Владыка [СИ]

— Ну на окраине Асунсьона не так уж всё и катастрофично, — чуть разбавил тёмные краски военврач. — Однако Варенька права: городской шум и загрязнённый воздух оздоровлению не способствуют. Конечно, операции удобнее делать в столице, но вот на реабилитацию пациентов надо бы отправлять на природу. Думаю, по всегда полноводной Пилькомайо будет сподручно на пароходах переправлять выздоравливающий контингент. В предгорьях Анд, среди плантаций лекарственных трав, даже воздух лечебный.

— Вот и возьмите, Роман Васильевич, на себя труд по организации парагвайского филиала рая. А то моя хозяюшка сама порывается заняться строительством.

— В её положении лучше поберечься, — зная о беременности жены Алексея, покачал головой доктор. — Не беспокойся, атаман, всё сделаем сами. Даже денег у твоих жадных казначеев просить не станем. Из Европы сейчас богатый клиент косяком в Асунсьон прёт. О твоих чудо–операциях и животворящих травяных настойках молва по всему миру идёт. Только обещай, что, хотя бы до конца стройки пансионатов, будешь больше уделять времени медицине. А то из жаждущих исцеления иностранцев уже длинная очередь выстроилась. Да и наших страждущих ветеранов–инвалидов только прибывает.

— Вот я и стараюсь переложить хозяйственные проблемы на плечи соратников, — улыбнувшись, глянул на друзей Алексей, — а самому вплотную заняться медициной.

— Подсобим в благом деле, — солидно кивнув, пробасил Онуфрий.

На том Алексей и расстался со стариками. Следующим в рутинную работу он решил запрягать видного хозяйственника, Андрея Волкова.

— Здорово, атаман. Чего звал? — прямо с порога кабинета выпалил торопыга–завхоз. — Встретил по пути стариков–фронтовиков, думал, побьют. Всё денег с меня вытрусить хотят.

— Теперь денежными запросами они казначея Сёму будут донимать. Присаживайся, для тебя новая должность есть.

— Так мне и при министерстве финансов неплохо живётся, — усевшись на стул, нервно заёрзал второй в республике финансист.

— От денежных потоков я тебя не отгоняю, — успокоил магнат. — Но надобен мне толковый управляющий в землях Гран Чако, самому мне везде не поспеть.

— Ага, вы с Сёмой в столице останетесь большими делами рулить, а меня на дальние выселки отправите, — обиженно загундел казацкий завхоз.

— У Семёна Исааковича Вездельгустера, сам понимаешь, родословная не та, чтобы с казаками и анархистами крепко сдружиться. Зато ему сподручнее с заморскими евреями банковать. Кроме того, у тебя, первого помощника казачьего атамана, хозяйственного опыта поболее, чем у бывшего служителя обозной канцелярии. А насчёт денег и власти — не переживай, полстраны под твою твёрдую руку отдаю.

— Ага, самую её никчёмную часть, — шмыгнул носом Андрюха.

— Владыкой Гран Чако будешь, — высоко подняв указательный палец, прельщал завхоза заманчивой перспективой магнат. — Планируем все малые реки плотинами перегородить, построить сеть гидростанций. Весь засушливый сезон теперь у казаков вода будет. По берегам рек ещё и ветроэлектрогенераторы понаставим, чтобы электронасосы воду на огородные грядки перекачивали. Искусственные озёра создадим. Засушливый край в цветущий рай превратим.

— Огороды вдоль рек — дело хорошее, — хотя и покривив рот, согласился Андрюха. — Только одними овощами сыт не будешь. Для посева пшеницы почва в Гран Чако непригодная: сезон дожди заливают, три сезона солнце землю иссушает. Одна конопля только густо растёт, на радость нашим артиллеристам.

— Да уж, армейские чины не нахвалятся на качество артиллерийского пороха, — кивнул Алексей. — Говорят, что качество волокон конопли лучше, чем у хлопка, что используется для производства взрывчатых веществ. Скоро пороховой завод начнём строить.

