Не боярское дело 3. Пять лет спустя. Часть 3

И вроде бы, ничего особо неприятного в ближайших перспективах не наблюдается, но согласитесь, я думал, что уже пережил тот этап, когда меня без особой нужды можно было включать в местные разработки и расклады, заранее прописывая мне роли. А тут меня, вроде как, опять втёмную играют. Или нет? Опять же, если да, то кто? Сильно сомневаюсь, что Рюмин.

И пусть я не верю, что ситуация с моей дочерью и наследником могла быть подстроена, но что-то этим вечером явно должно было произойти. Чем-то таким определённо веяло в напряжённой обстановке сегодняшнего празднества, что не вдруг словами опишешь.

После визитов охраны, целителей и исчезновения умчавшейся вслед за ними Императорской четы, вечер как-то не задался. А тут ещё и мы с Алёнкой его слегка подпортили.

— Что-то у нас дети уже зевают. Дорогая, как ты считаешь, не пора ли нам домой? — довольно громко спросил я жену.

Ровно настолько, чтобы нас хотя бы половина гостей услышала, из тех, что ближе к государю сидели.

Вот тут-то я и ввёл всех гостей в некоторое замешательство.

Ну, допустим, у меня причина для отъезда есть — Трубецкой явно неровно дышал в мою сторону и собирался что-то нехорошее сотворить. По всем писаным и неписаным законам у нас за безопасность гостей всегда отвечает принимающая сторона. Понимаю, что демонстрировать Императору своё неудовольствие — это на первый взгляд не самое лучшее решение, а вот если подумать, то оно вполне удачное и обоснованное.

Раз уж так сегодня карты упали, что все теперь только и будут судачить о выходке наследника, то и мне стоит это дело отыграть правильно. И наш демонстративный уход — это вовсе не глупость, а лишь повод хорошенько подумать для тех, кто на это способен. Может тогда они сообразят, что муж двух Императриц — это не только русский князь, а фигура немного другой величины, которая право имеет.

Алёнка, как примерная жена, лишь головой кивнула в ответ и пошла вместе с Дарьей к детским столам за нашими сорванцами и дочкой. Похоже, она раньше меня всё просчитала, но ни словом, ни жестом мне не намекнула об этом, доверяя мне самому принять решение.

Обе Императрицы поднялись из-за стола с абсолютно бесстрастными выражениями лица.

Как бы то ни было, но уходил я с женами и детьми при всеобщем молчании.

Последовать за нами больше ни у кого смелости не хватило.

Глава 23

Глава 23

Может ли мальчик семи лет повлиять на ход Истории?

Запросто, если он наследник Императора.

Происшествие во дворце наделало столько шума, что я предпочёл на некоторое время исчезнуть из столицы.

Нет, ну не сидеть же мне безвылазно в своём столичном особняке, а стоит только куда показаться, и тут же начнутся бесконечные вопросы, на которые ещё нужно знать, что отвечать.

А это важно. Настолько, что любой мой ответ, при его неверном толковании, может очень больно аукнуться мне в самое ближайшее время.

Моя служба безопасности вовсю копает, как только можно.

Заодно пришлось и князя Белозёрского по-родственному напрячь. Он у нас теперь личность известная и влиятельная, так что пусть по своим каналам попробует выяснить, с чего меня вдруг некоторые князья так отчаянно невзлюбили и кому ещё я настолько сильно любимые мозоли отдавил, что они в драку кидаться готовы.

На всякий случай нам пришлось перебросить в столицу две пятёрки гвардейцев, с некоторым экспериментальным вооружением, а охранное агентство перевести в режим повышенной готовности. Особняк и жёны с детьми должны быть в безопасности. Дочь так вообще только в сопровождении двух девушек передвигается. Из тех, что в прошлом году Академию архимагов закончили. Я из четверых на контракт взял, чтобы пара магесс всегда при дочери была. Круглосуточно.

Впрочем, за них я особо не волнуюсь. Бессмертных среди аристократии не наблюдается, а при живом мне лучше самому покончить жизнь самоубийством, чем на моих жён или детей покуситься. Один чёрт я это дело раскопаю, и это все знают. Как и то, что голов плеч слетит без счёта. У всех к тому причастных и не очень.

Заодно Степан "слухачей" на столичный участок добавил и расширил список тех, чьи телефоны нужно взять под постоянный контроль.

Понятно, что это не совсем законно, да что там, совсем незаконно, но мы с ним надеемся, что закладки телефонных коммутаторов нашего производства не так хорошо изучены, чтобы нас поймали на горячем. Как-никак — это японская техника, с довольно таки специфическими микросхемами уже нашего производства. Этакий симбиоз, в котором даже опытный электронщик зубы сломает, а толком доказать ничего не сможет.

По большому в этом вопросе опасаться стоит только сотрудников ведомства князя Обдорина. Всем остальным мы уже не по зубам. Да и хлопотное это дело — попытаться обнаружить и доказать прослушивание телефонов столь хитрым и удалённым способом, как у нас.

