Не боярское дело 4. Часть третья

Всё понятно. Антону, как и мне, не хватает людей.

Чисто теоретически немцы могут изготовить очень неплохие самолёты. По крайней мере нынешний уровень технологий у них ничуть не ниже, чем был у Германии во времена Великой Отечественной войны, что произошла у наших предков. Так почему бы им не делать те же Мессершмитты и Юнкерсы?

На самом деле ответ очевиден.

Стране попросту не хватает рабочих рук. Развитие авиации можно продавить волевым решением, построив моторостроительное производство и сборочные цеха, заодно согнав туда рабочих, или переманив их высокой зарплатой, но это остановит работу десятков, а то и сотен других заводов и фабрик, продукция которых жизненно необходима населению страны.

Заиметь рост недовольства внутри страны ради превосходства в воздухе? А зачем?

Практичные немцы всё посчитали и решили, что шкурка выделки не стоит.

Можно было бы вполне серьёзно опасаться лишь авиации русских, если бы новым кайзером не стал Антон, очень близкий родственник русского Императора.

Вернув себе Эльзас и Лотарингию, немцы на ближайшие годы закрыли вопрос об экспансии в Европе. Вопрос с французской авиацией удалось уровнять путём закупки российских самолётов.

Осталось прирасти несколькими богатыми колониями, в борьбе за которые авиация не потребуется и, Германия воспрянет, как Держава.

Что касается меня, то я, в кои-то веки, решил на войне заработать. И не только деньги, но и международный авторитет для своих стран ВЭС.

Франция объявила нам войну? Какая прелесть! А давайте-ка и действительно повоюем.

Мне кажется, что французский король руководствовался популистскими принципами, когда под влиянием эмоций своего народа, разгневанного показательным уничтожением французской колониальной эскадры, пошёл на то, чтобы объявить войну моему сюзеренству.

Скажу честно, мне непонятно, на что он рассчитывал. Очень похоже на то, что европейцы меня попросту посчитали за главаря, который дорвался до руководства дикарями. Попросту недооценили, не восприняв всерьёз.

Чем-то мне возразить французы могут лишь недалеко от своих колоний. Именно там они считают себя решающей силой. Это заблуждение я и постараюсь развеять в самое ближайшее время. Докажу, что они слабы в самом центре своей страны.

Как именно? Так тут всё очень просто.

Посмотрим, кто из нас дикарь, а кто нет, когда моё авиакрыло пройдётся первый раз по Парижу, стараясь поразить знаковые объекты.

И, если что, обратный отсчёт уже начался. Видит Бог - не я объявил эту войну!

Не стоит думать, что всё в жизни у меня так гладко, как кажется со стороны.

В той же России частенько возникают ситуации, требующие энергичного вмешательства, иногда даже с использованием силовых методов.

К счастью, происходит это год от года всё реже и реже.

Да, сначала нам приходилось очень жёстко отвечать на любые противоправные действия, целью которых был захват каких-то активов моего Рода. Если бы я задался целью коллекционировать скальпы врагов, то заимел бы изрядную их связку, и скорей всего, не одну.

Служба безопасности у меня сейчас одна из самых мощных на всю Российскую Империю.

Алькальды тоже хорошо обучены, и каждый из них давно уже обзавёлся своей собственной агентурной сетью.

Мои девочки - воспитанницы уже подросли и почти все они замужем, кроме трёх оторв, которые стали дамами полусвета. Две из них зажигают в столице, а третья в Петербурге. И вроде бы грустно, что у девушек уже к их восемнадцати-двадцати годам жизнь не сложилась, но поток информации от этих троих идёт просто бешеный. Все слухи двух столиц, а то и вовсе интересные высказывания отдельных личностей - как на ладони.

При встрече у меня язык не повернулся на то, чтобы напрямую указать их полезность наставнице Бельской, пестующей уже четвёртый выпуск воспитанниц, в каком направлении ей девушек стоит готовить. Но про статистику я умалчивать не стал. Рассказал, какая именно троица её бывших подопечных обеспечивает нас доброй половиной крайне полезной информации.

