Вампиры тут голодные

Но Степан этого не знал и не понимал. Он мало видел внешний мир — тот, что за пределами клана и его замка. Он плохо понимал здешние нравы и людей, даже тех, что пришли из другого мира. Как в какой-то дурной шутке, всем и вся он приходился чужим — и другим попаданцам, и вампирам.

От того так неприятно задевали слова Ивана. Разве видел этот головорез графа Вальдернеского в лицо хоть раз? Ну, мы то знаем, что видел, а сам Иван Грозный — нет.

И выслушивать насмешки от своего единственного почти-друга в этом мире? Ну такое себе удовольствие.

— У меня еще много дел, можешь посидеть немного, а я пойду. — проговорил Степан, кивая в сторону одного из накрытых столов. Продолжать разговор не хотелось, выкладывать, что вот он я, граф Вальдернеский, Степан не собирался, впрочем, выслушивать насмешки в свой адрес тоже. Он ничем это не заслужил, разве он приложил мало усилий? Разве не он так много работает ради этих земель и жителей графства? Так почему должен выслушивать насмешки?

Иван вежливо отказался от предложения приятеля и ушел, тоже сославшись на дела.

Вампир проводил гостя до первого этажа и пошел в пристройку, проверить закончил ли лекарь подготовку.

Все шло по плану — ко времени открытия у “Приемной Дракулы” столпились полукровки, попаданцы и бедняки, лелея надежду заработать свои пятьдесят серебряных монет.

Степан думал поглядеть немного и уйти, но пришлось остаться — начались беспорядки. Не все получали допуск к сдаче крови, но некоторые, особо ярые, требовали поставить им артефакт — постоянный пропуск в “Приемную Дракулы”.

Однако, увидев хищно скалящегося вампира толпа присмирела, а когда граф объявил, что все дебоширы таки могут сдать кровь, правда с летальным исходом, сброд и вовсе боялся заговорить — лишь изредка в толпе гуляли тихие шепотки.

Двери пристройки широко распахнуты, очередь тонкой вереницей тянется внутрь, и кажется, что ей нет конца.

Попаданец же, молчаливо подпирая одну из стен приемной, все больше понимал, как велика пропасть между ним и остальными — вампиров боялись и ненавидели. Переселенцев — презирали. Но ни одну из своих сторон он не был способен скрыть: ни красные глаза, ни свои малые познания о мире, в котором живет.

Так что же это такое, его попаданство? Благословение или проклятие? Действительно ли этого его второй шанс?

Он уже не знал.

Нужна ли ему эта возможность, жить иначе?

Но разве всё не стало только хуже? Разве теперь он вообще смеет называть себя человеком?

Все, что у него осталось — человечность. Но и ее легко потерять, если ты вампир. Только вот Степан так много потерял, так много оставил там, в родном мире, что казалось терять уже нечего.

Вампир уныло полуприкрыл глаза. Зачем ему всё это? Этот бизнес, графство, деньги? Может просто всё бросить и отправиться путешествовать?

Впрочем, он ничего не хотел. Или уже просто не знал, имеет ли право что-то желать. Так устал, так отчаялся, так истосковался по родному дому, что все вокруг давило, душило его. Пока работаешь, нет времени думать об этом, нет времени вспоминать, но сейчас, когда он просто стоял, глубоко погрузившись в себя, то, от чего он так упорно бежал, настигало его.

Это было плохой мыслью, но он надеялся, что что-нибудь случится и у него снова не останется ни единой свободной минуты, что когда-нибудь тоска улетучится, когда-нибудь он сможет смириться до конца.

То ли на радость, то ли на беду, но дороги назад не было — вернуться в свой мир он не мог. Возможно именно эта безвыходность и давила на него сильнее всего, но если тысячи попаданцев потратили столетия и ничего не добились, если Иван Грозный, один из богатейших и влиятельнейших людей страны не смог вернутся к любимой жене и дочке, то что он, Степан, может?

Граф. Иногда вампиру казалось, что титул звучал как насмешка. Что толку от титула, если он не дает ни силы, ни власти? Зачем он ему, если от него больше бед, чем пользы? Сколько еще Степан сможет зваться графом?

В то, что совет старейшин сможет защитить его от герцога вампир не верил. Кто бы его сначала от влияния этих стариков оградил.

