Мистическая Прага. История. Легенды. Предания

В то время снова возрос интерес к раскопкам легендарного города, которые Шлиман проводил в 70—80-х годах XIX века в Малой Азии на холме Гиссарлык.

Генрих Шлиман — знаменитый археолог-любитель

Панорама раскопок Трои

Аферист из Германии вначале прочитал в одном из клубов Праги лекцию о знаменитом открытии Трои, а затем заявил, что Шлиман нашел еще один древний город в Малой Азии, причем поселение якобы намного богаче Трои. И настолько старое, что ни в каких исторических документах не упоминается его название.

Видимо, залетный гость с пренебрежением отнесся к пражанам. Во-первых, не удосужился придумать оригинальное имя и представлялся в чешской столице Генрихом Шлиманом. Так якобы его назвали в честь двоюродного дедушки. Во-вторых, этот тип нарушил правила, существовавшие тогда у сообщества пражских аферистов.

В двадцатых годах прошлого века они почему-то называли себя «шедэ лагвичка», что означает «серый флакон». Для работы в их городе они требовали от «залетных фазанов» приобрести у «общества» «входной билет». Иными словами, каждый приехавший аферист должен был заплатить определенную сумму «серым флаконам» за право «поработать» в Праге.

Новоявленный Генрих Шлиман пренебрег правилами. И сразу стал обращаться к состоятельным горожанам помочь в организации экспедиции на поиски древнего города, названия которого пока никто не знал.

При этом он показывал записи с описанием приблизительного местонахождения несметных сокровищ. Конечно же, аферист уверял всех, что получил уникальные записи от своего знаменитого двоюродного дедушки.

Такой нахальной и неэстетичной работы «серые флаконы» давно не встречали. Обида переполняла их.

— «Залетный фазан» не уважает наше общество и туфтово щекочет фраеров. А за это подлежит наказанию, — единодушно порешили «серые флаконы».

Тут же кто-то из них предложил:

— Чтобы наглец на всю жизнь запомнил Прагу, надо пригласить из Градец-Кралове «старикашку»…

Возражений не было, и «серые флаконы» направили посланца к своему древнему коллеге, прозванному Позлацены Еглице, что в переводе с чешского означает Позолоченная Булавка.

«Вовремя распознать!»

Старый аферист отошел от дел еще в начале века и доживал свои дни в небольшом городке Градец-Кралове, в сотне километрах от Праги.

Полученное много лет назад прозвище теперь его не устраивало, и местным жителям он представлялся как Карл Маркс.

Говорят, мания величия — удел молодых. Но, видимо, иногда она является и к людям пожилого возраста.

Выслушав посланца из столицы, Позолоченная Булавка оживился и от негодования даже забарабанил пальцами по столу.

— Аферистов, то бишь «проворных», лучше наказывать их же оружием, — назидательно заявил молодому коллеге старик.

Заявил так, будто сам никогда не принадлежал к этой криминальной масти.

Посланец из Праги согласно кивнул, а Позолоченная Булавка продолжил:

— «Залетный фазан» столько обманывал людей, что теперь…

— Он никому не верит и всегда настороже, — с готовностью подхватил молодой коллега.

— Вы правы отчасти. — Глаза старика весело сверкнули. — Но! Как говорил мой приятель старина Фридрих Ницше: когда масса недоверия в сознании человека достигает критического предела, она порой взрывается и превращается в приступ безудержного доверия. На какое-то время индивид, погрязший в обмане, становится наивным и доверчивым, как годовалый ребенок. Надо только вовремя распознать такое состояние и умело им воспользоваться…

Позолоченная Булавка улыбнулся, как изголодавшийся человек в предвкушении обильной трапезы.

Обед в отеле «Европа»

Прибыв в Прагу, он первым делом собрал «проворных» и потребовал срочно выяснить все, что можно, о «залетном фазане». «Воровская почта», полиции Германии и Чехословакии исполнили пожелания пражских аферистов, и вскоре «Карл Маркс» встретился с «Генрихом Шлиманом» в отеле «Европа».

В 20-х годах прошлого века здесь обычно собиралась пражская богема, состоятельные коммерсанты и аферисты.

— Рад, очень рад нашему знакомству, — едва сдерживая слезы умиления, произнес Позолоченная Булавка после того, как их представили, и долго тряс руку молодого человека.

Не дав опомниться «залетному фазану», старик с ностальгической грустью закатил целый монолог.

— А я ведь знавал вашего двоюродного дедушку. Встречались мы с ним в Вене, в Берлине, в Стамбуле. Ах, какая был светлая голова! Сколько добрых мыслей, идей, планов носил в себе старина Генрих! До чего же нам всем его не хватает! С трудом могу себе представить, как бы он обогатил человечество, доживи до наших дней! А ведь ваш дедушка собирался посетить Прагу. Мой неугомонный друг мечтал отыскать здесь одну бесценную книгу… Жаль, жаль — не успел…

— Что за книга? — наконец сумел прервать словесный поток старческих воспоминаний «залетный фазан».