— Да бог с этой коноплёй, — отмахнулся завхоз. — Согласен, растение урожайное, все части в хозяйстве пригодятся: верёвки вить будем, да ещё масло техническое на продажу пойдёт. А вот жрать–то, что селяне должны? Одни овощи?

— Кроликов разведи, травы то в Гран Чако завались, — дал наводку Алексей.

— В сезон дождей — зелёной травы завались, а вот потом кролов одним сеном кормить придётся.

— Обсуди с казаками, — посоветовал атаман. — Кормовые культуры должны в степи прижиться. Да и от овощей много отходов будет. Мы же собираемся не только маленький Парагвай кормить. Когда консервные заводы поставим, то во все страны продукцию повезём. Во всяком случае, голодным большевикам всего мало будет, а у нас с ними десятилетний золотой контракт.

— Ну, на кроликов местной травы и отходов от овощей хватит, — согласился владыка Гран Чако и прикинул перспективу бизнеса: — Можно ещё хорошо подзаработать на изготовлении зимних шапок, в Сибири товар ходовой.

— Тогда уж скотину разводи, и мастерские по пошиву дублёнок открывай, — рассмеялся атаман.

— Если воду на сухой сезон сумеем в искусственных озёрах сохранить, то можно и скотоводством заняться, — кивнул Андрюха. — Полевых трав и листвы кустарников в Гран Чако вдосталь.

— Озёра можно не только в качестве водопоя использовать, — подсказал очередную идею Алексей. — Возьмись сёмгу или лосося разводить. Свежую рыбку в Парагвае можно сбывать, копчёную по всему миру экспортировать.

— Сёмгу травой не прокормишь, — замотал головой Андрюха. — А кормовые культуры нам ещё для разведения кур и свиней понадобятся. Нет, атаман, с рыбкой уже перебор. Растёт она быстро, но и жрёт немало.

— Ты её не зерном корми, а сушёным крилем, — удивил завхоза атаман.

— Это такие мелкие креветки, которыми нищие японские рыбаки питались, — наморщив лоб, вспомнил Андрюха голодные деньки в порту Вакканай. — Так, где же этих морских рачков в речном Парагвае выловишь?

— Аргентинские китобои сказывают: этого криля видимо–невидимо в холодных водах Атлантики, ближе к Антарктиде, — поделился добытыми сведениями Алексей. — Сотни тысяч тон можно с океанских глубин выгребать. Ты знаешь, какими жирными киты вырастают на крилевой диете?

— Ну, на мой вкус, японская похлёбка из этих креветок была отвратительная, — скривившись, замотал головой Андрюха. — Мяса в них почти что и не было, одна кожура.

— Так не тебе корм добывать будем, а озёрной рыбе. В океане за таким деликатесом не только жирные киты, но и миллионные косяки рыб охотятся. Сам понимаешь: в океане корма для рыбы гораздо больше, чем самой рыбы. К тому же, криль никто из морских промысловиков не добывает, конкурентов у парагвайцев не будет.

— Да, нищих япошек, согласных давиться худосочными креветками, вблизи нет. Ладно, можно попробовать, какой из ценных пород рыб, понравится перетёртый криль, — пожав плечами, согласился стать рыбозаводчиком казацкий завхоз. — На крайний случай, свиньям скормим или, ещё чего выгоднее, сушёные брикеты криля голодным большевичкам продадим в неурожайный год. Только выгодное ли это дело: рыболовецкую флотилию гонять за край аргентинской земли?

— Плавучую базу сделаем из крупных импортных кораблей, а малые траулеры можем и на парагвайской верфи клепать. В холодных водах крайних широт недостатка в сильных ветрах у казаков не будет. Наши рыболовецкие суда с ветроэлектрогенераторами способны длительное время барражировать в отдалении от береговых баз топливного снабжения.

— В отличие от угля и мазута, за ветер парагвайцам платить не надо, — усмехнулся прижимистый Андрюха.

