Дикая птица

— Что? Вы это… её друзья, что ли? — вышибала обеспокоенно заозирался по сторонам.

— Мы её партнёры, а остальное не твоего ума дело, дружок, — прошипела Рогнеда, тыча вышибалу в грудь. — И если не хочешь неприятностей, исчезни!

— Ты знакома с хозяйкой игорного дома? — прошептал Дарен, когда смущённый вышибала исчез в темноте коридора.

— Понятия не имею, кто она. — Отмахнулась Рогнеда. — Но подбирать работников ей стоит поумнее.

Она вошла в комнату без стука. Это было маленькое помещение, почти коморка. Большой змей сидел на потрёпанном диване и курил трубку.

— А вы ещё кто? — Сплюнул он.

— Надо поговорить. — Дарен закрыл за собой дверь. — Тут на днях вышла неприятная ситуация…

Рогнеда взмахнула руками, и Змея пригвоздило к дивану, трубка упала на пол, рассыпав пепел по старому выцвевшему ковру.

— Что за… — прохрипел он.

— Меня кто-то пытался убить, и я очень хочу знать, кто это был. — Рогнеда приблизилась в Змею и сжала кулаки, позволяя потоку воздуха придавить его ещё сильнее.

— Эй, ты чего? — вмешался Дарен.

— Не лезь! — огрызнулась Рогнеда и вернулась к Змею. — Какой-то умник натравил на меня стаю птиц. Не хочешь ничего об этом рассказать?

— Да пошла ты! — гаркнул Змей.

Рогнеда вздохнула. Конечно, никто не говорил, что он будет достаточно умным, чтобы не создавать себе проблем. Она раскрыла ладонь, взмахнула ею по часовой стрелке, сжала в кулак и повела на себя, с удовольствием слушая, как воздух покидает лёгкие Змея. Он захрипел.

— Видишь ли какое дело, если ты мне ничего не расскажешь, то не сможешь больше дышать. Примерно… никогда.

— Остановись, ты же пытаешь его! — Дарен схватил её за руку.

— Я сказала, не лезь! — крикнула Рогнеда, и поток воздуха отбросил его прочь. — Повторяю вопрос ещё раз. Что ты знаешь о том, кто пытался убить меня? Давай, Змей, я знаю, что в Даргороде по пальцам можно пересчитать такого рода заклинателей. И далеко не все из них могут контролировать целую птичью стаю. Ты должен знать кого-то подходящего.

— Может, это он и был? — Дарен больше не пытался ей помешать.

— Да, конечно. — Рогнеда ухмыльнулась. — Этот дуболом со своим псом едва справляется. Ну, что Змей, готов поделиться? У тебя осталось чуть меньше минуты. Чувствуешь? Ты уже теряешь сознание. Расскажешь тёте всё, что знаешь?

Змей захрипел громче.

— Кажется, это «да». — Рогнеда мило улыбнулась и разжала кулак.

Змей снова смог дышать. Закашлявшись, он повалился на пол.

— Слушаю, — поторопила Рогнеда.

— Иванко, — выдавил Змей. — Иванко шатался здесь пару дней назад и хвастался, что нашёл выгодную работёнку. Сказал, что отвалят денег столько, что он свалит жить к морю. Даже всем нашим пива налил за свой счёт.

— Иванко, значит. — Рогнеда удовлетворённо кивнула. — И где искать этого Иванко?

— Он не появлялся несколько дней уже. Живёт на заброшенной мельнице к востоку от города.

— И что он так хорош, что может заклинать много зверей сразу? — с недоверием спросила Рогнеда.

— Пчёлы, — прохрипел Змей. — Может сразу несколько ульев контролировать. Мёд у него… хороший выходит.

— Прекрасно. — Она похлопала Змея по лысой голове. — Сегодня ты останешься жить. И если хочешь остаться живым и впредь, то лучше никому не говори, что мы заходили, хорошо?

Змей закивал.

— Прекрасно. — Рогнеда повернулась к Дарену. — Ну, что, царевич, ты со мной?

Дарен стоял в стороне и смотрел на неё с нескрываемой ненавистью.

— Ты чудовище.

— Ты когда-нибудь перестанешь говорить очевидные вещи? — хмыкнула Рогнеда и направилась к выходу. — Надеюсь, ты на коне, путь неблизкий.

Глава 5. Мавка из Даргород-реки

Дарен помог Рогнеде взобраться в седло и запрыгнул следом. Вороной конь недовольно всхрапнул и ударил копытом. А Рогнеда отметила, что от Дарена приятно пахло кожей и яблоками. Царевич взялся за поводья, и она оказалась в кольце его рук. Невзначай откинулась назад, ощутив спиной тепло его тела. В груди плотоядно заклокотало желание. Пожалуй, в других обстоятельствах она бы даже позволила себе увлечься.