План стать счастливым попаданцем, жить не вопреки и ради, стремительно катился в бездну уже больше месяца. Степан недовольно клацнул зубами, клыки противно заскрежетали.

Вампир прикрыл рот ладонью, чтоб скрыть болезненный оскал. Из-за лекарств, которые он принимал, тело временами сковывали сильные спазмы, так что дышать становилось трудно. Но без лекарств было еще хуже. Чертов ритуал посвящения, столько времени прошло, а он никак не может прийти в себя.

Вот же прихватило-то! Аж в глазах звезды замерцали!

А, погодите, нет, это просто магпочта, но все равно жесть как больно. Вот совершит какой-нибудь подвиг и отменит ритуал посвящения в клане.

Граф взглянул на магическое сообщение, парящее перед лицом, и неохотно открыл, искоса бросив взгляд на лекаря. Тот выглядел изможденным и обессиленным, оно и не удивительно, за окном солнце медленно садилось, а толпа, казалось, ничуть не уменьшилась.

Степан направил немного магии в конверт и распечатал.

“ Графу Кифену Вальдернескому.

По приказу Его Светлости, герцога Керналиона Ибенира, вы обязаны явиться в главное поместье в течении получаса с момента получения письма. В связи с ухудшением ситуации на близлежащих к горам Макрох территориях объявляется мобилизация спецотряда для защиты земель герцогства. Просим привести своих воинов с собой, а также иметь при себе оружие и восстанавливающие зелья.”

Степан нечленораздельно простонал пару ругательств поднялся на второй этаж, туда где скучал Веце. Полукровка новостям не обрадовался, но послушно вернулся с господином в замок Касара — взять экипировку, зелья и оружие.

Маниэр же, со своими голодными красными глазищами, осталась на страже порядка в приемной рядом с лекарем. Вампирша быстро заскучала — граф сказал, что возможно за ней вернутся только через несколько дней, а стоять у стены все это время… Чем же она так провинилась?

К ее радости, оказалось, что тут есть жилая комната и на ночь даже выделят кровать. Одного она не могла понять — почему господин просто не приказал ей вернуться самой? Не хочет, чтобы она гуляла по замку, пока его нет?

Она лениво жонглировала маленьким камушком с помощью порталов — он падал в один телепорт, а вылетал уже из другого. Множественное телепортирование, на удивление, давалось ей легко, хотя первое время было непросто перенаправлять предметы в разные порталы. Но весело. Куда веселее, чем смотреть за работой лекаря.

Маниэр вообще была превосходным магом, одна беда — родилась девочкой, а в этом королевстве женщинам все дороги закрыты. Так что даже мужчина-маг с слабыми способностями ценился бы куда больше, чем женщина с высокими. Это вампиршу бесило до дрожи, но ничего поделать с этим она не могла.

Чем дольше Маниэр служила графу, тем больше понимала, почему ему позволили оставить при себе кормушку предыдущего приемника и почему дед принял решение отправить ее служить графу Кифену. Господин был мудр и умен, старателен и прилежен в работе, но совершенно не знал мира и жизни в нем, относился с уважением и к своей кормушке, и к ней, простой слуге.

Граф не переходил границ приличия, не требовал чего-то невозможного и с пониманием относился к тому, что ей иногда нездоровилось. В общем, как господин — слишком мягкотелый, герцог такого сожрет и не подавиться.

Но это не мешало ей боятся.

Возможно, он слишком хорошо притворяется. Нельзя верить лишь тому, что видела. Да и стал бы добропорядочный вампир водиться с главой преступного мира? Страшно представить, насколько переселенец-граф опасен, раз сам Иван Грозный признал его.

Маниэр дождалась вечера, весь персонал разошелся по домам, ресторан и приемный пункт закрыл Ин Сон Чджа, и она хвостиком проследовала за переселенцем в жилую часть здания. Комната Ин Сона была побольше, ей выделили совсем маленькую — узкая двухъярусная кровать и тумба для лампы.

Но вампирша не жаловалась — пусть на такой кровати даже не повернешься толком, зато делить комнату ни с кем не надо.

Через несколько минут попаданец вернулся, для приличия постучал и вошел в комнатушку с маленьким деревянным бочонком в руках. Девушка сегодня уже видела такие — примерно на полтора литра, в них наливали кровь.