Иди-ка, определи, что там в электронных мозгах коммутатора на десять тысяч номеров не совсем стандартно срабатывает, добавляя к нужному разговору двух абонентов ещё одного совсем не случайного слушателя. А этих коммутаторов только в одной столице полторы дюжины уже установлено.

Сам я отправился в Бережково.

Оттуда меня очень сложно выковырять. Особенно, если я нахожусь на своём Родовом Источнике или, хотя бы, в нашем техномагическом подземном центре.

Ни от государя, ни от Анны никаких известий в тот день не было, да я их и не особенно ждал.

Им самим сейчас нелегко и Императорской Семье требуется так искусно сформировать свою точку зрения, чтобы обойтись наименьшими потерями. Так что их молчание я вполне понимаю. Политика.

А может, оно и к лучшему. Государство никогда спокойно не живёт. Всегда происходит какая-то возня между Кланами и многоуровневые интриги за тёплые места, армейские заказы и министерские портфели.

Но очень похоже на то, что в этот раз вся буча не против государя будет направлена, а лично против меня.

Для начала, во время подавления последнего заговора всех недовольных и жаждущих верховной власти, изрядно проредили. У потенциальных заговорщиков просто нет сейчас такой фигуры, которая могла бы выступить в роли лидера для антиправительственного заговора.

А вот против меня вполне могла сбиться этакая разноплановая коалиция, из некоторых князей, промышленников, банкиров и, что там скрывать, значимых военачальников.

Князья мне Совет князей наверняка не простили, так как он практически потерял свою государственную значимость и стал пафосным атрибутом поддержки власти Императора. Да и княгиня Юсупова, вместе со всем своим женским сообществом наверняка чувство обиды в князьях постоянно подогревает. Этак, тонко. Чисто по-женски. Скорее всего, ночами.

Чую, поют "ночные кукушки" далеко не в мою пользу.

Из промышленников у меня алюминщики явно не в друзьях, а теперь и энергетики с некоторыми моторостроителями. Ну, и ещё некоторые другие в обиде, но это уже по мелочи.

Несложно догадаться, что в банковском деле тоже найдутся те, кого мой банк не устраивает, хотя бы потому, что он один имеет право эксклюзивно работать из России на Маньчжурию и Японию. Считаю, что я имею на это право. Ибо потому что...

Ну, и военные. После нескольких побед, одержанных боевыми звёздами архимагов, они чувствуют себя униженно.

Ещё бы! Таких быстрых и ярких побед Империя никогда не знала.

Опять же, так случилось, что всех реально сильных противников вдруг очень быстро как-то не стало, и что характерно, произошло это при моём непосредственном участии. В итоге, только за последние три года армию вдвое сократили, заодно отправив всех престарелых генералов на заслуженный отдых. И сокращения на этом не прекратились. Они продолжаются.

А если разобраться, то с кем сейчас России воевать и кого ей опасаться?

В Германии кайзером Антон Рюмин.

Кочевники принесли вассальные клятвы и их выполняют.

В Японии и Маньчжурии теперь я хозяйничаю.

И кто у нас остаётся? Китай, Турция и уже битая Персия, от неожиданного нападения которой мы нынче надёжно прикрыты.

Казалось бы — живи и радуйся. Так-то оно так, но только если ты не генерал или армейский поставщик.

В их ограниченном и закрытом мирке, построенном на знакомствах и кумовстве, наступили чёрные дни. И кто в этом виноват?

Понятное дело — кто у них в лидерах ответов — князь Бережков. Ату его!

Но, скажем так, раньше это недовольство зрело исподволь, не переходя определённых рамок.

Резьбу у моих скрытых недоброжелателей сорвала перспектива помолвки, которую попробовал на своём дне рождения объявить семилетний пацан!

Нет, ну они что, серьёзно?

Впрочем, не буду судить обо всех по одному лишь князю Трубецкому.

Ему, оказывается, я прямо в душу нагадил, сам того не ведая, и что характерно, не прикладывая к этому никаких усилий или злых помыслов.

Выяснилось, что как муж, князь Трубецкой очень старался, как и все его четыре жены. Целый комплект из пяти дочек сумели настрогать, готовя невест для императорского наследника. Начиная от его ровесницы и той, что года на четыре моложе цесаревича.

Сколько трудов! Сколько разговоров и планов в кругу Семьи! И тут вдруг такой конфуз...

И всё бы хорошо, можно было бы забыть и посмеяться, но нет.

Не только производством потенциальных невест для наследника занимался князь.

Был у него свой куш и в армейских откатах, и ещё целый ряд пересечений в разных отраслях, где он попросту не потянул, обвиняя отчего-то именно меня во всех своих неудачах.

А вот нечего было выдаивать с фабрик всю прибыль под ноль! У меня даже уже в устоявшемся бизнесе и то, как минимум, тридцать процентов прибыли предусмотрены в фонд развития. А в только родившихся, и все сто.