— Мазут для паровых двигателей у нас будет тоже значительно дешевле импортного, — заверил завхоза магнат. — На краю Гран Чако располагаются нефтяные месторождения. Так что бензина, керосина, мазута и битума у казаков будет тоже с избытком. Вот только следует постараться как можно дольше сохранить тайну о несметных сокровищах от завистливых заморских дельцов. Вся продукция с перерабатывающих заводиков должна использоваться в пределах Парагвая. При этом большая её часть — в закрытых зонах Гран Чако, а завоз в Асунсьон сымитируем лжеэкспортными поставками.

Андрюха понимающе кивнул.

— Наши паровички на сельских электростанциях так дымят, сжигая в топках сырую древесину от кустарников, что трубы нефтяных заводиков на их фоне не будут диссонировать. Топливо в хозяйстве израсходуем. А что прикажешь делать с битумом?

Алексей мечтательно устремил взгляд вдаль.

— Баржами подвезём по рекам щебень, и доставим автотранспортом до искусственных озёр. Передвижные заводы произведут асфальт для твёрдого покрытия чаши водоёма, чтобы сохранить воду в бассейне до следующего сезона дождей. В дальних землях Гран Чако, между поселениями на речных каналах и фермами в степи, проложим асфальтовые дороги.

— Да ты, батька Алексей, и впрямь вознамерился анархистский рай построить, — присвистнул Андрюха.

— Вот с дальнего края Гран Чако, где поселились красноармейцы с анархистами и начнём сотворение нового мира, — задрав бороду и приняв величественную позу, гордо изрёк истинный владыка Парагвая. — А тебя, достойный отрок, назначаю управляющим всей благодатной земли Гран Чако.

Андрюха не стал смеяться над шуткой атамана, восприняв ответственное поручение очень серьёзно.

— Я уж тебя, отец казацкого народа, не подведу, — распрямив спину, приосанился важный сановник. — Вот только, батька Алексей, золотой запас в нашей державе маловат для столь грандиозных преобразований голой пустоши. Ведь, почитай, сейчас все добытые средства уйдут на промышленный район в Асунсьоне, а прибыль от сельхозпроизводства и рыбоводства ещё не скоро поспеет.

— Добудем и для тебя, Андрюха, ещё золотишка, — поднявшись, обнял соратника за плечи атаман. — Генерал Беляев нашёл сведения о затонувших кораблях в районе североамериканских берегов. На днях отправлюсь с водолазами во Флориду. Пустим слух, будто бы во время недавнего урагана затонуло парагвайское торговое судно. Вот и поищем его остатки в опасных водах побережья, а заодно, тихаря, и золотишко с потопленных испанских каравелл вытащим.

— Ты это, батька, покрупнее с собой транспортное судно бери, — алчно загорелись глаза у казацкого завхоза. — Задачи стоят грандиозные, золотишка немало потребуют.

— Величина добычи будет зависеть от того, насколько богатых утопленничков господин Беляев нашёл, — рассмеялся Алексей. — Прямо сейчас и пойду пытать старого историка–картографа.

Однако Алексей отправился встречаться не только с начальником артиллерии и инженерных войск генерал–майором Иваном Тимофеевичем Беляевым, но и с его фронтовым другом, начальником генерального штаба генерал–майором Николаем Францевичем Эрном. И разговор у них состоялся не только об испанских кладах на дне моря.

— Ну как дела у нас с артиллерией? — после дружеских рукопожатий, сразу приступил к делу атаман казачьего войска.

— С пневматической или пороховой? — уточнил вопрос Беляев.

— Давайте, Иван Тимофеевич, сначала разберёмся с боевой артиллерией, а уж потом посмотрим на работу тренировочной пневматики.

