Три цвета волшебства

Женщина раздраженно взглянула на Лотти:

– Здесь магазин или нет? Я хочу купить мышь. И клетку для мыши. И все остальное, что нужно. Просто сложи все в пакет.

Раздался возмущенный крик. Обернувшись в ту сторону, Лотти увидела, что девочка пытается выдернуть перо из хвоста Горация. Софи уже мчалась вверх по лестнице, спеша убраться подальше от этого мелкого чудовища.

– Хорошо. – Все что угодно, лишь бы скорее от них избавиться, подумала Лотти. Она выберет им симпатичную тихую мышку. Она продаст им самую дорогую, самую большую клетку, чтобы мышке было где спрятаться. Она взяла девочку за руку: – Давай выберем мышку, ага?

– Я хочу эту! – пронзительно взвизгнула девочка, указав пальцем на клетку, которая еще сегодня утром была совершенно пустой. Во всяком случае, Лотти так думала. Но теперь в клетке сидела очень красивая мышка с лоснящейся шерсткой цвета темного шоколада и длинными черными усиками.

– Нет, эту не надо… – пробормотала Лотти, вдруг ощутив острый укол вины. Как можно отдать живое существо этой гадкой девчонке? Ее даже близко нельзя подпускать к животным! Лотти в отчаянии огляделась по сторонам. Где дядя Джек? Почему его так долго нет?!

– Я хочу эту! – завизжала девчонка и снова ударила Лотти сумкой.

Лотти с тревогой взглянула на мышку и уже собралась бежать за дядей Джеком – пусть даже потом она будет чувствовать себя глупо, – но тут мышка ей подмигнула. Совершенно точно!

– Мама, она не дает мне мою мышку! – завопила девчонка, и пока она отвлеклась, мышка подобралась ближе к Лотти и прошептала:

– Все хорошо, не волнуйся. Можешь спокойно меня продавать. Будет весело!

Лотти удивленно уставилась на нее, но ничего не сказала, а только пожала плечами, рассудив, что мышка знает о магазине намного больше, чем она.

– А, эту мышку? Конечно, бери эту мышку! – сказала она, очень надеясь, что делает все правильно. – Вам еще нужна клетка. Миски для корма, поилка, спальный домик…

То и дело поглядывая на шоколадную мышку, которая шевелила усами и ободряюще ей кивала, Лотти принялась хватать с полок буквально все, что попадалось ей на глаза. Ей почему-то казалось, что эта мышка гораздо умнее остальных.

Лотти уже закрывала за ними дверь (к счастью, деньги ей дали без сдачи и ей не пришлось сражаться с кассовым аппаратом), когда дядя Джек наконец-то спустился вниз. У него был такой вид, словно он еле сдерживается, чтобы не рассмеяться.

– Где ты был столько времени?! – воскликнула Лотти. – Я только что продала мышку, очень славную мышку… Она сидела в той клетке… Но девчонка, для которой ее купили, сказала, что нарядит ее в кукольную одежду и поселит в кукольном домике. Я думаю, нам надо пойти и забрать мышку обратно!

– Лотти, пожалуйста, успокойся, – сказал дядя Джек.

– Эта девчонка ее замучает! – Лотти чуть не расплакалась.

Дядя Джек похлопал ее по плечу:

– Без паники. В этой клетке, да? Какого, ты говоришь, она была цвета?

– Шоколадного. С длинными черными усами. – Лотти озадаченно нахмурилась, глядя на клетку. – Но я точно помню, что эта клетка была пустой, когда утром я меняла воду в поилках.

– Ну, Генриетта – она такая. Тщательно оберегает свое личное пространство, – рассеянно проговорил дядя Джек. – Может, она не хотела, чтобы ты ее заметила. Я, кстати, ни разу не видел ее шоколадной, обычно она у нас белая. Должно быть, ребенок помешан на шоколаде. Умный ход. Молодец, Генриетта.

Лотти удивленно уставилась на него.