— Да стоит ли сейчас об этом, господин Шлиман? — Позолоченная Булавка махнул рукой и изящным жестом на мгновение приложил платок к глазам. — Как-нибудь я расскажу вам о той бесценной книге. А сейчас приглашаю пообедать… — Старик указал на заказанный столик. — Наша пражская кухня — не такая изысканная, как французская, но все же, надеюсь, понравится вам.

Позолоченная Булавка не умолкал и во время обеда.

— Старина Генрих гордился бы своим двоюродным внуком. Слышал, слышал я о вашей благородной миссии. Когда планируете начать экспедицию?

Молодой человек вздохнул.

— Если удастся собрать нужную сумму, то в следующем году.

— А как обстоят дела в Праге? Откликнулись ли наши состоятельные граждане на ваш призыв?

— Сочувствующих нашлось немало, герр Маркс, а вот с пожертвованиями дело идет туго. Все ссылаются на послевоенные экономические трудности… Хотя кое-что уже удалось собрать. — Молодой человек снова вздохнул.

— Да, да, понимаю, — подхватил Позолоченная Булавка. — Но вы, герр Шлиман, не впадайте в уныние. Ваше благородное начинание — продолжить дело незабвенного старины Генриха — не останется без внимания. Я со своей стороны постараюсь, чем смогу, помочь вам.

Заметка в газете

Пока два афериста тихо беседовали о будущей экспедиции и о финансовых трудностях, рядом с ними, за соседним столиком, разгорелось шумное обсуждение свежей газетной заметки. Разговор в компании солидных господ шел на чешском языке.

— О чем так бурно спорят наши соседи? — заинтересовался молодой человек. — Я слышу, эти господа постоянно произносят мое имя или, вернее, моего двоюродного дедушки.

— Так и есть! — Позолоченная Булавка широко улыбнулся. — Бывают же такие невероятные совпадения! Полчаса назад я упомянул о бесценной рукописной книге, которую хотел отыскать старина Генрих. И тут вдруг — заметка в газете… Невероятно! Сейчас я все объясню.

Старик поднялся, шагнул к соседнему столику и заговорил по-немецки:

— Тысячу извинений, господа, за вторжение в ваш разговор. Я Карл Маркс — профессор истории. А моего юного друга зовут Генрих Шлиман! Да, да, не удивляйтесь, господа! Это внук того самого знаменитого Шлимана!

Шумная компания на мгновение смолкла, а затем послышались возгласы удивления и даже — аплодисменты.

Польщенный таким вниманием к своей особе, «залетный фазан» поднялся и, церемонно приложив правую ладонь к сердцу, поклонился.

— Не желаете ли присоединиться к нам? — спросил один из шумной компании.

— Мы будем счастливы разделить обед с таким замечательным человеком, — отозвался другой.

Позолоченная Булавка виновато улыбнулся.

— В другой раз, господа… Сегодня мой юный друг устал, и нам еще предстоит долгий разговор. Обещаю: мы с вами на днях непременно встретимся. А пока я хотел бы одолжить для господина Шлимана газету с публикацией, которую вы обсуждали.

Участники застолья с пониманием восприняли его слова и отдали старику газету.

Вернувшись на свое место, Позолоченная Булавка тут же перевел новому знакомому текст заметки: «Известный американский миллиардер Гарольд Вандербилт возжелал приобрести бесценную рукописную книгу Песни Влтавских неандертальцев. Мистер Вандербилт намерен подарить это уникальное древнее творение Гарвардскому университету. Вопрос лишь в том, как отыскать книгу.

Несколько десятилетий назад ее собирался приобрести известный предприниматель и археолог Генрих Шлиман. Он считал, что Песни Влтавских неандертальцев хранятся в Праге у какого-то коллекционера. Господин Шлиман не успел осуществить эту мечту. Может быть, повезет Гарольду Вандербилту?..»

Старик протянул молодому человеку газету.

— А теперь взгляните, какую сумму намерен отвалить американский миллиардер за легендарную книжицу.

«Залетный фазан» нетерпеливо скользнул взглядом по заметке и аж присвистнул:

— Да таких денег хватит на все снаряжение моей экспедиции!..

Позолоченная Булавка оживился.

— Еще одно совпадение в день нашей встречи! У меня тоже мелькнула мысль: а не использовать ли деньги почтенного Вандербилта в вашем начинании?

Молодой человек развел руками.

— Рад бы, но где раздобыть интересующую его книжонку?

