Профессия тренер. От рождения игры до Гвардиолы и Клоппа

Народный герой был романтиком. «Я человек из народа. Меня интересуют только люди. Если хотите, называйте меня гуманистом». Шенкли считал себя и своих игроков слугами общества. Болельщики считали тренера тем, кто старался сберечь ценности игры, которую уже давно пожирала коммерция.

Билл Шенкли умер 29 сентября 1981 года, ему было всего 68. На съезде лейбористов, который проходил в это время, его – человека, для которого футбол был формой социализма, – почтили минутой молчания.

Протестант среди католиков

В 1967 году «Селтик» под руководством Джока Стейна стал первой британской командой, выигравшей Кубок европейских чемпионов. Шотландец Стейн был родом из Бернбанка, что в Южном Ланаркшире и работал там на угольных шахтах. В сезоне 1953/1954 «Селтик», в котором капитанскую повязку носил Стейн, выиграл дубль, а в январе 1957 года на тот момент 34-летний футболист повесил бутсы на гвоздь.

«Селтик» был клубом шотландских католиков с ирландскими корнями, а возглавивший клуб в 1965-м Стейн стал первым тренером клуба – протестантом. Однако религия была ни при чем: «Важна не вера или национальность, важен ты сам» – слова, спрятанные на внутренней стороне воротника футболок команды.

Для Джока Стейна социалистические идеалы стояли выше религии; во всех отношениях он был современным тренером, а его идеи по британским меркам можно считать чуть ли не революционными. Как и Мэтт Басби в «Манчестер Юнайтед», Стейн стал первым тренером клуба, запретившим совету директоров определять стартовый состав команды. Его тренировки также были построены вокруг мяча. По словам Стейна, лучшей защитой было перемещение игры в штрафную соперника. Его философия атакующего стиля прославилась далеко за пределами Шотландии – как освобождение футбола из тюрьмы, в которую его привел итальянский катеначчо.

При Стейне за «Селтик» выступало немало протестантов, в том числе Кенни Далглиш, Дэнни Макгрейн и Альфи Конн. Однажды Стейна спросили, кого он выберет, если будет нужно взять нового игрока – протестанта или католика, – и тренер ответил: «Я возьму протестанта». Второго, по словам Стейна, он получит и так, «потому что “Рейнджерс” все равно никогда не подпишет католика».

«Лиссабонские львы»

Перед сезоном 1966/1967 «Селтик» отправился в пятинедельное турне по Соединенным Штатам, где он встречался с «Баварией», «Болоньей» и трижды – с «Тоттенхэмом». «Селтик» не проиграл ни одного из этих матчей, что было тем более примечательно, потому что Джок Стейн использовал это турне для тестирования фундаментальных тактических изменений: теперь его команда вместо традиционной схемы 2-3-5 играла 4-2-4. Вингер Берти Олд стал играть в центре полузащиты, где вместе с Бобби Мердоком задавал ритм игре «Селтика». Сначала тренер успешно опробовал эти новшества в матчах с другими шотландскими клубами, которые по-прежнему придерживались старой схемы. В сезоне 1966/1967 «Селтик» выиграл все национальные соревнования: чемпионат, Кубок Шотландии и Кубок Лиги. Но кульминацией сезона стала победа в Кубке европейских чемпионов. 25 мая 1967 года в Лиссабоне Джок Стейн и его команда встретились в финальном матче с миланским «Интером» во главе с Эленио Эррерой. Все 11 игроков «Селтика», вышедшие на газон стадиона «Насьональ», были родом из Глазго и его окрестностей, а некоторые знали друг друга с детства.

Несколько десятилетий спустя редакторы 11Freunde Тим Юргенс и Филипп Кёстер написали об этом финале: «Весь “Селтик”, включая тренера, получала меньше, чем один игрок “Интера”. В то время как шотландцы носят хлопковые футболки без номеров на спине, итальянцы одеты в кашемировые майки. Капитан “Селтика” Билли Макнилл говорил: “Итальянцы были похожи на кинозвезд, а мы копили на новые зубы”». Джимми Джонстон, вингер «Селтика» и уникальный дриблер, вспоминал тот исторический вечер: «Все они были как на подбор: метр восемьдесят два, загорелые, с ослепительными улыбками в 32 зуба и зачесанными назад волосами. Таких обычно видишь на обложках журналов. Они даже пахли великолепно. <…> А рядом стояли мы, карлики. Я без зубов, Бобби Леннокс и старик Ронни Симпсон – тоже. Итальянцы взглянули на нас с высоты своего совершенства, а мы улыбнулись в ответ своими беззубыми улыбками».

Джок Стейн перед игрой подкалывал звезд «Интера»: мол, его парни просто сомнут изнеженных итальянцев. Кроме того, тренер никогда не упускал возможности представить свою команду общественности как ребят, играющих в атакующий, зрелищный футбол – полную противоположность катеначчо «Интера».

Победа настоящего футбола

К этому финалу Стейн готовил команду тщательно. Как на тренировочной базе клуба в Барроуфилде, так и в Лиссабоне – на каждой тренировке решался вопрос о том, как взломать оборонительные редуты «Интера». Стейн помнил, что три года назад в Лиссабоне перед матчем между сборными Шотландии и Португалии некоторые шотландские игроки получили сильные солнечные ожоги, поэтому призывал своих игроков не забывать о португальском солнце.

Уже в начале матча «Интер» оправдал репутацию самой известной европейской команды, играющей в ультраоборонительный футбол: за линией из четырех защитников находился либеро; перед ней – четверка ориентированных на оборонительные действия полузащитников, которые должны были пресекать все попытки «Селтика» прорваться в штрафную. И поначалу у «Интера» это получалось.

На седьмой минуте Сандро Маццола реализовал пенальти и вывел «нерадзурри»[66] вперед – 1:0. Для такой команды, как «Интер», это было идеальным стартом, а для шотландцев могло обернуться кошмаром. Однако игроки «Селтика» и глазом не повели: пропускать в начале и отыгрываться для «зелено-белых» было почти в порядке вещей. С того момента мячи залетали только в ворота итальянцев. Итог – 2:1 после голов Томми Геммелла (63-я минута) и Стиви Чалмерса (84-я минута).

«Мы победили их, играя в настоящий футбол – красивый и творческий, – говорил потом Джок Стейн. – Да, победа важна, но гораздо больше меня радует то, каким способом мы ее добились». Нападающий Бобби Леннокс согласился со своим тренером: «Мы играли в атакующий футбол и победили “Интер”, который был тем самым символом итальянского оборонительного футбола – символом катеначчо». После матча журналисты шотландской газеты Evening Times объявили «смертный приговор оборонительному футболу».

