Мама для трех лисят. Тайны дворцовых переходов

– Мама! Госпожа Ноэль, что вы делаете?! – Лисенок бросился в объятия матери, а я поняла, что вот это мне еще не раз аукнется.

Глаза Лиама наполнились слезами, малыш начал всхлипывать и дрожать.

– Зачем вы так? Вы же добрая. Вы же…

Куро-лиса подняла руки и, обняв сына за плечи, проворковала:

– Происходящее сейчас не имеет отношения к семье Мор.

– Ты стоишь на коленях и плачешь. – Лиам утер слезы, бросил на меня полный злости взгляд и тоже бухнулся на колени. – Вы довольны, госпожа Антер?! Или…

– Встань немедленно, юный Лиам, – хлестко произнесла я. – Твою мать никто на колени не ставил, а тебе тем более не следует этого делать.

– Отчего же? Я приму все то же самое, с чем вынуждена мириться моя матушка, – выкрикнул лисенок. – Она в тысячу раз лучше и добрее вас! Она… Если бы она нас нашла, все было бы лучше! Вы захватили наш дом, отняли у меня брата!

Лисенок скатился в истерику, но я не могла его успокоить, а Райсара… Она старалась отодвинуться от него! Она старалась отодвинуться от собственного ребенка! От ребенка, потерявшегося в своих эмоциях.

– Теперь у тебя есть сестра, – я попыталась переключить Лиама, ведь он всегда так заботился о Кнопе.

– Она мне никто! Я не знаю ее, – заорал лисенок и, подняв глаза, смертельно побелел.

Я бросила аккуратный взгляд назад, через плечо, и мысленно прокляла Райсару до седьмого колена.

В дверях стояла белая до зелени Альбирея.

– Никто так никто. Как скажешь, молодой господин Мор.

Круто развернувшись, девочка покинула нас.

А я, включив мозги, захлопнула и запечатала магией дверь.

– Либо ты, Райсара, сейчас все объясняешь своему сыну, либо…

Я не договорила, позволив куро-лисе додумать угрозу самостоятельно.

– Если мама…

– Мне не интересны ваши слова, юный господин Мор, – оборвала я ребенка. – Вы только что отказались от родной сестры. Вы вмешались в разговор двух взрослых женщин, и в итоге все стало только хуже.

– Я просила леди Ноэль оставить меня здесь, – проговорила Райсара. – Не готова войти во дворец приживалкой.

– А я отказала госпоже в этом, – подхватила я ложь лисицы. – У тебя есть обязанности перед сыном, это его первый визит в королевский дворец. Ты не имеешь права отсиживаться в тепле и тишине.

Я понимала, что Райсара дословно передаст мои слова через зеркало. А значит, выразиться нужно было максимально четко и при этом не дать никаких временных рамок или уточнений.

– И тогда я опустилась на колени, – куро-лиса обхватила лицо сына ладонями, – я подумала, что леди Ноэль не сможет смотреть на это и даст свое согласие.

– И тут пришел я, – вздрогнул Лиам. – Но слезы…

– Это блеск, – Райсара потерла щеку, – хотела быть красивой.

На ее пальце осталась перламутровая пыльца.

– Госпожа Антер, – Лиам поднял на меня огромные глаза, – как же… Что же… Что же мне делать?

– Альбирея любит тебя, у нее мягкое сердце, – проговорила я. – Но извиниться тебе придется не раз и не два. Ты должен заслужить прощение сестры. Как иначе?

– А если… А если нет?

– Если нет, – я тяжело вздохнула, – если нет, то, когда ты станешь взрослым и сильным, она не придет к тебе за помощью. Она будет с миром в одиночестве и, быть может, победит.

– А если не победит? А Морис, он ведь ей поможет?

– Конечно, поможет, но что, если ему не хватит сил? Что, если ему будет нужен его брат-близнец?

– Наш возраст превратил нас…

Лиса кашлянула:

– Ты говоришь глупости, Лиам. Возраст не влияет ни на что. Вы еще дети, завтра твой лис может поделиться с тобой опытом, и ты станешь старше Мориса. До полного созревания магических каналов вы взрослеете рывками. И иногда, когда это требуется душе, возвращаетесь на пару лет в детство.

Такая куро-лиса мне даже немного нравилась. Но она все равно пыталась отойти от ребенка. Почему?!