– Это была Генриетта, домовая мышь, – пояснил дядя Джек. – Я редко ее продаю. Только тем покупателям, которые мне категорически неприятны. Очевидно, она поняла, что здесь как раз такой случай. Она все расскажет, когда вернется. Может быть, уже завтра. Или в начале следующей недели. Все зависит от того, сколько ей нужно времени, чтобы сгрызть в доме всю электропроводку.

– Погоди. Ты ее продаешь, а потом она возвращается в магазин? – Лотти озадаченно нахмурилась.

– Ну да. – Дядя Джек, кажется, удивился, почему Лотти не понимает таких очевидных вещей. – Из того, что я слышал, когда притаился на лестнице… – тут он расплылся в улыбке, – эту мелкую кикимору нельзя подпускать к животным ближе чем на шесть футов. И когда Генриетта закончит, ее родители даже думать забудут о том, чтобы купить ей еще одного питомца.

– А что она будет делать? – спросила Лотти.

– Ну, обычно она грызет провода. Говорит, это дает превосходные результаты при минимуме усилий. Но она настоящий профессионал. У нее индивидуальный подход. Она всегда выбирает именно то, что гарантированно рассердит ее новых «хозяев». Скажем, дыры в новом диване. Или художественная инсталляция мышиных какашек в коробке с печеньем – особенно, если печенье с шоколадной крошкой. Подождем и узнаем. Она все расскажет.

Над входной дверью звякнул колокольчик, и дядя Джек обернулся навстречу следующему покупателю. Лотти вздохнула, не зная, сможет ли она привыкнуть к этой новой волшебной жизни. Она с надеждой взглянула на покупательницу – совершенно обычного вида старушку, которая пришла купить вкусненького для своей маленькой толстой собачки и задержалась, чтобы поболтать с дядей Джеком. Лотти ждала, что они начнут обсуждать заклинания, зелья, ручных сов – хоть что-нибудь интересное, – но старушка хотела поговорить исключительно о своих жутких проблемах с ногами.

Теперь, когда Лотти знала, как все обстоит на самом деле, она поражалась тому, что люди приходят сюда за упаковкой кошачьего корма и не понимают, что это волшебный магазин.

– Почему она ничего не заметила? – спросила Лотти у дяди Джека, когда старушка ушла. – Все время, пока она была здесь, Гораций насмехался над ее крашеными фиолетовыми волосами.

Гораций хохотнул и плюнул в Лотти семечком.

Дядя Джек пожал плечами:

– Она ходит сюда много лет, Лотти. – Он обвел рукой торговый зал. – Это зоомагазин. Выглядит как зоомагазин. Пахнет как зоомагазин. С чего бы кто-то решил, что это что-то другое? – Он посмотрел на Горация. – Даже когда некоторые болтливые птицы не могут держать клюв на замке! – Дядя Джек на секунду умолк и задумчиво взглянул на Лотти. – Ты не поверишь, Лотти, но люди просто не видят того, что не укладывается в их стройную картину мира. Почти все хотят быть нормальными, и чтобы с ними не происходило ничего странного и необычного. Я не знаю, что должно произойти, чтобы кто-то хоть что-то заметил. Разве что мыши станцуют конгу[6] на прилавке. – Он пристально смотрел на Лотти. – Но ты многое замечала. Ты разглядела царапины, которыми меня наградили те мифические попугайчики, которых я ездил смотреть. Мы с Дэнни знали, что долго свой секрет не сохраним. Но так и должно быть. Волшебство у тебя в крови. Все-таки твой папа…

В магазин вошел покупатель, прервав их на самом интересном месте, а потом Лотти, как ни старалась, уже не смогла вернуться к этой теме. Дядя Джек постоянно уводил разговор в сторону, да так ловко, что Лотти не сомневалась: тут не обошлось без колдовства. Интересно, подумала она, а что еще он умеет?

Ближе к вечеру Лотти поняла, что она просто взорвется от любопытства, если вот прямо сейчас ей не ответят хотя бы на первую сотню из миллиона вопросов о дядином магазине. Кстати, она очень быстро сообразила, что у волшебных животных есть свои недостатки.

