Л̶ю̶б̶л̶ю̶. Гублю (СИ)

— Говорю же не хочу, точнее хочу, конечно, но запала, энтузиазма нет. Устал я, Юра.

— Ну, слушай, тебе так и до Райского недалеко. Помнишь, он говорил, что на мальчиков перешёл, потому что всех красивых баб в мире перетрахал и новизна ощущений пропала, — расхохотался Сафронов.

— Я сейчас для новизны тебе по роже съезжу, с этим пидором и извращенцем уж не сравнивай, — отмахнулся Горин, и вдруг засмотрелся на красивый майский закат, то и дело выглядывающий из-за пролетающих в окне машины домов.

— Давай остановимся здесь, я пройтись хочу.

— У нас ещё встреча с мэром, — начал было Юрий Иванович, но тут же осекся, — я сам съезжу, отдохни Александр Николаевич, а то ты правда совсем захандрил.

Оставшись один, Горин медленно прошёлся по площади, а затем отправился к террасе одной из кофеен, располагающейся здесь же.

— Валерий Сергеевич, пойдём чаю выпьем, — пригласил он сопровождающего принимающей стороны, и направился внутрь.

Хозяин заведения, по счастливой случайности, находившийся здесь же, сразу приметил непростого гостя и разместил в вип зоне.

— Шишка, — многозначительно протянул он одной из официанток.

— Сексуальный мужик, — со знанием дела ответила она, и каждый разошёлся по своим делам.

К удивлению Александра Николаевича, место ему понравилось, да и кухня была неплохой, он спокойно беседовал с Валерием Сергеевичем, когда почувствовал, что за ним наблюдают.

"Только бы не журналюги" — подумалось ему, но обведя взглядом гостей заведения он немного расслабился, не заметив ничего подозрительного, а затем и вовсе поплыл: за ним наблюдала молоденькая девушка.

В отношении женщин любого возраста у Горина было уже давно сформированное мнение, поэтому он не питал никаких иллюзий. Прошёлся взглядом по мигом покрасневшей девчонке и вернулся к разговору. Но погрузиться в беседу теперь никак не получалось, потому что ощущение того, что она смотрит, не давало сосредоточиться и вникнуть в суть Валериных рассказов.

Красивая, натуральная очень, ну может разве скулы и губы немного сделаны, а так прям свежачок, — подумалось ему.

Постепенно он снова включился в диалог и даже как-то привык к своей наблюдательнице, как вдруг прямо перед ним возникла какая-то девица и начала, в прямом смысле этого слова, качать права.

— Дорогие мужчины, извините, что прерываю вашу беседу, но мы с моей подругой очень замёрзли, поэтому хотели бы попросить у вас пледы, предназначенные больше для хрупких женских плеч, нежели для сильных мужских торсов…

Сначала Горин замер, как обухом ударенный по голове, а потом вдруг расхохотался, не в силах сдержаться.

Наконец, насмеявшись от души, заставив собеседника краснеть, а белобрысую пигалицу стоять в недоумении, он подал голос:

— Валерий Сергеевич, вот это девушки у вас…

Тот расплылся какой-то вымученной улыбке и поспешил оправдаться:

— Александр Николаевич, вы же понимаете областной центр, миллионник. Поэтому девицы не хуже московских…

Горин внимательно изучил девицу, оказавшуюся очень приятной наружности, а потом, вспомнив, что она говорила о подруге, повернулся, снова увидев ту, которая раньше изучала его, а теперь опустила глаза в пол и тряслась, как осиновый лист.

Теперь он смотрел не вскользь, а прямо в глаза, с интересом и лёгкой усмешкой, всём своим видом показывая, что ситуация его явно забавляла. А она действительно веселила его: и эти чертовы пледы — очередное идиотское западное веяние, и эта красивая глазастая, похожая на молодого оленёнка девушка, которая должно быть и правда замёрзла, потому что напялила шмотье не по погоде.

Александр, удовлетворённый осмотром и заметивший смущение дикой лани, поднялся, и протянув один плед белобрысой, направился с другим прямо к их столику.

По ходу приближения, он отмечал про себя всё новые и новые нюансы в её внешности: густые русые волосы, красивый овал лица с ярко-выраженными скулами, маленький нос и вздернутый подбородок. Но больше всего Горина впечатлили её глаза под натуральными бровями в обрамлении густых ресниц, почти не тронутых косметикой. Они были огромными и по-настоящему зелёными. Нет, это был не болотный и не изумрудный цвет, он был как будто бархатным, похожим мох в и утреннем, залитом солнцем лесу — глубокий и насыщенный. Как только Александр Николаевич оказался совсем близко, то не церемонясь, совершенно спокойно обернул её озябшие плечи пледом.

