для дальних полётов, даже можно не садится если припрёт, у меня биотуалет имеется. Да и можно ведро с крышкой использовать, если потребуется. Так что когда проснулся, позавтракал из готового, уже Байкал подо мной, ну и на посадку пошёл, то что рассвело меня особо не смущало, уже глянул, народу вокруг вроде нет. Да, я запускал встроенный генератор, и тот заряжал батареи, поэтому и пролетел в общей сложности три с половиной тысячи километров до Байкала, однако использовать так генератор не рекомендуется. Да, это минус батарей, их заряжать, и одновременно использовать для работы бортовых систем, не стоит, быстрее износ идёт. Обычная зарядка — нормально, долго служат. Встроенный генератор — это скорее средство спасения, если летишь, шторм начался, чтобы дотянуть до спокойной воды они и нужны. По сути средство спасения и есть. А тут лечу, вроде рек полно должно быть, а сплошные леса и мелкие озёра, вот и пришлось до Байкала тянуть. Одновременно использовать не рекомендуется, а генератор не особо тянет оба мощных электромотора.

Пришлось поискать, Байкал ещё в льды затянут, но не везде, нашёл свободное место, мелкие волны играли, и стал снижаться. Вот так сел, вполне благополучно. Время девять утра, пару дымов на горизонте видел, пароходики тут бегают, выбрался на крыло, достал нормальный генератор, поставив на верху, мобильный, подключил все провода, и запустил. Ну вот и всё, полтора часа подождать и можно дальше лететь. Вот сижу с удочкой, и думаю, генератор за спиной тарахтит, а я, закинув удочку в воду, наживка из хлебного мякиша, прикидывал, подождать до ночи или сейчас лететь? Вообще меня никто не гонит, можно дней десять потратить. Конечно железную дорогу вокруг Байкала уже проложили, в прошлом году заработала, скорость движения от Владивостока до той же Москвы заметно увеличилась, но всё равно расстояние большое и поезда идут долго, недели три, или две, если скорый. Так что моё прибытие привлечёт внимание. Да ладно, совру что-нибудь. В последнее время я мало отдыхал, даже пока до Владивостока шёл, в напряжении был, сложно, но смогли дойти без проблем. Именно из-за моих действий. Хочу отдохнуть, Байкал неплохое место, пусть на берегу снег ещё не до конца сошёл, слякоть, пару дней задержаться можно, поохочусь в лесах, рыбу тут половлю. Да почему и нет? Вот так осмотревшись Взором, определил, у поверхности рядом с лодкой рыбы нет. Видать тарахтение генератора отпугивает. Может на глубине? Кстати да, у меня Взор работал, активировал опцию ещё в декабре прошлого года и активно качал, да использовал, потому все тайники на базах японцев или разведки других государств, при обысках сразу находил. И ещё, я тайно ночами грабил шпионов разных государств. Как свежие пребывали, ночкой наведывался, даже не будил их, и Взором находя всё ценное, просто прибирал. А почему нет? Им там солидные средства на подкуп и остальное выделяли, а я отбирал. Слухи по Артуру тогда уже пошли об этом. В своей среде. Только вот я к этому моменту порядка семи миллионов заработал, если в рубли переводить. Так-то там разная валюта. Не хило? Вот и я говорю.