— Держи, доходяга. Твой хозяин сказал покормить тебя. — вампирша в смешанных чувствах приняла бочонок, а после и поднос с едой, который Ин Сон чудесным образом достал из=за спины. — Тут всё съедобно, посетителей в ресторане почти не было, ешь, не бойся. Это меню разрабатывалось специально для вампиров. — Маниэр непонимающе посмотрела на повара. На всех блюдах лежало заклинание стазиса, такая еда может хранится годами, разве ей можно это есть? — Твой хозяин разрешил. — ответил Сон Чджа на ее безмолвный вопрос.

Вампирша благодарно кивнула и, когда он ушел, оглядела свой провиант. Мамочки, да она богата!

Маниэр посмотрела на поднос, а после на бочонок с кровью. Вздохнула, то ли радуясь, то ли печалясь, и открыла портал, отправляя кровь дедушке. В их клане достаточно голодающих, а ей хватит и того, что стоит на подносе.

Суп с кровью, кровяной сыр, кровяные колбаски, кровавый лед и просто кровь в бокале, смешанная с чем-то еще. Вампирша не знала, обедал ли хоть раз так же роскошно как она герцог Касар, один из величайших вампиров клана Вальдернеских. наверняка нет, потому что все, чем довольствовались вампиры до сегодня — это кровь и обычная людская еда. Но еда для вампиров…

Станет ли этот небольшой ресторанчик основателем нового веяния кулинарии?

Маниэр не знала, но это дело, без сомнений, ждал грандиознейший успех.

* * *

Степан готовился к этому дню, знал, что облезлая ящерица обязательно вызовет его на зачистку монстров, но всё равно нервничал.

Веце крепил металлические наплечники на свою броню из кожи монстров, застежка всё время слетала. Граф перепроверил запас зелий — восстанавливающие, для восполнения маны, лечащие, энергетики, яды, взрывчатка, дымовые завесы.

Вампир поправил меч на поясе и взял запасной. Скорее всего сражаться придется магией, но боевые заклинания он освоил только на базово уровне, а с такими навыками далеко не уйдешь. Да и куда привычней расправляться с тварями оружием, а не магией.

— Время. — проговорил граф. Полукровка тихо выругался, кое-как прилепил заклинанием сползающий наплечник и открыл портал.

Войска от других вассалов уже прибыли и заняли на тренировачном плаце, расположенном за поместьем, свои места. Граф Вальдернеский мрачно оглядел союзников — везде стояло не меньше двадцати солдат или магов, и только он с Веце стояли в центре пустого пяточка. Тут даже высокий рост и хорошее телосложение ситуацию не спасали — на фоне толпы, прибывшей от остальных земель, Степан с полукровкой смотрелись уныло и жалко.

— Все в сборе, Ваша Светлость. — граф, наконец, заметил герцога. Тот стоял рядом с одним из отрядов, весь в черной броне, напряженный и сосредоточенный. Рядом с драконом слуга с бумагами в руках. — Что прикажете делать дальше? — Ибенир недобро посмотрел на своего помощника и раздраженно рявкнул:

— Уволен! — слуга виновато залепетал, мол, не желал гневать господина и просит прощения и милости. — Твой голос меня раздражает. — зло пророкотал дракон, слуга упал на колени и уже умолял простить, понизить в должности, но не увольнять. Лепетал, что у него собака, ее нужно кормить, и семья, и миллион детей и всех надо кормить.

Дракон брезгливо поморщился. Как смеет это грязный слуга ему так нагло врать? Ибенир Керналион прекрасно осведомлен, что у этого простолюдина нет ни семьи, ни детей, только собака, но и та ворованная у аристократов.

— Ты мешаешь мне думать. — раздраженно бросил Ибенир. Керналион достал из кармана переговорный артефакт и связался с дворецким. — Эдгар, избавься от этого мусора. Да, я опять уволил своего личного слугу. Он мне не подходит. Нет, я не собираюсь что-то терпеть. За те деньги, что я плачу, это они должны терпеть и мириться с моими требованиями. Эдгар, — герцог уничижительно глянул на слугу, валяющегося у него в ногах, — этот простолюдин не понимает слов, пусть перед тем, как выгнать, его выпорют на дорожку. Может в будущем научится слушать приказы сразу. — не прошло и минуты, как слугу с тренировочного плаца уволокли охранники.

Глава 24, про тех, кто очень-очень вредный

Дракон даже не слушал те проклятья и оскорбления, которые рыдал простолюдин, приговаривая, что Бог Ибенира накажет. Керналион устало возвел глаза к небу, знал бы тот мужик, что дракон уже наказан. Жестоко наказан. И точно свыше.

