Не боярское дело 4. Часть третья

Максимум - две-три недели работы моих бомбардировщиков, с учётом их необычных бомб.

Да, я денег изрядно потрачу, но зато кроме Борнео под шумок весь остров Сулавеси себе отхвачу и французские репарации, а они того стоят. В минус точно не уйду.

Вроде бы простая истина - разрушать гораздо дешевле, чем создавать. Но отчего-то не все об этом помнят.

Чуть было не накрыло меня моей же идеологией - оказывается, французы направили свою диверсионную группу на мой Маньчжурский металлургический комбинат.

Наивные поцы!

Сначала наёмники познакомились с монгольскими собаками и их провожатыми, потеряв на этом почти треть своего состава и те полтора десятка носильщиков, из местных, которые тащили на своих плечах взрывчатку.

После этого вояки перековались. Нацепили на себя тридцатикилограммовые рюкзаки со взрывчаткой, но тут мои егеря подоспели.

Взрыв тридцати килограммов взрывчатки, а точней - два таких взрыва, один из которых вызвали снайперы, а второй, пару часов спустя, - миномётчики, и вместо диверсионной группы перед егерями оказалось чуть больше десятка особей мужского пола, изрядно контуженных, каждый из которых отчаянно хотел жить, что вполне объяснимо.

Наёмники. Какой бы романтический флер «диким гусям» не рисовали, но стоит сказать правду - зачастую это сообщество обычных вояк, которые идут на поводу у своего руководителя. И даже то, что на поле боя они выглядят вполне себе адекватно, проявляя там должную воинскую смекалку, их не спасает. В случае возникновения сложной политической ситуации наёмники путаются, как малые дети. Скажем так - любой хитрый военачальник, возглавляющий крупный отряд наёмников, легко может обвести опытных вояк вокруг пальца, если у него хорошо подвешен язык и он знает толк в интригах.

Заказчиком у наёмников оказалось Главное управление внешней безопасности МО Франции (DGSE). Выяснить это было не просто, но тут помогла разведка Германии. Немцы оказались на высоте и за пару дней предоставили бесспорные факты.

- Что ты с ними собираешься сделать? - заинтересовался молодой кайзер Германии, глядя на мою мечтательную улыбку, когда я отложил папку с подборкой доказательств с сторону.

- Ты имеешь в виду их Главное управление?

- А есть какие-то другие идеи? - ухмыльнулся Антон.

- Отнюдь. Мне достаточно знать, что каждый вторник, в десять утра, на бульваре Мортье, в особняке номер сто сорок один, происходит очередная планёрка, на которую собирают руководителей самых значимых отделов и служб. Думаю, что Генеральный директорат внешней безопасности Франции должен перестать выступать заказчиком диверсий в моих странах. Хотят воевать - пусть воюют, а за диверсии я буду с них жёстко спрашивать. Для начала - с непосредственных инициаторов заказа, а потом и глубже копну, если что. Все их Родовые замки в хлам превращу.

- Похоже - это уже перебор… - задумчиво протянул Антон.

- Это ты у нас правитель цивилизованной европейской страны, а я - варвар. Мне положено персонально терроризировать тех, кто пошёл на меня войной. Иначе не поймут.

- Кровная месть?

- Пусть они так считают. Тогда у французов хотя бы будет объяснение, отчего я ударил по их самым болевым точкам. И да, я не собираюсь никого жалеть.

- А на самом деле что?

- Хм. На самом деле мне очень не нравится французская колониальная экспансия и их манера печатать ничем не обеспеченные франки. Это путь в никуда, а если точней сказать - то к следующей мировой войне.

- С колониями всё понятно, хотя, и с франками вроде тоже. Я не хуже тебя помню, что одной из главных причин Третьей Мировой Войны стал американский доллар. Именно его Америка пыталась защитить, наплевав на собственную безопасность и угрозу ядерной войны для всего мира, - согласился со мной кайзер.

- А что ещё оставалось делать крысам, загнанным в угол? Или выплачивать неподъёмный долг всему миру, либо воевать. Американцы посчитали себя самыми сильными и просчитались. Так что мне вовсе не хочется ждать повторения Истории. Финансовый самовар Франции лучше грохнуть вовремя, пока он не переродился в паровоз.

- Надеюсь, ты не будешь в обиде, если некоторые твои высказывания я использую послезавтра, для своего выступления перед Бундестагом?

- Бога ради. Вряд ли я только что сказал тебе нечто такое, о чём ты сам не знал.

- Конечно, знал. Но я сейчас примерил к своей речи некоторые твои фразы, переведя их на немецкий. И поверь - они будут шикарно звучать! - порадовался Антон.

- Не вопрос. Пользуйся, - легко разрешил я, запивая баварские сосиски со сладкой горчицей очень приличным тёмным пивом.

На вечер Антон пригласил меня с Алёной в ресторан тирольской кухни, и я согласился.

Ресторан находился на берегу реки. Впрочем, многие рестораны и кафе находятся на каком-нибудь берегу. Вопрос пространства и вида весьма способствует популярности заведения в этом случае.