Футбольная общественность континентальной Европы тоже ликовала. Да, «Селтик» стал первым британским клубом, выигравшим соревнование, в котором с момента первого розыгрыша в сезоне 1955/1956 победу праздновали только команды из романских стран. Но главной причиной радости стал атакующий стиль игры взявшей трофей команды. Генеральный секретарь УЕФА Ханс Бангертер назвал победу «Селтика» «лучшим, что могло случиться с футболом. Если бы победил миланский “Интер”, нам бы пришлось лицезреть катеначчо ближайшие лет 10. Еще никогда победу в турнире не встречали с такой радостью».

Десять раз «Селтик» Стейна становился чемпионом Шотландии, при этом девять – подряд. За восемь лет (с сезона 1965/1966 по 1973/1974) клуб четырежды выходил в полуфинал и дважды – в финал Кубка европейских чемпионов.

В августе 1978 года, уходя с должности тренера, Стейн предполагал, что руководство «Селтика» предложит ему место в совете директоров, но этого не произошло. Некоторые утверждают, что причиной стало вероисповедание Стейна: хотя боссы «Селтика» не имели ничего против усиления команды игроками-протестантами, но в совете директоров они хотели видеть только католиков. Своему «супертренеру» «Селтик» предложил лишь управление букмекерской конторой клуба, от чего Стейн отказался, желая остаться в футболе. В 1978 году он стал тренером «Лидс Юнайтед», но уже через 44 дня ушел оттуда, чтобы возглавить сборную Шотландии. 10 сентября 1985-го шотландцы в отборочном матче чемпионата мира в Кардиффе играли против Уэльса. «Храбрым сердцам» было необходимо всего одно очко, чтобы обеспечить себе место в плей-офф. Почти весь матч Уэльс вел один мяч, но за девять минут до финального свистка вышедший на замену Дэви Купер смог с пенальти сравнять счет. Для 62-летнего Стейна стресс оказался слишком сильным: у него случился сердечный приступ, в результате которого он скончался прямо на тренерской скамейке.

Венская школа в Роттердаме

В сезоне 1969/1970 «Селтик» упустил шанс во второй раз завоевать Кубок европейских чемпионов. В финальном матче против «Фейеноорда» (Роттердам) шотландский клуб считался фаворитом. Как оказалось, на тот момент многие недооценивали уровень голландского футбола. В предыдущем сезоне амстердамский «Аякс» стал первой голландской командой, вышедшей в финал Кубка европейских чемпионов[67], а в этот раз «Фейеноорд» на пути к финалу одолел действующего чемпиона – «Милан». Однако в «Селтике» это никого не впечатлило. К вечеринке по случаю победы в турнире команда готовилась тщательнее, чем к самой игре. Когда команды вышли на поле, голосистых шотландских болельщиков заглушили вувузелы фанатов голландского клуба. На поле тоже все пошло совсем не так, как ожидалось.

«Селтик» не мог играть в привычный ему скоростной футбол, потому что «Фейеноорд» навязывал собственный темп игры. На 29-й минуте матча благодаря голу Томми Геммелла «Селтик» повел в счете, но всего двумя минутами позже защитник «Фейеноорда» Ринус Исраэл сравнял счет. Больше голов забито не было, и игра перешла в дополнительное время, в котором незадолго до финального свистка швед Уве Чиндвалль привел «Фейеноорд» к победе (117-я минута). После матча Стейна упрекали в том, что за весь матч он сделал всего одну замену, но и его коллега тоже заменил только одного игрока.

Для тренера «Фейеноорда» Эрнста Хаппеля победа над «Селтиком» стала величайшим успехом его тренерской карьеры, начавшейся в 1962 году в «АДО Ден Хааг». В последующие годы австриец Хаппель и его прессинг оказали огромное влияние на весь голландский футбол. Хаппель проповедовал скоростной атакующий футбол, в котором все звенья команды связаны между собой. Родившийся в 1925 году в Вене, Хаппель, конечно же, был хорошо знаком с легендарной австрийской «Вундертим» 1930-х. В 1950-х он сам выступал в составе последней великой национальной сборной Австрии, которая на ЧМ-1954 проиграла лишь будущим чемпионам мира – сборной ФРГ.

Сначала Хаппель привел аутсайдера «АДО Ден Хааг» к победе в Кубке Нидерландов, а затем полностью изменил стиль «Фейеноорда». Его биограф Клаус Дермутц писал: «При Хаппеле крепкий боевой “Фейеноорд” стал играть элегантно, а у города и клуба появилась уверенность в себе». После Кубка европейских чемпионов Хаппель также взял с «Фейеноордом» Межконтинентальный кубок, обыграв «Эстудиантес» (Буэнос-Айрес).

Как и тренер «Аякса» Ринус Михелс[68], Эрнст Хаппель говорил о тотальном футболе: «Мы отходим от своих ворот, объединяем силы и выталкиваем соперника на его половину». Способ игры, при котором игроки команды, не владеющей мячом, атакуют противника на его половине поля, Хаппель назвал прессингом. Рецепт Хаппеля был таков: «Разрушайте атаку соперника еще до ее начала и начинайте свою». По мнению австрийского историка спорта Матиаса Маршика, в рецепте успеха Хаппеля можно найти исторические отсылки. Маршик пишет: «Здесь видна старая венская школа, а венская школа – это дерзкая и агрессивная игра. Игроки, всегда хорошо подготовленные физически, навязывали противникам свою игру и не давали им расслабляться. Для системы прессинга Хаппеля хорошая физическая форма была абсолютной необходимостью. Дисциплина и бег, бег и еще раз бег – вот чего он требовал от своих игроков». Кроме того, Хаппель ввел в «Фейеноорде» офсайд-ловушку, которой его команда доводила до безумия своих соперников.

Полузащитник «Фейеноорда» Вим ван Ханегем восхищался Эрнстом Хаппелем и говорил, что его философия опережала свое время. Йохан Кройфф также высоко оценил вклад австрийского тренера в развитие тотального футбола: «По влиянию на голландский футбол Хаппель сравним с Ринусом Михелсом. Смотришь на Хаппеля – и чувствуешь запах поля, и видишь в тренере футболиста. Кроме того, Хаппель был великолепным тактиком, который выстраивал игру вокруг мяча, а не от противника». Сам австриец восхищался триумфальным шествием «Аякса» в Европе: Кройфф и его команда играли в футбол, который был ему близок.