Да, вот таким я стал. Самому не нравится, а что делать. Когда от твоих решений зависит жизнь миллионов людей, то волей-неволей приходится идти на сделки со своей совестью и плодить не совсем приличных дамочек. Так что, не сомневаюсь, что список звёзд полусвета вскоре увеличится, но меня это вовсе не радует.

- Слушай, а эти твои новые бомбардировщики, они какие? - оторвал меня Антон от размышлений.

- Вполне обычные, - пожал я плечами, - Три двигателя, из которых один маготехнический, а остальные реактивные. Максималка по скорости - восемьсот километров. Потолок - двенадцать тысяч. Бомбовая нагрузка - двенадцать с половиной тонн. Дальность с полной нагрузкой на крейсерской скорости в шестьсот восемьдесят - шесть с половиной тысяч километров.

Краткий перечень возможностей бомбардировщиков Антона настолько впечатлил, что до окончания чайной церемонии он больше ничего не говорил.

А зря. Он ещё не знает, какие замечательные бомбы у меня нынче в арсенале появились… Главное - они теперь перестали быть вызывающе дорогими.

* * *

- Не хочешь съездить в Корею? - пристроилась Светка на соседнем лежаке, явно заранее выторговав себе это место у остальных жён.

Нет, ну надо же! Я в кои веки решил полноценно позагорать ради того, чтобы один мой цветущий вид вызывал зубовный скрежет у бледнолицых столичных кавалеров.

- Вряд ли мой визит корейцев сильно порадует, - лениво ответил я жене, не открывая глаз, - Корея сейчас изо всех сил старается соблюдать нейтралитет, а тут вдруг я с визитом. Да от меня все их первые лица шарахнуться, как от огня, - чуть изменил я своё положение на лежаке, чтобы загар лёг ровно.

Так-то, у нас сейчас некоторая пауза для утреннего релакса.

Все мои дети прошли утреннюю разминку, накормлены и сидят на занятиях. Какие могут быть каникулы зимой, если сейчас все их сверстники учатся. Приходится и им соответствовать, иначе наши ребятишки всерьёз рискуют отстать от школьной программы. До окончания занятий ещё часа полтора, которые я рассчитывал провести в полном релаксе и ленивом спокойствии. Мог бы помедитировать, но так тоже неплохо выходит.

Не получилось.

- А зачем нам нужны первые лица? - с виду, довольно беззаботно отозвалась жена со своего лежака, - В Корее и без них есть масса интересного и забавного. Например, фирма, которая у них производит земснаряды и специальные корабли для углубления фарватера в портах.

- Для Японии можно будет купить три-четыре таких кораблика, если они окажутся хороши, и сюда, на Окинаву ещё один, а то японская техника не всегда успевает справляться. Как только серьёзный шторм пройдёт, так некоторые порты недели две отказываются принимать суда с большой осадкой, а мы, как ты знаешь, начали заниматься контейнерными перевозками, - довольно спокойно ответил я жене, не открывая глаз и нежась под Солнцем.

- Вообще-то я про земснаряды хотела сказать.

- А зачем они нам нужны?

- Твой недавний заказ на три золотодобывающие драги, - напомнила мне жена, - Сделать-то мы из сделали, но буквально на коленке. Вышло дорого, не слишком хорошо, а потом, как мы и ожидали, вскрылась куча ошибок и недоработок.

- С чего бы? Чертежи у нас были. И у предков эти драги десятилетиями работали.

- А то ты не знаешь, что в те времена любую конструкцию приходилось дорабатывать напильником, сварочником и кувалдой. Если что, у меня для каждой драги бригада из восьми монтажников была закреплена на первые два месяца их эксплуатации. Без них ничего бы не заработало, как надо. И всё равно вышло не очень хорошо.

- Слушай, но все три драги успешно работают и золота нормально намывают! - приподнялся я на локте, чтобы строго посмотреть на нарушительницу моего спокойствия.

