«Тихие» американцы

— Нам надо бы поговорить подробнее. Но как? Есть предложение. Мы дадим вам таблетки. Для здоровья они совершенно безвредны, но когда вы их примете, судовой врач сочтет вас тяжело больным и вынужден будет оставить на берегу в госпитале. Там мы могли бы кое-чему научить вас, что пригодилось бы вам в будущем. А потом вы вернетесь домой с любым советским судном. Через месяц примерно.

— Это опасно, — ответил Павлов.

— Мы вам гарантируем…

— Нет, нет. Не надо никаких таблеток. Лучше так, как раньше…

— Ну ладно, — согласился Павел, доставая из кармана конверт. — Тогда держите. Здесь вопросы и немного денег на карманные расходы. Передадите ответы нашему человеку на Маврикии. Он вас найдет в районе рынка. Пароль для связи — «Павел Дуклов».

Порт-Луи, Маврикий.

«Профессор Зубов» пошел из Монтевидео на юг — к острову Южная Георгия, затем пересек Атлантический океан и, обогнув юг Африки, взял курс на остров Маврикий. В ночь на 5 апреля 1983 года на горизонте показались огни Порт-Луи…

…Утром Павлов с первой же группой сошел на берег, в город. На ступеньках подъезда административного здания порта сидел чем-то похожий на мексиканца парень в темных очках. Павлов вспомнил: это был один из тех, кто стоял в «кордоне» у отеля «Президент», пока они говорили с Павлом. «Мексиканец» помахал рукой Павлову и медленно пошел за его группой к рынку. У лотка с сувенирами они обменялись конвертами, и «мексиканец» тут же затерялся в толпе.

Павлов раздумывал: «Интересно, как среагируют на мои ответы американцы… Ведь и половины не знаю из того, что их интересует. Давно уже этими делами не занимался. Лишь от старых друзей кое-что удалось узнать про новые подлодки, но янки требуют точных данных. Восемьдесят вопросов, и в каждом еще по два, по три подвопроса, а где взять ответы? Ну ничего, что-нибудь придумаю. Пусть попробуют проверить».

В конверте был новый вопросник. Еще обширнее. И письмо: «Дорогой друг! Мы рады, что вы согласны работать вместе с нами. Таким образом вы строите для своей семьи лучшее будущее». Павлов прочел вопросник и криво усмехнулся: «Лучшее будущее!»

Помимо вопросника в конверте «мексиканца» оказались еще две любопытные бумажки. Во-первых, описание способов конспиративной связи с ЦРУ за границей — адреса, телефоны, по которым можно выйти на связь с «Центром» в случае, если Павлов неожиданно окажется за пределами СССР. И во-вторых, ему сообщали, что отныне он для ЦРУ уже не просто Павлов, а агент по кличке Рольф Даниэл. И именно так и надо ему впредь подписывать все свои донесения. В тексте была приписка: адреса и кличку запомнить, а бумажки, на которых все это написано, опустить в стакан с водой. Павлов удивленно рассматривал на глазах исчезающую в воде инструкцию, для верности помешивая жидкость чайной ложечкой…

Копенгаген.

Майские тюльпаны переливались всеми цветами радуги на площадях и скверах датской столицы. Но даже они не радовали моряков с «Профессора Зубова» — хотелось скорее домой. До Ленинграда осталось всего три дня хода. Последний выход на берег — и дома…

Павлов снова вышел из порта с первой группой. У «Русалочки» сидел Павел. Он встал и медленно пошел впереди группы по направлению к королевскому дворцу на площадь Амалиенборг. На площади толпились туристы в ожидании смены караула. За спиной Павлов услышал голос: «Привет от Павла Дуклова». Рядом стоял «мексиканец». Павел куда-то исчез. «Мексиканец» взял у Павлова конверт с ответами на вопросы, полученные в Порт-Луи, и сунул ему в карман блокнот.

Внутри была записка. Ему объяснили, что в блокноте тайник — за картоном в задней части. По приезде в Ленинград надо его вскрыть бритвой по краю. Сейчас запомнить только одно: если не удастся снова выехать за границу, то постараться устроиться на работу на оборонное предприятие и дать об этом сигнал в соответствии с инструкцией, спрятанной в тайнике.