В тот момент, когда руки Горина коснулись тонкой как будто алебастровой кожи, покрытой мурашками, то девушка чуть не свалилась в обморок от растерянности и неловкости. Почему-то её смущение подействовало на него самым неожиданным образом. Девица его возбудила, сам не понял как это вышло. Быстро и очень сильно.

— Красивая. Грейся, — тихо и с плохо скрываемой хрипцой протянул он, а затем вернулся к своему столику, оставив подруг одних.

"Может и правда сказывается отсутствие секса? От смущенного вида какой-то соплячки почти штаны порвались. Смех, да и только!" — пронеслось в голове у Горина на пути к своему столику.

— Здесь у вас повеселее, чем на встрече с мэром, — хмыкнул он, снова заставив покраснеть Валерия Сергеевича, не знающего как реагировать на реплику будущего губернатора.

Следующие рассказы собеседника Александр Николаевич слушал в пол уха, погружённый в свои мысли.

Что-то знакомое и щемящее из юности шевельнулось в нём при виде этой девушки с зелёными глазами. Он сидел и напряжённо пытался охарактеризовать тонкий аромат, исходящий от её кожи, но никак не мог вспомнить его. В тот момент, когда он склонился над ней с этим чертовым пледом, то почувствовал тонкие нотки ванили… А может клубники? В любом случае это было что-то едва уловимое и нежное, не в пример модных сейчас селективных парфюмов, душащих не только самих столичных фиф, но и всех окружающих.

— Александр Николаевич, вы меня слышите? — вглядывался в него собеседник.

— Задумался, Валерий Сергеевич. Пусть несут счёт, пора ехать, — распорядился Горин и снова взглянул на ту, которая вызвала в нём очень странные и непонятные ощущения.

"Ну раз хочется трахнуть, то почему бы и нет? Чего себя ограничивать? " — лениво размышлял он, пока официант протягивал ему счет.

Подходить и знакомиться совершенно не было надобности, потому что сопровождающий мог это не так понять и обязательно разнёс бы по всем заинтересованным. Да и девчонка казалась совсем юной и робкой в отличие от своей смелой и раскованной подруги. Поэтому Горин размашистым почерком написал свой номер телефона на салфетке и протянул официанту вместе с картой:

— Тот столик тоже запишите на мой счёт и девушке с русыми волосами передайте это, — официант понимающе хмыкнул и удалился, после чего Александр Николаевич тоже поднялся и вместе сопровождающим покинул заведение.

Вечером была назначена ещё одна встреча, но Горин никак не мог сосредоточиться. Он размышлял над тем, позвонит ли ему вызвавшая в нём такую реакцию девушка из кофейни.

Время шло, телефон разрывался, но только звонка от неё всё не было. Ночью в гостинице он даже признался себе, что слишком много думает о ней и ждёт хотя бы сообщения. Нужно было подойти и взять чертов номер, наплевав на этого Валерия Сергеевича и вообще приличия, связанные с репутацией будущего губернатора.

Он действительно жалел о том, что впервые не проявил инициативы и как следствие упустил такой необычный экземпляр. Это, пожалуй первый раз за последнее время, когда Горин кого-то захотел и не получил, поэтому раздражение нарастало и настроение стремительно падало.

Девица не перезвонила ни в этот, ни в последующие дни, чем немало его разочаровала. Почему-то находясь в этом городе Александр Николаевич невольно искал её глазами в прохожих девушках, чем через некоторое время привлек внимание проницательного помощника:

— Напряжённый ты, как будто ищешь глазами что-то…

— Ищу, — честно признался Горин, — девочка одна понравилась.

— Когда ты успел? Вроде дела и встречи с утра до вечера! — округлил глаза Сафронов.

— Когда на встречу с мэром два дня назад не поехал.

— Трахнул?

— В том-то и дело, что нет…

— Значит незакрытый гештальт, — понимающе хмыкнул помощник, — наш рейс завтра, так что ещё успеешь.

— Так я даже имени её не знаю.

— Удивляешь, шеф. Нужна? Найдём. Что нам стоит…

Горин вдруг задумался: действительно, почему бы и нет? Он с юности привык брать то, что хочет, и женщины никогда не были исключением. Высокий, крепкий и спортивный голубоглазый брюнет — он всегда пользовался популярностью у противоположного пола. Были особо строптивые, но в основном для вида, и Александр обычно раскалывал их как орешки уже со второй встречи. А те и рады были: каждая хотела к нему в койку или денег, а лучше всё и сразу. Ох, сколько их перебывало в его постели! Одно время в Турцию и в Таиланд каждый раз с новыми ездил, потом денег стало больше и аппетиты у моделей выросли: возил на Багамы и Мальдивы, да только скукотища там смертельная, поэтому такие поездки очень быстро приелись.

