Вампиры тут голодные

— Что вы имеете ввиду? — пацан незаметно вытер козявку о старую обивку кресла и засунул огрызок в рот, тщательно прожёвывая.

Степан неодобрительно фыркнул, сложно было отучить мелкого жрать яблоки целиком: да, понятное дело, рос Веце небогато от слова совсем, но сейчас же можно позволить себе не есть огрызки, верно?

Вампир наклонил голову набок, смахнул волосы с лица и провёл ладонью по выгравированном на столешнице гербе клана Вальдернеских. Герб был ни красив, ни впечатляющ, но, впрочем, запоминался. И отражал убеждения вампиров.

Степану не нравилось. Он сдвинул стопу правее, чтоб закрыть герб.

— Титул. — наконец, ответил попаданец, — Герцог против, чтоб я занимал пост графа, да и мне, признаться, это особой радости не приносит. — зачем тогда мучиться? Замок же вроде всё равно останется у Степана, кому ещё эта рухлядь нужна.

— Пфф! Это приносит нам деньги. — Веце сложил пальцы в кружочек, усмехнувшись. — Деньги, вот единственное счастье в этом мире.

— У кого я спрашиваю… — вампир обречённо покачал головой.

— Ну а если серьёзно, — заговорил пацан, — то, даже если вы станете простолюдином, я всё равно буду привязан к вам. Оу, не в смысле, что вы вроде как неплохой и мне вас жаль и всё такое. Я имею в виду, что у меня подписан контракт с Вальдернескими, меня отдали вам, и теперь я ваш слуга. И пока вы Вальдернеский, и после. До тех пор, пока срок не кончится. А до этого ещё лет сто наверно. Так что я, очевидно, хочу, чтоб вы были графом. Жить в какой-нибудь лачуге, или тут. — вампир улыбнулся. Словно замок Касара сильно-то отличался от лачуги. Там, в лачуге, по крайней мере, монстрами всё не напичкано. И потолок на голову не упадёт. — И деньги, знаете, как вам будет трудно их заработать, чтоб меня прокормить, если останетесь без титула? А я хочу жить роскошно, чтоб своя комната, и кровать, и даже гардероб. — мечтательно выдохнул полукровка.

— А ты ещё та меркантильная… — мягко поддел граф, не закончив фразу.

— Договаривайте, что же вы стесняетесь? — рассмеялся Веце, взглянул на перекошенное лицо господина.

— При детях не матерюсь. — пацан зафыркал, достал из кармана ещё одно яблоко, и с набитым ртом проворчал:

— Я не ребёнок. — граф закивал, мол, да-да, конечно, и бросил:

— А я не вампир. — на этот раз перекосило уже Веце.

Если господин опять начнёт доказывать, что он человек, никак не вампир, то Веце, уж да простят его старейшины клана, пристукнет-таки графа.

Но, к великому счастью слуги, попаданец больше ничего не сказал, снова вернувшись к работе.

Глава 41, про тех, кто дорог по кусочкам

— Вам и не придётся танцевать. — развеял опасения попаданца Веце. — Сами подумайте, какая аристократка в здравом уме согласиться с вами танцевать? Так что просто постоите у стеночки, вам ещё и спасибо скажут. — полукровка почесал живот и широко зевнул. Время за полночь, господин уже почти сутки бился со своим новым изобретением. — Даже если и найдётся сумасшедшая, которая пригласит вас на танец, вы можете ей отказать. Скорчите рожу попрезрительнее и скажите что-то вроде: “с едой не танцую”. И ближайшие двести лет к вам ни на одном балу или светском вечере девушки не подойдут. — граф поднял глаза на слугу, взглядом спрашивая, действительно ли это прокатит. Кажется, Веце не врал.

— Скоро Маниэр вернётся? — спросил вампир, снимая крышку с колбы и корректируя заклинание. — Мне уже надоело одной кровью питаться. А яблоками ты не делишься. — упрекнул Степан. Полукровка показал язык.

— Вам они и не нужны. Сидите на крови, сильнее станете. — пацан снова зевнул и повыше подтянул куцое одеяло, наполовину валяющееся на полу. Хотелось спать, но в кресле не настолько удобно, чтоб заснуть. — А вообще, что это будет? — он проследил, как господин вливает в высокую колбу кровь, накладывает заклинание и добавляет ещё какую-то жидкость.

