День другой – кошмар все тот же

В течение 2006 года, пока велось следствие, за Королевым следили журналисты, о нем писали скандальные статьи, против него велась информационная война. Некоторое время основатель iHeart находился под подозрением. Полагали, что он мог заказать киллера, ведь обладание тайным знанием математики может принести невероятную прибыль, а делить сумму на троих не так приятно, как на одного. Что касается денег, только производители оружия выложили бы миллионы за формулу, которую, по словам неизвестного инсайдера, использовали в производстве «моторов для сердца».

Невиновность Королева была доказана уже через несколько месяцев, и его отпустили из-под следствия. Смерти участников процесса «Наука под замком» были признаны несчастными случаями.

Впрочем, на этом история со странностями не заканчивается. Михаил Витальевич в том же 2006 году в прессе заявлял, что ему поступают угрозы в связи с обвинениями сокрытия научных изысканий. Тогда же на него было совершено первое покушение. Ночью в его дом ворвался человек в маске и, угрожая огнестрельным оружием, принуждал Королева выдать ему все документы с секретной формулой. Михаил Витальевич успел нажать тревожную кнопку, и уже через 10 минут бандита выкурил и скрутил отряд ОМОНа. Вымогателем оказался тридцатилетний уроженец Ростова, неоднократно судимый.

Следующее покушение на Королева было куда более тщательно спланировано. В один из дней декабря 2006 года Михаил Витальевич передвигался на служебном автомобиле по городу. На перекрестке в автомобиль влетела тонированная «Лада», из которой выскочили люди в масках, вытащили Королева из заблокированной машины и бросили в фургон.

Водитель Королева остался жив, он тут же сообщил о похищении в милицию. Был объявлен план «Перехват», мобилизовали несколько отрядов ДПС, ОМОНа, также привлекли вертолет со снайпером. Через два часа фургон обнаружили на 7 километре трассы Екатеринбург – Тюмень. Во время погони водитель фургона не справился с управлением и влетел в отбойник. Двое похитителей, включая водителя, погибло, еще двое были задержаны. В ходе штурма автомобиля один сотрудник милиции погиб. Михаил Витальевич не пострадал.

В процессе допроса выяснилось, что бандиты охотились на Королева с целью заполучить скрываемую им формулу. Но кто их заказчик, они не сообщили. Факт, что у хорошо организованной и вооруженной команды была поддержка и заказчик, не вызывает никакого сомнения. Но очевидно, им всем хорошо платили за молчание, поэтому они по сей день не сознались, несмотря на то, что им обещали скостить срок пребывания в тюрьме, где они находятся до сих пор, спустя 30 лет.

После всей этой истории заявления Королева о том, что его преследуют, не вызывали никакого сомнения. Впрочем, это не помогло Михаилу Витальевичу избежать следующего удара, который пришелся по самому уязвимому месту.

Весной 2007 года Екатерина Михайловна Бортникова, единственная дочь Королева, выпала из окна собственного дома, где она проживала с мужем. В срочном порядке она была доставлена в реанимацию. В квартире обнаружили труп ее мужа Александра Бортникова, который вскрыл себе вены. В крови Александра и Екатерины были обнаружены большие дозы наркотических веществ. Также на теле Екатерины нашли множество травм, появившихся до падения, следы наручников на запястьях, следы изнасилования посторонним предметом. Было установлено, что Александр Бортников под действием наркотиков привязал Екатерину к батарее и несколько дней избивал и насиловал. Об этом писали во многих газетах, и не только потому, что новость была шокирующей и пугающей до безобразия, но еще и потому, что в ней фигурировала дочь очень известного предпринимателя Королева.

Екатерина провела в реанимации несколько месяцев, но смогла выкарабкаться. Вот только ее мозг получил серьезные повреждения и она потеряла память.

