Шепот в городе. Мутация душ

– Где он? – спросила она у попавшейся ей навстречу женщины.

– У себя, – ответила та, робко отшатнувшись от вновь прибывшей начальницы.

Тамара Андреевна ринулась к стоящему в глубине крепкому зданию и резко толкнула дверь, входя без стука.

– Здравствуй, Учитель, – сказала она поднявшемуся ей навстречу мужчине, уже успевшему облачиться в простую льняную рубаху.

– Здравствуй, Тамара, – ответил он, сделав пару шагов вперёд.

– Давно приехал? – задала вопрос женщина, внимательно вглядываясь в лицо Учителя.

– Недавно. Поздно получилось освободиться. Ну, ничего, сейчас приступим к вечернему ритуалу, всё успеем.

– Успеем, – повторила она за ним фразу, явно думая о чём-то своём. Затем лицо её стремительно налилось краской гнева. – Ты что же здесь мне устроил с этой новенькой девицей? – вдруг задала она вопрос изменившимся голосом, – Что это вдруг за секс-рабство ты мне тут развёл, похотливый сукин сын?

– Ничего такого не было, Тамара, – ответил мужчина, начав нервно расхаживать по комнате, – Просто хотел проверить, как механизмы воздействия работают.

– Проверил? – спросила женщина, сверля собеседника уничижающим взглядом. – К чёртовой матери тебя вместе с твоими механизмами! Мне абсолютно наплевать, работают они у тебя или нет, – прокричала она, явно имея в виду не гипноз.

– Да я сам не понимаю, как так получилось, что она вдруг вышла из состояния транса и верещать начала. Орала, как резаная. Пришлось её в сарае запереть.

– Она там так и сидит?– спросила Тамара, хмуря красиво очерченные брови.

– Ну да. А что же с ней делать прикажешь? Нам скандалы не нужны. Обогреватель туда поставили для неё, чтобы не околела раньше времени.

– Скандалы ему не нужны, – иронично заметила женщина, – Да просто она девственница, я в больнице узнала. Вот у неё защитный механизм, видимо, и сработал в ответ на твои поползновения. Нашёл время и место для своих половых трудностей! Она сделала ещё несколько нервных шагов по комнате и присела. – Ладно, с нею всё решено, – неожиданно сменила тон Тамара, небрежно махнув рукой, – доверенность она на меня оформила. Одинокая депрессивная девица, типа, наглоталась таблеток, да и всё. Никто особо разбираться не станет.

– Ну что ж. действуй, как считаешь нужным,– ответил мужчина, брезгливо поморщившись.

– Опять хочешь спихнуть на меня всю грязную работу? – снова разгневалась дама. – Не нравится тебе её выполнять? А денежки делить тебе нравится.

– Ну, извини, у меня здесь совсем другие задачи, – развёл он руками.

– Вот и выполняй эти свои задачи, – произнесла Тамара ледяным голосом, – А ещё раз подобное повторится, сам будешь хвосты подчищать. Ладно. Через несколько дней всё с ней решим. Сейчас пока и так проблем хватает.

С этими словами Тамара Андреевна направилась к выходу.

Ближе к вечеру к нам в телецентр пожаловал Саша Петров. Он отыскал меня в гримёрной, собираясь о чём-то поговорить. После того, как мое лицо было полностью готово к вечернему эфиру, я вышла к нему в коридор.

– Понимаешь, в чём дело, – начал Саша, – сегодня к нам в управление обратилась некая Цветкова Юлия Сергеевна. В своём заявлении она указала, что разыскивает пропавшую двоюродную племянницу, Анну Кротову. Девушка находилась в тяжёлом психологическом состоянии после смерти матери, случившейся более полугода назад. Она неоднократно лечилась в психиатрическом отделении, так как была в постоянной депрессии. Юлия Сергеевна сама проживает в соседней области, постоянно контролировать жизнь племянницы ей достаточно затруднительно. Но они регулярно созванивались, узнавая, как дела друг у друга. А сейчас она решила приехать, поскольку племянница уже несколько дней не выходила на связь. Соседка пояснила ей, что девушка уехала на лечение, незадолго до этого уволившись из магазина возле своего дома, а в её квартире хозяйничают посторонние люди. Тебе ничего не напоминает эта история?