— Красивая безделушка. — граф ждал, когда пацан заснёт, чтобы почитать. Ту книгу при Веце лучше не открывать, там и Степана холодным потом прошибло, а полукровка ещё зелёный для такого чтива.

— С кровью, да? — фыркнул полукровка. — Вы же понимаете, что такой подарочек вам ещё аукнется? — дарить такое королевской чете… У господина и правда проблемы с головой.

— И что? — попаданец отложил в сторону гравировальный нож и сверил рисунок заклинания с чертежом на бумаге. — Если я не могу выступать против них открыто, не значит, что я буду скрывать свои намерения.

— Вы дурак.

— Я честный дурак. — поправил его граф. — Они имеют право знать, что в их королевстве живёт вредный вампир, которому что-то не нравиться. Ну, я считаю, что будет лучше, если мы будем знать намерения друг друга. — так, по крайней мере, всем будет ясно, что общаться с ним не стоит.

— Дворец это вам не ваш прошлый мир. Вас примут либо за психа, либо за слабоумного, если продолжите так же мыслить. Бал — это, прежде всего, политика и экономика, а для вас, первый раз предстоящего перед королём, ещё и “смотрины”. Если король сочтёт вас достойным графом, хорошим гражданином, да и вообще отличным парнем, то герцог ничего вам не сделает. Так, ядом поплюётся и уймётся.

— То есть, ты советуешь мне подлизаться к королю? — попаданец скептически поднял бровь. Король, как бы дракон, что само по себе его лучше не делает, так ещё и дядя герцога Ибенира. Тут пытаться понравиться бесполезно, и так очевидно, чем всё закончиться.

— Именно. Впечатлите его своей безделушкой настолько, чтобы ничей подарок и рядом не мог стоять. — вампир вяло улыбнулся. Веце ещё не знал, что у графа скоро отберут титул, поэтому и предлагал такие траты: расположение короля — это замечательная инвестиция в будущее. Но Степан разбрасываться деньгами попусту не собирался, всё равно его скоро выгонят.

— У меня нет столько денег. А те, что есть, я не отдам. — ворчливо заявил вампир, разочарованно наблюдая, как жидкости смешиваются в колбе. Изолирующее заклинание перестало работать.

— Думайте сами, вы же граф. Я спать. — полукровка подтянул ноги, завозился, поудобнее устраиваясь, и закрыл глаза.

Степан вздохнул. Он тоже хотел спать, но с виду простенькая лавовая лампа уже выжала из него все соки, а прогресса никакого — заклинания, накладываясь друг на друга, давали совсем не тот результат, на который вампир рассчитывал.

Граф пролистнул пару страниц тонкой маленькой книги в чёрной обложке. “Запретная книга вампиров” гласило название. Бумага внутри была жёлтой от ветхости, а текст, если попаданцу не показалось, написан кровью.

Книжицу и правда стоило отнести к разряду запретных: выучить и сжечь, чтоб никто больше её не увидел. Даже Веце вампир её не показывал. Ни к чему мелкому знать ту правду, которая неведома даже клану Вальдернеских. Впрочем, попаданец уверен, что королевская семья о подобном осведомлена.

Если быть более конкретным, то Степан бы назвал это личным дневником. И, знаете, ему снова расхотелось быть вампиром.

“Тело вампира, магия вампира — это мечта любого алхимика. Пусть об этом давно не известно, а власти скрыли всю информацию, но …. лет назад вампиры подверглись жесточайшему геноциду. Нас убивали ради ингредиентов, сомнительных зелий молодости и ради забавы — делая из частей тела украшения.

Мы были одной из самых многочисленных рас, но слишком привыкли к мирной жизни. Возможно ты, читающий эти строки, никогда и не слышал о нашей стране, от которой уже как семь тысяч лет ничего не осталось. Империя Аринар была сильнейшей на континенте и никто не ставил под сомнение силу и власть вампиров.

Я не историк и не был свидетелем распада империи, поэтому точных дат причин не назову, однако одна мне известна наверняка.

Открытие алхимика Скваяша Дакза перевернуло и алхимию, и историю вверх дном.

С распространением информации об алхимической пригодности вампиров нашли и слабости нашей расы. Обернули нашу силу, нашу магию, всё наше существо против нас.

