Дикая птица

Рогнеда нахмурилась.

— С каких пор ты интересуешься моими делами, Войко? Нос свой не суй, куда не просят.

Войко расплылся в услужливой улыбке и принялся кланяться.

— П-прости, госпожа!

Не удостоив Войко вниманием, Рогнеда покинула двор. Туда, куда она направлялась, гвардейцам лучше не заглядывать. Если, конечно, им была дорога жизнь. Служителей закона там не жаловали, а вот Рогнеда могла бы отыскать зацепки о своём таинственном убийце.

Пыльные улицы Даргорода привели её к центральному рынку. Пахло травами и сырой рыбой — похоже, рыбаки вернулись сегодня со свежим уловом. И правда, у дальнего конца рынка собралась целая толпа.

— Судак! Свежий судак! — кричал продавец из толпы.

— Дерьмо его судак! Вот у меня щука что надо! — кричал второй.

— Сам ты дерьмо, урод!

Рогнеда закатила глаза, вспоминая, почему терпеть не могла центральный рынок. Да и рынки в целом.

— Тётенька, подай монетку, ради Макоши! — Какая-то чумазая девочка лет шести вцепилась Рогнеде в юбку. — Ты такая красивая, тётенька!

— Отцепись. — Рогнеда брезгливо выдернула юбку из её грязных рук. — Молись своей Макоши, а не деньги клянчи.

Девочка зло посмотрела и плюнула ей под ноги.

— Макошь с тебя шкуру спустит, сука! — крикнула она.

«Ненавижу детей», — Рогнеда едва успела увернуться от плевка.

Девочка набрала в грудь побольше воздуха — собиралась плюнуть ещё раз. Но теперь Рогнеда была готова. Едва девчонка плюнула, взмахнула рукой, и собственный плевок оказался у проказницы лице. Девочка завопила от ужаса и отвращения, и в слезах умчалась прочь.

— Много чести, обидеть ребёнка, — проворчала женщина с корзинкой у прилавка с луком.

— У этих богачей-чародеев ни стыда, ни совести, — ответила ей хозяйка прилавка. — Медяка сиротке жалко, а колдовать всегда рады.

— А вы ей чего денег не дали? — поинтересовалась Рогнеда, отряхивая юбку от грязи с рук попрошайки. — Взяли б, да приютили сироту, раз такие сердобольные.

— Да у меня у самой семеро по лавкам, — пробормотала женщина с корзинкой, тут же теряя пыл.

— Да и у меня… — начала было вторая, но Рогнеда их уже не слушала.

Она направлялась к подворотне, которая даже в солнечный день смотрела на торговую площадь тёмным провалом. Едва она ступила в тень, звуки рынка стихли, будто все разом перешли на шёпот. В конце подворотни виднелась красная дверь с маленьким прямоугольным окошком.

Рогнеда постучала трижды. Окошко открылось, показав два карих заплывших глаза.

— Пароль, — пробасили за дверью.

Рогнеда сосредоточилась и нырнула в скудное и по-детски простое сознание того, кто стоял перед ней. Благо, человек смотрел ей прямо в глаза. Но и это простая на вид задача стоила Рогнеде немалых сил. Проникать в сознание людей без их согласия было очень непросто, проникнуть в сознание чародея — почти невозможно. Даже сейчас, она успела заглянуть всего на мгновение и, если бы привратник не повторял про тебя одни и те же слова, видимо, силясь их не забыть, у Рогнеды бы ничего не вышло.

— Мавка по имени Шу, — буркнула она, и окошко закрылось.

Заскрипел замок. Один, второй, третий. И дверь распахнулась, пропуская Рогнеду внутрь. Тёмный узкий коридор увёл её в дымное нутро здания, пропахшее маковой грёзой и пивом. Даже днём здесь было полно людей, в основном картёжников. Они сидели за круглыми столами и бочками и проигрывали последние деньги. Какой-то мужик в приступе гнева выругался и смёл карты со стола. Взмыв в воздух, они разноцветным дождём опустились на пол. Под ноги Рогнеде упала карта с изображением лешего. Уголок был загнут.

— Надуть меня решила? — проигравший ударил кулаком по столу и ткнул пальцем в женщину напротив.

— Заткнись и гони деньги. — Она облизывала алые губы и расслабленно обмахивалась веером из своих карт. — А будешь ещё метить карты, я тебе хер отрежу.

Похоже, угроза была не пустой, потому что мужик тут же побледнел и притих.

Под столом хихикал чёрт — лесной дух, давно перебравшийся жить в города и большие деревни. Маленькие пушистые создания с острыми загнутыми назад рожками, глазками-бусинами, шестью когтистыми лапками и тонким длинным хвостом с кисточкой. Ещё несколько серых чертей прыгали по деревянных балкам под потолком и с любопытством разглядывали гостей. Черти питались человеческими чувствами, оттого прибивались к игорным домам, шумным рынкам и домам публичным. А ещё черти обожали блестящие безделушки.

