День другой – кошмар все тот же

– Потому что она не может знать всей правды. Катя, ты должна понять одну вещь: сейчас люди получают информацию через интернет. Но правды там мало. Ее так мало в сравнении с ложью. Сеть заполонили фейковые новости, какие-то тик-токи, инстаграмы. Все это сложно для понимания, если ты никогда не пользовалась этим. Но интернет – это не газета и не библиотека. Это больше похоже на базар. Каждый пытается тебе что-то втюхать. Но товар может быть гнилой. Потому что им главное получить деньги, выдать то, что у них есть, за то, что тебе нужно. Ты можешь только хуже себе сделать, если будешь слушать первого попавшегося человека. Понимаешь, ведь люди видят, какая ты уязвимая, они чувствуют наживу. Они знают, что ты не можешь постоять за себя, что тебя можно обманывать изо дня в день. Именно поэтому я так отношусь к твоим неожиданным знакомствам, я стараюсь не подпускать к тебе всяких пройдох.

– Но она не первая встречная, – сказала Катя. – Она спасла меня от тех бандитов.

– И что? Ты готова теперь ей довериться? А кто сказал, что это не она их наняла? Откуда ты знаешь, кто она?

Муж вдруг повысил голос и выпрямился на стуле, будто хотел вскочить. Катя перепугалась и натянула одеяло до носа. Приборы громко запищали.

Тут вошла Ника.

– Здравствуйте, – сказала она мужчине. Тот бросил на нее мимолетный взгляд и откинулся в кресле, провел рукой по лысой голове, будто хотел поправить волосы. Нервный жест. Он взял в руки книгу, сделал вид, что читает текст на обложке, но периодически поглядывал то на Катю, то на Нику.

– Здравствуйте, – сказала Ника Кате.

– Пожалуйста, обращайся ко мне на «ты», – сказала Катя, с опаской поглядывая на мужа. – Я ведь младше тебя.

Ника заметила напряжение, повисшее в палате.

– Я не вовремя? – спросила она.

– Нет-нет, все нормально, проходи, – поспешила ответить Катя. – Я тебя ждала.

Мужчина показательно громко вздохнул. Катя взмолилась, чтобы он захотел в туалет или в столовую, выпить чаю, хоть куда, но чтобы ушел. Но он уходить не собирался.

Ника присела на кресло с правой стороны от кровати. Катя почувствовала облегчение. Ей нужна была поддержка Ники, ведь они были ровесницами. Кате хотелось довериться Нике, а не этому мужчине. Она ведь даже не знала, как его зовут!

18

– Как ты? – спросила Ника.

– Лучше, чем утром, – ответила Катя.

– И я надеюсь, что это так и останется, – вставил муж свое слово. – Вы ведь не собираетесь ухудшить ее и без того тяжелое состояние, девушка?

Он смотрел на Нику исподлобья, руки вцепились в подлокотники кресла. Катя не понимала, почему он себе позволяет такое, почему он внезапно посчитал себя ее хозяином. Ей захотелось прогнать его. Может, даже хорошо, что она от него сбежала утром и спалила половину дома к чертям собачьим.

– Я всего лишь хочу помочь, – сказала Ника и посмотрела на мужа Кати настороженно.

– И чем вы можете ей помочь? – спросил тот с вызовом.

Катя не выдержала.

– А почему вы вдруг решили, что вы знаете, что мне нужно?! – воскликнула она.

Он посмотрел на нее удивленно и как будто бы с пренебрежением, как на маленькую девочку, доказывающую дровосеку, что она сильнее его.

– Потому что, – медленно сказал он, – Я живу с тобой уже двадцать лет. А она, – он ткнул пальцем в Нику. – Она ничего не может знать из того, чего не знал бы я. Это я присутствовал в твоей жизни на протяжении последних двадцати пяти лет. А ты собираешься слушать какую-то малявку, которая понятия не имеет, кто ты. Ее даже не было на свете, когда мы стали жить вместе, она только этим утром впервые тебя увидела! Она может все испортить. Расстроить тебя. Это ведь мне за тобой потом ухаживать, это мне просыпаться по утрам и готовить тебя к адаптации, а не ей, этой…

Он замолчал, надувшись как жаба. Лицо его покраснело.

