С архимагом во главе 2

Главное, вырвать страницы с предупреждениями, описанием соотношения удачных попыток к неудачным и всей этой ненужной информацией.

Будь у архимага время, он бы сам переписал книгу, заодно переведя её на местный язык, но не было ни времени, ни желания. Архимаг ведь не Нильям, которого хлебом не корми, дай поработать.

Место, где обитал искомый маг, оказалось заперто. Неприятно, но ничего неожиданного: Апелиус не относился к кругу людей, которым был открыт доступ в святая святых друидов.

На стук в дверь никто не отозвался, но едва архимаг начал менять излучение искры под энергетику Нильяма, замок щёлкнул. Архимаг расценил это как приглашение и вошёл.

Только не пошел по заботливо проложенной тропинке, а остался у двери, в шаге от выхода. Апелиус слишком хорошо представлял, чем являются Сады, пропитанные энергетикой Лимбоса. Воображение подсовывало вместо тихих и уютных полян глотку громадного чудовища. То, что Апелиус вообще шагнул за порог, уже следовало расценивать, как жест доверия.

Лимбос появился сам, через двадцать две минуты.

— Знакомая энергетика. Так ты тот самый… — начал было Лимбос, но Апелиус поднял ладонь, останавливая друида.

— Я знаю, что вы хотите сделать, но крайне не советую этого. Я чувствую, как со всего сада к вам собирается сила, и крайне не хочу, чтобы вы ее применяли. Поверьте, результат вам не понравится. Со всем моим безграничным уважением к вам, мэтр.

Лимбос цепко посмотрел на руку, и скривился при виде четырех перстней на пальцах Апелиуса:

— Защита… Теперь понятно, почему ты такой смелый. И чего ты хочешь, истребитель химерологов?

— Я хочу, чтобы вы стали директором школы.

— Вместо Лицеуса… — маг задумался буквально на секунду, затем дёрнул щекой, и спросил. — Цена вопроса? И давай обойдёмся без той части, где ты убеждаешь меня, что мне будет лучше жить со взваленным на себя мешком ответственности.

— Книга по техникам изменения тела, — похлопал себя по боку архимаг. — Я знаю, что вам хочется слегка улучшить себя, дабы шагнуть на второй ранг.

На этот раз Лимбос думал дольше: секунд пять.

— Хорошая цена, — кивнул себе маг. — Взамен на нее я дарую тебе…

Лимбос не успел закончить, как Апелиус отпрыгнул от мага. Но вместо того, чтобы вылететь в коридор, император будто попал в вязкий кисель: воздух вокруг Апелиуса сгустился до вязкости желе. Из-под почвы рванулись лианы и скрутили защитный кокон, появившийся возле архимага. От друида вмиг отлетели несколько сотен рун и сложились в сложную печать.

— …жизнь и здоровье, — закончил Лимбос. — Ты всерьез думал, что сила мага — это заклинания? Маг — это человек, которому даровано менять реальность мощью воли, щенок: особенно в цитадели своей мощи. И это не сказки из книжек, это описание способностей весьма широкого спектра: от влияния на растения до управления пространством. А уж контроль мимических мышц можно освоить за сотню лет, если понимать его важность…

Апелиус мигнул на долю секунды, а потом расплылся на секунду, но вновь проявился в защитном коконе.

— Прекращай насиловать артефакт. И тот, крайний перстень тоже не активируй, а то я тоже ударю. И успею я раньше тебя, уж поверь. Книгу!

Лимбос вытянул ладонь. Лицо Апелиуса искривилось в несвойственной архимагу эмоции — в досаде. Книга поменяла хозяина.

— Пшел вон, — отмахнулся Лимбос, и Апелиуса со скоростью арбалетного болта вышвырнуло в коридор.