- С бригадой в двадцать два человека, из которых шесть человек нужны, чтобы оперативно устранять поломки, - парировала Светка, - А команда корейского земснаряда состоит всего лишь из пяти человек, а по своей производительности он в полтора раза превосходит драгу.

- А что, земснаряды научились добывать золото? - постарался я вложить с свой вопрос изрядную долю сарказма.

- Почему бы и нет, если на отдельном понтоне к земснаряду не пристегнуть обогатительную линию, - усмехнулась в ответ эта ехидна, снимая с себя лифчик и вытягиваясь на лежаке.

Кстати, запрещённый приём…

- Хм. И что мне это даст? - почти не повёлся я на провокацию.

- Может, несколько лишних тонн золота в месяц, раз уж ты надумал выпускать золотые монеты, - промурлыкала жена, старательно сделав вид, что не услышала, как мой затылок довольно жёстко соприкоснулся с тоненькой подушкой, пристёгнутой к изголовью лежака.

Хм-м… Э-э… Ну, да. Золото мне нужно, и побольше. Но всё равно, что-то здесь не так.

- И ты хочешь, чтобы я ради двух-трёх, ну, хорошо, ради дюжины земснарядов полетел с тобой в Корею? - вспылил я в ответ, мысленно пересчитывая звёздочки в глазах, так как затылком треснулся чувствительно.

- Ну, что ты, милый! Это я так, чисто для иллюстрации пример привела. Земснаряды - это такая мелочь! К серьёзным вопросам по Корее мы с тобой ещё даже не переходили. Мои аналитики там столько интересного нарыли… - томно произнесла Светка, и замолкла, интригантка такая, искренне наслаждаясь солнечными ваннами, посреди календарной российской зимы.

* * *

Стоит ли говорить о том, что в объявленной мне войне я обязательно буду использовать силы архимагов. Конечно же, стоит.

Благодаря гению Шабалина российская теоретическая магия поднялась на невиданные ранее высоты. Но учёный не остановился на своих личных изысканиях и за прошедшие годы создал две команды последователей, занимающихся магией, как наукой.

Московское отделение занимается классической магией, если так можно назвать разновидности заклинаний, в том числе и высших, которые могут существенно отличаться от всего того, что раньше было у магов на вооружении.

Петербургское работает на Адмиралтейство.

Чтобы было понятно, о чём идёт речь, расскажу про испытания, которые я наблюдал своими глазами. Речь идёт про Огненный Дождь. Казалось бы - привычное заклинание, которое есть в арсенале у любого архимага Огня. Оно накрывает значительную площадь большим количеством шаров с плазмой, смертельно опасных даже для Одарённых весьма высокого уровня.

Эффективность этого заклинания прилично снижается, если его использовать на дальних дистанциях.

Скажем так - на расстоянии в три километра среднестатистический архимаг обычно накрывает Огненным Дождём овал примерно шестьсот на четыреста метров, внутри которого неодарённым практически не выжить, если они не закопались глубоко в землю, к примеру, в те же блиндажи с тройным накатом. На дистанции в шесть километров до половины состава из неодарённых может выжить, если они будут укрыты в обычных окопах, так как размеры овала увеличатся вдвое, и шаров плазмы уже не хватит на всех, для уверенного поражения и создания сплошного выжженного поля. При дистанции в девять-десять километров Огненный Дождь стоит использовать лишь по крепостям и крупным поселениям.

Так что можете представить моё удивление, когда как-то раз зимой наставник пригласил меня на испытания Огненного Дождя, со смешком заявив, что дистанция на этот раз составит тридцать километров.

Нет, про удачные попытки создания точечных дальнобойных заклинаний, таких, как Комета, улетающих даже на сорок километров, я уже знал.

Но заклинание, работающее по площади, с его рассеиванием и невысокой точностью… Скажу честно - я не поверил и принял приглашение с весьма скептической улыбкой, и то лишь после заявления Шабалина, что я буду приятно удивлён.