– Думаешь, что здесь тоже не обошлось без нашего реабилитационного центра «Психея»? – спросила я.

– Вполне допускаю такую возможность. Девушка была одинокой, имела проблемы со здоровьем в психологическом плане, лечилась в нашей городской больнице, где вполне могла познакомиться с санитаркой-вербовщицей, как и Славкина мама. И обе они неожиданно решили продать свои квартиры.

– Ты хочешь проверить, не были ли они знакомы между собой? – догадалась я.

– Хочу показать Ирине Тимофеевне фотографию Ани. Возможно, она встречала её на территории центра.

– Хорошо, давай поговорим об этом со Славкой, – подумав, согласилась я. – Он говорил, что мама чувствует себя вполне неплохо.

Через несколько минут мы продолжили разговор уже втроём. Слава согласился с нашим планом, поразмыслив совсем недолго.

– Конечно. Я понимаю, что это важно. Возможно, мы спасём чью-то жизнь, – сказал он.

Вечером мы зашли в его подъезд. С собой в компанию мы взяли Юлию Сергеевну, тётю пропавшей девушки, вооружённую фотографиями племянницы в своём мобильном. Женщина произвела на меня благоприятное впечатление. Несмотря на тревогу за жизнь племянницы, излишне не суетилась, никого не дёргала, а на наши вопросы отвечала чётко и по делу. Окончательно пришедшая в себя Ирина Тимофеевна тоже порадовала нас своим вполне адекватным поведением.

– Вообще не понимаю, как им удалось уговорить меня на такую глупость. Зачем мне квартиру продавать, и уж тем более переселяться к ним в «Психею» эту навсегда? Видно, санитарка эта сумела убедить, заморочила голову.

– Клавдия Ивановна? – спросила я.

– Нет, эту Верой звали. А та, о которой вы говорите, у них в другом отделении работала. В хирургическом, кажется. Вера потом уже меня с ней познакомила. Сначала сама меня обработала. Заговорила со мною так вкрадчиво, рассказала, что тоже мужа похоронила, как ей одиноко было после этого, и как в центре этом реабилитационном ей помогли. Вот потом и познакомила меня с этой Клавдией Ивановной, а та предложила мне съездить туда, посмотреть, вдруг понравиться. Там природа прекрасная, свежий воздух, смена обстановки. Вот я и согласилась.

– Видно, вербовка в центр пациентов больницы поставлена на широкую ногу, – тихо сказала я Саше.

– А там все такие добрые, участливые вокруг. Вниманием окружили с утра до вечера. Сама не знаю как, но стало казаться, что я должна остаться там навсегда, – взволнованно рассказывала Ирина Тимофеевна, – А потом эта мысль также неожиданно ушла. Проснулась и думаю, что я здесь делаю? Мне же домой надо.

– Похоже, они подсаживали пациентов на какие-то психотропные вещества, а потом обрабатывали, как им надо, – шепнул мне Саша. Я согласилась с ним, незаметно для других кивнув головою.

– А как там организована жизнь в самом центре? – спросил Славка, – Местные болтают, что в нём даже электричества нет, что жгут там свечи и факелы.

– Почему же нет? – удивилась Ирина Тимофеевна, – в домах есть, конечно. Свечи и факелы используют только для вечерних обрядов, чтобы лучше прочувствовать силу земли, как они говорят. То есть только тогда, когда Учитель их приезжает.

– Учитель? – хором спросили мы.

– Ну да, он у них главный. Проводит вечерние групповые обряды с хоровым пением. Прямо во дворе. Вот тогда факелы горят, огонь злую энергию пожирает. Ну, так они объясняют. Сейчас-то я, конечно, понимаю, что чушь это всё.

– А кто такой этот Учитель? Как он выглядит? – взволнованно спросила я.

– Имени его я не знаю, там принято к нему так и обращаться, Учитель. Да я его толком и не рассмотрела. Темно, только факелы горели. Да и он всегда в плаще каком-то средневековом, с натянутым до самого носа капюшоном. Борода, вроде бы, торчит Голос у него такой звучный. И он всё время твердил про силу земли, вечную любовь и прочее, от чего мы все в ступор какой-то впадали.