К моему времени почти все знания и исследования тех времён были утеряны или уничтожены Касаром Вальдернеским и Иканиэром Риваем.

Они основали новое государство, где могли сосуществовать все: от людей с оборотнями до вампиров и драконов.

Вся история, которую ты знал до этого дня, всё, что учил — ложь. Не было никакого объединения кланов ради защиты общей территории, не было поединка между Касаром и Иканиэром за престол. С первого дня, как они решили построить новую страну, всё было решено, все роли распределены.

Иканиэр заботился о политике, о стране, о народе, Касар собирал под свою крышу выживших вампиров со всего света и давал им дом, кров и надежду.

Герцог Касар был достаточно силен, чтобы выжить и противостоять обезумевшим алхимикам — он сжигал целые города, ради того, чтобы уничтожить малейшие упоминания о нас. О том, что можно сделать из нас.

Но этого оказалось недостаточно. Алхимия процветала — питалась вампирьей кровью, жизнями тысяч наших собратьев.

И герцог Касар предпринял новый шаг, который впоследствии послужил причиной разногласий между ним и королём Иканиэром. Герцог Касар Кровавый, как стали его называть, безжалостно убивал алхимиков всего континента. Невозможно было искоренить целую науку и он знал это, поэтому под крышей замка Касарин обучались сотни новых алхимиков-вампиров.

Так, спустя каких-то пятьсот лет, в мире не осталось старых алхимиков, не осталось никого, кто бы знал о чудовищной тайне, о роковой связи вампиров и алхимии. Все считали, что у нашей расы врождённый талант, ведь алхимиков остались лишь единицы, да и те самоучки, ничего не смыслящие в науке, в то время как каждый второй вампир был алхимиком. Талантливейшим алхимиком, каких не видел мир в те годы.

Немногие вампиры запомнили те времена, ещё меньше — передали древние знания о той смертоносной алхимии своим детям.

Но ты, вампир, должен знать, как использовали нас раньше, чтобы не допустить повторения той великой трагедии, что окрасила целый континент в алый почти на тысячу лет.

Знай, чтобы не дать никому приблизиться к правде. Пусть твоя ложь будет крепка, а дух твёрд. Защити наследие, что осталось от Касара Вальдернеского.

Я Сенкаир Вальдернеский, единственный сын Касара, и всем сердцем желаю, чтобы настала эпоха, когда вампиры не будут прятаться и смогут жить как все. Возможно этого никогда не случиться, но хочется верить, что дело, на которое мой отец положил всю свою жизнь, не будет напрасным.

Ты не найдёшь обо мне ни одного упоминания, потому что моё имя, точно так же как и империя Аринар, бесследно стёрто из истории. Ради поддержания баланса власти о моём существовании умолчали, но это ничтожная цена ради мирной жизни тысячи других вампиров.

Если ты держишь эту книгу в своих руках, значит, ты — глава рода. Только он, прошедший хотя бы два ритуала посвящения, способен прочесть эти слова и остаться в живых. Как ты и заметил, всё здесь написано кровью. Моей кровью. Эта книга — артефакт, что убьёт любого, кто попытается её прочесть, кроме главы рода.

Герцог Касар не просто так ввёл обязательные ритуалы для передачи титула — только избранным из поколения в поколение передавалась правда. Никто, кроме главы рода, не имел права знать тайн клана Вальдернеских.

В секретной библиотеке моего отца есть сотни книг, которые никогда не должен увидеть мир. Книги в чёрной обложке с гербом на корешке — ты сразу их узнаешь…”

Степан чуть не задохнулся от возмущения — в библиотеке, в обычной библиотеке они валялись тут и там. Какой-то идиот-предшественник перенёс их из тайного книгохранилища в обычное.

“На тех книгах наложено такое же заклинание, никто, кроме глав рода не прочтёт ни строчки. Тайная библиотека находится под лабораториями, единственный вход расположен под лестницей южной башни — скрытая ниша, войти ты сможешь, только окропив стену своей кровью.”

Попаданец откинулся на спинку стула. Как-то слишком уж много крови.

Возможно, эта книга не более чем чья-то тупая шутка, но он был обязан проверить. Убедиться, что весь мир вокруг него — не обман.

Только вот сколько гулял по замку, но ни разу не встречал башен.