Выяснилось, что командирские замашки свойственны не только Софи, но и многим волшебным животным, особенно кошкам. Четыре черных котенка, с которыми дядя Джек поручил ей играть еще в день приезда, оказались совершенно невыносимыми. Они были такими еще тогда, когда только мяукали, но теперь они разговаривали с Лотти и все утро помыкали ею как могли. Кажется, они считали ее своей личной служанкой и громко возмущались, если она уделяла внимание Софи – даже просто смотрела на Софи, – которую они дружно ненавидели.

– Лооооттиии! – снова раздалось пронзительное мяуканье Селины. Лотти еще не решила, кто из них самый противный: Селина или Уголек, самый крупный и наглый из четырех черных котят. Людей они считали низшей расой, созданной природой исключительно для того, чтобы открывать кошачьи консервы. – Лотти, я хочу есть.

– Ты растолстеешь. Ну ладно-ладно. Только совсем чуть-чуть.

– И мне! И мне! И мне тоже! – Котята столпились у передней стенки вольера, старательно изображая сироток, умирающих с голоду.

– А волшебное слово? – спросила Лотти.

Разговоры с котятами всегда напоминали беседы с невоспитанными трехлетними привередами.

Селина сморщила носик и взглянула на братьев.

– Быстрее! – промяукали они хором.

Лотти очень надеялась, что их скоро раскупят. Она быстро сунула в вольер большую миску с сухим кормом и сразу удрала в кухню. Котята затеяли драку за миску и не заметили, как она убежала. Лотти хотелось скорее найти Софи, чтобы та рассказала ей о магазине.

Софи лежала, свернувшись калачиком, в кресле и притворялась спящей. Когда Лотти вошла в кухню, Софи приоткрыла один глаз – посмотреть, не принесли ли ей чего-нибудь вкусненького, – и тут же закрыла, когда поняла, что ничего вкусного нет.

– Софи, просыпайся, – сказала Лотти. – Мне нужно с кем-нибудь поговорить. Софи, пожалуйста! – Она на секунду задумалась и решила прибегнуть к подкупу: – Слушай, Софи, мама прислала из Франции шоколадные конфеты…

Софи вскочила на лапы так стремительно, что чуть не свалилась с кресла, и так быстро схватила конфету зубами, что Лотти еле успела отдернуть пальцы.

Лотти тайком улыбнулась. Как хорошо, что Софи такая сладкоежка! Пообещав ей еще конфет, Лотти заманила ее к себе в комнату, и они вместе уселись на кровати.

– О чем ты хотела спросить? – проговорила Софи со страдальческим видом.

Лотти удивленно уставилась на нее.

– Лотти, я же не дурочка. Ты подкупаешь меня шоколадом. – Софи невинно похлопала ресницами. – Кстати, конфеты очень вкусные и меня очень легко подкупить шоколадом, – добавила она с надеждой в голосе. – Прямо очень-очень легко.

Лотти дала ей еще один трюфель.

– Софи, мне нужно, чтобы кто-то хоть что-нибудь объяснил, – умоляюще проговорила она. – Вчера дядя Джек сказал только, что животные в магазине разговаривают как люди, и я так удивилась, что не сообразила его расспросить поподробнее… – Лотти помедлила, подбирая слова. – Я вообще ничего не знаю. Получается, это волшебное место?

Софи задумчиво сморщила лоб.

– Да, наверное, – кивнула она. – Иногда это не очень заметно…

Лотти ждала продолжения и, не дождавшись, спросила:

– Хочешь еще конфету? Ты нарочно говоришь загадками?

Софи пожала плечами. Весьма выразительно для существа с такими маленькими плечами.

– Лотти, – прошептала она, – просто все само по себе очень загадочно. Дашь мне еще конфетку?

Лотти вздохнула. Она поставила коробку с конфетами перед Софи, которая с уморительно-серьезным видом принялась изучать красочные французские описания разных видов конфет на бортиках. Она никак не могла решить, какой трюфель выбрать – с шампанским или с лимонным муссом, – и тут снизу раздался голос дяди Джека:

– Лотти! Генриетта вернулась! Хочешь послушать, что было?

Софи в панике уставилась на кон-феты.