Обсуждение проекта

Выражение лица Позолоченной Булавки мгновенно сделалось серьезным. Он придвинулся к собеседнику и с какой-то нерешительностью тихо заговорил:

— Мой юный друг, твердо не обещаю, но, кажется, я смогу вам помочь. В наше время развелось столько болтунов и обманщиков… — Старик сделал многозначительную паузу и, перейдя почти на шепот, продолжил: — Стопроцентную гарантию не дам, но я примерно знаю, где и у кого хранится книга «Песни Влтавских неандертальцев»!

— Что я должен делать, repp Маркс? — так же шепотом поинтересовался молодой человек.

— Прежде всего с этой минуты соблюдайте осторожность. Даже добропорядочные господа за соседним столиком могут стать вашими конкурентами и опередить вас. Как говорил в далеком прошлом Сэмюэль Джонсон: «Великое искусство жизни — играть много, но рисковать немногим». Конечно же, на поиски легендарной книги понадобятся деньги…

Тут в голосе «Карла Маркса» послышалась растерянность.

— Но у вас же их нет…

— Кое-что мне все же удалось собрать в Праге. Кроме того, у меня имеются сбережения в банке…

Позолоченная Булавка сделал протестующий жест.

— О-о, нет-нет! Вы наверное имеете в виду «Коммерц унд приват банк» или «Дрезднер банк»? — В глазах старика появилось сострадание к собеседнику. — Если ваши сбережения хранились там…

Неандерталец

Молодой человек, не дав ему договорить, самодовольно ухмыльнулся и с нотками торжества заметил:

— Я предвидел и рассчитал, куда и кому нанесет финансовый удар мировая война. Поэтому сбережения мои в Британском Барклейс банке. Их я могу получить в Вене, а это ведь совсем недалеко от Праги…

— Разумно, очень разумно, — одобрительно кивнул Позолоченная Булавка. — Как я уже сказал, вы — действительно достойный продолжатель дела Генриха Шлимана-старшего.

— Какой процент вы возьмете в случае успеха? — деловито поинтересовался молодой человек.

Старик всплеснул руками.

— Полноте, мой юный друг! Я помогу отыскать «Песни Влтавских неандертальцев» без всякого вознаграждения, из уважения к вашему дедушке и симпатии к вам. Конечно, понадобятся накладные расходы, но это сущий пустяк. Думаю, сговоримся…

— Я тоже в этом уверен, — снова ухмыльнулся «залетный фазан».

Однако взгляд его тут же сделался настороженным.

— Вот только никак я не пойму, герр Маркс, кто, как и когда смог записать фольклор неандертальцев? Они ведь вымерли то ли десять, то ли тридцать тысяч лет назад…

Позолоченная Булавка мысленно чертыхнулся: «Жаль, что тебя, неощипанного „фазаненка“, вытурили не из первого, а из пятого класса мюнхенской гимназии. Тогда, может, и о неандертальцах ничего не знал бы…»

Но вслух заговорил весьма уважительно к собеседнику:

— Понимаете, мой юный друг, у нас в научном мире существуют разные точки зрения на неандертальцев. Действительно, есть гипотеза, что эти человекообразные существа канули в Лету примерно тридцать — сорок тысяч лет назад. Но вот когорта ученых во главе с профессором Либермайером из Дрездена еще в середине XIX столетия пришла к иному мнению. Они считали, что неандертальцы существовали в Европе и уживались с нашими предками даже после появления христианства. Некоторые из таких древних человекоподобных видоизменились до неузнаваемости…

Позолоченная Булавка хихикнул и обвел взглядом зал ресторана.

— Кто знает, может, мы сейчас соседствуем с потомками неандертальцев. Кстати, мой друг, а ведь ваш двоюродный дедушка горячо поддерживал гипотезу профессора Либермайера.

— Да-да, я что-то слышал об этом, — с готовностью подтвердил собеседник. Но в глазах его еще таилась легкая настороженность.

«Жемчужные мастера»

Через несколько дней после встречи двух аферистов в отеле «Европа» «Генрих Шлиман» отправился в Вену, а «Карл Маркс» — на остров Кампа.

Этот славный уголок Праги отделен от Малой стороны речкой Чертовкой — притоком Влтавы. С XVII века на Кампе устраивались знаменитые на всю Чехию базары. Здесь издавна строились водяные мельницы, разводились сады, выращивались лекарственные травы.

Остров Кампа

Водяная мельница

Примерно с 1784 года, когда Градчаны, Малая сторона, Старый и Новый город были объединены в единый административный комплекс, остров Кампа облюбовали «жемчужные мастера». В криминальном мире так называли изготовителей всевозможных фальшивых предметов, украшений, документов. Эти умельцы селились в небольших частных домах. Жили и работали они, стараясь не привлекать к себе внимание властей.