– Может, мне в другой раз зайти? – спросила Ника, робко вставая с кресла.

– Нет, останься, – взмолилась Катя, а потом повернулась к мужу. – Вы вот все это говорите, что вы меня знаете и все такое, но я вас не знаю. Я вас увидела первый раз сегодня утром, и вы вдруг начали меня убеждать в том, что все хорошо, хотя ничего хорошего во всем этом нет. Я перепугалась и сбежала.

– И спалила полдома! – возмутился он.

– Так вам и надо! – внезапно закричала Катя. – Вы меня напугали! Бегаете вокруг меня, что-то мне впариваете, рассказываете сказки про женитьбу, про ваш дурацкий остров. Но откуда мне знать, что все это правда? Вы мне документы со свадьбы не показывали, фотографии тоже. Я вас не помню. Я вас не знаю. Я даже не знаю, как вас зовут!

Он вскочил, откинул одеяло с Катиных ног. Она подтянула их под себя, решив, что он сейчас сдернет ее с кровати, бросит на пол и начнет топтать ее прямо на глазах Ники. Ника отошла назад, запнулась за что-то и чуть на упала на шторину, которая закрывала их от соседнего пациента. Она с ужасом смотрела на происходящее.

Якобы муж прислонил часы в виде черного стеклянного прямоугольника к браслету на ноге Кати. Зажегся экран. Муж-не-муж подскочил к Кате и ткнул часы ей в лицо.

– Смотри! Смотри что тут написано!

Но Катя смотрела ему в глаза.

– Я не буду смотреть, мне насрать!

– Тут написано, что я твой муж, вот что тут написано! Дата свадьбы, место свадьбы, номер документа, подтверждающего брак, – он кричал и тряс рукой, как паркинсонщик. – Хочешь, я покажу тебе документы на дом? ИНН, Страховое свидетельство? Что тебе еще показать? Да ты мою фамилию носишь! Посмотри на экран у тебя над головой! Там написана моя фамилия напротив твоего имени. Понимаешь?

Тут появилась медсестра.

– Уважаемый, – она сказала это так строго, что мужчина вздрогнул и скукожился, будто ожидал, что сейчас его ударят по шее.

Он обернулся.

– Если я еще раз услышу, что вы повысили голос, – сказала медсестра, – охрана выведет вас из больницы тут же.

Муж Кати принял вид затравленного щенка, сел в кресло и ссутулился.

– Простите, я… Простите, я буду молчать.

Медсестра посмотрела на Катю, потом на Нику. Они переглянулись. Во взгляде медсестры было сострадание. Она как бы мимолетно зыркнула на мужчину, спрашивая, не достает ли он их.

– Я прошу прощения, я очень сожалею, – сказал он и снова протер очки, – прости, Катя, пожалуйста. Я че-то весь разнервничался из-за пожара, из-за твоего побега, мне надо принять успокоительное. Я прямо чувствую, что сейчас в обморок упаду. Впредь я больше себе не позволю такого. Видимо, я настолько привык о тебе заботиться, что уже переступил черту и как будто охраняю тебя как цепной пес, цепь совсем мне мозги передавила. Я уже и не чувствую, когда перехожу границы.

Все это он говорил, смотря на худые и постаревшие ноги Кати.

Катя накинула на них одеяло. Ей было жутко, что он извиняется перед ногами.

Медсестра спросила:

– Все хорошо?

Она явно намекала на то, что может распорядиться охране выставить мужчину вон.

Но тот встал и сказал:

– Я оставлю вас наедине. Я был неправ. – Он обратился к Нике: – И вы меня простите. Я не буду вам мешать. Я в коридоре. Катя, если ты захочешь меня видеть, то позвони. У тебя на браслете есть кнопка для связи со мной. Ну или скажи медсестре.

Он вышел.

Катя выдохнула. Ника села обратно в кресло и шепотом спросила:

– Это ваш муж?

– Давай на «ты», пожалуйста, – так же тихо сказала Катя.

– Ой, прости.