Мне понравилось, как искусно берег был немного подсыпан грунтом и укреплён бетоном, образуя этакий обширный язык, с прекрасным обзором на воду. Оригинальное и недорогое решение, позволившее ресторану создать свой небольшой парк. Десятка два деревьев, три или четыре беседки, укрытых кустами - короче, есть где разгуляться горячим парочкам, если кого вдруг приспичит.

Кухня здесь так себе.

Пара свёрнутых в круг колбасок разного цвета - светлая и изрядно поджаренная, два соуса - белый и красный, и крупнонарезанные овощи. Зато пиво шикарное! А ещё порадовали необычные солистки, судя по всему - мать и дочь. Они продемонстрировали нам очень необычное тирольское пение под сопровождение небольшого оркестра из пяти музыкантов.

В итоге - посидели неплохо, но как по мне, не настолько замечательно, как это отражалось на лицах Антона и Алиски. Эти двое были просто счастливы и, очень похоже, что и от нас с Алёной они ожидали такой же волны восторга. Но вот нет.

Может Антон уже и проникся национальными ценностями, вроде тех же жирных колбасок и этнического песнопения, но я ни тем, ни другим не готов был искренне наслаждаться.

Да, пиво здесь подали действительно хорошее. На этом, пожалуй, и всё, чем мне этот вечер запомнился.

Если кто-то считает, что я просто так, ради интереса коллекционирую свои впечатления о странах, их кухне и прочих прелестях, то нет.

Просто пытаюсь найти идеальную модель благостного устройства страны, и питание народа стоит в этом вопросе далеко не на последнем месте.

Понятное дело, что всегда найдётся куча умников, которые начнут доказывать якобы очевидное, пытаясь убедить всех вокруг, что каждая национальность любит и ценит лишь свою кухню.

А вот Харбин им в задницу!

Многонациональная столица Маньчжурии показывает совершенно другое отношение!

Если что, в Харбине представлено больше трёх десятков различных кухонь мира.

Я своими глазами видел грузин и армян, млеющих в индийском ресторане. Русских мужиков, балдеющих от еды в тайских и китайских ресторациях. Азиатов, с восторгом лопающих беляши и чебуреки. А от трициклов, развозящих пиццу, роллы и шаурму на улицах города скоро начнут возникать пробки.

И я не упоминаю про узбекский плов, шашлыки и корейские пигоди.

Так что я очень скептически отношусь к вопросу предпочтений в кухне. Есть у меня уверенность, что при одинаковой цене и питательной ценности, едва ли половина людей схватится за свои национальные блюда, а не закажет другие, если у них будет выбор.

Миф о национальных предпочтения - это просто миф. В каждой нации найдутся те, кто выберет, что именно ему будет вкусно.

Вполне допускаю, что может кого-то слегка и повеселит, чем целый князь и могущественный сюзерен развлекается - о жратве думает, когда у него глобальные проблемы налицо.

На самом деле всё очень просто объясняется. Мне вполне достаточно воспоминаний о лицее. Он хоть и был не из самых плохих, но кормили там из рук вон отвратительно.

Я никогда не мог наесться досыта, и вовсе не потому, что еды на тарелках было мало - её просто не хотелось есть. Я не капризничал. Если вдруг за обедом попадалась сосиска или сарделька, то она тут же уничтожалась, буквально, за секунды, как и половинка яйца или кусок хлеба с маслом. Каши уходили хуже. А вот бледно-серая овощная похлёбка или кусок липких холодных макарон… Нет. Они всегда оставались нетронуты. Разок меня вырвало, и больше я никогда не рисковал это пробовать.

Рассказать вам, как сильно я ненавидел лицей, его учителей и всю страну, когда ложился спать несколько лет подряд с урчащим от голода брюхом?

Сейчас я правитель нескольких стран. И я не хочу, чтобы школьники и студенты ненавидели свою страну, даже из-за такой мелочи, как невкусная еда.

На самом деле, когда у тебя в руках куча властных рычагов, то ничто не мешает мне сделать тысячи жизней мальчишек и девчонок чуть радостней.

Для этого я и изучаю кухни мира. Хотя, нет. Вру. Не только ради школьников и студентов. Просто они первые на очереди. Следующими будут бойцы ЧВК. А потом это станет вопросом государственной политики. Заказывать продукты будем по госконтрактам, чтобы цены в государственных магазинах выходили лояльные и доступные для всех слоёв населения.

Смешно? Ну, смейтесь дальше.

Когда в Японию пришла австралятина (мясо кенгуру), то я, не понимая тогда, что происходит, заработал сразу тысячу очков репутации в глазах простых бедных японцев, которые мяса в своих тарелках годами не видели. Обычная их пища - рис, рыба, морепродукты и зелень. Когда у них, по доступным ценам, появилась баранина и телятина из Новой Зеландии, то СМИ забили тревогу. В стране пошла волна акселерации. Молодёжь стала на полголовы-голову выше отцов!

В Маньчжурии тоже всё хорошо. Монголия под боком и мясопродукты из неё давно уже пошли широким фронтом, в том смысле, что в ассортименте.