— Уже приступил к работе первый цех по производству переносных миномётов. Наращиваем мощности по изготовлению боеприпасов, — без особого энтузиазма ответил старый генерал. — Ничего другого слабая промышленность Парагвая пока себе позволить не может. Оно конечно, в условиях предстоящего театра боевых действий в предгорьях Анд и на поросших кустарником западных пустошах Гран Чако лёгкие миномёты будут очень эффективны. Однако и дальнобойная артиллерия была бы полезна, особенно при обороне пограничных фортов.

— Сосредоточьте в фортах всю имеющуюся в наличии старую артиллерию, — приказал атаман. — Другие пушки производить не будем, снарядов докупим у соседей.

— А что делать с наследием Черноморского флота? — напомнил начальник штаба. — Мы же уйму снарядов с кораблей утащили, да и кое–какие морские орудия свинтили.

— Установите корабельные орудия тоже на бастионах фортов.

— А с крупнокалиберными снарядами что делать? Орудийных стволов под них у казаков нет, — тяжело вздохнув, грустно заметил начальник артиллерии.

— Поступим со снарядами, как в старину казаки использовали трофейные турецкие боеприпасы, — усмехнулся Алексей. — В детстве мне крёстный отец рассказывал о «казацкой артиллерии».

— Не слышали о такой, — переглянувшись с товарищем, признался старый генерал. — Казаки сами пушек не производили.

— А они не из пушек стреляли, — продолжал интриговать Алексей.

— «Сапёрная артиллерия»! — хлопнув себя по лбу ладонью, вспомнил точное название казацких самоделок Беляев. — Нам ещё в академии профессор–историк тоже рассказывал об использовании в Турецкую кампанию крупных зарядов при обороне пехотных позиций.

— Прошу пояснить, — устыдившись пробела в знании военной истории, нахмурил брови начальник штаба.

— Выкапывается углубление с задней вертикальной стенкой, а в сторону наступающего противника с откосом в тридцать градусов, — стал показывать на пальцах Беляев. — К стенке закладывается заряд пороха, а в сторону откоса выкладываются камни или чугунные ядра. При подходе противника зажигается фитиль, и взрыв пороха выбрасывает поражающие элементы в сторону пехоты.

— Если ядра разрывные, то им заменяли фитили на быстровоспламеняемые, — дополнил Алексей. — Тогда снаряды разрывались в воздухе, как шрапнельные заряды.

— И далеко ядра улетали из «сапёрной пушки»? — с сомнением поморщился генерал Эрн.

— Так при обороне позиций далеко стрелять и не требуется, — пожал плечами Беляев. — А если вместо пороха закладывать толовые шашки, то на сотню метров легко зашвырнуть даже крупнокалиберный снаряд. Расстояние зависит от величины выталкивающего заряда и веса боевой части. Надо только вместо ударного взрывателя установить пороховой запал. Для большего поражающего действия можно ещё поместить боеголовку в металлическую трубу, засыпанную шрапнелью.

— Тут и без шрапнели пехоту в клочья разорвёт, — поёжился начальник штаба. — От снаряда главного корабельного калибра получится глубоченная воронка.

— А вот тут, коллега, вы ошибаетесь! — оживился старый артиллерист. — Шрапнелью надо начинять трубу плотно, ибо поражение пехоты будет производиться не кусками вывороченного грунта, а исключительно ударной волной. Зато уж силища от взрыва получится колоссальной, так как не уйдёт вглубь воронки, а распространится вдоль поверхности.

— Эдак, ударная волна на сотни метров всё сокрушит, — задумчиво почесал подбородок начальник штаба и нашёл явный изъян в чрезмерном заряде. — Как бы шрапнелью и наших казачков в обороне не зацепило.

— А казаков рядом не будет, — опять удивил атаман–затейник. — Мы будем обстреливать «сапёрной артиллерией» вражеские колонны на марше. В западных областях Гран Чако, среди безбрежных зарослей колючего кустарника, очень мало дорог. Водные артерии тоже все наперечёт. Надо лишь заранее подготовить места для замаскированных минных ловушек.