– Иди к Аль и выслушай все, что она захочет тебе сказать. А мы договорим. Есть у меня один вопросец.

Я сняла с двери заклятье, дождалась, пока лисенок выйдет, и, вновь запечатав дверь, жестко спросила:

– Ты ненавидишь своего сына?

Лисица поднялась с колен и глухо спросила:

– Ты знаешь, как делаются контрактные дети?

Весь облик куро-лисы кричал о перенесенных страданиях. Немыслимых страданиях, но…

– Тебе перечислить все способы? Начиная от обыденного и заканчивая перенесением эмбрионов из тела в тело?

Лисица широко распахнула глаза.

– И так можно?!

– Иногда женщина способна зачать, но не способна выносить, – я пожала плечами, – это, правда, скорее аренда тела, чем полноценное создание ребенка, но... Это неважно, Райсара. Я задала другой вопрос: ты ненавидишь своего ребенка? Точнее, своих детей?

Лисица, сверкнув звериным взглядом, процедила:

– Ты не способна представить себе, что чувствует женщина, когда в нее проникает чуждая магия. У нас, у двуликих, зачатие контрактных детей происходит без непосредственного контакта с мужчиной!

– Ну, знаешь, дорогой скот тоже искусственно оплодотворяют, – вспомнила вдруг я, – один бычок не может приехать в три провинции одновременно.

– Ты издеваешься?!

– Извини, но ты дважды пошла на одну и ту же процедуру, – равнодушно сказала я. – Контракт наперед заключить невозможно. А значит, пройдя сквозь первое подселение, ты пошла на второе… Зачем пошла, если так не нравилось?

Райсара чуть сбавила обороты:

– В любом случае это был отвратительный опыт. Целитель был равнодушен и деловит, а его холодная, скользкая магия... Меня тошнило, мне было плохо, но никто не остановился! А после они выдали мне зелья и оставили в палате одну. Лорд Мор пришел лишь через три дня. Три дня, во время которых меня поили отвратительными зельями и унижали ежечасными осмотрами.

– Я сейчас чем, прости, должна проникнуться? – оторопело спросила я. – Это стандартная процедура. Ты была под присмотром, тебя обеспечили индивидуальными зельями – что не так?

Но Райсара меня словно не слышала.

– Как я могла подумать, что магистр теней может быть нормальным? Но я надеялась, что он хотя бы притворится достойным мужчиной!

Что самое странное, она действительно верила в то, что говорила. Но что же бедный Кайрнех сделал не так, мне было все еще непонятно.

– Он забрал меня от целителей и поселил в доме, крошечном особняке на шесть комнат, – продолжала Райсара. – Оставил на попечение всего лишь трех слуг: кухарки, горничной и целителя!

– Негодяй, – саркастично выдохнула я. – Нужно было нанять полный штат.

– Да, – Райсара вскинула на меня глаза, – да, он должен был нанять полный штат. Когда я родила, он перечислил на мой счет оставшуюся сумму и спросил, желаю ли я разделить с ним родительские обязанности. А я отказалась! Как я могла согласиться?! Он теневик, его сила разрушает мир!

Мне было нечего сказать, поэтому я просто постаралась изобразить живейший интерес, и лисица, подкрепленная моим выразительным молчанием, продолжила изобличать Кайра:

– После моего отказа он просто попрощался и ушел! Он не писал мне, не присылал цветы и драгоценности.

"А должен был?!" – чем больше я ее слушала, тем сильнее поражалась.

– Затем его доверенный слуга написал мне с предложением вновь родить для рода Мор. Я не знала, что делать, – лисица заломила руки, – позволять теневику плодить детей – аморально. Но сумма была столь велика, а мне были нужны деньги. Тот особняк, что он подарил мне, я продала...

– Он подарил тебе особняк?

– Тот крошечный, ничтожный особняк, – въедливо уточнила лисица, – мне было негде жить. Я ушла из своего клана, а в другой... В другой я не вступила.

"В другой тебя не взяли. Слишком долго металась, слишком долго выбирала и в итоге потеряла все и всех", – расшифровала я.

– Сразу после отвратной процедуры оплодотворения он перечислил мне половину денег и привез в свой дом, – Райсара мрачно нахмурилась, – род Мор действительно возродился. И в этом есть моя заслуга: без детей никто бы не признал возрождение вымершего клана! Роды происходили в доме исцеления, а потом... Он просто забрал дочь! Просто забрал ее, и все. А меня оставил там, у целителей.