– Понятно. Похоже на сеанс массового гипноза, – заметил Саша.

– Лично с каждой из нас он тоже беседовал и со мною тоже. Но там тоже в комнате полумрак, и он всё о том же твердит, от материального мира отказаться призывает. В тот момент начинает казаться, что это удивительно правильные слова. Даже сомнения не остаётся.

– Скажите, Ирина Тимофеевна, а вы не встречали случайно там, в центре вот эту девушку? – Саша рукой подозвал поближе Юлию Сергеевну, держащую наготове мобильный с фотографией племянницы.

– Так это же Анечка, – неожиданно ответила Славкина мама, заставив нас мгновенно прийти в боевую готовность.

– Вы встречали её в «Психее»? – задал интересующий нас всех вопрос Саша.

– Да. Нас с нею вместе на автобусной остановке встречали, так мы и познакомились. Очень хорошая девочка. Маму похоронила не так давно, сильно переживала по этому поводу. Потом её на личную беседу с Учителем пригласили, и больше я с нею не встречалась. Нам сказали, что она срочно уехала.

– Интересно, куда? – задала я вопрос. – Ведь дома она так и не появилась.

Было видно, как чёрная тень тревоги пробежала по лицу Юлии Сергеевны.

– Боже мой, надеюсь, они ничего с ней не сделали, – чуть слышно произнесла она.

– Нужно срочно попасть в этот центр и всё выяснить, – сказал Слава.

– Да. Но только как это сделать? Официальных полномочий для этого у меня пока что нет, – ответил Саша.

– Знаете что, а давайте я проникну туда под видом страждущей жертвы и попытаюсь всё там разузнать,-предложила Юлия Сергеевна.

– Это очень рискованно, – тут же возразил Саша, – В центре нет даже мобильной связи. Вы просто не сможете дать нам знать в случае опасности.

– Да всё там есть, с чего вы взяли? – удивилась Ирина Тимофеевна, – Центр стоит на пригорке, и мобильники там прекрасно ловят. В отличие от самой деревни, которая находится в низине.

– Но ведь я никак не мог до тебя дозвониться, – удивился Слава.

– Так там мы все сдаём мобильники сотруднице. Они, вроде как, отвлекают от главного, вносят лишнюю суету. Там же все под дурманом каким-то, поэтому безоговорочно сдают телефоны.

– Ну вот, – обрадовалась Юлия Сергеевна, – один мобильный я сдам для отвода глаз, а второй оставлю для общения с вами.

– Всё равно, мне эта идея не нравится, – заметил Саша, – они там явно что-то делают со своими жертвами, чтобы ввести их в изменённое состояние. Вы можете даже не заметить, как попадёте под их влияние.

– Я не могу сидеть и ждать, когда они что-нибудь сделают с Аней, – в голосе Юлии Сергеевны зазвучала убеждённость в своей правоте. – Не волнуйтесь, я буду очень осторожной. Кроме того, квартира у меня в другой области. Чтобы до неё добраться, им понадобится какое-то время. Так что быстро от меня избавиться у них не будет резона. Ведь, если квартиры продаются по доверенности, это можно будет сделать только при жизни владельца. Вот после оформления сделки бывший собственник больше им не нужен. Тогда и появляется риск, что от него могут избавиться.

Мы все стояли в немом удивлении от сообразительности и неординарного мышления Юлии Сергеевны.

– Простите, а кем вы работаете? – задал Славка вопрос, который у всех нас крутился на языке.

– Помощником нотариуса, – ответила женщина, расставив всё на свои места.

Легенду для Юлии Сергеевны создавали все вместе. Папа тоже вложил свою лепту, быстро устроив её в больницу, и постаравшись не засветить свою заинтересованность. Мы убедили его придерживаться сочинённой легенды, не посвящая никого в реальное положение вещей. Ведь в другом случае информация могла дойти до вербовщиц, и вся наша затея потеряла бы смысл. Как показывал опыт, достаточно молодые пациентки попадали в злополучный центр из психиатрического отделения, одолеваемые депрессией и чувством одиночества. Для Юлии Сергеевны всё было устроено в лучшем виде. По легенде, она была одинокая женщина с собственной квартирой в соседней области, брошенная молодым любовником, приехавшая в наш город, чтобы забыться. Неожиданно она была вынуждена лечь в больницу по причине нервного срыва, возникшего на фоне затяжной депрессии. Короче, всё, как любят создатели «Психеи». На самом деле, у Юлии Сергеевны была дочь, уже замужняя и проживающая отдельно от мамы.

