Меч богов

- Ты здесь, чтобы забрать свою вещь? – спросил Чант. – Пустой кошель Вокин, глупо даже спрашивать об этом, верно? Сказка, слезай, у нас гости!

Он шикнул на кошку, однако та упорно отказывалась двигаться с места. Криво ухмыльнувшись, ростовщик нагнулся и принялся шарить за прилавком.

Спустя некоторое время он выпрямился. В руках у него был шарф – полоса длинной светлой ткани, похожая на развёрнутый свиток.

Желудок Демаскуса перевернулся. С помощью этого шарфа он лишил жизни священника – то, о чём бы он не хотел вспоминать.

- Почему у тебя... это? – прохрипел он.

Кошка, носившая кличку Сказка, присела, готовясь прыгнуть на болтающийся в руках ростовщика конец шарфа.

Чант смерил его странным взглядом.

- Ты заплатил мне за то, чтобы я хранил эту вещь до твоего возвращения, - наконец произнёс он, решив ему подыграть. – Сказал, что заберёшь её через пару дней, максимум - через год, самое большее – два. Это было четыре года тому назад. Тебе повезло, что я её не продал.

- Четыре года! – Демаскусу показалось, что его со всей силы ударили в живот.

- Плюс-минус пара десятков дней, но да.

Демаскус не мог отвести взгляда от полосы светлой ткани. Часть его отчаянно жаждала выхватить шарф у Чанта из рук, а часть – сбежать подальше от явного свидетельства своего преступления. Что же он делал на протяжении этих четырёх лет? Его разум был похож на равнину, где всё скрывалось под толстым покровом снега.

- Ты в порядке?

Осознав, что он стоит, распахнув рот, Демаскус со стуком захлопнул челюсти.

- Да, да… просто не думал, что увижу эту вещь снова…

- Ты заплатил мне за хранение. Значит, твоё имущество в полной безопасности, как и… Погоди. Кто-то что-то сказал? Что тебе сказали? Это Ранегер? – осыпая его вопросами, Чант отчаянно жестикулировал. Конец зажатого в его руке шарфа мотался из стороны в сторону. Подобравшись, Сказка прыгнула, всего на волосок промахнувшись по куску ткани.

- Осторожней! – вскрикнул Демаскус.

-  А? – ростовщик наконец обратил внимание на действия своей кошки. Свернув шарф в рулон, он произнёс. – Ты так и не ответил. Кто-то распускает обо мне слухи?

- Нет, ничего подобного. Я уже говорил тебе, что не знаю никакого Ранегера. Прости, день выдался долгий. К тому же я… болел.

Он задумался над тем, не выложить ли Чанту всё начистоту, ведь тот был явно знаком с ним раньше. Этот человек мог оказаться ключом к его потерянной памяти. Вдобавок ко всему Демаскусу отчаянно хотелось открыть кому-то душу и облегчить лежащий на его плечах груз.

С другой стороны… то, что ростовщик некогда его знал, вовсе не делает его идеальным доверенным лицом.

- Итак, нужен тебе шарф или нет? – спросил Чант.

- Да! Просто… - Демаскус не стал упоминать, что, когда он в последний раз держал его в руках, то душил кого-то. – Слушай, у меня есть идея. Ты уже готовился закрыть свою лавку, так почему бы нам не направиться в Фонарь, чтобы поужинать и выпить эля? Я бы хотел отблагодарить тебя за то, что ты так долго хранил у себя моё имущество.

Ростовщик поджал губы, раздумывая над его предложением.

- Не говоря уже о том, что за время моей… болезни, - продолжил Демаскус, - я слегка выпал из жизни. Мне нужен кто-то, кто сможет ввести меня в курс дел и ответить на пару вопросов.

По лицу ростовщика расплылась улыбка.

- В это мне нет равных! Если в Эйрспуре что-то происходит, я об этом знаю – или могу узнать. Разумеется, не бесплатно.

- У меня найдётся пара лишних монет, - Демаскус похлопал по кошельку с деньгами, которые он забрал у мертвецов.

- Что ж, я и правда проголодался. Для того, чтобы управлять таким бизнесом, как мой, требуется прорва энергии, - Чант демонстративно огладил свой внушительный живот. – Договорились. Пошли. Я слышал, что в Фонаре сегодня подают жареных голубых кальмаров. Одно из моих любимых блюд.

