Жар твоего тела

Надя была готова. Она прерывисто дышала и то и дело пыталась коснуться меня, забываясь. Но я нежно и неуклонно отводил её руки в сторону, располагая их вдоль тела.

Затем подвёл её к постели и развернул, слегка толкнув вперёд. Она уперлась о кровать руками, прогибаясь в спине и выставляя мне навстречу свою аппетитную попку.

Я приспустил шорты ещё ниже. Затем, подумав, снял их вообще, заставив её приподнять ноги. Эта деталь одежды нам ни к чему.

Подтолкнул девушку под колени, чтобы она взобралась на край кровати. Мне нравилась её поза – распутная и беззащитная, открывающая моему взгляду узкую малиновую полоску стрингов, потемневшую в самом центре. От влаги. От нестерпимого желания, чтобы я овладел ею.

Надежда попыталась обернуться, но я сильно, почти до боли сжал её ягодицу и просипел:

– Смотри вперёд!

Мне всё труднее удавалось сохранять контроль и не торопиться. Жажда обладания становилась невыносимой. Но я заставил себя отвести взгляд от малиновой полосочки и неторопливо достал из кармана упаковку с презервативом. Так же не торопясь, натянул его на себя и вплотную приблизился к этой лакомой щёлочке.

Провёл пальцем по набухшим складочкам, заставляя их обладательницу выгнуть спину.

– Пожалуйста, – услышал её тихий шёпот.

Сейчас-сейчас, маленькая.

Я отвёл трусики в сторону, открывая взгляду нежную плоть, поблёскивавшую от выступившей влаги. Она ждала меня, она хотела, и я не стал заставлять её больше ждать.

Одним движением вошёл в неё, заполняя сразу на всю глубину. Она вскрикнула и подалась мне навстречу, стремясь насадиться ещё глубже. Я не стал отказывать ей в этом удовольствии, вонзаясь глубокими резкими толчками.

Она вскрикивала, громко стонала и активно двигала бёдрами, заставляя меня всё ускорять и ускорять темп. Наконец я не смог больше сдерживаться. Тоже гортанно вскрикнув, я сильно сжал её бёдра и излился внутрь этого молодого, сочного, горячего тела. И тут же почувствовал, обволакивавшие мой пенис конвульсии. Она тоже кончила. И почти сразу обмякла, распластавшись грудью на кровати.

Я вышел из неё, стянул презерватив и, завязав его узлом, сунул в карман. Затем упрятал всё ещё очень чувствительный член в трусы и застегнул ширинку.

Что делать в такой ситуации дальше, я не знал.

Амели обычно требовалась пара минут, чтобы прийти в себя, а потом она шла в ванную одеваться и уходила. Я оставался один и уже тогда приводил себя в порядок.

Но эта девушка продолжала лежать на кровати. И гостем здесь был я, а не она.

Поэтому постояв несколько минут у кровати, я развернулся и вышел из комнаты. Затем из квартиры, захлопнув за собой дверь.

В тридцати метрах от дома Надежды стояла моя машина. Я сел на заднее сиденье и прикрыл глаза. Почувствовал, как мягко заурчал мотор, и автомобиль тронулся с места. Хорошо, что вызвал водителя. Так я мог расслабиться, прокручивая в голове только что испытанное удовольствие, подарившее мне неведомые раньше эмоции.

Такого со мной ещё не случалось. Я абсолютно утратил контроль над собой и при этом не чувствовал и следа паники. Её попросту не было. Лишь переполнявшая меня до краёв эйфория.

23. Надежда

Кажется, на несколько минут я потеряла сознание или же просто задремала. Ведь произошло нечто невообразимое. Мои эмоции просто зашкаливали, хотелось плакать и смеяться одновременно. Раньше со мной такого никогда не случалось.

Это был не просто секс. Это была какая-то магия. Настоящее чудо, вмиг сделавшее меня счастливейшей из женщин.

Я повернулась, чтобы посмотреть, куда подевался Лев. Хотелось прижаться к нему, уткнуться носом ему в грудь. Вдохнуть такой притягательный аромат. И поблагодарить за сотворённое им чудо. За ту эйфорию, что танцевала сейчас внутри меня.

Но Льва почему-то здесь не было.

Я приподнялась на кровати, чтобы лучше видеть всю комнату. Его, и правда, не было.

Я села на кровати и поправила трусики. Они были насквозь мокрыми. И сейчас эта влажность начала меня смущать.

Может, он пошёл в душ? Но почему ничего не сказал? Ну он вообще мало разговаривал, и полчаса назад тебя это совсем не волновало.

Подняв отброшенные в порыве страсти шорты, я натянула их и отправилась проверить ванную.

