Вампиры тут голодные

— Келион, я такое видел! Это лучшее будущее, какое только может быть, правда! Ты ж знаешь, мне в последние пять лет одна хренотень видеться, а тут! О, хоть где-то всё будет в порядке! — дракон фыркнул, скинул руки мага с себя, чтоб тот перестал его тормошить, и присел в кресло.

— И что же ты видел? Мою пару? — осторожно, с надеждой спросил Ибенир. Сабиан отрицательно мотнул головой.

— Вампира твоего видел. — герцог скривился. — Но твою пару тоже. Граф женился, обзавёлся детишками. Прекрасная семья, очаровательные вампирчики.

— Моя пара тут при чём? — Керналион невольно нахмурился. Неужели Сабиан хочет сказать, что… Кифен, говнюк, уведёт у него пару?

— Притом что то, как быстро у тебя с ней наладятся отношения, зависит от графа.

— Она что, его дочерью будет?! — ужаснулся Ибенир. Вампирши ему в пару только не хватало, да Кифена в тести!

— Нет, успокойся. — махнул рукой маг, понимая, что к правде его друг никогда не будет готов, — Я и сам не совсем понял. Если кратко обобщить суть, то не конфликтуй с графом, и будет всем вам счастье. И мне тоже. — Сабиан вздохнул, нутром чувствуя, что герцог не поверит, но если сейчас огорошить дракона, что тот женится на переселенке, то Ибенир вздёрнется на первом же дереве от радости.

— То есть, ты просишь меня закрыть глаза на все преступления этой пиявки только потому, что тебе что-то там привиделось, и, возможно, в пьяном бреду? Ты издеваешься, Сабиан? — маг страдальчески закатил глаза. — Ты хоть понимаешь, сколько дел он уже наворотил? И теперь я должен это простить? Вдруг тебе показалось? Вдруг ты неправильно понял видение? Вдруг оно означало что-то совсем иное? — Сабиан выдавил кривую улыбку. Этот остолоп безнадёжен.

— Моё дело сказать, решение за тобой. — маг открыл портал, чтобы вернуться во дворец, — Но ты… Агрх, ты должен подумать над этим. Да. Хотя бы просто подумай. И всё хорошенько взвесь.

— Ты предлагаешь мне выбрать будущее, в котором этот мерзавец будет жить припеваючи? — раздражённо сцедил герцог.

— Нет, я хочу, чтобы мы все жили припеваючи, ясно? — маг ушёл порталом, и дракон обессиленно откинул голову назад.

В последний месяц Сабиан пристрастился к алкоголю и верить предсказаниям мага было весьма сомнительной затеей. Особенно учитывая, что тот уже долгое время не видел светлых видений, и теперь хорошая картинка выбивалась на общем фоне тех мрачных слов, что слышал Ибенир от Сабиана последние несколько лет.

Слишком инородной, странной она казалась.

Дракон потёр переносицу. Он отчасти чувствовал себя мерзавцем, но как иначе?

Он слишком молод для своей должности — его отец получил герцогство в управление лишь в пятьсот лет, и то, когда женился, а Керналиону было всего сто девяносто восемь, когда ему передали управление землями. Наверно, немного неразумно было сажать ещё зелёного, взрывного дракона в герцогское кресло, когда тот ещё даже не нашёл свою пару. После обретения пары все драконы, стоит им остепениться, успокаиваются. Он был слишком жесток и резок для места, которое занимал. И Ибенир это понимал.

Но что он мог поделать? Сабиан, в одном из своих предсказаний чётко сказал: чем раньше станет герцогом, тем быстрее найдёт пару, иначе придётся ждать ещё тысячу лет. А Керналион ждать не хотел.

Глава 40, про тех, кто делает подарок

Выйдя из портала, Степан лишь сказал отстранённое “Я в порядке” и заперся в кабинете.

Маниэр тактично не обратила на это внимание и ушла в библиотеку, искать книгу по пятому уровню высшей магии. Веце, чувствовавший себя виноватым, неустанно пялился на дверь, ожидая, когда же господин соизволит покинуть своё добровольное заточение.