Ростовщик снял с буфета деревянную миску и поставил её на пол. Сказка тут же спрыгнула вниз и принялась уплетать её содержимое с такой жадностью, словно не ела больше десяти дней. Погладив её напоследок, Чант выпрямился. В руках он по-прежнему держал сложенную полосу ткани.

- Да возьми уже! – воскликнул он. – Ты так заботился о том, чтобы сохранить эту вещь. Почему же не хочешь забрать её себе?

Взяв шарф, Демаскус потёр ткань. На ощупь она была тёплой и гладкой, словно пергамент. Это действительно был тот самый шарф из его видения! Его охватило чувство удовлетворения и облегчения.

- Пошли. Я голоден, - Чант мягко подтолкнул Демаскуса к выходу.

Ростовщик повернулся, чтобы закрыть дверь, и на миг звяканье ключей заглушило плеск падающей в фонтан воды. Они направились к таверне, однако Демаскус не удостоил окрестности даже мимолётным взглядом. Всё его внимание было приковано к шарфу. Ткань его казалась нежней, чем шёлк, но не скользила под пальцами. В свете фонарей она поблескивала, словно её поверхность скрывала под собой тайные письмена.

Что-то промелькнуло над его головой. Это было всё, что он успел заметить до того, как его ношу вырвали у него из рук.

- Вор! – заорал Чант, указывая пальцем.

Серебрянокожая женщина в чёрной маске пронеслась над ними, лёгкая, как облако, и взвилась в воздух. Шарф Демаскуса струился за ней, развеваясь, словно подхваченный вихрем.

ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ

Эйрспур

Год Нестареющего (1479 ЛД)

Прыгая со стен на крыши, с парящих остров на подвесные мосты, Рилтана оттолкнулась от очередного каменного шпиля и взмыла прямо в небеса. Порыв вихря вознёс её на её любимую обзорную точку, расположенную на северном склоне горы. Буря в её душе взывала к ветру, и ветер отвечал ей.

Рассмеявшись, она прижала свою добычу к груди.

Наконец-то треклятый шарф оказался у неё!

Как ей и описывали, её цель имела весьма примечательную внешность. Кожа мужчины казалась белой, как мел, а, вспомнив о том, какое изумление было написано на его узком лице, когда он провожал её взглядом, она снова рассмеялась.

Ей не сообщали о том, что мужчина по имени Демаскус является членом кабала Огненного Шторма. Обычно кабалиты не принимали в свои ряды людей, однако его белые волосы свидетельствовали о том, что дженази он точно не был. Большинство жителей Эйрспура пребывали в уверенности, что члены кабала являются благородными защитниками города. Забавно. У неё-то хватало ума не прислушиваться к этому вранью.

И теперь один из лжецов остался без своего шарфа. Она принялась рассматривать полосу ткани, гадая, какую ценность она может иметь.

Беловолосый мужчина появился из ломбарда именно в тот час, который указал клиент Рилтаны, человек со скрытым капюшоном лицом и смрадным дыханием. Неплохая точность, учитывая, что их разговор имел место более четырёх лет назад.

Когда её клиент уточнил временные рамки задания, она захихикала, подумав, что это какая-то шутка. В ответ из-под капюшона раздалось шипение. Очевидно, он был не из тех, кто любит шутить.

Рилтана спросила своего клиента, обязательно ли ей дожидаться того момента, когда Демаскус лично заберёт шарф из ломбарда, ведь было намного проще вломиться в магазин и похитить его прямо оттуда. Зачем медлить? В ответ тот снова зашипел, на этот раз громче и раскатистей. Не лучшее объяснение, но её оно вполне устроило.

Четыре года – достаточно долгий срок для того, чтобы даже самое точное предсказание оказалось неверным. Однако предложенный ей гонорар был весьма неплох – этой суммы хватило на то, чтобы покрыть аренду за её жильё на три полных года, и даже немного осталось.

Поэтому сегодня она прибыла на место за несколько часов до назначенного времени. Обещанная ей вторая часть платы была слишком велика, чтобы бросать дело на полдороге.

Когда её цель появилась на грязной площади, спрятавшуюся на крыше магазина Рилтану охватило возбуждение. Увидев, как из бара высыпали агрессивно настроенные пьяницы, она слегка встревожилась и даже начала подумывать о том, чтобы вмешаться. К счастью, этого не потребовалось. Вслед за полным человеком беловолосый зашёл в магазин.