Взор активировался нормально, пока осторожно качаю. Не хочу ауру повредить. Если при активации дальность едва три метра была, то теперь три с половиной, потихоньку увеличивается. Но рост начал падать, я это заметил. Но и этого мне вполне достаточно. Вот так приняв решение что задержусь, передышка нужна, достал джонку, сменив на неё самолёт, там батареи уже заряжены. Перебрался на джонку, там уборку влажную дважды сделал, всё же столько народу жило, помылся в ванной, и отдыхать. И действительно на борту двое суток прожил, до семнадцатого апреля, а что, середина месяца была, и взлетев, направился дальше. Я только рыбачил, льды у берега, ну её эту охоту, зато омуля и стерлядки добыл, да с икрой, плёнку убираешь, чуть солишь и ешь ложкой. Вкуснятина. Две трёхлитровых банки чёрной икры посолил. Да ладно, решил ночами лететь, днём отсыпаться, так и делал. Причём, найдя спецификацию на самолёт, в бардачке у пилота была, изучил. Оказалось, две тысячи и пятьсот километров на крейсерской скорости пролетает самолёт за десять часов, но тратит восемьдесят процентов заряда. Да, на посадку нужно идти не на нуле, чтобы было процентов двадцать, ну на край пятнадцать. Полностью разряжать запрещено. В принципе нормально, всё изучил и учёл, и вот так летел. Время не тянул, но и не спешил, за четыре ночи и добрался до окрестностей Петербурга. Нева уже вскрылась, но мусору много, топляки, нет, садиться там опасно, ушёл на Ладогу, где и сел. А до Питера долетел уже на мотодельтаплане, с поплавками, на нём не опасно садиться, мусор не мешает особо. Ночь ещё не закончилась, сел, потом на электроакваскутере до берега, и дальше уже на велосипеде к лесу, где поставил палатку с печкой и сборной койкой. А я в ней и спал эти дни, пока добирался до столицы, очень хорошая вещь, не продувается и с печкой тепло, жаль сплю крепко, и остывает, некому подкидывать, но и так не морозы. Нормально.

Проснулся в полдень, выспался. Позавтракал привычно, сделал зарядку, собрался, убрал палатку, а так с содержимым и собранной, удобно, и направился к дороге, там уже окраины видны, тут недалеко. Впрочем, вскоре рядом остановилась пролётка, семья помещиков ехала, они местные, навестить дочку в городе, и довезли до моего дома. Им по пути было. А так с любопытством на меня смотрели, я же в форме был, шинель накинута, не застёгнута. Естественно при знакомстве те меня опознали, всё же в прошлом году по всей России на слуху, вот и сообщил, что прибыл по велению государя. Понятно про оборону Порт-Артура и его сдачу спрашивали, это всё волну подняло, хотели знать подробности. Подтвердил, я прямой очевидец и участник обороны, до последнего дня, покинул тайно ночью город, когда японцы уже заходили в него, вывез весь свой отдел с подчиненными. Ну и на прямой вопрос пожилого помещика как так получилось, без утайки рассказал примерно тоже что и офицерам броненосца «Цесаревич». А что, с меня подписки хранить информацию, и не выдавать её, не брали. Помещики дальше в предынфарктном состоянии уезжали. Сами спросили.

Время где-то четыре дня, до заката ещё часа три, время есть, узнаю, что по дому. Сторож вышел, когда я осмотрев с улицы особнячок, скрытый фруктовым садом, открыл калитку кованных ворот, ограда из кирпича была, и прошёл на территорию. А ничего так район, и домик милый. Двухэтажный, каменный, не сказать, что большой. Колонны у крыльца, наверху балкон, всё мило и неплохо смотрелось. То есть, для жизни то что надо, но нужно минимум трое слуг, истопник-уборщик, кухарка и горничная. Это самый минимум. Можно приходящих, но есть где жить, на территории флигель с четырьмя квартирами, в одной смотритель и жил, зимой тот топил в доме печи чтобы тот не отсырел. Причём я за это буду платить, мне чуть позже выставят счёт, когда будет передача. Хозяевам, графьям, мальчонку тот послал, с улицы кликнул, сказал, что нужно и мелкий убежал, а смотритель всё мне показывал. То, что я новый владелец тот был уверен, опознал по фотографии. Я часто в газетах появлялся. Но тогда в форме лейтенанта русского флота был. Да, было дело, позировал для редакций газет. Хозяин дома, пожилой граф с сыном, тем самым ротмистром, что мне проиграл пари, он где-то тут служит, приехали через час, это довольно быстро. Я уже всё осмотрел, выбрал себе спальню, вещи личные разложил, запасную форму, обживался, хозяйскую взял, подтопил печи, дом холоден был, ну и осмотрел дворовые постройки. Что по дому, то вся обстановка осталась, только личные вещи бывшие владельцы забрали, мало что докупать нужно. На территории флигель, вполне свежий каретный сарай, но конюшни не было, тут рядом частные конюшни, там лошадей держали, хозяйка не терпела запаха лошадей и их жизнедеятельности, поэтому на территории лошадей не держали. Потом был дровяной сарай, из него можно спустится в погреб-ледник, и беседка в саду. Особняк небольшой участок земли занимал, но весь садом был окружён, где прятались другие строения. Что мне не понравилось, не было бани. Сам построю, и веранду при ней, сидеть после бани, и пиво пить. А пиво я любил, светлое, хотя это и не дворянский напиток, как мне не раз говорили другие офицеры. Пока в Циндао были, и не отбыли, я со склада местного пивного заводика выкупил шесть бочек с пивом той марки, что мне больше всего понравилась.