Глава 6

«Оранжевые» атакуют

В 1999 году ФИФА назвала голландца Ринуса Михелса тренером века. Михелс считается отцом тотального футбола, то есть творцом последней великой футбольной революции. В 1960-х его «Аякс» неоднократно становился чемпионом страны, а в 1971-м завоевал Кубок европейских чемпионов. Центром мирового футбола в то время были Нидерланды, а именно Амстердам, где придумали многое из того, без чего мы не можем представить современный футбол. Например, Вил Курвер разработал популярную до сих пор методику тренировок полевых игроков (так называемую «пирамиду Курвера»), а его коллега Франс Хук написал настоящую «библию» для подготовки вратарей. Неудивительно, что голландские тренеры в Европе были нарасхват.

Йохан Кройфф дебютировал за первую команду «Аякса» в товарищеском матче против «Хельмондии 55», который состоялся 24 октября 1964 года. В чемпионате Кройфф впервые вышел 22 дня спустя – 15 ноября. «Аякс» тогда проиграл «Гронингену» со счетом 1:3. Утешительный гол за «красно-белых» забил как раз 17-летний Йохан.

Через два месяца после дебюта Кройффа, 22 января 1965 года, президент «Аякса» Яп ван Праг нанял 36-летнего Маринуса Якобуса Хендрикуса «Ринуса» Михелса в качестве нового тренера с зарплатой в 2000 гульденов в месяц. Михелс стал первым штатным тренером в истории голландского футбола. Он был, мягко говоря, небогат: на первую тренировку в «Аяксе» голландец приехал на подержанной Škoda.

Михелс был лишь третьим голландцем на должности главного тренера клуба. Раньше «Аякс» тренировали исключительно иностранцы (в основном англичане, а также венгр – Вильмош Хальперн), если не считать годы оккупации, когда тренировками руководили бывшие игроки клуба и сборной – Вим Волкерс и Дольф ван Кол.

В свое время Михелс тоже играл за «Аякс»: он выступал на позиции нападающего, а его сильной стороной была игра головой. С 1946 по 1958 год он забил за клуб 121 гол в 269 играх, а также дважды стал чемпионом Нидерландов (1947, 1957). На футбольные идеи Ринуса большое влияние оказал Джек Рейнолдс – тренер, который привел «Аякс» к чемпионству в 1947 году.

Михелс всегда был книгочеем: «Rinus zit met een boekje in een hoekje» (в переводе с нидерландского «Ринус сидит в углу с книгой»), – говорили о нем. В связи с травмой спины ему пришлось завершить карьеру игрока уже в 1958-м: ему тогда было всего 30 лет.

Будущий тренер «Аякса» окончил Академию физического воспитания в Амстердаме. Кроме того, он прошел обучение на массажиста и специалиста по лечебной физкультуре. Время от времени Ринус преподавал в школе для глухонемых детей. Михелс стал одним из первых выпускников курсов для тренеров, организованных в начале 1960-х Королевским футбольным союзом Нидерландов. В качестве тренера он дебютировал раньше – в 1960-м в маленьком любительском клубе «Ватерграфсмер». А пять лет спустя Ринус Михелс возглавил переживавший не лучшие времена «Аякс».

Генерал

Вступительная речь Михелса на посту тренера «Аякса» была отрезвляюще честной: «Мы должны начать с нуля. Конечно, в клубе есть хорошие игроки в лице Сварта, Кройффа и Кейзера, но с дисциплиной и тактикой дела плохи».

Действительно, голландский футбол 1960–1970-х – и «Аякс» в частности – рассматривался и часто рассматривается в контексте социальной либерализации, а Амстердам – в качестве столицы европейского молодежного бунта того времени. Да, Ринус Михелс действительно находился в авангарде развития философии, вошедшей в анналы футбольной истории как тотальный футбол, и осуществил тактическую революцию. Однако, как и его наставник Джек Рейнолдс, самым важным голландский тренер считал дисциплину и физическую подготовку. Бобби Хармс, который играл с Михелсом в «Аяксе», а позже был его ассистентом, называл своего друга настоящим фанатиком: «Ни одна мелочь не ускользала от его взгляда: он комментировал каждое действие, постоянно давал советы. И прежде всего требовал дисциплины». Левый нападающий «Аякса» Пит Кейзер вспоминает: «Таких тяжелых тренировок, какие устраивал Михелс, я больше нигде не встречал. Порой у нас было четыре тренировки в день. Ринус вовсе не плохой человек, но он держал нас в ежовых рукавицах, так что недовольных хватало. Однако Михелс был категоричен: “Тебе не нравятся мои представления об игре или тренировках? Я здесь никого не держу”».

Даже Йохану Кройффу приходилось подчиниться. Немецкий журналист и эксперт по голландской культуре Эгон Бёстен пишет: «В основе философии Михелса лежала следующая идея: “Да здравствует команда! Нам не нужен эгоист, который 90 минут ждет нужного момента, чтобы совершить одно волшебное касание”. Ринус проиллюстрировал эту философию на примере своих отношений с “королем” Йоханом Кройффом. “Кройфф может все, – говорил тренер. – По большому счету беговые тренировки ему не нужны. Но он – часть команды, образец для подражания. К примеру, одна из наших тренировок проходила в лесу. Помню, Кройфф то и дело норовил срезать пару метров, неправильно выполнял упражнения, поэтому на следующий день я сказал ему снова прийти в лес, на тренировку, к восьми утра. И я тоже был вынужден встать пораньше. Время 7:50 – Кройффа нет, 7:55 – тоже. Ровно 8:00 он вышел из-за дерева, где все это время ждал меня. Мы немного прошлись и поговорили: я объяснил ему, что дело не в беге, а в том, какой пример он подает другим”. Такой подход работал: при Михелсе в обороне отрабатывали все – и техничный Пит Кейзер, и любимец зрителей и мастер дриблинга Шак Сварт, и сам Йохан Кройфф».

У Михелса был еще один способ показать футболистам, что отдельный игрок – всего лишь часть команды: он выдавал им номера по алфавиту. «Мы больше не были отдельно взятыми личностями, индивидуальностями, – вспоминал Йохан Кройфф, который несмотря ни на что восхищался Михелсом, – однако же почти всему, что я знаю о футболе, научил меня он. Именно благодаря Ринусу с Голландией стали считаться на мировой арене. В моей карьере он сыграл самую важную роль. Я всегда пытался быть на него похожим – и это, наверное, лучший комплимент из возможных».

Из аутсайдеров в чемпионы

Михелс, разумеется, заботился не только о дисциплине и физической подготовке. Уже при Джеке Рейнолдсе на тренировках «Аякса» много внимания уделялось работе с мячом, а Ринус Михелс вовсе строил вокруг этого свою программу. «Каждому игроку – по мячу» – в тренировках молодых голландских игроков этот принцип остается главным и сейчас. В то же время Михелс положил начало профессионализации голландского футбола. Несмотря на то что футбол в Нидерландах получил статус профессионального вида спорта в 1954 году, в реальности он еще долгое время оставался любительским. Михелс ввел тренировочные сборы, а Кройфф и Кейзер стали первыми полноправными профессиональными игроками «Аякса». Тренер не видел проблемы в том, что футболистам платят за игру. В свое время он сам попросил за интервью деньги – редкость для тех лет.

