Странные времена: идеальный джентльмен

– Боже, при одном взгляде на него мне хочется утереться.

– Достать салфетку? – помощница показала на свою большую сумку.

– Это я образно выразилась, – с ухмылкой покачала головой Тэмсин. – Что-нибудь слышно от того парня?

– Нет.

– Как такое возможно?

– Не знаю, – вздохнула Кэтрин. – Я разговаривала с Тоби. Он обещал отправить четырех ребят, но утверждал, что парень надежен как скала.

– Вплоть до того момента, как он приехал в Манчестер с конкретным заданием и исчез.

– Тоби просил передать резюме потерявшегося – бывший моссадовец, все такое – и явно боялся, что мы разорвем с ним контракт.

– И правильно делал, – кивнула Тэмсин. – Итак… можно мне заглянуть к тебе позднее?

– Конечно, – после совсем короткой паузы отозвалась Кэтрин.

Двери лифта открылись в гараже, где перед начищенным «Бентли» уже ждал наготове личный шофер главы компании, Майкл, чья высокая фигура, казалось, упиралась в самый потолок.

– Сначала в мэрию, – проинструктировала Кэтрин, – а потом к Лоури на ужин.

Водитель кивнул и распахнул пассажирскую дверцу. Обе девушки скользнули в салон.

– Если не хочешь, я могу и дома посидеть, – проверяя телефон, пробормотала Тэмсин.

– Да нет, без проблем. Нужно обязательно позвонить Нельсону.

Глава компании коротко кивнула в знак того, что все поняла, оставив невысказанное красноречиво висеть в воздухе.

Металлическая дверь в гараж плавно поднялась, впуская внутрь потоки солнечного света, и машина тронулась, но внезапно резко дернулась и остановилась.

– Что… – начала Тэмсин.

– Простите, мисс Баладин. Какой-то шутник загораживает выезд, – сказал Майкл, проверяя кобуру, прежде чем ловко выскочить наружу. Он умел не только водить машину. – Оставайтесь внутри.

– Кажется, это тот полицейский, – прокомментировала Кэтрин, наклоняясь вперед и вглядываясь через лобовое стекло.

Тэмсин тихо выругалась и открыла дверцу.

Майкл стоял, положа одну ладонь на плечо детектива-инспектора, а другую держа на рукояти пистолета под пиджаком.

– Офицер Стерджесс, – поприветствовала Тэмсин. – Какие-то проблемы?

– Вовсе нет, мисс Баладин. Просто проезжал мимо и вот теперь пытаюсь объяснить вашему охраннику, что физический контакт без согласия не самая разумная идея в любом случае, а особенно с сотрудником полиции Манчестера.

– Спасибо, Майкл. Уверена, инспектор не представляет для меня угрозы.

– За это никогда нельзя ручаться, – с улыбкой произнес Стерджесс. Шофер отступил в сторону и, после кивка Тэмсин, вернулся за руль «Бентли». – Как удачно, что мы вот так случайно встретились. Я весь день пытался дозвониться и оставлял сообщения с просьбами срочно со мной связаться.

– В самом деле? Прошу прощения, мне ничего не передавали. Вероятно, снова небольшая задержка в коммуникации.

– Не сомневаюсь. Ваша помощница клялась, что вы отбыли на вертолете в Париж. – Стерджесс наклонился и бросил взгляд на Кэтрин. – А вот, кстати, и она. – Затем повысил голос, чтобы та его могла слышать, и добавил, указывая на Тэмсин: – Только посмотрите, кого я нашел.

– Извините, я опаздываю на встречу, – нахмурилась глава компании.

– Конечно. Вообще-то я хотел всего лишь попросить прощения.

– Да?

– Да. Не могу передать, насколько сожалею о том, что телефон Филипа Батлера – то есть телефон, принадлежащий вашей компании, – необъяснимым образом пропал из хранилища улик в период между вчерашней ночью и сегодняшним полуднем.

– Какое досадное происшествие.

– И не говорите.

– Что ж, бывает и такое.

– Очень любезно с вашей стороны проявить подобное понимание, но поверьте, мне даже сложно выразить всю свою ярость по поводу столь вопиющего проникновения, в результате которого пропали улики по делу об убийстве.

– Убийстве?

– Да.

– Меня об этом не проинформировали.

– Ну, жертву вы не знали, а в полиции не принято раскрывать всем подряд детали по таким делам.