Графу нужно было чем-то себя занять, лишь бы вытеснить мысли из головы. Он не мог смириться с правдой, не мог принять то, что по его вине погибло столько людей. Ему хотелось как минимум убиться.

Это необъяснимое, сковывающее чувство вины не давало ему дышать и он в который раз сожалел, что вообще стал графом. Сидеть на месте и думать, вспоминать, было невыносимо.

Он резко встал, нервно прошёлся по кабинету несколько раз туда-сюда. Не помогло.

Да что ему вообще теперь поможет?

Он убил.

Убил.

Косвенно, но та кровь, те отчаянные крики — всё слишком сильно отпечаталось в сознании. Как бы он хотел стереть себе память.

Вампир бросил нечитаемый взгляд на дверь, ведущую в другие лаборатории. Он видел всего пять, но в замке их должно быть гораздо больше. Попаданец толкнул дверь, но та не поддалась — пришлось выбить замок.

Там было темно, тихо и пыльно. А ещё холодно, как в склепе.

“ В самый раз” — подумал граф и двинулся вперёд. Он ломился вглубь, в ледяную мрачную лабораторию, пытаясь убежать от себя. В голове звучала Лунная соната Бетховена, добавляя и в без того печальное настроение тоскливые ноты.

Степан намагичил в руке слабенький огонёк, чтобы хоть немного развеять окружившую его мглу. С потолка капнуло — сначала в глаз, потом на огонь.

Мокрый огонёк с шипением потух, оставив после себя лишь гарь, вонь и дым, которым давится вампир. Граф кашляет, трясёт обожжённой рукой и, споткнувшись обо что-то в непроглядной темноте, падает. Слышится звон стекла, что-то ломается и судя по ощущениям, на него падает как минимум шкаф.

Он больше не печальный, не прокастинирующе-тоскливый. Злой, как чёрт.

Попаданец поднимается — музыка в голове теперь нифига не грустная, по лицу медленно стекает кровь, вампир выдыхает сквозь зубы и прикладывает платок к разбитому лбу, другой рукой стряхивая с одежды осколки.

С какой-то мрачной решимостью Степан упрямо продолжает свой путь — туда, в глубину замка, где его никто не найдёт, даже он сам.

Ему нужно подумать, необходимо избавиться от лишних мыслей, побыть наедине с собой и решить, кто же он теперь.

Степан не знал точно, сколько времени провёл в лабораториях — в подвале, глубоко под землёй, быстро теряешь счёт часам. Но было в этой мёртвой тишине что-то успокаивающее. Ему стало намного легче и он смог принять правду, просто принять, без оглядки на “хорошо” и “плохо”, смирился с фактом, что люди умирают. И по его вине тоже.

И пока он вампир это вряд ли изменится. Ведь он всегда будет выбирать тех, кто на его стороне.

— Вас не было три дня. — первое, что сказал Веце. Граф спокойно улыбнулся, кивнув, и попросил накрыть стол. Хотелось есть. — Маниэр на пару дней ушла к родне, у них там что-то срочное, просила вас не злиться за её самовольную отлучку. Вот. — неловко добавил полукровка, ставя на стол бочонок с кровью.

Ясно, значит нормальной еды не будет. Степан отрешённо глянул на то, как Веце наполнил для него бокал и тряхнул головой. Ладно, всё дерьмо в его жизни рано или поздно закончится.

— Вы ничего мне не скажите? — заламывая пальцы, спросил Веце. Молчание господина давило. Вампир пожал плечами. Говорить не хотелось. Хотелось вернуться в ту оглушающую тишину, чтобы слышать только тихий стук сердца и дыхание.

— Я хочу побыть один. — он чуть наклонил бокал, безразлично смотря, как кровь медленно стекает по внешней стенке на ножку, а потом ему на руку.

— Вы были один три дня! — прошипел полукровка, рассерженный подобным свинством. Так обращаться с кровью! Ужас! — Видимо, повредились умом за это время, раз так обращаетесь с едой! — вампир хмыкнул, но прекратил. Пальцы были перепачканы в крови. Неприятно.