Итак, благодаря Михелсу «Аякс» из аутсайдера молниеносно превратился в претендента на чемпионство. Летом 1966-го, через полтора года после назначения Михелса главным тренером, «Аякс» завоевал национальный титул. Команда играла по авантюрной схеме 4-2-4, которую в 1950-х с большим успехом практиковали венгры, но игроки Михелса гораздо чаще меняли позиции, чем это делала в свое время «Золотая команда» Густава Шебеша. Такая модель игры не только соответствовала навыкам имеющихся в распоряжении игроков, но и позволила полностью раскрыться многим футболистам, например, нападающим Питу Кейзеру, Шаку Сварту и Йохану Кройффу.

В сезоне 1966/1967 «Аякс», завоевавший чемпионство во второй раз подряд, забил в 34 матчах чемпионата 122 гола, или 3,6 за игру, что было на 41 (!) гол больше, чем у занявшего второе место «Фейеноорда». В сезоне 1967/1968 команда Михелса смогла завоевать титул в третий раз, но в следующем году уступила верхнюю строчку главному сопернику – «Фейеноорду». В сезоне 1969/1970 чемпионом снова стал «Аякс».

В следующем сезоне, после того как в Кубке ярмарок «Аякс» проиграл со счетом 0:3 лондонскому «Арсеналу», тренер «канониров» Берти Ми назвал гостей дилетантами. В том же месяце «красно-белые» сыграли вничью с «Фейеноордом» (3:3). Но неудачи стоили того: Михелс сделал правильные выводы, благодаря чему команда стала еще более тактически выстроенной. Он видел, что четверке нападающих трудно отбирать ничейные мячи, поэтому переключился на более оборонительную схему 4-3-3, которая превращалась в 3-4-3, когда команда владела мячом и либеро шел вперед. Изменения сработали: в сезоне 1970/1971 в национальной лиге «Аякс» снова уступил «Фейеноорду» Эрнста Хаппельса, но команда впервые одержала победу в Кубке европейских чемпионов[69].

Тотальный футбол

В 1999 году ФИФА присвоила Ринусу Михелсу почетное звание «Тренер века». Награда была вручена в первую очередь не за титулы, ведь Михелсу так и не удалось стать чемпионом мира, да и Кубок европейских чемпионов он выиграл лишь однажды, в то время как у некоторых тренеров XX века на полках стояло намного больше трофеев[70]. Но вклад Михелса в развитие мирового футбола измеряется не титулами: как пишет английский эксперт по тактике Джонатан Уилсон, он совершил, возможно, последнюю по-настоящему великую футбольную революцию, придумав не просто тактику, а целую философию – тотальный футбол.

В 1940-х международный фурор произвела команда «Ривер Плейт» (Буэнос-Айрес), игравшая в яркий атакующий футбол. Благодаря невероятно техничной пятерке нападения (Хуан Карлос Муньос, Хосе Мануэль Морено, Адольфо Педернер, Анхель Лабруна и Феликс Лустау) команду окрестили La Máquina («машина»)[71]. Три десятилетия спустя на чемпионате мира 1974 года испаноязычный мир назвал голландскую сборную La Máquina Naranja («оранжевая машина»).

Чтобы воплотить в жизнь свое видение футбола, Михелсу не нужно было совершать культурную революцию в «Аяксе». В техничный атакующий футбол голландский клуб играл со времен английских тренеров Джека Рейнолдса и Вика Букингема. Продумав каждую деталь, Михелс развил уже существовавшую философию до тотального футбола.

Тотальный футбол Михелса был зрелищным и атакующим, но не обязательно красивым. Сборную Нидерландов, которую он позже тренировал, часто называли «европейские бразильцы», но тотальный футбол голландцев с бразильской O jogo bonito («прекрасная игра») объединяли разве что техничность игроков и нацеленность на атаку. Цель тотального футбола – не покорять воображение зрителей красивыми финтами, а как можно быстрее наиболее прямолинейным способом добраться до чужих ворот и забить гол. В основе лежала командная игра, и вся система функционировала лишь в том случае, если игроки были в хорошей физической форме и постоянно работали друг на друга. Быстрые, рациональные передачи – тренер запрещал передерживать мяч, но поощрял дриблинг. Главное – скорость атаки.

Задуматься о тактической инновации Михелса заставила игра соперников «Аякса». «Тотальный футбол, – рассказывал Ринус, – это мой ответ на вопрос, как прорвать массированную оборону соперника. Нужно было придумать, как удивить соперника в атаке. Вот почему я решился на постоянную смену позиций внутри линий и между ними. Каждый мог бежать в атаку, но и участвовать в отборе должны были все. Для такой модели игры, конечно, требовались высококлассные игроки и постоянная отработка командных взаимодействий на тренировках. <…> Проблема не в том, чтобы научить центрального защитника участвовать в атаке (ему это и так нравится), а в том, чтобы в это время кто-то его страховал. Если это удалось, а команде хватает скорости и тактической обученности, все остальное приложится».

Ключевые идеи тотального футбола – это участие всех 10 полевых в атаке и обороне, постоянная смена игроками позиций, скорость и прессинг (хотя во времена Михелса этот термин использовался редко). В частности, защитники – особенно крайние – тоже должны принимать участие в атаке, то есть по бровке они добираются до самой штрафной соперника. В результате на несколько минут они могут стать ближе к чужим воротам, чем полузащитник, который в случае потери мяча должен будет их подстраховать. От своих крайних защитников Руда Крола и Вима Сюрбира тренер требовал минимум шесть забитых мячей за сезон.

Для соперника такая модель была нервотрепкой, так как защитнику постоянно приходилось играть против разных нападающих. Кроме того, у Михелса даже нападающие умели играть в защите. Это было важно еще и потому, что основную идею тотального футбола Ринус дополнял атакующим прессингом. Ни один игрок не должен стоять как вкопанный на своей позиции – это лишь отправная точка, куда он постоянно возвращается. С этим тесно связан вопрос физической подготовки. Крол рассказывал: «Физическая форма должна быть стопроцентной, но как сохранить свежесть в течение 90 минут? Представьте, если я, левый защитник, бегу 70 метров по флангу и тут же 70 обратно… Да тут кто угодно не выдержит! Но если мою позицию займет левый полузащитник, а его, в свою очередь, подстрахует левый вингер, бежать придется меньше».