Когда она вырвала из его рук полосу светлой ткани, на его лице возникло изумлённое выражение. Изумлённое и немного печальное.

Она с улыбкой взглянула на шарф и понюхала его; пахло пергаментом и книжным клеем. Ткань была весьма добротной, хоть и мягкой. Скорее всего, на неё было наложено некое заклятие. Интересно, какое? Повертев шарф в руках, она потянула его за концы. Скорее всего, не очень сильная магия, защищающая носящего его от холода, как это популярно среди богачей. Впрочем, как бы то ни было, эта вещь представляла для её клиента немалую ценность – а, следовательно, и для неё тоже.

Чтобы получить остаток денег, она должна встретиться с человеком в капюшоне в Сепульчере сразу после наступления полуночи.

Некогда там обитали гоблины и орки, однако переселенцы-дженази вынудили их покинуть те края. Теперь Сепульчер стал местом, где заключались разного рода сделки, которые было слишком опасно проворачивать там, где властвовал закон.

Она задалась вопросом, не стоит ли ей прямо сейчас отправиться к месту встречи; добраться туда было непросто, и на то, чтобы преодолеть весь путь, требовалось время.

Но нет. Большую часть этого дня она потратила на выбор подходящего маршрута для отступления, чтобы после выполнения задания сбежать, бесследно затерявшись в парящих островах и объектах городской архитектуры. Не мешает немного отдохнуть. Кроме того, возможно, Карменере вернётся именно сегодня…

Рилтана скомкал шарф. Её ладони закололо, и её ноша переместилась в карманное измерение, которое было привязано к тонким кожаным перчаткам. Это был превосходный способ хранить добычу в безопасном месте. И, конечно, идеальный инструмент для столь искусного вора, как она.

Сняв маску, она вновь потянулась в пустоту. Маска исчезла, и в руках у неё появилось бело-голубая мантия Ходящих по Воздуху. Давным-давно она поняла, что горожане практически не обращают внимания на многочисленных посыльных, которые туда-сюда снуют по гористым уровням Эйрспура, а её стильный чёрный обтягивающий наряд и маска, хоть и были практически незаметны в темноте, могут привлечь к себе ненужные взгляды. Зачем пытаться передвигаться скрытно, если можно просто затесаться в толпу?

Рилтана надела мантию и взмыла в воздух, широко раскинув руки и ноги. Она устремилась к окружённому утёсами заливу, который виднелся вдалеке. Её левая рука стиснула верёвку подвесного моста, соединяющего два парящих острова. Резко крутнувшись, она опустилась на кровлю одного из находящихся ниже уровнем домов и, не теряя времени, бросилась вперёд.

Она стремительно перепрыгивала с крыши на крышу, с лёгкостью преодолевая разделяющее дома расстояние и попутно уворачиваясь от валунов, висящих в воздухе над городскими улицами и мостами. Наконец она добралась до шпиля, возвышающегося над площадью Скачущих Фонтанов, и остановилась.

На открытом пространстве находилось около дюжины скульптур, каждая из которых отличалась причудливыми резными формами. Из фонтанов в воздух били потоки воды, в которых отражались огни сотен светильников, находящихся на площади и соседних с ней улицах. По мостовой прогуливались прохожие, любуясь уличными увеселениями и видами сверкающих театров, кафе, магазинов, таверн и прочих интересных зданий. Многие из них пели, смеялись и распивали алкогольные напитки, привезённые со всех концов побережья моря Упавших Звёзд.

Площадь Скачущих Фонтанов находилась на большом парящем острове, расположенном на равном расстоянии от двух горных склонов Эйрспура. Именно здесь билось сердце этого города. И поэтому Рилтана каждый месяц выкладывала целую кучу денег за аренду.

Она подпрыгнула и, легко отталкиваясь от коньков крыш и верхушек оград, на которых висели фонари, всего за дюжину секунд преодолела четверть длины всего парящего острова. На наклонной кровле «Книг и заклинаний Барнарда» Рилтана остановилась. К стене здания примыкала ведущая с улицы лестница, однако она даже не помнила, когда пользовалась ею в последний раз.

То место, которое она арендовала у Барнарда, представляло собой большую, недавно отремонтированную мансарду. Некогда чердак магазина был завален грудами плесневеющих книг, однако она убедила Барнарда в том, что лучше использовать его в качестве жилого помещения. Согласившись с ней, хозяин потратил немало денег на то, чтобы облагородить его и обставить всей необходимой мебелью.