— Просто я должен понять себя. Кто я, чего хочу и так ли оно мне надо? — и поднял вопрошающий взгляд на Веце.

Пацан поджал губы и, выдвинув стул, сел напротив хозяина.

— Вы граф Кифен Вальдернеский, вы хотите отремонтировать замок и оно вам надо. Потому что тогда вам не придётся жить со мной в одной комнате и ежедневно слушать моё нытьё. — серьёзно проговорил полукровка. Граф посмотрел на руку, липко.

Вот она какая, смерть: холодная, липкая, красная.

Попаданец сжал ладонь в кулак, и скорбно произнёс:

— У меня отняли даже имя. — в этом мире он играл чужую роль, занимал чужое место и носил чужое имя. Ничто по-настоящему не принадлежало ему. Даже он сам.

— Вам дали новое. Оно красивее. — проговорил Веце, не понимая, в чём, собственно, проблема.

— Ты не понимаешь. — полукровка закатил глаза. Кажется, это любимая фраза господина, да?

— Да, да, куда мне там до вас, Ваше Сиятельство! Я ведь простая кормушка. — поддакнул пацан.

Вампир сделал два глотка, вздохнул, бросив взгляд на кровь в бокале, и сказал:

— Раздражаешь. — Веце, несмотря на всю признательность и благодарность, прорвало. Раздражает он, видите ли, господина!

— Знаю. — прохладно проговорил полукровка, — Вы тоже меня бесите. Прям до дрожи. Не будь вы моим хозяином, дал бы вам по роже. — он забрал у хозяина бокал и залпом выпил остаток, даже не поморщившись, — Достали уже ныть. Ой, я вампир! Ой, всё так плохо, мы все умрём! Мы не умерли, и это тоже плохо! Ой, меня не любят, ведь я вампир! Ах, как же так! За что мне такая тяжёлая жизнь! — передразнил полукровка. Вампир недовольно поджал губы. — Ничего не происходит просто так. Поймите это уже наконец. Если вы заняли это место, это тело, значит так было надо. Значит это правильно, так и должно было быть. — ради всего святого, Веце смирился с тем, что будет всю жизнь служить переселенцу, а тот из-за таких мелочей депрессирует! Не стыдно, а?

— Что, если ты ошибаешься? — о, если бы Веце был прав.

Если бы всё действительно было так просто, если бы его не ломало, не выкручивало изнутри… Если бы было не так тяжело, не так погано на душе.

Но, может, со стороны виднее?

Степан уже не знал. Он запутался. В этом мире невозможно жить по правилам, к которым он привык, но и следовать местным было невмоготу.

Так что же ему делать?

— Я предпочту ошибиться, чем жить так, как сейчас! — с обидой гаркнул пацан и рассерженно швырнул бокал в стену. Лицо вампира стало непроницаемым и Веце виновато улыбнулся. Ну да, переборщил малёк с экспрессией.

— Убирай. — полукровка мученически скорчился и пошёл собирать стекло. — Мы хорошо живём. — сейчас графу хотя бы не приходится просить Веце отдавать кровь, да и по сравнению с их первой неделей в замке всё прекрасно.

— Недостаточно, раз вас что-то не устраивает. — буркнул пацан, а затем, что-то вспомнив, резко развернулся, с ещё большим осуждением накинувшись на господина. — Вы… о чём вы вообще думаете?! — нашёл же вампир время на самокопания, в такой-то момент, — Скоро бал, а мы даже не заказали вам костюм! — попаданец так удивился, что все самоуничижительные мысли вылетели из головы.

— Какой бал? — это же не то, о чём он подумал? Нет же?

— Королевский. — о нет, всё ещё хуже. — В честь какого-то там года правления нынешних короля и королевы. — Степан не хотел учиться танцевать. Не то чтобы у него плохо получалось, но представьте, насколько в этом мире должны быть дикие танцы, с такими-то жёсткими нравами. Неа, нафиг оно ему сдалось? Ещё и на дорогу с одеждой тратиться.