* * *

Столкновение с Лимбосом слегка убавило самоуверенность архимага, поэтому к атаке на целителя Апелиус подготовился гораздо тщательнее, чем к разговору с Лимбосом. Если прежде архимаг планировал начертить и замаскировать на стенах коридора фокусирующие знаки, на которые настроится печать из подвала, то теперь Апелиус вручную навёл печать, ориентируясь на данные со следящих шаров, которые передавали изображение от границы барьера. Апелиус корректировал заклинание ежесекундно, надеясь, что на этот раз план получится выполнить в полном объеме, не так, как с книгой и Лимбосом, который по всем прогнозам обязан был согласиться на предложение стать директором, и атаковать ни в коем случае не должен был.

За магом жизни, спешащим от кабинета во двор, император наблюдал исключительно через окна школьного коридора, подозревая, что лучше пожертвовать удобством, зато наверняка поразить цель.

На мелькнувшую в окне парочку неофитов, поклонившихся целителю, архимаг не обратил внимания — допустимые потери.

Сперва из коридора пропало всё бао, абсолютно всё. В этот момент из целителя должна хлынуть его собственная энергия — как из стеклянной бутылки, если закачать в нее жидкость под давлением. И миг спустя бао хлынуло обратно, усиленное печатью разрушения, истощающей за долю секунды десятки накопителей. Некоторые вовсе разлетелись в пыль.

Громыхнуло так, что звук взрыва долетел до подвала. Пространство коридора перекрутило, искривило, вывернуло наизнанку. Часть коридора, где находился маг, аннигилировало вместе с магом, паркетом, стенами, частью потолка и даже воздухом.

Разумеется, атака не осталась незамеченной: в коридор телепортировался Лицеус, и архимаг сразу отключил следящий артефакт. Тягаться с трехранговым магом Апелиус не желал. Пока не желал. Вот когда трехранговый ослабнет после битвы — тогда уже можно ударить. А если его прихлопнут маги противника — тогда и добивать не придется.

Над гибелью целителя никто долго раздумывать не стал: во дворе школы уже столпились отряды адептов и магов. Неофитов на битву никто не отправлял. По мнению архимага, даже перворанговых адептов тянуть туда не стоило, но у директора были свои мысли по этому поводу.

Печать выдержала удар по целителю. В трёх местах над рунами поднимался дымок, но стоит только подождать, пока камень остынет, перепроверить и подправить руны, и можно бить снова.

Апелиус протянул ладонь к вазе с фруктами, стоящей на низеньким столике, ухватил сочную грушу и с хрустом вгрызся в фрукт. Спустя пятнадцать минут и горсть вкусных орешков, архимаг рискнул вновь активировать следящие артефакты. И пусть защита барьера не позволяет следящим заклинаниям проникнуть внутрь, как и изнутри проходить наружу, барьер полупрозрачный: если разместить шары повыше, вплотную к защите, можно наблюдать за полем битвы.

Боевые колонны магов и адептов вытекали за купол. Архимаг готовился наслаждаться зрелищем битвы сильных мира сего под фрукты и посыпанные сахарной пудрой орешки.

* * *

Пока во дворе школы собирались адепты и маги, а Лицеус раздавал задачи и телепортировал монстров под защитные купола, Пау Лимбос сидел в садах, на месте, где прежде находилась беседка. Теперь же от беседки осталась только каменная плита пола, испещренная рунами. Осколки от декоративных балок и крыши валялись вокруг каменной плиты. Они уже не нужны.

Лимбос подготовился к прорыву: положил перед собой необходимые ресурсы и страницы из книги, печати которой переделал от оборотней к друидам. Информация, которой маг обладал, идеально легли на рунные печати, найденные в книге. Лимбос не сомневался в подлинности книги и не собирался искать в ней подвох: его знаний хватало, чтобы определить подлинность и значимость хранившихся в ней знаний. Пустыня и земли вокруг пустыни — древние земли, здесь любому крестьянину может повезти, и он выкопает на огороде сундучок с серебром, или древности из коллекции жившего тысячу лет назад мага. Видимо, это и случилось с тем, кто добыл книгу.

Лимбос отдал мысленную команду, и по садам пробежался невесомый ветерок, затронувший всю накопленную в этом месте бао, но не тронувший ни листика.