17 мая 1983 года Павлов сошел на берег в Ленинграде.

Ленинград.

«Дорогой друг! Мы рады, что вы получили в Копенгагене наш пакет и готовы иметь с нами связь изнутри СССР. По вашей просьбе мы внесли на ваш счет деньги… Дайте сигнал у места «Вход» о получении контейнера…»

Павлов перечитывает записку ЦРУ, находившуюся вместе со шпионским снаряжением в заложенном в Измайлове тайнике. На столе у него блокнот, полученный в Копенгагене, со вспоротой обложкой. Там — схемы тайниковой связи, ленинградские, московские адреса. А вот и «Вход»…

Рольф Даниэл еще числился в картотеках и платежных ведомостях американских спецслужб. Радиостанция ЦРУ все еще передавала предназначенные ему кодированные радиограммы с неизменным обращением «Дорогой друг!» и уверениями в его «полной безопасности». А дело уже шло к финалу.

…Мы ехали по Ленинграду в машине с одним из тех, кто в этой операции участвовал непосредственно.

Я привык видеть Ленинград во время нечастых своих наездов туда таким aw, каким обычно видят его туристы. Мой спутник хорошо знает Ленинград с другой стороны, мало кому известной. Мы ехали по маршруту, которым обычно добираются из дома в генконсульство США его сотрудники. Именно на этом маршруте и были обозначены места для условных сигналов.

Владимирская площадь.

Эта площадь у одного из рынков в Ленинграде именовалась «Влад». Она была выбрана для подачи Павлову сигналов о закладке предназначенных ему тайников работниками ЦРУ, скрывавшимися в Москве и Ленинграде под маской дипломатов. Если машина с дипломатическим номером генконсульства США ставилась носом к тротуару, — значит, закладка произведена в условном месте в Ленинграде, если багажником к тротуару, то в Москве. Именно так и поставила машину 24 июля 1983 года жена американского разведчика Аугустенборга, подав сигнал Рольфу Даниэлу.

Набережная Обводного канала.

Жилых домов тут почти нет, после окончания рабочего дня — ни души. Здесь выбрали место для тайника под названием «Обводной».

Кронверкская улица, 16.

Вернувшись в Ленинград из рейса, Павлов должен был поставить у входа в проходной двор на Кронверкской, 16, цифру «2» так, чтобы ее было видно из проезжающей по улице машины. Это означало, что он устроился на работу в соответствии с заданием и ждет сигнала о закладке тайника.

Перекресток улиц Максима Горького и Кронверкской.

С перекрестка этих улиц видна телефонная будка. Это место называлось «Максим». Здесь Рольф Даниэл должен был поставить метку о готовности к закладке в тайник собранной им шпионской информации.

Проспект Добролюбова, 1/79. В инструкции ЦРУ этот дом имел название «Добро». Так же как и на Кронверкской, агенту после закладки информации в тайник следовало поставить на стене проходного двора свою двойку.

Приморское шоссе, 40-й километр.

Тайник «Сорок». Таким названием обозначался дорожный указатель на 40-м километре Приморского шоссе. Мимо него сотрудники генконсульства США с семьями регулярно проезжают на свою дачу в Зеленогорске, что примерно в 60 километрах от Ленинграда. Именно у этого тайника и предстояло разыграться основным событиям…

Улица Пестеля, 11.

Еще один проходной двор. Мы подошли к старому дому. Он был весь в строительных лесах, шел ремонт. «Смотрите, — сказал мой спутник. — Сохранилась метка…» На выцветшей штукатурке чернела жирно выведенная двойка. В конце августа 1983 года Павлов таким способом сообщил ЦРУ, что содержимое тайника в Измайлове он изъял. Это место и именовалось «Вход». Я провел рукой по стене и представил себе на минуту, как проезжали мимо «Входа» «дипломаты» из генконсульства США по этой улице. Слегка притормозив, удовлетворенно отметили про себя: «Контейнер в Москве изъят». И ехали дальше. Как ни в чем не бывало…

Греция, радиоцентр ЦРУ.

Сразу же после того, как появилась у «Входа» условленная двойка, из Греции, с одной из американских военных баз, окопавшихся в этой стране, радиоцентром ЦРУ было передано для Павлова следующее сообщение: «Рады, что вы изъяли контейнер. Ждем вашего сигнала о закладке в месте «Сорок».