— И подрывать мины издали, пользуясь проводами и электродетонаторами, — развил мысль атамана Беляев. — Точность попаданий особо не важна, хотя можно и заранее всё рассчитать. Крупные заряды накроют взрывами большие участки дороги. Вражеские сапёры не смогут обнаружить минные ловушки, так как они располагаются в сотне метров от дороги, да ещё отгорожены густыми полосами непроходимого колючего кустарника.

— Подрывать мины можно и командами по радио, — пришла новаторская мысль к Алексею. — Думаю, нашим радиокудесникам не составит большого труда придумать подрывную радиомашинку и соответствующие детонаторы. Ради столь крупных минных засад можно и на дополнительные расходы пойти.

— Ох, владыка, и добрая у вас душа, — криво усмехнулся начальник штаба. — Всё о людях печётесь, даже на непрошеных гостей вам никаких денег не жалко.

— Встретим щедрыми подарками, — зло осклабился добрейший батюшка. — Пусть супостаты только сунутся в наши райские земли.

— Алексей, думаете, что всё же со стороны Гран Чако придут? — пытливо посмотрел в глаза пророку начальник штаба.

— А им больше деваться некуда, — развёл руками казацкий стратег. — Верховья Пилькомайо мы перегородим высокогорными фортами и подводными минными полями. С севера — сплошные болота. Обойти восточнее не дадут непроходимые бразильские леса. Пуститься к югу не позволят крутые горные хребты Анд, да и аргентинцы тогда в свару влезут. Нет, один путь у боливийцев — только всеми силами тупо переть с запада.

— Так, может, и вовсе не полезут? — хотелось надеяться на мирный исход начальнику штаба.

— Боливии нужен позарез выход к морю, — покачал головой Алексей. — А когда узнают о нефтяных запасах Гран Чако, то последние сомнения у них отпадут. Богатенький малонаселённый Парагвай покажется лакомым куском. Не забывайте, господа, на картах завистливого соседа спорные земли Гран Чако давно уже окрашены боливийскими красками. Так что друзья, надо заранее готовиться устлать путь агрессора колючками. Как там у нас обстоят дела с производством пехотных мин?

— Налаживаем, — кивнул Беляев. — Решили изготавливать в деревянных корпусах — это дешевле и эффективнее.

— Металлоискателем деревянные коробочки не обнаружить, — согласился Алексей. — Однако как изделия будут переносить воздействие влаги?

— Стыки проклеиваем надёжно, — заверил Беляев. — Касательно тонкой деревянной оболочки, так мы мины заранее в землю не закапываем. Готовимся к быстрой их установке с помощью мобильных автотральщиков со специальными укладчиками.

— Ну ладно, как-нибудь один дождливый сезон деревяшки выстоят, — махнул ладонью атаман. — А потом пусть гниют — не на годы же минные поля ставим. Только вот самим бы потом на деревянных «невидимках» не подорваться.

— Активно развиваем сапёрные школы, укомплектованные служебными собаками–сапёрами, — отчитался генерал Эрн.

— Только и про остальные направления собаководства не забывайте, — напутствовал атаман. — В пограничных подразделениях и разведывательно–диверсионных группах четвероногие помощники тоже нужны. Да и полиция с нетерпением ждёт ценных розыскников.

После краткой беседы в здании штаба, соратники проехали на военный полигон.

— А вот и наша стрелковая пневматика, — провёл гостей к пулемётной установке, установленной в огромном куполообразном ангаре генерал Беляев. — На этом тренажёре обучаются стрелки автожиров и зенитных расчётов. Пневматический пулемёт закреплён на вращающейся раме, оснащённой электроприводом поворота лафета и ствола пулемёта. Угол обстрела: по горизонтали — триста шестьдесят градусов, по вертикали — девяносто.

— Почему только девяносто? — осматривая конструкцию лафета, спросил Алексей.

— Для автожира сектор обстрела сверху ограничивает несущий винт, а зенитчикам не требуется стрелять вниз по земле. Кстати, все воздушные мишени движущиеся.