– Бери и ту и другую, – сказала Лотти. – Пойдем!

Они бросились вниз по лестнице, и Лотти снова заметила, что Софи бежит по высоким ступенькам как-то уж слишком стремительно для такой маленькой коротконогой собачки. Она как будто вообще не касается лапами досок.

Генриетта – по-прежнему шоколадного цвета, с шерсткой, словно присыпанной порошком какао, – с довольным видом сидела на прилавке.

– Привет, Лотти! – сказала она. – Правда, красивый цвет? Очень идет к моим усикам. – Она смешно сморщила нос и пошевелила усами. – Думаю, пока я такой и останусь.

Дядя Джек вышел из кухни с большим подносом, на котором стояли чашки с дымящимся чаем и маленький наперсток чая – для Генриетты.

– Ну, рассказывай! – воскликнул он с нетерпением. – Что ты им сделала? Наверняка что-нибудь впечатляющее. Мы тебя ждали не раньше чем дня через два.

Генриетта элегантно отпила из наперстка, следя за тем, чтобы не обмакнуть в чай усы.

– Ну, это был особый случай. Миссис Деламер – так зовут эту даму, которая меня купила, – повела малышку Луизу по магазинам, чтобы та не капризничала. Они живут в большом доме у реки. Может быть, ты его видела, Лотти. У них занавески похожи на розовые трусы с кружевными оборками. Деньги есть – ума не надо. У них был званый обед. Все как положено: приглашенные официанты, цветы и так далее. – Генриетта отпила еще чаю, наслаждаясь воспоминаниями. – Луиза почему-то забыла закрыть мою клетку, и я пошла посмотреть, что там в столовой. Я еще никогда не бывала на званом обеде. Почему-то у всех гостей женского пола пропал аппетит, когда я во время десерта выглянула из букета цветов. Бедняжка миссис Деламер пролила на себя сливки. Она была очень расстроена.

Дядя Джек усмехнулся.

– Знаете, – задумчиво добавила Генриетта, – они все еще думают, что я где-то в доме. У нас есть прекрасная возможность избавиться хоть от одного из этих ужасных котят…

Глава 5

Спустя пару дней, когда Лотти снова была за прилавком одна, в магазин вошла молодая женщина. Лотти удивленно моргнула, глядя на посетительницу. Колокольчик над дверью вроде бы не звонил. Как только она об этом подумала, у нее в голове раздалось эхо звонка, но все равно что-то было не так… Как будто женщина просто возникла рядом с прилавком, сгустившись из воздуха. Но ведь так не бывает, не может быть. Лотти покачала головой, озадаченно хмурясь.

Она постаралась понять, знает ли женщина, что это за магазин. Выглядела посетительница необычно. Несмотря на жару, она пришла в черном платье до пола с длинными рукавами. Но, кажется, ей было совсем не жарко. У нее была бледная, почти прозрачная кожа и длинные рыжие волосы, идеально прямые. Лотти всегда хотела иметь такие волосы и неоднократно пыталась распрямить свои кудряшки утюжком для волос, который брала у Рейчел. Но все без толку.

Рыжеволосая женщина огляделась по сторонам, что-то ласково прощебетала мышам, с восхищением оглядела двух новых ядовитых ящериц, гревшихся под какой-то особенной лампой, за которую дядя Джек отдал кучу денег. (Под светом лампы их зеленая кожа приобрела еще более зловещий оттенок.) Потом женщина пристально посмотрела на Лотти, и девочке показалось, что ее вывернули наизнанку. Да, это явно была не обычная покупательница, пришедшая за собачьим ошейником.

– Мне нужен котенок, – мягко проговорила рыжеволосая женщина. – У вас сейчас есть котята?

– Ариадна! Ты уже вернулась! Папа будет на седьмом небе от счастья. – Дэнни влетел в магазин как вихрь и с разбегу обнял рыжеволосую посетительницу. Лотти уставилась на него во все глаза. Она ни разу не видела, чтобы Дэнни кого-нибудь обнимал. – Ты говорила, что ищешь котенка? – встревоженно спросил он. – Что-то случилось? С Мраком все хорошо?