Ну потому что если граф Вальдернеский не наказание свыше, то что тогда?

Вампир-переселенец.

Вампиры это те, кто сосет кровь, а переселенцы те — кто сосут деньги из бюджета. Степану не повезло, он выбил двойное комбо среди неприязней герцога.

— Сабиан, открывай портал. — сказал дракон магу и тяжелым взглядом вперился в отряд поддержки от графства Вальдернеских. Мда, надежда умирает вместе с вампирами. Однако граф всё же притащил с собой своего служку, но толку от полукровки-кормушки? Дракону нужны воины, а не изнеженный слуга и переселенец-вампир, который может в любой момент потерять контроль и загрызть половину отряда.

Герцог скрипнул зубами, но ничего не сказал вампиру. Время поджимало, а расправится с идиотом-переселенцем Ибенир и после боя мог. Сейчас куда важнее сдержать первую волну монстров и зарядить защитные артефакты на границе.

И почему только принц Кинияр упорно игнорирует его письма?

Было бы куда проще, разреши дядя просто отнять титул у графа Вальдернеского. Но король, в смысле дядя, отчего-то отказывал в этом деле герцогу, то ли из-за былых заслуг клана, то ли из уважения к дальнему родству с вампирами, в конце концов, именно дочь герцога Касара Вальдернеского была первой королевой Рипанниса.

— Келион, ты знаешь, что у тебя дерьмовый характер? — спросил маг, широко улыбаясь. К удивлению, ни избит, ни покалечен маг Сабиан не был.

— И ты прекрасно знаешь, почему. — огрызнулся в ответ дракон. Ожидание и неизвестность изводили дракона куда сильнее, чем можно подумать. Керналион — герцог из рода Ибенир, племянник короля и, прежде всего, дракон. Да, тут все упиралось в слово “дракон”.

Степан в своем самообучении бросил все силы на алхимию, историю, географию и политику, потому о социальной стороне жизни других рас знал мало.

Ладно, не знал ничего вообще.

И ни с повадками, ни с анатомией драконов знаком, разумеется, не был.

Итак, какую же беду для вампира несло в себе это увесистое “дракон”?

Начнем, пожалуй, с того, что у каждого дракона есть пара — одна и на всю жизнь. Пока дракон не найдет свою пару, то страдает от магического дисбаланса, нестабильного настроения, агрессивности и прочего, прочего…

Казалось бы всё просто — идешь к провидцу, платишь монетку и вуаля — адрес той самой у вас. Но это так не работало. Не существовало понятие “той самой”, не было истинной пары, которая предопределена судьбой. Дракон должен был сам найти, выбрать себе пару. И не вляпаться в процессе в безответную любовь, потому как для любого дракона такое — дорога в один конец.

У герцога пары пока не было, впрочем, любой бы это понял, понаблюдав за драконом пару минут. Ибенир казался немного диким, слишком резким и жестким. Однако, если вы хоть немного знакомы с драконами, то тоже прекрасно знаете, что стоит герцогу найти свою пару, как он тут же станет шелковым. Добрее это его, конечно, не сделает, но приказы увольнять всех налево-направо и сечь на дорожку перестанет. Наверное.

— Веце, не теряйся. — только и успел сказать граф полукровке, прежде чем все стоящие на плаце солдаты дружно, нарушая строй, ринулись в портал.

Веце сдавленно пискнул в ответ, едва не выпустив край плаща хозяина, за который держался. За спиной, расталкивая боевых магов, замаячил дракон. Злобно оскалился на то, что вампир с его прихвостнем застряли в центре и мешают остальным пройти, и пинком отправил Вальдернеского в портал.

- ***** герцог. — выругался вампир, вывалившись по ту сторону портала прямо в лужу. Боевые маги всё выходили из портала, а Степан упал прямо у входа. Ему отдавили руки, истоптали плащ, а кто-то и вовсе прошелся по нему. Наверняка сраный герцог.

— Вставайте, господин. — сочувствующе протянул руку полукровка. — Я мог бы очистить вас магией, но перед боем лучше ману лишний раз не тратить. — извиняющееся оправдался пацан. Степан кивнул, он и сам это понимал.