Ленинград.

5 сентября появилась двойка в месте «Максим». На следующее утро по пути на работу сотрудник генконсульства США слегка притормозил у телефонной будки и зафиксировал метку.

Приморское шоссе, сороковой километр.

10 сентября, в субботу, в семь часов вечера у указателя на сороковом километре появилась ничем не примечательная тряпка, измазанная в мазуте. Внутри была консервная банка с информацией от Рольфа Даниэла.

И снова Павлова била нервная дрожь. На автобусной остановке он стоял один. Вроде бы обошлось. И все же всю дорогу до Ленинграда сидел, съежившись в кресле.

Ленинград — Зеленогорск.

В ту же ночь на проспекте Добролюбова в условном месте «Добро» появилась очередная двойка. Утром в воскресенье 11 сентября американский разведчик из генконсульства США Мюллер убедился, что метка поставлена, и выехал на Приморское шоссе. У сорокового километра он слегка сбавил скорость и проехал на дачу в Зеленогорске. Семейство Аугустенборгов находилось там с пятницы…

Через сорок минут после прибытия Мюллера Аугустенборг с женой и двухлетней дочкой выехали с дачи консульства. За несколько минут до них с дачи вышел «передовой дозор» — еще одна машина с номером генконсульства. Она проехала мимо сорокового километра не останавливаясь. На шоссе все было спокойно. Спустя десять минут на сороковом километре появилась машина Аугустенборга. У столба он резко затормозил. Из машины вышла его жена с детским одеяльцем в руках. Одеяльце упало, точно накрыв лежавшую на бетонном основании столба грязную тряпку-контейнер.

Сделав вид, что она очень удручена своей «неловкостью», жена Аугустенборга быстро подобрала одеяльце и поспешила к автомашине. Похоже, этот спектакль тщательно отрабатывался — ведь надо было, чтобы одеяльце попало точно на тряпку.

Сам Аугустенборг в это время должен был, не выходя из машины, буквально держать ногу на педали газа, чтобы тут же рвануть с места. Казалось, все шло по плану, по не раз отрепетированному сценарию.

Миссис Аугустенборг бросила одеяльце с тряпкой на заднее сиденье, но сесть в автомашину не успела — она была задержана с поличным.

Вскоре г-н Аугустенборг был объявлен персоной нон грата и вместе с семьей покинул пределы СССР.

Вслед за Аугустенборгами по тому же маршруту проследовал и господин Мюллер.

Лэнгли, штаб-квартира ЦРУ. В июне 1982 года, почти за год до того, как был заложеп тайник ЦРУ в Измайлове, в штаб-квартиру ЦРУ в Лэнгли прибыл президент США. Прибыл, чтобы в торжественной обстановке подписать законопроект о неразглашении в печати имен агентов спецслужб. А заодно и подбодрить своих «рыцарей плаща и кинжала», воодушевить их на «крестовый поход» против «империи зла», как можно было в некоторых кругах именовать нашу страну. Вот что он сказал тогда: «Вы, мужчины и женщины, работающие в ЦРУ, — глаза и уши свободного мира… Мы должны призвать все страны мира к «крестовому походу» за свободу и к глобальной кампании за права человека; вы находитесь на переднем крае этой борьбы. Вы должны бороться за свободу в условиях мира и войны и в том призрачном мире, который находится между ними…»

ЦРУ — это послушное орудие в руках высшей исполнительной власти США, и именно ему поручено этой властью заниматься шпионажем против нашей страны и других стран социализма, завлекать в свои сети таких, как Павлов, склонять их к предательству Родины. Методами и средствами в такой тайной войне не брезгуют. Рассуждения о «правах человека», о «свободе и демократии» — не больше чем дымо-рая завеса для «крестоносцев» из Лэнгли. А за этой завесой творятся дела грязные, омерзительные, калечатся судьбы и души неустойчивых, запутавшихся людей.

Из последнего слова Павлова Ю. В.: «…Я совершил тяжелейшее преступление перед Родиной… Глубоко раскаиваюсь в содеянном. Я потерял семью, которая бесконечно дорога мне. Я недостоин жить среди советских людей. Я не могу смотреть им в глаза…»

По приговору военного трибунала Павлов Ю. В. понес суровую, но заслуженную кару.