— Змей сказал, мельница на востоке от города? — голос Дарена вибрировал на коже, а дыхание щекотало затылок.

— Да, мы её не пропустим. Просто поедем вдоль берега.

Дарен ударил коня пятками, и она понеслись по широким улицам Даргорода.

Город опоясывали три высокие стены, расколотые пополам широкой и извилистой Даргород-рекой. Внутри центрального кольца высились Царские Палаты, Гарнизон Вольской Гвардии и башня Совета Чародеев, меж которых лежала плешь центрального рынка. Купцы, ремесленники, вольные ведьмы, знахари жили в красивых каменных дома с красными черепичными крышами в среднем кольце города. Другие горожане, перебравшиеся в город крестьяне и бедняки обитали в маленьких деревянных домиках с соломенными крышами за внешней стеной. Здесь мало кто мог позволить себе добротный каменный дом и черепицу на крыше. Рядом с бедняками обитали упыри, мавки и другая разумная нечисть — им селиться ближе к центру было запрещено законом.

Когда все три городские стены остались позади, Дарен хлестнул поводьями, заставляя коня скакать быстрее. Слева серебрилась на солнце водная гладь Даргород-реки, под копытами клубилась пыль, справа уходило вдаль жёлтое поле, на горизонте превращаясь в лес.

Вскоре показалась из-за поворота та самая мельница. Покосившийся деревянный дом смотрел на гостей тёмными провалами окон, огромное колесо лениво месило воду в реке. Вокруг мельницы стояли деревянные домишки на тонких ножках, совсем малюсенькие, с треугольными деревянными крышами и маленькими круглыми дырочками вместо окон — ульи. Целая дюжина. Пчёл видно не было.

Рогнеда спешилась и, не дожидаясь Дарена, направилась к мельнице. Вокруг было тихо.

Дарен постучал в дверь. Рогнеда прислушалась — ничего. Не желая тратить время на ожидание, она разогрела кровь магией. Ветер налетел вместе с выдохом, ударил в дверь и сорвал её с петель.

— Воу! — Дарен едва успел отскочить в сторону, чтобы не попасть под удар. — Буду благодарен, если впредь ты будешь предупреждать о том, что собираешься что-то разрушить.

— Так неинтересно.— пожала плечами Рогнеда и переступила порог.

Внутри было темно, бедно, но чисто. Ну, не считая обломков двери на полу. Дом — одна комната. Лавка, заменявшая кровать, вместо одеяла — штопанная шаль. Вычищенные горшки на печи, на полу — старенькая дорожка в разноцветную полоску. В дальнем углу — стол, под которым стояла друг на друге дюжина небольших бочонков, видимо, с мёдом.

— Похоже, никого нет дома, — крикнула Рогнеда Дарену, который остался снаружи.

— Он здесь! — отозвался Дарен.

Отлично. Рогнеда поспешила на улицу. Сейчас он у неё получит! Дарен стоял у колеса мельницы и смотрел в воду.

— Ну, и где он?! — Рогнеда толкнула Дарена в бок.

Вместо ответа царевич ткнул пальцем куда-то вниз, туда, где колесо зачерпывало воду. Труп плавал на поверхности, а рёбра колеса то и дело били его по затылку, стараясь затащить под себя, но безуспешно. Прекрасно...

— Какого чёрта?! — гаркнула Рогнеда, и ринулась в реку.

— Ты куда? — Дарен схватил её за руку.

— Как куда? Надо его вытащить. У него мои ответы!

— Он мёртв, Рогнеда.

— Это ненадолго!

Дарен нахмурился.

— Мне надо напоминать тебе, что поднимать мертвецов незаконно?

— Плевать! Этот урод пытался меня убить.

— Рогнеда!

— Что!

— Успокойся.

Рогнеда выдохнула. Хотелось хорошенько врезать по смазливой мордашке этого царевича или утопить, чтобы он больше не путался под ногами. Она сжала кулак.

— Что это? — Дарен прищурился, глядя ей за спину. — Кажется, у него что-то в руке.

Рогнеда обернулась. И правда, в сжатом кулаке Иванко что-то блестело. Дарен скинул сапоги и спрыгнул в воду, схватил Иванко за рубаху и подтащил к берегу. Труп уже посинел и вспух, в груди темнела глубокая рана. Похоже, от ножа. Рогнеде понадобилось хорошенько потрудиться, чтобы разжать одеревенелые пальцы.

