Игра не для слабых: Шевалье

— Вот и пришли, — кивнул Бернард, бросив короткий оценивающий взгляд на стражу, стерегущую ворота старого города. А посмотреть там и впрямь было на что. Десять человек, разодетые как на подбор. Кабассеты (шлема) новой ковки, латные кирасы из под которых торчали полотна новеньких двухрядных кольчуг, латные поножи поверх кольчужных шоссов (кольчужные чулки) и двуручные алебарды с небольшими навершиями в виде пик. У каждого вояки на сюрко, нацепленной поверх всего этого богатства был вышит городской герб.

— Что-то я внезапно понял, что тоже хочу себе нормальную кольчугу, вместо этих вот тряпок, — задумчиво протянул я, глядя на то, как стражники яростно спорят с каким-то кметом, — Двухрядную, а лучше вообще — трёх. А то ведь каждую хорошую драку рискую остаться калекой.

— Хорошая кольчуга нынче стоит ой как недёшево, — покачал головой Бернард, — Про кирасу и говорить нечего. Такое ковать могут только настоящие мастера-бронники, да и то не все берутся.

— Вот как, — нахмурился я, пытаясь хотя-бы примерно представить себе границы развития здешней металлургии, — А водяной молот у вас ещё не придумали?

— Водяной молот? — недоумённо уставились на меня оба.

Такс, ясно. Значит мы всё-таки либо в конце раннего средневековя, либо в самом начале высокого. Где-то между вендельским периодом и столетней войной. Хотя сомневаюсь, что разработчики заморачивались такими историческими мелочами при разработке своего мира. Но, в любом случае, печально. В такие времена нормальный доспех и впрямь мог себе позволить только очень и очень богатый боец. Зачастую — местный землевладелец. Ну, или вон, как эти господа стражники, получить из оружейной очень богатого города.

— Не суть важно. Как-нибудь при случае объясню принцип работы, — отмахнулся я, — Ну, пойдем что-ли.

Убранство дома местного старосты оказалось под стать внешнему виду жилища. Простенько, без напускного богатства и излишней роскоши, но по-своему тоже изящно. Аккуратный деревянный стол, с небольшой резьбой по самому краю, крепкие дубовые стулья, расставленные вокруг него, несколько закрытых шкафов со стоящими на них медными подсвечниками, ковёр в виде медвежьей шкуры перед самым входом. С другой стороны комнаты располагалась скамья, дверь ведущая в кухню и несколько крючков, на которых можно было оставить испачкавшуюся одежду.

— Эй, Томаш, ты дома! — во всю мощь своей лужёной глотки заорал Бернард, — Принимай гостей.

На втором этаже послышался топот ног. А спустя миг по лестнице буквально скатился низенький пухлый человек, с большой гладкой лысиной, посреди остатков седой шевелюры. Хитрые, прищуренные глазки, поросшие щетиной сальные щёки, неуклюжие, но в то же время достаточно выверенные движения. Одежда простая, почти ничем не отличающаяся от того, в чём ходили местные крестьяне. Разве что посеребрённый медальон с гербом города, висевший у него на шее, не вписывался в образ.

— Бернард, — толстяк подбежал к нам и протянул бывшему капитану пухлую ладонь, — Какими судьбами к нам? Снова проблемы в Деммерворте.

— Там то проблемы, — капитан подавив брезгливость всё-таки пожал протянутую ему руку, — Но это больше не мои проблемы. Мы к тебе по другому делу.

— О, вы обязательно всё расскажете, но кто ж держит гостей на пороге. Пройдемте за стол, разопьём бутылочку вина, и там вы и изложите суть своего дела. Да, кстати, а кто это с тобой.

— Дельрин, — Бернард кивнул на храмовника, — И капитан нашей наёмничьей бригады — Генри.

— Капита-а-ан, — с сомнением в голосе сказал толстяк, буквально сверля моим пытливым взглядом, — Вот значит как. Честно говоря, Бернард, я то думал что скорее уж ты создашь свою наёмничью бригаду, но никак не станешь служить под чужими знамёнами. Как же так вышло?

— Да так получилось, что я задолжал этому парню свою шкуру, — хмыкнул сержант, — Причём дважды. Ты не смотри на то, что он выглядит молодо. Он очень толковый вояка, и командир неплохой. Уверен, вы сговоритесь.