– Пожалуй, разумно, – с улыбкой сказала Тэмсин. – Особенно если учесть, что ваша охрана не слишком хорошо обеспечивает сохранность улик.

– Не волнуйтесь, мисс Баладин. Я обязательно выясню, кто украл телефон, чего бы это ни стоило. Обещаю.

– Буду ждать, затаив дыхание. – Тэмсин развернулась к машине, но остановилась перед тем, как сесть в нее. – Тем временем на вашем месте я бы отошла от выезда. Солнце светит прямо в глаза, и Майкл может не заметить вас и случайно сбить. Мне бы хотелось избежать столь прискорбного инцидента.

– Конечно. Как вы и говорили, бывает и такое.

Тэмсин скользнула в салон и захлопнула дверцу. Спустя мгновение «Бентли» взлетел по пандусу, проехал мимо махавшего рукой Стерджесса и влился в вечерний поток машин. Только тогда глава компании заговорила:

– Смена планов. Нужно срочно навестить моего брата.

Глава 34

Ханна сидела в кабинке кафе при кинотеатре «Рокси» и рассматривала толпу в баре. Заведение пользовалось бешеной популярностью, и хвост очереди растягивался на весь переулок, возле стойки же яблоку негде было упасть. Хотя посетители в этот конкретный вечер выглядели довольно специфично. Во вторник, в девять часов, проходили показы тематических фильмов, и поклонники вампирской тематики полностью соответствовали описанию Реджи.

Не все из них красовались в костюмах, а те, кто всё же нарядился, в основном придерживались базового минимума: плащей и накладных клыков, какие считались традиционными в Хеллоуин вот уже несколько поколений. Некоторые посетители также зачесали напомаженные бриолином волосы и нарисовали выразительные потеки искусственной кровью. Одна парочка даже явилась разодетыми как распятие и головка чеснока, внеся приятную нотку разнообразия и оригинальности. Большинство собравшихся явно воспринимали мероприятие как повод повеселиться. Однако среди них попадались и личности, которые относились ко всему гораздо серьезнее. Возглавлял группу мрачных субъектов за столиком в углу Виктор Гроббз. Он казался принцем среди восторженной свиты.

Ханна и Реджи как раз заходили в кинотеатр, когда Грегори привез сына, открыл перед ним дверь, словно личный шофер знаменитости, и выставил большой черный зонт, чтобы оградить Виктора от лучей вечернего солнца.

Он выглядел бледным, как и следовало ожидать от человека, избегающего дневного света. Наряд, состоявший из черных кожаных брюк и плаща, а также белой рубахи с рюшами, спровоцировал бы тепловой удар уже через двадцать минут пребывания на жаре. Даже вечером подобный выбор одежды вызывал определенные сомнения в его практичности.

Грегори Гроббз кивнул журналистам, наверняка понимая, что они с сыном представляют собой великолепный объект для насмешек. Хотя Ханна вовсе не считала ситуацию веселой. Наоборот, было что-то отчаянно грустное в мужчине, который попал в ловушку собственной вины и не видел иного выхода, кроме как потакать специфическим вкусам сына. Одна мысль об образе жизни сангвинарианцев, как описал его Грегори, заставляла невольно содрогаться и вызывала тошноту. Тем лучше, сегодня Ханна обойдется без ужина. И уж точно без алкоголя. Этот день и так тянулся бесконечно медленно из-за похмелья. Теперь перед ней стояла банка диетической колы, которая медленно пустела.

Реджи сидел возле барной стойки и общался с посетителями под прикрытием написания статьи о растущей популярности вампирской тематики. Публика пришла в особый восторг, когда журналист начал делать фотографии. Даже если расследование не удастся, по крайней мере можно будет продать дополнительную пару десятков экземпляров газет людям, которые мечтают увидеть себя увековеченными в прессе. Когда Ханна присоединилась к штату сотрудников редакции, то в первую очередь поняла, что мир полон тех, кто либо очень хочет, либо очень не хочет попасть на полосу любой газеты, даже такой необычной, как «Странные времена». Это давало репортерам определенную власть.

Несмотря на атмосферу вечеринки, костюмы и все прочее, Ханна чувствовала себя крайне неуютно. Она снова и снова вспоминала Джорджину Грант, с ужасом забаррикадировавшуюся в квартире, боясь подойти к балкону, и сразу по нескольким причинам радовалась, что не опрашивает вместе с коллегой посетителей.