* * *

Эпилог.

Готовясь к первому «обезглавливающему» удару против СССР, разрабатывая планы «звездных войн» против нашей страны, всего социалистического содружества, добиваясь военного превосходства, агрессивные круги США придают большое значение разведывательным и иным подрывным акциям. В орбиту своих действий они (и в этом легко убедиться, проследив шпионские маршруты Рольфа Даниэла) вовлекают и своих союзников по НАТО, другим блокам. И хотя главенствующую роль в тайной войне играет ЦРУ, в коварных происках против нас участвуют и другие разведки. Разведывательные органы империалистических государств, служа своим хозяевам, занимаются шпионажем отнюдь не ради самого шпионажа. И представлять их только в качестве органов шпионажа было бы заблуждением.

Они — инструмент агрессивной политики, психологической войны, дезинформации, подрывных операций с использованием разного рода отщепенцев и изменников. Они играют активную роль в практической реализации планов нынешних правящих кругов США, провозглашающих главной целью уничтожение коммунизма. Они стремятся расшатать общественно-политические устои социализма, ослабить обороноспособность социалистических государств. Мы рассказали о провале очередной операции ЦРУ и БНД. Но она, увы, не единственная. Нужно быть готовым к тому, что подрывные операции против нашей страны будут продолжаться и дальше.

Дело Павлова многому учит. Оно показывает, чем оборачиваются беспечность, легкомысленность идейно нестойких людей, которые за лестью и лицемерным «сочувствием» иных западных «доброхотов» не умеют вовремя разглядеть хитросплетения паутины западных разведок, запутываются в ней и вовлекаются в преступную деятельность против нашей Родины.

В. Кротов Р. Сергеев

ШПИОНСКИЙ МАСКАРАД

Американская разведка в своих «тайных операциях», как известно, весьма неразборчива. Убийства из-за угла, государственный терроризм и свержение неугодных режимов, преследование инакомыслящих и просто шпионаж с использованием самых разнообразных приемов и ухищрений, которые варьируются в зависимости от сложившейся обстановки. В последнее время, например, в практике Центрального разведывательного управления заметно участились случаи использования методов сценического искусства перевоплощения для решения чисто шпионских задач.

Скажем сразу: никакие ухищрения не дают ЦРУ гарантий от провалов. Тогда-то и появляются в советской печати такие, например, сообщения:

«…В городе Москве задержан с поличным при проведении конспиративной встречи с завербованным американской разведкой советским гражданином второй секретарь посольства США Майкл Селлерс. Пресечена еще одна шпионская акция спецслужб США против СССР».

Попробуем расшифровать это скупое сообщение Комитета государственной безопасности СССР.

В тот день, 10 марта 1986 года, М. Селлерс, как обычно, выехал утром на работу в посольство. Но отнюдь не для того, чтобы за письменным столом разбирать дипломатические документы. Да и до бумаг ли было дело, когда вечером предстояла ответственная конспиративная встреча. Требовалось хорошо продумать роль, отрепетировать убедительные диалоги и конечно же соответственно экипироваться. М. Селлерс недаром имел в ЦРУ репутацию способного актера. Ведь, как утверждают, он даже готовился стать голливудской «кинозвездой».

Дальнейшие действия М. Селлерса и впрямь ничем не отличались от ухищрений профессионального актера, готовящегося в гримерной к выходу на театральную-сцену. Второй секретарь политического отдела деловито приладил к верхней губе гуцульского типа усы, попробовал, прочно ли держит клей, примерил парик, мастерски прилаженный к кроличьей шапке-ушанке. Селлерс занялся подбором и снаряжением верхней одежды. В карманы подготовленной для специальной миссии легкой нейлоновой куртки рассовал несколько микрофонов и приладил через прорезь под подкладкой портативный магнитофон. Для пущей маскировки положил в сумку еще несколько пар очков с простыми стеклами. Подготовка к встрече была в основном закончена. Оставалось только обсудить кое-что с партнером, ибо весь план предстоящего шпионского спектакля был задуман и основан на хитроумной идее перевоплощения, а точнее, на подмене одного действующего лица другим.