Странно, что дело не получило развития, ведь на руках у органов МВД были все карты: нападения на Королева, обвинения в сокрытии научных данных. Но по какой-то причине следствие закрыло дело с заявлением, что между супругами Бортниковыми произошла ссора в связи с пристрастием мужа к наркотикам, из-за чего тот разозлился, накачал наркотиками супругу, привязал ее и долго избивал, пока вдруг не осознал, что натворил, отпустил ее, а сам покончил с собой. Екатерина не выдержала такого потрясения и вышла в окно. Звучит довольно обыденно в рамках нашей большой и необъятной страны, тут и не такое бывает. Вот только несколько фактов не вяжутся. Александр никогда не стоял на учете в наркодиспансере. Хотя, впрочем, это не может быть доказательством. Но нельзя же упускать из виду очевидный факт: между смертями Самвеляна, Протасевича, Бортникова есть определенная связь – это семья Королевых, а также странные обстоятельства смерти и проведения следствия. Складывается ощущение, будто в милиции того времени работал некий покровитель, который не давал следствию разобраться и рубил дело на корню.

К сожалению, для Михаила Витальевича этим дело не закончилось. В то время, когда случилась трагедия с дочерью Королева, его супруга Вера Николаевна, выступавшая на форуме в Германии по вопросам СПИДа, была найдена мертвой в отеле. И опять же, так много вопросов и так мало ответов. Детали гибели тщательно скрывались от журналистов. Возможно, чтобы не доводить до международного скандала. Но нам все же удалось кое-что узнать.

Официальная версия была – самоубийство. В номере отеля были найдены пустые упаковки от снотворного, бутылка шампанского, повсюду отпечатки пальцев погибшей. Но при тщательном расследовании выяснилось, что у Веры Николаевны в тот вечер были посетители. Об этом сообщили сотрудники отеля. Были даже составлены фотороботы. Неизвестные посетители не опознаны до сих пор, и нет какого-то прямого подтверждения тому, что эти люди были как-то причастны к смерти Королевой. Но если учитывать все странности, происходящие вокруг семьи изобретателя, то становится понятно, что за него взялись серьезные люди.

Скорее всего, Михаил Витальевич пришел к такому же выводу, и через несколько месяцев он исчез в неизвестном направлении. Мы знаем, что он прожил в России еще один или два года, но потом покинул страну.

Пока Михаил Витальевич скрывался, компания iHeart процветала. Но в 2008 году прошел слух, что Михаил Витальевич собирается продать компанию. Что не удивительно, учитывая все напасти, свалившиеся на его плечи.

Одним из кандидатов на покупку iHeart был владелец Трубного металлургического холдинга Трофимов Александр Сергеевич, предприниматель, проживающий на участке на Рублевке площадью в 10 гектаров. Трофимов А. С. имеет довольно темное прошлое. В 90-е годы он был участником нескольких уголовных дел, связанных с преступными группировками, и чаще всего фигурировал в делах с Кротовым Владимиром. Кротов был известен тем, что построил целую преступную структуру, которая пустила корни практически во все охранные предприятия Москвы. Сейчас, спустя более 40 лет, документы и упоминания об этих делах удалены из открытых источников, что не удивительно. Александр Трофимов имеет друзей среди высокопоставленных чиновников. Кто-то серьезно постарался очистить его репутацию от крови.

Через год после начала переговоров между Королевым и Трофимовым, сделка была отменена. Трофимов прокомментировал срыв тем, что они не сошлись в условиях, а Королев заявил, что передумал. На одной из пресс-конференций Михаил Витальевич сказал, что не собирается продавать компанию и, скорее всего, продолжит работать, но из другой страны и контрольный пакет акций компании он завещает своей дочери.

Это решение шокировало инвесторов и аналитиков, впрочем, и журналистов тоже. Дело в том, что после травмы головы в 2007 году Екатерина страдает от редкой формы ретроградной амнезии и каждый день ее память возвращает ее в далекий 95-й год, когда компьютеры мало чем превосходили калькуляторы, а сотовые телефоны были размером с кирпич. В 95-м даже не существовала компания iHeart. Каким образом Екатерина будет вести дела отца – непонятно. Аналитики предположили, что это мог быть какой-то стратегический ход от Королева, возможно, чтобы сыграть на котировках акций, хотя это запрещено законом и карается уголовной ответственностью.