Одна из этих причин как раз вошла в кафе и с гримасой неудовольствия принялась разглядывать скопление народа. Затем детектив-инспектор Стерджесс заметил сидевшую в кабинке Ханну и направился к ней, натянуто улыбаясь по пути парню в плаще с таким огромным воротником, что его можно было бы увидеть из космоса, и с выступающими пластиковыми клыками. Из-за резкого движения они выпали, и Стерджесс случайно пнул их под один из столиков, чем вызвал ступор у теперь беззубого псевдовампира, после чего наконец занял место напротив Ханны.

– Ого, – прокомментировала она. – Ты выглядишь почти таким же уставшим, как я себя чувствую.

– Да уж, длинный выдался день, – вздохнул Стерджесс, откидываясь на спинку диванчика и потягиваясь. – Сначала беседа с сексуальным маньяком, потом моему расследованию начали активно мешать международные корпорации, не говоря уже о том, что это же пытались сделать и вышестоящие офицеры. – Он положил руки на стол и обессиленно опустил на них голову. – Если честно, то сегодня я не столько занимался делом, сколько старался выяснить, почему все остальные так стремятся вставить мне палки в колеса.

Ханна почти не слушала. Она не могла отвести завороженного взгляда от макушки Стерджесса, которая казалась абсолютно, тревожно нормальной. Сама идея появления оттуда огромного глаза на стебельке вызывала желание рассмеяться, настолько абсурдной она ощущалась. Можно было бы поверить, что Ханна вообразила себе все, если бы Бэнкрофт регулярно не напоминал об этом.

– Ты в порядке? – посмотрев на нее, спросил Стерджесс.

– Да, – быстро ответила она, отводя глаза. – В полном. Конечно. Прости, я немного отвлеклась на… – Девушка махнула в сторону толпы возле бара.

– Ага. При виде них наше расследование кажется особенно безумным, а?

– Пожалуй. – Ханна снова вспомнила Джорджину, скорчившуюся в кресле, дрожащую, с большим ножом на столике. – Итак, каким образом работает этот обмен информацией?

– В обычных обстоятельствах я бы никогда не стал обсуждать детали текущего расследования с представителем ненавистной и ненадежной прессы.

– Ну спасибо.

– Но учитывая, что над делом работаю в общей сложности только я и перегруженная другими поручениями детектив-сержант Уилкерсон, я готов пойти на некоторые уступки.

– Я польщена, – сказала Ханна и тут же пожалела о своих словах, чувствуя, что начинает краснеть. Прошло немало времени с ее попыток флиртовать. Это напоминало езду на велосипеде, в том смысле, что не следовало экспериментировать на публике, не попрактиковавшись вначале одному. – Ты говорил что-то о сексуальном маньяке? – быстро продолжила она, сменив тему на первое, что пришло в голову, и тут же отругала себя: «Просто великолепно. Молодец, Ханна».

– Да. Оказалось, что последним, с кем контактировал Филип Батлер, был джентльмен по имени Кит Харпенден. Я назвал его джентльменом, но на самом деле это самое неподходящее описание для такого куска… – Стерджесс замолчал, затем заметил недоуменное выражение лица Ханны и пояснил: – Этого подонка в прошлом году поймали с поличным при попытке подсыпать снотворное в напиток девушке.

– А-а.

– Вот-вот. И ему удалось избежать наказания.

– Но как?

– Это не проблема для парня из богатой и влиятельной семьи, которая готова на все, чтобы замять дело. – Стерджесс сел прямо и прикусил губу. – В итоге они заставили жертву преступления покинуть страну. Очень методичный подход. Подобные случаи печально известны тем, что их крайне тяжело расследовать. Я говорил с коллегой, работавшей над обвинением. Она до сих пор в ярости.

– Ужасно.

– Добро пожаловать в радужный мир полиции нашей эпохи. В общем, этот парень и Батлер были приятелями до недавнего времени. Технически они помогали друг другу знакомиться с девушками. Так называемый съем. Даже встретились на курсах по пикапу.

– Я читала об этом, – кивнула Ханна. – Учебно-тренировочные лагеря, чтобы освоить разные трюки, которые помогут переспать с женщинами, так?