После этого он с радостью содрал с неё такую сумму за аренду, что у неё глаза на лоб полезли. Однако, без сомнений, с сынка какого-нибудь богатея он мог бы запросить и в два раза больше. В конце-концов, разве это место не идеально?

Отперев дубовую панельную дверь, Рилтана вошла внутрь.

Когда она переступила через порог, вспыхнул неяркий свет. Её жилище представляло собой помещение с полом из твёрдой древесины и высоким потолком. Вокруг камина стояли стулья с пышными мягкими сиденьями. Здесь и правда было просто идеально… если не считать одного нюанса.

Карменере здесь не было.

Рилтана подошла к столику с отделанной изразцами столешницей, который находился у так называемой «большой» стены – хотя, если честно, её размеры не так уж впечатляли. Письмо для Карменере находилось на том же месте, куда она его положила восемь часов назад. Как и все письма, которые она оставляла за последние три месяца. Непрочитанные и неотвеченные.

Глупо продолжать писать их. Карменере никогда не вернётся.

Со вздохом Рилтана смахнула записку в тот ящик, где хранились её прошлые послания, полные раскаяния и сожалений об упущенных возможностях. Когда она только начинала писать их, этот процесс её слегка успокаивал. Каждый раз она ощущала, как с её плеч падает часть давящего на них груза вины. Когда-нибудь, думала она, ей и правда станет легче.

Но месяц следовал за месяцем, а её печаль оставалась столь же остра, как и прежде. Она задавалась вопросом, не превратились ли эти ежедневные записки в некий ритуал, который мешал ей отпустить прошлое и устремить взор в будущее.

Откупорив полупустую бутылку красного вина, Рилтана щедро плеснула его в хрустальный бокал, рухнула на стул с высокой спинкой и отхлебнула. Учитывая, что бутылка стояла открытой уже три дня, вполне неплохо. Лучше уж выпить его до того, как оно успеет окончательно скиснуть; она терпеть не могла выбрасывать хорошее вино.

Рилтана взболтала алую жидкость. Как и всегда, её охватили воспоминания о том, как она и Карменере сидели здесь, потягивая вино из бокалов. Никто не умел смеяться так заразительно, как Карменере; никто не мог заставить Рилтану смеяться так, как Карменере.

И никого, кроме самой Рилтаны, нельзя было винить. Она скривилась, в тысячный раз задумавшись над своей ошибкой.

Эго и гордыня имеют свою цену – одиночество.

Рилтана допила бокал и поднялась на ноги. Взяв перо, она поспешно написала новое сообщение для Карменере, в котором говорилось, что она отправляется на встречу с клиентом в Сепульчер, чтобы получить немалую сумму за выполненное задание. При мысли о куче монет, которые вскоре окажутся в её руках, её охватило чувство удовлетворения.

Перспектива получить столь большое вознаграждение почти заставила её забыть о своих проблемах. Почти… но не совсем. Однако пока сойдёт и это.

Вновь надев чёрный комбинезон и маску, она покинула чердак.

Ночь уже вступила в свои права, но на площади по-прежнему было полно народу. Вечерний воздух пах дымом и морской водой. Вдохнув его полной грудью, Рилтана по крышам устремилась к месту встречи.

Сепульчер находился позади Аканского водопада, расположенного в самой восточной части Эйрспура. С обзорных площадок, находящихся на склонах окружающих его гор, горожане и гости города могли насладиться одним из прекраснейших видов во всём Фаэруне – по крайней мере, так заявляли возбуждённые торговцы из Велталара, которых она когда-то подслушала. Вероятно, в дневном свете множество искрящихся потоков воды, обрушивающихся вниз по каменным уступам, и правда производили неизгладимое впечатление, в особенности учитывая тот грохот, который стоял вокруг.

Однако ночью картина была далеко не столь эффектной. Тьма скрывала очертания водопада, и его струи, в любой момент способные непредсказуемо изменить направление, грозили ей гибелью, если она окажется слишком неосмотрительна, чтобы попробовать пролететь между ними.

Многим из представителей низшего сословия Эйрспура было известно о том, что позади водопада есть скрытая дверь, за которой находится сложный подземный лабиринт, ведущий в Сепульчер. Обычно в том месте заключались незаконные сделки и передавались из рук в руки товары, которые были слишком опасны, чтобы торговать ими где-либо ещё. Однако, чтобы попасть туда, требовалось прыгнуть в водопад, умело маневрируя между падающими с бешеной скоростью струями воды. Для того, чтобы успешно преодолеть этот путь, далеко не всегда оказывалось достаточно простой грубой силы и непревзойдённой ловкости.