В тот же год он покинул страну вместе с дочерью и долгое время вплоть до 2019 года не возвращался на родину. Впрочем, компании это не мешало. iHeart росла и развивалась, подминая под себя рынок медицинской техники, о чем говорили ежегодные отчеты для инвесторов.

Мы не знаем, было ли то заявление стратегическим ходом, однако Михаил Витальевич мертв, и все его акции, предприятия и фонды по завещанию перешли к Екатерине. Знает ли она, что теперь находится у руля многомиллионной компании? Знает ли, какой скандал вертелся вокруг ее отца? И что, возможно, она является обладательницей уникального знания, за которым охотятся преступники, готовые вламываться ночью в дома и убивать людей, лишь бы стать обладателем магической формулы.

Редакция неоднократно пыталась получить комментарий от Екатерины, но ее второй муж Вуйчик Адам (ударение на первую «а») всячески оберегает ее от журналистов и вообще какого-либо внимания со стороны СМИ. Екатерина – темная лошадка. У нее нет соцсетей, нет практически никаких статей и упоминаний о ее личной жизни. Как будто кто-то когда-то озаботился тем, чтобы подчистить все следы. Но от чего оберегают Екатерину? К чему такая скрытность? Неужели это все методы отца по защите своей дочери от все тех же преследователей? Тогда зачем он оставил ей свою компанию? Не проще ли было продать ее?

Мы знаем, что Екатерина с мужем переехали и живут в одном из поместий отца. Но где конкретно? Этого мы не знаем. А хотелось бы посмотреть, как дела у женщины, владеющей тайной формулой математики.

Всего хорошего!

И не забывайте продлить подписку на наш портал со скидкой 50% лично от меня по промокоду VORON. У нас самые честные новости.

20

Катя смотрела в одну точку, не в силах пошевелиться или сказать хоть что-нибудь.

– Мне очень жаль, – сказала Ника.

– Папа… – прошептала Катя.

– Можно тебя обнять? – спросила Ника.

Катя кивнула. Ника обняла ее.

– Я очень любила папу, – сказала Катя тихо. – Он был самым лучшим, самым клевым папой в мире. Учил меня жарить картошку, играть в шахматы, зашнуровывать кеды десятью разными способами. Он читал вместе со мной книгу про Муми-тролля, когда мне было восемь лет. Помню, мы лежали на диване, я читала медленнее, поэтому он ждал меня и только потом перелистывал страницу. Мы играли с ним на «Дэнди» в танки и Марио. – Она немного помолчала, а потом едва заметно улыбнулась, все так же смотря в точку. – Однажды, когда мне было пять, мальчишки за гаражами дали мне покурить. Дома папа с порога спросил, почему от меня пахнет дымом, а я сказала, что курила. Папа спросил, понравилось ли мне. Я сказала «нет». И он даже не ругал меня. Он искупал меня, почистил зубы, чтобы не пахло сигаретами, чтобы мама не учуяла, когда вернется с работы…

Она вздохнула.

– Мама… Мама была очень чувствительная. Она… Она все время переживала из-за мелочей… Из-за родительского собрания, на котором на меня катили бочку, что я прогуляла отработку на пришкольном участке. Мама плакала, а папа ее успокаивал. Мой милый папа, моя бедная несчастная мама. Теперь… Теперь их нет. А прошла всего лишь ночь. Они прожили целую жизнь. Точнее, папа прожил, а мама… Мама нет.

Катя посмотрела на Нику.

– Ты веришь в Бога? – спросила Катя.

– В Бога? В какого?

– Без разницы в какого.

– Честно говоря, не очень. Я верю в интернет и в «Твиттер». А ты?