– Вроде того, – хмыкнул Стерджесс. – Я выяснил, что Батлер был озабоченным типом, но ничего насчет… – он махнул рукой на свой рот. – Либо Кит гениальный актер, либо действительно не понимал, о чем я спрашиваю, когда речь зашла о косметических процедурах. Вышеупомянутая детектив-сержант, перегруженная делами, провела целый день, гоняясь за всеми пластическими хирургами и дантистами в радиусе пятидесяти миль от Манчестера, однако никто из них не слышал о Филипе Батлере. Так что в этом отношении у нас до сих пор нет предположений.

– Кстати, о пластических операциях… – Ханна кивнула на толпу возле бара. – Большинство из них, само собой, просто наряжается ради развлечения, но группа за столиком в дальнем углу – то, что можно назвать радикальными элементами.

– Пара с длинными волосами и в кожаных плащах. Четверо парней, две девушки, – перечислил Стерджесс, не оглядываясь.

– Впечатляет, – приподняла брови Ханна.

– Наблюдательность – немалая часть работы, – пожал плечами детектив-инспектор. – В довесок к горам бумажной волокиты.

– Ты очень внимательный, – прокомментировала Ханна и сразу пожалела, что не может забрать свои слова обратно. – Мы выяснили адрес Виктора, вон того, с длинными черными волосами и в кожаном плаще, лидера группы. И в итоге долго беседовали с его отцом.

– Серьезно? – улыбнулся Стерджесс. – Дай догадаюсь, великий и могучий Носферату до сих пор живет с родителями?

– Только с отцом, вообще-то, – после некоторых колебаний ответила Ханна. – Послушай, Виктор действительно ведет довольно странный образ жизни, но его папа раньше служил в полиции и все нам объяснил.

– Бывший офицер? Я могу его знать.

– Сомневаюсь, – покачала головой Ханна. – Он работал в Глазго и, думаю, переехал сюда именно для того, чтобы начать жизнь с чистого листа. Судя по рассказу, у них с сыном на прежнем месте возникли какие-то проблемы. Отец, Грегори, произвел очень приятное впечатление. Он действительно любит Виктора и посвящает заботам о нем все свое время. И, кстати, никогда не слышал о Филипе Батлере.

– Или только так утверждает.

– Ладно, – вздохнула Ханна. – Этому нельзя верить безоговорочно, но… – Она достала из сумки папку, которую получила от Грегори, и положила ее на стол. – Вот.

– Что это?

– Отец пристально следил за сыном. И я не шучу – очень пристально. Здесь список известных приятелей Виктора и – что более важно – перечень тех, кто может воспринимать тему вампиризма слишком серьезно и действовать слишком нерационально. А еще тех, кого Грегори счел подозрительными.

– Любопытно, – прокомментировал Стерджесс и потянулся к папке.

– Только… – Ханна придержала ее, не спеша отдавать. – Слушай, он доверился нам и поделился информацией, желая помочь. И что важнее, желая защитить сына от…

– Меня интересует только расследование, – кивнул Стерджесс. – Я хочу понять, что происходит. Если Виктор или его отец не имеют к этому отношения, обещаю сделать все возможное, чтобы не упоминать их в отчете.

– Договорились, – произнесла Ханна, убирая руку с папки.

Стерджесс быстро пролистал ее содержимое и присвистнул:

– Ты и правда не шутила, работа проделана самая тщательная.

– Грегори Гроббз сейчас консультирует по вопросам безопасности.

– Судя по этому, – прокомментировал Стерджесс, просматривая последние страницы файла, – его услуги обходятся недешево. Что еще удалось узнать?

– Прости, пожалуйста, – улыбнулась Ханна, – но мне казалось, что мы производим обмен информацией. Ключевое слово здесь «обмен».

– Извини, – вскинул руки Стерджесс. – Я привык задавать вопросы, даже если не получаю ответов. Так, посмотрим. Батлер – озабоченный идиот, идей по поводу изменений его внешности пока никаких и… – Он слегка помрачнел. – Если выразиться в терминах прессы, пожалуй, я забыл упомянуть самые существенные факты. – Он оглянулся по сторонам и понизил голос. – Мы установили, кому принадлежит кровь из желудка Филипа Батлера…

Ханна молча выслушала рассказ об обнаружении тела Андре Алашева и сделала большой глоток из банки, когда Стерджесс завершил повествование.

– Это…