Партнер — сотрудник посольства США Рональд Паттерсон, хоть и не походил лицом на М. Селлерса, был с ним одного роста, имел точно такую же куртку и шапку, носил очки и, что самое главное, жил вместе с Селлерсом в одном доме и даже в одном подъезде.

Итак, вечером 10 марта, подъехав к дому на своем «мерседесе», Р. Паттерсон спокойно вошел в подъезд. Прошло какое-то время, и вот из подъезда спешит к «мерседесу» — нет, не Паттерсон, а М. Селлерс, одетый и «подстроенный» под Паттерсона и незаметно получивший в подъезде ключи от паттерсоновской автомашины. Стремительно набрав скорость, автомашина с лже-Паттерсоном растворилась в лабиринтах московских переулков. Последний вояж второго секретаря политического отдела посольства США в Москве М. Селлерса закончился, как в кино: американский разведчик был пойман с поличным. «Маскарад» не помог М. Селлерсу.

Быть может, спросит читатель, «игра» в перевоплощение была свойственна только М. Селлерсу, обладавшему для этого соответствующими актерскими данными?

Отнюдь нет. Театральные приемы не раз использовались американскими разведчиками в Москве во время их тайных, но ставших явными операций. Вот несколько примеров.

…Буквально в то самое время, когда в одной из голливудских гримерных ассистенты американского актера Дастина Хофмана примеряли ему женский наряд перед съемками известной советскому зрителю кинокомедии «Тутси», за многие тысячи километров от Калифорнии — в Москве, на улице Чайковского, в здании посольства США происходило нечто подобное с другим «актером». Коренастого, с солидным брюшком рыжеусого мужчину с помощью поролонового бюста, нарумяненной маски и легкой, в цветочек, кофточки превращали, как сказал бы классик, в «даму, приятную во всех отношениях». Превращали не для съемок в кино, не для костюмированного бала-маскарада в посольстве и не для розыгрыша коллег-дипломатов, а для выполнения очередной шпионской миссии американской разведки.

Эта «дама» в один из июльских дней 1982 года вышла под руку со своей «подругой» из подъезда дома, где проживали иностранные дипломаты. Вскоре они оказались на окраине Москвы, где им предстояло завершить важный этап шпионской операции. Роль «приятной дамы» исполнял кадровый сотрудник ЦРУ Луис Томас, по совместительству атташе отдела безопасности посольства США в Москве. Его «подругу» и партнершу по шпионскому представлению — Дебора Рейнольдс, жена другого сотрудника ЦРУ в Москве, которой по сценарию отводилась роль статистки.

«Дипломаты» из ЦРУ, похоже, никогда не сомневались в успехе своего сценического перевоплощения. Был в этом уверен и второй секретарь экономического отдела посольства Джозеф Макдональд. Он тоже любил переодеваться, ухитряясь превращаться из элегантного молодого человека в подслеповатого старика в очках. К такого рода трюкам с переодеванием прибегают в ЦРУ буквально все: от мелкого шпиона, внедренного в ряды участников антивоенного движения, до самого директора Центрального разведывательного управления, который, как утверждают, любит путешествовать по свету, тщательно загримировавшись под малоприметного коммивояжера.

Сценические фокусы с переодеванием сотрудников резидентуры ЦРУ в американском посольстве в Москве не приносят им ожидаемых лавров. Более того, они лишь способствуют пополнению длинного списка американских должностных лиц, объявленных персона нон грата и вынужденных досрочно покинуть территорию Советского Союза.

В. Владимиров

ВСТРЕЧА ОСЕНЬЮ НЕ СОСТОИТСЯ

Москва, Кастанаевская улица, 7 мая 1986 года. Стремительно сгущаются сумерки. Женщина, стоящая у автомашины с дипломатическим номером посольства США в Москве, пугливо озирается по сторонам. Она напряженно вглядывается туда, откуда должен появиться человек, которого она ждет. Это — Урсула Сайтс, американка. Ждет она Эрика Сайтса, своего супруга, профессионального разведчика, числящегося в штатном расписании посольства США гражданским помощником атташе по вопросам обороны. Ждет его возвращения со шпионской встречи, чтобы тут же доставить и его самого, и ожидаемый «улов» в надежно защищаемое морской пехотой помещение отряда разведки в американском посольстве.