Но здесь что-то останавливало и заставляло притормозить. Может юность её? Или взгляд этот невинный? Вдруг у неё жених в армии? Ведь такие обычно ждут и дожидаются… Хотелось её и не хотелось одновременно. Как будто стыдился того, что такой аленький цветочек его так привлёк. Прям Гумберт, твою мать.

— Нет, Юра, не надо. Губить её не хочу. Молоденькая совсем.

— Ты моралистом становишься? У тебя же восемнадцатилетние модели были, Сань, что останавливает? Всё они одинаковые ниже пояса…

— Всякие были, только вот такой пока не было. И не будет, — невесело рассмеялся Горин.

— Будет ещё лучше, — уверенно заключил Сафронов, перед глазами которого пронёсся конвейер красавиц, перебывавших у шефа в постели.

Разговор завершился ничем, а уже следующим вечером они улетели в столицу, чтобы вернуться через месяц с готовым решением, хотя отлично понимали, что с указами оттуда спорить не принято. Значит, дело почти сделано и скоро Горин станет губернатором области.

Полностью занятый работой Александр Николаевич скоро выкинул из головы зеленоглазую нимфу, да и было ли у него время думать хоть о чем-то кроме скорого переезда и глобальных перемен, которые претерпевала вся его жизнь?

Становясь ведущим лицом области, он связывал себя по рукам и ногам во многих вопросах, решаемых раньше одним щелчком пальцев. Возможно со стороны вынужденное назначение казалось подставой, призванной обезвредить одного из зарвавшихся олигархов, но Горин всё проверил загодя и знал, что он был нужен. А пока ты нужен — ты на коне.

Ровно через месяц он с большей частью своей команды приземлился в аэропорту областного центра и под вспышки фотографов и вопросы репортёров направился в машину большого кортежа, состоящего из десяти внедорожников в сопровождении полиции.

— Теперь официально, — пробормотал Сафронов.

— Официально будет после назначения, — поправил шеф и раздраженно прищурившись добавил, — затрахали щелкать, я так ослепну нахер. Убери их, Юра.

Оказавшись в машине, он сразу был захвачен врасплох новой помощницей с пышной грудью и полными алыми губами:

— Александр Николаевич, сегодня в восемнадцать ноль-ноль ужин с меценатами и представителями бизнеса. Завтра: в десять ноль-ноль встреча со студентами *** университета по поводу строительства нового корпуса, в тринадцать ноль-ноль благотворительный обед…

— Стоп. Вера, кажется?

— Да, — озадаченно подтвердила девушка.

— Давайте помолчим, а то у меня от вашего "ноль-ноль" сейчас голова лопнет.

— Как скажете, — надув пухлые губки, пробормотала она и отвернулась к окну.

Странный народ женщины. Ведь он даже на одну сотую не был так груб, как иногда со своими подчиненными, а она уже обиделась. Можно было подумать, что помощница проявила непрофессионализм и не справилась с эмоциями, но для него было ясно — имела на него виды. Однозначно.

Насладившись тишиной и прохладным ветерком из открытого окна, Александр Николаевич через какое-то время сам взял папку с расписанием мероприятий и принялся изучать её содержимое.

Каждый день его недельного визита был плотно расписан: встречи, обеды, совещания — его знакомили с фронтом работ, теперь действительно официально.

Горин потер переносицу и отложил бумаги: связан по рукам и ногам. То от чего бежал, теперь вырисовывалось невеселыми перспективами ближайшего будущего: невозможность управлять собственным временем и ощущение того, что сам себе не принадлежишь. Успокаивало только то, что всё это временно: совсем скоро он войдёт в курс всех основных дел и задач и после назначения всё по максимуму вернётся на круги своя.

Постепенно хорошее расположение духа вернулось к нему и даже вспомнилась та самая незнакомка с глазами лани. Горин в очередной раз подумал о том, что правильно поступил и похвалил себя, что не поддался порыву, после чего удовлетворенный собой вернулся к чтению.

Однако уже на следующее утро уверенность в правильности действий в отношении этой девчонки резко пошатнулась.

Кто бы мог подумать, что она снова встретится ему, да еще и как студентка университета, в котором он спонсировал строительство нового корпуса?

