Профессия тренер. От рождения игры до Гвардиолы и Клоппа

Басби сам был профессиональным футболистом, а потому представлял, каким игроки хотят видеть своего тренера, и в соответствии с этим выстраивал свою работу. Играя в «Манчестер Сити», Басби видел, что «между игроками стартового состава и остальными футболистами существовала слишком большая дистанция, которая убивала командный дух и мотивацию запасных пахать на тренировках». Шотландец рассказывал: «Выступая за “Манчестер Сити”, я усвоил урок: командному снобизму нет места в счастливом клубе». По мнению Басби, команда с «несчастными» игроками не сможет постоянно добиваться успеха. Ни руководство, ни даже тренер в его бывшем клубе не проявляли к игрокам особого интереса: «Тренер сидел в своем кабинете. Мы встречались с ним раз в неделю», – вспоминал Басби.

Шотландец мечтал о клубе-семье – по-настоящему счастливой семье – и именно таким создавал свой МЮ. Каждый должен был чувствовать себя важным членом этой семьи, даже обычный уборщик. Басби считал, что клуб значит больше, чем даже самый звездный игрок. На практике это означало, что в МЮ нет человека важнее главного тренера, ведь именно Мэтт Басби был олицетворением «Юнайтед» в послевоенные годы: настоящий «отец семейства» – щедрый, но авторитарный, а временами даже беспринципный. Последнее слово всегда останется за ним – в этом никто не сомневался. Выходя на поле, игроки должны были слушаться только его и делать то, что в данный момент нужно клубу.

Басби всегда стремился понять своих игроков. Он редко повышал на них голос. Если футболист не справлялся с поставленной задачей, тренер в спокойном тоне беседовал с ним один на один: предметно объяснял игроку, в чем именно тот ошибался, и давал подробные инструкции, как выполнить ту или иную задачу. При этом тренер требовал, чтобы его парни сами анализировали матчи и обсуждали друг с другом ошибки.

В личную жизнь своих игроков Басби вмешивался редко, но если нужна была помощь, он никогда не отказывал. На вопросы журналистов отвечал кратко и по делу и никогда не говорил плохого слова о своих ребятах. Более того, он игнорировал журналистов, которые позволяли себе слишком критичные высказывания в адрес футболистов «Манчестер Юнайтед».

Новые тренировки «красных дьяволов»

По английским меркам Басби был современным тренером. Тем не менее он разделял широко распространенное в то время мнение, что игроков не надо ничему учить. Если скауты хорошо выполняли свою работу, необходимости корпеть над техническими навыками молодых ребят не было. То же касалось и тактической подготовки: иногда занятия по теории не проводились месяцами, а вместо этого игроки «Манчестер Юнайтед» теперь постоянно играли на тренировках двусторонки, что на тот момент для английского футбола было нетипичным.

Уилф Макгиннесс, сначала игравший под руководством Басби, а затем ставший тренером молодежной команды МЮ, рассказывал: «Нельзя было просто выйти на поле и сыграть, как ты хочешь. Мэтт требовал четкого исполнения инструкций от каждого: Бобби Чарльтона, меня, даже Дункана Эдвардса – величайшего из нас; поблажек он не давал никому». По словам Макгиннесса, ассистент Басби Джимми Мёрфи порой прерывал тренировочные матчи, чтобы указать игрокам на ошибки. Басби познакомился с Мёрфи в армии. Тренер взял его в ассистенты, потому что увидел в валлийце способность разглядеть талантливого игрока. В общении с футболистами Мёрфи был совсем не таким, как его босс, – намного грубее и громче.

Однако Басби не хотел перегружать игроков инструкциями. Да, отработка командной игры на тренировках важна, но, по словам тренера, «большая опасность состоит в том, что футбол перестанет приносить игрокам удовольствие, если тренер регламентирует каждое их действие». Басби считал, что нужно давать игрокам свободу, чтобы те могли проявить свои индивидуальные качества. На тренировках «Манчестер Юнайтед» тренер ввел так называемую «игру с тенями»: в то время это был современный, сложный тип тренировки, в ходе которой 10 полевых игроков команды без соперников отрабатывали последовательности пасов и перемещение без мяча, совершенствовали общее ви́дение игры.

Другим отличием Басби от большинства английских коллег было его внимание к работе с мячом: его философия строилась на большом проценте владения и точности передач. «Мы тренировались только с мячом», – рассказывал Билл Фоулкс, который носил форму МЮ в 679 официальных матчах с 1952 по 1970 год. По словам защитника, ассистент Джимми Мёрфи был одержим игрой в пас: «Он все время напоминал нам о том, – вспоминал Фоулкс, – что передачи должны быть точными, быстрыми и резкими». Тренировки Басби начинались с отработки передач в маленьких группах на небольших игровых площадках, а под конец – по всему полю.

В прежние времена на тренировках «красные дьяволы» занимались в основном бегом; теперь же футболисты отрабатывали игру в пас и перемещение с мячом, учились использовать всю ширину поля – и все это ради одной цели: атаковать! На позиции крайних защитников тренеры манкунианцев хотели видеть творческих, техничных игроков, готовых подключаться к атакам, что для того времени было довольно необычно. Так, например, Джон Астон, талантливый игрок Академии МЮ, был переквалифицирован из нападающего в атакующего левого защитника.

Шотландский тренер был противником философии «бей – беги». Он не любил длинных бездумных забросов мяча вперед. Басби хотел, чтобы голевые моменты его команды возникали как результат выверенной позиционной игры в мелкий точный пас. Басби уже тогда практиковал то, что сейчас называется игрой «в одно касание» – стиль, при котором футболист, получая мяч, сразу же передает его партнеру по команде. «Мэтт всегда говорил: “Пусть мяч все время будет в движении”, – рассказывал Генри Коберн, опорный полузащитник “красных дьяволов” Басби. – Когда я завершил карьеру футболиста и пошел на тренерские курсы, в методику тренировок только вводили игру “в одно касание” и “в два касания” – и вот тогда я осознал: так вот во что мы играли с Мэттом! Но тогда мы этого, конечно, не понимали».

Басби даже выглядел не так, как большинство тренеров в то время: он одним из первых надел на тренировку спортивный костюм вместо привычных костюма и шляпы. «Менеджер в спортивном костюме» символизировал изменения в британском обществе: в результате Второй мировой войны и последующих реформ первого лейбористского правительства в Англии перестали уделять такое огромное внимание классовой принадлежности.