Проигравший картёжник швырнул на стол кошель и зашагал прочь. Женщина плотоядно улыбнулась ему вслед, взяла из выигрыша золотую монету и опустила под стол. Чёрт выхватил добычу, прижал к чёрной шёрстке и довольно замурлыкал. Рогнеда хмыкнула. Один крапил колоду, а другая использовала чёрта, чтобы подсматривать в карты противника.

Рогнеда обвела взглядом зал. Все здесь только и делали, что проигрывали. В кости, в карты, в городки.

— Я попал, я же попал! Почему фигура не упала?! — вопил мужик, размахивая палкой над «городом» из деревяшек. А Рогнеда заметила за его спиной одноглазого чародея, который, судя по всему, владел чарами воздуха и не давал «городу» рухнуть даже тогда, когда по нему честно попадали палкой.

— Значит, не попал, — хихикнул одноглазый. — Деньги гони! Кто следующий попытает счастье и продемонстрирует меткость?

— А по-моему, ты плут! — мужик занёс над чародеем палку.

— Охрана! — завопил одноглазый.

Рогнеда, не желая быть втянутой в драку, поспешила вглубь комнаты к ещё одной двери. На этот раз чёрной. Но тут ей преградили путь.

Роза — распорядительница игорного дома шла навстречу, раскинув руки. Высокая, широкоплечая в синей мужской рубахе и красных шароварах. Короткие каштановые кудри едва прикрывали уши с массивными золотыми кольцами, на запястьях звенел десяток золотых браслетов.

— О, какая редкая птица залетела в наши края, Рогнеда! — Она растянула губы в широкой улыбке. — Пришла очередное колечко заложить?

Рогнеда скривилась.

— Сегодня я по другому делу, — ответила она, а Роза со всей силы хлопнула её по плечам, так что ноги подогнулись. Глаза распорядительницы сверкнули.

— Княгине Чароградской больше не нужны деньги? — гоготнула она, перехватывая ладонь Рогнеды и целуя пальцы с перстнями. — Али благоверный твой подарки дарить перестал?

Рогнеда высвободила руку и вытерла о юбку.

— Не твоего ума дело. Сегодня есть бои?

Роза ухмыльнулась.

— Решилась-таки поучаствовать? С твоими талантами, быстро…

— Так есть или нет?

Роза схватила Рогнеду за подбородок и приблизилась почти вплотную.

— Если бы не твоя милая мордашка, я бы за такой тон уже выпустила тебе кишки, — процедила она.

— Дёрнешься, и кишки тебе выпущу я, — огрызнулась Рогнеда, Роза вздрогнула и удивлённо перевела взгляд вниз. Острое, почти невидимое лезвие из плотного воздуха вспороло ей рубаху на животе и дрожало у самой кожи, обдавая холодом.

Роза внимательно посмотрела на Рогнеду, плечи её задрожали, и распорядительница расхохоталась.

— А ты умеешь удивлять. За это тебя и люблю! — она хотела добавить что-то ещё, но не успела.

— Всё в порядке? — знакомый голос заставил Рогнеду поморщиться. Вот леший, его ещё тут не хватало. Роза разжала пальцы, отпуская, и Рогнеда обернулась.

— Дарен. — Она выдавила кислую улыбку. — Вижу, тебе уже лучше.

— Твоими стараниями, — Дарен подарил ей не менее кислую улыбку. — У тебя всё… — Он перевёл взгляд на Розу. — хорошо?

Роза прыснула и, звеня браслетами, скрестила руки на груди. С балки на её плечо спрыгнул чёрт, и обвив хвостом шею, взялся маленькими лапками за серьгу в ухе. Роза недовольно дёрнула головой, но прогонять духа не стала.

— Так ты сегодня не одна? — вскинула брови распорядительница.

— Впервые его вижу, — бросила Рогнеда и не прощаясь, прошла мимо, надеясь затеряться в толпе. Роза позади снова расхохоталась.

— Не думал, что ты завсегдатай таких... мест. — Дарен догнал Рогнеду почти сразу.

— Да? Могу сказать тебе тоже самое.

— Я сюда не развлекаться пришёл, к твоему сведению.

— Какое совпадение, я тоже. А теперь прошу меня простить, царевич. — Рогнеда выдавила подобие вежливой улыбки и продолжила идти к заветной чёрной двери в конце зала. — Но мне надо найти своего убийцу, пока он не преуспел.

— Значит, мы тут по одной и той же причине. — Дарен не отставал.

— С каких пор ты обо мне беспокоишься?

— Думаю, смерти ты не заслужила. Да и этот негодяй оказался достаточно глуп, чтобы покуситься и на мою жизнь. Не привык спускать подобное с рук.

— Очень мило с твоей стороны. — Рогнеда повернула дверную ручку, и они оказались в огромном тёмном помещении, полном людей.