Сложная игра Михелса с калейдоскопической сменой позиций сработала, потому что в его распоряжении были умные и талантливые игроки. Речь в первую очередь о Йохане Кройффе, который обладал уникальной способностью читать игру и предвидеть развитие событий даже в ситуациях, казавшихся со стороны суматохой, – когда вся команда с фантастической скоростью переходила из атаки в оборону и обратно.

Тренер и игроки воспринимали пространство не как фиксированную величину, а как то, что можно изменить с помощью коллективных скоординированных действий. Если мяч был у соперника, футболисты сужали пространство, перемещаясь в зону, где он находился. Если мячом владел «Аякс», «красно-белые» отходили далеко друг от друга, покрывая всю ширину поля, чтобы создать пространство для передач и индивидуального дриблинга. Руд Крол, который играл и крайнего, и центрального защитника, вспоминал: «Мы всегда говорили о “пространстве” с практической точки зрения. Защищаясь, мы должны были располагаться близко друг к другу. Если же атаковали, то разбегались и использовали фланги». При каждой потере или отборе мяча нужно было ускорять игру, чтобы соперник не успевал среагировать. Барри Хюльсхофф рассказывал: «Мы постоянно обсуждали, как организовать игру на скорости и где должны располагаться наши игроки».

Циркулирующий футбол и прессинг

Тотальный футбол подразумевал также игру в одно касание. От футболистов требовалось технично принять мяч, быстро его обработать, а потом сделать точную и тактически выверенную передачу на партнера. Если направить мяч в штрафную площадь соперника сразу было невозможно, начиналась, казалось бы, бесконечная перепасовка на половине поля соперника. Йохан Кройфф говорил: «Мяч никогда не устает». В отличие от соперника, который наблюдает за происходящим по несколько минут кряду.

В такой «циркулирующий футбол», как назвал его сам Ринус Михелс, играли и другие команды голландца: сборная Нидерландов и «Барселона»[72]. Михелс говорил: «“Циркулирующий футбол” – это особый созидательный стиль. Лишь несколько сильных команд могут хорошо в него играть. Суть в том, чтобы разыгрывать мяч, пока не наступит подходящий момент для обострения, например, для проникающей передачи. Иногда возможность появляется сразу, иногда приходится ждать. Такая стратегия разумна и эффективна только в том случае, если удается провести качественную атаку. <…> “Циркулирующий футбол” предъявляет очень высокие требования к умению команды развивать позиционные атаки». Для Михелса «циркулирующий футбол» был способом «перейти в нападение, но не самоцелью». На самом деле как сборная Голландии на ЧМ-1998, так и «Барселона» Йохана Кройффа (и особенно Пепа Гвардиолы) провели немало игр, в которых им не хватало напористости: казалось, самое главное для них – не забить гол, а перепасовываться между собой до бесконечности.

Игроки могут показывать качественную игру, реализуя все принципы «циркулирующего футбола», если впитывают эту философию с детства, обладают высокой точностью передач и много лет играют вместе. Таким образом, все команды в системе клуба, начиная с детских, должны придерживаться единого стиля. Неслучайно лучше всех искусством «циркулирующего футбола» овладели «Аякс» и «Барселона», известные своими сильными академиями.

Одним из методов тренировки, который мы унаследовали от Ринуса Михелса, стала игра четыре на четыре, которая до сих пор является в Нидерландах ключевой в подготовке юных футболистов. В младших возрастных группах она представляет собой игру на ограниченном пространстве. Перед детьми то и дело возникают непростые игровые ситуации, в которых они должны самостоятельно принимать решение. Игроки постоянно находятся под давлением, что приводит к улучшению техники. Кроме того, развиваются тактические навыки, потому что дети должны постоянно менять направления атаки, используя всю площадку. Со временем ребята начинают играть двусторонки на площадке 30 × 30 м («двойная штрафная») по схеме 1-2-1 с вратарями. Пасовать можно только низом. Игроки должны выстраивать треугольники, чтобы использовать всю ширину площадки, и контролировать расстояние друг до друга. От взрослых футболистов требуют по возможности играть в одно касание. Когда удается отобрать мяч, нужно как можно быстрее добраться до ворот соперника.

Ринус Михелс не только сосредоточился на принципе циркулирующих передач, но и был одним из первых приверженцев идеи прессинга, который стал для него логическим продолжением тотального футбола. По словам Михелса, на ЧМ-1974 сборная Голландии, которую он тренировал, практиковала «атакующий прессингующий футбол». После потери мяча на половине поля противника важно «…как можно скорее вернуть мяч себе. Не вступать в отбор разрешено только в том случае, если оказалось, что футболисты разных линий расположились слишком близко друг к другу, а значит, на своей половине поля остается много свободных зон, что делает команду уязвимой для контратак. По сути, такой прессинг логически вытекал из философии тотального футбола. Цель оставалась прежней: перехватить мяч на чужой половине поля, большими силами пойти вперед и взломать оборону противника».

Многие элементы тотального футбола сегодня уже не кажутся чем-то необычным: защитники, участвующие в атаке; вратарь, выступающий в роли полевого игрока или выполняющий функцию либеро; высокая линия обороны; использование всей ширины поля при атаке (за счет активности на флангах) и компактное расположение игроков при потере мяча (расширение, сужение – «принцип гармошки»); прессинг, начинающийся глубоко на половине поля соперника; быстрый переход из обороны в атаку; упор на владение мячом и так далее – другими словами, многие черты того, что мы называем современным футболом, на самом деле наследие тотального футбола 1965–1974 годов, когда локомотивом развития мирового футбола стали Нидерланды.

Барселона, Кёльн, Леверкузен

Летом 1971 года Ринус Михелс покинул «Аякс» и перешел в «Барселону». Его преемником в Амстердаме стал на тот момент малоизвестный румын Штефан Ковач. Он разделял футбольную философию своего предшественника, но к игрокам относился по-другому, что сначала позитивно сказалось на команде. Ковач предпочитал либеральный стиль руководства и давал футболистам больше свободы. «Аякс» Ковача дважды выигрывал Кубок европейских чемпионов (1972, 1973), но вскоре у команды начались проблемы с дисциплиной. Вот что говорил об этом полузащитник Арнольд Мюрен: «Ковач был очень хорошим тренером, но слишком добрым. Ринус Михелс предпочитал строить в первую очередь не дружеские, а профессиональные отношения с игроками; он был очень строг и требовал абсолютной дисциплины; для него все были равны. В первый год работы Ковача мы играли лучше, потому что теперь, обладая всеми навыками, которым обучил нас Михелс, мы имели еще и свободу на поле, чтобы воплощать собственные идеи. Но постепенно проблемы с дисциплиной дали о себе знать».