Мэтт Басби был романтиком. Он считал, что в футбол нужно играть с удовольствием, страстью, достоинством – и обязательно с улыбкой на лице. В течение 25 лет у руля «Манчестер Юнайтед» последнее, что он говорил игрокам перед началом каждого матча, было: «Просто выходите и играйте». Результат – не единственное, что волновало Басби. Он хотел побеждать красиво. Футбол должен был развлекать: «Я не хочу побеждать любой ценой. Поражение не унизительно, если ты играл на пределе своих сил и возможностей, честно и решительно; если каждый действовал как часть команды и принял результат с честью». Важные матчи для Басби были полны «романтики, чудес и тайн, красоты и поэзии. <…> Футбол, в который играют две высококлассные команды, – это прекрасное зрелище». Но в 1950-х немногие английские тренеры считали игру поэзией: большинство из них были сосредоточены исключительно на результате, а это означало, что ни выдающиеся технические способности игроков, ни их творчество не поощрялись. Давно отстающий английский футбол отдавал предпочтение работягам, а не художникам.

«Малыши Басби» в Европе

Благодаря победам в Кубке Англии (1948) и в национальном чемпионате (1952) Мэтту Басби всего за несколько лет удалось сделать из «Манчестер Юнайтед» клуб с именем, где царила семейная атмосфера, росли звезды, а талантливая молодежь становилась частью первой команды намного быстрее, чем во многих других клубах лиги.

После чемпионства 1952 года Басби омолодил состав. Большинство новых игроков клуб не приобретал, а растил: они переходили в основную команду из молодежной. Одним из таких футболистов был Дункан Эдвардс, которого вскоре стали считать величайшей надеждой английского футбола, переживавшего в то время кризис. К клубу также присоединился 15-летний Бобби Чарльтон. В 1956 году «Манчестер Юнайтед», средний возраст игроков которого составлял всего 22 года, стал самым молодым чемпионом Англии в истории, а футболистов команды из-за их возраста стали называть «малышами Басби». Свою силу демонстрировала и молодежная команда клуба: Молодежный кубок Англии, впервые проведенный в сезоне 1952/1953, она выиграла пять раз подряд.

В 1955 году состоялся первый розыгрыш Кубка европейских чемпионов, но победитель чемпионата Англии – «Челси» – в нем не участвовал: Футбольная ассоциация Англии относилась к международным соревнованиям с неприязнью и высокомерием. Однако клубы эту позицию отнюдь не разделяли. После того как в 1950 году ассоциация отменила запрет на игры с искусственным освещением, клубы получили возможность проводить международные товарищеские матчи, многие из которых транслировались BBC. Функционеры предупреждали, что клубам будет трудно вписать новые матчи в и без того насыщенное расписание. Английские функционеры видели в Кубке европейских чемпионов угрозу для национальной лиги: участие английских команд в этом турнире могло повлечь за собой формирование элитарных команд и их бо́льшую заинтересованность в международных матчах, нежели в играх внутри страны. Футбольные чиновники также опасались, что британский зритель, увидев по телевидению игру иностранных топ-команд, станет поддерживать их больше, чем английские клубы. Кроме того, у Алана Хардакера, президента лиги, была очень личная причина испытывать неприязнь к Кубку европейских чемпионов: «Там слишком много черных и латиносов».

Однако игнорировать турнир удавалось недолго: родоначальники футбола приняли участие уже во втором розыгрыше Кубка европейских чемпионов (1956/1957). Участником турнира стал новый чемпион Англии – «Манчестер Юнайтед» во главе с тренером Мэттом Басби. Мнение твердолобых чиновников его не останавливало: Шотландец не желал ограничиваться победами в «маленькой Англии» – он хотел добиться успеха и на европейской арене. И ему это удалось.

В дебютном европейском сезоне «Манчестер Юнайтед» вышел в полуфинал, но проиграл по сумме двух матчей (1:3 и 2:2) «Реалу» – лучшей команде Европы 1950-х. В следующем сезоне – 1957/1958 – «малыши Басби» снова смогли выйти в полуфинал, обыграв в четвертьфинале белградский клуб «Црвена звезда». Однако на обратном пути из Югославии в аэропорту Мюнхен – Рим произошла катастрофа, унесшая жизни восьми игроков «Юнайтед». Теперь Басби должен был создать новую команду – и в этом ему помогла чековая книжка. В 1968 году, через 10 лет после мюнхенской катастрофы, «красные дьяволы» стали первой английской командой, выигравшей Кубок европейских чемпионов.

«Аякс» и владение мячом

В 1959 году «Аякс» подписал нового тренера – англичанина Вика Букингема. Его предшественник и соотечественник Джек Рейнолдс создал в клубе все предпосылки для успеха сторонника техничного футбола Букингема. Добавив несколько элементов, новый тренер развил философию игры Рейнолдса, максимально приблизив ее к тотальному футболу: коллективное владение мячом, короткие передачи, быстрое перемещение мяча. Сразу после приема мяча игроки передавали его дальше, чтобы как можно быстрее преодолеть центр поля. Сразу же после передачи футболист перемещался в новую зону и открывался для новой передачи.

В отличие от многих своих соотечественников, Букингем не любил для создания опасных моментов использовать длинные передачи: слишком уж часто мяч в таком случае оказывался у противника. «Длинные передачи – это слишком рискованно, – сказал Букингем Дэвиду Уиннеру в интервью 1993 года. – В футболе все решают интеллект и техника. Если ты владеешь мячом, нужно постараться его сохранить, и тогда соперник не сможет забить тебе гол…»[56]

Философия Букингема (как и Рейнолдса в «Аяксе») лишь выиграла от того, что голландцам был чужд принцип победы любой ценой: «В Нидерландах всегда играли хорошо, – говорил Букингем, – в отличие от тех стран, где играют только ради результата. У голландцев другая техника, другой интеллект, они действительно играют в футбол. Не я их этому научил – все это уже было в них заложено, а мне оставалось прийти и показать, как этим пользоваться. <…> Задача состояла в том, чтобы объяснить им важность владения мячом. Я всегда считал, что владение – это 90 % игры, а у «Аякса» было все, чтобы стать королями владения. <…> Да, я повлиял на их игру, но они пошли дальше и, в конце концов, стали играть в футбол, который меня восхищал. Например, пара футболистов могли продвигаться по флангу, сохраняя расстояние около 30 метров друг от друга, и на скорости передавать друг другу мяч. Словно играя в пинг-понг[57], они вдвоем обыгрывали троих защитников и создавали огромные свободные зоны для других игроков».