Я лишь молча улыбнулся своей «очаровательной» но немного беззубой улыбкой. Толстяк глядя на это нервно поёжился, но потом спохватился и сказал:

— Ну, дорогие гости, не стоим. Прошу к столу. Люция! Неси сюда кубки и Вестмарское 1253его года!

Из кухонной двери почти сразу вынырнула стройная девушка с подносом в руках. На вид она была довольно симпатичной. Длинные русые волосы, упругая грудь, веснушчатое лицо, чуть курносый нос и большие изумрудные глаза.

— Дочка моя, — пояснил староста, — К выданью готовиться. Через неделю уже свадьбу играет, и вы не поверите с кем — с самым настоящим дворянином из верхнего города. Он раньше был рыцарем, а теперь ему и вовсе пожаловали титул Барона и собственную вотчину недалеко от Вестгарда.

— Как бы наш «дворянин» до неё не добрался, — едва слышно прошептал Бернард, — Не хотелось бы устраивать скандал на ровном месте, и лишаться работы.

— Ну, так что, по какому вы делу, — продолжил староста, наполнив наши кубки, — Небось работу ищете.

— Именно так, — кивнул я, — Работу, и желательно с хорошей оплатой.

— Ну, — староста вновь окинул нашу троицу пристальным взглядом, — Вижу, вы люди опытные, да и меч не первый день в руках держите. Сколько, кстати у вас в отряде мечей?

— Семнадцать.

— Хорошо, хорошо, — Томаш потёр руки, — Есть у меня для вас один контракт. Дело непростое, зато плачу щедро. Почитай три дюжины медных Альдингов.

— Три с половиной, — отрезал я, — И шесть монет в качестве задатка. Мы задарма не работаем.

— Три дюжины после, и половину в качестве задатка, — парировал староста, — И только потому, что я знаю и уважаю Бернарда. Идёт?

— Идёт.

— Ну, тогда смотрите, — толстяк откинулся на спинку стула, и тот жалобно заскрипел под его весом, — У нас в новом городе объявилась банда разбойников. Но разбойников не простых. С простыми бы справился и Вильям с его ребятами. Вы ж наверное уже знаете, про то, что город по ночам кошмарит какая-то бестия?

Я молча кивнул, раздумывая прикладываться или не прикладываться к кубку. С одной стороны давал зарок себе — не пить, но с другой — халява же. А нахаляву и уксус — вино.

— Так вот, — продолжал староста, — Эти охальники повадились нападать на дома по ночам, когда на улицах нет патрулей и часовых. Как им это удаётся мне неведомо, но грабёж идёт, почитай каждый второй день. Вламываются в дом, угрожают убить всех, выносят ценности и скрываются в ночи, будто им и тварь то та нипочём. Ваша задача — выследить их, отловить и привести для начала ко мне. Потом уже я их передам капитану стражи.

— Вот как, — хмыкнул я, — То есть вы хотите, чтобы мы ночью вышли на улицу, вместо ваших ополченцев, поймали засранцев, и сами каким-то образом не пошли на корм здешней бестии? Да уж, непростая работа.

— За непростую работу вам и полагается непростая оплата, — хмыкнул староста, — Ну так что, нести контракт?

— Хрен с тобой, тащи. И не забудь предоплату!

Глава 6 «Странные совпадения»

— Ну, Генри, честно сказать, я тебя перехвалил, — проворчал Бернард, когда за нами захлопнулась дверь дома старосты, — Кто ж так дела то ведёт?

— А что именно не так, — недоумевающе уставился на него я.

— Ты обговаривал цену, до того как узнал, какая вообще нам предстоит работа, — пояснил Дельрин, — Думаю, узнай ты об этом сперва, мы бы могли растрясти старосту на куда большую сумму.

— Это вряд-ли, — покачал головой Бернард, — Он предложил довольно честную цену за такое дело. Накинуть можно было бы, но максимум до пятидесяти медяков. Половины серебряного альдинга. Так что поводов для расстройства нет, но постарайся впредь так не ошибаться.

Да уж, тут я даванул знатного косяка. Вот что бывает, когда срочная нужда в деньгах заставляет мозги отключаться. Или я просто думал о другом и разучился ловить мышей. Ладно, тут Бернард прав. Нужно просто впредь быть внимательнее, и не допускать таких ошибок снова.

— Понял и принял к сведению, — кивнул я, — Так, день ещё даже за половину не перевалил. Что будем делать дальше? Как считаете, с чего дело лучше начать?