Хотя внутри уже зарождалось ужасное понимание…

Я вышла из спальни. Прислушалась у закрытой двери Танькиной комнаты. Там было тихо. Слава богу. Не знаю, как бы я смотрела на неё, если б она проснулась.

В квартире царил полумрак. Только в моей спальне горел ночник, не столько освещая путь, как порождая уродливые тени на стенах.

Я открыла дверь ванной и включила свет, уже зная жестокую правду – там никого нет. Но всё же я должна была проверить и другие помещения. Например, кухню или туалет. Ведь мог же он захотеть попить, а может, и противоположного.

Я открывала двери. Одну за другой. Повсюду меня встречала темнота и тишина.

Он ушёл.

Эти слова пульсировали у меня в голове, обжигая обидой.

Пришёл, трахнул и ушёл.

Я вспомнила, как бежала к нему навстречу, окрылённая тем, что увидела Льва внизу, под берёзами. Он с такой тоской смотрел на моё окно.

Вот дура! Идиотка! Тупая овца!

Ему нужно было только одно. И получив желаемое, он испарился. Даже не попрощался. Как так можно поступить? Это просто не укладывалось у меня в голове.

Постепенно в памяти всплывали и другие подробности нашей… хм… встречи. Как Лев отвёл мои руки в стороны, когда я хотела коснуться его. А ведь он даже и не поцеловал меня. Просто поимел. Как проститутку. Без каких-либо слов и предварительных ласк. Ещё и перчатки перед этим надел…

О боже! Зачем он надел перчатки? Ему что, было так противно прикасаться ко мне?!

На меня волнами накатывал самый настоящий ужас. Недавний оргазм теперь казался какой-то чудовищной ошибкой. Как я могла позволить почти незнакомому человеку так просто попользоваться собой?

Ведь мне всегда нужно было время, чтобы привыкнуть к мужчине и начать ему доверять. О сексе на первом свидании не могло быть и речи. Даже Максу потребовалось почти две недели ужинов, чтобы я решилась лечь с ним в постель. А уж разрядку я начинала получать далеко не сразу. И не всегда. Не с каждым.

Налила стакан воды и залпом выпила его. Глубоко вдохнула. От меня пахло мужчиной и сексом.

Теперь мне было не просто неловко, мне было до жути стыдно того, как отчаянно я просила взять меня, как стонала от удовольствия и сама насаживалась на него.

Стоп! Прекрати!

Я закрыла лицо ладонями, не желая видеть и признавать открывшуюся мне правду, – этот мужчина просто попользовался мной и ушёл. И вот теперь-то я точно никогда больше его не увижу.

Мне нужно срочно отправиться в душ. Смыть с себя его запах, который я так остро ощущала, втягивая внутрь с каждым вздохом.

Я остервенело тёрла себя массажной губкой до тех пор, пока кожа не стала ярко-розовой. Дважды промыла шампунем волосы. Но проклятый аромат этого проклятого Льва, казалось, накрепко впитался в меня.

После третьего раза я заставила себя остановиться и закрыть кран. Это уже самовнушение. Я просто не могу больше пахнуть им.

Растёрлась полотенцем и провела ладонью по зеркалу, убирая скопившуюся влагу. Взглянула на своё отражение.

Глаза всё ещё блестели. Губы припухли. На щеках алел румянец. Из зеркала на меня смотрела женщина, которая недавно занималась сексом и испытала самый бурный оргазм в своей жизни. С почти незнакомцем. Который бросил её сразу же, как удовлетворил свой сексуальный аппетит.

Чёртов извращенец!

Я отвернулась от зеркала. Расчесала влажные волосы. Натянула старую мягкую футболку, в которой обычно спала. И вышла из ванной.

Время уже перевалило за полночь. Пора ложиться спать. Ведь завтра на работу.

Но я не могла даже представить, как ложусь в ту самую постель, где только что…

Прошла в кухню, не включая свет. Включила электрический чайник. Он загорелся приятным голубоватым светом. Я смотрела, как поднимаются вверх пузырьки закипающей воды и смахивала набегающие слёзы.

Всё-таки этот мужчина оказался козлом. Таня ошиблась. Не так уж хорошо она разбирается в мужчинах, как мне всегда казалось.

Я бросила в любимую дедушкину кружку пакетик зелёного чая и подошла к окну. Где-то внутри ёкнула глупая надежда, что и сейчас Лев будет стоять внизу, с тоской глядя на меня.

Жёлтый свет фонарей освещал улицу, клумбы и скамейки у каждого подъезда. Разумеется, там не было ни единой души.

Этот козёл сейчас в своём идеальном белоснежном замке. Лежит, наверное, в своей идеальной белоснежной постели и строит планы – какую ещё дурочку оприходовать по-быстрому, не снимая с неё одежды.

Я почти услышала тонкий стеклянный звон, когда разбивалось моё сердце.