Вылетели мы на дирижабле и вскоре замерли недалеко от мишени, которая представляла из себя невысокую вышку, сколоченную на льду, посреди большо озера. И пусть мы были в стороне от мишени и на высоте в полторы тысячи метров, но, когда Шабалин отдал по рации команду «Огонь», я прикрыл дирижабль парой своих Щитов.

Абсолютно зря. Не прошло и пять-шести минут, как овал Огненного Дождя с исключительной точностью поразил мишень, причём, я готов был поклясться, что вышка оказалась в его центре.

Когда ветер снёс снежные вихри, поднятые взрывами, и облака пара, то мы наглядно увидели практически идеальные размеры овала. Выглядел он так, как будто Дождём пальнули километров с трёх.

- Ну, и как вам, Олег Игоревич? - с усмешкой спросил Шабалин.

- Чувствую подвох, но пока не могу понять, в чём, - чистосердечно признался я, наконец-то разглядев в центре овала тёмное пятно сажи - всё, что осталось от вышки.

- Правильно чувствуете, - одобрительно кивнул учёный, но вместо объяснений, вытащил из внутреннего кармана плоскую серебряную фляжку, из которой набулькал нам в бокалы грамм по пятьдесят коньяка.

Хм, наставник меня на сообразительность испытывает. Ну, хорошо, погадаем.

- Допустим, про то, что вы над дальностью удачно работаете, я знаю, - сделал я первый шаг, под одобрительный кивок ректора, - Что касается рассеивания, то тут на ум приходит шрапнельный снаряд. Точно зная дистанцию, вы смогли вычислить время и выставить «взрыватель» точно по таймеру.

- Уже неплохо, - улыбнулся Шабалин, отсалютовав мне бокалом.

Выпив и закусив, я задрал глаза в потолок. Чем можно объяснить точность попадания?

- Если бы магию, где все структуры нематериальны, можно было привязать к материальному миру, то я бы использовал радиомаяк.

- Бинго! Только маяк у нас был техномагический!

Глава 28

Говорить про то - кто прав, а кто виноват, я не стану.

Было вполне ожидаемо, что Российская Империя нашу войну с Францией не поддержит.

Я это прекрасно понимал. У Императора на весах в первую очередь спокойствие в стране. И пусть Совет Князей из решающего органа власти превратился в этакий индикатор настроений Кланов, но с ним всё ещё стоит считаться. Границы у Империи огромные и большая их часть прикрывается дружинами князей.

Спичку поджечь просто. Потушить пожар - куда сложней. Так что не стоит лишний раз играться со спичками. Сейчас Россия оказывает Германии военную помощь, согласно союзному Договору, и этого вполне достаточно.

Нет, я вовсе не в претензии к Рюмину, что он не поддержал мой наезд на Францию, когда они сами подставились.

Было бы куда обидней, если бы потом пришлось делиться ни за что, ни про что. Так-то у меня имеются серьёзные надежды на изрядную прибыль.

Попросту говоря - я рад, что Россия не встряла в нашу войнушку.

Вышло бы так же нелепо, как и с объявлением войны у Франции моему сюзеренству.

Лично у меня есть мнение, что при столь незначительных военных силах, когда одна страна другой собирается противопоставить всего лишь десятки тысяч воинов, а никак не сотни тысяч и не миллионы, то военная экспансия просто затянется на долгие года.

Впрочем - это относится к классической войне. Из тех, где всё лоб в лоб и рать на рать. Но я вызов Франции принял, предполагая себе совсем иную войну.

Короче - мне плевать, какие светлые идеи будоражат мозг моих будущих соперников в их французском Генеральном Штабе. У нас с ними разные представления о том, что есть война.

В отличие от французских генералов мне не нужны кровопролитные сражения, за которые положены высокие награды и пожизненные почести. Скажу больше - в идеале, мне никакие сражения вообще не нужны.

Не те времена и возможности у нашего небольшого мира, чтобы итоги войны решались исходом противостояния армий.

Зачастую победу обеспечивает логистика и промышленность.

У Франции с этим вопросом всё плохо. Их самые крупные промышленные центры расположены в Париже и ещё пяти крупных городах.