В 1961 году тренером «Аякса» стал еще один англичанин – Кит Сперджен. С того момента тренеры в клубе менялись каждый год. Преемником Сперджена стал австриец Йозеф Грубер, его сменил англичанин Джек Роули, а год спустя наставником «Аякса» снова стал Букингем. В то время как амстердамский клуб менял одного тренера за другим, Букингем тренировал «Шеффилд Уэнсдей», но после того как несколько его игроков были осуждены за договорные матчи, он, разочарованный, покинул родину. Во второй раз Букингем проработал в «Аяксе» совсем недолго: в январе 1965 года его сменил голландец Ринус Михелс.

Глава 5

Мир не любит неудачников

В начале 1960-х аргентинец Эленио Эррера «осчастливил» Европу оборонительной схемой под названием «катеначчо» (от итал. catenaccio – «дверной засов»). В Бундеслиге, в частности в «Баварии», стали работать югославские тренеры. Гладбахские «жеребята» Хеннеса Вайсвайлера много лет успешно конкурировали с мюнхенским клубом в борьбе за лидерство в немецком футболе, но затем Вайсвайлер потерпел неудачу у руля «Барселоны». «Ливерпуль» под руководством шотландца Билла Шенкли вернулся в высшую лигу и превратился в «красную машину». Благодаря кропотливой работе Шенкли тренер, команда и болельщики стали одной семьей. В 1967 году «Селтик» Джока Стейна стал первой британской командой, выигравшей Кубок европейских чемпионов. «Лиссабонские львы» одержали победу, играя в атакующий футбол, и поэтому их считают освободителями Европы от катеначчо. Австриец Эрнст Хаппель научил голландцев прессингу, а его «Фейеноорд» в 1970 году выиграл Кубок европейских чемпионов в матче против «Селтика» Стейна.

В 1960 году тренером миланского «Интера» стал аргентинец Эленио Эррера. Отец катеначчо родился в Буэнос-Айресе и начал футбольную карьеру в «Бока Хуниорс». Когда Эррере было 15 лет, его родители эмигрировали в Марокко (в то время – французскую колонию), где Эррера стал выступать за «Расинг» (Касабланка). В 16 лет аргентинец уехал в Париж, изучил профессию токаря по металлу и стал квалифицированным рабочим, а со временем – даже прорабом на заводе Citroën. С 1933 года он выступал за «Стад Франсе» (Париж), а с 1935-го – за северофранцузские футбольные клубы «Шарлевиль» и «Эксельсиор». Во время Второй мировой войны Эррера вернулся в столицу и в 1942 году выиграл Кубок Франции в составе клуба «Ред Стар».

В парижском клубе Эррера пользовался авторитетом у товарищей по команде. Он получил тренерскую лицензию, став лучшим на курсе. Его учителем был легендарный Габриэль Ано[58]. В 1945 году Эррера возглавил «Стад Франсе» – клуб с великолепно дисциплинированной защитой и «звездным» нападающим (Ларби Бенбарек). Команда Эрреры отличалась очень дисциплинированной игрой в обороне. Затем он переехал в Испанию, где вместе с «Атлетико Мадрид» в 1950 году выиграл свой первый национальный чемпионат и смог защитить титул в следующем сезоне. Эррера также выиграл два чемпионата Испании с «Барселоной» (1959, 1960).

Самых больших успехов аргентинец добился в Италии с миланским «Интером», который в то время финансировал президент клуба, нефтяной магнат Анджело Моратти. Президент сделал Эрреру самым высокооплачиваемым тренером в мире и позволил аргентинцу собрать ансамбль игроков, который выиграл Кубок европейских чемпионов и дважды – Межконтинентальный кубок (1964, 1965). Моратти предоставил своему тренеру полную свободу действий в покупке новых игроков.

Свою оборонительную систему Эррера скопировал у итальянских клубов-середняков, среди которых было принято выставлять массированную защиту, чтобы по итогам сезона не вылететь из Серии А. Из топ-клубов Италии «Интер» Эрреры первым перенял эту стратегию. В катеначчо он переместил либеро за линию защиты и ввел персональную опеку нападающих противника, что можно назвать модернизацией засова Раппана[59].

Перфекционист Эррера обнаружил в системе «W-M» уязвимое место: центральный защитник часто был беспомощен, если два нападающих соперника продвигались к воротам через центр.

Катеначчо поставило результат выше зрелищности, поэтому эта тактика стала синонимом непривлекательного оборонительного футбола. Критики называли Эрреру человеком, похоронившим футбол. Он считал иначе: «Людям нужен только результат, – говорил аргентинец, – именно по нему судят об успешности команды. Разговоры о красивой, зрелищной, атакующей игре – всего лишь лапша на уши болельщиков. Важен только результат – и результатом должна быть победа. Тот, кто этого не понимает, терпит неудачу. Проигравшие никому не нужны. Любят только победителей».

На первый взгляд катеначчо выглядело просто, но на деле требовало высоких интеллектуальных и творческих способностей. Вместо тупых «столбов» требовались техничные игроки и уверенные плеймейкеры, которые могли быстро и точно доставить мяч нападающим. Эррере требовались защитники, которые не только были надежны в обороне, но и могли подключаться к атакам. В этом отношении катеначчо решило одну из главных тактических задач: создавать опасные атаки без потери стабильности в обороне. Одним из первых в мире атакующих защитников был игрок «Интера» Джачинто Факкетти. Эррера, имевший репутацию диктатора, требовал от своих игроков абсолютной физической подготовки и тактического мышления. Его кредо: «Игрок должен уметь делать только три вещи: бегать, играть и думать».

Эленио Эррера был одним из величайших революционеров в футболе и внес значительный вклад в повышение репутации тренеров. Аргентинец не только был отличным тактиком, но и значительно опережал многих своих коллег в умении общаться со СМИ. Полиглот Эррера имел гражданства Аргентины, Франции, Испании и Италии и владел испанским, французским, итальянским и португальским языками.

Югославы едут в ФРГ

С середины 1950-х югославские игроки стали все чаще играть в Западной Европе, в основном в ФРГ, Австрии и Нидерландах. В период с 1 апреля 1963 по 31 марта 1964 года разрешение от DFB выступать за немецкие клубы получили 47 югославских футболистов, а годом позже за тот же период – уже 134 игрока. Многие из них затем работали в ФРГ тренерами. Вот что говорил о югославских игроках в немецком футболе чемпион Европы и мира Гюнтер Нетцер: «Прежде всего, они превосходили нас в тактическом плане. В то время мы, немецкие игроки, сильно им уступали и на международном уровне выглядели хуже. Пришлось постепенно привыкать к их философии игры. К счастью, в то время в ФРГ приехали югославские тренеры, которые научили нас своему стилю современного футбола с зонной защитой. Они сослужили немецкому футболу хорошую службу».