Граф недовольно сдул отросшую чёлку.

И на парикмахера.

— Я не пойду. — решил вампир. У него, между прочим, много дел: замок отремонтировать, титул заново купить, подгадить жизнь герцогу и, наконец, освоить среднюю ступень алхимии.

— Как будто у вас есть выбор. Все аристократы обязаны быть. — разрушил все надежды Веце. — Ох, вам ещё и подарок надо приготовить! — ну вот, снова расходы, как-то дороговато Степану обходиться его бесполезный титул.

Знай бы он, что продолжит как граф служить королевству ещё не один год, то тогда бы может и подумал о том, чтоб явиться. Но из сорока пяти дней у него остался всего сорок один. Месяц с хвостиком. Нет смысла тратить время на бесполезные танцульки.

— Тебя подарю. — огрызнулся вампир. На кой ему этот бал сдался, у него скоро отнимут титул, так что можно и не идти.

— Вы что! — ужаснулся Веце, — Нельзя выказывать такое неуважение правящей семье! Дарить им полукровку, так ещё и кормушку! Вас посадят за такой подарочек! Это же оскорбление, почти плевок в лицо королю. Его отец отменил рабство, а вы ему кого-то дарить собрались, вы вообще в своём уме? — вампир равнодушно зевнул. Степану, по правде, и на бал, и на подарок королю было глубоко посрать. Он едва-едва вернул себе душевное равновесие и столь незначительные проблемы для него ничего не значили. Никто же не умрёт.

— Ладно, подарим им бомбочки для ванн. — безразлично махнул рукой граф. — Упакуй сколько надо, и дело с концом. Да и реклама неплохая будет. — у Веце, без прикрас, дёрнулся глаз. Господин, поди, как и боялся полукровка, растерял последние мозги, пока был у герцога. Если раньше граф бы подорвался готовиться, принялся бы искать учебник по этикету, чтобы не сильно опозориться, то сегодня сидел с непроницаемой миной, словно Веце рассказывал о сезонной миграции птиц.

Полукровку до пены изо рта выводила такая резкая перемена в хозяине. Вампир будто умирать собрался! Расселся, пялит на Веце утомлённым жизнью взглядом, словно такого повидал, что понял — мир обречён, терять нечего, можно спокойно отправляться на свет иной. И дата уже выбрана.

— Вы дурак? — зло взвизгнул Веце. — Мы сбываем их через чёрный рынок, хотите, чтобы вас посадили за незаконную торговлю? — даже о такой мелочи граф позабыл! А ведь именно он и научил полукровку простым правилам, чтоб не проколоться на сотрудничестве с нелегалами, — Придумайте что-то другое. — гневно пыхнул пацан.

— Вот блин. — вампир подпёр голову рукой.

Он хотел ещё один день позволить себе отдохнуть — всё равно скоро все дела графства с него снимутся, но теперь придётся думать.

Степан встал и двинулся в кабинет. Закрыть за собой дверь не дал Веце, втиснувшийся в проём и рассерженно прошипевший, что не позволит господину так легко убежать от проблем. Фигушки.

Вампир без колебаний отпустил дверь: не сильно-то и хотелось. Он ведь не по замку собрался гулять, а планировал поработать. Граф прошёл к рабочему столу, убрал недоработанные чертежи в ящик, и взял чистую бумагу.

— Веце, принеси мне ту книгу. — если уж и браться за новое изобретение, то только за то, которое потом можно дорого продать. А королевская семья пусть поработает его рекламой, не зря же он им первым, да ещё и за просто так даст свой товар.

— Ту? — полукровка удивлённо раззявил рот. Он, конечно, знал, что навыки артефакторики у господина значительно улучшились, но настолько ли, чтоб переходить на подобные артефакты?

Вампир напряжённо забарабанил пальцами по столешнице. Вряд ли он сможет закончить за неделю, но стоит попробовать.