Тем временем Михелс пытался экспортировать «голландскую школу» в Каталонию. Его первые два года в «Барсе» получились непростыми. Изменения к лучшему произошли с приходом Йохана Кройффа, который дебютировал за «сине-гранатовых» в седьмом туре сезона 1973/1974 и сразу же показал, как один – будем честны, выдающийся – игрок может повести за собой целую команду. По итогам сезона «Барселона» впервые за 14 лет стала чемпионом Испании, а на пути к титулу в «Эль Класико» разгромила «Реал Мадрид» со счетом 5:0.

На чемпионате мира 1974 года Михелс пережил одно из самых горьких разочарований в своей тренерской карьере. Его сборная доминировала на протяжении всего турнира, пока в финале не встретилась со сборной ФРГ. «Оранье» открыли счет на второй минуте матча, но финал проиграли (1:2). Быстрый гол Йохана Нескенса с пенальти в результате оказался роковым: голландцы окончательно уверились в собственной непобедимости. Нападающий Джонни Реп так описывал тот матч: «Мы хотели поглумиться над немцами. Конечно, такую цель мы не ставили, но по сути именно этим мы и занимались. Мы катали мяч туда-сюда и… забыли забить второй гол». Или, как метко выразился редактор Der Spiegel Клаус Бринкбоймер: «Кройфф, Нескенс, Реп, Ренсенбринк были лучшими в мире и, к сожалению, знали это». Возможно, голландцы во время чемпионата слишком много праздновали, ведь сторонник жесткой дисциплины Михелс не контролировал их столь строго, как раньше: во время турнира он перемещался между своей «второй родиной» «Барселоной» и базой сборной в ФРГ.

В эту страну великий тренер возвращался еще не раз, но без особых успехов. В «Кёльне», где он работал в 1980–1983 годах, его суровый стиль руководства встретил ожесточенное сопротивление. Голкипер национальной сборной ФРГ Тони Шумахер говорил: «Михелс был просто железным человеком, которого ненавидели и уважали одновременно. <…> Что ни тренировка, то пытка: тяжелейшая общая физическая подготовка, в том числе бег до изнеможения, во время которого он кричал, что мы – болваны, тормоза, идиоты и дилетанты. Так он нас подбадривал! Моих друзей Пьера Литтбарски и Клауса Аллофса это просто выводило из себя: им казалось, что с ними здесь обращаются как с рабами. В какой-то момент обстановка накалилась до предела. Ринус ведь добряком никогда не был. Он мог сказать такое, что улыбка вмиг слетала у тебя с лица». Партнер Шумахера по «Кёльну» Пьер Литтбарски подтверждал его слова: «Михелс – настоящий палач для таких индивидуалистов, как я. Он просто хотел сломать меня, переделать и лишить радости от игры в футбол».

После победы Михелса на чемпионате Европы 1988 года «голландский генерал» перешел в «Байер Леверкузен». Говорят, ежемесячная зарплата Михелса составляла 50 000 немецких марок – столько в Бундеслиге не получал ни один тренер. Но и в Леверкузене поладить с игроками Михелсу не удалось. Уже в апреле 1989 года он ушел из клуба. Его прощальные слова были хлесткими: «В “Кёльне” добиться успеха мне помешали звезды. В “Байере” – их отсутствие. Игрокам здесь не хватает спортивной злости, а команде – класса».

По словам журналиста Людгера Шульце, Михелс был настоящим деспотом, но демонстрировать это соотечественникам почти никогда не требовалось: в его идеи и так верили. «Голландцы в целом более свободны: они чувствуют ответственность за свою работу». Немцы же, напротив, «очень послушные, им всегда нужно заранее объяснить, что и как нужно делать».

И это правда, как бы абсурдно ни звучало: Михелс добился успеха в Нидерландах, потому что игроки были более независимыми и применять к ним жесткие меры требовалось редко. Голландские футболисты на футбольном поле чаще брали ответственность на себя (вспомните хотя бы Йохана Кройффа), а это важная составляющая философии Михелса.

Тренер тренеров: Вил Курвер

Начиная с 1960-х Нидерланды прославились своей системой подготовки игроков и тренерской школой, которая дала миру многих специалистов экстра-класса. Неудивительно, что европейские клубы мечтали заполучить голландского тренера.

Нидерланды доказали, что малые страны могут добиться потрясающих результатов в футболе, если будут действовать творчески и новаторски, с четким осознанием того, как оптимально использовать ограниченные человеческие ресурсы, и, прежде всего, если у них налажена система подготовки молодежи. Вот что говорит об этом Марк ван Боммел[73], бывший игрок сборной Нидерландов, выступавший за ПСВ, «Барселону», «Баварию» и «Милан»: «В целом голландцы больше думают о футболе. У нас всего 16 миллионов человек, из которых около миллиона играют в футбол. У маленькой страны выбор меньше, поэтому нужно уделять больше внимания футбольному образованию с малых лет и иметь ясное представление о том, в какой футбол ты хочешь играть».

Поскольку в Эредивизи[74] крутится значительно меньше денег, чем, например, в клубах немецкой Бундеслиги, голландские тренеры вместо покупки звезд вынуждены выжимать максимум из местных игроков, что им блестяще удавалось в прошлом. Если соотнести численность населения и количество действовавших игроков, голландский футбол можно назвать чуть ли не более успешным, чем немецкий. Сборная трижды выходила в финал чемпионата мира и один раз становилась чемпионом Европы. До введения в 1995 году правила Босмана[75], которое просто раздавило самые успешные голландские клубы, команды из Эредивизи шесть раз побеждали в Кубке европейских чемпионов. Таким количеством титулов немецкие клубы похвастаться не могли.

В череде достижений голландских команд тех лет вклад Вила Курвера, выигравшего в 1974 году Кубок УЕФА с «Фейеноордом», почти незаметен. Однако именно он разработал инновационные концепции тренировок, известные любому специалисту. Курвер изучал в первую очередь технику футболистов и считается одним из величайших тренеров по технике в мировом футболе. Неудивительно, что он был родом из Нидерландов.