Да уж, пути господни, как говорится…

Ничего не предвещало беды, когда Горин, в окружении свиты прошёл и разместился в центре большой аудитории. Это мероприятие не было в списке важных, но спонсирование играло ему на руку, ведь будущее за молодыми, а если он заручится их уважением, то многие задачи автоматически отпадут.

Ректор — высокий худощавый старикашка, вещал о перспективах и возможностях обучения, а Александр Николаевич отвечал на вопросы, и лениво проходился взглядом по аудитории: публика была очень разношерстной, тут и там виднелись серёжки в носах, татуировки и розовые волосы.

Ещё бы, ведь он и сам в студенческие годы как только не отрывался и чего только не творил.

— Главное, чтобы к окончанию вся дурь прошла, — как-то сказал отец и оказался прав: желание делать татуировки и пирсинги быстро прошло, а вот любовь к дракам осталась, но постепенно и она сошла нет.

Вдруг среди притихшей толпы студентов раздался мужской смешок и все, включая ректора устремили взгляды в направлении звука.

Горин сразу увидел источник: это был сопляк примерно двадцати лет очень смазливой наружности, однако тот, кто сидел рядом с ним привлек его гораздо больше.

Он моргнул, как будто не веря самому себе, однако картинка не изменилась: это была она, та самая девица, которую примерно месяц назад он укутывал пледом на ветреной террасе кофейни.

Опытным взглядом хищника, Александр Николаевич определил, что девушка тоже его узнала: щеки раскраснелись, а зелёных глаз совсем не видно из под опущенных ресниц. Он так увлёкся разглядыванием ее прекрасного лица, что даже на несколько мгновений забыл где находится.

"Да, уж при свете дня вообще хороша, негодяйка. Лучше бы и не попадалась на глаза" — с досадой подумал он и отвернулся.

Все оставшееся время до конца он искал аргументы против того, чтобы затащить её в машину и трахнуть, заразу, как следует. Искал, но не находил. Первая встреча могла быть случайной, но вот вторая — это уже закономерность.

Сейчас Горин злился: сам на себя и особенно на нее, за то, что так понравилась и за то, что в эту самую секунду так сексуально прикусывала свою пухлую губу, опустив глаза. В общем его бесил даже просто факт её существования такой молодой и нежной. Хотелось схватить её, намотав русые блестящие волосы на кулак и смять эти пухлые губы жёстким подчиняющим поцелуем, чтобы сразу поняла и уяснила на будущее, что когда такой серьёзный мужик даёт номер — нужно перезванивать.

Когда мероприятие, наконец, закончилось, то он начал внимательно следить за зеленоглазой ведьмой, которая как мышка, спрятавшаяся за спины других студентов, потихоньку пробиралась к выходу.

"Боится или смущается? Хорошо если бы и то и другое сразу. Пусть привыкает" — пронеслось у него в голове.

Однако Горин был окружён настоящей толпой, поэтому подойти ближе не было никакой возможности, а она уже юркнула к двери.

К счастью, ректор остановил студентов и начал раздавать какие-то задания. Она тоже остановилась, видимо потому что поручение касалось и её.

— Подготовка репортажа обязательна, — расслышал Александр последние слова и отметил про себя, что она будущая журналистка.

Отчего тогда такая робкая? Из-за него? Точно.

Он подумал о том эффекте, который производит на девчонку и невольно улыбнулся.

Это не было самолюбованием или очередным фактом, который тешил его эго. Просто тридцати семилетний опыт Горина ясно говорил о том, что причина её смущения именно он, и уже во второй раз. Это было неоспоримой и невероятно приятной истиной.

Горин уже собирался потребовать данные понравившейся студентки, чтобы ознакомиться её личным делом и узнать адрес, но вдруг подумал, что слишком хочет видеть её лично и решил, что отдаст распоряжение остановить её прямо сейчас, пока не испарилась.

Он уже подозвал начальника охраны и начал искать девчонку в толпе, как вдруг его телефон завибрировал и Александр Николаевич машинально взглянув на экран, замер. Поверх других оповещений красовалось сообщение, присланное с незнакомого номера:

"Добрый день. Не решалась написать, но сохранила ваш номер и сейчас вдруг подумала: почему бы и нет? "

Ох и девочка. Зеленоглазая лисица. Второй раз за день смогла встряхнуть и ввести в ступор самого Александра Горина.

Только вот послевкусие у этого всего было горьким, потому что теперь он понимал, что девица разглядела не только его самого, но большой кошелёк, поэтому теперь резко захотела общения.

Горин был рад и огорчён одновременно. Всё таки не удивительная, а такая же как все… Алчная и падкая на деньги сучонка…