Особых чудес в бизнесе не бывает. Если ты не развиваешься, то каким бы лидером ты себя не считал, но тебя всё равно очень быстро догонят и перегонят те, кто вкладывает в развитие больше тебя.

В моём времени это работает практически во всех отраслях, даже в промышленности.

У предков можно было получить конкурентные преимущества с помощью патентов и лицензий, но у нас патентное право фактически не работает. Трудно запатентовать то, что не ты изобрёл.

В связи с тем, что во всех отраслях, которых не коснулась магия, мы до сих пор пользуемся достижениями предков, одни и те же чертежи какого-нибудь агрегата или машины могут оказаться в разных концах страны, а то и вовсе сразу у нескольких Кланов. Попробуй, выясни, какой из Кланов владеет преимущественным правом на их производство. Свара знатная получится.

В какой-то степени эти сложные вопросы пытается решать Государственный Центр Знаний. Они пока довольно робко пробуют регулировать количество производителей, продавая ограниченное число лицензий на те товары или изделия, которые у них числятся в эксклюзиве.

Например, Степану как-то раз пришлось отдать десять тысяч рублей за лицензию на производство кварцевых фильтров для коротковолновых трансиверов.

Кстати, недорого вышло. И то лишь потому, что количество желающих купить такую лицензию было меньше, чем предложено самих лицензий. Фактически, он купил себе лицензию по стартовой цене. Но такое бывает не часто. Здесь сказалась специфика. Больно уж своеобразный товар — эти кварцевые фильтры. Они считанным заводам нужны, да и то, в небольших количествах.

На некоторые лицензии цены бывают в десятки, а то и в сотни раз больше, и вот тогда аукционы проходят чрезвычайно жарко.

По моему мнению прорыв в патентной деятельности произошёл лишь с появлением массовых техномагических товаров. Вот там наши стряпчие развернулись, как следует. В техномагии мы идём впереди всех, и это всего лишь первые шаги. Полученные патенты уже в четвёртую укладку перестали влезать, пришлось пятую заводить. Если что, укладки у меня изрядной толщины, в добрую половину локтя. Ну, и денег они уже начали приносить. Пока на простейших вещах.

Смеха ради расскажу про печной и каминный светильник.

Это из Самары какой-то деятель подсуетился. Если его изделие повесить на дымоход, а то и вовсе прилепить к стенке печки, то оно будет давать свет. Не сказать, чтобы прямо ах какой. На мой взгляд, изделие у него светит, как обычная электрическая лампочка накаливания ватт на тридцать — сорок, но его новинка раскупается, словно горячие пирожки на вокзале!

Оказывается, что всё нужно в своё время и на своём месте.

В тех же деревнях зимой печи каждый вечер топят на ночь. И тут самое время подходит, чтобы заменить свечи или керосиновую лампу условно бесплатным освещением.

Отчего бы не установить на дымоход под самым потолком светильник, а то и два. Тогда и ранние зимние ночи в деревне не покажутся такими долгими.

Короче, не прогадал тот предприниматель, что купил у нас ограниченные лицензии, а заодно и детали для своей инсталляции. Недаром он уже третий раз у нас отметился, и, что характерно, раз от разу парень выглядит всё лучше и достойней.

Впрочем, мне об этом девушки из канцелярии сами рассказали, пока две из них нужные мне документы собирали. Видать, приглянулся им паренёк, производящий для крестьян светильники. У одной точно щёчки румянцем пошли, да и другая с придыханием про него говорила.

Чисто по-человечески чую, что скоро у меня в канцелярии техномагического центра появятся вакансии. Обе девушки — кровь с молоком! Какую-то из них этот счастливчик у меня точно уведёт.

— Когда этот ваш, как его... — щёлкнул я пальцами.

— Дмитрий Алексеевич, — первой сообразила покрасневшая красотка.

— О! Вот когда приедет он в следующий раз, то можете сказать, что я ему землю под его производство могу выделить. И не просто землю, а с водой и электричеством. Если его перспективные планы меня устроят, то и аренда земли для него в первый год бесплатно выйдет. Так сказать, арендные каникулы ему можно будет объявить. А уж если кого из вас замуж возьмёт, да так, чтобы вы с работы не ушли, то и на полтора года может рассчитывать, — словно между делом добавил я, принимая у девушек собранные для меня бумаги.

Да, можно было и секретаршу за документами послать, но вышло бы дольше, да и мне нечем было бы заняться. А так вон сколько полезных дел успел за десять минут сделать.

Бумаги я просматривал не из пустого любопытства. Трижды прав был тот неизвестный мне китайский философ, который утверждал, что лучшая война — это та, которой не было. Как того китайца звали, я уже не помню, а вот смыл некоторых его изречений гвоздём в голове застрял.

Вот тут-то и подумалось мне, как бы войны избежать, развалив сложившуюся коалицию по частям, и не вступая с её участниками в противоборство.