А потом энергия закрутилась, и центром ее был маг. Вложенная в биомы энергия — всё это утекало, присоединялось к вращению. Обращались в пыль и слизь травы, деревья и кустарники, становились прахом камни и ядра душ, находящиеся в садах. Тонкие нити энергии, что таилась в умирающих и перегнивающих растениях и материалах, текли к Лимбосу, сливаясь в ручейки и реки бурлящей силы. Рассыпались в порошки собранные ресурсы и втягивались в ноздри друида. Примерно в этот момент, момент полной концентрации, застыли живые кусты, помогающие армии Утренней звезды.

Буйствующие вокруг друида энергии разом рванулись к магу и просочились под его кожу. Лимбос открыл глаза и уставился на свои ладони цвета черного дерева. Ладони столкнулись с глухим стуком. А стоило магу пожелать — обратились человеческой кожей.

Лимбос встал с уцелевшей плиты, и пошел к выходу по пыли и гнили, что остались от растений. В силах друида второго ранга было разместить по саду семена и задать толчок, чтобы через месяц-другой безжизненное поле снова стало Садами… Но теперь это не его проблема. Пустыня, как и эта школа, исчерпали себя. Лимбоса ждали далёкие земли и поиски источников жизни, где можно пробиться на третий ранг.

* * *

Армии стояли друг напротив друга. Маги трёх школ убрали от своих позиций барханы далеко в сторону. Конечно, практики пробовали устроить рукотворные песчаные бури, напустить их на противника, но попытки потерпели крах: силы воздушников были равны, и песок опадал посередине будущего поля боя. Куда-то запропастились два из четырех отрядов, которые должны были пройти иным курсом и присоединиться к армии Закатного луча и Павших духов, что тоже не добавляло спокойствия захватчикам — вместо того, чтобы сосредоточить силы на центральном направлении, практики ожидали удара во фланги.

Войска знали, что в течение полутора часов бури не будет, потом же снова придется накрываться защитными куполами и ждать, пока буря закончится.

Маги, сегодня впервые столкнувшиеся с бурей, не понимали, почему Лицеус не засел за защитным барьером, заняв выжидательную позицию и время от времени насылая бурю на осаждающие войска. Возможно, директор думал, что у нападающих был артефакт, который позволил бы проникнуть за барьер. Возможно, такой артефакт и был — маг крови имел все шансы настроить портальную арку, чтобы та вела за барьер.

Но суть не в этом. Суть в том, что армии стояли друг напротив друга и для боя у них было всего полтора часа.

Первый ход сделали армии школ Закатного луча и Падших духов. Адепты нацелили на вражеские порядки артефактные ядоплюи и огневые стрелялы и после зычной команды разрядили десять установок. Увы — кляксы огня и яда через пару секунд после залпа вильнули и упали на песок на равном расстоянии от войск. Впрочем, было бы слишком радужно подбить из простых артефактных установок магов или адептов под прикрытием магов.

Второй шаг сделала школа Утренней звезды, отправив к армиям противников разнокалиберных монстров. Твари выкапывались из-под песков и стремились к боевым порядкам к школе агрессоров. Взмыли в небо огромные летающие обезьяны, выкопались из-под песка огромные горы слизи. Увы, этот удар тоже заблокировали: монстров изрешетили залпами заклинаний, а слизь успели размазать по песку оперативно развернутыми установками.

После осторожного обмена ударами армии стали сближаться. Назначенные командиры управляли своими десятками, пытаясь не запутаться и не упустить приказы командования. Увы, никто не тренировал перемещения и работу в строю, поэтому армии двигались косо, криво, но сближались.

Спустя пятнадцать минут воздух между боевыми порядками прочертила первое боевое заклинание — огненный шар почти долетел до боевых порядков Утренней звезды, но врезался в песок, где и остался.

Это послужило командой: за одним заклинанием последовали другие. Школы медленно сближались, и через несколько минут заклинания уже доставали до щитов противника. Каждую армию прикрывали маги, стационарные щиты, и потерь не было ни через минуту, ни через пять. Пока в дело не вступили маги третьего ранга.