24. Надежда

Уснула я, когда уже рассветало. Так и провалилась в короткий беспокойный сон, глядя из-под полуопущенных ресниц на постепенно светлеющее небо.

Звонок будильника разрезал утреннюю тишину пронзительным скрежетанием. Точнее, мелодия-то была вполне плавная и нежная, но мой усталый мозг сейчас всё воспринимал в штыки.

Я поднялась, выключила телефон и спустила ноги на пол. Состояние было – хуже некуда. И вообще, чувствовала себя каким-то механизмом, причём испорченным. В голове гудело и неровно тикало. Руки-ноги были словно не свои. Глаза вообще отказывались открываться.

Я на ощупь отыскала ногой тапочки и побрела в ванную. Поплескала в лицо прохладной водичкой, но поняла, что это сейчас не поможет. Здесь нужны более действенные методы. Поэтому сняла футболку и забралась в ванну. Глубоко вдохнула, резко выдохнула и пустила из душа холодную воду.

Ааааа!

Вот это адреналин! Вот это всплеск эмоций!

Все органы тут же заработали в полную силу. Но на всякий случай я постояла так ещё несколько минут, чтобы закрепить эффект.

На кухню шла уже взбодрённой. Лишь тупая головная боль напоминала о недавнем состоянии.

Чашка крепкого и сладкого кофе довершила начатое холодным душем. И на работу я оправилась более-менее бодрой. А главное, вменяемой.

Думать о случившемся вечером я строго-настрого себе запретила, как и упоминать даже его имя. И была решительно настроена соблюдать данное самой себе обещание.

Не хочу о нём больше ничего слышать. Ничего знать. И вообще, ничего этого не было. Мне приснилось. Просто страшный сон. Кошмар. Но теперь я проснулась, и всё будет хорошо. Обязательно будет. Уж я постараюсь.

Но моё самовнушение оказалось напрасным. Как только Эмма приехала в офис, сразу вызвала меня к себе в кабинет.

Я привычно взяла блокнот с ручкой и присела на краешке стула, ожидая указаний. Но она, оказывается, позвала меня совсем за другим.

– Ну, а теперь рассказывай подробно.

– Что рассказывать? – я сделала удивлённое лицо, изо всех сил стараясь придумать, как избежать этого неприятного разговора.

– О поездке к Льву Немолину. – Эмма оказывалась отступать. Она ждала новостей весь вчерашний день и всю ночь. И больше терпеть неведение была не намерена.

Я сделала максимально кислое лицо, чтобы она видела, как невыносимо скучна мне эта тема, и начала рассказывать. Разумеется, опуская многие интимные подробности.

Чёрт! И как я умудрилась так вляпаться?

– А какой он из себя? – вдруг спросила Эмма, когда я вкратце изложила основные события и надеялась уже, что на этом пытка закончится.

– Кто? – я усиленно изображала слабоумную, надеясь, что начальница устанет и оставит меня в покое. Но не тут-то было. Она оказалась твёрдым орешком.

– Лев, конечно, ты ж с ним общалась. Какое впечатление он производит?

– Чокнутый он, – не задумавшись ни на секунду, выдала я. – Как и все эти компьютерщики.

– А я слышала, что он сплошной секс. Такой супермачо. Это правда? – Эмма вся подобралась в ожидании ответа.

– Не заметила, – произнесла я самым скучным тоном и тут же пошла ва-банк. – И вообще, Эмма, у меня полно работы. Можно я уже пойду?

– Ладно уж, иди, работящая ты моя. Всё равно от тебя ничего не добьёшься. Не разбираешься ты в настоящих мужиках…

– Ну конечно, – тихо хмыкнула я, выходя из кабинета. – Куда уж мне.

За вчерашний день, и правда, накопилось немало бумаг, электронка была забита письмами. Плюс Эмма постоянно дёргала меня: то принести кофе, то найти папку в архиве, то перенести встречу…

К обеду я уже была вся в мыле. Но в этом-то как раз и скрывались положительные стороны – у меня совершенно не оставалось времени, чтобы думать, вспоминать и жалеть себя.

– Привет, – услышала я мужской голос, подняла голову.

– Привет, Макс. Каким ветром тебя принесло к моему столу?

– Пообедаешь со мной? – мужчина протянул мне букет крупных садовых ромашек. Не забыл, гад, какие цветы мне нравятся.

– Что?!

– Пожалуйста, – выглядел он непривычно серьёзно и напряжённо. Как будто и правда переживал, что откажусь.

– У меня нет времени ходить с тобой по ресторанам. Я и так из-за тебя вчера опоздала. – отвернулась, показывая, что разговор окончен.

– Я тебя не задержу, обещаю, Надин. Привезу ровно через час. Честное слово.

– Твоё слово что-то значит? – не удержалась от подколки.