– Он говорит, что он мой муж, но он мне не нравится.

– Мне тоже, – сказала Ника, и они обе улыбнулись. Только Ника приободряюще, а Катя с благодарностью.

Медсестра сказала, что они могут тут пошушукаться, только тихонько, потому что за шторкой лежит девушка после операции, ей нужен покой.

– Какая добрая, – сказала Катя, когда медсестра ушла, – я как-то раз в больнице лежала после аппендицита, так у нас там такие медсестры были, толстые, злые, так больно уколы ставили, что сидеть потом невозможно было. Да что сидеть, лежать больно было.

– Представляю, – сказала Ника. – Мне мама рассказывала, что раньше больницы были ужасные, хоть и войны не было, а все равно как на фронте, палаты облезлые, с тараканами, душа не было. Хорошо, что сейчас все по-другому.

– Сейчас вообще все по-другому, – сказала Катя и сникла.

– Прости, пожалуйста, – сказала Ника. – Я не хотела тебя расстраивать.

– Нет, ты права. Так и есть. В любом случае, мне придется еще много слез пролить.

Они помолчали.

– Скажи, а ты узнала что-нибудь про моего папу?

19

– Да, я погуглила и нашла немного инфы. Папа у тебя, конечно, воздушный. Только странно, что очень мало про него можно найти, с учетом его крутости. Как будто кто-то дропнул всю инфу про него.

– Ника, я тебя не понимаю, – сказала Катя. – Ты такие слова странные говоришь.

– Ой, прости, в твое время, наверное, так не говорили. Я имела в виду, что очень мало информации про твоего папу. Но все же кое-что есть.

– Что ты узнала? Где он? С ним можно связаться? – в глазах Кати появились огоньки надежды.

– Катя, послушай. Ты уверена, что хочешь знать? Просто… Это тебя не очень обрадует, – Ника виновато посмотрела на Катю.

У Кати задрожали губы.

– Что такое? Папа… он что… Он умер?

Ника вздохнула.

– Я… Я не могу. Я просто не могу тебе такое рассказывать. Мне так жаль. Я не знаю просто, как можно тебе такое рассказать.

– Ну что там? Что такое? Ну скажи, – взмолилась Катя. – Мне и так плохо, пожалуйста, просто скажи.

– Да, мне очень жаль. Твой папа умер.

Катя смотрела на Нику несколько секунд пристальным взглядом, а потом отвела глаза в сторону.

– Что с ним произошло? – спросила Катя.

– Ну, вообще-то официальная версия, что он умер от сердечного приступа, но… я тут нашла одну статью. В общем, там не все так однозначно. Хочешь, я тебе прочитаю?

Катя кивнула.

Ника достала из кармана маленький прямоугольник. Она что-то нажала, и экран засветился, появилась фотография мужчины.

Он выглядел лет на сорок пять, хотя, судя по подписи, ему было за пятьдесят пять. Он улыбался. Вокруг шеи болтался распущенный галстук, две верхних пуговки рубашки были расстегнуты. Волосы почти полностью седые, но все еще пышные и немного кудрявые. Папа когда-то говорил, что в его семье мужчины вообще не лысеют, и они даже шутили, что это потому, что они не очень далеко ушли от пещерных людей.

Катя больше не могла сдержать слез. Ника обняла ее.

– Мне очень жаль, подруга, – сказала Ника.

Через несколько минут Катя взяла себя в руки и попросила прочитать статью.

07.04.2037, Александр Воронюк

Дочь предпринимателя наследует богатство,

о котором никогда не узнает

Этой весной в возрасте 86 лет скончался Михаил Витальевич Королев, сооснователь и главный идеолог компании iHeart (Infinity Heart), основатель Центра изучения мозга и развития нейротехнологий, фонда помощи пострадавшим от домашнего насилия, а также фонда помощи больным амнезией. Королев М. В. был известным человеком, предпринимателем, великим ученым и изобретателем.