Рилтану всегда интересовало, сколько начинающих воров расстались с жизнью, пытаясь проникнуть в Сепульчер таким способом. Это служило чем-то вроде испытания – хватит ли у тебя глупости для того, чтобы без оглядки прыгнуть в водопад, или же ты всё же решишь включить мозги и задашься вопросом - неужели воротилы воровского мира каждый раз рискуют своей шкурой ради того, чтобы получить очередную партию гептума? Конечно, нет. Здравый смысл подсказывал, что в лабиринт должны вести и другие пути – те, для которых не требовалось пролетать между непредсказуемыми струями падающей воды. Рилтана знала три.

Добравшись до середины северного склона, она оказалась на небольшой извилистой улице. За плотно пригнанными каменными плитами находилась потайная дверь, ведущая в сырой подвал, который был заброшен давным-давно. Теперь он служил входом в расположенные под горой тёмные тоннели.

Рилтана щёлкнула пальцами, и в её руках появился прозрачный солнечный жезл. Когда она встряхнула его, тот по всей длине окутался жёлтым сиянием. Держа его перед собой, она начала спуск в лабиринты Эйрспура.

Под скалами, на которых был расположен город, находился целый комплекс петляющих тоннелей и пещер. Некоторые из них являлись творением природы, другие же были искусственной постройки. В число последних входили и широко раскинувшиеся Катакомбы. Там столетиями хоронили мертвецов Чессенты, а на протяжении последних пятидесяти с лишним лет – и дженази тоже.

Обойдя стороной склепы, в которых покоились мёртвые – там несли стражу немногочисленные группы миротворцев - Рилтана направилась к самому дальнему краю подземелий. Некоторые тоннели теперь служили частями канализации большого города, хотя никто понятия не имел, куда именно стекает большая часть струящихся по ним нечистот. Но, так или иначе, это спасало бухту Эйрспура от участи городского отстойника.

Рилтане доводилось слышать, что некоторые ходы ведут в недра Подземья, где находятся кристальные пещеры, моря, не знающие солнечного света, и целые леса грибов, которых обвивали разумные плотоядные лозы… Она всегда считала, что это всего лишь байки, которые воры травят друг другу, чтобы пощекотать нервы. Однако, когда она оказалась в нужном тоннеле и направилась вперёд, минуя боковые ответвления и входы в пещеры, мысли об этом продолжали крутиться в её голове.

Один из попавшихся ей на пути проходов был превращён в сток канализации. Множество коричневых потоков струились по полу тоннеля. Несмотря на то, что она ожидала чего-то подобного, вонь нечистот оказалась просто омерзительной.

Её путь занял почти полчаса. Наконец впереди послышался утробный грохот Аканского водопада. Если бы она была на поверхности, громогласный рёв наверняка оглушил бы её. Сюда же долетали лишь его отголоски. Сквозь камень ощущалась дрожь. Она была близко.

Через дюжину шагов в воздухе начала чувствоваться сырая вонь гниющей рыбы, которая перекрывала даже запах канализации… почти. Впереди показался свет, который был более ярким, чем сияние её солнечного жезла. Погасив жезл, она убрала его в пространственный карман и двинулась дальше.

У входа в огромную пещеру Рилтана остановилась. Из неё вело несколько тоннелей, некоторые из которых располагались даже на потолке. От вонючего и влажного воздуха у неё во рту возник горький привкус, и её чуть не стошнило.

Свет исходил от множества грибов, которые практически сплошным ковром покрывали стены и потолок пещеры. Судя по виднеющимся на камнях горизонтальным линиям, это помещение очень долгое время было частично или полностью затоплено.

Значит, она на месте. Ей доводилось бывать в Сепульчере лишь дважды – один раз для того, чтобы продать астральный бриллиант, а второй – доставить посылку. Тогда она заблудилась на обратном пути и твёрдо решила, что ноги её здесь больше не будет.

Пока Калкан не заключил с ней контракт. Впервые она встретилась с ним в кафе, которое располагалось на южном склоне. Предложение доставить шарф в Сепульчер не вызвало у неё восторга, но предложенная плата была слишком велика, чтобы отказываться от неё.

Войдя внутрь, Рилтана увидела, что она здесь не одна.