— Жемчуг? — Она вытянула длинную белую нить, с которой тут же соскользнули несколько бусин и затерялись в траве. — Думаешь, он успел сорвать бусы с того, кто его убил?

— Очень похоже на правду. Жемчуг крупный. Дорогое удовольствие. — Дарен подобрал перламутровый шарик и посмотрел на свет. — Морской. Очень дорогое удовольствие.

— Отлично. Мы ищем богатую женщину. — Рогнеда похлопала Иванко по карманам, но в них было пусто. — Круг сузился.

— В Даргороде не только женщины любят дорогие украшения…

— Ты не помогаешь!

— Извини.

— Давай, я просто его подниму…

Дарен посмотрел на неё долгим, пронзительным взглядом. Так обычно смотрят родители на неразумных детей. Очень раздражающе.

— Рогнеда, ты помнишь, что собираешься замуж за моего отца? А я подозреваю, что ты чернокнижница. Ты, правда, думаешь, что тёмные чары помогут меня переубедить?

Рогнеда закусила губу. Кажется, она увлеклась погоней настолько, что забыла, что Дарен ей вовсе не друг и даже не союзник.

— Брось, я же хорошая. Я спасла тебе жизнь, помнишь?

— И я всё жду, когда мне это аукнется, — проворчал Дарен.

— Мне кажется, это хороший повод загнать меч войны в ножны и начать налаживать материнско-сыновьи отношения. Обещаю, я буду прекрасной мачехой.

Дарен выдохнул и скептически покачал головой.

— Мачеха, которая младше меня на сколько? Лет на шесть?

— Мне девятнадцать, так что всего-то на пять. Да и возраст — это лишь цифра. Ты всегда сможешь согреться на моей тёплой груди. — Рогнеда очаровательно улыбнулась и тут же испуганно поправилась. — Ну, то есть, я хотела сказать, спросить совета... помощи…

Дарен покраснел и откашлялся, пряча взгляд.

— У нас труп под ногами, имей совесть. — Он отвернулся и направился прочь, к ульям. — Пойдём, нужно возвращаться, скоро стемнеет.

Рогнеда пнула труп, отправляя его обратно в реку. И что на неё нашло? «Согреться на тёплой груди»? Рогнеда поморщилась. Ещё бы тёплую постель ему предложила.

— Что ты делаешь? — окликнул Дарен.

— Возвращаю всё как было. Лучше никому не знать, что мы здесь были. И особенно тому, кто его прибил.

— Ладно, жду тебя у коня! — бросил Дарен и скрылся из виду.

Труп плюхнулся в воду, и Рогнеда присела, чтобы оттолкнуть его от берега. Вдруг что-то в воде привлекло её внимание. Тёмное пятно, напоминавшее пучок водорослей стремительно поднималось со дна.

Когда она поняла, что происходит, было уже поздно. Из воды вынырнула бледная когтистая рука, схватила Рогнеду за волосы и рывком утянула на дно. Больно протащила по камням, увлекая на глубину. Она не успела даже вскрикнуть.

Вода поглотила Рогнеду и сомкнулась над головой, унося прочь звуки внешнего мира. Она в ужасе распахнула глаза и увидела перед собой белое лицо с бледными рыбьими глазами. Мавка!

— Наконец-то ты осталась одна, — прошипела она, выпуская изо рта пузыри. Нет, она не говорила, её голос звучал у Рогнеды в голове.

Мавка была голой и тощей. Тёмные длинные волосы, оплели Рогнеду, и чем больше она дёргалась и сопротивлялась, пытаясь всплыть, тем туже они обвивали тело. Призвать на помощь магию не получалось — руки плотно прижало к бокам.

Мавка улыбалась и гладила Рогнеду по лицу.

— Чудный выйдет обед. Нечасто можно поживиться человечинкой в наше время. Сама знаешь, эти чёртовы гвардейцы в спину дышат. Приходится давиться рыбой да водорослями. Да только разве ж это еда?

Рогнеда дёрнулась и закричала, теряя остатки воздуха. Лёгкие обожгло болью, а в глазах начало темнеть.

— Такая удача, — прошептала мавка. — Мне ещё никогда не платили за еду. Теперь смогу купить себе домик поближе к реке. И платья, много платьев!

Рогнеда уже теряла сознание, когда услышала всплеск, а в следующий миг Мавка неловко дёрнулась и застыла с перекошенным от удивления лицом. Её голова наклонилась на бок и поплыла по течению, отделившись от тела. Путы ослабли, и Рогнеда увидела Дарена. Он отбросил меч, подхватил её и потянул наверх.