В июле 1962 года DFB решил ввести единую высшую лигу под названием «Бундеслига», а вместе с тем футбол в ФРГ наконец стал профессиональным видом спорта. Зарплата, премии и отступные изначально были строго ограничены[60]. Новая лига начала функционировать 24 августа 1963 года – без мюнхенской «Баварии», которую не включили в список 16 команд-участниц[61].

Хоть «Бавария» считалась недостаточно сильной для высшего дивизиона, клубу удалось подписать топ-тренера: им стал югослав Златко «Чик» Чайковский. В составе сборной Югославии Чайковский в 1948 и 1952 годах выигрывал серебро Олимпиады, а в 1950-м и 1954-м принимал участие в чемпионате мира по футболу. Чайковский вошел в сборную Европы и стал одним из семи игроков югославской сборной чемпионата мира 1954 года, которые затем уехали играть за границу.

Техника превыше формы и тактики

В ФРГ Чайковский с 1955 по 1958 год играл за «Кёльн» и одновременно учился в Высшей школе физкультуры и спорта, в которой затем получил диплом тренера. Сначала Чайковский возглавил израильский клуб «Хапоэль Хайфа», с которым сразу же стал вице-чемпионом лиги и выиграл национальный Кубок. В 1961 году Чик возглавил «Кёльн», а в следующем году привел «красно-белых» сначала к чемпионству в Оберлиге Запад, а затем к первому в истории клуба титулу чемпиона ФРГ. Еще через год «Кёльн» снова вышел в финал, но проиграл матч за титул «Боруссии Дортмунд». После столь громких для начинающего тренера успехов за контракт с Чайковским боролись несколько небезызвестных клубов (среди них «Фейеноорд» и «Барселона»), но победителем из этой борьбы вышла «Бавария».

То, что «Бавария» не участвовала в первых сезонах Бундеслиги, пошло команде на пользу: в Регионаллиге молодые, подающие надежды таланты имели возможность играть и набираться опыта. Если бы клуб выступал в высшем дивизионе, ему пришлось бы подписывать опытных игроков, и те, конечно, заняли бы место в основном составе. Чик был идеальным тренером для молодой «Баварии». Левый вингер мюнхенцев Дитер Бреннингер рассказывал: «Для нас, молодых ребят, он был прав всегда и во всем. Он постоянно пытался нас научить чему-то новому. А еще Чик отлично играл сам: 9 из 10 подач с фланга он отправлял в “девятку”. Тренер был одержим футболом».

В сезоне 1964/1965 «Бавария» Чайковского вышла в Бундеслигу, а год спустя стала обладателем Кубка Германии. В 1967 году мюнхенцы выиграли свой первый международный титул: в финале Кубка обладателей кубков они в дополнительное время победили «Глазго Рейнджерс» со счетом 1:0.

Чайковский придерживался либерального стиля руководства, и игроки его любили. «Он был скорее старшим товарищем», – вспоминал нападающий Герд Мюллер, а президент «Баварии» Вильгельм Нойдеккер говорил о Чайковском, что тот «добр к игрокам и удивительно компетентен как тренер», а также что он «излучает оптимизм, даже если дела у команды идут не очень хорошо». Будучи приверженцем зрелищной, атакующей игры, Чайковский говорил: «Техника, физическая форма и тактика – вот мои приоритеты. На игру от обороны смотреть неинтересно: зрители хотят видеть голы». Тренер восхищался футболистами из Южной Америки: «Это кудесники мяча, которые играют в футбол не ради результата, а потому что любят играть. В команде мне нужны творческие и думающие люди, а не те, кто побеждает, чтобы поддерживать свою рыночную стоимость».

«Бавария» прощается с «ура-футболом»

Преемником Чайковского на посту главного тренера «Баварии» стал его соотечественник Бранко Зебец: бывший рекордсмен сборной Югославии (65 игр за сборную, 17 голов) и поклонник Пушкаша, также выступавший в сборной Европы и мира. В 1961 году 32-летний Зебец перешел из «Црвены Звезды» (Белград) в команду высшего дивизиона «Алемания» (Ахен), где и закончил карьеру игрока. В бытность игроком Зебец выступал на позиции либеро и мастерски практиковал искусственный офсайд. Вот что говорил об этом спортивный директор «Гамбурга» Гюнтер Нетцер, который позже пригласит Зебеца-тренера в свой клуб: «Он был мастером искусственного офсайда. Зебец и Ко отработали офсайд до совершенства. Он был хитрый лис. Бранко и его ребята своими действиями сужали пространство и ускоряли игру». Как и Чайковский, Зебец получил диплом тренера в Высшей школе физкультуры и спорта в Кёльне. Первым клубом, который возглавил Бранко, стало «Динамо» (Загреб), с которым в 1967 году тренер выиграл первый и единственный в истории клуба Кубок ярмарок[62]. Уже через год Зебец встал у руля «Баварии».

Авторитарный президент Нойдеккер не собирался считаться с новичком: «Состав определяют тренер и технический директор. А если они не договорятся, решать буду я». Однако упрямый Зебец – умный, чуткий, молчаливый – добился того, чтобы за состав отвечал он один. «Если Бранко сказал, что скатерть зеленая, значит, она зеленая. Даже если она синяя», – говорил о тренере Герд Мюллер.

Зебец во многом отличался от своего предшественника Чайковского. Игроки вскоре прозвали «крепкого орешка» Зебеца «Цезарь» – в том числе из-за таких заявлений: «Хоть воля и может свернуть горы, ее одной недостаточно. Нужно еще и много работать». Вот что рассказывал о своем наставнике Дитер Бреннингер: «Он был твердым как камень тренером. Тренировались мы очень интенсивно. Часто на тренировке Бранко садился на стул и брал горсть гальки. Мы наматывали круги вокруг стадиона, и после каждого круга он выбрасывал один камешек. Каждый раз мы надеялись, что в этот раз их будет немного. Прекращали бежать только тогда, когда рука была пуста». Подготовку к сезону Бреннингер вспоминал так: «Рано утром мы начинали с беговой тренировки; затем у нас была работа на выносливость, а днем мы наконец тренировались с мячом».