— Начать лучше с опроса свидетелей, — безапелляционно отрезал Бернард, — Они, возможно, видели, как выглядят эти ублюдки. Или смогут назвать какие-нибудь их приметы. А заодно сколько их было, как вооружены и тому подобное. Исходя уже из этого, будем думать дальше.

— Может, сначала имеет смысл просто прогуляться по району и посмотреть, где будем работать? — предложил Дельрин, — В конце-концов неплохо бы знать про пути отступления, способ окружения и прочие подобные мелочи, прежде, чем приступать к делу.

— Это мы сделать всегда успеем, — пожал плечами бывший капитан, — В конце-концов можно просто попросить карту района у здешнего старосты. А если у него не найдется, то составим сами. Но для начала нужно понять, с чем именно мы имеем дело.

— А ещё почему этих бандитов не трогает бестия, — добавил я, — Тоже интересный вопрос. Например, не может ли она быть их ручной зверушкой, и какое отношение они имеют к нашему Болеку, который тоже преспокойненько разгуливает по ночам.

— Не думаю, что он как-то связан с этими бандитами, — возразил Бернард, — Скорее просто так совпало. И нам нужно будет понять, что именно совпало, чтобы придумать защиту от бестии. Ладно, чего тут стоять и языками молоть почём зря. Пойдём пройдемся, может ещё застанем ограбленных хозяев у себя дома.

Путь оказался неблизкий. Богатый квартал нового города был не шибко большим, но в то же время сильно запутанным. Домики жались друг к другу, проулки между ними располагались хаотично, и приходилось постоянно петлять по ним, чтобы выйти туда, куда нам было нужно. Нет, жилой массив, конечно, рассекала надвое узкая замощённая улочка, но толку от неё было немного.

Как ни странно, квартал тоже оказался довольно чистым. По улицам не текли реки говна, да и нас ни разу не облили помоями, когда мы проходили под узенькими балкончиками, нависающими над тесными переулками. Видимо, создатели данного мира всё-таки немного углубились в историю и поняли, что правило «чем говнее — тем древнее» не работает, а это самое «говнее» лилось не на улицу, а складировалось в выгребные ямы, которые потом вычищали золотари.

Народу по пути попадалось совсем немного. В основном это были довольно богато разодетые горожане, по которым было трудновато понять род их занятий. Мелкие купцы, ростовщики, лавочники, мастеровые, писари… Хотя вот последних было выявить просто. Чернила буквально въелись им в ладони, и никак не хотели оттираться, оставляя после себя серые размытые пятна. Но все, как один, эти люди старались обходить нас стороной. Когда была возможность, просто сворачивали в соседний проулок, а когда возможности не было — прижимались к стеночке и буквально проползали мимо. Люди с оружием, если это, конечно, была не городская стража, у местных почему-то вызывали нервную икоту.

— Должно быть, сильно замучали эти уроды здешний люд, — задумчиво протянул Дельрин, глядя как очередной цеховик сворачивает куда-то в проулок, подальше от нас, — Раз они ото всех чужаков так шарахаются.

— Или не только они, — пожал плечами Бернард, — Когда ты каждое утро находишь под окнами своих домов несколько свежих трупов, а по городу гуляют слухи о таинственной твари, убивающей по ночам — немудрено занервничать. А если добавить сюда бандитов, которые умудряются грабить по ночам честной народ, то начнёшь относиться подозрительно вообще ко всем чужакам. В конце-концов, кто им даст гарантию, что мы не из той же шайки? Что мы сюда пришли не для того, чтобы выбрать следующую цель налёта?

— Тоже верно, — согласился Дельрин, — Да уж, ироничная ты, сука жизнь. Не в первый раз сталкиваюсь с таким: ты защищаешь людей, а они относятся к тебе так, будто ты их враг.

— Орден защищал далеко не всех людей, — покачал головой я, — Одних, быть может. Но вот других он сжигал на кострах, пытал и убивал. Ничего удивительного, что многие видели в нём своего врага. В конце-концов как к тебе ещё должен относится крестьянин, соседку которого ты сжёг за колдовство, если эта самая соседка вчера вылечила его сына от тяжелой хвори?