Урсуле еще долго в отчаянной надежде придется ждать, прежде чем она поймет, что Эрик Сайтс к месту рандеву с ней на Кастанаевской улице не вернется…

У гражданского помощника аппарата атташе по вопросам обороны Эрика Сайтса в это время заботы уже совсем иные — задержанный с поличным во время тщательно готовившейся спецслужбами США конспиративной встречи с завербованным американской разведкой агентом, он с тоской наблюдает за тем, как из синей сумки, которую он намеревался передать агенту, один за другим извлекаются предметы шпионского реквизита. Вот электробритва «Харьков», в действительности приспособленная служить в качестве контейнера для хранения шпионского снаряжения. При самом внимательном внешнем осмотре она не вызывает никаких подозрений. Так оно и задумано — ни у кого не должно появиться мысли о том, что в ее корпусе оборудован тайник, в котором можно упрятать мини-фотоаппарат размером с тюбик губной помады, предназначенный для фотографирования секретных документов. Вот картонная коробка с сувенирным письменным прибором, изготовленным на Московском заводе писчих принадлежностей имени Сакко и Ванцетти. В нем американские «умельцы» по шпионажу также соорудили тайник. Он устроен в небольшом углублении, прикрываемом металлической пластинкой, и предназначен для размещения там мини-фотоаппарата.

Из сумки извлекается пузырек — в таких в наших аптеках продаются витамины. В нем таблетки, предназначенные для тайнописи, их надо растворить в воде. На стол ложатся конверты с адресами в Соединенных Штатах. Конверты обычные, такие можно купить в любом киоске. В них вложены письма на английском языке, безобидные по содержанию: их авторы делятся своими впечатлениями от поездки по нашей стране, им нравятся наши памятники истории и культуры. Подобные письма, но написанные американскими туристами, сотнями уходят из нашей страны за океан. Эти же два — особенные. Они должны были бы служить прикрытием для шпионских донесений в разведцентр. Адреса на конвертах натуральные, адресаты — некие Руди Комак в Брукфилде, штат Висконсин, и Арнольд Истон в Бверне, штат Техас. На этих письмах агенту надо тайнописью нанести зашифрованный текст на полях или между строчек. Если сообщение важное, инструкция американской разведки советует письма продублировать, опустив их в разные почтовые ящики. Похоже, уже забыта учиненная в свое время конгрессом США спецслужбам отеческая головомойка по поводу вмешательства в частную жизнь американских граждан.

И наконец, появляется блокнот, с виду ничем не примечательный, разве что обложка слегка припухлая, точно впитавшая в себя влагу. В обложке также тайник. Там упрятаны инструкции американской разведки тайному агенту. В них указания относительно организации будущих встреч, подробные схемы, призывы к особой бдительности. В листах мелким шрифтом самое важное — задания американской разведки по темам, которые ее особенно интересуют. Руководители разведки требуют от агента информации о тактико-технических характеристиках самолетов, о дислокации и назначении оборонных объектов, о работающем на них персонале. «Желаем вам приятно провести лето и ждем встречи с вами осенью» — такими словами завершается послание разведцентра США своему агенту в Советском Союзе.

Вечер 7 мая. Малая Пироговская улица. Над Москвой еще больше густеют сумерки, ветерок разносит аромат тополиного клея. Людей на улице довольно много. Сайтс во дворе дома номер 22. Здесь должна произойти шпионская встреча. Едва ли кто из прохожих или сидящих в этот теплый майский вечер на скамейках жильцов дома обращает на него внимание — Эрика Сайтса не отличишь от москвича: на нем джинсы, ковбойка, курточка на молнии, купленная в московском магазине кепка. В руках уже известная читателям синяя сумка. Сайтс нервно оглядывается по сторонам. Кажется, нет ничего подозрительного. Ровно в 21.15 появляется человек, в руках у него свернутая в трубочку газета — таков условный знак. Сайтс приближается к нему, называет пароль, слышит ответ, приглашает прогуляться…

Задержанный с поличным, Сайтс стоит мертвенно-бледный, точно оглушенный громом. Он еще долго будет пребывать в таком состоянии.