При Зебеце игроки «Баварии» работали не только над физикой, но и над тактикой и техникой. Вот что говорил о различиях между Чайковским и Зебецем Франц Беккенбауэр: «Чик постоянно импровизировал: содержание тренировок он зачастую формировал спонтанно, но Бранко привил нам серьезный, профессиональный подход. Зебец учил нас мыслить и действовать последовательно. Он приехал – и детские игры кончились. Мы стали профессионалами. Из-за тяжести тренировок. Из-за тактических изменений. Мы работали над комбинациями. Бреннингер, игравший на позиции левого вингера, перемещался в центр, уводя за собой защитника. Фланг освобождался, в зону смещался Пумм, занимая позицию Бреннингера. Зрителей это поражало: такого они раньше не видели». Петер Купфершмидт, который играл при Зебеце на закате своей карьеры, делился воспоминаниями: «Бывало, в автобусе по пути на игру он подзывал тебя и рассказывал все о команде противника. Но в остальном он говорил очень мало».

Под руководством Зебеца «Бавария» попрощалась с ура-футболом Чайковского. Команда стала играть в более оборонительный футбол, а тактике уделялось бо́льшее внимание. «Пока мяч у нас, его нет у соперника», – объяснял Зебец. Зрителям нужно было привыкнуть к новому зрелищу. После первого дерби подопечных Зебеца с клубом «Мюнхен-1860», в котором «Бавария» выиграла со счетом 3:0, журналисты kicker писали: «Придется привыкнуть к схеме 4-3-3 Зебеца. Манера игры “Баварии” через какое-то время наскучивает. Теперь мы можем наблюдать постоянную перепасовку в центре поля, и горе тому сопернику, который не знает, как с ней бороться».

Тренер и алкоголь

Скучный временами футбол «Баварии» Зебеца все же был результативным. В первом же сезоне у руля мюнхенцев тренер выиграл Кубок и чемпионский титул – это был первый дубль в истории клуба. И хотя Зебец не провел на посту тренера «Баварии» и двух сезонов, однако именно при нем произошло одно из самых важных тактических изменений в игре «Баварии» за всю историю ее выступлений в Бундеслиге.

С Зебеца началось то, что ненавистники «Баварии» позже уничижительно охарактеризуют как «бесконечную возню», а другие будут хвалить, называя «газонными шахматами». Редактор kicker Ханс-Гюнтер Клемм описывает футбол той «Баварии» как «рациональный футбол, в котором команда хладнокровно пользуется слабостью соперника».

Франц Беккенбауэр назвал Зебеца «одним из лучших тренеров в мире». Его товарищ по команде Дитер Бреннингер ценил в югославском тренере то, что для него молодой игрок был столь же ценным, как и опытный: «Для него солдатом был каждый», – говорил о Зебеце нападающий.

Пока одни видели в Бранко прекрасного наставника, другие страдали от его жесткого нрава. В «Баварии» от Зебеца особенно доставалось «толстому» Герду Мюллеру и «быку» Францу Роту, которых тренер постоянно нагружал дополнительными тренировками. В конце концов непростой характер Зебеца и его напряженные отношения с техническим директором клуба Робертом Шваном привели 13 марта 1970 года к увольнению тренера.

Когда Зебеца уволили, ему мало кто сочувствовал. Герд Мюллер комментировал: «С таким нравом не стоит удивляться, если тебя тут же схватят за хвост, стоит тебе чуть оступиться». Несколько лет спустя Мюллер изменил мнение: «Мы, наверное, прокляли нашего тренера. Если подумать хорошенько еще раз, то я ему благодарен».

Зебец учил игроков, что алкоголь, сигареты и женщины для них так же губительны, как яд. Зепп Майер рассказывает: «К себе он был куда снисходительнее – все-таки ему не нужно было играть. Он нередко заходил в душевые в темных очках и с зажженной сигаретой – и нам все становилось понятно. Но тренером он был отличным».

Тренерские качества Зебеца прекрасно видел и Гюнтер Нетцер, который в 1978 году подписал югослава в «Гамбург». Вскоре оказалось, что это было отличным решением. В 1979-м «Гамбург» снова впервые за 19 лет стал чемпионом ФРГ. В следующем сезоне команда Зебеца дошла до финала Кубка европейских чемпионов, уступив в нем аутсайдеру «Ноттингем Форест» под руководством Брайана Клафа (0:1). В том, что игроки «Гамбурга» выдохлись в конце сезона, они обвинили тренера и его слишком тяжелые тренировки. В то время уже все знали об алкоголизме Зебеца. После того как в сезоне 1980/1981 Бранко несколько раз появился на тренировках в нетрезвом виде, его уволили, и уже не имело никакого значения, что «Гамбург» на тот момент был лидером турнирной таблицы Бундеслиги.

Гюнтер Нетцер называл Зебеца «выдающимся тренером, одержимым футболом» и считал его лучшим тренером, который когда-либо работал в ФРГ. Нетцер говорил: «Он одним из первых в Германии использовал зонную защиту, хотя сегодня такое уже никого не удивляет». Летом 1981 года, после увольнения из «Гамбурга», Бранко Зебец взял на себя руководство «Боруссией Дортмунд» и вывел ее на шестое место в сезоне – это был лучший результат «черно-желтых» за 12 лет. Но в Дортмунде, а затем и во Франкфурте (где он однажды заснул на тренерской скамейке прямо во время матча лиги) тренер оставался недолго. В сентябре 1989 года он подавился куском мяса в загребском ресторане и умер. Зебецу было всего 59 лет.

Учитель Вайсвайлер

Репутация нынешней «Боруссии Мёнхенгладбах» как одной из лучших немецких команд тесно связана с именем Хеннеса Вайсвайлера. Тренерская карьера уроженца Рейнской области началась, еще когда он был игроком: в сезоне 1948/1949 левый полузащитник недавно образованного клуба «Кёльн» Хеннес Вайсвайлер сменил на посту Карла Финка и с тех пор выступал в качестве играющего тренера. Под руководством Вайсвайлера клуб сумел попасть в Оберлигу Запад – на тот момент высший дивизион. Хеннес рассказывал: «Как минимум пять футболистов команды играли лучше меня. Однако я был гораздо более напористым и уверенным в себе. Я постоянно думал о футболе и генерировал идеи».

После сезона 1951/1952 Вайсвайлер покинул «Кёльн» и на два сезона возглавил «Райдтер», с которым поднялся из Регионаллиги в Оберлигу Запад, но год спустя клуб снова из нее вылетел. Еще в 1949 году Хеннес получил диплом тренера в Высшей школе физкультуры и спорта в Кёльне. Там он учился у Зеппа Хербергера, который сначала нанял Вайсвайлера в качестве ассистента тренера национальной сборной, а затем рекомендовал его для преподавания. В 1955–1957 годах Вайсвайлер работал в высшей школе преподавателем, а в 1957–1970-м – руководителем курсов подготовки будущих футбольных тренеров; за это время он обучил более 10 000 немецких и зарубежных специалистов. Параллельно с этим он продолжал работать главным тренером.