– А я верю в Бога. И мне хочется спросить у него, почему он так со мной поступил? За что он меня так наказал? Это же бесконечный кошмар: каждый день я узнаю, что у меня погибли папа с мамой, каждый день я узнаю, что моя жизнь заканчивается, что я все пропустила.

– Понимаю тебя, – сказала Ника. – Слушай, а может быть… Ну у тебя же есть деньги – может быть, поискать врачей, которые умеют в мозгах ковыряться? Я читала в приложении «А вы знаете, что…» один факт: сейчас на земле живет не меньше 50 человек с пересаженными головами. Представляешь, кому-то голову пересадили! Может, и тебе как-то можно пересадить там… что-нибудь, чтобы память восстановить?

– Мне почему-то кажется, – сказала Катя, – что если бы кто-то мог мне помочь, то папа бы обязательно его нашел. Я думаю, что папа все эти фонды открыл ради меня, чтобы найти лекарство. И судя по всему, ему это не удалось.

Они некоторое время молчали.

– Я даже не знаю, что мне теперь делать. Что мне со всем этим делать? Я ведь осталась одна, совсем одна, – сказала Катя.

– Ну, у тебя есть я и муж… Ну, вроде как.

Катя посмотрела на нее вопросительно.

– Ну судя по статье, он заботится о тебе, спрятал тебя от журналистов и всяких там козлов.

Тут у Кати случилось озарение.

– Так это что! Вот эти бандиты, которые напали на меня днем… Это… Я все думала, что им от меня надо, что они ко мне прикопались. Так может… Может, это они моего папу терроризировали? И может быть, все, о чем говорилось в статье, они устроили? А теперь они охотятся за мной?

Ника уставилась на Катю:

– Точно ведь! Они вышли на твой след. Тебе надо срочно спрятаться, срочно уехать куда-нибудь, залечь на дно.

Катя опустила плечи и сникла:

– Все равно я завтра уже об этом не вспомню.

– Но они будут тебя искать. Они знают, где ты живешь. Надо что-то с этим делать.

– Как думаешь? – спросила Катя, не обращая внимания на слова Ники. – А этот парень, который меня сегодня называл мандой и старухой, в черных очках и с зубочисткой, может… Это он отравил моего папу? Может быть такое?

– Кто знает, – сказала Ника, – я помню, когда была маленькой, отравили посла Франции… или Италии? Не помню точно. Тогда чуть международный скандал не начался. Потом кто-то взял вину на себя, какой-то козел отпущения. Он сейчас сидит, но вроде как сидит с привилегиями. Тогда тоже не могли доказать факт отравления, хотя признаки были налицо. Просто человека держали в карантине в коме несколько недель, и когда вывезли во Францию… или Италию… то никаких следов яда не нашли. Возможно, патологоанатом, о котором говорится в статье про твоего папу, получил от кого-то взятку и написал в отчете, что нет никаких следов.

– Такое возможно?

– Я лишь предполагаю.

– И вообще, возможно, они же и убили мою маму. А если так, то… то я должна что-то с этим сделать? Должна?

Ника кивнула.

– Но что я могу? – спросила Катя устало. – Что я могу одна в незнакомом мире, одинокая пятнадцатилетка, запертая в теле старухи.

– Ты не старуха, – сказала Ника. – Немножко преклонного возраста, но ты очень даже хорошо выглядишь. И соображаешь хорошо, а по поводу того, что ты одна, ты не одна. У тебя есть я.

Катя с благодарностью пожала ладонь подруги.

– Я помогу тебе, – сказала Ника. – Знаешь… мне кажется, надо заявить в полицию.

– Они уже приходили, – сказала Катя.

– Ну значит, полицейские найдут преступников. У нас на районе столько камер, что там просто никуда не спрячешься. Так что если есть заявление, значит, его отработают. Полиция у нас ответственная, там только самые лучшие люди работают. Папа говорит, что раньше полиция только на власть работала, но потом все изменилось.