Вампир спрятал книгу в пространственное кольцо и вышел из кабинета, тихо прикрыв дверь. Покинул лаборатории, медленно поднимаясь по лестнице и на минуту остановился у фрески, чтоб рассмотреть Иканиэра Ривая, того самого дракона, что спасал вампиров вместе с герцогом Касаром.

За окнами светало, блёклый свет рассеивался по библиотеке, теряясь в пыли и грудах книг. Степан медленно продвигался к выходу, по пути вытаскивая то тут, то там мелькающие чёрные книги. Главное, чтоб у Веце хватило ума не трогать ничего подозрительного. Потерять пацана из-за такой глупости не хотелось.

Граф поднялся на два этажа выше — в одной комнате из окна было хорошо видно лес перед замком. Но попаданец хотел увидеть здание целиком. Высунулся наполовину, внимательно пошарив стену взглядом справа и слева. Да ну не, не может быть правдой тот дикий бред, написанный в маленькой книжице.

Но как же интересно.

Степану было жизненно необходимо отвлечься от скучной работы, мыслей о подонке-герцоге и собственной никчёмности. Путешествие по якобы огромному замку и поиск тайной библиотеки, даже если это и очередной лохотрон, показались вампиру отличной идеей.

Ну, единственное, что может пойти не так — он заблудится.

На улице стоял туман и видимость оставляла желать лучшего, граф недовольно поцокал и залез назад. Прошёл в конец коридора — тут был большой завал, наверно обвалилась одна из стен, пока монстры бесновались, впрочем, неважно. Сейчас попаданца волновало совсем не это. Он зашёл в крайнюю комнату, выбил окно, потому что открыть ставни не вышло, и снова осмотрелся.

Справа по-прежнему бесконечно растянулась стена замка, но слева взгляд сразу же наткнулся на груду камней. Их было так много, что они закрывали весь обзор.

Граф свесил ноги из окна, глянул вниз и прыгнул — от подоконника до развалин было чуть меньше метра. Невысоко.

Вдали послышался судорожный вой монстра и вампир, нет, вы не подумайте, он не испугался, памятуя о безопасности, достал меч из ножен. Взбираться наверх, на самую вершину, пришлось не меньше получаса.

Но оттуда был виден весь замок.

Граф раздосадовано клацнул зубами: не замок, а целое замчище! Это же сколько денег уйдёт на отопление зимой! А всё это отремонтировать — плакало его состояние.

Вампир глазами посчитал башни, всего шесть с половиной — одна полуразрушенная, её считать стыдно, а на восьмой, судя по всему, он стоял. Строение было огромным, Степан не удивится, если длина одной стены окажется не меньше километра.

Высокие стены образовывали квадрат, по углам которого стояли главные башни: северная, восточная, западная и южная. Посередине каждой стены торчали башенки поменьше — вот как раз на одной из таких и стоял попаданец. Кхм, то есть на том, что от неё осталось.

Ну что ж, южная башня существует. Мда. Вот этого вампир, признаться, не ожидал.

Граф пнул мелкий камень и задумчиво проследил, как тот скатился в самый низ. Внутри замковых стен раскинулся просторный внутренний двор: красивый полуобвалившийся фонтан в центре, который уже давно не работал; поваленные деревья и поросшая мелкой травой каменная дорожка.

Нет, не может быть правдой, что таких подлецов, как вампиры, кто-то смог обхитрить и почти полностью изничтожить. Не верил в это попаданец. Но слова из книги слишком уж плотно переплетались с правдой, объясняли культуру и традиции Вальдернеских и идеально дополняли пробелы, неясные Степану.

Он снова посмотрел на южную башню: ответ на его дилемму крылся там.

Ой, да ладно, с чего он вообще взял, что у герцога Касара был сын? Это же настолько очевидная ложь, что нужно быть полным идиотом, чтоб поверить в это.

Граф присел и снова достал ту книгу. Знать бы наверняка.

Степан открыл первую попавшуюся страницу, где-то ближе к концу.

“Часть вампиров покинули клан после того, как ситуация на материке утихла. Кто-то создал свои кланы, кто-то стал вольным. Но никто из них не владеет рецептом зелья и потому они — самые обычные вампиры. И лишь вопрос времени, когда мир снова узнает о том, что тела вампиров куда полезнее, чем сами вампиры.