В 1955 году Вайсвайлер вернулся в «Кёльн», и в сезоне 1957/1958 стал вице-чемпионом Оберлиги Запад (самой сильной из пяти оберлиг). Успешный сезон тем не менее характеризовался непрекращающимися спорами между Вайсвайлером и одним из его игроков – талантливым полузащитником Чиком Чайковским. В конце концов, Вайсвайлер уволился и встал у руля другого недавно появившегося клуба: в июне 1957 года в результате слияния «Пройссена» (Дельбрюк) и «Рапида» (Кёльн) был образован клуб «Виктория», который намеревался потеснить «красно-белых» и стать клубом № 1 в Кёльне. Однако, несмотря на старания Вайсвайлера, из этого ничего не вышло: хотя «Виктория» смогла удержаться в лиге, «красно-белые» не только не лишились лидерства в городе, но и стали лучшим клубом Оберлиги Запад, а также одним из сильнейших клубов ФРГ. Кроме того, подъему «Виктории», в рядах которой выступали такие игроки, как Эрих Риббек, Виллиберт Кремер, Геро Бизанц и Юрген Сундерманн, помешала смерть покровителя клуба.

«Жеребята» Вайсвайлера

Сезон 1964/1965 Вайсвайлер начал в качестве тренера «Боруссии Мёнхенгладбах». Одним из первых его шагов в клубе стала замена унылых черных футболок на белые. Молодые «жеребята» Вайсвайлера (средний возраст игроков команды составлял всего 21,5 года) наделали шуму в Регионаллиге Запад, а затем одержали победу в борьбе за выход в Бундеслигу. В стыковых матчах одними из лучших игроков были 20-летний полузащитник Гюнтер Нетцер и 19-летний нападающий Юпп Хайнкес.

В Бундеслиге команда Вайсвайлера продолжала выигрывать в ура-стиле. Крупные победы стали визитной карточкой «Боруссии»: в сезоне 1966/1967 с крупным счетом был повержен «Шальке-04» (11:0), в следующем сезоне – «Боруссия Нойнкирхен» (10:0) и «Кайзерслаутерн» (8:2). Однако пропускали гладбахцы тоже много: в первом сезоне Бундеслиги в воротах команды оказалось 68 мячей в 34 играх[63]. Только три клуба пропустили в том сезоне больше «жеребят».

Чемпионом Бундеслиги команда Вайсвайлера смогла стать, лишь когда тренер наконец укрепил оборону. Правда, сделал он это по настоянию плеймейкера клуба Гюнтера Нетцера. Полузащитник рассказывал: «Я сказал тренеру, что больше так не могу. Все говорят, как здорово мы играем и какие мы молодцы, – но при этом мы остаемся без титулов. Мюнхенцы, например, играют в скучный футбол, но выигрывают один титул за другим. Это нужно изменить. Мы должны что-то сделать для укрепления обороны». Так, Вайсвайлер подписал проверенных временем защитников Людвига Мюллера и Клауса-Дитера Зилоффа – и в 1970 году «Боруссия Мёнхенгладбах» наконец впервые стала чемпионом ФРГ. За весь сезон в воротах команды оказалось всего 29 мячей – никто в лиге не пропустил меньше. По забитым мячам гладбахцы оказались третьими: больше голов, чем новые чемпионы, забили вице-чемпион «Бавария» и четвертый в таблице «Кёльн». В следующем году команде Вайсвайлера удалось защитить свой титул, но затем три сезона подряд «жеребята» уступали пальму первенства «Баварии». В сезоне 1974/1975 они в последний раз стали чемпионами, а также выиграли Кубок УЕФА.

Учитель уступает звезде

После 11 лет в «Боруссии Мёнхенгладбах» Хеннес Вайсвайлер попрощался с клубом и возглавил «Барселону». На тот момент немец считался лучшим клубным тренером в мире. За работу в каталонском клубе он получал 40 000 немецких марок в месяц. С «Барсой» Вайсвайлер хотел достичь важной цели: выиграть Кубок европейских чемпионов. Кроме того, он был движим идеей реформирования испанского футбола. Немецкий тренер говорил: «Работая с “жеребятами”, я уже сформировал свой стиль. Теперь я постараюсь воплотить его в Испании». Но работа в «Барселоне» обернулась для Вайсвайлера большим разочарованием. Немецкий наставник и голландская звезда «Барсы» Йохан Кройфф не поладили. Еще до того, как Вайсвайлер приступил к работе в клубе, голландец уверенно заявлял: «Вайсвайлер – не мой тренер». Кройфф, вероятно, подозревал, что он не будет пользоваться особым статусом при немце, как это было при своем соотечественнике и предшественнике Ринусе Михелсе. Михелс же знал, что свою философию в «Барселоне» он сможет реализовать только с Кройффом, поэтому и предоставлял ему бо́льшую свободу. «Йохан Кройфф считал себя богом, а Вайсвайлер не терпел других богов, кроме себя», – пишет Людгер Шульце. Кройфф публично заявлял, что ему не нравится, когда им командуют.

8 февраля 1976 года «Барселона» проиграла 0:2 «Севилье». После того как по вине Кройффа «сине-гранатовые» пропустили второй гол, Вайсвайлер заменил голландца. Между немцем и Кройффом началась открытая вражда. Завершил ее президент «Барсы» Агусти Монталь, продлив контракт с Кройффом. Это сильно оскорбило Вайсвайлера, который некоторое время спустя попросил руководство клуба досрочно расторгнуть его контракт. «В выездных матчах Кройфф не утруждал себя работой в обороне», – позже жаловался на свою звезду Хеннес. По мнению Гюнтера Нетцера, у Вайсвайлера с самого начала не было шансов в «Барселоне»: «Испанцы считали, что у них будет много Вайсвайлеров, но Кройфф – только один», – говорил Нетцер.