Что касается советского гражданина — агента американской разведки, он арестован, и в отношении него ведется следствие. Нет сомнения, что ему будет воздано по заслугам.

Вот, собственно, все, что можно рассказать о провале этой крупной шпионской акции американской разведки, о бесславном конце очередного «крестоносца» от Пентагона.

Что касается Эрика Сайтса, то по поводу его шпионской деятельности посольству Соединенных Штатов и атташе по вопросам обороны этой страны заявлен решительный протест. Сайтс объявлен персона нон грата, его поспешили отправить в Соединенные Штаты.

Вашингтонская администрация, заявил заместитель пресс-секретаря Белого дома Л. Спике, не станет комментировать предъявленное Сайтсу обвинение в шпионаже. Да, дело настолько очевидное, что, как говорится в таких случаях, комментарии излишни. Видимо, это и имел в виду официальный представитель США.

Избавим Лэрри Спикса от этой неприятной для него, обязанности. Прокомментируем случившееся сами.

Американские информационные агентства, сообщив о выдворении Сайтса за шпионаж из Советского Союза, отметили, что до него последним американцем с дипломатическим паспортом, которому предложили покинуть СССР по аналогичной причине, был второй секретарь посольства Майкл Селлерс. Список разоблаченных американских разведчиков, выдворенных из СССР за последнее время, этим не исчерпывается. Высланы за шпионаж сотрудники посольства США третий секретарь Питер Богатыр, атташе Луис Томас, первый секретарь Ричард Осборн, второй секретарь Пол Стомбаух, сотрудники генконсульства США в Ленинграде Лон Аугустенборг и Ричард Мюллер. Разоблачены третий секретарь Д. Макмэхен, советник Питер Сэмлер, второй секретарь Джозеф Макдональд, гражданский помощник атташе по вопросам обороны Алекс Грищук. Задержана в момент проведения шпионской акции американская разведчица Марта Петерсон, маскировавшаяся под дипломатическим прикрытием секретаря-архивиста посольства, захвачен с поличным специальный помощник атташе по вопросам обороны США Винсент Крокетт.

Цинизма и наглой самоуверенности американским разведчикам не занимать. Помощник военно-морского атташе США Липскомб, задержанный в момент совершения шпионской акции, бесцеремонно заявил, что действует по прямому указанию своего руководства, которое обязало его… «контролировать обстановку на промышленных предприятиях Ленинграда».

Самые низкопробные методы продемонстрировал атташе США Вольф, выкравший при содействии своего канадского коллеги служебные документы из стола сотрудницы «Интуриста» в Казани в момент, когда та буквально на минуту оставила «гостей» одних в своем кабинете.

Своеобразный «семейный шпионаж», как и в случае с супругами Сайтс, явили миру американские разведчики: помощник военного атташе Репперт, помощник военно-морского атташе Генри, вице-консул генерального консульства США в Ленинграде Аугустенборг, первый секретарь посольства США Осборн и другие, привлекавшие к шпионской работе своих жен.

Вывод однозначен — Соединенные Штаты пытаются расширять разведывательную деятельность против нашей страны. По данным американской печати, в 1987 финансовом году спецслужбам США из бюджета намечено выделить 24 миллиарда долларов (для сравнения: в 79-м они получили 10 миллиардов, в 90-м, как полагают, эта цифра достигнет 30 миллиардов). Основные средства и усилия американских спецслужб направляются против Советского Союза. Некоторое время назад на закрытых слушаниях в конгрессе выступил министр обороны США Каспар Уайнбергер. Министр, пишет газета «Вашингтон пост», назвал крупнейшего получателя разведывательной информации. Это — Пентагон.

Американские спецслужбы рьяно включились в «крестовый поход» против нашей страны. Они рвутся к нашим оборонным секретам. Новоявленным «крестоносцам», однако, не мешало бы помнить, чем заканчиваются такие походы.

Охотники за чужими секретами

В. Кассис Б. Крымов

ОХОТНИКИ ЗА ЧУЖИМИ СЕКРЕТАМИ

Две эти истории, рассказанные в очерках «Любопытство не порок?» и «Охотники за чужими секретами», — давние. Но, как видит читатель, «дипломаты»-шпионы не перевелись и по сей день.