Может, кто и скажет, что я пытаюсь исправить свой личный комплекс, заработанный в детстве, в Угличском лицее. Да и пусть! Зато школьники моего сюзеренства не будут ненавидеть свою страну, засыпая голодными.

По крайней мере Отдел питания при Министерстве Образования - фигня вопрос. Как и мотивировка крайне жёсткого контроля.

Достаточно сказать, что раз в неделю каждый из членов моей семьи будет заезжать в какую-нибудь школу с проверкой.

Впрочем, довольно про минусы.

Пиво в Германии зачётное!

- Антон, а не подскажешь, как бы мне, с помощью немцев, несколько крупных пивоварен в Маньчжурии и Японии построить? Если нужно, я и землю выделю на подходящем источнике, и со стартовым капиталом помогу.

- Пф-ф-ф, да не вопрос. Сейчас вызову своего секретаря и он, от твоего имени, сформулирует предложение Союзу пивоваров. У каждого из них есть вторые и третьи сыновья. Дальше сам понимаешь.

- Угу, - согласно кивнул я головой, - Дело знают, а наследство им не светит.

Кстати, с пивом пора завязывать. Как-то пьяненько у меня всё вышло.

Немецкое пиво - это тебе не маньчжурский бледно-жёлтый кисляк, которого хоть ведро выпей, и ничего тебе за это не будет.

Когда мы вернулись в гостевые покои дворца кайзера, я ещё раз прокрутил в голове, чем ещё можно неприятно было бы удивить и шокировать Францию. Между делом, даже языком поцокал, вспоминая запрет Рюмина на изучение тектонического оружия предков.

Мне тогда около десяти тысяч кубометров бетона пришлось залить в нижние ярусы моего техномагического центра, чтобы навсегда похоронить многокилометровые тоннели с кабелями и заглушенные реакторы.

Сейчас, с высоты прожитых лет, я понимаю, что это было верное решение.

Мы тогда отказались от легендарной пугалки, которую вряд ли смогли бы осилить, зато приобрели нечто большее - развитую техномагию и продвинутую электронику.

На сегодняшний день, благодаря практически бесплатной энергии, мы стали самыми крупными в мире производителями сапфирового стекла. Каждый год его выпуск увеличивается в три-четыре раза, а его всё равно не хватает. Я пробовал поднять цену, увеличив её на двадцать пять процентов. Цель была простейшая - немного снизить нагрузки на производство. Какое там…

В итоге мы заимели ажиотажный спрос и число заказов лишь увеличилось. Этак, раза в полтора.

Директорат моего АМО чуть ли не с ножом к горлу приставал, требуя для себя гарантированный объём сапфировых накопителей в течении пяти лет. Оказывается, пошла гибридная автотехника. И хорошо пошла! Как только сеть зарядных станций начала расти, так и спрос на гибриды подпрыгнул.

И с электроникой у нас прямо беда.

Когда-то я думал, что помещений техцентра мне на всю жизнь хватит - так вот нет. Там уже всё плотнячком, и скоро цеха начнут вылазить наружу. И это при всём том, что мы открыли в Японии пару фабрик, а теперь и в Маньчжурии целый завод собираемся запускать. Но сдаётся мне, что и его скоро не хватит.

В этом плане меня приятно удивила Корея, куда я всё-таки слетал на три дня.

Из того, что мне показали, становилось очевидно, что корейцы на полном серьёзе нацелились на захват большинства рынков бытовых товаров.

На первый взгляд - ничего необычного и крышесносного они не предлагали. Скорей, наоборот. Всё в меру функционально, надёжно и недорого.

- Ты знаешь, наверное, я не очень хочу делиться с Кореей нашими успехами. Если помнишь, то их отдел на Сеульской выставке, посвящённый презентации премиальной техники, меня совсем не порадовал. Инверторы, красочные плоские экраны - мы пока отстаём от них по некоторым изыскам, но заметно выигрываем в производительной мощности, - подвёл я свои впечатления за семейным столом, когда мы вернулись на Окинаву, - На равноценный обмен, как меня пробовали развести, такие вещи не тянут.

Светка меня внимательно слушала, но при этом как-то ехидненько улыбаясь.

- Я в вашей электронике дуб-дубом. Зато с Мёнсун ты два дня подряд ворковал. Мог бы с ней всё на месте обсудить, - прервала жена свою трапезу ради ответа.

Уела, что могу сказать.

Два дня из трёх нас сопровождала симпатичная девушка-гид. Очень милая и коммуникабельная. Заодно она и в электронике неплохо разбиралась, а в ряде специфических моментов технологий, так вообще показала себя с лучшей стороны, заставив меня пару раз открыть рот от удивления.

- Пф-ф, ещё я с гидом о делах не беседовал, - важно заметил я, нацелившись вилкой на аппетитную полоску кальмара на своём блюде.

- Вообще-то Мёнсун - старшая дочь Императора Кореи. И она вторая в списке наследников, - вздохнула Светка.

Моя рука дрогнула и по кальмару я промазал…

Глава 29

9 мая 221 года от Начала. Россия. Столичный особняк князя Бережкова.