— Да, ту. — полукровка неловко почесал затылок, боязливо глянул на господина, мол, не убежит ли тот, пока его не будет, и помявшись ещё пару секунд, побежал в библиотеку.

Граф задумчиво сделал первый набросок. Да уж, ему определённо нужно научиться рисовать. Степан сжёг лист и начал заново. Спустя пять минут прибежал запыхавшийся пацан.

— Не думаю, что вы готовы. — неуверенно проговорил Веце, всё же протянув толстый старый фолиант хозяину. — Эта не та магия, которой вы занимались до этого. — попаданец молча взял книгу и открыл первые страницы.

— Даже если и не готов, рано или поздно пришлось бы начать. В конце концов, я же вампир. — он пробежался глазами по строчкам, и поднял взгляд на слугу. — Это же вторая часть. Мне нужны обе. — пацан тихо ойкнул, извиняясь, и снова убежал искать.

На тёмной обложке серебряными вензелями было выведено “Магия крови. Том 2. Артефакторика”.

Степан терпеливо ждал, когда Веце принесёт первую книгу “Магия крови. Том 1. Истинная магия вампиров”. Ему необходимо стать сильнее, потому что когда заберут титул, рядом не будет никого: ни Веце, ни Маниэр, ни старейшин. И он должен будет позаботиться о себе сам.

Он думал над тем, так ли желает быть графом. Много думал. И пока склонялся к отрицательному ответу — мало ему возни с герцогом, так ещё и на балы ходить.

Вернулся полукровка не скоро, прошло не меньше получаса. Вампир тихо радовался, что не сам перерыл кучи книг; найти что-то конкретное в библиотеке казалось Степану невозможным.

Но пацан с этим, к удивлению, хорошо справлялся. Умный малый, если обучить.

Граф почесал нос кончиком пера, вспоминая, что пока он отсутствовал или валялся овощем, Веце неплохо справлялся с управлением рестораном, да и срочные дела графства решал. Ну и, конечно, отлично считал. Впрочем, с такой-то жадностью оно и не удивительно.

Степан скрипнул зубами, глядя на набросок. Простовато для подарка королю, но украшать безделушку драгоценностями — дорого. Для ширпотреба ещё подошло бы, придётся немного изменить содержимое.

Он отложил листы и взял книгу о магии крови. Раз уж король — родственник герцога, то хотелось сделать что-нибудь с подвохом, что-то, от чего нельзя отказаться, что-то, про что сказали бы “Подарок настоящего вампира”. Ну и, очевидно, надо ещё умудриться не огрести за это после.

Лавовая лампа подходила идеально, попаданец планировал заправить её кровью, вместо парафина, но тогда придётся навесить на простенький ночник не меньше сорока заклинаний, а лишние заморочки ему сейчас ни к чему.

Сам принцип работы лавовой лампы прост: заливаем масло и парафин, под ёмкость ставим свечу. Парафин нагревается и поднимается в верхнюю часть колбы, там охлаждается и опускается вниз, на дно, ну и по кругу, пока свечка не погаснет. Магия, конечно, значительно облегчала проблему гаснущей свечки, как и электричество в родном мире, но дарить просто лампу? Это же совсем не зловеще, совсем не по-вампирьи.

Выходит, в лампе с кровью вместо парафина придётся либо полностью менять принцип работы, либо сломать мозг о комбинации заклинаний, чтобы добиться нужного эффекта. Настолько умным, чтобы изобрести свой механизм для лампы Степан себя не считал, поэтому ломал мозги.

Одна надежда — пособие по магии крови, там уж точно найдётся что-нибудь полезное.

Вообще, вначале он думал подарить нормальную лампу, потом хотел заменить парафин слизью одного монстра, но это было как-то не солидно и слишком уж мерзко. Поэтому окончательным выбором стала кровь.

Только вот если он не придумает, как заставить лавовую лампу работать с кровью, а не парафином, то от идеи придётся отказаться.

— Веце, как думаешь, может, мне стоит уступить герцогу? — попаданец отложил книгу и внимательно посмотрел на полукровку. Веце беззаботно ковырял в носу и ел яблоко.