Ударили почти одновременно. Сперва к армии Утренней звезды рванулись гибкие и быстрые растения, взметая за собой песок, следом за растениями рванулась двухметровая фигура в блестящем алом доспехе, наперевес с красным мечом, будто выкованным из жидкого металла — странное лезвие переливалось, перетекало, менялось ежесекундно.

Из-под песков перед растениями вынырнул мелкий паук, но размеры не помешали монстру насадить на лапы-лезвия ближайшее существо. От школы Утренней звезды отделились крупные каменные големы, несколько корявых кустов, передвигающихся, опираясь на корни — миньоны отсутствующего Пау Лимбоса. Следом за этими существами двинулись кадавры — чудовищно огромные, невероятно сильные и крайне быстрые монстры. Утренняя звезда сделала ставку на существ. Уже за существами побежали и люди, и каждый кричал, загоняя страх поглубже в душу.

Лицеус выпил пузырек со светящимся содержимым, и изрядно раздался в размерах: затрещала директорская форма, слетел капюшон с обросшей мехом головы. Маг с лёгкостью удержался на середине превращения, не заходя за грань, где скрывались ответы, которые директор так истово искал. А потом получеловек рванул к закованному в кровавые доспехи магу, рассекая воздух с жутким гулом.

Тифон Мясник в огромном артефактном доспехе двигался невероятно быстро, и бьющими из ладоней лучами пробивал доспехи магов.

Ниаз шла в задних рядах и пока не выпустила ни единого заклятия: экономила силы для выживания.

Войска смешались. Первыми двигались маги, и они же первыми начали обмен ударами. Адептам в том буйстве энергий делать было нечего: там, где выцветает или наливается сверхъестественными красками сама реальность, обычных практиков разорвет.

Поэтому адепты обошли центр поля боя и столкнулись на краях. Для каждого стали значимы только личные умения, атакующие и защитные артефакты. И если в середине закручивались невероятно мощные энергии, то адепты сосредоточились на ударах: быстрых и точных.

Глава химерологов прорвался к обозу нападающих армий и принялся уничтожать артефакты, в первую очередь — артефакты стационарных защитных куполов. Его попытались накрыть площадными заклинаниями, но маг рванул в сторону, издевательски хохоча.

Рикошетами невероятных по мощи заклинаний из центра выкашивало десятки адептов. Некоторые теряли разум и рвали своих же товарищей, или теряли всю кровь, которая стекалась к центру битвы. Деревянные амулеты, которые попадали под выброс энергии друида, за секунду зеленели и пускали ростки в плоть своих хозяев.

Могучие заклинания били с одной и другой стороны. У пришедших был перевес в численности, а у местных магов были подготовленные печати: вот один маг Утренней звезды кинул в тройку врагов испещренный рунами кубик. В школе сработала печать, а кубик обернулся сотнями силовых линий, которые разделили троицу на части. Другого мага не могли ранить — все атаки проходили через его тело, а в школе все тревожнее и тревожнее мигала исчерпывающая энергию печать…

Однако Лицеус не мог справиться с двумя подготовленными к битве трехранговыми магами в одиночку.

— Вам не уништожить школу! — прорычал Лицеус, с трудом двигая разросшейся челюстью, отражая очередную волну ядовитой энергии.

— Ты думаешь, наша цель — уничтожить школу? — захохотал маг крови. — Нет, мы просто убьем всех ваших учеников и не допустим новых: будем выцеплять и уничтожать твоих магов поодиночке. Но сперва — уьем тебя. Как думаешь, долго ли протянут твои птенцы без еды из-за барьера? Как скоро начнут жрать друг друга?

Лицеус зарычал и бросился в бой, принимая, отражая и нанося удары. Маги же скомандовали своим эвакуироваться через портал. Скоро начнется буря, а без стационарных артефактов защиты оказаться посреди вражеской территории в бурю — верная смерть для адептов и слабых магов. Вернуться снова пешочком — не такая уж большая цена победы, по сравнению с жизнями.