Вайсвайлер вернулся в Бундеслигу, где в третий раз возглавил «Кёльн». Этот раз оказался для него наиболее успешным: в 1977 году команда выиграла Кубок Германии, а год спустя даже оформила дубль. В 1980-м из-за разногласий с боссом клуба Петером Вайландом тренер покинул клуб и отправился на североамериканский континент. Там у руля «Нью-Йорк Космос» он сразу выиграл чемпионство, а в следующем сезоне занял второе место. Но «опереточная лига» с ее спектаклями была не для Вайсвайлера: руководители «Космоса» подписывали стареющих звезд (таких, как Йохан Нескенс и Карлос Альберто), а немецкий тренер хотел заниматься развитием молодых игроков, как когда-то на гладбахском стадионе «Бёкельберге». Вайсвайлер завершил карьеру тренера в Швейцарии, где в 1983 году завоевал дубль с клубом «Грассхоппер» (Цюрих).

Второе рождение «Ливерпуля»

Летом 1954-го «Ливерпуль» впервые за 50 лет вылетел во вторую лигу и, застряв там на несколько лет, наблюдал, как новым № 1 в городе на реке Мерси становится «Эвертон». Однако 1 декабря 1959 года все изменилось.

В этот день должность главного тренера «красных» занял Билл Шенкли. Новоиспеченный тренер клуба вырос в шотландской горнопромышленной деревне Гленбак в Эйршире. За 50 лет Гленбак, где проживало чуть более 1000 жителей, принес Великобритании 53 профессиональных футболиста, которые выступали за «Эвертон», «Астон Виллу», «Шеффилд Уэнсдей», «Ньюкасл Юнайтед», «Сандерленд» и «Тоттенхэм Хотспур». Местная фабрика талантов называлась «Гленбак Черрипикерс». В этом клубе начинал карьеру и Билл Шенкли. Затем он выступал за «Кронберри Эглингтон» и «Карлайл Юнайтед» и, наконец, за клуб второго дивизиона «Престон Норт Энд», с которым в далеком 1938-м выиграл Кубок Англии.

Прибытие Шенкли в «Ливерпуль» в 1959 году позже одни называли декабрьским землетрясением, а другие – вторым рождением «Ливерпуля». Можно сказать, новый тренер создал клуб с нуля, не боясь конфронтации с консервативными директорами. Лишь Шенкли обладал правом голоса во всем, что касалось спортивных вопросов, а значит, имел в клубе бо́льшую власть, чем любой из его предшественников. Новый тренер взялся полностью обновить клуб: так, например, по его инициативе был модернизирован находившийся в ужасном состоянии тренировочный центр «Мелвуд». Стадион «Энфилд», на котором серьезные строительные работы не проводились с 1928 года, Шенкли назвал «самым большим туалетом в городе». В 1963-м на «Энфилде» появилась новая современная трибуна, к чему главный тренер в прямом смысле приложил руку. Вместе со своим ассистентом Бобом Пэйсли он ночами красил туалеты и коридоры, а Пэйсли еще и строил тренерские скамейки с навесами. Для Шенкли «Энфилд» был его «домом и крепостью». В каком бы отеле он ни останавливался, в регистрационной форме в графе «домашний адрес» тренер всегда указывал «Энфилд».

Шотландец вложился в строительство не только стадиона, но и команды. Состав «мерсисайдцев» претерпел серьезные изменения: за год работы тренера из клуба ушли 24 футболиста, а на смену им пришли несколько голодных до выступлений и побед молодых игроков.

Когда в сезоне 1960/1961 «Ливерпуль» в четвертый раз после вылета во вторую лигу занял в ней неблагодарное третье место, Шенкли был готов уйти в отставку. Руководство клуба не желало подписывать игроков, которых он хотел видеть в своей команде. Остался тренер лишь потому, что его взгляды разделял один из директоров клуба. Кроме того, «красных» спонсировали Джон Мур и его семейный бизнес Littlewoods[64], благодаря чему клуб мог совершать крупные трансферы.

В сезоне 1961/1962 «Ливерпулю» после восьми лет во второй лиге удалось наконец вернуться в высший дивизион. Зрители снова стали массово стекаться на Энфилд Роуд; зачастую стадион и вовсе был заполнен почти до отказа.

Я раб футбола

Новичок дивизиона завершил сезон 1962/1963 на достойном уважения восьмом месте, после чего Шенкли удивил акционеров «Ливерпуля» заявлением: в следующем году «мерсисайдцы» выиграют чемпионат.

В очередной раз клуб выложил за новых игроков приличную сумму, но начало сезона получилось неровным. Команда Шенкли сначала не могла войти в ритм, и в первых 9 играх «мерсисайдцы» набрали только 9 из 18 возможных очков. Однако смелому прогнозу тренера было суждено сбыться: после впечатляющей победы 5:0 над лондонским «Арсеналом» «красные» за три тура до конца сезона 1963/1964 выиграли лигу, и чемпионский кубок впервые с 1947 года снова отправился на берега Мерси.

В 1966-м «Ливерпуль» вновь выиграл чемпионат, но мечте Шенкли о победе в Кубке европейских чемпионов помешал грозный «Аякс»: 25 октября 1966 года в 1/8 финала голландский клуб разгромил «мерсисайдцев» со счетом 5:1.

После чемпионства 1966-го шесть сезонов «Ливерпуль» провел без трофеев. Предыдущее поколение игроков клуба постарело, и тренер создал новую команду, с которой в сезоне 1971/1972 снова подобрался к титулу чемпионов лиги. Отстав от неожиданных чемпионов «Дерби Каунти» всего на одно очко, Шенкли и его клуб завершили сезон на третьем месте. «Дерби Каунти» возглавлял молодой Брайан Клаф[65]. 37-летний англичанин Клаф был высокомерным хвастуном и гением, которому в 1979-м и 1980-м удалось выиграть Кубок европейских чемпионов вместе с провинциальным клубом «Ноттингем Форест».

В 1973 году вновь обновленный «Ливерпуль» в третий раз за время работы Шенкли стал чемпионом. Это был не единственный титул в сезоне 1972/1973: после двух финальных игр против «жеребят» Хеннеса Вайсвайлера «красные» также выиграли Кубок УЕФА – это был единственный европейский трофей Шенкли.

В сезоне 1973/1974 «мерсисайдцы» стали вице-чемпионами, уступив пальму первенства «Лидс Юнайтед», но в Кубке европейских чемпионов вылетели уже в 1/8 финала. Зато во второй раз при Шенкли «Ливерпуль» выиграл Кубок Англии. Это был последний трофей шотландца: 12 июля 1974 года тренер ушел в отставку. И команда, и болельщики «Ливерпуля» были шокированы – никто не был готов к завершению «эпохи Шенкли».