– Очень надеюсь, что преступники не успеют докопаться до истины, – сказал Саша, – в паспорте взрослая дочь не указана, а прописана она в другом месте. Хотя, для них главное – это вовремя провернуть сделку по продаже квартиры. После смерти родственника у законных наследников мало шансов доказать факт мошенничества. Но, конечно, женщина без близких людей для них более привлекательный вариант.

Оставалось надеяться, что вербовщики быстро пойдут на контакт, ведь им нужна была новая жертва после неудачи со Славкиной мамой.

Так оно и случилось. Тем же вечером уже известная нам Вера позвала Юлию Сергеевну попить чайку, и за душевным разговором упомянула, что есть такое замечательное место, где могут решить все душевные проблемы. Юлия Сергеевна проявила большую заинтересованность, и карусель закрутилась. Наутро она написала отказ от госпитализации, после чего направилась к автобусной станции, и приобрела билет до автобусной остановки рядом с деревней Глухово, где её должны были встретить и отвезти до реабилитационного центра. Женщину заранее снабдили вторым мобильным телефоном, поставленным на беззвучный режим. Он был надёжно спрятан в потайном кармашке платья Юлии Сергеевны. Старенький, но вполне еще добротный автобус за пару часов довёз её до места назначения. Она вышла на заснеженной остановке, где её уже ждала невзрачная машина с сидящим за рулём охранником центра. Он поздоровался и помог ей поставить дорожную сумку на заднее сиденье. На этом их общение было закончено, и всю дальнейшую дорогу охранник молчал, изредка кивая в ответ на её вопросы. Правда, дорога заняла какие-то считанные минуты, и вскоре они уже въезжали в ворота центра.

Юлия Сергеевна огляделась по сторонам. На довольно большой территории с вычищенными от снега дорожками располагалось несколько бревенчатых домов. Охранник припарковал машину у забора. Едва выйдя из неё, Юлия Сергеевна внимательно осмотрелась вокруг прикидывая, где могли удерживать Аню. Подходящими для этого ей показались небольшой домик возле забора, в котором, видимо, располагалась охрана и небольшой сарай напротив крепкого строения в глубине двора, запертый на навесной замок. Навстречу Юле из ближайшего здания уже спешила женщина средних лет в длинном сарафане и платке, повязанном так, что большая часть её лица была скрыта.

– Здравствуй, милая, – сказала она нараспев, – Устала, поди, с дороги? Пойдём скорее, чаем тебя напою, отдохнёшь, согреешься, – голос женщины звучал очень плавно, а её улыбка источала мягкость и доброжелательность. Юля непроизвольно улыбнулась ей в ответ.

– Меня Люсей зовут, – продолжила та, принимая из рук гостьи дорожную сумку, – а тебя как называть?

– Юля, – почему-то коротко назвала своё имя Юлия Сергеевна.

– Пойдём скорее в дом, – Люся кивнула головой в сторону ближайшего строения, – Входи, дверь не заперта, у нас тут замки без надобности.

«Интересно, зачем тогда запирать дверь сарая?» – подумала про себя Юлия Сергеевна.

Они вошли в избу, пахнущую дровами и сушёными травами. Мебель была простой, самодельной, выстроганной из увесистых брёвен и неотесанных досок. Юля почувствовала себя, как в детстве, у бабушки в деревне.

– Садись к столу, самовар как раз вскипел, – сказала Люся, озаряя всё вокруг своей мягкою улыбкой.

Юля села на широкую деревянную скамью у стола и почувствовала головокружительный запах свежевыпеченных пирогов. Люся только что достала их из русской печи, и теперь водрузила огромное блюдо на середину стола.

– Угощайся, милая, – сказала она, разливая по чашкам ароматный напиток.