В центре зала в пятне красного света располагалась круглая арена. Люди сгрудились вокруг неё, звенели монеты.

— Последний шанс сделать ставку! — кричал мальчишка в дырявой шапке. На шее у него висела деревянная коробка, в которую люди кидали деньги, взамен монет он раздавал клочки пергамента. — Не стесняемся! Кто победит? Великан или Серая Бестия? Не упустите свой выигрыш, сделайте ставку!

На арену вынесли две огромные клетки, в которых метались, кидались на прутья, рычали и скулили псы.

— И почему Гвардия не прикроет это место? — пробормотал Дарен.

— Потому что всё законно, — Рогнеда пожала плечами. — Игорные дома вроде этого платят очень щедрые налоги в царскую казну.

— Одно дело облапошивать дураков в карты, но это… — Дарен кивнул на клетки. Лицо его было бледным.

— Контролировать сознание людей и нечисти запрещено. Про собак и других мелких животных, насколько мне известно, в законе ничего не сказано. По крайней мере, пока они не вредят людям.

— Чтобы контролировать чей-то разум надо быть чернокнижником. А поклоняться Чернобогу, значит, преступать закон.

Рогнеда в ответ фыркнула.

— А если не поклоняться? Просто взять то, что он даёт и использовать по-своему? Быть может, даже на благо? Спасать невинных, пользуясь даром тёмного бога? За это тоже стоит казнить? Закон несовершенен, царевич.

— Но закон есть закон, — ответил Дарен, впрочем, уже не так уверенно.

Рогнеда в ответ только пожала плечами.

На арену вышли двое мужчин. Один высокий и лысый в чёрном плаще, другой — маленький с длинной бородой до колен. Они встали — каждый у своей клетки — и приветственно замахали толпе.

Толпа встретила их возбуждёнными криками. Кто-то затрубил в рог, и мужчины синхронно ударили сапогами по клеткам. Дверцы распахнулись, но псы не торопились наружу.

Мужчины сели на пол и закрыли глаза. Задрожали всем телом, и в следующий миг псы выскочили из клеток. Пёс лысого — большой и серый напоминал волка — Серая Бестия — догадалась Рогнеда. У бородача пёс был ещё больше — чёрный и лохматый — Великан.

Псы скалились, рычали, но не торопились нападать — ходили по кругу, изучая друг друга.

Толпа нетерпеливо гудела. Она хотела крови. И псы не заставили их долго ждать. Бестия кинулся на Великана. Он метил точно в шею, но тот успел увернуться, с неожиданной для пса прытью. Великан обежал клетку и со всех сил пнул её в сторону противника, но Бестия ловко увернулся и вернулся в наступление. Великан, кажется, только этого и ждал. Когда Бестия отскочил, он перекатился в сторону и тут же прыгнул на спину противнику. Острые клыки впились в загривок Бестии. Пёс заскулил, а лысый мужик — хозяин пса — закричал.

Рогнеда поморщилась. Минус контроля над другими существами — их боль становится твоей болью. За всю жизнь она так и не нашла способ избавиться от этого побочного эффекта.

Тем временем лысый взял себя в руки, и Бестия опрокинулся на спину, придавив Великана к земле, развернулся и вцепился ему в горло. Бородач закричал и упал на спину, хватаясь пальцами за шею. Он потерял контроль, и у напуганного пса не осталось шансов. Бестия рванул на себя, вырывая трахею из глотки Великана, заливая арену кровью. Великан дёрнулся несколько раз и затих.

Толпа взорвалась криками и аплодисментами.

— Сегодня удача на стороне Серой Бестии! — Мальчик с коробкой выбежал на арену. — Приветствуйте её мастера — Большого Змея!

Лысый поднялся на ноги и замахал толпе. Бородач лежал на полу и старался отдышаться.

— Какая мерзость. — Голос Дарена дрожал.

— Это просто животные. — отмахнулась Рогнеда.

— Какая разница. Они же живые!

— И? Все когда-нибудь умирают. Идём, надо поговорить с этим Змеем, пока он не ушёл.

— Почему с ним?

— Потому что второй ещё долго не сможет разговаривать. Его псу вырвали трахею. Пару часов он ещё будет мучаться от боли.

— А ты разбираешься в этом… — протянул Дарен, но Рогнеда не обращала на него внимания. Она пробиралась сквозь толпу, стараясь не потерять лысую голову Большого Змея, который уже покидал арену.

Рогнеда выбежала в коридор вслед за Змеем и успела увидеть, как он скрылся за одной из ближайших дверей. Бросилась следом, путь ей преградил огромный вышибала.

— Эй, гостям сюда нельзя, — пробасил он. — Мавка Шу будет недовольна.

— Мне можно, — Рогнеда попыталась пройти мимо и метнула в вышибалу гневный взгляд. — И Мавка Шу отгрызёт тебе голову, если вздумаешь мне мешать!