Вампир уныло взглянул на насквозь промокшие штаны — зябко и холодно, еще и ветер ледяной. Вернется домой и на все вещи заклинание водоотталкивающее наложит.

Вот знал же куда и с кем идет, и почему раньше не подумал, что и от благородного дракона стоит ждать подлянки?

Степан попытался оттереть грязь с лица, но сделал только хуже, измазавшись окончательно. Веце печально вздохнул, сетуя то ли на судьбу, то ли на грубость герцога, и достал из пространственного кармана носовой платок. Господин совсем как ребенок, даже не понимает, что нужно всё всегда носить с собой.

Граф Вальдернеский вытер лицо платком, не то чтобы он был брезглив, просто холодная скользкая жижа на коже раздражала и мешала сосредоточиться на главном. Скоро появятся монстры и отвлекаться на подобные мелочи будет некогда.

— Если станет опасно, ты помнишь, что делать, верно? — проговорил попаданец, отдавая Веце портальный камень до замка. Они уже говорили об этом, полукровка был против, но Степан оставался непреклонен. Ему и без того было не по себе от того что он потащил с собой Веце, по сути ребенка, на поле боя. Так пусть хоть пацан будет в относительной безопасности.

— Доброта это не всегда хорошо. Но вашу я всегда приму с благодарностью. — выдавил Веце, поджимая губы. У господина оставалось всего два портальных камня до дома и один из них он только что отдал ему, слуге.

Понимает ли хозяин, что должен быть сдержанней в своей добросердечности, если хочет выжить?

Веце видел, что нет. Граф Кифен все еще не принял себя как вампира, не осознал до конца, что же значит быть Вальдернеским и как много несет в себе даже такой относительно небольшой титул, как граф.

Когда все боевые маги телепортировались, Сабиан, тот самый светловолосый маг закрыл портал, и герцог Ибенир начал распределение:

— Отряд от графа Налль на зарядку артефактов, я и мои маги выстраиваем оборонительную линию, Сабиан поддержишь защитный купол над селением, пока артефакты не зарядят, после присоединишься к нам. Остальные стоят в запасе, поддерживаете линию обороны в случае прорыва, заменяете раненых и с опустевшим резервом. А, и граф Кифен. Ты сражаешься рядом со мной. И твой слуга тоже. — закончил герцог.

Дракон закрепил несколько защитных артефактов на груди и кивнул своим ребятам, чтоб шли за ним. Маги стройным рядом потянулись за своим господином.

Маг Сабиан что-то проворчал про вредных одиноких драконов-придурков и прогулочным шагом отправился к городку, устанавливать купол.

Вампир поправил ножны и направился к Ибениру. Герцог оглядел Кифена еще раз и мученически вздохнул. Должен же быть предел глупости переселенца!

— Что, даже не с посохом? — усмехнулся Керналион. — Ты, должно быть, думаешь, что мы тут собрались играть? Деревья палками бить? Впервые вижу, чтобы вампир брал на столь ответственное сражение меч. Видимо, ты решил, что будет легко. — недовольно осклабился Ибенир. Этот идиот переселенец действительно притащил меч.

— Я иномирец, мне чужды ваши стереотипы относительно оружия. — холодно ответил озябший и злой Степан, Веце за графом страдальчески закатил глаза.

Ну зачем, зачем господин так откровенно провоцирует герцога? Любая собака в стране знает, как сильно Ибенир не любит переселенцев. А граф буквально тыкает в свое происхождение дракона и словно говорит, мол, и что теперь? Что ты мне сделаешь?

— Что ж, твою необразованность видно издалека. — герцог остановился, прочертив по земле магией линию. Остальные боевые маги стали выстраиваться вдоль нее, вставая живой стеной на защиту жителей герцогства. — Нет оружия более подходящего вампиру, нежели его посох. Ты или слишком самоуверен, или полный кретин, если называешь простую правду стереотипом. У каждой расы свои особенности, оттого и свое оружие. Позоришь и без того запятнанное имя Вальдернеских. — разочарованно закончил дракон.

Герцог, после нескольких категорических отказов короля лишать графа Вальдернеского титула, даже подумывал дать переселенцу шанс. Но вот прямо сейчас передумал назад.

Недопустимо, чтобы кто-то настолько невежественный, настолько некомпетентный и узколобый стоял во главе целого графства и вампирьего клана.

Совет старейшин чеснок курил, когда решил назначить этого Кифена главой рода?