– Но… Допустим, их найдут, разве им можно что-то предъявить? – спросила Катя. – Разве что нападение на старуху. А ведь они могут быть причастны к убийству папы и мамы. Но как это доказать, если даже журналисты пишут о том, что следствие закрывает глаза на улики?

– Да, тоже верно… – сказала Ника, потом задумчиво постучала указательным пальцем по подбородку. – Надо поговорить со свидетелем смерти твоего папы. Кто у нас свидетель?

– Я, – сказала Катя, – но я хреновый свидетель.

– Ты и еще один человек.

Катя скривилась.

– Да-да, твой муж.

– Не называй его так, пожалуйста, – прошептала Катя.

– Ладно, прости, не буду. Буду просто говорить «мужик, который вертится вокруг тебя».

Они похихикали.

– А вообще, – сказала Ника, – с твоими финансами, думаю, ты можешь позволить себе детектива, армию, ну или хотя бы батальон охраны. Ну и мою поддержку, которая, скорее всего, тебе не по карману, но, так уж и быть, я сделаю скидку.

Они улыбнулись друг другу.

– Кажется, у меня появилась цель, – сказала Катя. – Я не опущу руки, пока причастные к убийству папы и мамы не сядут в тюрьму. И первое, что мне нужно сделать, – это добраться до дневников и все это задокументировать, свои мысли и цель. И мне кажется, в дневниках наверняка что-то должно быть, какая-то инфа… А еще дома должны быть папины вещи, документы, какие-нибудь зацепки. Как думаешь?

– Я уверена, что это так, – сказала Ника. – Если тебе нужна моя помощь, я всегда рада помочь. Ты звони. Вот только… – Ника посмотрела на часы. – Прости, но мне уже пора, сегодня мы с мамой идем на представление в театр драмы, билеты купили за несколько месяцев.

– Конечно, ты мне и так помогла!

– Ну, и я бы на твоем месте поговорила с тем мужиком, что вертится вокруг тебя, ведь он главный свидетель… Может, он не такой уж и плохой, как показал себя сегодня.

Катя кивнула.

– Может, ты и права, но у меня от него мурашки по коже.

– Ты не обязана его любить. Ты ничего ему не должна. Он для тебя ничего не сделал. Может, для кого-то другого в прошлом и сделал, но это уже не ты. У тебя, можно сказать, было много маленьких жизней, и ты не обязана быть ему женой в каждой. Сердцу не прикажешь. Тем более для тебя он и правда никто, только запись в паспорте и медрегистраторе. Но этот мужик наверняка знает больше, чем гугл.

Катя посмотрела на подругу с вопросом в глазах.

– Гугл – это поисковик, ищет информацию в интернете.

Катя подумала и согласилась, что поговорить с мужем будет хорошей идеей.

– Я могу к тебе завтра прийти? – спросила Ника.

– Я была бы очень рада.

– Тогда давай запишем видео и расскажем тебе в будущем, что мы друзья.

– У тебя есть камера? – спросила Катя удивленно.

– У всех есть камеры, и у тебя тоже.

Они записали видео на камеру, встроенную в часы Ники. Рассказали, как познакомились и к какому плану пришли в больнице.

– До встречи, Катя, выздоравливай, – сказала Ника, вставая с кровати.

– Пока, подруга. Ты очень хорошая.

– И ты тоже.

Когда Ника собиралась выйти, Катя окликнула ее:

– Подожди, а как я могу связаться с тобой? Вдруг мне понадобится помощь.

– Давай я забью тебе в медрегистратор номер. Странно, конечно, видеть человека, у которого в 2037 году нет ни часов, ни телефона.

– Может, и есть, – сказала Катя, – просто я сегодня утром так быстро собиралась из дома, что даже не уточнила этот момент.

– Ну и ладно, так тоже можно, – сказала Ника. – Если я тебе понадоблюсь, просто отправь мне сообщение. Смотри, как это сделать.

И Ника показала Кате, как с ней связаться.