— А как я должен относиться к крестьянам, которые сами приволокли свою знахарку на костёр? — равнодушно пожал плечами Дельрин, — Генри, не стоит рубить с плеча, если что-то кажется тебе неправильным. Я не оправдываю орден, но наш мир отнюдь не чёрно белый, каким порой может показаться. Руки в крови по-локоть, что у ордена сжигавшего ведьм, что у народа, который сам же и тащил колдунов на костёр, что у короля, который допустил эту проклятую войну, из-за которой всё и началось. Да и у всех, кто выбрал меч вместо сохи, руки так или иначе в ней перепачканы. В том числе и у нас с тобой.

На это ответить мне было нечего. Бывший храмовник был прав. Прав во всём. В конце-концов в медовище крестьянам не понадобился ни орден, ни его святое воинство, чтобы потащить на костёр старуху и её непутёвую дочку. Они прекрасно справились с этим и сами, за что в итоге и поплатились. А ещё во всём этом всё-таки есть один поганенький момент. Я тоже приложил к этому руку и принял весьма активное участие. Так что, уж точно не мне судить орден.

Дальше шли уже молча. Правда и идти оказалось совсем недолго. Дом ограбленных горожан оказался всего через два проулка. На первый взгляд ничем не примечательное строение. Каменные стены, резные ставни, два этажа и небольшой крытый балкончик, нависающий над узкой улочкой.

— А ты точно уверен, что нам сюда, — поинтересовался я у Бернарда. Нумерации на домах тут никакой не было, да и не придумали её ещё. Но без неё отличить одно жилище от другого было практически невозможно.

— Сюда, сюда, — кивнул бывший капитан, — Смотри на табличку над входом.

Над дверью и правда располагалась небольшая деревянная плашка, на которой было намалёвано какое-то ведро с торчащей из него палкой.

— Но…

— Это маслобойка, — пояснил Бернард, — Нам же сказали, найти дом маслобоя. Вот, собственно, и он. Там, откуда ты родом, дома размечали как-то иначе?

— Если честно, то да. Там дома обозначались номерами, с приписанными к ним названиями улиц.

— Во-дикость, — хмыкнул Дельрин, — А как же понять в таком городе, кто где живёт, ежели на домах не указано.

Про гугл-карты я распинаться не стал. Долго и бессмысленно. Тем более, что в этом мире ими всё равно никто не сможет воспользоваться. Так что просто отмахнулся и постучал в дверь.

Открыли не сразу. Поначалу ничего не было слышно вообще. Затем, с той стороны зазвучали какие-то встревоженные голоса. Затем раздались шаги, и, наконец, между крепкими дубовыми досками и каменной стеной появилась небольшая щель, в которой позвякивали звенья толстой цепи. Затем в эту щель выглянул чей-то глаз и уставился на нас своим пристальным взглядом.

— Вы кто такие? — поинтересовался глаз и тут же добавил, — Я вас не звал. Идите нахуй.

— Мы по делу ваших грабителей, — сказал я, — От старосты. Хотим разузнать о ночи нападения.

— Никто нам тут не нужен. А староста обещал прислать стражу. Убирайтесь вон, — нервно продолжил глаз, явно намереваясь захлопнуть перед нами дверь. Но я, вовремя это заметив, успел поставить туда ногу, и брус упёрся в окованный сталью нос ботинка.

— Я сейчас стражу позову, — пригрозил глаз.

— Зови. И они тебе скажут, что мы от старосты, — равнодушно пожал плечами Бернард, — Если бы мы хотели тебя ограбить, то уже бы вынесли твою сраную дверь вместе с петлями. После чего выкололи бы тебе глаза и вырезали язык, чтоб не пиздел понапрасну.

Наш собеседник с удвоенной силой налёг на дверь, пытаясь выпихнуть меня на улицу. Ничего из этого не получилось, поэтому спустя пару секунд он оставил попытки, скрывшись во мраке комнаты.

— А ты умеешь находить к людям подход, — хмыкнул я, пытаясь заглянуть вовнутрь.

— Он вернётся, — возразил Бернард, — Просто в таких ситуациях нужно время, чтобы обдумать…

Дверь со скипом открылось. И мне в грудь почти что упёрлось остриё арбалетного болта.

— Упёрдывайте я сказал, — нервно продолжил мужик, — Иначе выстрелю.

Руки у него дрожали, так же, как и голос. Но самое забавное заключалось в том, что он допустил одну очень непростительную ошибку. Пытаясь выпихнуть меня на улицу, подошёл ко мне вплотную.

— Серьёзно? — я выставил руки перед собой, вроде как в знак примирения, — Выстрелишь?