Битва длилась больше получаса: сперва адепты и обычные маги отступили к прежним позициям, потом маги утренней звезды посовещались с остальными и отступили под защиту барьера, а маги все бились. Маг крови летал и бил изрядно увеличившимся в размерах мечом, пытаясь попасть по верткому получеловеку, друид готовил что-то очень нехорошее, вливая руны и бао в очередную горсть семян.

Испарялись и вскипали пески, от ударов друида, которые Лицеус пропускал мимо себя, барханы покрывались какой-то плесенью, зеленели. Наблюдающие за боем адепты всей душой осознавали, что маги третьего ранга действительно могут заточить бурю в стакан.

И вот настал вполне логичный момент: силы директора истощились, он оборонялся на пределе сил, едва отбивая ядовитые и кровавые колны. Нападающие наоборот — были полны сил и били, не жалея мощи, оттесняя Лицеуса от купола. Никто не хотел, чтобы директор прошмыгнул за барьер.

Вражеские маги и адепты уже к тому моменту все эвакуировались.

— Что, без телепортации и своей защиты ты ничего не можешь?! — весело закричал маг крови.

— Ты думаешь, это существо было самым мощным моим козырем? — натужно рыкнул Лицеус, но силы в голосе мастера зверей не было.

— Хочешь сказать, у тебя в кармане сидит разумный монстр из середины пустыни?

— Ты и не представляешь, что у меня припасено…

Лицеус внезапно воспарил над песками, и взорвался энергией. Невозможный взрыв бао прошелся расширяющейся волной. Даже воздух настолько насытился энергией, что начал переливаться всеми цветами радуги. А потом, абсолютно истощенный, директор упал на песок, не в силах пошевелиться, в метре от портала, через который прошли все адепты.

Верхушки барханов тронул легкий порыв ветра.

— Если ты решил подставить горло под удар, фейерверк необязателен, — усмехнулся маг крови, увеличивая меч из стекающейся к нему крови.

Лицеус лежал, не в силах даже пошевелиться. Маг крови на пробу взмахнул клинком, вызвав порыв ветра, поднявший песок на расстоянии десятка метров, а потом опустил клинок на Лицеуса. Клинок проскрежетал по огромной сфере защиты, укрывающей не только мага, но и портал.

— Думаешь, в таком состоянии ты заползешь внутрь? — еще удар, но сфера держит. — Да даже если заползешь, пройти за тобой и убить тебя там — дело пары минут…

Странное дело, но ветер и не думал прекращаться. Несмотря на то, что все вражеские разведчики даже под пытками клялись, что между бурями проходит не меньше полутора часов, и раньше ее вызвать попросту невозможно, ветер усиливался.

Третьеранговые маги почувствовали себя неуютно. Не потому, что боялись бури — нет, не им бояться летающего с огромной скоростью песка. Просто на плечи магов опустилась тяжесть, усиливающаяся с каждой секундой. Будто приближалось… нет, скорее просыпалось нечто, опасное даже для них. Причем вокруг не было ничего живого, кроме троих магов. Точнее, никого не должно быть…

Лицеус перевернулся на живот и неловко загребая скрюченными руками песок, медленно пополз к порталу.

Десятки ударов от магов даже не заставили мага сдвинуться — стационарный щит поглощал энерцию удара. Лицеус полз. На искаженном зверинными чертами лице директора застыл ужас — скорость, с которой он двигался, была маленькой, даже с учетом того, что организм поглощал бао с невероятной скоростью. Это обычные неофиты и адепты чувствуют себя слабыми при нулевом количестве энергии, маги же — существа другого порядка. Им бао необходимо для жизни.

Удары обрушились на сферу защиты — маги колотили, щедро вливая силу в каждый выпад. Барьер уже проявился в реальности — верный признак, что скоро защита исчезнет.

Радиус действия воли магов уменьшался. Магу крови становилось все сложнее держать клинок. На каждое движение приходилось тратить силу, будь то замах мечом, или формирование техники. Лицеус почувствовал, как скорость накопления бао замедлилась, остановилась…

А затем энергия начала убывать.

Мастер зверей достиг арки портала — на преодоление метра у него ушло не меньше минуты. Лицеус сорвал с шеи защитный амулет, положил его у арки и перевалился через край, исчезая за светящимся овалом портала.