В 1960–1970-х Курвер анализировал видеозаписи игр мировых звезд вроде Пеле, Беккенбауэра и Кройффа. В то время считалось, что техничность дана таким футболистам от рождения, то есть игрока мирового уровня от «обычного» футболиста отличает природный талант, который, по мнению большинства, у южноамериканцев встречался куда чаще, чем у европейцев. Курвер был с этим не согласен: он разбил финты на последовательность движений, которые в упрощенной форме отрабатывал на тренировках с юными футболистами. Специалист считал, что игроку сначала нужно усовершенствовать собственные навыки и лишь потом отрабатывать передачи и развивать тактическое чутье. Высококлассный футболист, по словам Курвера, отличается от среднестатистического техничностью и скоростью: «Некоторые игроки обладают такими врожденными техникой и скоростью, что могут легко обыгрывать любого соперника, даже на ограниченном пространстве и под прессингом». Что касается подготовки игроков, то молодежь должны обучать тренеры, «которые могут самостоятельно продемонстрировать все обманные движения и финты Пеле, Кройффа, Марадоны, Ромарио, ван Бастена и других».

Пирамида Эйнштейна

«Футбольный Альберт Эйнштейн», как еще называли Вилла Курвера, разработал программу тренировок, напоминающую пирамиду, в нижней части которой лежит обучение идеальному владению мячом, а в верхней – проведению тактически выверенных атак; основное внимание при этом уделяется развитию чувства мяча. Пирамида состоит из шести ступеней; на следующий уровень можно подняться лишь после освоения предыдущего в совершенстве. Ступени пирамиды тесно связаны между собой: на следующих этапах игроки многократно повторяют полученные ранее знания и оттачивают уже освоенные навыки. Внизу пирамиды находится контроль мяча. Над ним располагаются передачи и прием мяча. Третий уровень – единоборства, значение которых в современном футболе невозможно переоценить. На четвертом тренируется скорость – не только бега, но и мышления. Пятый уровень посвящен правильному завершению атаки – ударам ногами и головой, в движении или с места, верхом и низом; игрок должен уметь создать опасный момент у ворот противника из любого положения. Последний уровень и вершина пирамиды – это командные взаимодействия, например, отработка позиционной атаки.

Методика Курвера оказала огромное влияние на развитие мирового футбола. Нидерланды заразили весь мир идеей «техничного» футбола. Метод Курвера начали использовать многие топ-клубы, в том числе «Манчестер Юнайтед», где в 2001 году Алекс Фергюсон нанял Рене Мёленстена – специалиста в области обучения молодых игроков по методу знаменитого соотечественника. Должность Мёленстена называлась Skills Development Coach («тренер по развитию технических навыков»); ему было поручено пересмотреть программу академии и дополнить ее «упражнениями для отработки финтов и обманных движений». В 2008 году Мёленстена повысили до ассистента главного тренера первой команды МЮ. Теперь 20 минут на каждой тренировке игроки занимались по методу Курвера.

1-4-3-3 вместо 4-3-3

В концепции тотального футбола особые функции есть не только у полевых игроков, но и у вратаря, потому что при высокой защите расстояние до голкипера должно оставаться прежним. Соответственно, вратарю приходится идти вперед – играть за пределами штрафной. От него требуется уже не только отбивать мячи, но и предугадывать действия соперника и по возможности выводить мяч из игры, прежде чем возникнет реальная угроза его воротам. Кроме того, вратарь должен быть готов к передаче от партнера по команде и участвовать в организации атаки: посредством точной передачи или ввода мяча рукой, в идеале – на ход партнеру по команде, ускоряя игру. В циркулирующем футболе Михелса вратарь из сторожевого пса превратился в равнозначного партнера по команде. Примечательно, что голландская футбольная литература включает вратаря в обозначение схемы игры: то есть команды Михелса играли по схеме 1-4-3-3.

На этом фоне примечательно решение, которое тренер сборной Ринус Михелс принял перед финалом ЧМ-1974, причем, вероятно, во многом благодаря Йохану Кройффу. Вопреки ожиданиям в воротах стоял не Пит Схрейверс из «Твенте», а 33-летний Ян Йонгблуд из клуба «Амстердам»[76]. Михелс и Кройфф хотели, чтобы вратарь действовал как «второй либеро». Йонгблуд до 15 лет был нападающим и, перейдя на позицию вратаря, привлек к себе внимание главным образом частыми выходами за пределы штрафной площадки. Однако на чемпионате мира в ФРГ Йонгблуд оказался ахиллесовой пятой своей команды: за пределами штрафной он действовал неуверенно и часто ошибался.

В 1985 году, возглавив «Аякс», Йохан Кройфф пригласил на пост тренера вратарей Франса Хука. Выбор мог показаться странным: Хук защищал ворота «Волендама» и сыграл 89 матчей в высшем дивизионе, но выдающимся голкипером никогда не был. Однако в юности он играл на позиции нападающего, что казалось Кройффу важным: «королю» нужен был эксперт, который научит вратарей помогать в начальной фазе атак.

И Хук тренировал вратарей в соответствии с идеями Кройффа. Голкиперы «Аякса» всегда были готовы выйти из вратарской, чтобы успеть перехватить передачу верхом и быстро начать контратаку. Они предугадывали дальнейшее развитие эпизода, а не просто действовали по ситуации. Хорошо играли на выходах и заблаговременно перехватывали мяч, не позволяя наносить удар по воротам. Партнеры часто отдавали им передачи, благодаря чему внимание соперника переключалось на кипера, и нападающие могли освободиться из-под прессинга. Хук считал, что в идеале атаку должен начинать не центральный защитник, а вратарь.

Хук и голландские «стражи ворот»

В 1987 году Франс Хук опубликовал учебник для вратарей Basisboek Keeperstraining («Тренировка вратарей: основы») к которому Йохан Кройфф написал следующее предисловие: «Роль вратаря часто недооценивают. Я же ими всегда восхищался. Для меня “играть на воротах” – это не только отбивать мячи. <…> В “Аяксе” вратарь – последняя линия обороны. Когда мы атакуем, вратарь следит за ситуацией на поле. А если теряем мяч, он должен как можно раньше забрать его себе. Если приходится совершать спасение на линии ворот, значит, где-то ранее была допущена ошибка. <…> Мне нравится смотреть, как вратарь выстраивает защиту таким образом, чтобы вынудить соперника нанести удар точно в том направлении, в котором он готов принять мяч. Поэтому позиционная игра вратаря имеет большое значение. Порой перемещение кипера всего на несколько сантиметров вправо или влево спасает команду от гола».

Вратарь и командная игра

Хук включил вратаря в командную тренировку: «Я всегда считал, что на тренировках должны отрабатываться все моменты, с которыми голкиперы могут столкнуться в матче. По сути, игра – это лучшая тренировка». Воссоздание реальных игровых ситуаций – важная часть тренировки вратарей по методу Хука. Интеграция вратаря в командную тренировку автоматически приводит к сокращению объема его изолированной индивидуальной работы. Хук говорил: «Вратарь – часть команды. Он, как и остальные футболисты, должен показать свой максимум в игре, и его необходимо к этому подготовить».