– Он не перечислил деньги? – поразилась я.

– Перечислил, – Райсара дернула плечом, – но он не забрал меня из дома исцеления. Через неделю после родов я оказалась на улице!

– А сколько он заплатил за рождение дочери?

– Пять тысяч.

"Пять тысяч?!" – от шока я едва не выпустила пламя из-под контроля. Пять. Тысяч.

– Золотом? – осипшим голосом спросила я.

– Разумеется.

Доход средней руки баронства три тысячи в год. На пятьсот золотых можно купить квартиру в столице. На тысячу – особняк на шесть-семь комнат. На оставшиеся деньги можно всю жизнь безбедно жить. В столице. В провинции... Пресветлая матерь, в провинции можно купить целый город!

– Правда, он снова предложил мне разделить родительские обязанности, – добавила Райсара. – Это когда я пришла в его дом, чтобы обсудить некоторые моменты.

– Ты, наверное, затискала дочку, да? – сощурилась я, уже предполагая, каким будет ее ответ.

– А, нет, я не поднималась в детскую, – отмахнулась лисица. – Мы обсуждали денежный вопрос, тебе, Антер, не понять, как много расходов у по-настоящему светской леди.

– Да, – кивнула я, – мне, конечно, не понять. Но ты-то понимаешь, верно?

– Разумеется, – с достоинством кивнула лисица. – В общем, он выпустил теней. И я оказалась в самом эпицентре распадающегося мира. Мира, который выцветал. Именно в тот момент я поняла, что совершила наичудовищнейшую ошибку – привела в мир его детей. Детей, которые с большой долей вероятности пойдут его путем.

– Магом теней нельзя родиться, – напомнила я. – Им можно только стать, и то не каждый дар сочетается с теневиками.

– Да, но дети теневиков лучше прочих слышат изнанку мира. Они испорчены, грязны изначально. И я бы в жизни не пришла сюда. Ни за какие деньги!

– Но ты пришла.

– Но я пришла, – Райсара поникла. – Я страдаю. Каждый день и каждый час я жду, что мир вот-вот выцветет, вот-вот пропадет. А Лиам... Он уже способен двигать тени. Пока что он управляет лишь обыденными, мирными тенями. Но что будет дальше, если он чудовище уже сейчас?!

– В этом доме всего одно чудовище, – я покачала головой, – и оно стоит сейчас передо мной.

– Ты должна меня понять! О, тебе еще предстоит столкнуться с его тенями. Вспомни мои слова, когда они будут рвать тебя на части! Вспомни мои слова, когда мир распадется и ты рухнешь в паутину изнанки. Двуликий магистр теней – противоестественная тварь, тварь, не достойная ни жизни, ни безболезненной смерти.

– Надеюсь, что Кайрнех тебя не услышит, – только и смогла выдавить я.

– Ты думаешь, я ему этого не говорила?! О, мне ничуть не страшно. Я хочу, чтобы каждый знал...

За спиной с грохотом раскололась дверь, но я не успела даже обернуться, как мимо просвистело заклятье.

– Согдэ.

«Усни? Странно, что не сдохни», – пронеслось у меня в голове.

Лисица рухнула как подкошенная.

– В прошлый раз ты ее поймал и трепетно прижимал к себе. Что изменилось? – спросила я, не поворачиваясь к Кайру.

– В прошлый раз под ногами был мрамор, а рядом стоял Лиам. Ее голова настолько пуста, она раскололась бы подобно перезрелой тыкве, – мрачно произнес магистр теней. – А после я уже не мог ее отпустить: меня накрыло, и я потерял контроль над тенями. В такие моменты я не способен пошевелиться.

Покивав, я не стала возражать и, прежде чем это успел сделать Кайр, подняла тело Райсары левитацией. Пусть это было мелочно, но… Мне не хотелось, чтобы он соприкасался с этой женщиной. Пусть даже и через магию.

– Зачем ты делал детей с ненавидящей тебя лисицей? – как можно спокойней спросила я.

– До рождения Аль она успешно маскировала ненависть равнодушием, – пожал плечами магистр. – Теневиков многие боятся, до определенного момента мы опасны.

– До определенного момента? – выразительно спросила я.