Да бани нет, в доме есть водопровод, ванная, воду греют в печке, и всё. Баню сам сделаю, уже прикинул, в углу, где соединяюсь с двумя соседними участками. Самое место. А как бывшие владельцы прибыли, мы поздоровались, пообщались, дом в отличном состоянии, я всем доволен, мне выдали список по покупкам и платежам, не дешёвое дело год содержать такой дом, но я расплатился, чему графы были довольны. Кстати, ротмистру сообщил что прибыл в столицу по приказу государя, но не знаю кому сообщить о прибытии. Не через морское ли ведомство? Тот отмахнулся, передаст в канцелярию Императора, и послал своего извозчика с запиской, куда отвезти и кому передать тот знал, так что завтра, скорее всего будет фельдъегерь от Николая, адрес ротмистр этот указал. Ну а мы выпили вина, это мой запас, на первом этаже, в столовой зале, закуски небольшие, отметили встречу. Регистрация дома пройдёт как я патент от Николая получу, как на дворянина зарегистрировать нужно дом. Не на мою же офицерскую книжицу. Те перед уходом предложили пожить у них, но я отказался, нужно обжить свой выигрыш. Вот только попросил насчёт проверенных слуг помочь, подобрать. Это было не проблемой, пришлют завтра. На этом и расстались. Сторож пока остался, как свои слуги будут, тот отбудет. Кстати, присутствие бывших владельцев при перерегистрации дома не нужно, у меня нотариально заваренная доверенность на получение дома, по ней вполне проведут регистрацию. А пока ждём.

Ротмистр ошибся, только на четвёртый день прибыл гвардейский офицер, я как раз за домом был. Наблюдал как собирают баню, специально стволы из липы подобрал. Пока просто собирают сруб, проверить всё ли привезли, основание на месте бани ещё готовится, там канавы копают под фундамент. А так я нанял шесть слуг. Это истопник, он же кучер, второй садовник, он же подметальщик, сад и территория участка — это его работа. Кухарку, потом две горничные, одна ещё блюда при приёме пищи подаёт, ну и дворецкого, или управителя, как их тут в России называют. Люди мне понравились, заключили рабочие договора, выплатил аванс и те работают, и надо сказать хорошо, я не жалуюсь. Порядок быстро навели. Причём управляющий женат на кухарке, им одна квартира во флигеле, садовник на горничной, им вторая, истопник племянник управляющего, один живёт, третья квартира. Четвёртая пустая, вторая горничная в своём доме жила, приходящая, она замужем, но муж приказчик в одной из лавок. Управляющий и подсказал отличную бригаду строителей, как раз по баням специализируются, для дворян строят, а у них претензии на разные роскошества. Я описал что мне нужно, у бригадира свёрток с листами схем разных бань, удивил, и подобрал ту, что мне по душе пришлась, плюс к ней беседка, на открытом воздухе, после бани сидеть и наслаждаться пивом или горячим чаем. Большой самовар со всем необходимым управляющей уже купил и привёз. Также выезд взял, пролётку, плюс двух коней. Тоже держу их на частной конюшне. Вполне удобно, я оценил.

Вот тут меня и отвлекли от созерцания чужой работы, люблю смотреть как другие работают.

— Поручик Ржевич, фельдъегерская служба, вам приказ явиться в летнюю резиденцию Его Величества.

— Хорошо, — получая конверт с приказом, согласился я, а заметив, что поручик мнётся и не уходит, уточнил. — Что-то ещё?

— Это правда, ваше высокоблагородие, что десять дней назад вы ещё во Владивостоке были?