— Дрянь! Он перебьет наших адептов! — заорал в ярости маг крови. Друид же с бешенной скоростью взмыл в воздух и полетел прочь из пустыни.

Маг крови огляделся и заметил то, что заметил бы раньше, не укутывай его сознание странная пелена.

Из центра пустыни бежали монстры: и мелкие змеи, и огромные ящеры, летели глипсы. По небу пронеслось нечто невероятно быстрое и мелкое. Поднимающаяся буря мешала разглядеть что-либо обычным зрением, но в энергетическом видении животные были видны более, чем отчетливо.

Барханы вокруг задрожали, зарябили, а песок принялся осыпаться вниз. Из-под барханов высовывались тонкие черные щупальца, и шарили по сторонам. Одно из обманчиво тонких щупалец нашарило огромного бронированного ящера, ухватило за лапу. Ящер забуксовал, взрывал песок, завизжал протяжно, безнадежно. Щупальце с ужасающей силой потянуло ящера под песок, сминая костяную броню.

Маг крови активировал артефакт левитации, и взлетел над пустыней. Бао в источнике почему-то быстро уменьшалось, артефакты не работали, как им положено, и до растущих из-под песка щупалец, раскинувшихся от горизонта до горизонта, оставалось метра три.

Маг крови увидел, как летящий вдалеке друид, неотрывно смотрящий на щупальца, сжал висящий на груди амулет левитации, отключая его, а потом полетел к щупальцам. Длинные отростки поймали мага в полете, опутали, намотались на тело, а потом потащили под песок, переламывая кости. Друид молчал, будто не чувствуя боли.

Маг крови уже не видел, что происходило дальше — он пытался влить остатки энергии в артефакт, чтобы долететь до столбов, у которых кончается лес дьявольских отростков — он уже видел эти столбы!

Маг продолжал смотреть вперед, не обращая внимания на то, что его ладонь рывками тянется к груди и сжимает амулет левитации.

За буйством магических заклинаний, за разворачивающимися трагедиями, за смертями и чудесными спасениями наблюдал перворанговый адепт, ни разу не посещавший выданную комнату и ни разу не заходивший к магу, которого определили ему в наставники. Практик внимательно следил за битвой, закидывая в рот мелкие сладкие орешки и обогащал аналитическое заклинание новой информацией о возможностях магов.

Архимаг видел, как спаслась от удара по площади Ниаз, поставившая несколько защитных заклинаний поверх друг друга — после истории с Лимбосом девчонка начала ценить защиту и выучила два защитные заклинания из трёх возможных. Видел, как побежденные армии школ Закатного луча и Падших духов ушли в портал. Заклинание с вероятностью в восемьдесят три процента прогнозировало, что повторной атаки не будет.

Вряд ли Лицеус мирно разойдется с остатками армии противника, а без прикрытия со стороны мага крови и друида адепты вряд ли смогут что-то сделать магу третьего ранга. Даже если у него энергия на минимуме и двигается он едва-едва.

Школа Утренней звезды выиграла. В последние минуты произошло нечто странное — Лицеус уполз в портал, а потом почему-то поднялась буря и скрыла все остальное от глаз архимага.

— Жаль… — пробормотал Апелиус. — Заклинанию не хватило вводных данных и придется обставлять захват школы иначе. Плохо, что Лицеус выжил… Но есть способ все изменить: если события не пошли по первым четырем вариантам, всегда есть планы Д и Е. Вероятно, Нильям усоп. Тоже жаль, пацан наверняка бы пригодился, а так — придется ждать, крутить интриги, строить новые печати и путешествовать.

Слова из песни 43ai — Джедай.*

Глава 17

Я проснулся в плохом настроении. И было от чего: самодельный спальник опять подмок, несмотря на толстый слой веток и травы, которые я набросал на песок и камни. Навес над спальником, сооружённый мной из сросшихся корней, проверенный вчера вечером до последнего миллиметра, до трещинки, и для надёжности укрытый тканью распоротого рюкзака, протекал. Опять.