Пусть мы, Вальдернеские, кажемся слабее, по сравнению с ними, но мы — выживем, ведь мы бесполезны. Ты, следующий глава рода, прежде чем отменить хоть один из ритуалов, через которые прошёл, хорошо подумай о последствиях. Возможно тебе жаль своё дитя и ты не желаешь, чтобы он претерпел столько, но мы не вправе выбирать. Такая доброта может обернуться для следующих поколений большой бедой.

Король думает о своём народе. Вампиры думают о последствиях.

Мой отец знал, на что шёл, когда уничтожал целые гильдии и рода алхимиков. Мы были готовы к тому, что между нами и Риваями, королевским родом, возникнет раскол. Но такова цена жизни тысяч наших собратьев, и твоей тоже. Нам, вампирам, приходиться платить за многое. И платить дорого.”

Степан закрыл книгу и взглянул на горизонт: солнце почти встало, туман медленно исчезал. Надо вернуться до того, как проснётся Веце. Мелкий про его вылазку ничего знать не должен.

Почему же пару строк, случайно открытые, отвечали на его вопрос, почему они унимали его безмолвный крик, оправдывали его преступление, успокаивали? Неужели он и правда настоящий вампир?

Сенкаир или как там его, явно знал, о чём писал. Видимо все главы рода сталкиваются со схожими проблемами. Степан напряжённо потёр виски. Тысячелетия идут, а проблемы-то у вампиров не меняются.

Жить в подвешенном состоянии, не зная, когда жуткая правда снова явит себя миру, пугает. Попаданец бы предпочёл стать последним и единственным, кто будет знать настоящую историю Вальдернеских. Было бы прекрасно, если вся эта заварушка с алхимией и вампирами прервалась на нём.

Сейчас благодаря мудрости и хитрости герцога Касара на поверхности мутной плёнкой плавали лишь крохотные факты, не дающие остальным добраться до истины. Степан слышал об артефактах, сделанных с использованием вампирьей крови, но они считались безумно дорогими: делать такие мог лишь вампир-артефактор и только из собственной, добровольно отданной крови. Эти артефакты были надёжней, долговечней и прочнее, чем обычные.

Кровь, отнятая насильно, как показывали свидетельства алхимиков, была бесполезна. Степан фыркнул: неужели дело в той странной смеси чеснока, боярышника или чем его там кормили на ритуале принятия в клан? Возможно ли, что для использования крови в артефактах вампиры придумали ещё одно зелье, способное временно раскрыть их истинный потенциал?

Об этом непременно должно быть написано где-нибудь в этой книжице. И рецепт тоже должен быть.

Выходит, даже если его и попрут и из замка, имея всего одно зелье, он сможет сколотить состояние. Артефакты с кровью вампира стоили не просто больших денег — нет, они были безумно-безумно дорогими. Почти как королевский дворец.

Граф воскликнул “ Ну конечно!” оглушив тишину утра своим радостным вскриком, и вскочил, торопливо спустившись вниз. Вот он ответ на вопрос, как же поднять ценность его подарка. Просто добавить туда кровь вампира.

Воодушевлённый попаданец вернулся в библиотеку и снова начал искать в грудах книг запретные. Не хотелось бы, чтоб Маниэр или полукровка вытянули ноги из-за своего любопытства.

Книг оказалось предостаточно и Степан не мог понять, какой идиот решил выставить их всё напоказ. Ну, предположим в этом замке давно никто не живёт, и прятать их как бы не имеет особого смысла, но графу было страшно.

Вдруг те слова, написанные неким сыном герцога Касара, правда? Вдруг род Вальдернеских действительно скрывает веками свою страшную тайну? Возможно ли, что заклинание на одной из этих книг ослабнет и кто-то чужой сможет её прочесть?

В этот миг до холодного пота пугали последствия чей-то сознательной небрежности.

Нет-нет-нет-нет.

Попаданец не хотел ещё и прятаться всю жизнь! Прожить без титула — невелика потеря, но годами скрываться — разве же это жизнь вообще? Выживание.

У него выживания и так достаточно, когда уже будет перерыв? Но нет же, новая проблема свалилась на голову. Если б он только не заинтересовался простеньким зельем на крови вампира, написанным в той книге, то вообще не стал бы её читать.