— Да, автожир уязвим от атаки сверху, — тяжело вздохнув, признал слабую сторону винтокрылой машины Алексей. — Но ведь аппарат можно быстро посадить на землю и отстреливаться от воздушной атаки через просветы между лопастями винта.

— Мы обучаем стрелков автожиров и искусству обороны с земли тоже, — заверил Беляев.

— Пока изобретатели не придумали, как стрелять через плоскость вращения винта, тренируйте курсантов так. А как проходит обучение по уничтожению наземных целей? — окинув взором многочисленные мишени, расположенные на вершине купола и стенах, спросил Алексей.

— По наземным целям курсанты практикуют стрельбу в следующем ангаре. Там лафет пулемёта подвешен под потолком к движущейся канатной дороге — так создаётся имитация полёта. В обоих стрелковых тирах возможно создать условия ночного боя. Поле боя освещается мерцающими лампами, изображающими неровный свет осветительных ракет. Зенитчики ещё используют прожекторы.

— Интересненько, — довольно потирая руки, одобрил задумку атаман и прошёл вслед за генералами во второй стрелковый тир.

— А как лётчики отрабатывают приёмы бомбометания? — осмотрев другой стрелковый полигон, допытывался Алексей.

— Прошу пройти в третий ангар, — повёл дальше по своим владениям Беляев. — Тут у нас фюзеляж автожира закреплён над движущейся широкой лентой, на которой изображены наземные цели. Сбрасываемые учебные бомбочки оснащены наконечниками с кусочками мела. При ударах по проекции учебной цели, на ленте остаётся видимый след. После оценки результатов бомбометания он легко стирается полосой влажной ткани. Для имитации ветра применяется мощный воздушный вентилятор. Упражнения проходят не только при дневном, но также и фрагментарном искусственном освещении мерцающими слабыми лампами. Кабина пилота имеет возможность изменения высоты своего подвеса и смещения перпендикулярно движущейся ленте.

— Реальное стрельбище тоже есть? — не сомневаясь, уточнил атаман. — Ведь как не имитируй, а отдача ствола при стрельбе другая, да и баллистика полёта пули тоже.

— На тренажёрах нарабатываются лишь навыки ведения активного боя, — кивнул Беляев. — Оттачивают мастерство курсанты на открытых полигонах. Сначала поражают неподвижные мишени на земле, потом учатся попадать по маневрирующим «воздушным змеям». Учебные стрельбы проводятся и при свете дня, и ночью, при подсветке прожекторами и фальшфейерами. Заключительные занятия для стрелков автожиров планируется проводить с борта летящей машины, но это будет, по всей видимости, не раньше, чем через год. Не хотелось бы, до оттачивания навыков стрельбы на полигонах, зря расходовать боезапас и горючее.

— Учебные автожиры у нас двухместные, — пояснил генерал Эрн. — Пилот летает вместе с инструктором и одновременно отрабатывает бомбометание, а вот стрелок в кабине не помещается.

— Николай Францевич, придётся вам на пару месяцев взять на себя контроль над продвижением проектов артиллерийского ведомства, — похлопал генерала по руке Алексей. — Иван Тимофеевич мне нужен для экспедиции в Северную Америку.

— Зачем мне, старику, тащиться к берегам Флориды? — недовольно заворчал генерал. — Карты с местами предполагаемых кораблекрушений испанских галеонов я вам предоставил.

— Думаете, будет выглядеть менее подозрительным, если сам владыка Парагвая приплывёт на розыски потерпевшего крушения сухогруза? — задал резонный вопрос Алексей.

— А зачем с ним прибудет ещё и генерал–майор артиллерии? — криво усмехнулся Беляев, совершенно не горя желанием бросать дела в Парагвае ради отыскания кладов.

— Розыски утонувшего сухогруза и подъём с его палубы контейнеров с ценным оборудованием будет второстепенной задачей экспедиции, — хитро улыбнулся казачий атаман.