Второго марта 2037 года в 23:41 в отделение скорой помощи города Екатеринбурга поступил звонок. Пожилой человек без сознания, у него судороги, пена изо рта, корчится от боли и кричит. Через четыре минуты машина скорой помощи была у ворот дома Королева М. В., который к этому моменту был уже в коме. Дочь Екатерина Михайловна утверждала, что отцу внезапно стало плохо, еще утром он себя чувствовал прекрасно, ходил на прогулку в лес, общался с партнерами по Zoom, участвовал в конференции, хотя его возраст и состояние счета в банке уже давно позволяли отойти от дел. После ужина его скрутила судорога. Муж Екатерины Михайловны оказал первую помощь, пока сама Екатерина вызывала скорую, но, к сожалению, спасти предпринимателя и главного изобретателя Екатеринбурга не удалось.

Во время вскрытия патологоанатом не обнаружил токсинов или каких-либо отравляющих веществ, хотя версия отравления разрабатывалась следствием. Напомню, что на Михаила Витальевича в прошлом неоднократно совершались покушения. Причастные к этому лица все еще отбывают сроки в колониях. Причиной покушений на жизнь Королева, вероятно, стала нашумевшая история, связанная с производством кардиостимуляторов.

По данным, опубликованным в 2005 году в нескольких источниках, которые, впрочем, не вызывают особого доверия, компания Королева М. В. и Самвеляна Г. А. iHeart утаивала от общественности научное открытие, которое могло бы серьезно повлиять на многие отрасли производства, включая технологии передачи данных и оружейную промышленность. Вероятность того, что эта информация может быть фейком, запущенным ради раскрутки не столь популярных изданий, очень высокая.

Но тем не менее скандал вызвал общественный резонанс. Авторы статей утверждали, что некий Антон Протасевич, бывший учитель математики, уволенный за пьянство, который подрабатывал репетитором в поселке Пышма Свердловской области и готовил абитуриентов к поступлению в лучшие вузы с математическим уклоном, решил одну из фундаментальных нерешенных задач математики, сформулированную более тысячи лет назад. Антон Антонович связался со своим однокурсником Королевым М. В., чтобы поделиться невероятной новостью, но предприниматель и основатель компании iHeart посоветовал Протасевичу отказаться от публикации и общественного уважения ради стабильного дохода и предложил ежемесячное вознаграждение за молчание. Протасевич согласился.

Впрочем, удержать такое открытие от общественного внимания довольно трудно. По словам все тех же изданий, на связь вышел инсайдер, который каким-то образом получил доступ к информации, хотя она строго засекречена.

Королев, Самвелян и Протасевич все отрицали. Переводы средств на счет Протасевича объясняли тем, что математик выполнял для компании некоторые расчеты, которые никак не связаны с фундаментальными нерешенными задачами и уж тем более не отличались особой сложностью.

Так это или не так, проверить сейчас уже невозможно. Все участники дела мертвы: Протасевич скончался через две недели после публикации первой статьи. В сотовом телефоне покойного обнаружили единственный в день смерти входящий вызов с номера, зарегистрированного в Нидерландах. Связан ли этот звонок с гибелью математика – неизвестно. Официальная причина смерти по версии следствия – смерть в результате алкогольного отравления, что не стало сюрпризом для тех, кто знал Протасевича. Его соседи, коллеги и знакомые утверждали, что он страдал от алкогольной зависимости уже много лет.

Смерть Григория Аркадьевича Самвеляна вызывает больше вопросов. В 2006 году он погиб в автомобильной катастрофе. Очевидцы утверждают, что он двигался по оживленной трассе на белом мерседесе SLK, совершенно внезапно вывернул руль и влетел в грузовик на встречной полосе. Водитель грузовика отделался ушибом и психологической травмой. Григорий Аркадьевич скончался на месте до приезда помощи. При вскрытии в крови были обнаружены следы наркотиков. По версии следствия, это был несчастный случай по вине погибшего, поскольку тот управлял транспортом в нетрезвом виде. Но позже выяснилось, что последние несколько дней Самвеляну звонили с незнакомых номеров, о чем говорят распечатки звонков от оператора, которые удалось получить следствию. Некоторые из номеров телефонов были зарегистрированы в Нидерландах, что косвенно связывает две смерти общим обстоятельством.