Юля взяла в руку пирог и вдохнула чудесный запах.

– Пироги вкусные, кушай, не стесняйся, – ласково пропела Люся.

Юлия Сергеевна с большим удовольствием откусила кусочек запеченного воздушного теста и почувствовала во рту вкус сочной ягодной начинки. Чай тоже был превосходным, настоянным на каких-то незнакомых Юле травах.

– Расскажи, какие беды привели тебя к нам? – спросила Люся, убирая чашки после чаепития.

«Вы, скорее всего, обманом удерживаете здесь мою племянницу» – подумала Юлия Сергеевна. Но вслух она сказала совсем другие слова.

– Одна я совсем в этом мире, Люся, – начала она, изображая предельную степень откровения, – Мужики меня бросают, детей нет, да и мужа не было никогда. До того тяжко, что даже руки на себя наложить хотела.

– Что ты, милая моя, нельзя так, – торопливо заохала Люся.

– Да я понимаю, что нельзя. Да только поделать с собой ничего не могу. В больницу, вон, попала даже. Только толку от этих таблеток? Душе-то всё равно легче не становится, – она глубоко вздохнула, глядя в окно на заснеженный двор.

– Ничего, милая моя, – заговорила Люся, плавно покачивая головой, – ты попала в нужное место. Здесь ты найдёшь покой и утешение.

– Мне рассказывали, что в «Психее» творят просто чудеса. Душа прямо-таки исцеляется, и жить хочется снова, – сказала Юлия Сергеевна, надеясь на продолжение разговора.

– Конечно. Мы все здесь собрались, чтобы поддерживать друг друга в трудную минуту, – закивала головой Люся, – место ведь здесь просто волшебное, земля под нашими ногами силы придаёт. Скоро ты это сама почувствуешь, – говорила женщина, плавно кивая в такт своим словам.

– Да, мне сейчас очень нужны силы, – согласилась Юля.

– А ты давай сюда мобильный свой, чтобы он не отвлекал тебя всякой пустой суетой, – сказала Люся, протягивая руку.

Юля послушно протянула ей свой телефон, помня про второй, спрятанный в кармашке платья.

– Скоро ты встретишься с нашим Учителем. Ты не представляешь, что это за человек. Каждого поддержит, каждому даст утешение. После общения с ним все выходят счастливыми, одухотворёнными.

«Видимо, не все», – подумала Юля, снова возвращаясь мысленно к исчезновению племянницы.

– А что же там происходит, во время этого таинства? – задала она вопрос Люсе.

– Если посчастливится тебе, сама всё узнаешь, – заверила её собеседница.

«Хорошо бы, чтобы посчастливилось. Возможно, удастся узнать, куда подевалась Аня», – подумала про себя Юля, чувствуя, что её окутывает лёгкая дрёма. Не сдержавшись, она зевнула.

– Да ты ляг, поспи с дороги, – заговорила Люся, подталкивая её в глубину комнаты. Там, за цветной занавеской оказалась удобная лежанка, накрытая стёганым покрывалом. Юля едва дотронулась щекой до мягкой пуховой подушки, как мгновенно провалилась в сон. Когда она открыла глаза, в комнате уже стемнело. «Как же это я так уснула?» – подумала она, поражённая собственной беззаботностью. «В чай что-то подмешали», – осенила её догадка. Она нашарила на стене выключатель, и тусклая лампочка под потолком осветила пространство комнаты. Юля почувствовала, что ей сильно хочется пить, во рту просто пересохло. Она встала и сделала несколько шагов по комнате. На столе, за которым ещё недавно они распивали чай, стоял кувшин с водой, а рядом чистая кружка. Юля жадно выпила почти всё, практически не ощущая вкуса воды. Через минуту женщина почувствовала прилив сил, голова стала ясной, а тело приобрело необыкновенную лёгкость. В эту минуту дверь отворилась, и в комнату вошла Люся. Выглядела она торжественно, вся словно переполненная важностью момента.

– Пойдём во двор, там уже собрались все наши, – сказала она, слегка дотронувшись до Юлиной руки. Во второй руке она держала тёмный шерстяной платок, который протянула притихшей женщине, – На, возьми.