— Да, — с нажимом бросил мужик, — Убирайтесь, а не то я…

Я одним ловким движением толкнул арбалет вверх и в сторону. Свистнула тетива. Зазвенел металлический наконечник, высекая искры из камня. Мужик с ужасом в глазах попятился назад.

— Чем плохи арбалеты, — хмыкнул Дельрин, — Их слишком долго перезаряжать.

— Ага, — кивнул я, — И, коль скоро мы со стрельбой закончили, может, уже зайдем внутрь и поговорим, как нормальные люди. Если бы мы хотели тебя убить или ограбить, то уже бы это сделали. Но нас прислали поймать тех, кто тебя… — я осёкся потому, что чуть было не ляпнул «убил».

— Ограбил, — после небольшой паузы добавил я. Мда уж… Иногда на нервах и впрямь можно сказануть что-то вроде: «здоровья погибшим».

Мужик отступил на шаг назад и опустил разряженный арбалет. Немного подумал и кивнул, добавив одно единственное:

— Проходите.

Долго уговаривать нас не пришлось. Честно говоря, мы и так много времени потеряли, уговаривая этого дятла просто открыть нам дверь.

— Так по какому поводу? — мужик уселся на стул и поставил арбалет рядом с собой. В тусклом свете жировых лампадок его лицо разглядеть было трудновато, а ставни он зачем-то все позакрывал. Наверное, боялся, что к нему снова придут. Хотя какой в этом был смысл, если его уже обнесли? Неясно.

Я поискал глазами стул, но нашёл лишь несколько табуретов, стоявших возле небольшого круглого стола. Молча подошёл к нему, скребя ножками по полу, отодвинул в сторону и уселся напротив мужика. Парни так же молча последовали моему примеру.

— Скажите правду, вы пришли от «них»? — дрожащим голосом спросил хозяин дома, — Хотите, чтобы я молчал?

Я хищно улыбнулся, выдержал длинную паузу и ответил:

— О нет друг мой. Мы куда хуже, чем они…

— Генри, не пугай бедолагу, — оборвал меня Бернард, — Он и без того готов в любой момент наложить в штаны. Мы уже сказали, от кого пришли. От старосты, чтобы выяснить, кто на вас напал, отловить их и передать в руки правосудия.

— Вы не очень то похожи на стражников, — недоверчиво покосился на нас хозяин дома.

— Потому, что мы и не стражники, — продолжил Дельрин, — Ваши ополченцы ссутся от одной мысли показаться ночью на улицах города. Они никого не могут поймать. Потому ваш староста к нам и обратился. К наёмникам.

— А вы сможете? — в голосе хозяина дома всё ещё слышались нотки подозрения, но свой арбалет он всё-таки отодвинул подальше в сторону.

— Зависит от того, что ты нам сейчас расскажешь. И насколько это будет подробно, — кивнул я, тихо надеясь, что Бернард сможет задать ему правильные наводящие вопросы. В конце-концов у него опыт расследования таких дел всяко больше, чем у меня.

— Ну… С чего бы начать… — мужик хлопнул себя по коленкам и шумно выдохнул, — Значица было это… Дня три тому назад, глубокой ночью. Просыпаюсь и слышу, как кто-то колотится в дверь и вроде как зовёт на помощь. Орёт «откройте, меня сейчас тварь сожрёт!». Ну, я, естественно, никому открывать не пошёл. Оно мне надо? Добропорядочные люди ночью по улицам не шляются, а всяких проходимцев в свой дом пускать я не хотел. Да и если такого тварь сожрёт, то оно и не сильно жалко. В общем, — мужик сделал небольшую паузу и шумно сглотнул, — Стучали долго. Затем всё затихло на некоторое время. А потом с той стороны двери вновь закричали. Только теперь уже о помощи они не просили. Сказали, чтоб я молился о милосердии всем богам, которых знаю, раз уж сам его проявить не способен. А потом в дверь застучали топорами. Я кинулся было к своему арбалету, даже успел выстрелить один раз, но было темно, и стрела попала в плечо одному из разбойников. Они ворвались внутрь, повалили меня на пол, приставили кинжал к горлу и велели выдать, где я храню ценности. Сказали, мол, если попытаюсь закричать или позвать на помощь, то прирежут, как шелудивую псину.

— Сколько их было, как выглядели? — оборвал мужика Бернард.

Предыдущая глава

4

Следующая глава