Свой уход 60-летний тренер мотивировал тем, что был абсолютно истощен. Последние 14 лет жизни Шенкли посвятил лишь «Ливерпулю». Вот как говорил об этом сам шотландец: «Я раб футбола. Футбол со мной дома, он со мной везде, он даже затрагивает мою семейную жизнь. Если бы мне платили сверхурочные, я бы уже стал миллионером».

«Красная машина» Шенкли

На первый взгляд футбольная философия Шенкли была довольно простой. Вот что говорил о своем наставнике Рой Эванс, воспитанник легендарного шотландца, позже сам ставший тренером «Ливерпуля»: «Шенкс всегда учил нас, что играть в футбол не так уж и трудно. Если хорошенько разобраться в основах, все остальное встанет на свои места». От игроков тренер прежде всего ждал храбрости, и заключалась она вовсе не в том, чтобы не проигрывать или безропотно принимать удары судьбы. Быть храбрым для шотландца означало не сдаваться даже в самые сложные моменты; иметь принципы и следовать им; делать то, что считаешь нужным, невзирая на мнение окружающих.

Подписывая новых игроков, Шенкли обращал особое внимание на их настрой и физическое состояние. Тренеру не нужны были футболисты, которых можно выставить на игру 20 раз за сезон; Шенкли искал игроков, которые могли – и хотели – работать на команду. Травмированных игроков шотландец игнорировал и считал слабаками. Вот что говорил об этом Роджер Хант: «Травмироваться в “Ливерпуле” было непозволительной роскошью».

В Лиллешолле, на тренерских курсах повышения квалификации, организованных Футбольной ассоциацией Англии, шотландца видели всего один раз. Вратарь «Ливерпуля» Томми Лоуренс вспоминал: «Шенкли не любил Лиллешолл. Ему не нравились доски с диаграммами, ему не нравилось, когда люди слишком умничали, говоря о футболе. Билл предпочитал учиться на практике, в первую очередь, играя против соперников с континента». Сам шотландец однажды сказал: «У меня нет никакой специальной подготовки, я использую свой мозг!»

Шенкли вовсе не был традиционалистом. Под руководством шотландца футболисты тренировались с мячом гораздо больше, чем это было при его предшественниках в «Ливерпуле». Командная работа – вот что было главным. На практике это означало следующее: игрок, который завладел мячом, старается не слишком долго держать его у себя и точной передачей направляет мяч партнеру по команде. Затем он занимает новую позицию, чтобы снова быть открыться под передачу – таким образом, команда Шенкли постоянно находилась в движении. Тренер видел в этом своего рода форму социализма: «Мы были командой и делили все: ответственность на поле и заботы за его пределами», – говорил шотландец.

Такой подход шел вразрез со все еще господствовавшей философией «бей – беги» с ее длинными передачами. Кроме того, шотландец стал первым тренером Английской футбольной лиги, который от схемы 4-2-4 перешел на 4-3-3. Из посредственных футболистов Шенкли умел создать высококлассную команду: достаточно было подписать «правильных игроков» – и правильная тактика была не нужна.

Его методы тренировок были новаторскими. В частности, «мерсисайдцы» стали играть двусторонки пять на пять и три на три. При Шенкли на тренировках появилась так называемая «потогонная» (англ. sweat box): четыре деревянных щита в форме квадрата, внутри которого футболисты играли во что-то вроде «футбольного сквоша». Тренировки в «потогонной» помогали улучшить выносливость, силу удара, скорость действий на ограниченном пространстве, а также отточить технику приема и передачи мяча. Кроме того, Шенкли распределял футболистов по тренировочным группам, «поскольку разным игрокам нужны разные упражнения и разная нагрузка». В Мелвуде не было столовой, и перед обедом футболисты садились в автобус, который вез их на Энфилд-Роуд. Так Шенкли убивал двух зайцев: с одной стороны, его парни отдыхали между тренировками, а с другой – поездка на автобусе, где царила непринужденная атмосфера, укрепляла командный дух.

Команда находилась под почти научным наблюдением одновременно нескольких экспертов, в числе которых был и Боб Пэйсли – самый важный человек в тренерском штабе Шенкли, много лет выступавший в футболке «мерсисайдцев» и обладавший знаниями в области медицины.

Футбол «Ливерпуля» был полной противоположностью стилю «Манчестер Юнайтед» Мэтта Басби, друга и соотечественника Билла Шенкли. Футболисты Басби обладали на поле бо́льшей свободой, соответственно, игра «красных дьяволов» была более зрелищной. К тому же, в стане «манкунианцев» выступали выдающиеся игроки. В «Ливерпуле» же гениев вроде Джорджа Беста или Бобби Чарльтона не было.

От народного героя до одинокого короля

Надежды Шенкли на то, что за заслуги на посту главного тренера клуб удостоит его места в совете директоров, не оправдались. Клуб изначально не отреагировал на лучшую награду за его работу и успехи. Однако шотландец тренировал «Ливерпуль» не из-за денег и ушел тоже не из-за них. В то же время его мучила постоянная тревога: еще в Гленбаке он узнал, что такое безработица и отсутствие уверенности в завтрашнем дне. И все же Билл Шенкли покинул «Ливерпуль».

Всего через несколько дней он пожалел о своем решении; мысли о клубе не отпускали шотландца. Сначала Шенкли ежедневно появлялся на тренировочной базе в Мелвуде, чтобы завершить свою программу тренировок. Игроки приветствовали его словами «Доброе утро, босс!». Но постоянное присутствие Шенкли угрожало подорвать авторитет его преемника Боба Пэйсли. Отношения между руководством клуба и бывшим тренером испортились. Билл по-прежнему посещал домашние игры «Ливерпуля», но избегал ложи директоров. Вместо этого он занимал место на главной трибуне или даже на «Копе» – легендарной стоячей трибуне. Завидев своего идола, «Коп» скандировал: «Шенкли – наш король!»

Однако на деле король теперь остался без своего королевства. Одержимый мыслями об успехе шотландец не мог смириться с тем фактом, что его преемник трижды выиграл Кубок европейских чемпионов – трофей, который от Шенкли всегда ускользал. Вместе с «Энфилдом», Мелвудом и футболом у него отняли то, в чем он так нуждался, – площадку для самореализации и возможность общаться с людьми. Футбол для Шенкли был еще и формой коммуникации – средством, с помощью которого он делился с миром своими политическими идеалами и идеями о социальном взаимодействии.

За 14 лет работы Шенкли в «Ливерпуле» у тренера и болельщиков «красных» сложились уникальные отношения. Для легендарного шотландца команда была продолжением болельщиков на поле, а болельщики – продолжением его команды на трибунах.