Его знакомая улыбнулась, но как-то печально:

– Ох, Дэнни, он уже старый кот. Скоро выходит на пенсию. Мне нужно готовить ему замену.

Лотти слушала, жадно ловя каждое слово. Кот выходит на пенсию?! Разве кошки работают? Ладно, бывают служебные собаки, но Лотти ни разу не слышала о служебных котах. А потом она вдруг поняла… и почувствовала себя глупо. Ей стало неловко за свою недогадливость и даже немножечко страшно.

Эта рыжеволосая женщина была ведьмой.

Лотти тихонько ахнула. Просто не смогла удержаться. Она почему-то решила, что все волшебные покупатели будут такими же, как дядя Джек и Дэнни: совершенно обычными с виду людьми. Она уже знала некоторых из них, и все они были очень приветливыми и приятными – и почти до обидного обыкновенными. Лотти представляла себе, как они целыми днями сидят на какой-нибудь скучной работе в офисе, а после работы скорее бегут домой, чтобы поболтать со своими питомцами-кроликами. Ей даже в голову не приходило, что среди них попадаются настоящие ведьмы.

Ведьма резко обернулась и с удивлением взглянула на Лотти. Лотти почувствовала, что краснеет, и от этого еще больше смутилась. Дэнни расплылся в улыбке:

– Прошу прощения. Это моя двоюродная сестра. Она недавно приехала и еще не привыкла к нашим чудесам, да, Лотти? – Он ухмыльнулся, и Лотти захотелось запустить в него чем-нибудь тяжелым.

– Извините, – пробормотала она, не глядя на ведьму, и быстро добавила: – Котята в соседней комнате! – Она надеялась, что Дэнни сам отведет ведьму к котятам и ей не придется и дальше мучиться оттого, что она выставила себя такой дурой.

– Пойдем, ты мне покажешь, – голос рыжеволосой ведьмы стал еще мягче и вкрадчивее.

Лотти почувствовала, как вплетенные в голос чары проникают ей в голову, убеждают, что все хорошо, что бояться не надо, никто не причинит ей вреда… У нее слегка закружилась голова, а сердце наполнилось легкой, звенящей радостью. Лотти тряхнула головой и осуждающе посмотрела на ведьму, в первый раз глядя ей прямо в глаза. Глаза были зеленые.

– Умная девочка. Ты же заметила, что я вошла не в переднюю дверь? – Ведьма улыбнулась, и на этот раз ее голос звучал совершенно нормально, разве что с легким намеком на смех. Но смех радостный, необидный. – Просто я не хотела тебя напугать, честное слово.

– Я не испугалась, – твердо проговорила Лотти. – Спасибо.

Она выбралась из-за прилавка и пошла в соседнюю комнату, очень надеясь, что ее не превратят по дороге во что-нибудь гадкое. Например, в жабу. Ведьма, вошедшая в комнату следом за Лотти, восхищенно воскликнула, увидев котят:

– Какие чудесные черные шубки!

Котятам потребовалось три секунды, чтобы сообразить, что к ним пришла вероятная новая хозяйка, о которой они так мечтали. Несколько милых старушек из простых покупателей вовсю умилялись на сладких котяток, но эти черные бестии умели отвадить людей как никто. До встречи с этой четверкой Лотти ни разу не видела, чтобы кошки так тщательно и демонстративно вылизывали себе попу.

Сегодня котята были в прекрасной форме, их усы искрились от радостного волнения. Они уселись рядком в центре вольера, обернув хвосты вокруг лап. Лотти не сумела сдержать улыбку. Конечно, приличным котятам не подобает выпрашивать внимания, и они никогда не позволят себе ничего такого, но Лотти видела, что они еле сдерживались, чтобы не завопить: «Меня! Возьми меня! Меня!»

Уголек сердито зыркнул на Лотти.

– У нас грязно! – прошипел он сквозь зубы.

Лотти знала, что в вольере чисто, но все равно прошептала:

– Прошу прощения.

Все равно спорить с ним бесполезно.

– Можно взять их на руки? – вежливо спросила ведьма у Лотти.