Эдвин ван дер Сар, самый известный «продукт» футбольной школы Хука, вспоминал о своем учителе так: «На тренировках ты не просто вставал в ворота и отражал пару ударов. Это лишь начало работы. Потом Франс делил всех игроков на группы, и вратари участвовали в упражнениях наряду со всей командой».

Краеугольный камень философии Кройффа и Хука – владение мячом. Такой стиль исповедовали «Аякс» и «Барселона» под руководством самого Кройффа (1985–1988 и 1991–1997 соответственно), команды Луи ван Гала (1991–1997 и 1997–2000, 2002–2003 соответственно) и Пепа Гвардиолы («Барселона» – 2009–2013). Проблема подобной тактики заключается в том, что защитники располагаются очень высоко, и любая потеря ими мяча может привести к выходу нападающего один на один с вратарем, особенно если защитников трое (или двое, как бывало иногда в командах Кройффа). При этом вратарь должен и начинать атаки, и страховать защитника, если тот оказался под прессингом. Когда игрок обороны теряет мяч, голкипер обязан максимально сократить расстояние до нападающего, а не прижиматься к своим воротам. Вратари в командах Хука активно участвовали в позиционных атаках: если защитник не видел адресатов для передачи вперед, он, чтобы сохранить мяч, пасовал вратарю, и уже тот искал свободные зоны, чтобы начать новую атаку.

Может показаться, будто у Хука в распоряжении всегда были вратари определенного типа, но это не так. Во всех клубах, где он работал, Хук сначала тщательно анализировал стиль игры команды, чтобы понять, какой голкипер ей подходит. Сам Хук говорит: «Мы всегда исходим из того, какой вратарь сейчас нужен команде». Франс Хук, ставший незаменимым помощником Луи ван Гала, последовал за ним в «Барселону», а затем в «Баварию» и «Манчестер Юнайтед»[77].

Глава 7

Профессора и философы футбола, мастера мотивации

В 1974 году «Бавария» стала первым немецким клубом, выигравшим Кубок европейских чемпионов. Тренером мюнхенцев был молодой Удо Латтек, который затем преуспел в «Боруссии Мёнхенгладбах», но провалился в «Барселоне». Его преемник в «Баварии», «профессор футбола» Деттмар Крамер, выиграл трофей даже дважды, но не добился успеха на уровне сборных. На ЧМ-1996 Латтек и Крамер были помощниками тренера сборной Германии Хельмута Шёна, который в 1974-м завоевал титул чемпиона мира. В «Ливерпуле» Боб Пэйсли сменил Билла Шенкли. Лучший тактик, чем его предшественник, он трижды выиграл с «красными» чемпионат Европы. Первым «футбольным ученым», использовавшим самые современные технологии, стал советский тренер Валерий Лобановский. Аргентина в 1978 году стала чемпионом мира – с помощью диктатуры правых и тренера Сесара Луиса Менотти с его теорией левого футбола. В ноябре 1978-го венгр Паль Чернаи стал тренером мюнхенской «Баварии» и научил Бундеслигу зонной защите.

В марте 1970 года 35-летний Удо Латтек стал новым тренером «Баварии», сменив на этом посту югослава Бранко Зебеца, уволенного президентом Вильгельмом Нойдеккером. В университете Латтек изучал английскую филологию и спорт. В юности он сначала занимался легкой атлетикой (пятиборье, пробежал 100 метров за 10,9 секунды), а затем футболом. Уже став футболистом, он говорил: «Я часто был быстрее мяча».

В 1958 году Латтек под руководством Хеннеса Вайсвайлера пытался получить диплом тренера в Высшей школе физкультуры и спорта в Кёльне, но вынужден был бросить учебу из-за конфликта с наставником. Диплом он все же получил – в 1965-м. Тренер национальной сборной Хельмут Шён, который принимал экзамен у Латтека, был впечатлен педагогическими способностями молодого тренера и назначил его своим ассистентом, отвечавшим также за молодежную и любительскую сборные. До этого Латтек не задумывался всерьез о карьере тренера: ему нравилась работа учителя в средней школе и связанный с ней статус государственного служащего.

Шён ценил Латтека как вежливого, лояльного и умного помощника. Кроме того, ассистент тренера был амбициозным, обладал внушительными теоретическими знаниями и умел хорошо формулировать мысли. «Он был дружелюбен, уверен в себе, не заискивал, чем отличался от многих ассистентов, – говорил о Латтеке игрок национальной сборной Франц Беккенбауэр. – Многие получают должность, используя связи или подсиживая коллег, а признания пытаются добиться заискиваниями. Ничего подобного в Латтеке не было: он был прямолинеен, честен и уверен в себе. Со временем учишься распознавать людей – победителей по духу, которые ради воли к победе поставят на карту что угодно. Я чувствовал, что Удо Латтек – именно такой человек». Только возглавив «Баварию», Латтек сразу же пригласил в клуб игроков молодежной сборной ФРГ Пауля Брайтнера и Ули Хёнесса. Мало кто верил в то, что миссия нового главного тренера будет успешной. И они ошибались.

С Латтеком «Бавария» трижды подряд становилась чемпионом ФРГ (1972, 1973, 1974), обладателем Кубка Германии (1971), а также первой из немецких команд завоевала Кубок европейских чемпионов (1974). Однако эти заслуги тренеру не помогли. В сезоне 1974/1975 к зимнему перерыву команда находилась лишь на 10-м месте. Президент и тренер встретились, чтобы обсудить сложившийся кризис. Латтек описывал ту встречу: «Я сказал: “Господин Нойдеккер, нужно что-то менять”. Тогда президент ответил: “Вы правы. Вы уволены”».

Следующие несколько лет Латтек тренировал «Боруссию Мёнхенгладбах» (1975–1979), «Боруссию Дортмунд» (1979–1981) и «Барселону» (1981–1983)[78]. С гладбахцами Латтек дважды становился чемпионом ФРГ (1976, 1977) и один раз – обладателем Кубка УЕФА (1979). После смерти сына Дирка Латтек, работавший тогда в Дортмунде, досрочно ушел в отставку и уехал в «Барселону». Хотя в 1982 году «сине-гранатовые» под руководством немецкого тренера выиграли Кубок обладателей кубков, в каталонском клубе Латтека постигла та же участь, что и его наставника Хеннеса Вайсвайлера: в «блаугране» Латтек провалился из-за звезд, их звали Диего Марадона и Бернд Шустер. Марадона очень хотел видеть в тренерском кресле своего соотечественника Сесара Луиса Менотти, а Шустер публично заявлял о проблемах Латтека с алкоголем. О них стало известно еще во время его работы в «Баварии», но после смерти сына эти проблемы обострились.

Профессор футбола