— Да, правда. Признаться, приказ государя явиться как можно быстрее я выполнил, но меня вызвали поздно, четыре дня уже в столице. Похоже не так понял приказ, можно было и не торопиться.

— Это я знаю, секретарь просто не поверил, что вы прибыли, и решил, что вы в пути, подтверждаете выезд, а как слухи по столице пошли, что вы в Питере, навели справки, и узнали, что вы действительно тут.

— Понятно, — с безразличием пожал я плечами. Мне это ни холодно не жарко, я отлично провёл эти четыре дня. Позже бы пришли, ещё лучше было бы.

Насчёт слухов, то как узнали, что я тут, так посыпались приглашения навестить тот или иной дом. К графам тоже. Я не против, и в парадном мундире со всеми наградами посещал, общался, музицировал. У местного портного новую форму заказал, моя как-то не смотрелась в столице. Сегодня только получил. Семь домов за четыре дня посетил, ещё два десятка приглашений было, но тут вот поручик этот гвардейской появился. Мне через час отбывать к одной семье аристократов, бароны, хорошие люди, внук пятнадцати лет в прошлом году сбежал в Порт-Артур, воевать. Когда газеты написали про моего брата с его дружками, как поветрие пошло, ловили, с поездов снимали, но некоторые прорывались, как внук этой семьи. Там его всё равно отправили домой, но факт есть факт.

— А как вы добрались так быстро?

— На воздушном шаре прилетел, — сразу ответил я. А что, давно придумал. Поручик кивнул и направился прочь.

Вскрыв конверт, я выяснил что должен прибыть в канцелярию Императора сегодня в семь вечера. Да, у баронов всего пару часов побуду, но можно сослаться на приказ. А баронов навещу. Вообще я особо не описываю саботаж и предательство, а описывал героическую оборону, и если спрашивали, не предательством ли сдали Артур, только согласно кивал, говоря о военной тайне. Удивило что четыре дня продержался, думал вызовут раньше. А так отдав несколько приказов, впрочем, строители и сами знали что делать, я собрался, переодевшись в парадное, моя пролётка уже готова была, верх поднят, чуть накрапывал дождь, вообще тут и снег на улицах, сугробы ещё лежали, так что слякоть, и всё сопутствующее вполне было. Подъездную дорожку мне разбили на участке, но я плитку в начале лета, как просохнет, собирался положить, так что не жалко. Дом мне очень понравился, и я его активно обживал. Вещь отличная, не зря выиграл. Вот так сначала посетил баронов, хороший вечер для своих, а было всего полторы сотни человек, поверьте, это немного, у некоторых и до четырёхсот доходило. Общались, байки травил, анекдоты, пару раз на гитаре сыграл, вообще моё исполнение и песни уже привлекали к себе внимание своей оригинальностью и необычностью. В Артуре тоже не сразу распробовали, а потом множество почитателей этих песен появилось, сами пели их. Ну и вот, покинув дом, там вечер продолжался, моя пролётка ожидала, кучер знал куда вести, его Василием звали, и вот доставил. На территорию не пустили, казаки были, проверили приказ, он на руках был, и один сопроводил по не совсем ровной брусчатке, пару раз каблуком зацепил, до нужных дверей. Это не парадный вход, он с другой стороны, тут боковой, там меня принял гвардейских офицер и уже в канцелярию привёл. Да, на входе мне сапоги помыли, протёрли, чтобы грязь по полу не разносил. Хороший сервис, дома бы завёл, но дома я в домашних тапочках хожу.

Секретарь принял приказ, и велел ожидать, тут в приёмной несколько генералов было, и другие посетители в гражданской одежде. Никого не знаю. Места свободные были, но сидеть не хотелось, подошёл к окну и прислонившись плечом к стене, стал смотреть в парк. Красивые виды, дрожки, дальше вроде фонтан, кажется там кто-то гулял, но темнело, уже не видно было. Я настроился на долгое ожидание, но уже через двадцать минут, меня толкнули в плечо, и пригласили проходить. Незаметно касаясь ушей, вытаскивая наушники, музыку слушал, я проследовал за секретарём к двери, и тот запустил меня внутрь. Вот так отработал три уставных шага, без чинов приказа не было, и доложился о прибытии.